Курс лекций Чепик, Ю. И., Психология больного ребенка: курс лекций/В. И. Дунай, Ю. И. Чепик. Минск: бгу, 2008. 127 с. Психология больного ребенка icon

Курс лекций Чепик, Ю. И., Психология больного ребенка: курс лекций/В. И. Дунай, Ю. И. Чепик. Минск: бгу, 2008. 127 с. Психология больного ребенка



Смотрите также:
Учебно-методический комплекс к дисциплине психология одаренного ребенка специальности...
Учебно-методический комплекс к дисциплине «психология одаренного ребенка»...
Курс лекций Минск, 2004 удк ббк б 24...
Методическое пособие для студентов медицинских вузов...
Курс лекций подготовлен в соответствии с Государственным образовательным стандартом высшего...
Курс лекций по дисциплине история экономических учений москва 2008...
Введение в курс пропедевтики детских болезней...
Введение в курс пропедевтики детских болезней...
Курс лекций для студентов специальности 032301- «Регионоведение»...
Курс лекций ульяновск 2008 удк 620. 2(075. 8)...
Курс лекций ульяновск 2008 удк 620. 2(075. 8)...
Курс лекций по дисциплине история экономики москва 2008...



страницы:   1   2   3   4   5   6
скачать






Психология больного ребенка

Курс лекций


Чепик, Ю. И., Психология больного ребенка: курс лекций/В.И.Дунай, Ю.И.Чепик. — Минск: БГУ, 2008. — 127 с.


Психология больного ребенка


ВВЕДЕНИЕ

В настоящее время все большую актуальность приобретает психосоматический подход в определении причин возникновения и течения заболеваний у детей. Постоянно возникающие стрессовые и психотравмирующие обстоятельства и требования, предъявляемые социальной, а нередко и семейной средой, ослабляют иммунитет ребенка, способствуют снижению резистентных сил организма, и, как следствие, приводят к возникновению заболеваний. С другой стороны, соматические заболевания, наблюдение за изменениями, происходящими с телом в процессе длительного лечения и пребывания в клинике, ряд болезненных медицинских процедур, меняют личность больного ребенка, детерминируя изменения в психической сфере.

Долгое время специальные исследования психосоматических расстройств в детском возрасте не проводились. Первые обобщающие работы и интерес к этой проблеме у детей в отечественной практике появились в связи с деятельностью таких исследователей, как Белоконь Н.А.,1986; Северный А.А., 1987; Козидубова В.М.,1988; Шварков С.Б., 1991; Ковалев В.В.,1995; Антропов Ю.Ф., 1999; и ряд других. Огромный шаг на пути исследований в этой области был сделан детским психиатром и медицинским психологом Дмитрием Николаевичем Исаевым, благодаря трудам которого поднят на совершенно новый уровень целый пласт проблем, отражающих особенности психики детей при соматических заболеваниях, психосоматических и пограничных нервно-психических расстройствах.

Структура, содержание и материалы данного курса лекций в значительной степени предопределены достижениями ряда исследований в этой области, а также собственным опытом авторов. В пособии отражены основные причины возникновения «болезней адаптации» у детей, а также факторы, влияющие на возникновение и течение заболеваний в детском возрасте. Поднимаются вопросы, посвященные психическим расстройствам, встречающимся при различных врожденных и приобретенных заболеваниях, органических поражениях мозга. Акцентируется внимание на особенностях построения взаимоотношений с детьми, имеющими онкологические заболевания, детьми с тяжелыми ожоговыми травмами. Приводятся модели сопровождения семьи и родителей больного ребенка.

По мнению авторов, специалист, работающий с больными детьми, должен не только реабилитировать, лечить и сопровождать пациента в болезни, но и понимать актуальность психопрофилактических действий, направленных на процессы сохранения здоровья подрастающего поколения. Он сможет сделать это тем лучше и качественнее, чем глубже будет осведомлен о причинах возникновения заболеваний и особенностях психологии детей.


Лекция 1

^ ПСИХОФИЗИОЛОГИЯ ФУНКЦИОНАЛЬНЫХ СОСТОЯНИЙ, СОПРОВОЖДАЮЩИХ БОЛЕЗНЬ.

В центре проблемы психологии больного ребенка находится представление об особом явлении — психофизиологии функциональных состояний сопровождающих болезнь. Это понятие широко используется в медицине, психологии и обозначает физиологические механизмы, определяющие стресс и боль, как сопроводительный компонент болезни, знание которых имеет важное практическое значение.

Стресс рассматривают как особое функциональное состояние, и в то же время, как психофизиологическую реакцию организма на воздействия среды, выходящие за границы адаптивной нормы. Термин «стресс» был введен Гансом Селье в 1929 году. Он обратил внимание на то, что у всех пациентов, страдающих от самых разных заболеваний, возникает ряд общих симптомов (потеря аппетита, мышечная слабость, повышенные артериальное давление и температура, утрата мотивации к достижениям). Поскольку эти симптомы не зависят от природы соматического расстройства, Селье предложил обозначить такое состояние «синдром просто болезни». Одно из последних определений стресса таково: «неспецифическая реакция организма на любое требование извне». В настоящее время термин «стресс» используется для обозначения целого ряда явлений:1) сильное, неблагоприятное, отрицательно влияющее на организм воздействие; 2) сильная неблагоприятная для организма физиологическая или психологическая реакция на действие стрессора; 3) сильные, как благоприятные, так и неблагоприятные для организма реакции разного рода; 4) неспецифические черты (элементы) физиологических и психологических реакций организма при сильных, экстремальных на него воздействиях, вызывающих интенсивные появления адаптационной активности; 5) неспецифические черты (элементы) физиологических и психологических реакций организма, возникающие при любых реакциях организма. Таким образом, в целом стресс представляет собой неспецифический компонент адаптации, играющий мобилизующую роль и обуславливающий привлечение энергетических и пластических ресурсов для адаптационной перестройки организма.

^ Этапы развития стресса. Любой раздражитель, вызывающий стрессовую реакцию, должен вначале быть воспринят (хотя и не обязательно осознанно) сенсорными рецепторами периферической нервной системы. Восприняв это раздражение, рецепторы посылают импульсы по сенсорным путям периферической нервной системы к мозгу. В ЦНС от главных путей, восходящих к неокортексу, отходят нервные ответвления, направляющиеся в ретикулярную формацию и далее в образования промежуточного мозга. Поэтому воспринимаемые события получают должную оценку в структурах мозга, связанных с обеспечением мотивационно-потребностной сферы человека (гипоталамусе и лимбической системе). В конечном счете все потоки нервной импульсации по восходящим путям поступают в кору больших полушарий, где осуществляется их содержательная, смысловая интерпретация. Результаты этой интерпретации по каналам обратной связи попадают в лимбическую систему. Если раздражитель истолковывается как угроза или вызов, провоцирующий ярко выраженную эмоциональную оценку, возникает стрессогенная реакция. Для многих людей активация эмоций (как отрицательных, так и положительных) является стимулом для стресса. Организм человека справляется со стрессом тремя путями: 1. Стрессоры анализируются в высших отделах коры головного мозга, после чего определенные сигналы поступают к мышцам, ответственным за движения, подготавливая организм к ответу на стрессор.  2. Стрессор оказывает влияние и на вегетативную нервную систему. Учащается пульс, повышается давление, растет уровень эритроцитов и содержание сахара в крови, дыхание становится частым и прерывистым. Тем самым увеличивается количество поступающего к тканям кислорода. 3. Из анализаторных отделов коры сигналы поступают в гипоталамус и надпочечники. Надпочечники регулируют выброс в кровь адреналина, который является общим быстродействующим стимулятором. Гипоталамус передает сигнал гипофизу, а тот — надпочечникам, в результате возрастает синтез гормонов и их выброс в кровь. Гормоны, в основном, осуществляют медленнодействующую защиту организма. Они изменяют водно-солевой баланс крови, повышая давление, стимулируют быстрое переваривание пищи и освобождают энергию; гормоны повышают число лейкоцитов в крови, стимулируя иммунную систему и аллергические реакции.
          Наиболее продолжительные соматические реакции на стресс являются результатом активации «эндокринных осей». Этим термином обозначают эндокринные пути, по которым осуществляется реакция на стресс. Существуют три основные «эндокринные оси», которые вовлекаются в стрессовую реакцию человека: адрено-кортикальная, соматотропная и тироидная. Они связаны с активацией коры и мозгового вещества надпочечников и щитовидной железы. Показано, что эти оси могут быть активизированы посредством многочисленных и разнообразных психологических воздействий, включая различные психосоциальные стимулы.

^ Общий адаптационный синдром. В 1956 г. Селье разработал концепцию «общего адаптационного синдрома» (ОАС). ОАС есть не что иное, как усилие организма приспособиться к изменившимся условиям среды за счет включения специальных защитных механизмов, выработанных в процессе эволюции. ОАС разделяется на три стадии: Первая называется стадией тревоги. Эта стадия связана с мобилизацией защитных механизмов организма. Во время этой стадии эндокринная система отвечает нарастающей активацией всех трех осей. При этом главную роль играет адрено-кортикальная система.  Вторая стадия называется стадией сопротивления. Эту стадию отличает максимально высокий уровень сопротивляемости организма к действию вредоносных факторов. Она выражает усилия организма поддержать состояние гомеостаза (равновесия внутренней среды) в изменившихся условиях.  Последняя стадия — стадию истощения. Если воздействие стрессора будет продолжаться, то в итоге «энергия адаптации», т.е. адаптивные механизмы, участвующие в поддержании стадии резистентности, исчерпают себя. Тогда организм вступает в финальную стадию — стадию истощения. В некоторых случаях под большой угрозой действительно может оказаться выживание организма.
           ^ Виды стресса. Селье считал, что стрессовая реакция представляет собой неспецифический набор психофизиологических изменений, который не зависит от природы фактора, провоцирующего стресс. Позднее, однако, было показано, что общая картина психологических реакций может быть весьма специфична. В ее формирование вносят свой вклад и качественное своеобразие раздражителя, и индивидуальные особенности организма.
          В связи с особенностями раздражителя принято выделять, по крайней мере, два варианта стресса: физический (физиологический) и психоэмоциональный (эмоциональный). Стимул, вызывающий стрессовую реакцию, называется стрессором. Раздражитель может стать стрессором в результате его когнитивной интерпретации, т.е. значения, которое человек приписывает данному раздражителю (психоэмоциональный стресс). Например, звук чужих шагов за спиной идущего по улице человека ночью на пустынной улице может оказаться сильным стрессором. Физический стресс возникает в результате воздействия раздражителя через какой-либо сенсорный или метаболический процесс. Например, удушье или слишком сильные физические нагрузки приобретают роль стрессоров, провоцирующих физиологический стресс. Следует подчеркнуть особую роль длительности воздействия неблагоприятного фактора. Так, некоторые раздражители способны вызывать стрессовую реакцию в результате достаточно долгого их воздействия на человека. В случае кратковременного стресса, как правило, актуализируются уже сложившиеся программы реагирования и мобилизации ресурсов.

Наиболее характерная черта ребенка — его эмоциональность. Он очень живо откликается на любые изменения в своем окружении — как негативные, так и позитивные. Эти переживания в большинстве случаев носят положительный характер и имеют очень большое значе­ние в приспособлении ребенка к изменяющейся жизни. Однако при определенных условиях чувства могут играть и отрицательную роль, приводя к невротическим или соматическим расстройствам. Это про­исходит в тех случаях, когда сила эмоции достигает такой степени, что становится причиной развития стресса.

Эмоциональный стресс - это состояние ярко выраженного психоэмоционального переживания человеком конфликтных жизненных ситу­аций, которые остро или длительно ограничивают удовлетворение его социальных или биологических потребностей (Судаков К. В., 1986).

Вместо того чтобы мобилизовать ресурсы организма для преодо­ления трудностей, стресс может оказаться причиной серьезных рас­стройств. Механизм эмоционального стресса складывается из про­должительного последействия, при неоднократном повторении или при большой продолжительности аффективных реакций в связи с затянувшимися жизненными трудностями эмоциональное возбуждение может принять застойную стационарную форму. В этих случаях даже при нормали­зации ситуации застойное эмоциональное возбуждение не ослабева­ет. Более того, оно постоянно активизирует центральные образова­ния вегетативной нервной системы, а через них расстраивает деятель­ность внутренних органов и систем. Если в организме оказываются слабые звенья, то они становятся основными в формировании забо­левания.

Эмоциональные стрессы по своему происхождению, как правило, социальны. Их частота нарастает по мере развития научно-техничес­кого прогресса, ускорения темпа жизни, информационных перегрузок, увеличивающейся урбанизации, экологического неблагополучия. Устойчивость к эмоциональным стрессам различна у разных людей. Одни — более предрасположены, другие — весьма ус­тойчивы. Однако развитие у ребенка вследствие этих расстройств, кли­нически выраженных нервных или соматических заболеваний зависит от ряда условий. Такими условиями следует считать психические и био­логические особенности индивида, социальное окружение и характе­ристики событий, вызывающих серьезные эмоциональные реакции (стрессоров).

Известно, что многократно перенесенные в прошлом трудные си­туации в семье и вне ее неблагоприятно сказываются на последствиях эмоционального стресса (Hinkle L., 1977). При этом, как оказалось, имеют значение частота и тяжесть переживаемых событий. Т. Н. Holmes и R. H. Rahe (1967) создали теорию жизненных событий. Была состав­лена шкала оценки жизненных событий, проранжированных по их важности для личности. Для психического и соматического здоровья опасен не только один трагический инцидент, подобный смерти близ­ких, но и несколько менее драматичных, происшедших за короткий промежуток времени, так как это тоже снижает возможности приспо­собления. В течение года человек переживает в среднем около 150 за­метных жизненных изменений. Если их число возрастает более чем в два раза, то вероятность заболевания составляет 80 %. Если число та­ких событий колеблется в пределах от 150 до 300, то риск заболева­ний — 50 %. Эта теория не учитывает, что человек в мире не один, что другие люди могут оказать ему помощь, облегчить приспособление к ситуации. Наряду с предшествующим жизненным опытом, существенное значение имеют и актуальные житейские об­стоятельства. При несоразмерности личностных реакций на изменяющийся мир возникает опасность для здоровья.

Из различий взаимо­отношений личности и ее окружения вытекают несоответствия, при­водящие к стрессу (French R. D., 1974; Harris R., 1978). Такой подход предполагает комплексное рассмотрение человека и окружающей его среды. По мнению G. Engel, A. H. Schmale (1967), развитию заболевания после эмоционального стресса способствует состояние беспомощности, когда окружение воспринимается менее безопасным, не доставляю­щим удовольствия, а человек чувствует себя покинутым. В то же вре­мя если индивида окружает такая социальная среда, которая разделяет его оценки и мнения, и в ней он может всегда найти эмоциональную поддержку, то вероятность болезнетворного действия эмоционального стресса уменьшается (CaplanL, 1974).

Привязанность, возникающая между детьми и их родителями в самый чувствительный для этого период — вскоре после рождения, имеет колоссальное значение не только в ка­честве цементирующего механизма, объединяющего группы людей, но и в качестве механизма, обеспечивающего их безопасность. Формиро­вание этого социального механизма основано на врожденных образ­цах поведения, что и определяет не только прочность привязанностей, но и их большую защитную силу. В тех же случаях, когда родительская забота была недостаточной, а социальные отношения нарушались или отсутствовали, у детей в дальнейшем недоставало необходимых жиз­ненных социальных качеств.

Сам факт воздействия еще не обязательно предполагает наличие стресса. В то же время вос­приимчивость к некоторым агрессорам у детей может быть раз­личной. Новые впечатления для одних непереносимы, а другим необходимы. Для развития заболевания имеет значение также и содержа­ние стрессора. Как уже отмечено, далеко не все из детей, кто подвергается стрессовым воздействиям, заболевают. Это объясняется устойчивостью некоторых психологических особенностей развивающейся личности ребенка. В тоже время часть детей обладает повышенной чувствительностью к стрессам.

Стресс не развивается по закону «все или ничего», а имеет различ­ные уровни проявления. Он протекает как компенсаторный процесс во взаимоотношениях с внешним миром, как соматическая регуляция. При постоянном повышении активности функциональных систем может происходить их «износ», амортизация (по Levi L., 1974). Стрессогенность события определяется его восприятием индиви­дом. При оценке переживаемых трудностей по степени реадаптации или по уровню дистресса оказалось, что субъективное и объективное значения событий для взрослого и ребенка различны.

Для детей младшего возраста наиболее существенным переживани­ем может стать даже временный отрыв от родителей. Более старшие дети тяжело переживают свою неспособность удовлетворить родитель­ские чаяния о высокой успеваемости или примерном поведении. У под­ростка развитие стресса нередко связывается с неприятием или отвер­жением со стороны той группы сверстников, к которой он хочет при­надлежать.

Основа развития заболевания при длительном стрессе - продолжительное влияние гормонов, участвующих в формировании стресс - реакции и вызывающих нарушения в обмене липидов, углеводов, электролитов (Селье Г., 1956; Горизонтов П. Д., 1981). Кратковременное острое воздействие стресса приводит к повыше­нию адаптивных способностей. Однако подготовленная реакция «бит­ва — бегство» не осуществляется, что оказывает отрицательное влия­ние.

Под реакциями дезадаптации следует понимать относительно кратковременные психогенные расстройства, возникающие при столкнове­нии ребенка с трудными или непреодолимыми обстоятельствами и нарушающие нормальное приспособление к условиям существования. Как отмечает Г. Е. Сухарева (1959), «не всякая реакция на психическую травму может быть отнесена к группе психогенных реакций, а лишь патологическая реакция, т. е. такая, которая достигает большей силы, что делает данного субъекта неприспособленным на более или менее длительный срок». В более легких случаях они представлены состоя­ниями, переходящими от здоровья к болезни (предболезнь), а в более тяжелых - болезненными состояниями с преимущественно психичес­кими, психомоторными или психосоматическими расстройствами, либо их сочетаниями в структуре неврозов, аномальных развитии лич­ности или психопатий (Ушаков Г. К., 1978).

Важность предупреждения реакций дезадаптации у детей подтверждается их частотой. Так, неврозы и невротические формы реактивных состояний составляют 23,3% от общего числа нервнопсихичес­ких заболеваний детей и подростков, причем 71,8% из них приходится на младший школьный возраст (Колегова В. А., 1973).

Возникновению реакций дезадаптации у детей способствуют или препят­ствуют особенности темперамента ребенка, характера условий формирования личности и история сознательных отношений с людьми.

В. В. Ковалев (1979) выделяет среди психотравмирующих факторов:

1) шоковые психические травмы, которые отличаются большой силой и угрожают, как правило, жизни или благополучию;

2) психотравмирующие ситуации относительно кратковременного действия, но психоло­гически очень значимые (утрата или болезнь одного из родителей, ссора со сверстниками и т. д.);

3) хронически действующие психотравмирующие ситуации, затрагивающие основные ценностные ориентации ребенка (семейные конфликты, противоречивое или деспотическое воспитание, неуспеваемость и т. д.);

4) факторы эмоциональной депривации составляют группу воздействий, складывающихся из недо­статков ухода, заботы, ласки, т. е. таких факторов, которые препятству­ют формированию у ребенка привязанности или нарушают ее разви­тие (разлука с матерью, неспособность матери из-за болезни создать эмоциональную теплую атмосферу и т. д.).

В раннем возрасте наиболее подвержены действию психотравмы дети пассивные, замкнутые, инертные, чрезмерно реактивные или аффективные, незрелые и имеющие те или иные отклонения вегета­тивной нервной системы. Среди более старших наиболее ранимы дети с такими чертами, как тревожная мнительность, тормозимость, наклон­ность к страхам, истероидность, психический инфантилизм. Фоном, усиливающим эффект психотравмирующих воздействий, является врожденная и приобретенная церебрально-органическая недостаточность. Роль органической недостаточности состоит, в частности, в том, что она способствует развитию волевой неустойчивости, легкости возникно­вения, бурному протеканию, заостряемости и неуправляемости аффек­тов, отсутствию гибкости во взаимоотношениях с людьми.

Влияние возрастного фактора сказывается как в известном возрас­тном своеобразии клинической картины и динамики нарушений, так и в увеличении риска возникновения психогенных расстройств в пе­реходные возрастные периоды.

^ Боль и физиологические механизмы. Теоретически боль не рассматривается как особое функциональное состояние. По определению, больнеприятное сенсорное и эмоциональное переживание, связанное с истинным или потенциальным повреждением ткани или описываемое в терминах такого повреждения. Тем не менее длительные (хронические) боли столь существенно изменяют психофизиологическое состояние человека, а в некоторых случаях и мировоспритие в целом, что представляется целесообразным уделить специальное внимание анализу этого явления.  Типология боли осуществляется по ряду признаков. По характеру локализации все болевые проявления подразделяются на соматические и висцеральные.

Соматическая боль. В свою очередь соматическая боль может быть поверхностной или глубокой. Боль, возникающая в коже, называется поверхностной. Боль, локализуемая в мышцах, костях, суставах и соединительных тканях, называется глубокой.  Поверхностная боль, вызываемая, например, уколом кожи, — это, как правило, яркое по характеру и легко локализуемое ощущение, быстро угасающее с прекращением стимуляции. Часто за этой ранней болью с задержкой в 0,5-1,0 с следует так называемая поздняя боль, тупая и ноющая. Эту боль труднее локализовать, и она медленнее угасает.  Глубокая боль — одна из самых обычных у человека и животных. Она, как правило, тупая, трудно локализуемая и имеет тенденцию к иррадиации в окружающие ткани. Однако есть типы острых, а также хронических болей в суставах, скелетных мышцах и в соединительных тканях.
          ^ Висцеральная боль связана с болезненными ощущениями во внутренних органах. Например, висцеральную боль можно вызвать быстрым и сильным растяжением полых органов брюшной полости. Спазмы, или сильные сокращения, внутренних органов также относятся к типу висцеральных болей.

Важной характеристикой боли является ее продолжительность. Так, кратковременная острая боль обычно ограничена поврежденной областью (например, ожог кожи). При этом человек точно знает, где она локализуется, и осознает степень ее интенсивности. Такая боль указывает на грозящее или уже произошедшее повреждение ткани и поэтому обладает четкой сигнальной и предупредительной функцией. После устранения повреждения она быстро исчезает.  Наряду с этим, устойчивые и рецидивирующие формы боли являются так называемыми хроническими типами боли. К хроническим болям относят такие, которые длятся более полугода. Хронические боли достаточно длительны и более или менее регулярно повторяются (например, головные боли, называемые мигренью). К хроническим болям можно отнести и так называемые «фантомные» боли, которые возникают в тех конечностях, которые были ампутированы.   Обычной хронической боли нельзя приписать какой-либо физиологической функции. В этом отношении она «бессмысленна», и от нее надо избавляться. С точки зрения сенсорной физиологии, у хронической боли нет прямой связи между ее интенсивностью и степенью органического повреждения. Иногда хроническая боль не зависит от расстройства, лежащего в ее основе и проявляется как отдельный, индивидуальный синдром, принципиально отличный от острой боли.

Любая боль включает ряд составляющих, или компонентов. К числу таких составляющих боли относится сенсорный, аффективный, вегетативный, двигательный и когнитивный компоненты.
          ^ Сенсорный компонент передает в кору головного мозга информацию о местоположении источника боли, начале и окончании его действия и о его интенсивности. Человек осознает эту информацию в виде ощущения, точно так же как и другие сенсорные сигналы, например, запах или давление.
          ^ Аффективный компонент окрашивает эту информацию неприятными переживаниями.
          Вегетативный компонент обеспечивает реакцию на болевую стимуляцию. Например, при погружении руки в горячую воду происходит расширение кровеносных сосудов, однако в обоих случаях повышается кровяное давление, учащается пульс, расширяются зрачки, изменяется ритм дыхания. Это так называемый вегетативный компонент боли. При сильной боли реакция вегетативной нервной системы может быть и более выраженной, например, при желчной колике может возникнуть тошнота, рвота, потоотделение резкое падение кровяного давления.
          ^ Двигательный компонент чаще всего проявляется как рефлекс избегания или защиты. Мышечное напряжение проявляется как непроизвольная реакция, направленная на избегание боли.
          ^ Когнитивный компонент боли связан с рациональной оценкой происхождения и содержания боли, а также регуляцией поведения, связанного с болью.  В раннем онтогенезе боль играет роль обратной связи, фиксирующей переживание и изменяющей соответствующие проявления психической реальности ребенка. Доказано, что поведенческие и эмоционально нормальные реакции на болевые стимулы не являются врожденными, они приобретаются в ходе развития. Если этот опыт не приобретен в раннем детстве, выработать соответствующие реакции позднее оказывается очень трудно. Так щенки, специально ограждаемые от вредных стимулов в первые восемь месяцев жизни, оказывались неспособными правильно реагировать на боль, например, они неоднократно «нюхали» огонь, а на глубокое погружение иглы в кожу отвечали лишь локальными рефлекторными вздрагиваниями.  В онтогенезе формируется также и градация в оценке болевых ощущений (слабая, беспокоящая, сильная, невыносимая). Главное в этой оценке — сравнение боли, испытываемой в данный момент, с ранее пережитыми видами боли. Иными словами, текущее состояние измеряется относительно прежних переживаний, хранящихся в памяти, и оценивается в свете накопленного опыта. Такую оценку можно рассматривать в качестве когнитивного компонента. В зависимости от результата этого сравнения психомоторный компонент боли будет выражаться по-разному: мимикой, стонами, жалобами, различными просьбами и т.п. Когнитивное суждение, вероятно, влияет и на степень проявления аффективного и вегетативного компонентов боли. Так, например, человек больше страдает от боли, которая, по его мнению, оказывает важное влияние на самочувствие, чем от такой же по интенсивности, но привычной и субъективно оцениваемой как безвредная.  На оценку боли и ее выражение, влияет и ряд других факторов, например, жалобы человека на боль зависят от его социального статуса, семейного воспитания и этнического происхождения. Так, в обряде инициации подростков в ряде племен Африки и Южной Америки невыносимая с точки зрения нормального европейца боль не должна сопровождаться никакими внешними проявлениями у юноши, проходящего обряд.  Кроме того, на оценку боли оказывают решающее влияние те обстоятельства, при которых она возникает. Известно, что спортсмены на ответственных соревнованиях не испытывают боли даже от серьезной травмы, и, кроме того, им требуется существенно меньше болеутоляющих средств, чем людям, получившим такие же повреждения в обычных условиях. Интересно, что не получено значимых корреляционных связей между поведением при боли и устойчивыми личностными чертами, например, экстраверсии и интроверсии. Иными словами, невозможно на основе знания личностных черт предсказать реакцию данного человека на боль.
          Как правило, все компоненты боли возникают вместе, но их соотношение и степень выраженности каждого может варьировать в зависимости от вида боли и ряда других факторов. Однако, поскольку они связаны с различными отделами нервной системы, то все компоненты боли могут в принципе возникать изолированно друг от друга. Например, спящий человек может отдернуть руку от болевого стимула, даже не ощутив боли сознательно.

^ Ноцицептивная система. С какими физиологическими системами и процессами связано возникновение боли? До недавних пор существовала точка зрения, что боль не имеет специфических физиологических механизмов. Как ощущение она может возникать в любой сенсорной системе, если воздействие оказывается слишком сильным. Однако экспериментально было показано, что существует особая мозговая система, обеспечивающая восприятие и передачу болевой информации в кору больших полушарий.


^ Объективная обработка болевых сигналов осуществляется в особой мозговой системе, именуемой ноцицептивной. Она включает особые виды рецепторов, обеспечивающих восприятие болевых стимулов, нервные волокна и проводящие пути в спинном мозге, а также центральные структуры в стволе мозга — таламусе и коре больших полушарий. Боль как переживание представляет отражение работы этой системы в сознании — субъективный компонент. Из этого следует, что боль как переживание не всегда может быть связана с реальным болевым стимулом. Если возбуждение возникает в проводящих путях и высших центрах ноцицептивной системы, минуя болевые рецепторы, человек будет испытывать боль в отсутствии реального болевого воздействия. Подобная боль имеет патологическую природу и требует лечения.
          Особенностью ноцицептивной системы как мозгового субстрата боли является также наличие особых тормозных механизмов, которые действуют на уровне спинного мозга и ряда центров головного мозга. Когда эти механизмы включены, уровень возбудимости ноцицептивной системы в целом снижается, и боль как ощущение уменьшается или исчезает полностью. Эти представления лежат в основе теории воротного контроля боли. Включением центральных механизмов воротного контроля объясняются те случаи, когда сильно травмированный человек почти не испытывает боли.




Лекция 2


^ ТИПЫ КРИЗИСНЫХ СИТУАЦИЙ, СПОСОБСТВУЮЩИХ РЕАКЦИЯМ ДЕЗАДАПТАЦИИ У ДЕТЕЙ


Ситуации повышенного риска, предрас­полагающие к возникновению реакций дезадаптации у детей, можно предста­вить следующим образом:

Ранний и дошкольный возраст

Отсутствие или утрата чувства безопасности, защищенности:

  • враждебная, жестокая семья,

  • эмоционально отвергающая семья,

  • не обеспечивающая надзора и ухода семья

  • утрата или болезнь близкого человека, негармоничная семья (распадающаяся, распавшаяся, ригид­ная, псевдосолидарная),

  • чрезмерно требовательная семья (доминирующая гиперопека),

  • появление нового члена семьи (отчим, мачеха, брат, сестра),

  • противоречивое воспитание или смена его типа,

чуждое окружение за рамками семьи (язык, культура).


Беззащитность из-за отрыва от семьи:

  • помещение в чужую семью,

  • направление в детское учреждение,

  • госпитализация.

Школьный возраст (помимо ситуаций, упомянутых выше):

  • невозможность соответствовать ожиданиям семьи (быть отличником, рекордсменом),

  • переживание чрезмерной ответственности за других членов семьи,

  • неприятие семьей, детским коллективом, педагогами,

  • неспособность справляться с учебной нагрузкой,

  • враждебное отношение родителей, педагогов,

  • отрыв от семьи, смена школьного коллектива, перемена мес­та жительства,

  • ситуация, опасная для здоровья (соматическое заболевание),

  • заболевание с предполагаемым фатальным исходом.

Обнаружить эти ситуации иногда довольно сложно, особенно с уче­том того, что нередко родители обращаются в связи не с психически­ми или психомоторными, а с соматическими симптомами. Нацелен­ность клинического обследования на диагностику у каждого ребенка особенностей психических проявлений и анализ микросоциальной (семейной) ситуации могут облегчить обнаружение серьезных пережи­ваний.

Общей чертой кризисных реакций является утрата или снижение чувства защищенности. Особо тяжелая ситуация складывается у дошкольников, у которых это чувство недостаточно сформировано или ранее утрачено. Чаще всего это происходит в семьях, где преобладает напряженная, угнетающая и тревожная обстановка, например, из-за наличия у родителей психопатических черт или невротичности. Не­возможность установления ровных, взаимоуважительных отношений между родителями, постоянные несогласия, ссоры и даже физическая агрессия лишают ребенка уверенности в своей безопасности. Трудная психологическая обстановка складывается для ребенка, лишенного любви. Положение еще более усугубляется, если помимо безразличия и отвергания, ребенок переживает издевательства, оскорбления, побои. Естественно, что у таких отвергающих родителей ребенок постоянно боится за свое душевное и физическое благополу­чие и иногда пытается сам изменить свое душевное состояние.

Если родители чрезмерно требовательны, то бремя ответственности перед ними может оказаться невыносимым и привести ребенка к нервному срыву. В то же время, одних испытываемых родителями чувств ребенку недо­статочно. Если они не выражаются в дружеском руководстве, одобре­нии и при необходимости порицании, это может привести к тому, что он не сумеет себя защитить в трудных жизненных ситуациях, будет переживать постоянный страх за себя.

Неблагоприятное окружение семьи, например, переехавшей на но­вое незнакомое место, где преобладают чужие язык и культура, вызыва­ет напряжение из-за непонимания или из-за предполагаемой или реальной враждебности соседей. Ребенок в таком случае оказывается прямым воздействием со стороны постоянных жителей (соседей), и опосредованно, через других членов семьи, находящихся в состоянии неуверенности, а может быть, и опасений за свою безопасность.

Привычный благополучный психологический климат семьи может нарушиться в связи с потерей или длительной болезнью близкого че­ловека. Ребенок, наиболее зависимый от взрослых, может страдать боль­ше других, и к тому же на него могут оказывать отрицательное влияние переживания остальных членов семьи.

Особую трудность представляет необходимость ухода за больным, изменения привычного образа жизни и принесение других жертв. Менее очевидными и все-таки достаточно травматичными бывают переживания детей в связи с изменением состава семьи. Приход отчима или мачехи может казать­ся незаметным для ребенка и мало волнующим его. Многое зависит от поведения взрослых: прежде всего, от того, кто приходит в семью, а также от того, кто решается дать ребенку «нового» отца или мать. Отношение ребёнка к болезни формируется под воздействием мировоззрения родителей. При этом следует учитывать следующие факторы:

  • Возраст (чем младше ребёнок, тем сильнее на него влияет родительское отношение к болезни);

  • Объективное проявление чувств больного ребенка;

  • Особенности эмоционального реагирования (под влиянием предрасположенности и воспитания к болезни);

  • Уровень интеллектуального развития;

  • Личный опыт (житейский и перенесённых заболеваний);

  • Информация о здоровье, причинах, лечении и смерти;

  • Наличие других стрессов (взаимоотношение родителей, госпитализация).

Родители не всегда помнят, что больной ребёнок – это не только болезнь, но и развивающаяся личность. Они «зацикливаются» на болезни, испытывают тревогу, переживают, что он не такой как все. И часто ребёнок перенимает отрицательные эмоции своих родителей. В семье, где есть больной ребёнок, часто присутствует гиперопёка, эгоцентричность(у ребёнка), нет самостоятельности (ребёнок не умеет о себе заботиться).

Ребёнок, находящийся в клинике или в социальной изоляции, испытывает трудности в общении с другими людьми (замкнутость, стеснительность или наоборот агрессивность, зависть). Возникает вопрос: если ребёнок понимает тяжесть своей болезни, чувствует ли он себя несчастным? Как правило, у таких детей низкая самооценка (неуверенность, боязливость, склонность к отрицательным переживаниям). У ребёнка до болезни существовали свои дела, свои увлечения и потребность в развитии. В процессе болезни имеют место страхи, ревность и агрессия к здоровым детям (сиблингам). Причинами капризности, эмоциональной неуравновешенности может стать гормональная возбудимость, утомляемость, нарушение интеллекта, чувство «взрослости», от постоянного общения со взрослыми людьми, пережитый опыт. Эмпатия, терпимость и искренность – важный ресурс специалиста, работающего с этой категорией детей в период болезни.

^ Психологические особенности детей с нарушениями в поведении

Группа детей с нарушениями поведения многообразна по причинам, вызывающим эти нарушения, по динамике возрастных изменений и по психолого-педагогическим характеристикам, которые описаны в основном клиницистами (В. В. Ковалев, А. Е. Личко и др.).

Под нарушениями поведения понимают отклонение от принятых в данном обществе социально-психологических и нравственных норм поведения. Для обозначения нарушений поведения широкое распространение получили термины: отклоняющееся поведение, девиантное поведение.

Нарушения поведения отмечаются при психопатиях, патологических формированиях личности, резидуальной церебрально-органической недостаточности, некоторых психических заболеваниях.

Основной особенностью детей данной категории является нарушения социального взаимодействия с окружающими. Различают патологические и непатологические формы отклоняющегося (девиантного) поведения.

К непатологическим формам относятся трудности организации поведения при акцентуациях характера, невротических состояниях в большей части преходящих ситуативных реакций. Дети и подростки с непатологическими нарушениями поведения не нуждаются в специально созданных условиях обучения и воспитания; но при неблагоприятных микросоциальных условиях, при патологическом протекании пубертатного периода, эти формы отклоняющегося поведения могут трансформироваться в патологические.

Выделяются следующие критерии отнесения нарушений поведения к патологическим: устойчивость отклонений в структуре характера, темперамента, влечений, а также полиморфность проявлений нарушений поведения.

Дети и подростки с выраженными патологическими нарушениями поведения нуждаются в специальных условиях обучения и воспитания, так как их поведение нарушает педагогический процесс, может представлять опасность для окружающих.

Выделяется несколько основных типов девиантного поведения: антисоциальный, агрессивный, делинквентный (характеризующийся хулиганскими действиями, не попадающими под уголовную ответственность) и криминальный (характеризующийся преступными действиями).

Группа детей с нарушениями поведения имеет разнообразные психолого-педагогические особенности, но можно выделить ряд характеристик, общих для всех детей. Дети легко возбудимы, раздражительны, неусидчивы, вступают в конфликты с другими детьми и педагогами, уходят с уроков, отмечаются и иные нарушения дисциплины. У них наблюдаются повышенная аффективность и агрессивность. Все это нарушает взаимодействие ребенка или подростка с окружающей средой, ведет к школьной дезадаптации. Часть таких подростков в конечном итоге оказывается за пределами школы, что создает особенно благоприятную почву для хулиганских и преступных действий.

Нарушения поведения могут наблюдаться у детей с разными отклонениями в развитии, при психопатии, неврозах, психических заболеваниях, но большую группу составляют здоровые дети и подростки, у которых поведенческие нарушения обусловлены неблагоприятными микросоциальными условиями.

Вне зависимости от того, какими причинами вызвано нарушение поведения, есть несколько задач, которые необходимо решить для того, чтобы смягчить выраженность нарушений: формирование саморегуляции и контроля за своим поведением, критичного отношения к своему состоянию, умение сдерживать аффективные проявления, а также профилактика агрессивных действий и повышенной конфликтности.

Именно эти задачи могут решаться с использованием арттерапевтических методик (куклотерапия, библиотерапия). Большую роль могут сыграть также изотерапия и художественный труд. Нередки случаи, когда «трудные» подростки увлекались художественным творчеством, что изменяло круг общения и корригировало негативные поведенческие проявления.

К сожалению, в последние годы эти направления психолого-педагогической помощи подросткам с нарушениями поведения реализуются недостаточно. Большое внимание уделяется направлению, связанному с занятиями спортом, особенно с различными видами единоборств. Вряд ли это позволит решить задачи коррекции в полной мере, так как именно эти виды спорта часто способствуют агрессивному поведению.

^ Суицидальное поведение детей и подростков.

Ежегодно в мире большое количество людей кончают жизнь самоубий­ством, т. е. осознанно лишают себя жизни. Число незавершенных суи­цидальных действий превышает миллионы. По оценкам экспертов ООН, в 1994 из 68 стран мира наибольшее число завершенных суици­дов было в Шри-Ланке (47 на 100 000 чел), в Венгрии (39,9), в Финлян­дии (28,5), в Эстонии (27,1), в России (26,9), Литве (26,0). Наимень­шее число — в Иордании (0,04).

За последние 15—20 лет в подавляю­щем большинстве стран число самоубийств увеличилось. Особенно это характерно для развитых стран, где риск заболевания депрессией со­ставляет 20%. 25—50% депрессивных больных не обращаются за помо­щью к специалисту, в то же время 15% из них, страдающих тяжелыми депрессиями, заканчивают жизнь суицидом. По статистическим дан­ным, уровень самоубийств выше в тех слоях населения, где выше ма­териальный уровень.


Развернутое представление о том, что считать суицидом, дано в кни­ге «Определение самоубийства» одного из создателей суицидологии Е. S. Shneidman (1985). В ней он сформулировал общие характеристи­ки самоубийства. Эти характеристики мотивационной теории суицидального пове­дения относятся как к взрослым, так и к подросткам. План в отноше­нии самоубийства у любого суицидента одинаков - утолить душев­ную боль, уменьшить страдания, возникшие в силу фрустрированных психологических потребностей.

С позиции самоубийство предполагает наличие следующих обстоятельств и факторов:

1. Самоубийство не случайно. Оно — выход из создавшегося поло­жения, способ разрешения жизненной проблемы. Суицид — ответ, единственно доступный из всех возможных решений на почти нераз­решимый вопрос: «Что же мне делать?». Причина суицида может быть понята, если известно, что суицидент решал психологическую пробле­му («Чтобы не было мучительно больно»; «Чтобы обрести покой»).

2. Самоубийство — выключение сознания для прекращения невы­носимой боли. Оно — единственный ответ или выход из невыносимой ситуации.

3. Душевная боль — это то, от чего суицидент стремится убежать. Суицид легче понять, как сочетание движения по направлению к пре­кращению своего потока сознания и бегства от нестерпимых чувств, невыносимой боли неприемлемых страданий («Внутри я умер»).

4. Самоубийство порождается комбинациями нереализованных, заблокированных или неудовлетворенных психологических потребно­стей. Они причиняют душевную боль и толкают на суицидальные дей­ствия. Суицидент думает, что суицид направлен на преодоление фрус­трации стремлений.

5. В суицидальном состоянии у суицидента одно всеобъемлющее чувство беспомощности и безнадежности («Ничего не могу сделать, и никто не сможет мне помочь»). Не враждебность, а бессильная внут­ренняя опустошенность, унылое ощущение, что все вокруг совершен­но безнадежно, а сам человек беспомощен, что-либо изменить («Уте­рян последний луч надежды»).

6. Суициденты испытывают двойственное отношение к жизни и смерти, даже в тот момент, когда кончают с собой. Они желают уме­реть, но одновременно хотят, чтобы их спасли. Именно эта их амбива­лентность дает деонтологическое основание для терапевтического вме­шательства.

7. Суицид — более или менее преходящее психологическое состоя­ние и аффективной и интеллектуальной сферы («Мне ничего более не оставалось»). Туннельное сознание — резкое ограничение выбора ва­риантов поведения, обычно доступных сознанию данного человека в конкретной ситуации, если его мышление в состоянии паники не ста­ло дихотомическим (либо — либо; все или ничего). Ответственность, например, отсутствует в поле сознания. Суицидент находится вне пре­делов досягаемости воспоминаний.

8. Эгрессия — преднамеренное стремление человека удалиться из; зоны бедствия или места, где он пережил несчастье («Теперь, наконец, придет свобода от душевных мучений»).

9. По данным психологической аутопсии (ретроспективный анализ поведения, чувств и др. до наступления смерти), общим для всех само­убийц было наличие предвестников приближающегося летального со­бытия. «Я умираю», — может сказать суицидент до совершения само­убийства совершенно чужому человеку. Другой — может начать про­щаться с друзьями. Общее в чувствах — не проявление вражды или ярости, а сообщение о своем суицидальном намерении. Часто эти со­общения являются косвенными и их легко не заметить.

10. Люди, умирающие от болезни на протяжении недель, месяцев, все это время остаются самими собой, и свойственные им черты лич­ности проступают даже в большей степени, чем обычно. Паттерны су­ицидального поведения, проявления чувств или использование защит­ных механизмов, соответствуют острым или долговременным реакци­ям на боль, опасность, бессилие, неудачу или утрату свободы действий. Повторные тенденции к капитуляции, уходу, избеганию или эгрессии являются одним из самых красноречивых предвестников самоубийств.

В случае суицида жизнь боли доминирует над жизнью человека, что обычно и называется депрессией. Под ней подразумевают гигантские размеры и чрезмерную интенсивность психической боли. Человек слов­но цепенеет от нее. Для него перестает светить солнце, каждый день и час становится похож на «сырой, промозглый ноябрь в душе». Состоя­ние, предшествующее самоубийству, определяется как невыносимая, нестерпимая душевная боль, без какого-либо проблеска надежды на облегчение или возможную помощь. При этом над болью утрачивает­ся контроль.

Shneidman E. S. (1985) под болью подразумевает не столько ее нали­чие и силу, сколько нежелание (неспособность) конкретного человека ее выносить. Боль не входит в концепцию «Я», в чувство идентичнос­ти, от этого и возникает у человека стремление к самоубийству.

Г. Мюррей в «Исследованиях личности» (1938) писал: «Самоубийство не имеет адаптивной (способствующей выживанию) ценности, однако оно обладает регулирующим значением для организма. Самоубийство функционально, ибо снимает болезненное напряжение». «Совершение самоубийства-бегства представляет собой изъятие своей жизни из ситу­ации, ощущаемой индивидом как невыносимая» (БэшлерЖ., 1979).

Цель самоубийцы - в прекращении невыносимого потока сознания, а не в том, чтобы продолжить жизнь в загробном мире. Бессознательные аспекты личности играют ведущую роль в фено­мене самоубийства. В то же время когнитивные характеристики пове­дения - логические стили индивида, неотделимы от психодинами­ческих констелляций и, в свою очередь, являются интегральной частью суицидального сценария. У суицидента возникают способы мыш­ления, которые разрушают самого мыслителя (Конрад Д., Павезе Ч.).

Наряду с осуществленными лишениями себя жизни, в десять и бо­лее раз чаще наблюдаются незавершенные самоубийства. Все, что имеет отношение к сознательному уходу из жизни, часто называют суици­дальным или парасуицидальным поведением. Таким образом, к суи­цидальному поведению относят покушения на свою жизнь, прерван­ные по независящим от покушавшегося причинам, попытки, представ­ляющие собой демонстративные действия, а также проявления, т. е. мысли, высказывания и намерения, сопровождающиеся действиями.

Суицидальное поведение может быть демонстративным, когда сво­ими высказываниями или действиями индивид угрожает наложить на себя руки, желая таким образом обратить на себя внимание. При этом истинного стремления уйти из жизни нет. Чаще всего такое поведе­ние — крик о помощи, мольба о защите, или любви. Однако нередко за демонстрацией отчаяния может стоять грубый шантаж, требование вы­полнить какие-либо условия.

Аффективным суицид называют в том случае, когда он совершает­ся в момент наивысшего накала чувств. Это может произойти от отча­яния, например когда человек оказывается рядом с внезапно погиба­ющим близким для него родственником.

Истинный же суицид — это искреннее, преднамеренное и оконча­тельное решение расстаться с жизнью. Обычно такое самоубийство совершается в глубоком горе, переживая которое, человек считает не­возможным свое существование. Иногда истинный суицид является прямым следствием болезненных переживаний (бреда, галлюцинаций, депрессии).

Не существует простого и однозначного ответа на вопрос об исход­ных причинах сниженной устойчивости к психической боли, с кото­рой связано самоубийство. Воспитываются ли соответствующие пред­посылки с раннего детства или же впервые появляются у взрослого?

Почва, исходные причины такой повышенной уязвимости к пси­хическим травмам у взрослого скрываются в потаенных уголках лич­ности и закладываются в очень раннем детстве. Страдание впрямую указывает на потерянный рай несостоявшегося детства. Если счастли­вые фантазии детства будут трагическим образом утрачены или лишь на мгновение промелькнут перед ребенком, то он, не успев насладить­ся и пережить их, останется с глубокой раной в душе.

Различные варианты суицидального поведения встречаются с раз­ной частотой. Самоубийство явля­ется видом деструктивного, аутоагрессивного или саморазрушитель­ного поведения. Сюда же относятся алкоголизация, наркотизация, курение, рабочая перегрузка, нежелание лечиться, рискованная езда, самоистязания и жертвы верующих.

В городах суициды совершаются чаще, чем в деревне. Максимум их приходится на весну, так, в апреле регистрируется 120% от среднего уровня суицидов в году. Минимум самоубийств отмечается в декабре, но в Рождество число суицидов учащается.

^ Суицидальное поведение подростков. Количество самоубийств среди подростков за последние 15 лет удвоилось, а в некоторых странах даже утроилось (Франция) и стоит на 2—3 месте среди причин смертей подростков. Наибольшая частота самоубийств приходится на возраст в 15—24 года. За прошедшие 30 лет число суицидов у 5—14 летних выросло в 8 раз. Во множестве несчаст­ных случаев суициды не были раскрыты. При этом в качестве причины безответная любовь и неодобрение любов­ных отношений родителями встречалось наиболее часто. У студентов колледжа среди обстоятельств, приводящих к самоубийству, наиболее частыми были гетеросексуальные отношения, идеологические конф­ликты, психические и физические заболевания, семейные трудности, неудачи в учебе. Изучение 1542 школьников 12—14 лет на юго-востоке США пока­зало, что суицидальные мысли были у 4% мальчиков и у 8,7% девочек. Суицидальные попытки отмечались у 1,9% мальчиков и у 1,5% дево­чек. Была обнаружена корреляция между депрессией, с одной сторо­ны, и суицидальными мыслями и попытками — с другой. Накопление нежелательных жизненных событий у них оказалось серьезным пре­диктором появления суицидальных мыслей и попыток.


Лекция 3





оставить комментарий
страница1/6
Дата09.04.2012
Размер1,47 Mb.
ТипРеферат, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4   5   6
отлично
  4
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх