Спиноза: пантеизм как система icon

Спиноза: пантеизм как система


Смотрите также:
I. swot-анализ как современный инструмент исследования в целях антикризисного управления...
История зарубежной философии...
Московский ордена дружбы народов...
27. Организация как система...
Основные принципы и идеи философии Спинозы Пантеизм Спинозы. Субстанция как природа и Бог...
Осень время выбора. Сотни молодых людей задаются вопросом: «Куда пойти учиться?». Б...
Ответы к экзамену по курсу История Свободомыслия...
Книга первая
Программа курса «Методология и методика научного исследования» Специальность 080507 «Менеджмент...
Тема семинара
Ответы к экзамену по курсу История Свободомыслия Понятие «свободомыслие»...
Ответы к экзамену по курсу История Свободомыслия Понятие «свободомыслие»...



Загрузка...
страницы:   1   2   3   4
скачать

Спиноза: пантеизм как система


К.А. Сергеев, И.С. Кауфман

 

 

Следующая

[ Части: 1 2 3 4]
^

I. Проблема этической субстанции в новоевропейской философии


«Этика» — основной труд Спинозы — разделяется на пять частей: I. О Боге; II. О природе и происхождении души; III. О происхождении и природе аффектов; IV. О человеческом рабстве или о силах аффектов; V. О могуществе разума или о человеческой свободе. Эти заглавия требуют сугубо математического знания, которое, согласно Спинозе, имеет характер ordine gеоmеtricо dеmоnstrata (доказываемое в геометрическом порядке). Другими словами, это есть наука строго математического знания. Такого рода наука, согласно Спинозе, должна быть этикой, а не просто физикой или астрономией, оптикой или медициной. Она призвана быть наукой о всем сущем, т.е. метафизикой. И она называется этикой, поскольку обосновывает положение о том, что действия человека лежат в основе познания, а само его поведение имеет решающее значение для любых способов познания истины как таковой. Декарт не обращал внимания на важность поведения человека ради познания истины. Но уже Гоббс говорил, что человек может познать только то, что он сам способен совершить. Познание оказывалось основной формой человеческой деятельности. Таким образом, происходило отождествление истины с действием, а само познание оказывалось конструированием. В средние века все это рассматривалось лишь как характеристика божественного ума и знания. Принцип деятельности после эпохи Возрождения становился основным в новоевропейском сознании. Этот принцип выдвигал на первый план представление о некотором автономном субъекте, суверенном в своих актах мышления и суждения. Иначе говоря, такого рода субъект мышления и суждения основывает свое поведение на независимых актах, имеющих своим источником лишь его самого. Никаких предвзятых оснований, никаких внешних авторитетов в сфере мышления, суждения и поведения не допускается. Все проистекает только из деятельности субъекта, обосновывающей самого себя. Коль скоро таким субъектом оказывается человеческое существо, обретающее как бы характер самодостаточности, то в составе его суждений о Боге, мире и о нем самом не может быть ничего такого, что не вытекало бы из его собственной деятельности; т.е. ни внешний авторитет, ни традиция как таковая, ни само божественное откровение не могут быть мерой и условием для независимой человеческой деятельности. Такого рода деятельность начинается с выполнения независимого акта мышления, т.е. Ego cogito (Я мыслю) Декарта. Все то, что Я как независимый субъект говорю о Боге, мире и человеке, — все это должно проходить через мое автономное общение со всем сущим. При этом допускается, что ни в бытии Бога, ни в мире как таковом, ни в любом сущем нет никакой чужеродной инстанции по отношению к моей деятельности как мыслящего субъекта Я как мыслящее существо могу познавать и тем всем самым овладевать. Вот почему Спиноза говорил, что познавать истинное — значит осознавать причины и основания всего того, что мы знаем. Высказывания обо всем сущем идут вместе с теми основаниями, которые устанавливаются и осознаются самим субъектом, а не дарованы ему, скажем, божественным откровением. Мы знаем истинно только то, что мы можем осознать и воспроизвести в своей собственной деятельности. Тем самым принцип деятельности оказывается основным правилом рациональности. Это правило опиралось на допущение разумного устройства мира, которое предполагало наличие заранее предустановленной гармонии, на которой строилась вся метафизика Лейбница.

Важно выяснить, почему свою метафизику Спиноза называет этикой. Декарт утверждает, что мышление есть деятельность, не учитывая фактор поведения человека. Он много говорит о страстях души, но ничего не говорит о том, как эти страсти можно подчинить этическому началу, так сказать «этической» субстанции. Такого рода субстанция была утрачена в период Возрождения, и как раз такую субстанцию пытался восстановить Спиноза после Декарта. Если говорить о древнегреческой этике, включая этику стоиков, то прежде всего следует акцентировать внимание не столько на моральном аспекте, который всегда имеет характер поучения и наставления, сколько на эстетическом измерении человеческой жизни как таковой. Для греков образ жизни и мысли должен быть прежде всего прекрасным, чтобы вследствие этого быть поучительным. Основным для них было стремление к прекрасной жизни, жить с другими при наличии памяти прекрасной жизни, а моральность как таковая была неважна. Греческое выражение καλ`ος κα`ι αγαθο´ς (калокагатия) значит «прекрасный и хороший человек», т.е. «человек, совершенный во всех отношениях». А.Ф. Лосев разъясняет термин «калокагатия» так: «Это составное этически-эстетическое понятие — своего рода кентавр. И так же как представление о коне-человеке могло существовать во времена мифологической древности, точно так же и понятие «прекрасно-доброго» могло иметь значение только для эпохи, в которой этическое и эстетическое сознание было, по сути дела, синкретичным, единым» [1].

Пафос этической субстанции греков выражался не в наличии непререкаемого и обязательного для всех образца морального поведения, не в стремлении нормализовать жизнь всех и каждого, а в желании быть достойным такой жизни, которую современники и потомки могли бы считать прекрасной. В греческой этике, разумеется, речь всегда шла о моральном поведении, об отношении людей к самим себе и к другим, но при всем этом религиозная сторона дела не имела решающего значения. Греков мало интересовали вопросы о том, каковы боги сами по себе? Вмешиваются ли они непосредственно в нашу повседневную жизнь или нет? Что случается с нами после смерти? Конечно, эти вопросы имели для них жизненно важный характер, но они не связывались с этикой как таковой и с человеческим поведением. Этика не соотносилась непосредственно с какими-либо социально-правовыми институтами. Основная тема этического мышления греков была связана прежде всего с эстетикой человеческого существования. Жизнь греков вовсе не была совершенной в плане свободы и человеческих отношений. В демократическом полисе свободный гражданин не мог быть превращен в объект наслаждения. Рабы и женщины в силу их социального статуса воспринимались просто как пассивные существа. Дружба, согласно Аристотелю, означала возможность и необходимость взаимного признания людей в их полисном бытии совместности и совместимости. Поскольку полис был основной формой социального бытия граждан, постольку, согласно Цицерону, дружба есть высшая добродетель. Дружба есть наслаждение взаимными признанием и общением, лишенными даже намека на сексуальность. Вот почему греки много говорили о диете, гигиене и пище, климате и т. п. и очень мало — о сугубо сексуальных отношениях. В отличие от восточных цивилизаций, если иметь в виду индусскую, китайскую, а затем арабскую, у греков и римлян вообще не было искусства эротики (ars erotica). На первый план они ставили не столько искусство наслаждения, сколько искусство жизни, которое заключалось в том, чтобы владеть самим собою в любых ситуациях. Через это умение владеть самим собою и формируется «герменевтика» самости, ведущая к картезианскому принципу Ego cogito.

Во времена Сократа и Аристотеля, Сенеки и Плиния Младшего мало заботились о том, что будет с человеком после его смерти. Другими словами, античную мысль не интересовала «самость» как таковая. Древние греки заботились о теле при жизни, но не стремились его сохранять после смерти. Тело сжигали, тем самым оно лишалось всякой тяжести, т.е. становилось как бы чистой душой, которая сливалась с изначально одушевленным и всегда живым Космосом. Для греков все сущее составляло один единственный мир, или Космос. Вот почему Гераклит говорил, что во сне у каждого свой мир, тогда как у человека, находящегося в бодрствующем состоянии, есть единый для всех, вечно живой и не созданный никем из богов и людей Космос. Граждане афинского полиса вплоть до IV в. до н. э. воспринимали присущую им «технику» жизни как заботу о совместном существовании в рамках полиса, как заботу друг о друге в кругу своих друзей. Забота о самом себе необходима ради способности к дружескому общению и культивирования умения управлять жизнью всего полиса. Платон в «Алкивиаде» подчеркивает, что человек обязан заботиться о самом себе, чтобы не быть рабом собственных желаний, если он стремится к умению управлять всей жизнью полиса [2].

Наслаждение жизнью, в которой человек не является рабом своих вожделений, и есть «этическая» субстанция древних греков. Забота о себе только ради самого себя начинается с Эпикура и становится затем общим местом для Сенеки, Плиния Младшего и Марка Аврелия. Стоики в противовес эпикурейцам постепенно продвигались от эстетики существования к разумности повседневного поведения. Этическая субстанция греков — это красота жизни и благородство прекрасного существования. Этика поздних стоиков опиралась на принцип разумности [3]. Стоики говорили, что человек должен владеть самим собою, поскольку он есть существо разумное. Поэтому разумность должна быть основой отношений между людьми. Для стоиков подлинную самость человеческого существа определяло то, чем и в какой степени он может всегда владеть. Познание истины оказывалось зависимым от владения самим собою. Именно на этом и строится вся мысль Эпиктета.

Христианское миропонимание совершенно иное. Сатана может войти внутрь души человека и наделить его такими мыслями, которые он может воспринимать как идущие от Бога. Другими словами, человек сам по себе, т.е. будучи предоставленным самому себе, не может знать того, что в нем есть сатанинское и что божественное. Вне подлинной веры и вне церковного авторитета, вне определенной аскетики никто не способен знать реальный исток тех или иных желаний. Христианство развивало совершенно новую технику самообладания. Аскетика приписывается, как правило, христианству, но сначала она развивалась в греко-римской античности. Причем аскетика не навязывалась индивидууму через юридический закон или религиозную обязанность, а была индивидуальным выбором собственной «техники» жизни, причем не ради достижения вечной жизни после земного пребывания, а ради формирования самого себя как совершенного произведения искусства. Подобное обстоятельство мы обнаруживаем в эпоху Ренессанса, хотя и в более слабой, но зато чуть ли не в «академической» форме [4], а также в английском «дендизме» и русском дворянстве XIX столетия.

В христианском мировосприятии «“природное” в человеке означает приданное ему творением и преданное его свободе; эта природа — предоставленная сама себе — путем страстей ведет к расщеплению человека, поэтому “природу” нужно подавлять, она, в известном смысле, есть то, чего не должно быть» [5]. Христианский универсум был прежде всего моральным. Грехопадение человека означало извращение всего божественного творения, всего морально-благостного миропорядка, поэтому человек в земном мире не столько подлинно и прекрасно живет, сколько странствует, несет на себе всю тяжесть греховности и преодолевает греховность всего мира, поэтому от каждого человека требовалось соблюдение определенных норм церковного вероучения, которое включало в себя обязательную для всех и каждого мораль и определенного рода аскезу. Устранение аскезы, а тем самым и церковного миропорядка с присущей ему моралью при апелляции к античной эстетике жизни и античному гражданству — именно в этом состоял весь пафос ренессансного сознания, нашедшего свою основу в сугубо антропоцентрическом мировосприятии. Ренессанс обращается к античности. Он снова возводит на первый план эстетику существования. Этика и моральное поведение уже не имеют никакого значения в сравнении с «техникой» искусства, т.е. с техникой живописи, ваяния и архитектуры. Все это не требует ни аскетизма, ни этической рефлексии. Говоря иначе, исчезла так называемая этическая субстанция. В этой субстанции не нуждались ни Леонардо да Винчи, ни Микеланджело, ни Б. Челлини, ни Л. Ариосто. И тем не менее Ренессанс нуждался в моральном миропорядке. Моральное означало благостное и цветущее, т.е. совершенное и здоровое. Вот почему ренессансная магия, и прежде всего алхимия, ставили себе задачу отыскать такой универсальный «медикамент», с помощью которого можно было бы греховный и совершенно больной универсум полностью и окончательно исцелить. Появились утопии, призванные врачевать общество от разного рода недугов [6].

В период Возрождения формировалась уверенность в том, что человеческий индивидуум как таковой, причем независимо от внешних для него инстанций, включая церковь, может собственными силами осуществлять свое назначение и тем самым свое спасение, утверждая себя как меру всего сущего и происходящего. В античном же космоцентризме человек не был способен постигать истину, если он не соответствовал по своей сути всеобщему космическому порядку вещей. Необходима была определенная работа над самим собой. Это была работа очищения души от всех внешних воздействий и чувственных влечений, препятствующих чистому созерцанию. Платон в этой связи говорил, что самое трудное — это созерцание самой души. Впоследствии стоики постоянно подчеркивали необходимость такого «тренинга», который обеспечивал бы индивидууму автономность и независимость от внешнего окружения. Благодаря ему формировалось необходимое познавательное отношение к миру, поскольку лишь истинное познание гарантирует независимость от чего бы то ни было и только в истинном познании выясняется подлинный порядок мира или, иначе говоря, бытия всего сущего. Познание истины есть само-пожертвование, т.е. подлинная отдача себя делу познания истины. Требуется особого рода аскетика, вне которой истина недоступна вообще. Б. Паскаль еще не отделял практику аскетики от познания истины. Декарт же такого рода связь между познанием и этикой уже полностью отвергал. Согласно Декарту, ясность и отчетливость мысли — вот основные критерии истинного познания. Достоверность требует не столько морального совершенствования, сколько ясности ума, т.е. само-сознания. Познавать истину возможно и вне всякой морали.

В картезианском рационализме субъект познания конституируется вне «этической» субстанции. Декарт освобождает научную рациональность от всякого этического измерения. Истина, познаваемая научно, не имеет никакого отношения к этической субстанции. Макиавелли в трактате «Государь» формулирует ясные, отчетливые правила для руководства политического ума. Он по сути дела является основоположником современной политологии. В своих правилах утверждения власти в рамках политического устройства общества Макиавелли не придерживается никаких морально-религиозных принципов. Декарт формулирует «правила для руководства ума» вообще, они у него призваны обеспечить человеку власть над всей Вселенной. Стилистика рассуждения Макиавелли и Декарта по сути дела одна и та же. Макиавелли говорит о власти в сфере человеческих отношений, а Декарт пишет о том, как с помощью надлежащего метода человек может обрести власть над всем природно-сущим. Мало того, Декарт, имея в своих руках mathe-sis universalis, готов заново создавать и конструировать природный мир, редуцируемый к протяженности. В такого рода мире все этическое полностью устраняется. Вот в таком контексте Б. Спиноза создавал свой трактат «Этика». Он стремился построить новое этическое отношение человека к миру, который становился уже механическим и математически исчисляемым.




оставить комментарий
страница1/4
Дата30.11.2011
Размер1,07 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх