Модернизация евразийского пространства в условиях поликультурного и полицивилизационного развития icon

Модернизация евразийского пространства в условиях поликультурного и полицивилизационного развития



Смотрите также:
«инновационный потенциал субъектов образовательного пространства в условиях модернизации...
Примерная программа    «Правовые основы развития народов евразийского пространства: задачи...
Программа «Правовые основы развития народов евразийского пространства: задачи систематизации и...
Конференция ставит перед собой конкретные цели и задачи...
Конференция ставит перед собой конкретные цели и задачи...
Учебный план оу как средство развития поликультурного пространства шк олы...
Концепция современного образовательного учреждения «гимназия поликультурного пространства»...
Межвузовское сотрудничество как ключевой фактор развития общего образовательного пространства:...
Программы поликультурного воспитания Введение...
«Гимназия №1»
Программа развития муниципального общеобразовательного учреждения «тельмановская средняя...
Методическая разработка кураторского часа...



скачать


Модернизация евразийского пространства в условиях поликультурного и полицивилизационного развития

Н.Н. Зарубина, д.филос.н.,

профессор кафедры Социологии

МГИМО (У) МИД России

n-zarubina@yandex.ru


Опыт теорий модернизации для российских преобразований

В XX в. теории модернизации как корпус научных — социологических, социально-философских, политологических и т.д., теорий, составили ядро общественной мысли Запада и Востока. Пристальный интерес к ним проявляли и отечественные исследователи: в советский период — в контексте «критики немарксистских теорий общественного развития», во время «перестройки» — в связи с актуальностью поднимаемых в теориях модернизации проблем для практик преобразования России [См.: Модернизация: зарубежный опыт и Россия, 1994; Модернизация в России и конфликт ценностей, 1994; Модернизация и национальная культура, 1995.]. На рубеже тысячелетий их популярность пошла на спад в связи с ростом интереса к теориям глобализации и постмодерна как новой стадии развития общества, однако в настоящее время, как нам представляется, можно констатировать «ренессанс» теорий модернизации. К его причинам можно отнести как мировой финансово-экономический кризис, заставляющий пересмотреть основные представления о векторах мирового развития, так и проявившуюся несостоятельность теоретических оснований современных теорий социокультурной и социально-экономической динамики, грешивших односторонним западоцентричным пониманием ее путей и направлений.

В этой связи представляется актуальным вернуться к основным достижениям отечественных и зарубежных теорий модернизации. Модернизация понимается как изменения в формах и векторах общественного развития, предполагающая ориентацию на стандарты общества модернити, т.е. «приверженность европейскому рационализму и сциентизму, стремление к росту материального богатства и техническому прогрессу, отношение к природе как к объекту приложения своих сил и знаний. Это также идея социального равенства и личной свободы, индивидуализм, готовность человека к постоянным переменам в производстве, потреблении, образе жизни, в политических институтах, правовых нормах, моральных ценностях, как и желание быть инициатором таких перемен, желание "быть современным"» [Модернизация: зарубежный опыт и Россия, 1994, с.23.]. Следует также напомнить, что модернизация предполагает развитие общества сразу в нескольких направлениях. Прежде всего, это дифференциация и интеграция. Дифференциация, связана, в первую очередь, с мотивацией инновационной деятельности, ведущей к появлению новых экономических, социальных, культурных, технико-технологических и т.д. практик и институтов. В результате дифференциации происходит усложнение общественной жизни, диверсификация экономики, плюрализация культурных и идентификационных механизмов. Однако, как показал опыт модернизации в середине XX столетия, прежде всего, в странах Востока, а также в России в период постсоветских трансформаций, абсолютизация мотивации новых форм социальных практик, нередко связанная с некритическими заимствованиями западных образцов, чревата расколом общества, который, в конечном счете, может привести к срыву модернизации и установлению традиционалистских и фундаменталистских режимов. Крупнейший современный исследователь социокультурных трансформаций Ш. Эйзенштадт на основе исследования опыта модернизации многих стран Запада и Востока показал, что слишком интенсивное внедрение инноваций приводит к инверсионному характеру изменения ценностной и символической системы. Следствием этого процесса оказывается отсутствие промежуточных звеньев, которые обеспечивали бы коммуникацию разных социальных групп и субкультур, их бесконфликтное взаимодействие и признание легитимности действий друг друга как одна из основных причин срыва модернизационных изменений [см. Eisenstadt S.N., 1966].

Интеграция как важнейший вектор развития представляет собой формирование нормативного и институционального единства на новом уровне, прежде всего — консенсуса по поводу модернизационных преобразований. Этот консенсус выражается не только в приверженности определенной политической программе или политической лояльности, но и в широком общественном согласии по поводу курса развития общества и в формировании на этой основе общей идентичности.

В 70-х — 80-х гг. прошедшего столетия теоретики модернизации на основании анализа обширного опыта преобразований в странах Востока, Африки, Латинской Америки пришли к выводу о том, что наибольший успех достигается там, где осуществляются синтез специфических ценностей и социальных институтов с заимствованными образцами, например, традиционного коллективизма, традиционных форм солидарности с мотивацией индивидуальной активности. Модернизация на современном этапе становления концепции осмысливается как сложный процесс, подразумевающий структурную дифференциацию социокультурной системы и формирование новых институтов, норм, форм коммуникации, символов и ценностей не на основе отрицания традиционного, а его органичного включения в процессы развития, задействование его мобилизационного и интеграционного потенциала. В этой связи во второй половине XX в. происходило «новое открытие» («rediscovery») традиционных культур, которые обретают новый смысл и становятся легитимирующей основой преобразований. Эти достижения теории модернизации были известны отечественным исследователям, однако, в ходе постсоветских трансформаций 90-х гг. не получили не только основательного теоретического осмысления применительно к российскому опыту, но и не были применены на практике, где возобладали идеи «радикального» реформирования на основе заимствования западных образцов. Результатом оказался существенный подрыв единства общества и общей идентичности. Кроме того, мотивационный и инновационный потенциал вестернизации оказался весьма ограниченным и не пошел далее адаптации некоторых групп к возможностям, открываемым расширенным экспортом сырья.

Евразийское пространство, на котором происходит развитие российского общества, является полицивилизационным и поликультурным, что особым образом влияет на протекание процессов модернизации. Исторически и геополитически обусловленное взаимодействие восточно-христианской, исламской, буддийской цивилизаций, а также множество этно-культурных ценностных образцов обусловливают большое многообразие мотивационного потенциала в современной российской модернизации, однако это же востребует и особый подход к интеграции и нахождению общей идентичности. В советский период в качестве таковой развивалась идентичность «новой единой исторической общности людей — советского народа», однако в период радикальных рыночных реформ начала 90-х гг. она была принесена в жертву «поликультурности» постсоветского пространства.

Кроме того, поликультурность и полицивилизационность следует рассматривать в смысле асинхронности развития, присутствия одновременно в едином пространстве цивилизационных и культурных образований, принадлежащих к различным пластам исторического (формационного) развития: традиционность, модерн (рынок, индустриальный капитализм), глобализация («пространство потоков»), постиндустриализм, постмодерн. Они могут являться мотивационным ресурсом для определенных векторов модернизации и инновационного развития только при условии нахождения факторов интеграции в рамках единого геокультурного пространства и общей идентичности.


^ Некоторые проблемы мотивации инновационной деятельности в российском обществе

Следует рассматривать два источника мотивационного инновационного потенциала российской цивилизации, способных обеспечить модернизационные обновления:

  1. эндогенные инновации, в том числе стимулированные внутренними процессами взаимодействия культур

  2. внешние заимствования, осуществляемые на протяжении как последних десятилетий, так и в более длительные исторические сроки.

^ Эндогенные инновации порождены творческим саморазвитием общества, его адаптацией к трансформирующейся и усложняющейся внешней среде. Известны множество примеров разнообразных эндогенных инноваций, осуществленных в российской истории — например, выдающиеся научные открытия, достижения культуры, духовной жизни. Их источником является творческая активность личностей, ориентированных на поиск путей совершенствования общественной и духовной жизни, нередко — основанная на критическом отношении к существующему положению вещей.

Для эндогенных инноваций в российской цивилизации характерны следующие особенности:

  1. Они осуществляются главным образом в духовной, культурной сферах, в познавательной (научной) деятельности, а не в хозяйственной жизни, что отмечали еще на рубеже 19-20 вв. критики российского капитализма. Важнейшим фактором инновационной деятельности можно считать, в русле методологии М. Вебера, особенности православия как ведущей на протяжении длительного времени формы духовной жизни. Православие ориентировало на нравственные и духовные поиски, устремленность «к миру горнему», но не создало предпосылок для единой, «сквозной» рационализации всех сфер жизни общества. В результате повседневность, включая хозяйство, организацию, управление и т.д. оставалась организованной традиционной практической рациональностью, лишенной инновационности. (Западные культуры, напротив, ориентированы на рациональное освоение мирской жизни на основе инноваций, осуществляемых как ее улучшение. Восточные культуры (Китай, Япония) ориентированы на рациональную адаптацию к реальным условиям, поэтому у них нет фундаментальных ориентаций на инновационную деятельность, но они успешно внедряют заимствованные инновации.)

  2. В российской цивилизации не развиты устойчивые институциональные механизмы внедрения и использования инноваций, осуществленных на основе индивидуальной инициативы снизу. Поэтому и многие выдающиеся открытия остались не реализованными. Утратив лидерство, их потом приходилось внедрять уже как внешнее заимствование. Кроме того, соответственно, отсутствовал и институциональный механизм систематической поддержки инновационной деятельности. Основой для ее воспроизводства служили неизменные трудности российской жизни, постоянно требующие от населения развития адаптивных способностей, направленных на «выживание» (не только в узком и прямом смысле, но и в широком смысле).

  3. «Низовые» эндогенные инновационные инициативы практически ни разу в российской истории не стали стабильным источником модернизации.

На современном этапе развития мотивационный потенциал порождения эндогенных инноваций оказался блокирован из-за состояния социокультурных ориентаций, которое можно охарактеризовать следующим образом:

— Пользуясь терминологией П. Сорокина, мы имеем дело с кризисом чувственной социокультурной суперсистемы, в контексте которой преобладают чувственные ценности богатства, развития, власти, практически ориентированного научного знания, господства над природой, красоты, комфорта и т.п. В период подъема эти ценности являются благоприятной почвой для инноваций, но в настоящее время, на спаде, сложилась пассивно-чувственная культура, в контексте которой эти творческие и мобилизационные ценности выродились в ориентации на наслаждения, эгоизм, паразитизм, эксплуатацию внешней среды по известному принципу «себе в удовольствии не откажешь» [Сорокин П.А., 2000, С. 60-63].

— Мифы современного российского общества, например, миф денег, скорее демобилизуют, провоцируют индивидуализм в самых примитивных потребительских формах, а не мотивируют творческую активность [Зарубина Н.Н., 2007].

— Гиперпрактицизм, инструментализм (например, в образовании) ориентируют исключительно на «пригодные» знания и практики, и тем самым идут вразрез с базовыми ценностями российской культуры, приводит к утрате ценности знания как такового, блокирует инновации.

— Состояние «текучей современности» (З. Бауман) противоречит ценностям модерна и потребностям модернизации, модерн в России так и остается «незавершенным проектом», в связи с чем происходит утрата критического (и самокритичного) потенциала в обществе, который служил источником эндогенных инноваций [Бауман З., 2008].

Инновации, осуществляемые как внешние заимствования, проводятся, главным образом, «сверху», в рамках целенаправленной государственной политики и при опоре на властный ресурс и организационную мощь государства.

Особенности внешних инновационных заимствований, осуществляемых в ходе целенаправленной реформаторской деятельности государства, состоят в том, что они

  1. направлены на фундаментальные изменения характера общественного развития в духе радикальной вестернизации (петровские реформы, «перестройка» и т.д.);

  2. с исчерпанием модернизационного и реформаторского потенциала государства и затуханием контроля их импульс постепенно иссякает, все приобретает тенденцию к «возвращению на круги своя»;

  3. они не охватывают всех сфер общественной и политической жизни, экономики и культуры, провоцируя новые расколы в обществе.

К факторам углубления расколов в современной России, порожденным и усугубленным вестернизаторской модернизацией 90-х гг., следует отнести

  • гипертрофированное экономическое неравенство, противопоставление богатых и бедных, которое на сегодня расценивается в качестве наиболее конфликтогенного [Свобода. Неравенство. Братство: Социологический портрет современной России, 2007, с. 12, 248, 262];

  • глобализацию и формирование новых типов неравенства, в частности, по доступу к преимуществам глобализации в виде мобильности, информационных ресурсов и сетевых связей [Бауман З., 2004, с. 32].


^ Социокультурная интеграция как важнейшее направление модернизации России

Одной из важнейших и неотложных задач современного этапа российской модернизации оказывается интеграция как формирование ценностных образцов, обеспечивающих единство общества и консенсус вокруг инноваций и связанной с ними модернизации, а также формирование начал новой идентичности.

Происходит ли этот процесс реально? Представляется, что не происходит, более того, начиная с «перестройки» и «ельцинских» реформ мы имеем дело с обратными тенденциями усиления дезинтеграции и расколов. По нашему мнению, к ним приводят следующие тенденции в социальной и культурной жизни современного российского общества:

  • деструктивный индивидуализм, распад сложившихся на прежних этапах корпоративных единств. В основе этой тенденции является распространившийся в период преобладания парадигм вестернизаторской модернизации на Западе и Востоке и заимствованный в России в начале 90-х миф о несовместимости корпоративных и коллективистских ориентаций и успешной модернизации. В зарубежных теориях модернизации он был опровергнут еще в 80-е гг. ХХ в. на основании опыта успешной модернизации Японии и ряда других стран Востока, использовавших потенциал эндогенного коллективизма в интересах развития.

  • Разрушение традиционной этики долга, связывавшей различные социальные группы российского общества единой идеей общественного служения, которое не дополнялось развитием модернистской этики ответственности, в том числе элиты перед народом и бизнеса перед обществом.

  • Культивирование «синдрома тревожного мира» в средствах массовой информации и массовой культуре, порождающего в коллективном сознании состояния страха и неуверенности в будущем, ощущения ненадежности основ существования и постоянной опасности, чувства одиночества перед лицом разнообразных угроз. Страх и неуверенность, неверие в свои силы усугубляют расколы в обществе, побуждают к замыканию в «близких» социальных кругах и препятствует установлению устойчивых широких социальных сетей.

  • Системный кризис доверия в российском обществе, который сопряжен не только с интерпретациями в негативном свете последствий действий различных участников социальных отношений — коллег, партнеров, бизнеса, государства и т.д. Недоверие подменяет творческий критицизм, связанный с верой в возможности влияния на социальные процессы, повсеместным равнодушием и апатией.

  • Политическая демобилизация большинства, отсутствие культуры «участия», ставшая результатом сознательных усилий, прилагавшихся в 90-е гг. для снижения протестного потенциала тех социальных групп, которые несли потери в результате социальных и экономических трансформаций. Популярные в те годы призывы «вернуться домой», т.е. отказаться от активной общественной жизни и защиты общих интересов в пользу частных, индивидуальных интересов и целей привели к обесцениванию гражданской инициативы.

Мотивационный потенциал инновационной деятельности, содержащийся в специфических локальных ценностных ориентациях и нормах поведения отдельных социальных групп, например, ученых, предпринимателей, участников молодежных движений и т.п., не находит поддержки на уровне всеобщих ценностей и идеологем. Эти ценности продолжают задавать образцы лишь для ограниченных социальных групп, субкультур и, в основном, не принимаются обществом в целом.

Ослабление интеграционного потенциала проявляется в утрате идентичности, растущей ориентации на примордиальные ценности, национальный, этнический, конфессиональный раскол. Политика мультикультурализма («парад суверенитетов»), проводившаяся в 90-е гг. правительством Б. Ельцина предполагала преобладание многообразия над интеграцией. Ориентации на мультикультурализм, в известной степени, способствуют мобилизации инновационного потенциала отдельных локальных социальных и этно-национальных групп, ориентированного на их адаптацию к изменившимся условиям социального бытия. Но, по существу, абсолютизация специфики утверждает их исключение из общественного договора на основании «уникальности», «самобытности» вместо решения реальных проблем, связанных с развитием, а не консервацией и культивированием специфики [Федотова В.Г. и др., 2008, с. 411]. Акцент на «самобытность» в ее крайних проявлениях может вести к фундаментализму и изоляционизму по типу «этнографического заповедника», их резкому противопоставлению ценностям модернизации и развития.

Финансово-экономический кризис затрагивает разные аспекты социальной и культурной жизни общества, и угрожает перерасти в системный кризис современной цивилизации. В значительно степени это будет и кризис модернизации, понимаемой как абсолютизация экономического роста без учета социокультурных особенностей. Однако выход из кризиса не может быть найден на пути к другой крайности — абсолютизации цивилизационной специфики, самобытности отдельных стран и народов. Для России преодоление кризиса возможно на основе пристального внимания к собственному социокультурному потенциалу, рассматриваемому в контексте мирового развития.


Литература

Бауман З. Глобализация: последствия для человека и для общества. — М.: Весь мир, 2004.

Бауман З. Текучая современность. — М., СПб.: Питер, 2008.

Свобода. Неравенство. Братство: Социологический портрет современной России. / Под общ. ред. М.К. Горшкова. — М.: ИИК «Российская газета», 2007.

Зарубина Н.Н. Мифология денег в российском обществе // Общественные науки и современность, 2007, № 4.

Модернизация: зарубежный опыт и Россия. — М.: РНИИСиНП, 1994.

Модернизация в России и конфликт ценностей. — М.: ИФ РАН, 1994.

Модернизация и национальная культура. — М.: Изд-во «АПРЕЛЬ-85», 1995.

Сорокин П. А. Социальная и культурная динамика. — СПб.: РХГИ, 2000.

Федотова В.Г., Колпаков В.А., Федотова Н.Н. Глобальный капитализм: три великие трансформации. — М.: Культурная революция, 2008.

Eisenstadt S.N. Modernization: Protest and Change. — Englewood Cliffs, 1966.





Скачать 122,94 Kb.
оставить комментарий
Дата04.03.2012
Размер122,94 Kb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх