От уголовной ответственности icon

От уголовной ответственности


Смотрите также:
Дипломная работа на тему: «освобождение от уголовной ответственности» Руководитель Дипломной...
Курсовая работа на тему: «понятие и основания освобождения от уголовной ответственности»...
Университет Кафедра «юриспруденции»...
«Уголовная ответственность несовершеннолетних»...
К вопросу об уголовной ответственности за воинские преступления в военное время и в боевой...
Особенности уголовной политики, борьбы с преступностью в России и странах атр...
Рекомендуемые темы рефератов для поступающих в аспирантуру по специальности 12. 00...
А. С. Евстегнеев Настоящая статья посвящена вопросам квалификации преступлений...
Задачи уголовного права Принципы уголовного права: понятие, виды и значение...
Особенности уголовной и административной ответственности несовершеннолетних...
Законы и подзаконные акты...
Новости 14



Загрузка...
страницы:   1   2   3   4   5   6   7
скачать


МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


КЕМЕРОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ


КАФЕДРА УГОЛОВНОГО ПРАВА И КРИМИНОЛОГИИ


В.В. Останина


ОСВОБОЖДЕНИЕ

ОТ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ

В СВЯЗИ С ПРИМИРЕНИЕМ С ПОТЕРПЕВШИМ


УЧЕБНОЕ ПОСОБИЕ


КЕМЕРОВО 2004


ББК Х628.103я73

О-76

УДК 343.242.4


Печатается по решению редакционно-издательского совета

Кемеровского государственного университета


Рецензенты:

доктор юридических наук, профессор Л.М. Прозументов

доктор юридических наук, профессор В.А. Уткин


Останина В.В.

О-76 Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим: Учебное пособие / Кемеровский госуниверситет. – Кемерово: Кузбассвузиздат, 2004. –131с.


ISBN 5-835-02-65-7

В работе освещаются малоисследованные и проблемные вопросы нового для российского уголовного законодательства основания освобождения от уголовной ответственности – примирение с потерпевшим. Содержатся предложения по совершенствованию уголовного законодательства и правоприменительной практики.

Для студентов, аспирантов и преподавателей юридических вузов, научных и практических работников.


ББК Х 628.103я73


ISBN 5-835-02-65-7 © Останина В.В., 2004

© Кемеровский госуниверситет, 2004


ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение ………………………………………………………………………… 4


Глава I. Социально-криминологические основы и развитие норм об

освобождении от уголовной ответственности в связи с примирением

с потерпевшим в отечественном и зарубежном

законодательстве………………………………………………..……...6

§ 1. Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением

с потерпевшим в отечественном законодательстве: очерк

истории..…………………………………………………………………6


§ 2. Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением

с потерпевшим в уголовном законодательстве зарубежных

стран………………………………………………………….…………26


§ 3. Этические и социально-криминологические основы освобождения

от уголовной ответственности в связи с примирением с

потерпевшим …………………………………………………………..43


Глава II. Юридическая характеристика условий и оснований освобождения

от уголовной ответственности в связи с примирением с

потерпевшим и их использование в практике ……..……………….62


§1. Юридические условия освобождения от уголовной ответственности

в связи с примирением с потерпевшим..…………………………….62


§2. Юридические основания освобождения от уголовной

ответственности в связи с примирением с потерпевшим.…………..79


§3. Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением

с потерпевшим и сходные основания освобождения...……………107


3.1. Статья 76 Уголовного кодекса Российской Федерации и ч. 2 ст.20 Уголовно-

процессуального кодекса Российской Федерации………………...…………….108


    1. Статья 76 и часть 1статьи 75 УК РФ………………………………………...111


3.3. Статья 76 и статья 77 УК РФ………………………………..………….115


§4. Организационно-тактические условия примирения с потерпевшим и

порядок освобождения от уголовной ответственности .…………..117


Введение


В соответствии со ст.2 УК РФ одной из задач Уголовного кодекса Российской Федерации является охрана прав и свобод человека и гражданина от преступных посягательств. Основными специфическими средствами осуществления указанной задачи являются меры уголовной ответственности. Вместе с тем во всех развитых странах давно уже признано, что такие меры не всегда являются необходимой и целесообразной реакцией государства на совершенное преступление. Уголовное законодательство таких стран, как правило, содержит меры, направленные на реализацию принципа экономии репрессии, в том числе посредством освобождения от уголовной ответственности.

Уголовный кодекс Российской Федерации, принятый в 1996 году, значительно отличается от ранее действовавшего уголовного закона в части количества и содержания норм, отражающих принципы экономии репрессии и гуманизма. Это, в частности, проявилось в установлении отдельной главы 11 «Освобождение от уголовной ответственности». Законодатель, не включив в нее действовавшие ранее основания освобождения (с передачей на поруки, с привлечением к административной ответственности, с передачей в товарищеский суд и др.), предусмотрел новые: в связи с деятельным раскаянием, в связи с примирением с потерпевшим.

Примирение с потерпевшим ранее не закреплялось в Уголовном кодексе ни в качестве смягчающего обстоятельства, ни в каком-либо другом качестве. Однако примирение с потерпевшим еще с 1922 года предусмотрено уголовно-процессуальным законом как основание прекращения дел частного обвинения.

В соответствии со ст. 76 УК РФ «Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим» лицо, впервые совершившее преступление небольшой тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

За время действия УК РФ примирение с потерпевшим как основание освобождения от уголовной ответственности заняло заметное место в следственной и судебной практике. Однако применение ст. 76 УК породило ряд вопросов уголовно-правового и уголовно-процессуального характера. Отсутствие единства в их решении приводит не только к трудностям на практике, но и к дискуссиям в теории.

Вопросам сущности и содержания освобождения от уголовной ответственности посвятили свои труды С. Г. Келина, Н. Ф. Кузнецова, Т.А. Лесниевски-Костарева, Н.И. Мацнев и другие. Такие авторы, как Ю.В. Голик, И.Э. Звечаровский, Р.А. Сабитов, А.В. Усс, исследовали отдельные составляющие примирения в контексте проблемы позитивного посткриминального поведения виновного и стимулирования такого поведения.

В последние годы примирение как основание освобождения от уголовной ответственности, освещено в работах (преимущественно в статьях) Х.Д. Аликперова, Л.В. Головко, С. Добровольской, В.Степанова, А. Шамардина и других ученых.

Кроме того, определенное значение для данной темы имеют работы ученых-процессуалистов, исследующих проблемы частного обвинения, а также проблемы процессуального статуса потерпевшего (С.А. Альперта,

П. М. Давыдова и Д. Я. Мирского, С. И. Катькало и В. З. Лукашевича, А. В. Ленского и Ю. К. Якимовича, А. В. Брусницына, К. Д. Сманова, А.А. Сумачева, М.С. Строговича, П. Яни и др.)

Проблемы восстановительного правосудия (альтернативного карательному и основанному на примирении правонарушителя и жертвы) нашли отражение в работах ряда отечественных авторов (Л. Карнозовой, Р. Максудова, М. Флямера) и зарубежных ученых (И. Айртсен, Х. Бовен, Г. Бэйзмор, Дж. Конседин, Ф. Мак Элри, Т. Редгрэйв, Зер Х., М. Умбрайт и другие).

Несмотря на относительно большое число работ, посвященных частным вопросам примирения с потерпевшим, как основания освобождения от уголовной ответственности, ряд теоретических и практических аспектов примирения с потерпевшим остается недостаточно изученным. Это касается таких вопросов, как этические и социально-криминологические основы освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим, юридические условия и основания освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим. Следует также определиться и с организационно-тактическими условиями примирения с потерпевшим и порядком освобождения от уголовной ответственности.

Настоящая работа способна в определенной мере осветить эти вопросы.


Глава I.

Социально-криминологические основы и развитие норм об освобождении от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим в отечественном и зарубежном законодательстве


§1. Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим в отечественном законодательстве: очерк истории


Первым дошедшим до нас русским писаным памятником обычного права была Русская Правда. Известны ее различные списки, это объясняется тем, что она была уставом не одного, а нескольких князей. Краткая редакция составляет первоначальный подлинный пакет Правды. В ее основу были положены обычаи славянских племен, приспособленные к условиям феодальных отношений. Пространная Правда представляет собой свод развития феодального права, в котором нашли отражение нормы уголовного и гражданского права и процесса.

Говорить о сколько-нибудь серьезной системе в Русской Правде не приходится. Однако очевидно, что законодателя больше всего интересуют нормы именно уголовного права: им посвящена большая группа статей, с них начинается Русская Правда.

В древнее время преступление рассматривается как материальное зло. Само слово «преступление» еще не было известно, на языке Русской Правды преступление носит наименование «обида». В этом отражается взгляд на преступление как на материальный вред. Если кто-нибудь «обижен», значит он претерпел нечто неприятное, это и есть преступление. Понятие «обида» отражает не только материальный вред, но и предполагает наличие конкретного «обиженного», то есть чей-то частный интерес. Уголовные и гражданские правонарушения в древности не различались. Всякое правонарушение (убийство, неплатеж долга) одинаково назывались «обидою».

В этом законодательном акте отражались, как было указано выше, древнейшие элементы обычая, связанного с принципом талиона («око за око, зуб за зуб»), а также с кровной местью.

Месть есть право пострадавшего или его родственников воздать виновному или его родственникам столько, сколько под влиянием раздражённого чувства он находил нужным. Таким образом, месть представляется наказанием чисто субъективным: пострадавший воздаёт обидчику в меру своего разгневанного чувства. Месть есть наказание крайне неравномерное и безмерное, так как мера его лежит только в субъективном чувстве пострадавшего.

Наказание имеет исключительно частный характер: наказывает не государство, а частное лицо (сам потерпевший или его родственники).

Из анализа ряда статей Краткой Правды (1, 3, 6 и др.) следует, что разрешение конфликта (убийство, причинение вреда здоровью и т.д.) между потерпевшим (или его родственниками) и тем, кто совершил преступление, не всегда заканчивалось местью: «… если никто не будет мстить, то взыскивается 40 гривен за убитого…», «…если потерпевший не настигнет его и не отомстит, то виновный платит штраф, и этим дело кончается», «… тогда пусть мстят его дети или с виновного взыскивается 40 гривен»1.

Упоминаемая в статье 1 дважды 40-гривенная плата рассматривается исследователями двояко: как штраф в пользу князя (то есть вира) или как платеж родственникам убитого в случае отказа от мести (то есть головничество)2.

Приведённые нормы древнейшего права уже можно связать с таким основанием освобождения от уголовной ответственности современного уголовного права, как примирение с потерпевшим. Эти нормы представляют интерес, поскольку свидетельствуют о том, что Русская Правда допускала возможность разрешения участи преступника самим потерпевшим или его родственниками: они имели право мстить или отказаться от мести, могли получить платеж за причиненный вред. То есть примирение в этом контексте можно рассматривать, как нежелание прибегать к кровной мести.

С.В. Познышев отмечал, что кровная месть господствовала и в отношениях родов друг к другу. Обида, нанесенная члену одного рода членом другого, считалась обидой всего рода и влекла месть этого рода роду обидчика. Постепенно обычай кровной мести претерпел большие изменения и ограничения. Постепенно сужался круг лиц, обязанных мстить, а также лиц, на которых направлялась месть. Все больше начинают входить в употребление выкупные мировые сделки, так называемые compositions, то есть взятие, взамен мести, известной платы, известного выкупа. С течением времени они все чаще заменяют месть. При известных условиях, например, по прошествии известного срока, при известной степени родства с убитым и т.п., принятие выкупа становится обязанностью, а месть запрещается3.

В. Сергиевич считал выкуп, то есть плату за обиду, вторым наказанием, которое существовало долгое время одновременно с местью. Причем, анализируя этот вид наказания, он проводил прямую связь между примирением и выкупом4.

Выкуп и месть хотя и существовали долгое время одновременно, но возникли не в одно и то же время: месть являлась древнейшим институтом, выкуп возник позднее, некоторое время существовал совместно с местью и, наконец, мало-помалу вытеснил ее совершенно. Первоначально выкуп допускался в исключительных случаях. Обиженный по личным свойствам своего характера и по особенностям случая не находил иногда возможным проливать кровь за кровь. Кроме того, обидчик не отдавался покорно в руки мстителя, а силою отражал силу. Между ним и мстителем мог разгореться бой, исход которого мог быть и не в пользу мстителя. Осуществление мести, следовательно, было соединено с опасностью для мстителя, а потому могло привести к компромиссу, результатом которого могло быть примирение на условии подарка со стороны обидчика. Выкуп являлся оборотной стороной мести.

М.Ф. Владимирский-Буданов также отмечал, что «с заменою родовых союзов общинными и земскими месть вымирала постепенно, ибо в мщении участвует уже земская (государственная) власть; несомненно, что и христианство имело сильное влияние на ослабление мести: случаи замены выкупом по закону (при бегстве преступника) и по условию с мстителем делались чаще. Последнее не служит отрицанием уголовного характера мести, ибо прощение преступнику (под условием имущественных взысканий) совершалось при участии общества, на что указывает обряд покоры, известный не только у западных славян, но и у русских…»5.

Он же указывал на то, что в смысле преобладания права частного лица над правами государства система композиций удерживалась (рядом с уголовными штрафами) весьма долгое время у многих народов, особенно в западнорусском праве, где до позднейших времен допускаемы были мировые по уголовным делам, преимущественно по преступлениям личным (убийству и др.): стороны могли вступить между собою в непосредственное соглашение, могли избрать посредников (compositors – «едначей»). Даже суд, когда к нему обращались с жалобой по таким делам, приглашал к примирению или обращал спор к частным посредникам. Условиями мировой могли быть денежный выкуп (соединяемый с покорою), а также назначение уголовного наказания, на сроки, условленные в мировой записи. Акты мировой записи вносились в книги суда и получали силу судебного приговора6.

После распада Киевского государства законодательство выступало преимущественно в форме уставов тех или иных великих и удельных князей по отдельным вопросам. Большая часть уставов определяла место церкви в системе государства, затрагивала вопросы семейно-брачных отношений. Для исследования норм о примирении в уголовном праве эти акты не представляют интереса, поскольку даже понятие, виды преступлений определялись в них исходя из представлений религии. Упоминания же о разрешении возникшего конфликта в связи с совершением преступления, в том числе и в связи с примирением потерпевшего с виновным, в этих актах не содержится.

В период политической раздробленности Руси (XII–XVвв.) выделились такие государства, как Новгородское и Псковское. Источниками права этих государств являлись Новгородская и Псковская Судные грамоты. Последняя отражала основные особенности феодальной государственности и права Псковской земли указанного периода. Псковская Судная грамота действовала наряду с Русской Правдой, которая имела общерусское значение. Сама же Грамота содержала немало статей, посвященных уголовному праву: был введен такой вид наказания, как смертная казнь, давалось понятие рецидива, указывалось на более опасные преступления. Здесь же впервые в русском уголовном праве закреплялось такое основание освобождения от наказания, как примирение с потерпевшим (хотя термин «примирение» еще не упоминался).

Возможность решить дело миром предоставлялась лишь в одном случае – в случае драки: если дело заканчивалась миром, то наказание виновному не назначалось. Статья 80 Грамоты гласила: «А кто с ким побьется во Пскове или на пригороде, или на волости на пиру, или где инде, а только приставом не позовутся, а промеж себе прощенье возьмут, ино ту князю продажи нет»7.

Дела о побоях могли быть прекращены в любой стадии процесса. Продажа в пользу князя не уплачивалась до тех пор, пока стороны не вызывали через пристава друг друга на суд. После вызова в суд, даже если и состоялось примирение сторон, виновная сторона все же уплачивала продажу в пользу князя на общих основаниях8.

В отличие от Русской Правды Псковская Судная грамота рассматривала бой как публичное избиение. Это преступление новое, не известное Правде. В Судной грамоте оно одно из самых тяжких: за него назначался рублевый штраф (ст. 120) – стоимость целого стада овец. Суд Псковской общины вмешивался и в коллективные побоища, и в драки вообще, независимо от их последствий.

Усиленное внимание к такому преступлению свидетельствует о росте значения государственной власти. Государственный суд судил такие дела, которые раньше, во времена Правды, в поле зрения князя не попадали. Однако, если «кто с ким побьеться… а только приставом не позовутся, а промеж себе прощенье возмут», не будет никакого суда и «князю продажи нет». Следовательно, драка «во Пскове» или «на волости на пиру, или где инде» вызывала вмешательство властей и суда не сама по себе, не как нарушение общего порядка как такового, а только по жалобе потерпевших. Драка «на пиру», «у торгу» могла закончиться полюбовным соглашением: еще были сильны старые традиции самостоятельного разбирательства взаимных претензий между соседями – сотрапезниками, членами одной общины - без апелляции к государственной власти9.

И. Д. Мартысевич также полагает, что и 52 статья Псковской Судной грамоты предполагает возможность заканчивать дела о татьбе (краже) и разбое примирением виновного с потерпевшим10.

Примирение потерпевшего с преступником было возможно на любой стадии процесса по тем делам, по которым полагалась продажа в пользу князя и денежное вознаграждение в пользу пострадавшего. Такое примирение, в частности, могло заключаться и по делам о татьбе и разбое. Поэтому, если пострадавший отказывался от своего иска к вору или разбойнику, то в этом случае и князь лишался своей продажи с виновного. Если же виновный совершил, например, квалифицированную татьбу, за которую полагалась смертная казнь, то такое примирение было уже невозможным11.

Таким образом, Псковская Судная грамота устанавливала примирение виновного с потерпевшим в качестве основания освобождения от наказания. Оно применялось не только при совершении драки, как указано в самом законодательном акте, но и по другим видам преступления. Кроме того, этот законодательный акт устанавливал стадии процесса, на которых было возможно освобождение.

Преступление долгое время носило частный характер. Кровную месть сменила система вир и частных сделок. За кражу, нанесение ран, изнасилование виновный платил виру обиженной стороне, к этому иногда присоединялась и плата в пользу князя как блюстителя мира, судьи и взыскателя частного вознаграждения. Убийство также оплачивалось деньгами – родственникам убитого. В России еще в XVI веке встречались мировые записи, по которым отец за известное денежное вознаграждение отказывается навсегда поднимать дело об убийстве сына. Однако если даже в законодательных актах ничего не говорилось о выкупе, учитываемом родственникам убитого, то они все равно должны были получить вознаграждение в первую голову. Это была незапамятная пошлина12. Но мало-помалу взгляд на преступление как дело общественное, нарушающее интересы всего общества, его мир, нравственность, чувство справедливости, взяло верх над первоначальным грубым понятием13.

Время образования Русского централизованного государства отмечено созданием первого крупного общерусского закона – Судебника 1497 года.

Главными целями Судебника были: распространение юрисдикции великого князя на всю территорию централизованного государства, ликвидация правовых суверенитетов отдельных земель, уделов и областей. На первый план выдвигалась защита существующего социального и правового порядка. Судебник 1497 года содержал в основном нормы уголовного и уголовно-процессуального права. Он давал новое определение преступления: преступление – это прежде всего нарушение установленных норм, предписаний, а также воли государя, которая неразрывно связывалась с интересами государства. Три статьи: 53, 4 и 5 - предусматривали возможность разрешения дела примирением сторон14. Причем в данных нормах уже указывается определенный термин - «помирятся». Статьи 4 и 5 отражают вопрос примирения только с точки зрения оплаты полевых пошлин.

«4. О полевых пошлинах. А досудятся до поля, а у поля не стояв, помиряться, и боярину, и диаку по тому росчету боярину с рубля два алтына, а диаку осмь денег; а околничему и диаку, и неделщиком пошлин полевых нет.

5. А у поля стояв помирятся, и боярину, и диаку имати по тому ж расчету пошлины свои; а околничему четверть и диаку четыре алтыны з денгою, а недоимщику четверть, да неделщику ж вязчего два алтына»15. Содержание приведенных норм позволяет сделать выводы, что эти две статьи: во-первых, регулируют разные стадии процесса, на которых допускается примирение; во-вторых, круг преступлений, по которым возможно примирение, определен не был; в-третьих, примирение не влекло наказания виновного; в-четвертых, процедура и форма примирения не были определены.

Статья 53 Судебника качественно отличается от статей, приведенных выше: «А кто кого поимает приставом в бою или в лае, или в займах и на суд ити не восхотят, и они доложа судии, помирятся, а судьи продажи на них не, опроче езду и хоженого»16.

В отличие от Русской Правды, которая знала лишь оскорбление действием, Судебник 1497 года устанавливал ответственность за разные виды оскорблений. Споры по искам за оскорбление действием или словом решались «полем» и означали для виновного обязанность уплаты «продажи» и требуемого истцом вознаграждения.

В случаях примирения сторон до поля ответчик освобождался от уплаты «продажи», и стороны должны были возместить расходы, произведенные судом в связи с данным делом17.

Н.Л. Дювернуа по поводу статьи 53 отмечал, что «мировой сделкой можно заменить судебное решение во всякой стадии процесса». Автор приводил документ, из которого видно, что уже после того, как процесс перед данным судьей великого князя был закончен и оставался только доклад, «стороны захотели помириться не ездя к докладу, и вместо суда и доклада урядились рядом»18.

Аналогичное замечание по поводу статьи 53 (а также статей 4, 5 и 3819) делал и С. Б. Веселовский: «И обычай, и княжеские указы в самой широкой степени допускали решение всевозможных споров и тяжб (за исключением душегубства и разбоя с поличным, подсудных наместникам) путем мировых сделок или третейского суда и в известных случаях освобождали от судебных пошлин мировые сделки даже тогда, когда дело доходило до суда и княжеские судьи произвели некоторые судебные действия»20.

В отличие от статей 4 и 5 в статье 53, во-первых, конкретно определены виды преступлений (драка, оскорбление), во-вторых, указывается на то, что, в случае примирения, наказание виновному не назначалось. Вероятно, статью 53 можно рассматривать как частный случай примирения, то есть специальную норму по отношению к статьям 4 и 5.

Таким образом, к середине XV века наметились определенные тенденции законодательного закрепления возможности примирения лица, совершившего преступление, с потерпевшим. Однако говорить о том, что на данном историческом этапе развития Российского государства было сформировано самостоятельное основание освобождения от наказания в связи с примирением с потерпевшим еще рано, поскольку в Судебнике 1497 года не было четкого разделения между нормами гражданского и уголовного права21, а такие понятия, как уголовный и гражданский процессы, вообще не определялись: процесс рассмотрения споров был единым.

Судебник 1550 года в целом развивал положения Судебника 1497 года. Статьи 9 и 10 Судебника 1550 года полностью соответствовали статьям 4 и 5 Судебника 1497 года.

Статья 31 Судебника 1550 года (соответствует ст. 53 Судебника 1497 года) дополнена тем, что был предусмотрен случай примирения сторон на той стадии процесса, когда до пристава они еще не дошли, но жалобы судье уже поданы. В этом случае стороны освобождались от уплаты пошлины.

Судебник 1589 года устанавливал аналогичные статьи, содержание которых существенно не менялось.

М.Ф. Владимирский-Буданов отмечал, что «право наложения наказания и освобождение от него определяется в эпоху Судебников (особенно 1-го) так же, как и в предшествующую, то есть преследование преступлений против личных прав (в частности, убийства) вполне предоставлено частному потерпевшему, то есть ведется обычным обвинительным процессом, а след., подлежит прекращению по мировой во всех стадиях»22.

В источниках древнего русского права нет указания на существование особого обряда примирения. Но от московского времени до нас дошли мировые записи обиженных с преступниками, и эти мировые приносились в свое время в приказы для записи.

В. Сергиевич приводил содержание одной из таких мировых: «И мне (Никандру) впредь на Омрос с товарищи не искать, в головных деньгах и в похоронных государю челом не бить, кроме государевых пенных, а пени что государь укажет, а я с детьми то дело отдали Богу судить, в чем я с своими детьми и мировую запись дали Омросу с товарищи»23. Здесь обиженный отказывался от права искать денежного удовлетворения за убийство24.

Таким образом, начиная с X – XVI веков, примирение в русском праве характеризуется тем, что:

  1. Появление примирения виновного с потерпевшим связано с существованием кровной мести как способа разрешения конфликта, возникшего в связи с нанесением «обиды», вернее, с отказом от кровной мести.

  2. В связи с тем, что в данный период не выделялось отдельных отраслей права, примирение нельзя отнести к отрасли именно уголовного права.

  3. Развитие законодательства и юридической техники привело к тому, что примирение с потерпевшим отражалось в законодательных актах применительно к тому или иному виду преступления и к определенной стадии процесса. В частности, законодательно закреплялось положение о том, что, кроме освобождения от наказания, примирение сторон влекло также и освобождение от уплаты пошлин.

  4. Процедура примирения законодательно не закреплялась, однако существовали мировые записи и определенные обряды примирения, которые соответствовали общинно-религиозным традициям.

Новым этапом в развитии юридической техники и законодательства в целом явилось Соборное уложение 1649 года. Развивалось представление о составе преступлений, усложнялась и ужесточалась система наказаний. Уголовному и уголовно-процессуальному праву был посвящен ряд глав Уложения.

Уголовное право в XVII веке развивалось в условиях резкого обострения классовых противоречий. Заметным стимулом его развития, расширения круга уголовных деяний, подлежащих уголовному преследованию, послужили события начала XVII века и восстания 30 – 40 - х годов. Уголовное законодательство принимало все более карательный характер.

К середине XVII века, по мере роста и централизации феодальной государственности и усиления классовой борьбы, целью наказания становится цель устрашения. В Уложении 1649 года эта цель является господствующей. Отсюда значительная часть статей этого памятника после определения санкции содержит приписку: «Чтобы на то смотря и иным не повадно было так делать»25.

Статья 31 Уложения устанавливала: «А которые исцы с разбойники или с приводными людми с поличным в разбойных делах, не дожидаяся указу, учнут мирится, и мировые челобитные учнут в приказ приносити, и тот их мир ставит не в мир, и разбойником указ чинити, по государеву указу, кто чего доведется. А исцом за то пеня чинится смотря по делу, не мирися с разбойники»26.

Данная статья полностью соответствует статье 41 Разбойного приказа (Уставная книга Разбойного приказа, представлявшая собой особое уголовное уложение, была создана Иваном IV приблизительно в 1555 году для разрешения уголовных дел). Как видно, положения приведенной нормы направлены на усиление судебной власти и сосредоточение в ее руках особо опасных дел. Статья подтверждала характерный для розыскного процесса порядок прекращения дел только по инициативе судебной власти и устанавливала штраф за примирение истцов с разбойниками до решения дела судом:

«Уставная книга Разбойного приказа редакции 1566г. постановляет, что, если кто начнет иск перед губными старостами против разбойников и «татей ведомых», а затем предъявит старостам мировую, то такая мировая не имеет силы, а обвиненных судить «для земских дел, чтобы лихих вывести». Редакция 1617г. той же Книги назначала уже уголовное наказание за такие мировые… По отношению к преступлениям против личных прав и к лицам, не имеющим репутации заведомых воров и разбойников, мировые допускались долго…»27.

По мнению М. Владимирского-Буданова, данная норма отражала положение, что мировые запрещались по делам, ведущим к розыскному процессу (разбой и татьба с поличным), но не запрещались по прочим уголовным делам, которые решались «судом». Поэтому настоящую статью отнюдь нельзя считать окончательным запрещением мировых с преступниками28.

Хотя мировые с разбойниками и были запрещены, но допускались мировые в иске, то есть в отношении материального ущерба, причиненного татьбой или разбоем. Эта сторона дела в Уложении не была оговорена. Тем самым законодатель твердо встал на путь выделения в уголовном судопроизводстве гражданских исков. С другой стороны, обвинение относительно имущества не могло возникнуть при отсутствии жалобы потерпевшего29.

Таким образом, к середине XVII века сложились определенные новшества в примирении по сравнению с Судебниками: примирение не только могло поощряться, но и наказываться; называлась форма примирения – мировая челобитная.

В начале XVIII века, наряду с еще действовавшим Соборным Уложением, стали применяться многочисленные указы Петра I (только уголовно-правового характера – 392). Наибольший интерес из уголовно-правовых актов петровского времени представляет Артикул воинский 1715 года. Артикул содержал по преимуществу нормы уголовного права, причем, если применить современную терминологию, - нормы Особенной части. Положения же Общей части излагались отрывочно, применительно к конкретным видам преступлений и ответственности за них.

Уголовное право периода царствования Петра I служило одним из орудий класса феодалов-крепостников против крепостного крестьянства, работных людей мануфактур и других эксплуатируемых. Уголовное право этого периода отличало установление беспощадных и мучительных наказаний. И тем не менее в Артикуле также содержалась статья, которая свидетельствовала о применении института примирения, правда, в несколько ином, чем до этого, виде: «Артикул 170. Однако прелюбодеяние, когда едина особа в супружестве обретается, а другая холостая есть, оная, по состоянию особ и обстоятельству, имеет жестоким заключением, шпицрутеном и отставлением от полку, или посылкою на каторгу на время наказана быть.

Толкование. Ежели невинной супруг за прелюбодеющую супругу просить будет, и с нею помиритца, или прелюбодеющая сторона может доказать, что в супружестве способу не может получить телесную охоту утолить, то мочно наказание умалить»30.

Из содержания приведенной нормы видно, что примирение не служило основанием освобождения от уголовного наказания, в Артикуле примирение – это обстоятельство смягчающее наказание.

В период с XVII до середины XIX века для примирения было характерно следующее:

  1. Выделение различных отраслей права привело к тому, что примирение становится присущим прежде всего уголовному праву.

  2. Обострение политической ситуации послужило тому, что уголовное законодательство принимало карательный характер. Это, в свою очередь, отразилось и на примирении: в определенных случаях примирившийся с виновным потерпевший наказывался.

  3. Впервые в законодательном акте (Уложение 1649 года) был назван документ, подтверждающий факт примирения потерпевшего с виновным – мировая челобитная.

  4. Примирение, являющееся основанием освобождения от наказания, закреплялось также и в качестве смягчающего наказание обстоятельства.

Последующее развитие оснований освобождения от уголовной ответственности или смягчения наказания во многом определялось нечетким разграничением материальных и процессуальных норм. Это присуще и Уложению о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года.

Уложение содержало целую главу «О смягчении и отмене наказаний». Статья 160 устанавливала, что «наказание вовсе отменяется: … 2) вследствие примирения с обиженным»31.

Однако статья 162 уточняла содержание п. 2 ст. 160: «Когда преступления или проступок такого рода, что оные на основании законов не иначе могут подлежать ведению и рассмотрению суда, как вследствие жалобы обиженным или оскорбленным чрез то противозаконное деяние частным лицом приносимой, то приговор о наказании виновного отменяется, если принесший жалобу помириться с виновным прежде исполнения приговора. Из сего исключаются лишь особенные, в статьях 426, 1998, 2000, 2001, 2002, 2003, 2004, 2005, 2007, 2027, 2028, 2040, 2041, 2042 сего Уложения означенные случаи»32.

Уже в этот период времени были установлены различные основания возбуждения уголовного дела и преследования виновного: преследование, зависящее от воли потерпевшего, и преследование, не зависящее от его воли. Преследование, зависящее от воли потерпевшего, в свою очередь, также делилось на две группы: к первой относились те деяния, по которым от потерпевшего зависело возбуждение уголовного дела, а дальнейшее преследование виновного шло в общем порядке, к другой – те, в которых обличение виновных на суде исключительно возложено было на частного обвинителя. В этих последних случаях, представляя потерпевшему право обвинения, закон предоставлял ему и право отказаться от преследования.

Формально выраженная в том его воля, или, как говорил закон, состоявшееся между обвиняемым и обиженным примирение, устраняло возможность возбуждения дела или прекращало возбужденное производство, служа вместе с тем основанием для освобождения приговоренного от наказания и устраняя даже приведение в исполнение состоявшегося приговора33.

Примирение могло влиять на прекращение производства и на отмену приговора только при тех преступных деяниях, которые подлежали преследованию по частной жалобе потерпевшего, и притом с исключением случаев, которые указаны в ст. 162. К ним относились: оскорбление подчиненным начальства (ст. 426), различные случаи изнасилования и обольщения (ст. ст. 1998-2005, 2007), самовольное лишение свободы (ст. ст. 2027, 2028), противозаконное вступление в брак (ст. ст. 2040 – 2042)34.

Предусматривая примирение, законодатель, видимо, не продумал до конца частные его моменты.

По Уложению виновный в случае примирения освобождается от уголовного наказания, а не от ответственности. Это объясняется тем, что Уложение не разграничивает понятий «ответственность» и «наказание». Фактически же виновный освобождался от уголовной ответственности, и дело подлежало прекращению.

Примирение допускалось на любой стадии процесса вплоть до начала исполнения приговора, то есть когда виновный осужден и ему назначен конкретный вид и срок наказания.

Устав уголовного судопроизводства 1864 года также содержал положения, регулирующие такое основание освобождения от наказания, как примирение.

Статья 16 Устава устанавливала, что «судебное преследование в отношении к уголовной ответственности обвиняемого не может быть возбуждено, а начатое подлежит прекращению …3) за примирением обвиняемого с обиженным в указанных законом случаях»35.

При этом, на наш взгляд, следует также обратить внимание и на содержание статьи 17: «При прекращении судебного преследования вследствие означенных в статье 16-й причин начатые в судах уголовные иски о вознаграждении за вред и убытки, причиненные преступлением или проступком, решаются теми же уголовными судами» и статьи 20: «Примирение в таком деле, которое по закону может быть прекращено миром, освобождает обвиняемого от личной ответственности и признается с тем вместе за отречение от вознаграждения, если обиженный не оставил за собой право на гражданский иск»36. То есть отказ потерпевшего от гражданского иска не прекращал уголовного дела, но отказ от уголовного преследования означал, в принципе, отказ от гражданского иска.

Это означало, что законодатель не ставил одним из условий примирения возмещение материального ущерба и (или) морального вреда. Более того, даже в случае примирения, в дальнейшем потерпевший имеет право (если не отказался) на предъявление гражданского иска. Отсюда следует вывод, что примирение рассматривалось как прощение виновного, чаще всего не связанное с материальным возмещением. Конкретной же формы выражения факта примирения Устав не устанавливал.

Вводя примирение, государство, несомненно, признавало в делах частного обвинения личные интересы пострадавшего и считало примирение нормальным исходом. Поэтому мировой судья по делам, которые оканчивались примирением сторон, был обязан склонить их к миру и только в случае неуспеха в том приступить к постановлению приговора в пределах предоставленной ему власти (ст. 33 Устава).

Председатель мирового съезда (суд II инстанции), рассматривая дела, которые могли быть прекращены примирением, старался примирить обвинителя с обвиняемым (ст. 165 Устава).

Необходимо также заметить, что дела, которые могли быть прекращены примирением сторон, рассматривались только мировыми судами. Таким судам были подведомственны дела о совершении проступков, срок наказания за которые не превышал 1 года заключения в тюрьме. Исключение составляли дела, «которые хотя и влекут за собой наказания более строгие, но по закону начинаются не иначе как по жалобе потерпевших вред и убытки и могут быть прекращены примирением» (ст. 35 Устава). Тем самым законодатель приравнял дела частного обвинения к делам небольшой общественной опасности.

Мировые суды, начиная с 1864 года, работали, руководствуясь не только Уставом уголовного судопроизводства, но и Уставом о наказаниях, налагаемых мировыми судами 1864 года.

Статьей 20 этого Устава было установлено, что «проступки, означенные в статьях 18 и 19-й, не влекут за собой наказания в случае примирения обиженного или потерпевшего убыток с виновным в проступке лицом»37.

Статья 18, в свою очередь, гласит, что проступки против чести и прав частных лиц, означенные в статьях 84 (нарушение уставов строительного и путей сообщения), 130 – 143 (оскорбление, обида действием, клевета, угроза насилием) и 145 – 153 (самовольное пользование чужим имуществом и повреждение оного),38 подлежали наказанию не иначе как по жалобе потерпевших обиду, вред или убыток, или же их супругов, родителей или опекунов и вообще тех, которые должны иметь попечение о них.

Статья 19: кража, мошенничество и присвоение чужого имущества между супругами, а также между родителями и детьми, подлежали наказанию не иначе как по жалобе потерпевшего убыток лица.

Возможность прекращения дел, указанных в статье 19, примирением сторон объясняется и сложностью рассмотрения внутрисемейных отношений, и необходимостью проявить при этом деликатность39.

Статьей 22 было установлено, что «определенное приговором наказание отменяется: … 2) вследствие примирения с обиженным в указанных в законе случаях (ст. 20)»40.

Таким образом, процессуальная стадия, на которой возможно примирение, в различных законодательных актах (Уложение о наказаниях уголовных и исправительных, Устав уголовного судопроизводства, Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судами) определена по-разному.

Уложение о наказаниях устанавливало, что приговор о наказании виновного отменяется, если примирение состоялось прежде исполнения приговора. Еще неопределеннее выражалась ст. 20 Устава о наказаниях, на которую ссылается ч. 2 ст. 22, говоря, что проступки, преследуемые только по частной жалобе, не влекут за собой наказания в случае примирения.

Но комиссия по пересмотру Уголовного Уложения признала, что примирение может влиять на прекращение только до вступления приговора в законную силу, хотя бы во время апелляционного и кассационного производства41.

Устав о наказаниях 1864 года содержал также еще одно положение, не отраженное в других законодательных актах: право прекращения дела примирением имел потерпевший, а если он недееспособен, то его законный представитель или лица, в надлежащем порядке им уполномоченные.

Из приведенных положений следует, что, если потерпевших было несколько, каждому из них принадлежит самостоятельное право прекращения по отношению к нему дела.

В целом же, характеризуя примирение в уголовном праве середины XIX века, Н.С. Таганцев писал, что примирение с обиженным стоит ближе к условиям, устраняющим наказуемость, хотя в нем существенное значение имеет процессуальная сторона42.

И.Я. Фойницкий приводил следующие высказывания относительно примирения в уголовном процессе. Право суда принадлежит судебной власти государства. Право уголовного преследования есть функция исполнительной власти. В построении его замечаются различные формы. Старейшая из них состоит в сохранении обвинения за отдельными частными лицами, потерпевшими от преступного деяния. Преследуя свой интерес, они в то же время служат и интересу общественному. Форма эта имеет два главных удобства: значительно облегчает заботу правительства и дает правовое удовлетворение естественному чувству обиды потерпевшего.

Основания частного обвинения:

  1. некоторые преступления, затрагивая весьма слабо интересы общегосударственные, запрещаются главным образом во имя интересов частного лица (обида, клевета); деятельное участие последнего по делам такого рода в высшей степени полезно для процесса;

  2. есть преступления, оглашение которых без желания потерпевшего было бы для последнего усугублением вреда, например обольщение или похищение женщины;

  3. в некоторых правонарушениях отличить гражданско-правовую неправду от уголовной можно только при наличии жалобы, например при злоупотреблении доверием43.

В. Спасович отмечал следующее: «В гражданских правонарушениях обиженное лицо частное, в уголовных само общество, а так как в действиях и отправлениях общества нет ничего произвольного, преследование же преступников дело необходимости, по сему можно положить общим правилом, что прощение преступника лицом, пострадавшим от преступления, не погашает уголовных последствий преступления. Но из этого общего правила есть изъятия. Между областью правонарушений общественных и частных есть переходные формы, идет полоса смешанных преступлений уголовно-частных, в которых элемент частный до того преобладает над общественными, что за вычетом из них частного элемента в остатке получится столь маловажная вина в отношении к обществу, что карать ее не стоит.

В преступлениях уголовно-частных наказание ставится в зависимости от воли обиженного; государство дожидается жалобы от обиженного, и если таковая жалоба не последовала, то преступление полагается прощенным»44.

Уголовное Уложение 1903 года – последний по времени принятия фундаментальный законодательный акт Российской империи в области уголовного права досоветского периода. Уложение 1903 года не было введено в действие полностью, поэтому в начале века наряду с ним продолжали действовать и Уложение 1845 года, и Уставы 1864 года.

Анализ исторического развития права в дореволюционный период России позволяет выделить несколько тенденций развития примирения с потерпевшим как основания освобождения от уголовной ответственности в уголовном праве:

  1. Временем зарождения примирения следует считать время существования кровной мести как способа разрешения конфликта, возникшего в связи с совершением преступления. Существование кровной мести и права отказа от нее свидетельствует, с одной стороны, о превалировании частных интересов в уголовном праве, с другой стороны, служит доказательством того, что потерпевший сам решал, как поступить с лицом, нанесшим ему обиду: мстить или примириться с ним, получив вознаграждение.

  2. Отсутствие четкого разделения норм материального права, в том числе гражданского и уголовного, норм процессуального права не позволяло выделить примирение с потерпевшим как самостоятельный институт именно уголовного права.

  3. При постепенном формировании основных институтов уголовного права и процесса происходит выделение конкретных видов преступлений, разделение стадий уголовного процесса. Примирение отражается в законодательных актах применительно к тому или иному виду преступления и к определенной стадии процесса и, кроме того, начинает появляться не только в нормах Общей части, но и Особенной.

  4. Примирение возникло как основание освобождения от наказания, со временем появляются также и дополнительные «льготы» для примирившихся – освобождение от уплаты судебных пошлин.

  5. Освобождение от уголовного наказания в связи с примирением с потерпевшим фактически предполагало возмещение обиженному причиненных убытков или вознаграждения, хотя законодательно эти условия закреплялись не всегда.

  6. В определенных случаях законодатель, считая некоторые преступления (например, разбой и кражу с поличным) более общественно опасными по сравнению с другими преступлениями, запрещал заключать мировые с виновными в этих преступлениях и даже устанавливал штраф за примирение по таким делам. В то же время в отношении убийства мировые были разрешены долгое время.

  7. Формирование самостоятельных отраслей права – уголовного и уголовно-процессуального привело к тому, что примирение как основание освобождения от уголовного наказания законодательно было закреплено как в нормах материального, так и в нормах процессуального права, но все-таки без четкого их разграничения. Разделение же судопроизводства на гражданское и уголовное породило положение о том, что освобождение от наказания, в связи с примирением с потерпевшим, возможно без рассмотрения гражданского иска о возмещении ущерба, причиненного этим преступлением.

По делам, которые могли быть прекращены примирением сторон, судьи были обязаны склонять стороны к миру и только в случае недостижения мира выносили обвинительный приговор.

  1. К концу XIX века общество, признав преступление всеобщим злом, а наказание за них – делом публичным, за небольшой категорией дел все-таки «оставило» некоторые частные интересы и «разрешило» прекращать их, если стороны придут к миру.

  2. На всем протяжении развития норм о примирении (как в уголовном, так и в и уголовно-процессуальном праве) форма соглашения о примирении и способ его достижения не были закреплены законодательно.

Законодательство, формировавшееся после Октябрьской революции 1917 года, отражало особенности переживаемого страной периода (классовая борьба, необходимость защиты революционных завоеваний, многоукладность экономики) и господствовавшие в то время политические и уголовно-правовые воззрения.

Красной нитью через все уголовное законодательство двадцатых годов проходила идея о классовой природе преступления, классовой сущности и задачах наказания (мер социальной защиты) в Советском государстве: «Советское уголовное право имеет задачей посредством репрессии охранять систему общественных отношений, соответствующую интересам трудящихся масс, организовавшихся в господствующий класс в переходный от капитализма к коммунизму период диктатуры пролетариата»45.

Естественно, что в этот исторический период развития о наличии в уголовном законодательстве норм об освобождении от уголовной ответственности говорить не приходится, тем более и о таком его основании, как примирение виновного с потерпевшим, поскольку четко было сформулировано основное средство борьбы – репрессия, - а следовательно, и мириться с преступником (классовым врагом) было недопустимым.

В сентябре 1918 года было принято Постановление Совета народных комиссаров «О красном терроре», в котором говорилось, что при данной ситуации обеспечение тыла путем террора является прямой необходимостью; что надо оградить Советскую Республику от классовых врагов путем изолирования их в концентрационных лагерях; что подлежат расстрелу все лица, прикосновенные к белогвардейским организациям, заговорам и мятежам46.

Важным моментом развития уголовного права стало принятие ВЦИК РСФСР 26 мая 1922 года первого Уголовного кодекса Российской Советской Федеративной Социалистической Республики, введенного в действие с 1 июня 1922 года.

В Кодексе еще раз была четко сформулирована классовая сущность советского уголовного права: Уголовный кодекс РСФСР имеет своей задачей правовую защиту государства трудящихся от преступлений и от общественно-опасных элементов и осуществляет эту защиту путем применения к нарушителям революционного правопорядка наказания или других мер социальной защиты (ст. 5 УК РСФСР 1922г.).

Имея ряд достоинств: определение форм вины, видов соучастников, стадий совершения преступления и др., - он, однако, не содержал ни одного основания освобождения от уголовной ответственности и от наказания47, не устанавливал смягчающие и отягчающие ответственность обстоятельства.

В этом же 1922 году 22 мая был принят и первый Российский Уголовно-процессуальный кодекс, введенный в действие с 1 июля 1922 года. Здесь в п. 2 ст.4 было установлено, что «уголовное преследование не может быть возбуждено, а возбужденное не может быть продолжаемо и подлежит прекращению во всякой стадии процесса: … 2) за примирением обвиняемого с потерпевшим по делам, возбуждаемым не иначе, как по жалобе потерпевшего, за исключением случаев, указанных в ст. 10 и ст. 11 настоящего кодекса»48.

Ч. 1 ст. 10 УПК содержала перечень преступлений, которые могли быть возбуждаемы не иначе, как по жалобе потерпевшего, которому принадлежало в этих случаях право поддержания обвинения и подлежало прекращению в случае примирения его с обвиняемым, то есть это касалось преступления частного обвинения. К таким преступлениям УПК относил: умышленное легкое телесное повреждение (ст. 153 УК), умышленное нанесение удара, побои или иное насильственное действие, причинившее физическую боль (ч. 1 ст. 157 УК), оскорбление, нанесенное кому-либо действием, словесно или на письме (ст. 172 УК), оскорбление, нанесенное в распространенных или публично выставленных произведениях печати или изображениях (ст. 173 УК), клевету, то есть оглашение заведомо ложного и позорящего другое лицо обстоятельства (ст. 174 УК), клевету в печатном или иным образом размножаемом произведении (ст. 175 УК)49. Необходимо отметить, что максимальное наказание, которое могло быть назначено за перечисленные здесь преступления, не превышало 1 года лишения свободы или предусматривало иной, более мягкий вид наказания.

Здесь же, в статье 10, уточнялось, что примирение допускается не на всех стадиях процесса, как указано в ст. 4, а только до вступления приговора в законную силу.

Допуская право потерпевшего на примирение с обвиняемым (следует сразу заметить, что термин «обвиняемый» не совсем верный, так как фактически примириться можно было и с подсудимым), законодатель устанавливал исключение из общего правила. Часть 2 ст. 10 предусматривала случаи участия в делах частного обвинения органов прокуратуры – необходимость вступления в дело в целях охраны публичного интереса. В таких случаях дело не могло быть прекращено в случае примирения потерпевшего с обвиняемым.

Таким образом, по одному лишь решению прокуратуры о наличии публичного интереса, например при оскорблении конкретного человека, и потерпевший, и виновный лишались права решить дело примирением. В чем конкретно мог выражаться указанный здесь публичный интерес, законом установлено не было, поэтому фактически любое дело частного обвинения могло стать делом публичным.

Поскольку УПК РСФСР 1922 года четко определял стадии уголовного процесса, то нормы о прекращении уголовного дела в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым имелись в ряде статей УПК50.

Постановлением ВЦИК СССР от 31.10.1924 года были приняты Основные начала уголовного законодательства СССР и союзных республик. С точки зрения рассмотрения вопроса о примирении данный правовой акт не представляет интереса, хотя для развития уголовного законодательства он имел большое значение – это был единый документ, которого должны были придерживаться все советские республики при принятии своих уголовных законов.

Постановлением ВЦИК от 22.11.1926 года был принят Уголовный кодекс. Этот законодательный акт не внес каких-либо изменений в части установления такого вида освобождения от уголовной ответственности, как примирение виновного с потерпевшим51.

25 декабря 1958 Верховным Советом СССР были утверждены Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик. Здесь в числе обстоятельств, смягчающих ответственность, устанавливалось предотвращение виновным вредных последствий совершенного преступления или добровольное возмещение нанесенного ущерба, или устранение причиненного вреда, но примирения, как основания освобождения от уголовной ответственности, закреплено не было52.

27 октября 1960 года третьей сессией Верховного Совета РСФСР пятого созыва был принят новый Уголовный кодекс РСФСР, который содержал такой вид наказания, как обязанность загладить причиненный вред. Устанавливалось, что данный вид наказания может применяться как в качестве основного, так и в качестве дополнительного.

УК РСФСР 1960 года, как и Основы уголовного законодательства устанавливали перечень смягчающих ответственность обстоятельств, в том числе и предотвращение виновным вредных последствий совершенного преступления или добровольное возмещение нанесенного ущерба, или устранение причиненного вреда53. В дальнейшем все проекты уголовного кодекса в качестве одного из обстоятельств, смягчающих ответственность, предусматривали «добровольное возмещение нанесенного ущерба или устранение причиненного вреда».

Вместе с принятием УК РСФСР в 1960 году был принят и Уголовно-процессуальный кодекс, который, как и предыдущие УПК, содержал нормы о возможности прекращения уголовных дел частного обвинения в связи с примирением с потерпевшим54.

Верховным Советом СССР 2 июля 1991 года были приняты Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик. В отличие от предыдущих Основ здесь не устанавливался перечень смягчающих обстоятельств, указывалось лишь на то, что этот вопрос решается самими республиками55.

Статьей 48 Основ были установлены основания освобождения от уголовной ответственности: 1) применение мер общественного воздействия, 2) изменение обстановки, 3) деятельное раскаяние. О примирении виновного с потерпевшим как виде освобождения от уголовной ответственности Основы не упоминали.

В связи с распадом Советского Союза Основы уголовного законодательства 1991 года так и не вступили в силу.

Таким образом, основными тенденциями развития уголовного и уголовно-процессуального законодательства в советский период являются:

  1. нормы о примирении виновного с потерпевшим как основания прекращения уголовного дела содержались только в Уголовно-процессуальных кодексах и применялись только в отношении преступлений частного обвинения;

  2. государство, учитывая интересы потерпевшей стороны, считало возможным в некоторых случаях в какой-то мере восстановить нарушенное право путем применения меры социальной защиты (в последующем - наказания) в виде обязанности загладить причиненный потерпевшему вред;

  3. начиная с 1958 года, в уголовном законодательстве в качестве смягчающего ответственность обстоятельства устанавливалось предотвращение виновным вредных последствий совершенного преступления или добровольное возмещение нанесенного ущерба, или устранение причиненного вреда.

Параллельно с разработкой Основ уголовного законодательства в России шло составление проектов нового Уголовного кодекса.

Первый проект Уголовного кодекса 1988 года (с этого времени начинается новый период развития уголовного законодательства) в разделе VII предусматривал несколько видов освобождения от уголовной ответственности: истечение сроков давности (ст. 60), освобождение от уголовной ответственности с применением мер общественного воздействия (ст. 62), с передачей материалов дела на рассмотрение товарищеского суда (ст. 63), с передачей лица на поруки трудовому коллективу или общественной организации (ст. 64), освобождение от уголовной ответственности и наказания в силу утраты лицом общественной опасности или предотвращения вредных последствий (ст. 65). О примирении виновного с потерпевшим как основании освобождения от уголовной ответственности никаких положений не содержалось. Не устанавливалось такого основания и в последующих проектах УК 1991, 1992 годов.

Норма, предусматривающая возможность освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим, появилась только в последнем проекте 1995 года, который был одобрен Государственной думой 24 мая 1996 года. В указанном проекте Уголовного кодекса в статье 77 было сформулировано положение, тождественное тому, которое содержится в действующем УК РФ в ст. 76: «Лицо, впервые совершившее преступление небольшой тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред».

История появления, формирования и закрепления норм о примирении виновного с потерпевшим в уголовном праве подтверждает известную истину о том, что «все новое – это хорошо забытое старое». Несколько столетий назад в России широко применялось такое основание освобождения от уголовной ответственности, как примирение с потерпевшим (отсутствие определенных терминов, принятых в современном уголовном законодательстве, никоим образом не отражается на фактическом содержании норм права), поскольку государство не сразу взяло на себя защиту интересов частных лиц. По мере укрепления роли государства учет частных интересов конкретного гражданина стал менее значительным: примирение, как основание прекращения уголовного преследования, допускалось только по узкому кругу дел частного обвинения и регулировалось уголовно-процессуальным законом. Изменение политики Российской Федерации в последние годы (в частности, установление приоритета интересов личности) привело к пересмотру отношения к интересам частного лица, что послужило толчком к введению нормы об освобождении от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим в уголовное законодательство.






оставить комментарий
страница1/7
Дата28.05.2012
Размер2,2 Mb.
ТипУчебное пособие, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4   5   6   7
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх