\"Роль конституционных судов в формировании единого правового пространства Европы\" icon

"Роль конституционных судов в формировании единого правового пространства Европы"


Смотрите также:
Бюллетень конституционного...
Учебно-методический комплекс по дисциплине сд. Дс. Ф...
Эффективность государственного управления находится в прямой зависимости от оценки принимаемых...
О развитии библиотечного дела...
Авторское выполнение научных работ любой сложности грамотно и в срок...
Использование информационных технологий в формировании единого культурного пространства и...
Анкета-заявка
Соглашение о формировании единого экономического пространства...
Задача создания Единого энергетического пространства...
Задачи: Организация единого образовательного пространства для учащихся 1 2 классов во внеурочной...
Тематика курсовых работ конституционное (государственное) право россии конституционное право...
Вопросы, планируемые для обсуждения на конференции: Создание единого информационного...



Загрузка...
скачать
Московская международная конференция "Единое правовое пространство Европы и практика конституционного правосудия"

26-28 октября 2006 года


Доклад Председателя КС РА, профессора Арутюняна Г.Г. на тему "Роль конституционных судов в формировании единого правового пространства Европы"


Уважаемые участники международной конференции!


Нами обсуждается сегодня весьма актуальная проблематика, которая имеет особое значение не только для конституционной практики, но и с точки зрения транзитологии.

Многие докладчики в своих докладах, наверное, коснутся сущ­ности понятия "единого правового пространства Европы". А что это озна­чает? В чем суть этого единства? На основе какой единой системы ценнос­тей формируется единое правовое пространство Европы? Насколько восприя­тие этого единст­ва схоже в обществах, имеющих далеко не оди­наковый уровень общепра­вовой и, в частности, конституционной культуры? И еще один вопрос: как прояв­ляется суть данного единого пространства в законотвор­ческой и право­применительной практике разных стран?

Естественно, говоря о едином Европейском правовом пространстве, многие, в первую очередь, имеют в виду интеграционные процессы в Европе в рамках Совета Европы и Европейского союза. Эти процессы привели к формированию необходимой институциональной основы и правовой базы для тесного сотрудничества на основе общих и взаимоприемлемых прин­ципов и ценностей. Именно система ценностей является, на наш взгляд, основой и гарантом прочности этого сотрудничества и фундаментом фор­мирования единого правового пространства Европы.

На уровне конституционных решений впервые четко и недву­смыс­ленно в Конституционном договоре Евросоюза была закреплена та система ценностей, которая лежит в основе Союза. В соот­ветствии со статьей 2 этой Конституции это, прежде всего: челове­ческое достоинство, свобода, демок­ратия, равенство, верхо­венство права и уважение прав человека. Однако закрепления этих ценностей еще недостаточно. Они могут приобрести реальный облик в обществе, где доминирующими являются: плюрализм, толерантность, правосудие, солидар­ность и отсутствие дискриминации.

Многие страны Европейского союза могут констатировать, что приве­ден­ные ценности и качества социальной системы являются неотъем­лемой характеристикой их пов­седневной общественной жизни. И нас­колько это реально, настолько эти общества явля­ются частью единого Евро­пейского пра­во­вого пространства. Ратификация многих общеевропейских пра­вовых актов и принятие на их основе нацио­нальных законодательств далеко не означает быть частью общеевропейского правового пространства. Мы счи­таем, что опре­деляющим является то обстоя­тельство, насколько эти право­вые принципы и положения становятся прак­ти­ческой реальностью.

В этом плане, какова истинная картина и какие имеются тенденции в Восточной Европе и в странах бывшего СССР?

Все эти страны конституционно установили приверженность к демо­кра­тическим, правовым общеевропейским ценностям, признали основопо­лага­ющие принципы народовластия, верховенства права и раз­деления властей, заложили институциональный фундамент пра­вового государства. Насколько эти ценности, принципы и ме­ха­низмы приоб­рели реальное содер­жание в общественной жизни? Это принципиальный вопрос не только с позиции правовой прак­тики, но и имеет более широкий и глубоко научный характер. Одной из основных задач транзи­тологии является именно выявле­ние общих тенденций и логики проявления этих процессов.

Нами, в частности, проведен сравнительный анализ на основании ма­те­­риалов, разработанных организацией Дом свободы США (Free­doоm House).

Результаты этого анализа показывают, что если в странах Европей­ского союза за последние семь лет общие ха­рактеристики демократических процессов улучши­лись на 4,4 процентов, в бал­канских странах, не являю­щихся членами ЕС, - на 12,1 про­центов, то в странах СНГ они ухудшились на 8,1 процентов. Это в том случае, когда интегральный показатель демокра­тического развития в третьей группе уступает первой в 2.83 раза, а второй группе - в 1.46 раза. В странах СНГ в 1997-2006 годах рейтинг избира­тельных про­цессов упал на 12 процентов, независимость средств массовой информации сократилась на 9,8 процентов, уровень правления ухудшился на 13 процентов, судебная система нуждается в серьезном реформировании, а ее независимость сократилась на 10,8 процентов, уровень коррупции повысился на 4,8 процентов. При этом, по сравнению с членами ЕС, в странах СНГ средний рей­тинг избирательных процессов ниже в 3.64 раза, уровень раз­вития гражданского общества уступает в 3.25 раза, независи­мость СМИ - в 3.1 раза, уровень неза­ви­си­мости судебной сис­темы - в 3.11 раза, а уровень коррупции выше в 1.98 раза.

Какие общие выводы можно сделать из этой картины?

  1. сформировались три качественно разные группы среди стран ЕС и Совета Европы с разными уровнями тех основных показателей, которые являются отражением ценностной основы правового пространства этих стран;

  2. если в странах первых двух групп общая динамика демократических и правовых процессов в основном положительная, то в странах СНГ не только уровень очень низкий, но и динамика отрицательная;

  3. приведенная статистика свидетельствует о том, что в странах СНГ общеев­­ро­пейские правовые принципы определенно деформируются в реальной жизни и не являются доминирующими характеристиками социальной действительности.

Подобная ситуация, естественно, нуждается в серьезном осмыслении и оценке. Я не желаю делать предметом спора методику исследования и воздействие субъек­тивного фактора. Считаю, что представленная нами нес­колько лет назад методика в научном плане наиболее основательна и объек­тивна. Вместе с тем представленные факты свиде­тельст­вуют об определен­ном кризисе конституционализма и очевид­ных деформациях конститу­ционных ценностей в переходных странах, особенно в странах-членах СНГ. Это та реальность, когда можно говорить, что есть Конституция, однако нет необходимого уровня конституционной демокра­тии. Свидетельством этого являются не только накопление опре­деленной отрица­тель­ной общественной энергии и, как пос­ледствие, разно­характерные цвет­ные революции и политические кризисы, но и то, что, превращая в лозунги конституционные принципы пра­вового государства и демократии, на прак­тике устанавли­ваются абсолютно другие правила и взаимоотношения.

Естественно, основная задача - выявление причин этого. Можно выде­лить, на наш взгляд, несколько основных причин:

  1. инерция мышления и менталитета. Дело в том, что не только невоз­можно перепрыг­нуть через века, но и часто импортируемая демок­ратия, сталкиваясь с ростками сред­невековой ценност­ной системы, существенно деформи­руется;

  2. недостаток правовой, консти­ту­ционной культуры, низкий уровень правосознания;

  3. недостаточная дееспособность демократических госу­дарст­венных струк­­­­­­тур и несовершенство политических институ­тов;

  4. недостаточная поли­тическая воля государственной власти в осуществ­лении демократических перемен, неудовлетворительные конститу­цион­ные и законода­тельные решения, искаженное восприятие и реали­за­ция основопола­гающих принципов конституционной демократии в законо­дательной политике и правопри­ме­нительной практике;

  5. иммунная недостаточность общественной системы, уг­луб­ление отрица­тельных социальных тенденций и ир­ра­цио­наль­­ных процессов по при­чине неудовлетво­ри­тельного реше­ния имеющихся проблем;

  6. объективные трудности системного распада - превращение из части в целое и одновремен­ное решение задач системной транс­фор­мации, которые в странах Восточной Европы имели иной характер и т.д.

Хочу обострить внимание на некоторых обстоя­тельствах, кото­рые в рамках перечисленных причин обусловливают также жизнеспособность конс­ти­ту­ционного право­судия в транс­формационных системах.

Прежде всего, отмечу, что анализ опыта конституционных раз­витий посткоммунистических стран свидетельствует, что для них характерно то, что на этапах принятия новых конституций в этих странах наличествовали и стремящаяся к реваншу левая оппозиция, и революционный либерализм. Их взаимодействие сформировало определенную среду политического консен­суса для правовых решений. Почти во всех этих странах постепенно не только осла­бился левый экстремизм, но и либеральный романтизм уступил свое место умеренному реализму. Существенно нарушился ба­ланс полити­ческих воздействий. Над конституционными реше­ниями, новыми измене­ниями постепенно уста­новило верхо­венство административно-политическое воздействие дейст­вую­щей власти, которое опасно в той мере, в какой конс­титу­ционные проблемы приспосабливает к решению текущих поли­тических задач, не делая их решение результатом общественного согласия.

Типично также то, что в этих странах, как правило, поли­тическая институционализация находится на низком уров­не. Значительная часть поли­тических партий являются, по опре­делению одного из немецких полито­логов, "...или политическими сектами, или средством самоутверждения отдельных амбициозных личнос­тей". Отсутствует гармоничная демократи­ческим цен­ностям поли­ти­ческая культура. Демократия в каком-то плане фальси­фи­ци­руется и превра­щается в политическую диктатуру, когда политическое боль­шинство имеет неограниченную власть, а меньшинство лишено возмож­ности влияния на политико-правовые процессы.

В переходных обществах основными прояв­лениями иррацио­нальных процессов в конституционной практике являются:

  • искаженные представления о демократии и ценностной системе правового государства1;

  • применение этих ценностей как завесы для призвания к жизни воли власти;

  • усилия превратить различные институты власти, прессу и средства массовой информации в орудие властвования;

  • сращение власти и теневой экономики и этим путем, с одной стороны, перерастание коррупции в основной капитал власти, с другой стороны - политизация теневой экономики;

  • формирование новой и наиболее опасной среды огра­ничения прав и свобод человека и гражданина через появление некой среды страха, недоверия, безнадежности, безнаказанности, укоренения полити­ческого и бюрокра­тического цинизма, которые порою препод­носятся в демократической упаковке.

В подобных условиях существенно возрастает роль экзоген­ного фак­тора, в частности активное воздействие европейских структур на демократи­ческие развития посткоммунистических стран, что в определенной мере вызывает негативную внутреннюю реакцию.

И количественный, и качественный анализ существующих реалий в странах-членах СНГ свидетельствует, что путем слияния политической, экономической и административной сил формируется признак некой "корпо­ра­тивной демократической системы", которая своим характером искажена, игнорирует принцип верховенства права, основана на теневой экономике и реалиях абсолютизации власти.

Самая большая угроза корпоративной демократии заключается именно в том, что общественная система оказывается в паутине хронической иммунной недостаточности. С первого взгляда, под общественной стабиль­ностью скрывается воспроизводство подверг­шихся мутации цен­ностей, что более опасно, чем любая другая общественная болезнь. Подоб­ная ситуация неизбежно приводит к углублению противоречий между интересами власти, общества и госу­дарства. Главная задача конституционно-правовой системы общества - не допустить появления и углубления антагонизма между этими интересами, между властью и свободой. Однако при установлении корпо­ративной демок­ратии подобный антагонизм становится неизбежным. А ведь сущностная характеристика конституции заключается именно в том, чтобы обеспечить юридически узаконенный баланс между властью и свободой.

Препятствием к этому является то, что формирование ценностных основ новой правовой среды не осуществляется как внутренняя необ­ходи­мость, как средство достижения общественного сог­ласия, преодоления политических кризисов.

Несмотря на конституционные формулировки и законодательные реше­ния, реальный характер общественных отношений опре­деляется реальным действием в данном обществе принципа верхо­венст­ва права, когда власть ограничивается правом, а не наоборот, когда эти права являются непос­редственно действующими правами, когда в действитель­ности они опре­деляют смысл, содержание и применение законов, деятель­ность законода­тель­ной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспе­чиваются правосудием.

Передовица французской газеты "le Mond Diplomatik" мартовского номера 624 2006 года, была посвящена одной важной задаче - каковы основные критерии демократии. В случае подобной постановки вопроса в переходных обществах будет действовать принцип "сколько вопросов - столько ответов". Ответ упомянутой газеты, однако, по нашему мнению, полный и исчерпывающий. Этих критериев пять:

  • свободные и справедливые выборы;

  • организованная и свободная оппозиция;

  • возможность реальной альтернативной замены власти;

  • независимая судебная система;

  • независимая пресса.

Каждую из указанных критериев можно точно охаракте­ризовать множеством индикаторов и создать обобщенную, интег­раль­ную картину демократии, как это делается в случае организации "Дом свободы". Однако здесь достойно внимания следующее важное обстоятельство. Эти критерии взаимообусловлены, один не существует независимо друг от друга, все осталь­ные качества демократии производны от них или обусловлены ими. Отсутствие или изувеченное состояние любого из них свидетельствует об искажениях демократии. Эти критерии лежат также в основе двух стерж­невых целей Европейской цивилизации - свободная конку­рентная рыночная экономика и представительная демократия. На эти цели направлены все Европейские концептуальные инициативы.

Оценивая реальную ситуацию только в области трудовых взаимоот­ношений в отдельных странах СНГ в нынешних условиях трансформации, невозможно не заметить, что они в некоторой мере имеют феодальный характер. Оли­гар­хическо-феодальный феномен из сферы экономики посте­пенно распрост­раняется в политику и систему государственной власти через слияние экономических, политических и административных сил. Это дегра­дация социального об­щества, последствие которой придется преодолевать поколениями. Корпоративная демократия является основ­ным носителем этой опасности, преодоление которой является первоо­чередной задачей путем воплощения в жизнь конституционного прин­ципа формирования правового, демократического государства и гражданс­кого общества.

Все эти деформации несовместимы с основополагающими принципами Европейского правового пространства. Роль конституционных судов пере­ходных стран заключается именно в том, чтобы гарантировать верховенство конституции на основе реального обеспечения верховенства права и форми­рования той основополагающей ценностной системы, которая заложена в основу единой правовой системы Европы.

В чем заключается главная задача?

Изучая характер доктринальных подходов и правовых позиций многих европейских консти­ту­ционных судов, в том числе стран СНГ, приходим к выводу, что нет большой разницы в оценке и понимании общеевропейских правовых прин­ципов - особенно в области защиты прав человека. Из всех государственных струк­тур конс­титуционные суды отличаются прежде всего тем, что у них больше всего выработан потенциал адекватного понимания сущности и соот­ветст­венного применения на практике основополагающих принципов евро­пейс­кого права. Главная задача - эффективно использовать этот потен­циал. А это возможно только при обеспечении реальной независи­мости консти­туцион­ных судов. Опыт многих конституционных судов, отно­шение других ветвей власти к этим институтам убедительно показывают, что их реальную неза­ви­симость и функциональную дееспособность невозможно обеспечить в усло­виях транс­формации без правильного задействования как эндогенных, так и экзо­генных факторов в рамках международных обяза­тельств каждой страны. А это уже тема друго­го раз­говора, на которую, надеюсь, еще будет возмож­ность обратить отдель­ное внимание.

Благодарю за внимание.

1 Об этом свидетельствуют также используемые политиками и некоторыми исследователями в последнее время такие понятия, как "переходная демократия", "национальная демократия", "частичная демократия", "управляемая демократия", "суверенная демократия" и т.д.








Скачать 107,36 Kb.
оставить комментарий
Дата06.05.2012
Размер107,36 Kb.
ТипДоклад, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх