Французская колониальная империя icon

Французская колониальная империя


Смотрите также:
Германская колониальная империя...
Германская колониальная империя...
Бодров А. В. Испанская колониальная империя этапы формирования...
Художник Д. Агапитов Лейнстер М. Л42 Колониальная служба: Повести, рассказы: Пер с англ. / М...
С. Ф. Блуменау Французская революция конца XVIII в в современной научной полемике...
России Серия «Пятая империя»...
«Развитие ветеринарии в Европе в средние века»...
Это запад Турции, прошедший испытания временем и цивилизациями: Древние Греция, Рим, Византия...
Колониальная организация и межклеточная коммуникация у микроорганизмов...
Лекция искусствоведа натальи евсеевой в рамках программы „Французская Ривьера...
Рабочей программы учебной дисциплины (модуля) Исламский мир в прошлом и настоящем фдт ...
Д. Ливен Империя: Российская империя и её соперники...



Загрузка...
скачать
ФРАНЦУЗСКАЯ КОЛОНИАЛЬНАЯ ИМПЕРИЯ


История французского колониализма чрезвычайно насыщенна событиями, в ней выделяют два периода – две империи. Начало Первой колониальной империи было положено в эпоху Великих географических открытий, она создавалась по большей части в течение XVII в. и была почти полностью разрушена в ходе длительного франко-английского конфликта (так называемая «третья Столетняя война» 1689–1815). Вторая колониальная империя, основанная в эпоху Реставрации (1830), разрослась быстрыми темпами в последней трети XIX в., достигла пика своего могущества в начале XX в. и распалась в процессе деколонизации 1950–1960-х гг.

^ Первая колониальная империя

8 013 624 км2 такова была площадь первого колониального пространства, куда входили обширные территории Северной Америки, Антильские острова, Гвиана, Маскаренские острова, рабовладельческие и торговые фактории в Африке и в Индии.

Колониальная экспансия

Франция приступила к активной колониальной экспансии лишь в начале XVII в., значительно позднее Испании и Португалии. Однако романтика неизведанного, как и жажда наживы, привлекала и французских мореплавателей, среди них Жан де Бетенкур, основатель королевства Канарских островов (1402), бретанские и нормандские рыбаки, отважно пускавшиеся в плавания к острову Ньюфаундленд. Но это были лишь отдельные случаи, не поддержанные королевской политикой. В то время, когда Х. Колумб совершал свои плавания в Новый Свет, внимание Франции было поглощено континентальным соперничеством с Испанией (Первая Итальянская война 1494–1496). Налаженные торговые связи с Генуей и Ганзейским союзом также отвращали французов от авантюрных предприятий. Лишь в 1520-е гг., когда в Испанию хлынули сокровища Мексики и Перу, пришло осознание экономической выгоды от географических открытий.

Франциск I – первый король, при котором открытие и освоение новых земель стало государственной политикой Французской монархии. Порт Гавр, учрежденный в 1517 г., должен был способствовать интенсификации заморских плаваний. Однако реальность внесла свои коррективы. Флорентинец Джованни да Верраццано первым из европейцев проплыл вдоль восточного побережья Северной Америки, назвав его Nova-Gallia (Новая Франция) в 1524 г., но тщетно. Французская армия терпела поражения от испано-имперских войск, разгромная для французов битва при Павии (1525) обернулась пленением Франциска I. Однако зависть к американским богатствам удачливого соперника, императора Карла V Габсбурга, не давала покоя королю, который, едва получив свободу, занялся снаряжением новых морских экспедиций.

Отправляясь к берегам Северной Америки 20 апреля 1534 г., Жак Картье имел королевское предписание открыть новые острова и страны богатые золотом. Пройдя через пролив Белл Айл, он высадился на канадском полуострове Гаспе, где водрузил крест 24 июля. В ходе второго плавания (1535–1536) он первым из европейцев проплыл по реке Св. Лаврентия от устья до впадения в нее притока Оттавы, который показался ему верным путем к сказочным богатствам Востока. Тогда же французы обосновались в окрестностях индейской деревни Стадаконе, в местоположении будущего форта Квебек. Открытые земли были объявлены собственностью французской короны. В 1533 г. римский понтифик Климент VII удовлетворил настояниям Франциска I, признав Тордесильясский раздел мира между Испанией и Португалией (1493) действительным только по отношению к уже открытым землям. Тогда же Франциск I сформулировал свою доктрину заморской экспансии, положив в ее основу исследование североамериканских земель, куда не ступала нога ни испанцев, ни португальцев и куда было несравненно труднее добраться, нежели до островов Карибского бассейна. Переход через Северную Атлантику в эпоху парусных судов был чрезвычайно проблематичным из-за гигантских волн, штормовых ветров и айсбергов. Особенно опасным был участок моря вдоль отмели Ньюфаундленда.

Открытые Картье канадские земли получили наименование Новой Франции, и сеньор де Роберваль был назначен ее управляющим. В 1541–1544 гг. Картье приступил к исследованию минеральных ископаемых в окрестностях реки Св. Лаврентия, собрав целую коллекцию горных пород с блестящими отливами. Предположив, что нашел залежи алмазов и, уповая на королевское вознаграждение, он поспешил вернуться на родину. Однако по прибытии мореплавателя настигло жестокое разочарование, привезенные им минералы оказались обычными камнями. Попытка начать колонизацию Канады, предпринятая Робервалем, также окончилась неудачей из-за трудной зимовки и враждебности индейцев. Отсутствие Эльдорадо наподобие того, что испанцы нашли в Перу, охладило пыл французов к освоению Новой Франции.

При последних королях династии Валуа, когда религиозные войны раздирали Францию с 1562 по 1598 гг., были оставлены всякие помыслы об организованной экспансии, и морские экспедиции в Новый Свет стали уделом одиночек, среди которых особой предприимчивостью отличались гугеноты. Скрываясь от религиозных преследований на родине, они предприняли попытки потеснить португальцев в Бразилии, а испанцев во Флориде. Результатом этой предприимчивости стали две эфемерные колонии, первая из которых, основанная в заливе Гуанабар в 1555 г. по инициативе кальвиниста Николя Дюрана де Вильганьона, получила название «Антарктическая Франция». Колония просуществовала до 1560 г. Воспользовавшись религиозными раздорами среди колонистов, португальцы стерли форт Колиньи с лица земли, довершив изгнание французов в 1567 г. Вторая колония была основана на северо-восточном побережье Флориды (1562). Однако Жан Рибо, исследовавший побережье, и Рене де Ладоньер, основавший форт Сент-Каролин у устья реки Джонс, не сумели обеспечить колонию достаточно сильным гарнизоном, чтобы противостоять натиску испанцев (1565). Деятельность гугенотов по освоению новых земель не принесла никаких ощутимых результатов, разве подтолкнула португальские и испанские власти к более активному освоению Нового Света. Свидетельством тому являются города Рио-де-Жанейро в Бразилии и Сент-Огастин во Флориде, обязанные своим появлением борьбе местных колониальных властей против пришельцев из Франции.

При Генрихе IV Бурбоне государство вновь проявило заинтересованность в колониальных захватах, и этот интерес не спадал на протяжении всего XVII в. Большую роль в успехе колониальной экспансии сыграл военно-морской флот, детище кардинала де Ришелье. Министр Людовика XIV Жан-Батист Кольбер, прилагая усилия к поддержанию и приумножению колоний, содействовал развитию королевского флота, так что к 1683 г. Франция располагала 276-ю хорошо вооруженными судами.

Продолжателями дела Картье и Роберваля стали Пьер Дюгуа и Самюэль де Шамплейн. В 1603 г. П. Дюгуа получил от Генриха IV эксклюзивное право на освоение Американского континента между 40º и 60º северной широты. Экспедиция избрала местом своей стоянки южный берег залива Фанди, основав 27 июля 1605 г. Пор-Руаяль (Аннаполис в Новой Шотландии). Так было положено начало колонии Акадия. В ее состав входили полуостров Новая Шотландия, Нью-Брансуик и близлежащий архипелаг Сен-Пьер и Микелон, а также остров Сен-Жан (Принца Эдуарда). Акадию приходилось отстаивать в постоянном соперничестве с Нидерландами и Великобританией. В XVII в. французы неустанно оспаривали у англичан остров Ньюфаунленд, который со времен плавания Дж. Кабота считался первой британской колонией. Живописная бухта Плезанс на южном берегу стала средоточием французского присутствия на острове.

3 июля 1608 г. С. Шамплейн основал форт Квебек в устье реки Св. Лаврентия. Форт Труа-Ривьер (Трехречье), названный так из-за иллюзии, создаваемой островами дельты, был основан в 1634 г. Укрепленное поселение Вилль-Мари, первоначальное название Монреаля, появилось в 1642 г. Большое количество менее известных опорных пунктов возникали там и здесь в долине Св. Лаврентия и в районе Великих Озер. Название осваиваемой территории прижилось со времен плавания Картье, позаимствовавшего слово «Канада» у лаврентийских ирокезов, на языке которых оно обозначало деревню. Во французскую Канаду входили современные провинции Квебек, Онтарио и часть побережья Великих Озер.

Канада и Акадия составляли северную часть колонии Новая Франция, границы которой к концу XVII в. значительно расширились на запад и на юг, благодаря предприимчивости и отваге Рене-Робера Кавелье де Ла Саля, который первым из европейцев в 1681–1682 гг. спустился по Миссисипи, объявив весь ее бассейн владением французского короля. Обширное пространство, покрывавшее полностью или частично территорию 21 штата современных США, получило название Луизиана в честь Людовика XIV. Несмотря на то, что испанцы опередили французов в открытии земель, прилегающих к Мексиканскому заливу (экспедиция Эрнандо де Сото 1539–1542), права Франции на эти земли получили признание европейских государей при подписании Рисвикского мирного договора (1697), завершившего войну Аугсбургской лиги.

Международное признание развязало французам руки, и долина Миссисипи стала активно осваиваться. Первый форт в Иллинойсе, Сен-Луи, был основан Кавелье де Ла Салем в 1683 г. Попытка этого отважного первопроходца основать французское поселение в дельте Миссисипи окончилась неудачей и повлекла за собой его гибель (1687). Однако у него были последователи. В 1698 г. Пьер Ле Муан д’Ибервиль исследовал устье Миссисипи и заложил форт Морепа, а в 1702 г. – форт Мобиль. Плавания по Красной реке и Миссури (1714), а также по Арканзасу (1721) способствовали расширению зоны французского влияния. У впадения Миссисипи в Мексиканский залив был заложен форт Новый Орлеан в честь регента Филиппа Орлеанского (1717).

Попытки основать колонии в Южной Америке возобновились под патронажем Генриха IV. Берега Гвианы, открытые испанским мореплавателем В.Я. Пинсоном (1500), обладали особой привлекательностью для европейцев, веривших в легенду об Эльдорадо. В 1604 г. португальцы разрушили французское поселение на острове Кайенна. В 1643 г. та же участь постигла 300 колонистов под предводительством Шарля Понсе де Бретиньи, на этот раз индейское племя галиби жестоко расправилось с пришельцами. Однако французы не оставили мечты основать колонию близ экватора, поселения вдоль побережья и по берегам рек возрождались из пепла. Расположенная по соседству голландская колония Суринам была постоянным источником опасности. В 1654 г. голландцы захватили Кайенну и до 1663 г. удерживали ее. Колония была разграблена англичанами в 1667 г., после чего перешла в разряд коронных владений. «Равноденственная Франция», как было принято называть Гвиану в метрополии, стала реальностью. Голландцы предприняли еще одну попытку в 1676 г., но военный успех вице-адмирала д’Эстре закрепил колонию за Францией. Утрехтский договор (1713) установил западную границу французской Гвианы по реке Марони, а южную – по реке Ояпок, хотя двусмысленная формулировка дала французам возможность претендовать на территории ближе к долине Амазонки. Военные патрули, религиозные миссии и торговые фактории, используемые для продвижения на юг, имели следствием конфликты с португальцами.

При кардинале Ришелье (1624–1642) французам удалось установить полный или частичный контроль над частью Малых Антильских островов, колонизованных первоначально испанцами, но оставленных ими в силу отсутствия там месторождений золота. Остров Сен-Кристоф стал отправным пунктом французской экспансии в Вест-Индии. В 1635 г. усилиями Компании Американских островов началась колонизация Мартиники, Гваделупы, Мари-Галант, Сент и Доминики. В стремлении подчинить себе острова Карибского моря французы наталкивались на соперничество конкурирующих наций, англичан и голландцев, а также на ожесточенное сопротивление воинственного племени карибов. Индейцы неохотно шли на контакт, и усилия католических миссионеров, пробовавших обратить автохтонное население в христианство, пропадали даром. Французским поселенцам приходилось организовывать карательные экспедиции, как после резни, учиненной индейцами в 1653 г. на Мари-Галант. После поражения на Мартинике в 1658 г. карибы были вытеснены с некогда принадлежавших им островов, что позволило облегчить их заселение колонистами.

При кардинале Мазарини (1643–1661) колониальная экспансия осуществлялась по преимуществу методами сделок и переговоров. Соперничество с англичанами за остров Сент-Люсия разрешилось в пользу французов, которые сумели в 1650-е гг. обосноваться там, во многом благодаря соседству Мартиники. Впоследствии англичанам удавалось вырывать у них соглашения на совместное владение Сент-Люсией (1723, 1748). В 1648 г., в результате договоренности с Нидерландами, французы получили в свое владение северную часть острова Сен-Мартен. Сделка была выгодной для обеих стран, которые, сплотившись, смогли противостоять напору испанцев. Доставшуюся им часть территории, как и близлежащий островок Сен-Бартелеми, французы включили в колонию Гваделупа. В 1650 г. Франция купила у испанцев остров Гренада. Гваделупа и Мартиника были официально объявлены собственностью французской короны в 1674 г.

Остров Сен-Доминго, открытый Колумбом (1492), первоначально осваивался испанцами, но отсутствие залежей золота побудило тех покинуть западную его часть, которая стала легкой добычей для французских пиратов и охотников за одичавшими домашними животными. Эти последние сделали своей базой скалистый остров Тортю по соседству. В 1654 г. на «большой земле» был основан город Пети-Гоав, в 1666 г. – Пор-де-Пе, а в 1670 г. – будущая столица Кап Франсе. По Рисвикскому договору, Мадрид признал западную часть Сен-Доминго французским владением. Остров Сен-Кристоф, часть которого принадлежала французам, а другая – англичанам, неоднократно переходил из рук в руки в войны 1666–1667 и 1688–1697 гг., но Бредский, как и Рисвикский договоры, восстановили довоенный statu quo. Морские победы вице-адмирала д’Эстре в ходе Франко-голландской войны (1672–1678) позволили французам вступить во владение островом Тобаго.

Берега Сенегала, открытые генуэзцем А. Кадамосто (1441), стали осваиваться французами с 1626 г., когда, по распоряжению Ришелье, была создана Нормандская компания. В устье реки Сенегал появилась торговая фактория-крепость Сен-Луи, возведенная моряками из Дьепа (1659). Впоследствии фактории-крепости множились на западном побережье Африки между устьем Сенегала и Гвинейским заливом. Этот берег, вошедший в историю как Невольничий, привлекал французов, как и голландцев и англичан, возможностями торговли живым товаром – рабами. Жан д’Эстре захватил в 1677 г. принадлежавшую голландцам факторию на острове Горе. Нимвенгенский мир закрепил за Францией это приобретение, а также старинные португальские поселения Рио Фреско (Рюфиск), Портудаль и Жоаль (1678). В 1681 г. французы обосновались в Альбреде на северном берегу реки Гамбия, получив разрешение от местного правителя на создание торговой фактории. У Нидерландов было приобретено побережье Мавритании от мыса Бланко до реки Сенегал (1696). Прибрежная территория Дагомеи (Бенин) также стала осваиваться: в местечках Сави и Уида появились французские форты (1666).

В XVII–начале XVIII вв. Франция сумела закрепиться в акватории Индийского океана. В этой части света французские колонисты шли по следам португальских первооткрывателей. В 1643 г. на крайнем юго-востоке острова Мадагаскар появился французский Форт-Дофин (Тоуланару). Реюньон, принадлежащий к группе Маскаренских островов, был необитаем до середины XVII в., что, безусловно, облегчило процесс его колонизации. Французы заявили претензии на этот клочок земли в 1642 г., а в 1665 г. высадили на нем 20 колонистов. Остров получил название Бурбон и использовался как стоянка для кораблей по дороге в Индию, а с 1710-х гг. стал настоящей колонией. В 1760-е гг. Бурбон, находившийся до того в ведении Ост-Индской компании, перешел под непосредственный контроль Людовика XV, как и расположенный по соседству Иль-де-Франс (Маврикий). Этот остров, богатый ценными сортами деревьев, с конца XVI в. заселялся голландцами, а французы ссылали туда бунтовщиков с Мадагаскара. Но к 1710 г. голландцы покинули юго-западную часть Индийского океана. Остров оказался настоящей находкой для французов, как надежное укрытие от пиратов, источник эбенового дерева, а также провизии и воды для кораблей на пути в Индию. 20 сентября 1715 г. уроженец Сен-Мало Гийом Дюфрен д’Арсель занял территорию от имени Людовика XIV, голландский Mauritius стал Иль-де-Франс. Небольшой остров Родригес был колонизирован французами в XVIII веке. Гугеноты, вынужденные вследствие отмены Нантского эдикта вновь искать себе пристанище на заморских территориях, предприняли попытку основать там колонию, но неудачно. На острове, кроме черепах, главного его богатства, не было ни души. Постоянное французское поселение на Родригесе появилось лишь в 1735 г., вследствие особого распоряжения губернатора Маскаренских островов Б.-Ф. Маэ де Лабурдоннэ для того, чтобы снабжать черепашьим мясом проходившие мимо суда Ост-Индской компании.

Несмотря на наличие форпостов в южной части Индийского океана, Ост-Индская компания не преследовала завоевательных целей в Индии, сосредоточив внимание на выгодах коммерции. Когда французы начали основывать свои фактории в богатой пряностями Индии, там уже ощущалось присутствие других торговых наций. Первая французская фактория появилась в Сурате (1666). Впоследствии французы осваивали по преимуществу восточное побережье. Маленькая деревня на Коромандельском берегу, купленная у султана Биджапура (1673), разрослась, обросла укреплениями и вошла в историю под названием Пондишери. В 1688 г. французы основали факторию Чандернагор на участке земли в дельте Ганга, купленном у набоба Бенгалии 15-ю годами ранее. Новый всплеск французской экспансии на Индостане пришелся на вторую четверть XVIII в. В 1723 г. французы воспользовались правом основать факторию в Янаоне, в 1724 г. – в Маэ на Малабарском побережье. В 1739 г. генерал-губернатор французских владений в Индии Пьер-Бенуа Дюма купил у раджи Таньора крепость Карикал с пятью окрестными деревнями. Сменивший его в 1742 г. Жозеф Франсуа Дюплекс, пользуясь анархией, произведенной распадом Могольской империи, приступил к реализации завоевательной политики, имевшей целью установление французского господства над Индией. К 1750 г. Ж.Ф. Дюплексу удалось подчинить французскому контролю княжества Карнатик и Хайдерабад в Южной Индии. Однако в 1754 г. он был отозван во Францию, акционеры Ост-Индской компании и французское правительство не одобряли его предприимчивости.

В 1756 г. Франция вступила во владение Сейшельскими островами, которые долгое время служили излюбленным пристанищем для пиратов Индийского океана. Удобно расположенный между Африкой и Азией, архипелаг был назван по имени министра финансов Людовика XV, Моро де Сейшеля. Первые постоянные поселения появились на самых крупных островах архипелага, гранитных Маэ и Праслен.

Разнообразные ресурсы зависимых территорий, расположенных в различных географических зонах, определяли методы и способы их эксплуатации.

Блеск и нищета колоний

Освоение колоний велось поначалу усилиями торговых компаний, которым король даровал монополию на экспорт и импорт и другие привилегии в обмен на обязательство способствовать заселению новых земель, обеспечивать их управление и защиту, способствовать обращению язычников в христианскую веру. Кардинал де Ришелье, а впоследствии Кольбер активно содействовали их организации. Но торговые компании не всегда оказывались достаточно эффективными, и в случае банкротства акционеров, колонии переходили в непосредственное ведение короля. Система «исключительного права», в соответствии с которой колониям было позволено торговать только с метрополией, снабжая ее сырьем и потребляя ее мануфактурные изделия, была базой французской колониальной экономики и отвечала требованиям меркантилизма.

Торговые компании обладали правом назначать губернаторов заморских территорий. Были случаи, когда официальные лица преследовали собственные торговые или семейные интересы, уделяя мало внимания интересам короны или компании. Показателен пример губернаторов Антильских островов, Сен-Кристофа, Мартиники и Гваделупы, которые вступили во владение управляемыми ими территориями. Губернатор Шарль Уэль выкупил Гваделупу у Компании Американских островов в 1649 г., а впоследствии расширил свои владения, приобретя соседние Дезирад, Мари-Галант и Сент. В 1650 г. состоялась продажа Мартиники губернатору Дю Парке, а в 1651 г. губернатор Лонгвилье де Пуанси оформил сделку о покупке острова Сен-Кристоф. Вышеперечисленные губернаторы сумели достичь фактической независимости, опираясь на интересы колонистов, которые шли вразрез с ограничениями на торговлю и таксами, взимаемыми Компанией. Однако по прошествии 15-лет укрепившаяся королевская власть вернула острова под свой контроль.

Система административного управления колоний, определенная Людовиком XIV, имела много общего с управлением французскими провинциями. Во главе колониальной администрации стояли губернатор и интендант, причем их функции были строго разграничены, так что на долю первого выпадали все вопросы, связанные с обеспечением обороноспособности, а на долю второго – юстиция, финансы и полиция. На зависимых территориях действовало французское законодательство, а Верховный Совет был главным органом колониальной юрисдикции. Для управления группами территорий, как Антильские или Маскаренские острова или занимавшая значительное пространство Новая Франция, были созданы должности генерал-губернатора и главного интенданта, в подчинении которых находились более мелкие территориальные единицы – губернаторства. Людовик XIV и его преемники стремились проводить в колониях политику абсолютизма, но, вследствие обширности зависимых территорий, отсутствия достаточных людских ресурсов и удаленности, контроль центральной власти над колониями был не столь эффективен, как того желали в метрополии.

Экономическая жизнь колоний отличалась разнообразием и зависела от имевшихся в наличии ресурсов, климата, почв. Плантационная экономика утвердилась на Антильских островах. В первые десятилетия французского присутствия Гваделупа и Мартиника производили, главным образом, табак, индиго, какао. Особенно славился табак с Мартиники. Негры-рабы появились во французских колониях Карибского моря в 1640-е гг. через посредничество голландцев. Тогда же появились первые плантации сахарного тростника. Непременным условием экономического развития островов было их заселение. Вест-Индская компания, созданная королевским эдиктом 1664 г., и получившая концессию на французские владения в Карибском бассейне, как и ее предшественницы, Компания Сен-Кристоф (1626) и Компания Американских островов (1635), пыталась вызвать интерес французов к этому региону, суля переселенцам быстрое обогащение. Однако запрет колонистам на торговлю с Голландией, в то время как французский флот, слишком малочисленный, не был в состоянии обеспечить порты продуктами питания и товарами из Европы, был источником лишений. Мятежи на Мартинике 1665–1666 гг. и на Сен-Доминго 1670 г. были следствием политики «исключительного права».

Вест-Индская компания, разоренная войной и конкуренцией контрабандистов, была распущена в 1674 г. Антильские острова перешли под непосредственное управление короля, который поощрял посадки сахарного тростника, надеясь извлечь большие доходы из производства и экспорта сахара. Пример английского острова Барбадос был достаточно красноречивым. К тому же плантаторы табака испытывали трудности в связи с табачным кризисом 1670–1690-х гг. Некоторые из них вынуждены были продать свои земли, чтобы выплатить долги и вернуться на родину. Колонисты, располагавшие необходимым капиталом для налаживания сахарного производства, покупали освобождаемые ими земли. Незначительные по размерам, табачные плантации не требовали большого количества рабочих рук, при их возделывании зачастую использовался труд уроженцев Франции, прибывших в колонию по контракту с плантатором на три года (политика «36 месяцев»). Иное дело культура сахарного тростника, требовавшая большего ухода и последующей обработки стебля. Наиболее богатые плантаторы имели более сотни рабов. Высокая смертность подневольной рабочей силы и низкая рождаемость влекли за собой необходимость постоянного ее пополнения путем закупки живого товара на берегах Африки.

Треугольная торговля, которую французы начали практиковать позднее португальцев, голландцев и англичан, с созданием Сенегальской компании (1674), оказалась рентабельной. Огнестрельное оружие, порох, стеклянные украшения, ткани обменивались на негров-рабов, поставляемых племенными вождями в специальные сборные пункты на побережье. Прикованные цепями друг к другу, негры погружались на корабли и, скученные в трюмах, перевозились, как товар, в Новый Свет (далеко не все выдерживали изнурительного плавания), где продавались местным плантаторам в обмен на сахар. Доставленное в Европу, «белое золото» сбывалось по высоким ценам, которые к 1700 г. колебались между 36 и 44 ливрами за центнер, хотя к 1725 г. упали до 13 ливров. Судовладельцы и торговцы зарабатывали на продаже сахара значительно больше, чем расходовали на приобретение товаров для сбыта в Африке. Роскошные особняки в портовых городах Бордо, Нанте, Ла-Рошели, Сен-Мало по сей день свидетельствуют о невероятных богатствах, приносимых треугольной торговлей в XVII-XVIII вв. Владельцы плантаций и сахароварен также извлекали значительные прибыли, тем большие, что труд негров был даровым. Многие дворяне из королевского окружения были одарены землями между 1673 и 1685 гг., тогда как еще в 1640-е гг. Антильские острова считались бедными и малоперспективными, служа местом ссылки для лиц, неугодных короне, как Констан д’Обинье. Детство его дочери, в будущем маркизы де Ментенон, фаворитки Людовика XIV, прошло на Мартинике в чрезвычайной бедности между 1635 и 1647 гг. Все изменилось, как только сахарная культура и треугольная торговля стали обычной практикой. Плантационные хозяева в поисках пространства брались за выкорчевку тропического леса, а также силились изгнать тех немногих индейцев и охотников, которые еще оставались на побережье. Пираты Карибского моря, причинявшие вред спекуляцией и захватом кораблей с колониальными товарами, также подверглись гонениям. Шарль Франсуа д’Анжен, маркиз де Ментенон, продав в 1674 г. родовой замок и титул фаворитке короля, переселился на острова, где занялся поимкой и разоружением пиратов. Его служебное рвение было вознаграждено губернаторской должностью на Мари-Галант (1679–1682). Более того, в 1680-е гг. он стал самым богатым плантатором Мартиники, имея в своей собственности 200 рабов, сахароварню и монополию на торговлю с испанской Венесуэлой с правом продажи 245 тонн сахара в год (10% мартиникской продукции).

Деятельность Сенегальских компаний, а также контрабандная закупка невольников у голландцев, низкие цены которых были вне конкуренции, позволили плантаторам значительно увеличить количество рабов. На Мартинике к 1700 г. имелось 15 000 рабов, вдвое больше, чем в 1670 г., что вкупе с 230 сахароварнями свидетельствовало о феномене, названном «сахарной революцией». Порт Сен-Пьер способствовал экономическому процветанию острова, но его деловая активность негативно сказалась на соседней Гваделупе, где численность рабов в 1700 г. не превышала 7 000. «Сахарная революция» на Сен-Доминго запоздала и была связана с деятельностью Гвинейской компании (1685) и Компании Сен-Доминго (1698). Строптивые флибустьеры, населявшие остров, были мало склонны признавать королевскую власть, занимаясь грабежом испанских судов. Некоторые из них осели, занявшись возделыванием табачных плантаций. В 1670-е гг. Сен-Доминго продавал ежегодно на 2,5 млн. ливров табака, но табачный кризис сказался и здесь. Несмотря на стремление интегрировать флибустьеров в плантационную экономику, войны конца XVII–начала XVIII вв. вынудили французские власти прибегнуть к их услугам. Захваченная в ходе рейдов добыча, будь то рабы или орудия сахарного производства, доставили флибустьерам необходимый капитал, который они инвестировали в плантации индиго и сахара. Губернатор Сен-Доминго Жан-Батист Дюкасс, предводительствовавший рейдами, стал влиятельным сахарным плантатором. Договор асьенто (1701), предоставивший Франции монопольное право на ввоз негров-рабов в американские владения Испании, способствовал наплыву капиталов. Между 1700 и 1713 гг. количество чернокожего населения на Сен-Доминго возросло с 9 000 до 24 000. В 1714 г. Сен-Доминго производил около 7 000 тонн сахара, в 1720 г. – около 10 000 тонн.

Мирная политика регента Филиппа Орлеанского, а также кардинала де Флёри, обеспечив Франции 30 лет спокойствия, положительным образом сказалась на торговой активности Антильских островов. Начиная с 1740-х гг. Сен-Доминго экспортировал столько сахара, сколько все британские острова вместе взятые (более 43 000 тонн) и стал главным рынком сбыта негров-рабов. Но все же эти цифры бледнеют по сравнению с показателями периода расцвета плантационной экономики после Семилетней войны. Показатели экспорта неуклонно росли: 63 000 тонн сахара в 1767 г., 86 000 тонн в 1789 г. Треугольная торговля приобрела наибольший размах. За один только 1790-й г. плантаторы Сен-Доминго приобрели более 39 000 рабов. Этому способствовала деятельность Ангольского Общества, основанного в 1748 г. в первом невольничьем порту Европы, каковым был Нант, и контролировавшего вместе с Обществом Гру и Мишель 49% работорговли. Наряду с доминирующим сахарным тростником, культуры кофе, индиго, хлопка пользовались все большим спросом. В 1733 г. Мартиника экспортировала 300 тонн кофе, в 1788 г. – около 8 000 тонн. В 1774 г. Сен-Доминго экспортировал 19 500 тонн кофе. Потребности европейской текстильной промышленности диктовали все более активное возделывание индиго и хлопка. Накануне революции 1789 г. колониальные товары с Сен-Доминго составляли треть французского экспорта.

Плантационное хозяйство на Маскаренских островах также было высокопродуктивным. С 1665 по 1764 гг. острова Бурбон (Реюньон), Иль-де-Франс (Маврикий) и Родригес находились в ведении Ост-Индской компании. Генерал-губернатор Маскаренских островов Б.-Ф. Маэ де Лабурдоннэ (1735–1746) многое сделал для их освоения. За десять лет невозделанные территории превратились в рентабельные колонии. Были проведены работы по строительству портовых сооружений и фортификаций на Иль-де-Франс, который, обладая естественным портом (Пор-Луи), использовался как стоянка для военных и торговых судов. На Иль-де-Франс преобладали плантации сахарного тростника. Начиная с 1715 г. главным богатством острова Бурбон стали плантации кофе, завезенного туда из знаменитого йеменского порта Мока. Ежегодный экспорт кофе составлял 100 000 ливров до 1735 г., а в 1744 г. достиг 2,5 млн. ливров. Интендант Пьер Пуавр открыл королевский период в управлении островами после банкротства Ост-Индской компании в 1767 г. П. Пуавр был у истоков акклиматизации и возделывания пряностей на острове Бурбон и Иль-де-Франс, в результате чего французы сумели потеснить голландцев на этом богатейшем рынке. Мускатный орех и гвоздика, завезенные из Индонезии и Молуккских островов, прижились, став полезным дополнением к культурам кофе и сахарного тростника.

Население колоний было пестрым и в этническом и в социальном плане. Обязательными его фигурами были белые плантаторы, цветные и негры-рабы. Белые плантаторы родом из Франции, как и родившиеся в колониях креолы, составляли элиту общества. За ними на мультирасовой иерархической лестнице следовали цветные – свободное население европейско-индейского или европейско-африканского происхождения. Самое низкое положение занимали негры-рабы. При достаточно патриархальном укладе жизни границы между тремя группами были нечеткими. Среди чернокожего населения встречались и вольноотпущенники, и беглые рабы. В некоторых местностях ребенок черной рабыни от связи с белым господином становился свободным, что способствовало росту численности мулатов. Такая практика, далеко не повсеместная, получила распространение на Мартинике. Генерал-губернатор Шарль де Курбон, граф де Бленак, писал в докладной записке королю: «По обычаю Мартиники, мулаты получают освобождение по достижении 20-летнего возраста, а мулатки по достижении 15-ти лет». В соответствии с данными переписи населения на 1680 г. Мартиника насчитывала 314 мулатов, а Гваделупа – 170. Тенденция к росту численности мулатов была расценена в Версале как опасная, так как означала потерю потенциальной рабочей силы. Белые женщины были редки в колониях, что способствовало обострению проблемы. Версаль взялся за ее разрешение двумя способами. 250 белых женщин, которых в народе прозвали «королевскими невестами», были отправлены на Мартинику между 1680 и 1685 гг., а специальный ордонанс, вошедший в историю как «Черный кодекс» (март 1685), постановил, что ребенок, рожденный от рабыни, наследует подневольный статус своей матери (ст. 13). Статьи «Черного кодекса» обязывали плантаторов крестить и воспитывать рабов в католической религии, предоставлять им кров, питание и усыпальницу. Рассматриваемые как движимое имущество (ст. 44), рабы имели, однако, некоторые юридические права, хотя и более ограниченные, чем права несовершеннолетних или слуг. Законодатель закрепил телесные наказания рабов кнутом или клеймением (ст. 42). Многие статьи декретировали смертную казнь рабов за провинности. И хотя некоторые положения имели целью защитить раба от произвола, как, например, запрет подвергать пыткам или причинять членовредительство, плантаторы чувствовали себя достаточно безнаказанно. К тому же колониальным властям предписывалось изгнание евреев (ст. 1) и преследование протестантов (ст. 3). Впоследствии положения «Черного кодекса» были дополнены и развиты в ряде законодательных актов, которые лишь усугубили и без того невыносимое положение рабов. Эдикт Людовика XVI (1784), ограничив телесные наказания кнутом 50-ю ударами, не внес существенного улучшения в их участь.

В численном отношении чернокожее население Антильских и Маскаренских островов преобладало над белым. В 1779 г. соотношение чернокожего и белого населения на Сен-Доминго было 7 к 1 (249 098 рабов на 32 650 белых), а в 1789 г. достигло 12-ти к 1 (470 000 рабов на 40 000 белых). На 1789 г. соотношение было 8 к 1 на Гваделупе (86 100 рабов на 11 100 белых), 7 к 1 на Мартинике (73 416 рабов на 10 634 белых). Население Иль-де-Франс, составлявшее в 1735 г. 1 000 жителей, в 1767 г. достигало 20 000 человек, три четверти из которых были чернокожими невольниками, занятыми на плантациях и изготовлении рома. Труднодоступный в силу скалистых берегов, остров Бурбон насчитывал в 1735 г. 8 000 жителей, из них 6 000 рабов, в 1779 г. 36 000 жителей, из них 29 000 рабов. Соотношение между белым и цветным населением оставалось в пользу белого. Цветное население Сен-Доминго 7 000 на 1775 г., через 15 лет составляло уже 28 000 человек, две трети от белого населения. Та же тенденция к росту цветного населения наблюдалась и на Мартинике и на Гваделупе.

Аутсайдерами плантационной экономики были Гвиана и Луизиана. Все попытки, заселить Гвиану, предпринимавшиеся компаниями торговцев из Руана, Северного мыса, Равноденственной Франции, Вест-Индии, оказались тщетными. Враждебность индейцев, соседство португальцев, испанцев и голландцев, атаки англичан приводили к тому, что людские потери в разы превышали количество выживших колонистов. К 1696 г. около 600 французов населяли остров Кайенну и его окрестности. Период голландской оккупации (1654–1663) способствовал появлению культуры сахарного тростника, а вместе с ней и первых рабов, так что в 1685 г. их было не менее 1 500. Некоторое оживление колонизации наступило после перехода Гвианы под непосредственное управление королевской администрации, тем более что мечты об Эльдорадо еще не совсем рассеялись. Иезуиты облюбовали эти земли, способствуя введению культур хлопка, индиго и маниока. Треугольная торговля снабжала колонию рабочими руками, однако ввоз рабов в Гвиану был намного менее значительным, чем на Антильские острова, ввиду слабого спроса. Несмотря на попытки введения новых и новых культур, кофе в 1716 г., какао в 1730 г., сельскохозяйственную и торговую колонизацию Гвианы нельзя считать удачной, болотные миазмы убивали большинство колонистов. К 1740 г. население колонии достигало 5 290 жителей, из них 566 белых, 54 освобожденных, 4 634 черных рабов. Индейское население превалировало, около 8 000, но было оттеснено на окраинные территории, во французских поселениях проживало не белее четырех десятков индейцев.

После поражения в Семилетней войне перед Францией встала задача утвердить свое господство в Южной Америке. Власти вновь взялись за освоение и заселение Гвианы. Но великий проект колонизации, разработанный главой морского и военного министерств, герцогом де Шуазёлем, обернулся полным провалом. Колонисты, в основном эльзасцы и лотарингцы, массами прибывавшие в Гвиану, вместо обещанной плодородной почвы, находили там мучительную смерть от голода и лихорадки. В результате, к 1765 г. из 15 000 колонистов всего 500 или 600 прижились, остальные погибли либо были репатриированы. За Гвианой закрепилась репутация проклятой земли, и даже попытки осушения почв, предпринятые губернатором Малуэ в 1776 г., не смогли поколебать ее.

Коммерческое освоение Луизианы началось лишь в 1717 г. Предыдущие попытки, связанные с именем богатого банкира Антуана Кроза, оказались неудачными. Компания Миссисипи, созданная Джоном Лоу в 1718 г., расширенная и переименованная в Компанию Индий (1719), осуществляла спекуляции на вымышленных историях об индейском золоте, пока на улице Кенкампуа не выстроилась очередь недовольных парижан, призывавших к бунту (1720). Несмотря на волюнтаристскую политику Регентства, которая выражалась в насильственном ангажировании рабочих рук и депортации неугодных слоев населения, к 1723 г. в Луизиане насчитывалось менее 5 000 французских поселенцев. Плантационное хозяйство в Нижней Луизиане, к югу от реки Арканзас, не приносило экономических выгод. К 1743 г. туда было завезено около 6 000 африканских рабов, которые осели в окрестностях Нового Орлеана и употреблялись для возделывания плантаций табака и индиго. Продукция экспортировалась в метрополию, но это была капля в море по сравнению с оборотами Антильских островов. Мятеж индейцев натчез в 1731 г. на долгое время подорвал экономику колонии. К 1763 г. в Луизиане проживало 10 000 французских переселенцев при численном превосходстве коренного населения. Колонисты были рассеяны по огромной территории, что повышало их уязвимость в случае атак индейских племен натчез и чипасо.

Французы неохотно заселяли бескрайние просторы североамериканского континента, отпугиваемые суровой природой, болезнями, враждебностью индейцев и конкурирующих наций. Компания Ста акционеров, в числе которых был кардинал Ришелье (1627), оказалась на грани банкротства, после того как 400 колонистов, направлявшихся в Квебек, попали в английский плен, а форт и Новая Шотландия были оккупированы англичанами до 1632 г. (договор в Сен-Жермен-ан-Ле). В 1635 г. Канада насчитывала едва 300 колонистов. Ассоциация жителей, сменившая Компанию Ста акционеров в 1645 г., оказалась не более успешной, чем ее предшественница, что побудило Людовика XIV перевести колонию в разряд коронных в 1663 г., отправив туда войска, новых колонистов и около тысячи «королевских невест». Колонизация Канады осуществлялась, главным образом, благодаря выгодам от эксплуатации ее природных ресурсов, мехов диких животных и рыбного изобилия. Пушная торговля с индейскими племенами гуронов, алгонкинов и др., охотно обменивавших меха волков, куниц, бобров на произведенные в Европе ткани, бисер, краски, ножи, посуду, алкоголь, с самого начала приносила большие прибыли. Трапперы служили посредниками в контактах между негоциантами и индейцами. Бобровые шкурки пользовались наибольшим спросом. Земледелие постепенно входило в обычаи поселенцев, становясь единственным средством выживания в ходе длительных и яростных конфликтов, каковыми были франко-ирокезские войны за контроль над меховой торговлей между 1630 и 1763 гг. Французов поддерживали союзные им индейские племена, а Ирокезскую конфедерацию – голландцы, а с 1664 г. – англичане. К 1701 г. (Монреальский мир) французы отстояли традиционные торговые пути, но их победа оказалась иллюзорной, вследствие падения цен на пушнину и переориентации многих индейских племен на британский рынок.

В XVIII в. Канада оставалась слабозаселенной. Французское население не превышало 20 000 в 1715 г. и 90 000 в 1760 г., причем большая часть жителей были сконцентрированы в районе Квебека и Монреаля. Рыболовный промысел на отмелях Ньюфаундленда и островах Сен-Пьер и Микелон был доходным. Засушенная или засоленная треска пользовалась спросом на французском и международном рынках. Апогей французского присутствия в заливе Св. Лаврентия пришелся на период между 1678 и 1688 гг., когда около 20 000 французских рыбаков и 300 кораблей были задействованы в рыбной ловле, вдвое больше, чем у англичан.

Французские рабовладельческие и торговые фактории в Африке, на Мадагаскаре и в Индии существовали на территориях неподконтрольных Франции государств или племенных союзов. К 1664 г. фактория Сен-Луи в Сенегале стала важным центром торговли золотом, камедью, слоновой костью и рабами. На невольничий рынок французы пришли позже португальцев, голландцев и англичан, что увеличивало уязвимость их положения. Показателен пример франко-английской борьбы за укрепленный остров Джеймс на реке Гамбия, а, по сути, за экономическое и политическое преобладание в регионе вверх по течению реки. В конце XVII– начале XVIII вв. французы неоднократно овладевали островом на непродолжительное время, но закрепиться им удалось лишь в опорном пункте Альбреда на северном берегу реки Гамбия. К середине XVIII в. африканские владения Франции, известные под названием «Сенегал и зависимые территории», представляли собой ряд прибрежных анклавов от устья Сенегала до дельты реки Нигер и управлялись из Сен-Луи. Многие десятки тысяч африканцев ежегодно проходили через французские пересылочные пункты Сен-Луи, Горе, Альбреда, Сави и Уида на пути к депортации на Антильские острова. Богатые французские торговцы и военные представляли собой элиту факторий-крепостей, где проживали также свободные африканцы, мулаты. Особую прослойку населения Сен-Луи и Горе составляли женщины смешанной крови, прозванные синьяр, которые, соединяясь узами брака с колониальными нотаблями, обладали значительными капиталами и способствовали расцвету креольской архитектуры.

Восточная компания Ришелье и Ост-Индская компания Кольбера имели большие виды на Мадагаскар, намереваясь организовать там сельскохозяйственную колонию. Однако отсутствие последовательного субсидирования и военной поддержки привело к краху грандиозных замыслов, и даже такой предприимчивый губернатор, каковым был Этьен де Флакур (1648–1655), оказался не в силах переломить ситуацию. В 1670 г. остров перешел в разряд коронных колоний. Однако колония была ослаблена вооруженными конфликтами с местными племенами и внутренними разногласиями. Туземцы спалили Форт-Дофин, а колонистов перерезали в местной церкви во время рождественской мессы 1672 г. После этого французы еще трижды в 1680, 1768, 1773 гг. предпринимали попытки подчинить своему влиянию Мадагаскар, но тщетно, сохранив за собой лишь несколько укрепленных пунктов, где закупали быков, рис и рабов во время стоянок кораблей.

Французское торговое присутствие в Индии было связано с деятельностью Ост-Индской компании, которая обладала исключительным правом на торговлю от мыса Доброй Надежды до мыса Горн и должна была оправдать свою привилегию успешной конкуренцией с Ост-Индскими компаниями Англии и Голландии. Небольшие деревни, купленные компанией у местных правителей, как Пондишери и Чандернагор, под французским управлением превратились в процветающие города, несмотря на убытки, причиняемые колониальной торговле военными конфликтами с англичанами и голландцами. Так, во время войны Аугсбургской лиги голландцы оккупировали Пондишери на шесть лет (1693–1699) и заблокировали устье Ганга, препятствуя проходу французских кораблей. Впоследствии все принадлежавшие французам фактории были укреплены с оборонительной целью. В XVIII в. Пондишери стал административным центром, достигнув своего апогея в губернаторство Ж.Ф. Дюплекса. При нем были проложены дороги, приобретены новые владения и расширена территория под французским влиянием. Ценой услуг местному правителю под французский контроль отошла в 1753 г. прибрежная полоса к северу и югу от Янаона, включавшая налоговые округи, все сборы от которых поступали во французскую казну, до 1 млн. рупий в год. Янаон был крупным центром хлопкового производства. Активная портовая деятельность французских факторий зиждилась на закупке в Индии текстиля (шелков, муслинов и органди; полотен; окрашенных, цветных или простых перкалей), но также драгоценных камней, красящих веществ и пряностей. В период наиболее удачной деловой активности от 8 до 10 кораблей, нагруженных тканями, причаливали ежегодно в порту Лорьяна. В 1740-е гг. французская торговля с Индией была почти столь же активной и прибыльной, как британская.

Торговые и территориальные вожделения Французского королевства постоянно наталкивались на аппетиты могущественной Великобритании, имевшей преимущество на морях. Ставкой в борьбе были прибыльные монополии на сахар Антильских островов, рабов из Африки, шелка и пряности из Индии, меха и рыбу из Америки.

Гибель империи

Между 1689 и 1815 гг. франко-английское соперничество приняло характер декларированных войн. Вооруженные столкновения двух держав в составе враждующих коалиций имели место, как в Европе, так и в колониях, как на суше, так и на море. Борьба велась, прежде всего, за контроль над североамериканским континентом. Французская экспансия вдоль Миссисипи, лишив английские колонии возможности расширения на запад, увеличила напряженность в отношениях. Численное превосходство было несомненным преимуществом английских поселенцев. За период между 1608 и 1760 гг., в то время как Новая Франция пополнялась в среднем 56 иммигрантами в год, в Новую Англию прибывали по тысяче поселенцев. Английские колонисты были в количестве 300 000 в 1715 г., 900 000 в 1740 и 1,5 млн. в 1760 г. Решительная поддержка со стороны крупных состояний и короны, не знавший себе равных Royal Navy были в числе британских козырей.

Война Аугсбургской лиги (1688–1697) была первым эпизодом в длительном франко-британском противостоянии, где североамериканский континент был одним из театров военных действий. Французская и английская регулярные армии с помощью колонистов и индейских союзников боролись за контроль над пушной торговлей в районе Гудзонова залива и акваториями рыбной ловли в районе Акадии и Ньюфаундленда. Французы удержали свои позиции по условиям Рисвикского мирного договора (сентябрь 1697 г.). Были закреплены права Франции на Луизиану и западную часть Сен-Доминго, Акадия, фактории в районе Гудзонова залива остались во французском владении. Ньюфаундленд остался за англичанами, но Франция сохранила Плезанс, под ее контроль отошла обширная территория на юго-западном побережье острова.

Последующее франко-британское столкновение в рамках войны за Испанское наследство (1701–1714) закончилось потерями для Франции. Война велась с переменным успехом. Используя методы герильи, канадские ополченцы подвергли разгрому в 1709 г. форт Сент-Джонс, столицу британского Ньюфаундленда. После ряда безуспешных осад, англичане сумели захватить форт Пор-Руаяль в Акадии (1710), как раз в то время, когда Франция терпела катастрофические поражения на европейском театре военных действий. Условия Утрехтского мира 1713 г. были в пользу британцев. Франция признала английские права на территорию в районе Гудзонова залива, на Ньюфаундленд, сохранив за собой, тем не менее, право рыбной ловли вдоль северной части побережья, получившей название «французский берег». Французские колонисты вынуждены были переместиться из крепости Плезанс на соседний остров Кап-Бретон, переименованный в Королевский остров (Иль Руаяль). Великобритания получила в свое владение континентальную часть Акадии (Новая Шотландия), архипелаг Сен-Пьер и Микелон и остров Сен-Кристоф (Сен-Китс). Франция уступила ей монополию на ввоз рабов в испанскую Вест-Индию (асьенто). Утрехтский договор знаменовал начало разрушения Французской колониальной империи в Северной Америке, британские тиски сжались вокруг Канады.

Незамедлительно возникли споры вокруг Нового Брансуика. Франция отвергла английские притязания на эту территорию, соорудив в 1720 г. мощную крепость Луисбург на Иль Руаяль, который, как и соседний остров Сен-Жан (Принца Эдуарда), быстро заселялся беженцами из той части Акадии, где хозяйничали англичане. Но основным пунктом франко-английских разногласий была долина Огайо между Аппалачами и Миссисипи. Расположенные по соседству английские колонии Пенсильвания и Виргиния в стремлении расширить свои территории на запад наталкивались на противодействие французов, считавших Огайо жизненно важным связующим звеном между Канадой и Луизианой. Сооружения фортификаций и иные военные приготовления свидетельствовали о непрочности франко-британского мира, который, однако, продлился до 1744 г. Дипломатическая революция кардинала Дюбуа соединила Францию с ее извечным врагом узами союза (1718), конец которым положил «Семейный пакт» между французскими и испанскими Бурбонами (1731).

Франко-британская борьба возобновилась в 1744 г. в ходе войны за Австрийское наследство. В июне 1745 г. Луисбург капитулировал, но через три года был возвращен Франции в соответствии с Аахенским договором 1748 г., по которому стороны обязались привести свои границы в довоенное состояние. В обмен французы вернули Великобритании Мадрас, захваченный в 1746 г. По условиям мира, французы не понесли никаких территориальных потерь. Франция усилила гарнизон Луисбурга, доведя его численность до 600 солдат и 88 офицеров, отчасти за счет немецких и швейцарских наемников.

После кратковременного замирения, кровавые стычки в окрестностях форта Дюкень (Питтсбург) окончились победой французов, отбивших атаки виргинской милиции под командованием Дж. Вашингтона (1754). Успех сопутствовал французам и союзным индейским племенам на начальной стадии Семилетней войны. Методы герильи с привлечением «краснокожих» были явно выигрышными в сравнении с «европейской тактикой» британцев, позволяя французам одерживать победы до 1758 г., когда последовала серия поражений. Форт Фронтенак на озере Онтарио капитулировал, тогда же пал форт Дюкень, британское наступление на Луисбург увенчалось успехом. В 1759 г. все французские форты в долине Огайо были захвачены британцами, в зоне их контроля оказалось озеро Шамплейн. Корабли Royal Navy блокировали подступы к побережью Новой Франции и получили контроль над устьем Св. Лаврентия. Решающая битва произошла на Авраамских равнинах близ Квебека 13 сентября 1759 г. Победа досталась британцам, но в сражении погибли главнокомандующие обеих армий, генералы Луи-Жозеф де Монкальм и Джеймс Вольф. Гарнизон Квебека капитулировал 18 сентября 1759 г., а через год наступил черед Монреаля.

Слабая заселенность территорий, отсутствие подкреплений из метрополии и поддержки со стороны флота были факторами слабости французских колонистов, которые обусловили их поражение. Известен ответ министра военно-морских сил Николя Беррьера на рапорт Бугенвиля об отчаянном положении дел в Новой Франции: «Но, месье, когда дом охвачен пожаром, не следует беспокоиться о конюшнях». Численность французских войск в Новой Франции на 1759 г. не превышала 11-ти тыс. Противник обладал численным превосходством из расчета пять к одному, имея в своем распоряжении 60-титысячное войско. Но главной причиной поражения стала ошибочная стратегия главнокомандующего Л.-Ж. де Монкальма, сделавшего ставку на регулярные войска, в то время как герилья была единственно возможным способом действенной борьбы с численно превосходящим противником. Неизбежные минусы сотрудничества с индейцами, которые, преследуя свои цели, не останавливались перед грабежом и снятием скальпов, оказались неприемлемыми для Монкальма, человека чести и приверженца классической концепции военных действий. Британцы же не останавливались перед радикальными методами, о чем свидетельствует насильственная депортация между 1755 и 1762 гг. 12 000 французских колонистов из Акадии в колонии Новой Англии.

Военные действия велись и в Вест-Индии, где британцам удалось захватить Гваделупу (1759) и Мартинику (1762). Добившись от французского правительства отзыва Дюплекса из Индии в обмен на обещание мира, Лондонский кабинет не сдержал слова, подтвердив закрепившуюся за Великобританией репутацию «коварного Альбиона». В короткие сроки англичанам удалось приобрести контроль над Бенгалией. В 1757 г. британская армия захватила Чандернагор, а затем разбила франко-индийские войска при Плассей. Но самой досадной неудачей французской армии была капитуляция Пондишери 16 января 1761 г., город подвергся разрушению. Семилетняя война принесла разочарования французам и в Западной Африке. В 1758 г. Сен-Луи капитулировал перед британской эскадрой, тогда же англичане захватили остров Горе в Дакарской бухте.

Парижский мирный договор (10 февраля 1763) положил конец существованию Новой Франции. Все французские территории в Северной Америке перешли к Великобритании: Канада, острова в Северной Атлантике, а также восточная Луизиана (левый берег Миссисипи). Правый берег Миссисипи с портом Новый Орлеан достался Испании, которую французская корона вознаградила, таким образом, за союзнические усилия и потерю Флориды. За французами остались крошечные острова Сен-Пьер и Микелон, а также право рыбной ловли на французском берегу Ньюфаундленда в границах, определенных Утрехтским договором. Франция взяла на себя обязательство не укреплять принадлежащие ей острова и не использовать их в качестве военной базы. Соглашаясь на унизительный для национального достоинства мир, Людовик XV полагал, что, сохраняя Сен-Доминго, самое процветающее из своих заморских владений, он сохраняет за Францией основу ее колониального богатства. Гваделупа и Мартиника также остались за Францией, но Доминика, Сент-Винсент, Гренада, Тобаго стали британскими владениями. Близорукая политика Людовика XV и его министров, их несправедливость по отношению к Дюплексу, привела к утрате Францией контроля над Деканом. Пондишери был возращен французам, как и Чандернагор, Карикал, Янаон, Маэ. Мощь Ост-Индской компании была серьезно подорвана, что привело к приостановке ее деятельности в 1769 г. Франция лишилась владений на реке Сенегал, и, прежде всего, форта Сен-Луи, но сохранила за собой Горе.

Поддержка борьбы североамериканских колоний Великобритании за независимость (1778–1783) не принесла Франции ощутимых дивидендов в Северной Америке, хотя позволила взять своеобразный реванш за предыдущее унижение. По условиям Версальского мира (3 сентября 1783), Испания вернула себе утраченную в Семилетней войне Флориду, а также получила территорию по левому берегу Миссисипи вдоль Мексиканского залива. Восточная Луизиана передавалась независимому американскому государству, которое получило право аннексировать все территории между Аппалачами и Миссисипи. Остров Тобаго был возвращен Франции, как оказалось, ненадолго. Несмотря на капитуляцию Пондишери и Янаона, морские победы в Бенгальском заливе позволили Франции сохранить за собой эти фактории, от которых после английской оккупации остались только камни и пепел. Франция вновь обрела сенегальские фактории, в том числе и форт Сен-Луи.

Маленький остров Сен-Бартелеми в Карибском море отошел к Швеции в 1784 г.: Людовик XVI отдал его шведскому королю Густаву III в обмен на крупный торговый склад в гавани Гутеберг. В 1785 г., к вящей выгоде акционеров, была восстановлена Ост-Индская компания, но Пондишери потерял прежнее значение и подчинялся генерал-губернатору Маскаренских островов. В 1790 г. компания лишилась монополии, а во время якобинского террора и вовсе была ликвидирована. С 1793 г. Великобритания принимала активное участие в борьбе держав против революционной Франции, практикуя блокаду портов и войну на море. В 1793 г. британцы в третий раз оккупировали французские фактории в Индии и удерживали их продолжительное время, за которое Французская республика сменилась Наполеоновской империей.

Революционные события в метрополии отозвались на Антильских островах гражданскими войнами, в основе которых была борьба свободных мулатов за политические права и негров-рабов за освобождение. Пропагандистская деятельность Общества друзей чернокожих (1788), разоблачавшего рабовладельческую практику во имя естественных прав человека, дала свои всходы. Восстание рабов Сен-Доминго (август 1791) и последовавшая смута благоприятствовали испанскому и британскому завоеванию острова. В 1793 г. гражданские комиссары Сен-Доминго приняли решение об эмансипации рабов, рассчитывая мобилизовать население на борьбу с иноземцами, а Национальный Конвент декретировал 4 февраля 1794 г. (16 плювиоза II года Республики) отмену рабства в колониях. У этой меры было много противников, опасавшихся краха колониальной экономики, однако Робеспьер был категоричен: «Пусть погибнут колонии, но не принцип». Эмансипированные рабы во главе с Ф.Д. Туссен-Лувертюром выдворили испанцев из французской части Сен-Доминго к 1795 г., а в 1798 г. британцы вынуждены были эвакуировать последние подконтрольные им крепости. Волна энтузиазма, вызванного аболиционистским декретом, спровоцировала и освобождение Гваделупы от британской оккупации, которая длилась лишь несколько месяцев 1794 г. Гвиана, став с начала 1792 г. местом депортации отказавшихся принести присягу священников, также применила декрет об освобождении рабов. В трех колониях с преобладанием роялистов декрет об уничтожении рабства так и не нашел применения. Плантаторы Мартиники подчинились британской короне в обмен на сохранение привычного рабовладельческого порядка (договор в Уайтхолле 19 февраля 1794). Острова Реюньон (бывший Бурбон) и Иль-де-Франс, хотя и не оккупированные британцами, также сохранили рабовладение в силу соответствующего решения колониальных ассамблей, что вызвало известную напряженность в отношениях с метрополией.

В ходе последующего морского и колониального соперничества с британцами французам удалось восстановить контроль над островом Сен-Винсент, но всего на один год (1795). Британцы овладели островом Тобаго (1797). Поставленный Директорией во главе Египетского похода, генерал Бонапарт рассчитывал покрыть себя славой, завоевав территории в Северной Африке, которые могли бы возместить предыдущие колониальные потери. Однако по условиям Амьенского мира (27 марта 1802), французские войска были выведены из Египта. Тогда же Великобритания возвратила консульской Франции Мартинику, Тобаго и Сент-Люсию. Декрет от 20 мая 1802 г. восстановил рабство в колониях, которые не ввели в действие аболиционистский закон, преследуя цель успокоить несговорчивых плантаторов Мартиники, Реюньона и Иль-де-Франса. Действие нового декрета не распространялось на Сен-Доминго, Гваделупу и Гвиану. Тем не менее, экспедиция под командованием генерала Ришпанса, действия которой были подкреплены консульским декретом от 16 июля 1802 г., силой восстановила рабство на Гваделупе. Сен-Доминго сумел противостоять карательной экспедиции генерала Леклерка, имевшей целью вернуть остров в полное подчинение метрополии. Слухи о восстановлении «Черного кодекса», гальванизировав сопротивление, ускорили разгром армии Леклерка (ноябрь 1803) и провозглашение независимости Республики Гаити (1 января 1804). Испания вернула себе восточную часть острова в 1808 г., но для французов колония Сен-Доминго была утрачена навсегда. Таким образом, потерпела крах первая часть американского проекта Бонапарта. Вторая часть проекта предполагала возвращение Луизианы, но ей также не суждено было сбыться. Несмотря на соглашение с Испанией в Сан-Ильдефонсо (1 октября 1800), по которому правый берег Миссисипи вновь переходил во французское владение, трехцветный флаг развевался на ратушной площади Нового Орлеана лишь в течение 20-ти декабрьских дней 1803 г., после чего был заменен звездно-полосатым полотнищем. По Парижскому соглашению (май 1803) США стали владельцами Луизианы, приобретя ее у Франции за 80 млн. франков. Столь неожиданная развязка стала следствием соображений, продиктованных стремлением не допустить англо-американского союза в условиях, когда Амьенский мир дал трещину.

Морское и колониальное соперничество Франции и Великобритании обострилось в 1808–1810 гг. Антильские острова Мари-Галант и Дезирад в 1808 г., Сент в 1809 г. и Гваделупа в 1810 г. подверглись британской оккупации. Блокада Маскаренских островов британским флотом продолжалась два года. Первым пал Родригес, а в июле 1810 г. острова Бонапарт (бывший Реюньон) и Иль-де-Франс капитулировали перед преобладающими силами противника. Британская администрация, демонстрируя симпатии свергнутой династии, тотчас же вернула острову Бонапарт его прежнее название Бурбон, Иль-де-Франс стал Маврикием, а Пор-Наполеон обрел прежнее название Пор-Луи. Франция утратила последние опорные пункты былой гегемонии в Индийском океане. В сенегальской фактории Сен-Луи вновь разместился британский гарнизон (1809). Французская Гвиана на несколько лет перешла во владение Португалии, вооруженные отряды которой при поддержке англичан вторглись туда с территории соседней Бразилии.

Первый Парижский договор (30 мая 1814), Заключительный акт Венского конгресса (9 июня 1815), Второй Парижский договор (20 ноября 1815) положили конец «третьей Столетней войне». Первый Парижский договор (ст. 8–14) определил послевоенное распределение колоний. Великобритания взяла на себя обязательство вернуть реставрированным Бурбонам колонии, рыболовные промыслы, фактории, которые находились во французском владении на 1 января 1792 г., «за исключением островов Тобаго и Сент-Люсии, Иль-де-Франс и зависимых от него территорий, а именно Родригеса и Сейшел» (ст. 8). Король Швеции и Норвегии, которому англичане уступили Гваделупу по Стокгольмскому договору (5 марта 1813), обязался передать ее Франции (ст. 9). Португалия обязалась вернуть Гвиану в границах, определенных Бадахосским и Мадридским договорами (1801), из которых следовало, что Франция приобретала часть португальских владений в Амазонии (ст. 10). Отдельно оговаривались условия французского присутствия в Индии (не возводить фортификаций, воинские гарнизоны не должны превышать численности, необходимой для поддержания порядка), в обмен Великобритания обязалась не чинить препятствий французской торговле (ст. 12). Франции возвращалось право рыбной ловли на отмелях Ньюфаундленда и в заливе Св. Лаврентия (ст. 13). Договор фиксировал даты передачи колоний французским властям: в северных морях и на континентах Америки и Африки по истечении трех месяцев, за мысом Доброй Надежды – шести месяцев с момента ратификации (ст. 14). Однако высадка Наполеона в бухте Жуан 1 марта 1815 г. внесла свои коррективы в эти сроки.

Заключительный акт Венского конгресса, как и Второй Парижской договор, более суровый по сравнению с Первым в том, что касалось континентальной Франции, подтвердил положения 1814 г. относительно заморских территорий. Корректировка была внесена Заключительным актом Венского конгресса (ст. 106, 107) в разграничение между французскими и португальскими владениями в Южной Америке: река Ояпок ограничила с юга французскую Гвиану, Амазония вернулась под контроль португальцев. Процесс реституции остатков Французской колониальной империи был завершен к 1816–1817 гг. Франция восстановила свои владельческие права на Гваделупу и Мартинику в Карибском море, на остров Бурбон (Реюньон) в Индийском океане, на Сен-Луи в Сенегале, на фактории Пондишери, Янаон, Чандернагор, Карикал и Маэ в Индии. Республика Гаити, инициировав в 1814 г. переговоры о признании независимости, получила удовлетворение лишь в 1825 г. против выплаты компенсации в 150 миллионов золотых франков.

Длительное вооруженное противостояние с Великобританией оказалось катастрофичным для Французской колониальной империи XVII–XVIII вв., самой обширной по протяженности и самой доходной по некоторым статьям товарооборота. Особенно катастрофичными оказались результаты Семилетней войны, когда Франция утратила наибольшие по протяженности территории в Северной Америке и в Индии. В результате последующей борьбы, Франция сдала командные позиции в Индийском океане, а также потеснилась в Карибском бассейне. Попытка Л.А. де Бугенвиля компенсировать территориальные потери, основав колонию на Мальвинских островах (1764), закончилась неудачей. Вняв протестам испанцев, Людовик XV вернул им архипелаг, который впоследствии перешел во владение английской короны. Колониальные предприятия Наполеона также не принесли ожидаемых дивидендов.

Продолжение следует.







Скачать 380,54 Kb.
оставить комментарий
Дата18.11.2011
Размер380,54 Kb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

плохо
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх