В. А. Лебедева Лицензия серия ид №03562 от 19. 12. 2000 г icon

В. А. Лебедева Лицензия серия ид №03562 от 19. 12. 2000 г


Смотрите также:
Дата формирования 01. 07. 2010 Реестp выданных лицензий...
Правила приема в дагестанский государственный технический университет в 2011 году Лицензия Серия...
Правила приема в дагестанский государственный технический университет в 2011 году Лицензия Серия...
Программы художественно-эстетической направленности...
Бюллетень экспериментальной биологии и медицины...
2010 Лицензия Серия к №000736 Регистрационный номер №07-09/П от 24 сентября 2009 г...
Правила учёта отходов, инвентаризация объектов накопления отходов лпу. Паспортизация отходов...
Анализ работы муниципального общеобразовательного учреждения «тумакская средняя...
Публичный доклад...
Публичный отчет директора муниципального образовательного учреждения «Средняя...
Комплекс Эдипа • Самость • регистры психологии • фантазм в терапии •...
Публичный доклад...



Загрузка...
страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   36
скачать
Аврутин Ю.Е., Кикоть В.Я., Сыдорук И.И. Правопорядок: организационно-правовое обеспечение в Российской Федерации. Теоретическое административно-правовое исследование: Монография. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, Закон и право, 2003. – 456 с.





Оглавление

ISBN 5-238-00563-6

Монография посвящена административно-правовому исследованию проблем формирования и поддержания правопорядка как феномена реализации публичных и частных интересов в государственном управлении. Рассмотрены понятие, содержание и функциональное назначение правопорядка, методология его административно-правового исследования, социальные и правовые механизмы формирования кадрового корпуса правоохранительных органов.

Для студентов, аспирантов, докторантов и преподавателей высших юридических учебных заведений, практических работников органов внутренних дел, суда, прокуратуры, всех кто интересуется проблемами административного права, укрепления правопорядка в Российской Федерации.

ISBN 5-238-00563-6

ББК 67.401.213

© Ю.Е. Аврутин, В.Я. Кикоть, И.И. Сыдорук, 2003 © ИЗДАТЕЛЬСТВО ЮНИТИ-ДАНА, 2003. Воспроизведение всей книги или любой ее части запрещается без письменного разрешения издательства

^ ПРАВОПОРЯДОК: ОРГАНИЗАЦИОННО-ПРАВОВОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Оформление художника В.А. Лебедева

Лицензия серия ИД № 03562 от 19.12.2000 г.

Подписано в печать 10.04.2003. Формат 60x88 1/16

Усл. печ. л. 28,5. Тираж 10 000 экз. (1-й завод - 1 000). Заказ № 2051

ООО «ИЗДАТЕЛЬСТВО ЮНИТИ-ДАНА». Генеральный директор В.И. Закаидзе

123298, Москва, ул. Ирины Левченко, 1. Тел. (095) 194-00-15 Тел/факс (095) 194-00-14. www.unity-dana.ru E-mail: unity@unity-dana.ru

Отпечатано во ФГУП ИПК «Ульяновский Дом печати». 432980, г. Ульяновск, ул. Гончарова, 14

Введение

Принимающиеся в нашей стране социально-политические, экономические, правовые и организационные меры переустройства общества свидетельствует о том, что государственная власть, не разделяя пессимизм и алармистский характер выступлений отдельных публичных политиков и журналистов, предрекающих России будущность страны «третьего мира» и криминального общества, стремится противопоставить негативным тенденциям общественного развития всю свою интеллектуальную и организационную мощь и изменить ситуацию к лучшему.

Не случайно поэтому в настоящее время особое значение приобретают попытки укрепления самой государственной власти, восстановления доверия к ней населения, придания деятельности государственного аппарата большего динамизма, обоснованности и ответственности за принимаемые решения. Дело в том, что детерминантами беспрецедентного роста преступности и криминализации общественных отношений выступают не столько сами по себе негативные социально-экономические факторы общественного развития современной России, сколько неспособность противопоставить этим факторам взвешенную государственную экономическую, социальную, правовую политику и организационно-правовой механизм ее реализации на всей территории страны, обеспечить надлежащий правовой порядок регулирования общественных отношений, организованность и согласованность функционирования всех звеньев системы государственной власти, ответственность государственного аппарата за принимаемые решения, в том числе в сфере непосредственной защиты прав и законных интересов граждан от противоправных посягательств, беззакония и произвола.

В этих условиях правопорядок как состояние правовой упорядоченности социальной жизни, как реализованный режим законности выступает ведущим условием самосохранения российского общества, реальным инструментом преодоления негативных тенденций во всех сферах его жизнедеятельности. Реальность укрепления правопорядка во многом зависит от критического переосмысления многих устоявшиеся в юридической науке и правоохранительной

3

практике догм и стереотипов в понимании этого феномена, форм и методов его обеспечения в современных условиях.

Это предполагает активизацию фундаментальных и прикладных междисциплинарных правоведческих исследований широкого круга проблем, непосредственно обращенных к осмыслению новых содержательных характеристик таких категорий, как «правопорядок», «обеспечение правопорядка», «охрана правопорядка». Этот процесс важен для всей правовой науки, в том числе (а может быть, и в первую очередь) для административно-правовой науки, в рамках которой традиционно исследуется организационно-правовая проблематика формирования и функционирования государственной системы управления в административно-политической сфере, охватывающей такие непосредственно связанные с обеспечение правопорядка и безопасности области государственной деятельности, как оборона, безопасность, внутренние дела, юстиция. Но сегодня сама идеология и концепция административно-правового подхода к данной проблеме требует серьезных корректив.

Традиционно ориентируясь на исследование вопросов функционирования исполнительной ветви государственной власти, охрану общественного порядка и общественной безопасности, механизма реализации административной ответственности, административное право пока остается одной из наиболее консервативных юридических наук. Консерватизм административного права, в определенной мере охраняя его от скоропалительных новаций в построении подотраслей и ведущих институтов, от беспорядочной смены научных парадигм, ориентируемых на некритическое внедрение в отечественную правовую систему идеалов западного либерализма с характерной для них эгоцентричной системой взаимоотношения индивида и государства, в то же время затрудняет обоснование нового видения предмета, утверждение принципов междисциплинарного подхода к исследованию деятельности государственной администрации, ее взаимодействию с другими ветвями власти и взаимоотношению с гражданами.

Правопорядок и законность, с одной стороны, выступают юридической основой функционирования государственной власти, с другой — возникают и существует там и тогда, где и когда государственная власть в них заинтересована. Именно власть устанавливает и поддерживает правовой порядок, охраняет от нарушений, а в необходимых случаях и защищает. В связи с этим при всей полезности и продуктивности традиционных для административного права исследований частных вопросов охраны правопорядка в настоящее время остро ощущается необходимость фундаментального, системного по своему характеру и концептуального по содержанию меж-

4

дисциплинарного исследования широкого комплекса проблем формирования, поддержания и упрочения правопорядка.

Не менее важно и другое. Наметившаяся в последние годы тенденция к усилению социальной значимости государства обусловливает необходимость выработки единого логически последовательного научного подхода, в рамках которого следовало бы: во-первых, сформулировать основные целевые установки, характеризующие деятельность современного российского государства вообще и в сфере обеспечения правопорядка в частности; во-вторьгх, обозначить приоритетные направления государственной деятельности по достижению поставленных целей; в-третьих, разработать теоретические схемы и практические рекомендации в области укрепления правопорядка.

Авторы настоящей работы, учитывая все вышесказанное, попытались осмыслить и научно объяснить происходящие в правоохранительной сфере процессы с целью выработки новых стратегии и тактики правоохранительной деятельности, развития и совершенствования всей системы обеспечения правопорядка и законности в стране.

^ Административное право в механизме обеспечения правопорядка

1.1. Теоретико-методологические

проблемы административного права в контексте обеспечения правопорядка

Категории «правопорядок», «общественный порядок», «законность», «режим законности», «обеспечение правопорядка», «охрана правопорядка» являются ключевыми в правовой науке и правоприменительной практике. Исследованию сущности и содержания этих понятий посвящено значительное число публикаций, и на сегодняшний день их библиография в виде диссертационных исследований и монографий, статей в журналах и различных сборниках насчитывает сотни наименований. С большой степенью уверенности можно констатировать, что вообще проблема законности и правопорядка как таковая является специфическим компонентом или, по образному выражению Л.С. Мамута, «фирменным знаком»1 прежде всего именно российской правовой науки (советского и постсоветского периодов).

Действительно, давно выявились и стали фактически стереотипными методологические подходы к рассмотрению правопорядка и законности. Установился примерный перечень сюжетов их рассмотрения в рамках отдельных юридических наук государственно-правового (теория права и государства, конституционное и административное право) или криминального (уголовное и исполнительно-трудовое право, уголовный процесс, теория оперативно-розыскной деятельности, криминология, криминалистика) цикла. Однако любая из имеющихся теорий и концепций при ближайшем ознакомлении обнаруживает недостаточную полноту и дискуссионность заключенных в ней идей. Это естественно, поскольку познание так

1 См.: ^ Мамут Л.С. Разработке концепции законности — новые импульсы // Правовой режим законности: вопросы теории и истории: Материалы межвузовской научно-теоретической конференции. Санкт-Петербург, 15 февраля 2001 г. / Под общ. ред. Д.И. Луковской. - СПб.: СПбГУ, 2001.- С. 5.

6

же бесконечно, как бесконечен мир. Однако даже с учетом этой оговорки приходится признать, что накопление знаний о самом феномене правопорядка затрагивает в основном количественную сторону, в гораздо меньшей степени обогащая качественную.

С сожалением приходится констатировать, что в юридической науке пока нет достаточной четкости ни в дефинициях правопорядка и законности, ни в их содержательном разграничении. Многозначностью отличается трактовка понятий «общественный порядок» и «общественная безопасность». К этому следует добавить, что пока нет достаточной четкости и в определениях таких понятий, как «правоохранительная деятельность», «правоохранительные органы».

В связи с актуализацией проблем обеспечения национальной безопасности и безопасности отдельных сфер жизнедеятельности общества и развертыванием соответствующих научных исследований1 оказалась размытой смысловая и содержательная грань между понятиями «правовой порядок» и «национальная безопасность», «правоохранительные органы» и «силы обеспечения безопасности».

Запаздывание в научном освещении этих проблем негативным образом сказывается на правоохранительной практике, препятствуя четкости нормативно-правового закрепления полномочий, функций государственных структур и органов местного самоуправления в охранительной сфере, правовом регулировании форм и методов их деятельности по обеспечению прав и законных интересов личности, общества, государства.

Обращая на это внимание, ДА. Керимов отмечает, что в последние годы «правоведение ничем сколько-нибудь значимым не обогатилось. Фундаментальные правоведческие исследования фактически исчезли, отдельные произведения посвящены лишь прикладным, частным разработкам либо свелись к плохому коммента-торству плохого законодательства, беспомощному обобщению беспомощной правоприменительной практики»2. Оставим резкость подобных оценок на совести известного ученого, однако с ним нельзя не согласится в главном, в том, что правоведение стоит пе-

См., например: ^ Степашин С.В. Теоретико-правовые вопросы обеспечения безопасности Российской Федерации: Автореф. дисс... д-ра юрид. наук. — СПб., 1994; Исмагилов Р.Ф. Экономическая безопасность России: теория и практика. — СПб., 1999; Лопатин В.Н. Информационная безопасность России: Человек. Общество. Государство. — СПб., 2000; Глебов ИМ. Национальная безопасность Российской Федерации: проблемы правового регулирования. — СПб., 2000.

Керимов Д.А. Методология права (предмет, функции, проблемы философии права). — М.: Аванта +, 2000.— С. 527.

7

ред опасностью «утонуть в обилии материала, накопившегося по второстепенным, частным вопросам, не связанным в систему»1.

«Связать в систему» накопившийся теоретический и эмпирический материал можно лишь одним путем — преодолеть устоявшиеся стереотипы методологии исследования правопорядка, форм, методов и средств его обеспечения. Это важно не только для теоретического правоведения, но и для отраслевых юридических наук, в том числе, а может быть — и в первую очередь, для, науки административного права, в рамках которой исследуется организационно-правовая проблематика формирования и функционирования государственной системы управления в административно-политической сфере, охватывающей такие области государственной деятельности, непосредственно связанные с обеспечением правопорядка и безопасности, как оборона, безопасность, внутренние дела, юстиция.

Особую значимость расширению когнитивных горизонтов административно-правовой науки придает сложность нынешней ситуации с обеспечением правопорядка в Российской Федерации, испытывающей мощное дезорганизующее воздействие преступности и беззакония во всех формах проявления, включая коррупцию государственного аппарата, непринятие должных мер по реагированию на заявления и сообщения о преступлениях и правонарушениях.

Предпринятая в начале 90-х гг. завершившегося столетия попытка идеологов государственной политики «нового курса» поменять традиционные для России ценностные приоритеты, в основу которых было положено представление о государстве как об основной системообразующей субстанции, на идеалы западного либерализма с характерной для них эгоцентричной системой взаимоотношения индивида и государства не привела да и не могла привести к одномоментному изменению правосознания общества. Вместе с тем закрепление на конституционном уровне ряда либеральных ценностей, провозглашавших приоритетность индивидуальных интересов перед государственными, повлекло за собой принижение роли государства в качестве субъекта политической системы общества, что, в свою очередь, не могло не сказаться на эффективности государственной деятельности по обеспечению правопорядка.

В этом контексте особую значимость приобретают идеи Ю.А. Тихомирова об обновлении концепции административного права, поскольку в условиях политической, экономической, криминологической нестабильности в стране спасение необходимо искать не в частном или публичном праве, а «в мирном сосуществовании публичного и частного права как парных категорий, как двух опор

1 КеримовД.А. Указ. раб. С. 527.

8

правового здания»1, одной из несущей конструкции которого и является административное право2. Дело в том, что упрочение правового порядка невозможно без четкого нормативного регулирования взаимоотношений и связей в системе «общество — государство — личность». Поскольку основу нормативной урегулированное™ образует право, все рассуждения о размывании его нормативности под эгидой «нового правопонимания» чреваты серьезными изъянами в правоохранительной практике. Никакими конъюнктурными соображениями, в том числе необходимостью преодоления понимания публичного как доминирующего начала в государственно-партийном устройстве общественной жизни и «дополнительности» частного, личного, нельзя оправдать попытки свертывания и устранения нормативных основ правового порядка. Не случайно поэтому многие западные юристы, мышление которых едва ли можно отнести к этатизированному, развивая теорию интереса, теорию субординации и теорию соотнесения субъектов, видят полезность современного разделения права на публичное и частное при определении путей правового развития государства, сфер применения законов и основных прав властных и невластных субъектов правоотношений3.

Правопорядок и законность, с одной стороны, выступают юридической основой функционирования государственной власти, а с другой — возникают и существуют там и тогда, где и когда государственная власть в них заинтересована. Именно власть устанавливает и поддерживает правовой порядок, охраняет от нарушений, а в необходимых случаях и защищает. В системе государственной власти ее исполнительная ветвь реализует значительный объем полномочий по формированию правопорядка и, очевидно, наибольший объем полномочий по его поддержанию, охране и защите.

С точки зрения административно-правовой теории и правоохранительной практики этот аспект правопорядка обострил две актуальные проблемы. Первая из них связана с предметом административного права, вторая — с функционированием государственной администрации и ее организационно-функциональных структур.

Как справедливо отмечает К.С. Бельский, со времени признания в СССР административного права как отрасли права его предмет традиционно определялся как регулирование отношений в сфере государственного управления4. Этот подход с теми или иными

1 Тихомиров ЮЛ. Публично-правовое регулирование: динамика сфер и методов // Журнал российского права. — 2001. — № 5.

2 См.: Тихомиров Ю.А. Курс административного права и процесса. — М., 1998.

3 См.: Рихтер И., Шупперт Г.Ф. Судебная практика по административному праву. - М.: Юристь, 2000.- С.89-93.

4 См.: Административное право: Учебник / Под ред. Ю.М. Козлова, Л.Л. Попова. - М.: Юрисгь, 1999.- С. 112.

9

модификациями сохранился и в настоящее время. Отдельные попытки выйти за пределы такого понимания и обосновать существование единого для всей системы права предмета правового регулирования1 фактически успеха не имели.

По мнению К.С. Бельского и Ю.П. Соловья, в традиционное понимание предмета административного права не вписываются общественные отношения, возникающие в связи с применением мер административного принуждения. Поэтому они предлагается выделение самостоятельной группы общественных отношений, регулируемых полицейским правом2. С теми или иными оговорками эта точка зрения, распространенная в конце XIX — начале XX в.3, начинает утверждаться в современной административно-правовой науке4.

Не разделяя идею о необходимости умножения отраслей российского права, которая, как правило, сопровождается искусственным конструированием ее предмета и метода5, полагаем в то же время необходимым уточнить предмет административного права.

Однако это сопряжено с преодолением существенных разногласий во взглядах отечественных административистов, которые предлагают порой совершенно противоположные модели построения данной отрасли публичного права. Единственное, пожалуй, в чем сходятся мнения всех ученых, — это то, что разработанные наукой

1 См.: ^ Сорокин В.Д. Административно-процессуальное право. — М., 1972; Сорокин В.Д. Семь лекций по административному праву. — СПб., 1998; Административный процесс и административно-процессуальное право. — СПб., 2002.

2 См.: Бельский К.С. К вопросу о предмете административного права // Гос-во и право. — 1997. — № П.— С.21; Бельский К.С. Феноменология административного права. — Смоленск, 1995.— С. 111; Соловей Ю.П. Правовое регулирование деятельности милиции в Российской Федерации. — Омск, 1993.— С. 356.

3 По В.М. Гессену, "нормы, регулирующие осуществление принудительной власти, являются нормами полицейского права в собственном смысле этого слова" (Гессен В.М. Лекции по полицейскому праву. — СПб., 1907—1908.— С. 48), а "полицейское право правового государства — это наука о нормах, регулирующих применение государственной принудительной власти" (Гессен В.М. Из лекций по полицейскому праву, читанных в 1901—1902 учебном году в Александровской военно-юридической академии. — СПб., 1902.— С. 13).

4 См.: Аврутин Ю.Е. Эффективность деятельности органов внутренних дел (государственно-правовые, социальные и организационные аспекты изучения, оценки, проектирования). Дисс. ... д-ра юрид. наук. — СПб., 1998.— С. 407.

5 В последнее время, например, все настойчивее делаются попытки сконструировать в качестве самостоятельной отрасли права "прокурорско-надзорное право" (см.: Рохлин В.И. Прокурорский надзор: — Курс лекций. — СПб., 1997.— С. 8—10; Гельдибаев М.Х., Огородников А.А. Прокурорский надзор. — СПб.: Питер, 2002.— С. 18.). Хорошо известны и работы Ю.Н. Старилова, обосновывающего необходимость формирование самостоятельной отрасли права — служебного права (см.: Стартов Ю.Н. Служебное право: Учебник. — М., 1996).

10

советского административного права прежние представления о предмете и системе административно-правовых норм нуждаются в существенной корректировке.

По мнению К.С. Бельского, на смену институционально-отраслевому представлению о предмете административного права должно прийти его функциональное структурирование, согласно которому административное право должно состоять из трех тесно взаимосвязанных в практической сфере и самостоятельных правовых образований внутри административного права: администрации, полиции и юстиции1. При этом вычленение в структуре предмета административно-правового регулирования автономных комплексов полицейских и юстиционных отношений дает некоторым исследователям основание для постановки вопроса о существовании наряду с собственно административным правом полицейского права2, а также для характеристики административной юстиции как правового образования в системе административного права в качестве административно-судебного искового права3.

По мнению К.С. Бельского, административное право можно определить как совокупность правовых норм, регулирующих три основных направления поведения участников административно-правовых отношений: государственного служащего в аппарате управления; полицейского работника, обеспечивающего порядок в местах, имеющих общественное значение; граждан — между собой в общественных местах и в их отношениях с исполнительной властью4.

Высоко оценивая стремление ученого вернуться к истокам административного права, преодолеть его оторванность от национальной почвы и возродить утраченную, по его мнению, значимость этой юридической науки, нельзя согласиться с предложенным им пониманием предмета административного права. Представляется, что в своем стремлении вернуться к истокам административного права, т.е. к XIX в., ученый несколько увлекся и забыл, что мы живем в другой исторической эпохе и фактически в другой стране, в условиях, когда административно-правовым регулированием охвачено больше сфер общественной жизни, чем это было даже в начале XX в. Мы не ставим своей задачей детальный разбор

1 См.: Бельский К.С. К вопросу о предмете административного права // Государство и право. — 1997. — № П.— С.20—21.

2 См.: Мушкет И.И., Хохлов Е.Б. Полицейское право России: проблемы теории — СПб., 1998.- С.151-152.

3 Старилов Ю.Н. Административная юстиция: проблемы теории. — Воронеж 1998.- С.ЗЗ.

См.: Бельский К.С. Феноменология административного права — Смоленск 1995.- С. 20.

11

предложенного К.С. Бельским предмета административного права, поэтому сделаем лишь ряд замечаний общего характера.

Во-первых, административно-правовыми нормами регулируется поведение не только государственного служащего в аппарате управления, но и служебные отношения служащих в негосударственных структурах. Поэтому регулирование поведения (служебных отношений) этой категории служащих не может выпасть из предмета административного права.

Во-вторых, даже если отвлечься от не совсем ясного с правовой точки зрения понятия «полицейский работник», которое, очевидно, является синонимом понятия «сотрудник милиции», нельзя забывать, что милиция состоит не только из сотрудников, обеспечивающих порядок в общественных местах. Более того, если обратиться к нормативно-правовым актам, регулирующих организацию и деятельность милиции общественной безопасности, причем не последнего времени, а того периода, когда писалась цитируемая работа, станет ясно, что эта часть милиции состоит не только из сотрудников, обеспечивающих порядок в общественных местах, но из сотрудников дознания, подразделений лицензионно-разрешительной работы, изоляторов для временного содержания лиц, задержанных в административном порядке, охраны и конвоирования задержанных и арестованных, по исполнению административного законодательства, по предупреждению правонарушений несовершеннолетних1. Возникает закономерный вопрос, какой отраслью законодательства регулировать их поведение?

В-третьих, в предмет административно-правового регулирова-'ния входят отношения не только между исполнительной властью и гражданами, но и между исполнительной властью и юридическими лицами внутри самой исполнительной власти в рамках отношений координации, субординации, взаимодействия.

Даже эти краткие замечания позволяют сделать вывод о доктринерстве предложенной схеме — качестве, в котором К.С. Бельский на страницах своей весьма интересной и несомненно полезной работы упрекает Д.Н. Бахраха, Ю.М. Козлова и некоторых других уче-ных-административистов2.

Ряд авторов в отличие от К.С. Бельского и Ю.Н. Старилова не столь категоричны в очерчивании предмета административного права, но отмечают существенную дифференциацию отношений,

1 Указ Президента РФ от 12 февраля 1993 № 209 "О милиции общественной безопасности (местной милиции) в Российской Федерации" // Собрание актов Президента и Правительства Российской Федерации. — № 7. — 1993. — Ст. 562

2 См.: Белъский К.С. Феноменология административного права. С. 24.

12

испытывающих потребность в административно-правовом регулировании. Например, В.И. Ивакин считает, что под предметом административного права следует понимать комплекс общественных отношений в сфере государственного управления, складывающийся из внутриаппаратных отношений, отношений между аппаратом управления и гражданами, между гражданами в сфере охраны общественного порядка1. Высказывается также мнение о том, что предмет административного права охватывает собой три группы социальных связей: отношения, связанные с реализацией государственной исполнительной власти, внутриорганизационные государственные отношения и отношения, складывающиеся в процессе общегосударственной контрольной деятельности2, осуществляемой как на федеральном, так и на региональном уровне публичной власти3.

Столь широкая трактовка сферы действия административно-правовых норм обосновывается тем, что они регулируют общественные отношения по организации и деятельности органов исполнительной власти в процессе осуществления государственного управления, обеспечения реализации прав и свобод граждан, установления и обеспечения общественного порядка и осуществления надзорной и контрольной деятельности от имени государства, а также юрисдикционной деятельности органов исполнительной власти при разрешении индивидуальных административных дел и применения административных взысканий в случаях административных правонарушений4.

По мнению Д.Н. Бахраха, предметом административного права является «совокупность общественных отношений, возникающих при обеспечении государственной администрацией конституционных прав и обязанностей граждан, а также иных отношений, связанных с ее формированием и деятельностью»5.

В аргументации этой дефиниции привлекает позиция автора, рассматривающего систему отношений государственной администрации с гражданами и их организациями в качестве главной составляющей предмета административного права. Характер этих отношений является ядром и правопорядка, поскольку интересы, стрем-

1 См.: Ивакин В.И. Предмет науки административного права: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. — М, 1995.— С.14.

2 См.: Манохин В.М., Адушкин Ю.С., Багишаев З.А. Российское административное право. — М., 1996.— С.4—6.

3 См.: Слепцов М.Л. Государственный контроль в краях и областях — субъектах Российской Федерации. — Хабаровск, 2000.— С. 53—54.

4 См.: Словарь административного права. — М., 1999.— С.19.

5 Бахрах Д.Н. Административное право России: Учебник для вузов. — М.: Нор-ма-ИНФРА, 2000.- С. 19.

13

ления, жизненные потребности человека получают свое юридическое оформление в правах и свободах, обязанностях и ответственности, а реализуются в значительной своей части через его связь с государством, государственным аппаратом.

Понимая, что в краткую дефиницию трудно вместить все богатство сущего, в определении Д.Н. Бахраха хотелось бы отметить и слабую сторону: отсутствие прямого упоминания о необходимости самоограничения репрессивной составляющей власти на основе соблюдения принципов законности, гуманизма, демократизма, нравственности и справедливости.

Дело не в том, что правопорядок, как ошибочно, на наш взгляд, полагает В.В. Борисов, не может строиться, основываясь лишь на правовой материи и поэтому должен учитывать общесоциальные характеристики1. Правопорядок не может строится на неправовой материи, в противном случае определяющими в правопорядке всегда будут такие категории, как государственная или политическая целесообразность или необходимость. Общесоциальные характеристики, например справедливость, включены в право. Право не может быть моральным или нравственным, гуманным или негуманным. Оно может быть только справедливым, по сути, только право и справедливо2. Несправедливыми, негуманными могут быть только законы и иные нормативно-правовые акты как опредмеченная часть права и практика их применения конкретными должностными лицами. Поэтому представляется, что для административного права важно не просто регулирование системы отношений, связанных с формированием и деятельностью государственной администрации, а регулирование, исключающее произвол власти; точно также для административно-правовой науки важно не просто раскрытие механизма формирования и функционирования исполнительной власти, а изучение и раскрытие социального и правового содержания этого процесса, изучение и раскрытие диалектики соотношения социального и правового в формах и методах деятельности органов исполнительной власти, в том числе и в сфере охраны правопорядка.

Оценивая приведенные выше точки зрения различных ученых на предмет современного российского административного права, следует согласиться с мнением С.Д. Князева: хотя они полезны уже тем, что стимулируют научные изыскания предмета и предназначения административно-правовой материи, их вряд ли можно при-

1 См.: В.В. Борисов. Правопорядок // Теория государства и права: курс лекций / Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. — М.: Юристь, 2000.— С. 566.

2 См.: Нерсесянц B.C. Философия права. — М.: НОРМА, 2000.— С. 33.

14

нять за основу концепции содержания и структуры современного административного права1. Тем более что упомянутые варианты обозначения предмета административного права в основном направлены не на консолидацию административно-правовой материи, а на расчленение предмета регуляции, вплоть до уровня самостоятельных нормативных массивов. Это обстоятельство особенно важно подчеркнуть еще и потому, что, по справедливому замечанию В.Д. Сорокина, несмотря на способность отраслевой системы российского права к развитию и самосовершенствованию, необходимо с максимальной осторожностью подходить к процессам предметного обособления правовых норм и конструирования автономных объектов правового регулирования2.

Мы разделяем точку зрения Д.Н. Бахраха, который полагает, что попытки дифференциации отношений, испытывающих потребность в административно-правовом регулировании, и конструирования на этой основе автономных в плане юридического обеспечения комплексов полицейских, юстиционных, надзорно-контрольных и иных отношений не учитывают того, что подобные отношения по существу являются проявлением одного и того же вида деятельности — управления, организации, администрирования3 Деление административного права, его единого предмета на новые самостоятельные отрасли (подотрасли) не усовершенствует механизм административно-правового регулирования, а, напротив, искусственно и необоснованно усложнит систему правового обеспечения управленческих отношений, затруднит деятельность правотворческих и право-применительных органов4.

Вместе с тем нельзя не учитывать и разграничение в тексте Конституции Российской Федерации административного и административно-процессуального законодательства. Поэтому не следует отвергать принципиальную возможность формирования наряду с материальным административным правом самостоятельной процессуальной отрасли. К этой проблеме мы еще вернемся в дальнейшем изложе-

1 См.: ^ Князев С.Д. Конституция Российской Федерации и современное российское административное право // Журнал российского права. — 2001. — № 10.

2 См.: Сорокин В.Д. Семь лекций по административному праву. Административный процесс и административно-процессуальное право. — СПб., 1998.— С.9.

3 См.: Бахрах Д.Н. Предмет административного права // Административное право Российской Федерации. Вопросы предмета и системы административного права. Административный процесс и административная юрисдикция. Вопросы государственного регулирования в сфере экономики (по материалам конференций). - В. Новгород, 1999.- С.12.

4 См.: Коренев А.П. О соотношении административно-правовых институтов и отрасли административного права // Институты административного права России. - М., 1999.- С.42.





оставить комментарий
страница1/36
Дата02.10.2011
Размер7,82 Mb.
ТипМонография, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   36
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх