Доклад о соблюдении прав человека в Российской Федерации в 2004 году icon

Доклад о соблюдении прав человека в Российской Федерации в 2004 году



Смотрите также:
Доклад о соблюдении прав человека в Российской Федерации в 2004 году...
Доклад о соблюдении прав человека в Российской Федерации в 2004 году...
Доклад о соблюдении прав человека в Российской Федерации в 2004 году...
Доклад о соблюдении прав человека в Российской Федерации в 2004 году...
Доклад о соблюдении прав человека в Российской Федерации в 2004 году...
Доклад о соблюдении прав человека в Российской Федерации в 2004 году...
Доклад о соблюдении прав человека в Республике Молдова в 2005 году...
Доклад о соблюдении прав человека в Республике Молдова в 2006 году...
Доклад Комиссии по правам человека при Президенте Республики Казахстан...
Доклад о соблюдении прав человека в Липецкой области и деятельности Уполномоченного по правам...
«О соблюдении прав и свобод человека и гражданина на территории Алтайского края в 2005 году»...
Доклад о соблюдении прав человека в липецкой области...



скачать
Доклад о соблюдении прав человека в Российской Федерации в 2004 году

© Московская Хельсинкская группа, 2005


Проблемы гендерного равенства

С. Поленина, профессор, доктор юридических наук,

заслуженный юрист РФ, академик МАИ и МАН ИТП


Конституция РФ 1993г. признает и гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола и других обстоятельств (ч. 2 ст. 19). Наряду с этим, в той же статье 19 имеется и ч. 3, в которой провозглашено, что «мужчина и женщина имеют равные права и свободы и равные возможности для их реализации».

Необходимость такой специальной оговорки вытекает из ратифицированной нашей страной еще в 1980г. Конвенции ООН «О ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин». 18 декабря 2004г. исполняется ровно 25 лет со дня ее принятия Генеральной Ассамблеей ООН.

Россией, наряду с Конвенцией ООН 1979 г., ратифицированы и прочие основные международные акты о правах женщин: Конвенция ООН 1952 г «О политических правах женщин», Конвенция ООН 1958 г. «О гражданстве замужней женщины», Конвенции МОТ № 100 «О равном вознаграждении мужчин и женщин за труд равной ценности», № 156 «О равном обращении и равных возможностях для трудящихся мужчин и женщин: трудящиеся с семейными обязанностями» и другие.

Все они согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ входят в правовую систему страны и даже имеют приоритет перед нормами национального законодательства, хотя Конституция России термином «международные стандарты» не оперирует.

Основополагающее значение Конвенции ООН 1979 г. для достижения гендерного равенства состоит в том, что она:

1) обязывает государства-участников включить принцип равноправия мужчин и женщин в свои национальные конституции и другое соответствующее законодательство;

2) раскрывает понятие «дискриминация в отношении женщин» (ст. 1 Конвенции);

3) поясняет, что принятие государствами-участниками «временных специальных мер, направленных на ускорение установления фактического равенства между мужчинами и женщинами, не считается дискриминационным» (ст. 4). К числу таких временных мер мировой опыт относит, в частности, квотирование при приеме на работу, составлении списков кандидатов в депутаты, налоговые преференции для предпринимателей, широко принимающих на работу женщин с малолетними детьми и т. д.

Другими словами, Конвенция ООН 1979г. создала международно-правовую базу для защиты не только индивидуальных прав отдельных женщин, но и коллективных прав всех женщин как социального слоя населения.

Именно по этому принципу построена ч. 3 ст. 19 Конституции РФ, которая провозглашает наличие у мужчин и женщин не только равных прав и свобод, но и равных возможностей для их реализации.

Однако на практике с претворением в жизнь обеих частей этого конституционного принципа дело обстоит далеко не одинаково.

Прямой дискриминации по мотиву пола в России, как и ранее в СССР, не было и нет.

В целом российское законодательство за отдельными изъятиями не содержит норм, дискриминирующих граждан по мотивам пола. Редкие исключения из этого общего правила следует скорее отнести к дефектам законотворчества. Так, в ст. 38 Конституции РФ провозглашено, что «материнство и детство, семья находятся под защитой государства», но не упоминается о защите государством отцовства.

В ч. 2 ст. 31 Семейного кодекса РФ записано, что «вопросы материнства, отцовства, воспитания, образования детей решаются супругами совместно исходя из принципа равенства супругов». При некотором желании эта норма может трактоваться как ограничение права замужней женщины самой решать вопрос о материнстве, которое уже не одно десятилетие зафиксировано в советском и российском законодательстве о здравоохранении.

Однако основным дефектом законодательства РФ следует считать его гендерную нейтральность, отсутствие в нем норм, обеспечивающих выравнивание возможностей мужчин и женщин в реализации принадлежащих им прав и свобод, что провозглашено ч. 3 ст. 19 Конституции РФ.

Содействовать устранению этого дефекта призвана, одобренная Государственной думой еще 20 ноября 1997 г., Концепция законотворческой деятельности по обеспечению равных прав и равных возможностей мужчин и женщин1. Эта Концепция явилась первой попыткой создания модели для отработки системного подхода к законотворческой деятельности в части обеспечения подлинного равноправия мужчин и женщин.

Концепция состоит из двух частей. В первой, большей по объему, дан анализ проблемной ситуации в вопросах гендерного равенства применительно к праву участия мужчин и женщин в принятии решений на всех уровнях государственной власти, в социально-трудовых правах, в вопросах предотвращения насилия и обеспечения личной безопасности, охране репродуктивного здоровья, материнства и отцовства, а также рассмотрен государственный механизм обеспечения равных прав и равных возможностей мужчин и женщин. Во второй части Концепции предложен необходимый для реализации ее идей комплекс мер законодательного порядка (примерно 40 позиций) и комплекс мер, принимаемых органами исполнительной власти, по реализации законодательных актов (примерно 30 позиций).

К сожалению, до настоящего времени значительная часть содержащихся в Концепции рекомендаций не реализована. Наиболее важным достижением в этой области следует считать ратификацию РФ 30 ноября 1997 г. Конвенции МОТ 156 «О равном обращении и равных возможностях работающих мужчин и женщин: трудящиеся с семейными обязанностями», за чем последовали соответствующие изменения в КЗоТ РФ, а в дальнейшем и в Трудовой кодекс России. Самым большим поражением является отклонение Государственной думой весной 2002 года предложения о внесении в Федеральный закон «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» дополнения, предусматривающего установление в соответствии с Конвенцией ООН 1979 года мер по стимулированию включения в избирательные бюллетени кандидатов мужчин и женщин в определенной пропорции.

Среди законодательных актов, разработка которых способствовала бы соблюдению конституционного положения о равенстве прав и возможностей мужчин и женщин и ликвидации экономической, социальной и иной дискриминации, в Концепции назван проект федерального закона «О государственных гарантиях равных прав и свобод мужчин и женщин и равных возможностей для их реализации». В настоящее время такой проект подготовлен, прошел весной 2003 года первое чтение, но уже более полутора лет лежит без движения, что заставляет беспокоиться о его дальнейшей судьбе.

Центральное место в данном законопроекте занимает ст. 3, закрепляющая основы государственной политики по обеспечению социального равенства мужчин и женщин. Эти основы включают формирование правовой базы обеспечения равноправия полов; проведение гендерной экспертизы принимаемых нормативных актов; принятие и реализацию специальных целевых программ; воспитание и пропаганду культуры равноправия женщин и мужчин, выполнение международных стандартов в этой области.

В Федеральном законе «О государственных гарантиях равных прав и свобод мужчин и женщин и равных возможностей для их реализации» содержится отсутствующее до сих пор в российском законодательстве понятие «дискриминация в отношении женщин», за основу которого взято легальное определение, данное в ст. 1 Конвенции ООН 1979 г. «О ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин». К сожалению, в законодательстве России, в том числе в Трудовом кодексе РФ, аналогичной нормы не имеется. Это нередко создает на практике, в том числе в деятельности правоохранительных органов, профсоюзов и женских НПО серьезные затруднения. Известны случаи, когда отсутствие такого определения служило основанием для отказа судами принять основанные на дискриминационном мотиве иски к рассмотрению.

Долгие годы и до настоящего времени сексуальные домогательства на работе (учебе) не считались и не считаются правонарушением, если они не подпадают под состав уголовного преступления. Но даже и в этом случае наказание за такое преступление более чем мизерное. Согласно ст. 133 Уголовного кодекса РФ «понуждение к половому сношению, мужеложству, лесбиянству или совершению иных действий сексуального характера… с использованием материальной или иной зависимости потерпевшего (потерпевшей) наказывается штрафом в размере до 120 тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо лишением свободы на срок до одного года».

Как видно из содержания ст. 133 УК РФ, жертвами сексуального домогательства могут быть не только женщины, но и мужчины. Однако понятно, что последних случаев на практике куда меньше, хотя они встречаются, прежде всего, в армейской среде. Более того, феминизация бедности и большая, чем у мужчин безработица заставляют женщин не один раз подумать прежде чем обратиться в суд с жалобой на сексуальное домогательство со стороны непосредственного или вышестоящего начальства, не говоря уже о том что оказание сексуальных «услуг» часто выступает как предпосылка не только продвижения по службе или условия неувольнения, но и приема на работу (учебу).

Сексуальные домогательства имеют место как на государственных предприятиях (учреждениях, учебных заведениях) так и на частных фирмах (лицеях и т. д.), где они стали чуть ли не «нормой». Тем не менее новый Трудовой кодекс РФ, провозглашая, что каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав и, запрещая дискриминацию по любым основаниям, в том числе и по мотивам пола (ст. 3), о таком злоупотреблении работодателем своими правами как сексуальные домогательства вообще не упоминает. Этот пробел в трудовом законодательстве России следует как можно быстрее восполнить.

Нуждается в более глубокой разработке и сам институт сексуального домогательства на работе (учебе) и в уголовно-правовом, и в административно-правовом и гражданско-правовом разрезе. При этом целесообразно шире использовать опыт тех стран, где этой проблеме обществом и государством уделяется большое внимание. В первую очередь Канады и США.

Принципиальное значение имеет тот факт, что суды в этих странах возлагают, прежде всего, материальную ответственность за участие, потворство и поощрение сексуальных домогательств на работе не только на непосредственного виновника домогательства, но и на работодателя. Смысл этого состоит в том, чтобы руководящие и административные работники были постоянно начеку и подавляли в зародыше любое поведение, которое может привести к дискриминационному отношению к работнику (служащему), основанному на его (ее) поле. При этом работодатель отвечает за сексуальные домогательства со стороны и в отношении всех людей, находящихся в его подчинении.

Понятно что ознакомление российских судей, прокуроров, женских и правозащитных организаций, да и самих женщин, с опытом зарубежных стран по борьбе с сексуальными домогательствами на работе (учебе) могло бы явиться важной предпосылкой если не искоренения, то хотя бы существенного сокращения этого вида гендерных правонарушений.

Перенося опыт других стран на российскую почву, следует все время помнить, что речь идет не о «служебных романах» или сексуальных отношениях на добровольной основе между сотрудниками. Понуждения к половой связи — это вообще не сексуальные отношения, а отношения власти и подчинения. Не случайно социологические исследования, проводимые в ряде стран, показывают, что зависимость потенциальной жертвы от своей работы резко повышает вероятность сексуального преследования.

Трудовой кодекс РФ, запрещая всяческую дискриминацию в сфере труда и, предоставляя подвергшимся дискриминации лицам, право обратиться в органы федеральной инспекции труда и (или) в суд с заявлением о восстановлении нарушенных прав, возмещении материального вреда и компенсации морального вреда (ст. 3), не дает ответа на принципиальный для работников вопрос, на ком лежит обязанность доказывать наличие или отсутствие факта дискриминации и умысла на ее совершение. Это серьезный пробел российского законодательства, который должен быть как можно быстрее восполнен. В законе должно быть четко записано, что обязанность доказывать отсутствие умысла на дискриминацию работника, в том числе и по мотивам пола, лежит на работодателе.

Либеральный подход к правам человека предполагает сведение к минимуму роли государства в регламентации отношений между работником и работодателем. Это положение получило во многом свое закрепление в ныне действующем Трудовом кодексе РФ.

В то же врем государство должно активизировать свои усилия, направленные на то, чтобы все предписания Трудового кодекса соблюдались и выполнялись не только работниками, но и работодателями, в том числе и в частном секторе. Решению этой задачи способствовало бы создание по образцу многих стран специальных трудовых судов, формируемых на трехсторонней основе, то есть из представителей государства, работодателей и профсоюзов. В компетенцию таких судов должно входить рассмотрение имеющих свою специфику споров в связи с дискриминацией работников по разным основаниям, в том числе и по мотивам пола. По действующему Трудовому кодексу РФ споры о дискриминации, наряду с прочими трудовыми спорами, должны рассматривать суды общей юрисдикции, и без того перегруженные лавиной поступающих к ним дел и не имеющие опыта разрешения такого рода споров.

Хотя законодательство РФ не содержит норм, ущемляющих права женщин, в том числе и в трудовой сфере, это не означает установления фактического равенства полов. Более того, действительность свидетельствует о наличии в стране явной дискриминации по мотивам пола. Количество безработных женщин, зарегистрированных в органах государственной службы занятости, величина меняющаяся из года в год и в зависимости от региона. Однако оно неизменно намного превышает количество безработных мужчин. То же относится и к заработной плате женщин, которая почти вполовину меньше заработной платы мужчин.

Устранить такого рода неравенство между полами в области трудовых отношений во многом мог бы, предусмотренный Концепцией законотворческой деятельности по обеспечению равных прав и равных возможностей мужчин и женщин, но так и не принятый до сих пор, федеральный закон о введении общего социального норматива соотношения оплаты труда в бюджетной и внебюджетной сферах.

Нельзя упускать из виду и тот немаловажный факт, что низкий уровень заработной платы женщин, составляющих большинство работающих в бюджетной сфере, влечет за собой на перспективу и неблагоприятное для женщин соотношение получаемых лицами разного пола пенсий. Тем более что Правительство РФ периодически меняет «правила игры», то включая, то исключая из необходимого для назначения пенсии стажа периоды ухода за ребенком.

Гражданский кодекс РФ и иное регулирующее предпринимательскую деятельность законодательство не устанавливают для женщин, как особой социальной категории, ни стимулирующих, ни защитных норм. Другими словами, оно является гендерно нейтральным.

Ситуация меняется, если к проблеме равенства полов в сфере предпринимательства подойти с позиции не только чисто цивилистической, а как к мужчинам и женщинам — участникам предпринимательской деятельности. В этом случае выявляется, что женщины-предприниматели находятся преимущественно в мужской среде, хотя и имеют по закону одинаковые с мужчинами права, но далеко не одинаковые с ними возможности их реализации. Женщины фактически дискриминируются по ключевым позициям — при аренде производственных помещений, приобретении сырьевых ресурсов, получении займов и кредитов и т. д. Опрос женщин-предпринимателей показывает также увеличение числа попыток склонения женщин при решении деловых вопросов к сексуальным отношениям. При этом следует учитывать, что примерно половина всех предприятий, возглавляемых женщинами, имеет строгую социальную направленность: на них создаются новые рабочие места, обучаются, трудоустраиваются безработные и многодетные родители, одинокие матери и отцы, женщины, имеющие малолетних детей и др.

Одним из основополагающих либеральных тезисов женского движения с начала ХХ века было и остается установление гарантий права любого человека, как мужчины, так и особенно женщины распоряжаться своим телом. Со второй половины ХХ века оно стало трансформироваться, в том числе на международной арене, в право на планирование семьи. Поэтому необходимо пресекать любые появляющиеся в нашей стране в последние годы в парламенте и в СМИ попытки установления запрета либо ограничения права женщин на устранение нежелательной для них беременности, в том числе и путем аборта, а также выступления против продажи контрацептивов.

Следует помнить, что право женщины самой решать вопрос о материнстве, законодательно закреплено в нашей стране еще с середины 50-х годов прошлого века и представляет собой основу свободы выбора женщиной своего жизненного пути в соответствии с международными стандартами и положением ч. 3 ст. 19 Конституции РФ.

При всей своей важности улучшение демографической ситуации в стране должно идти путем создания достойных социально-экономических условий жизни населения, а не путем ограничения женщин, составляющих более половины граждан страны, права свободно распоряжаться своей жизнью, здоровьем и своей судьбой.

Оптимальным решением всего комплекса вопросов, связанных, с одной стороны, с современной демографической ситуацией в стране, а с другой, с необходимостью обеспечения свободы выбора женщиной жизненного пути и планирования семьи, явилось бы возобновление работы парламента над так и не увидевшим свет проектом федерального закона о репродуктивных правах.

Достоинство человека — категория обобщающая. Она включает целый комплекс компонентов, равно как и условий, а также предпосылок соблюдения достоинства. Важнейшее среди них — личная неприкосновенность человека, которая может быть нарушена в случае применения к нему насилия. На сегодняшний день в России проблема насилия более чем актуальна, поскольку насилие в обществе приобрело угрожающие масштабы и продолжает возрастать. Это относится к гражданам любого пола и возраста. Однако для женщин проблема насилия актуальна вдвойне, поскольку они становятся объектом насильственных действий во всех сферах жизнедеятельности (в семье, на работе, в общественных местах).

Особенно остро стоит вопрос об искоренении насилия в семье. По данным исследования «Домашнее насилие в отношении женщин», выполненного социологами Ириной Горшковой (МГУ) и Ириной Шурыгиной (Институт социологии РАН) и обнародованного в прошлом году: почти каждую пятую респондентку — 18% — регулярно избивает муж. Более 60% избиваемых женщин или 23% от числа всех опрошенных, получили травмы разной степени тяжести. Каждая десятая из них (3% от числа всех опрошенных женщин) нуждались в медицинской помощи.

По данным МВД РФ, в 2003 году на семейно-бытовой почве были убиты девять тысяч женщин, что составляет 32% от общего количества убийств в России.

Попытки урегулировать вопросы административной ответственности в случаях имевших место фактов насилия в семье были, хотя и безуспешно, предметом рассмотрения Государственной думы предыдущего созыва. Если этот крайне важный для защиты достоинства и здоровья не только женщин, но и детей, престарелых и иных зависимых от кормильца лиц будет вновь поставлен на рассмотрение парламента, в основу его решения следует положить соответствующее модельное законодательство ООН2. Оно достаточно объемно и включает, помимо прочего, рекомендации по вопросу подачи жалоб, об обязанностях служащих юстиции, в том числе по выдаче так называемых охранных ордеров, рекомендации в части организации уголовного и гражданского процессов, оказание экстренной и неэкстренной помощи и др.

В соответствии с рекомендациями ООН национальные законы о насилии в семье должны быть сориентированы одновременно на достижение нескольких целей: 1. защита жертв насилия; 2. предотвращение дальнейшего насилия; 3. наказание лиц, совершивших насилие в отношении домочадцев или лиц, связанных близкими узами с причинителями вреда.

Названы в рекомендациях ООН и необходимые условия достижения этих целей. В их числе проведение в стране работы по формированию общественного мнения и повышения осведомленности в этой области; создание неотложных служб помощи жертвам различных видов насилия и их семьям (убежища и т. д.); просвещение, консультирование и психокоррекция для виновника насилия, жертвы и других членов семьи, включая детей, обучение и консультирование судей, прокуроров, полицейских и социальных работников эффективным действиям в ситуациях, связанных с насилием в семье.

Принципиально важно, что рекомендации ООН идут по пути максимального расширения круга отношений, подлежащих регулированию законодательством о насилии в семье. Оно должно распространяться не только на жен (мужей) и совместно проживающих, хотя не состоящих в браке партнеров, но и на бывших жен или партнеров, лиц, находящихся в сожительстве, в том числе тех из них, кто не проживает в том же доме, детей, других родственников, домашних работниц и членов их семей.


Особое беспокойство среди населения современной России вызывает распространение на фоне глобализации, охватывающей не только сферу экономики, но и различные стороны политической, правовой, социальной, культурной и иной жизни, такого вида преступной деятельности как торговля людьми, прежде всего женщинами и детьми.

В числе бесспорно отрицательных последствий глобализации может быть названо появление и активизация транснациональной организованной преступности, одной из самых доходных форм деятельности которой является торговля людьми, особенно женщинами и детьми. По данным ООН только на торговле людьми организованные преступные группы зарабатывают более 3,5 млрд долларов ежегодно. Государственный департамент США, начиная с 1994 года, стал готовить ежегодные доклады по этой проблематике. В первом из них, появившемся в 2001 г., указывается, что не менее 700 000 тыс. человек, в основном женщины и дети, продаются и переправляются через государственные границы ежегодно. По данным ОБСЕ в 1997 году из стран Центральной и Восточной Европы незаконно вывезены в Западную Европу и Северную Америку не менее 175 000 женщин и девушек. Только 2% торговли живым товаром приходится на долю мужчин3.

Во всех источниках, анализирующих причины роста торговли женщинами, указываются такие факторы как глобализация экономики и повышение трудовой мобильности, сопряженной с миграцией, рост спроса на так называемые услуги частного, в том числе сексуального характера в развитых странах, растущий уровень безработицы среди женщин, а также интенсивное и практически неконтролируемое движение человеческого капитала через Интернет. Хотя феномен торговли людьми известен давно, современная глобализация придает ему новые формы, которые трактуются ныне как проявление рабства ХХI века и грубое нарушение прав человека.

Не прошла мимо этого явления и ООН. В 2000 г. на смену принятой еще в 1949 г. Конвенции «О борьбе с торговлей людьми и эксплуатацией проституции третьими лицами» появилась Конвенция против транснациональной организованной преступности. Одним из приложений к этой Конвенции стал Протокол о предупреждении и пресечении торговли людьми, особенно женщинами и детьми, и наказании за нее. Этот документ на международном уровне зафиксировал обязанности государств по противодействию криминальной торговле людьми. Конвенция подписана более чем 100 государствами мира, в том числе и Российской Федерацией. Наша страна ратифицировала Конвенцию 2000 г. и Протоколы к ней 20 апреля 2004 г.

В специальной литературе по аналогии с экономической глобализацией принято говорить о глобальном изменении мирового миграционного порядка, поставившем Россию перед лицом весьма серьезных вызовов. Во-первых, растущая поляризация мира на богатые и бедные страны. Во-вторых, налицо кризис управления миграцией, то есть потеря контроля над миграционными процессами со стороны национальных государств, что выражается в огромных массах нелегальных перемещений, приводящей к массовой маргинализации мигрантов и криминализации миграционных отношений. В-третьих, формирование глобального разделения труда на базе дискриминализационной национальной и гендерной сегрегации работников на международных рынках труда. В-четвертых, необходимость поиска путей разрешения противоречий между концепцией прав человека как основы современного либерализма и национальными интересами государства, другими словами, между правами человека и правами гражданина.

Сюда следует добавить обостряющиеся противоречия между посылающими и принимающими странами. Господствующая ныне сложная и эклектичная модель международной миграции построена на противоречии первых и вторых. В ее основе лежит, с одной стороны, жесткое разделение на «нужных» и «нежелательных» с точки зрения национальных интересов, мигрантов, а с другой, декларированный принцип соблюдения прав и свобод человека. Все это ведет к распространению конфликтов и дискриминационных практик в отношении некоторых групп мигрантов (в первую очередь женщин) и отдельных стран4.

Учитывая все названные выше факты, Протокол о предупреждении и пресечении торговли людьми, особенно женщинами и детьми, и наказании за нее исходит из весьма реальной предпосылки, что многие пути трудовой миграции, которые ныне по законодательству той или иной страны считаются легальными, фактически прикрывают нелегальную торговлю людьми и должны быть поставлены поэтому, под особый контроль всех участвующих в этом процессе государств — страны отправления, страны назначения и страны (стран) транзита.

Чтобы избежать этого, в Протоколе дается весьма пространное и разветвленное легальное определение понятия «торговля людьми». В п. «а» ст. 3 Протокола указывается, что термин «торговля людьми» означает, осуществляемые в целях эксплуатации вербовку, перевозку, передачу, укрывательство или получение людей путем угрозы силы или ее применения или других форм принуждения, похищения, мошенничества, обмана, злоупотребления властью или уязвимостью положения, либо путем подкупа, в виде платежей или выгод, для получения согласия лица, контролирующего другое лицо. Эксплуатация включает, как минимум, эксплуатацию проституции других лиц или другие формы сексуальной эксплуатации, принудительный труд или услуги, рабство или обычаи, сходные с рабством, подневольное состояние или извлечение органов».

Понятно, что под такое определение подпадают многие считающиеся ныне легальными визовые схемы, используемые рядом стран, в частности виза работника индустрии развлечений, выдаваемые, в том числе гражданам России для въезда в Японию и Швейцарию, так называемые визы невесты и др. В этом последнем случае «невеста по переписке» нередко подбирается для выполнения конкретной экономической функции. Прибывшая женщина подчас принуждается к работе на ферме или обслуживанию старых родителей мужа, одиноких и инвалидов. Фиктивный брак может являться и способом рекрутирования женщин на нелегальную работу в секс-индустрии.

Особого внимания заслуживает тот факт, что торговля людьми не сводится Протоколом к принудительной проституции. Протокол трактует это понятие шире, чем секс-эксплуатацию. Фактически речь идет об эксплуатации любого труда с нарушением прав человека. В литературе приводятся следующие основные формы торговли людьми:

  • Принудительный труд, в том числе в «потогонном производстве».

  • Секс-торговля, в том числе секс-туризм.

  • Домашнее рабство.

  • Браки по принуждению, в том числе через систему «невест по почте».

  • Принудительные репродуктивные функции, включая рождение ребенка.

  • Принудительное донорство (продажа людей для трансплантации органов и тканей.

  • Принудительное усыновление/удочерение5.

На практике расшифровка приведенного выше и содержащегося в п. «а» ст. 3 Протоколе 2000 г. понятия «торговля людьми» сопряжена со многими трудностями, поскольку выезд женщин за рубеж, в частности для работы в сфере индустрии развлечений, чаще всего оформляется добровольным согласием на это самой женщины. Другое дело, что эта «добровольность» является в подавляющем большинстве случаев вынужденной, поскольку она обуславливается социальными причинами.

С учетом этого обстоятельства в ст. 3 Протокола помещен п. «b», где сказано, что «согласие жертвы торговли людьми на запланированную эксплуатацию, о которой говорится в п. «а» настоящей статьи, не принимается во внимание, если было использовано любое из средств воздействия, указанных в п. «а» настоящей статьи». Другими словами, критерием отнесения конкретного действия к торговле людьми принято считать наличие каких-либо насильственных действий, принуждения или обмана. В их числе применение физического или психологического насилия, обман; изъятие документов; долговая кабала; принуждение к труду; ограничение свободы передвижения и т. д.

Протокол о предупреждении и пресечении торговли людьми, особенно женщинами и детьми, и наказании за нее возлагает на присоединившиеся к нему страны ряд задач. Прежде всего, речь идет о необходимости криминализации, то есть признании уголовно наказуемыми названных в ст. 3 Протокола деяний, если они совершены умы­шленно.

Не меньшее значение придает Протокол организации помощи жертвам торговли людьми и их защите, обеспечению их физической, психологической и социальной реабилитации, а также предоставлению жертвам торговли людьми возможности получения компенсации за причиненный им ущерб.

Во исполнение требования Протокола о наказании за торговлю женщинами и детьми в Уголовный кодекс РФ включены две новые статьи: 127.1 «Торговля людьми» и 127.2 «Использование рабского труда».

Торговлей людьми согласно Уголовному кодексу является «купля-продажа человека либо его вербовка, перевозка, передача, укрывательство или получение, совершенные в целях его эксплуатации».

Использование рабского труда охватывает в соответствии с УК РФ «использование труда человека, в отношении которого осуществляются полномочия, присущие праву собственности, в случае, если лицо по не зависящим от него причинам не может отказаться от выполнения работ (услуг)».

Установление уголовной ответственности за названные преступления — мера очень важная, не недостаточная для искоренения в России такого позорного явления.

Более существенно другое — новеллы Уголовного кодекса РФ сделали достоянием общественности, существовавшие и ранее, но остававшиеся вне поля зрения правоохранительных органов многочисленные факты торговли людьми, особенно женщинами и детьми. Ныне к этим проблемам привлечено внимание общественности и средств массовой информации. Факты торговли женщинами и детьми выявлены в Ульяновской, Челябинской, Свердловской, Калужской, Владимирской и других областях6.

Протокол о предупреждении и пресечении торговли людьми, особенно женщинами и детьми, содержит ряд статей, касающихся статуса жертв торговли людьми в принимающих государствах и их репатриации в страну, гражданином которой такое лицо является или где оно имело право постоянно проживать в момент въезда на территорию принимающего государства. Все это предполагает тесные и оперативные контакты между государствами. Содержит Протокол и рекомендации по вопросу о мерах пограничного контроля, которые могут понадобиться для предупреждения и выявления торговли людьми. Значительное внимание уделяет Протокол 2000 г. обмену информацией между правоохранительными, миграционными и другими соответствующими органами государств-участников, а также подготовке работающих в этих органах кадров.

В Государственной думе была предпринята попытка регламентировать весь этот круг вопросов в объемном (более 40 статей) проекте федерального закона «О противодействии торговле людьми». Проект так и не поступил на рассмотрение Государственной думы. Обращает на себя внимание тот факт, что хотя в заголовке и содержании статей Протокола 2000 г. все время подчеркивается, что торговля людьми особенно касается женщин и детей, в проекте закона слово «женщина» употребляется лишь дважды и только в связи с раскрытием понятия «суррогатная мать».

Думается, что в основе такого подхода составителей законопроекта лежит характерный для постсоветского законодательства недоучет лежащих в основе данного вида преступлений социальных причин.


На IV Всемирной конференции по улучшению положения женщин (Пекин, 1995) особое внимание обращалось на плохую организацию и неэффективность национального и международного механизмов защиты гендерного равенства (в большинстве стран мира), как причину трудностей в деле искоренения неравноправия жителей Земли — мужчин и женщин.

За годы, прошедшие с той поры, ситуация в данном вопросе в Российской Федерации не только не улучшилась, но даже в ходе проведения административной реформы обострилась.

По-прежнему по отношению к женщине в России действует «двойной стандарт»: с одной стороны, право быть избранной в любые структуры власти, с другой, — фактическое отстранение от сферы государственного управления на уровне принятия решений. Несмотря на то, что среди специалистов с высшим образованием женщин больше чем мужчин, руководящие должности занимают менее 10% из них.

Весьма показательно, что реорганизация правительства страны в начале 2004 года привела к тому, что женщин не стало не только во главе федеральных министерств, но и в подчиненных им федеральных службах и агентствах. Некоторую надежду подает ситуация в отдельных регионах. Так в Чувашской республике до недавнего времени во главе республиканского правительства стояла женщина, а ныне там шесть женщин-министров.

В Государственной думе нынешнего созыва женщин-депутатов 10% (при 13,8% среднемирового уровня). Как показывает опыт ряда демократических государств Европы пропорциональная (от партий) избирательная система в принципе благоприятствует установлению гендерного равенства в парламенте. В Российской Федерации этому призвана способствовать ч. 4 ст. 8 «Основные принципы деятельности политических партий» Федерального закона «О политических партиях» от 11 июля 2001 года. В этой статье записано, что политические партии должны создавать мужчинам и женщинам, являющимся членами политических партий, равные возможности для представительства в руководящих органах партии, списках кандидатов в депутаты и на иных выборных должностях в органах государственной власти и органах местного самоуправления.

Однако, по имеющимся сведениям, эта норма закона была воспроизведена, лишь в уставах партий «Яблоко» и «Слон». Уставы остальных партий это принципиальное положение Федерального закона «О политических партиях» проигнорировали, что не помешало регистрации их уставов Министерством юстиции РФ.

Такие не соответствующие закону действия Министерства юстиции РФ в принципе могли быть обжалованы в суде, однако процедура их рассмотрения абсолютно не ясна. Неизвестно, в частности, кто может выступать истцом по такому иску. То ли это одна или несколько женщин, членов партии, которых не выдвинули в руководящие органы или в состав кандидатов в депутаты от данной партии. То ли это любые неправительственные женские и правозащитные организации, участниками которых являются члены какой-либо конкретной политической партии.

При всех условиях руководящие разъяснения по этому вопросу пленума Верховного суда РФ более чем необходимы.

Весьма плодотворным могло бы быть и вмешательство по факту незаконной регистрации Министерством юстиции РФ устава (уставов) политических партий со стороны Генеральной прокуратуры РФ в порядке общего надзора.

На наш взгляд, есть основания предполагать, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры страны являются частью ее правовой системы (согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ), а последние даже имеют приоритет перед нормами национального законодательства, эта конституционная норма учитывается в деятельности Верховного суда РФ не в полной мере. Во всяком случае, сказанное справедливо применительно к вопросам гендерного равенства.

В первой половине 2004 года Верховный суд РФ удовлетворил иск группы мусульманок об отмене приказа МВД РФ, запрещавшего гражданам страны фотографироваться на паспорт в каких-либо головных уборах, к числу которых на практике относили и предписываемые исламом платки хиджаб для женщин. Политическая подоплека такого решения ясна. Однако Верховный суд РФ при вынесении решения не принял, на наш взгляд, во внимание ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, обязавшую его решить вопрос в соответствии с международными стандартами, в частности, с учетом норм Конвенции ООН 1979 г. «О ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин», ратифицированной нашей страной еще в 1980 году.

Между тем, согласно ст. 2 п. «f» этой Конвенции, государства-участники обязаны «принимать все соответствующие меры, включая законодательные, для изменения или отмены действующих законов, постановлений, обычаев и практики (подчеркнуто автором), которые представляют собой дискриминацию в отношении женщин». Известно, что платки хиджаб являются согласно исламу свидетельством покорности женщины в семье и в обществе.

В то же время аналогичная ситуация с ношением религиозных символов, в том числе платков хиджаб, обострилась и во Франции. Однако решена она была иначе, чем в России. Французский закон запретил ношение любой религиозной символики, включая платки хиджаб, в государственных учреждениях и учебных заведениях. На наш взгляд, такое решение находится в полном соответствии с международными стандартами в области прав человека.


В своих основных чертах правозащитные системы России и стран Европы достаточно близки. Это неслучайно, так как общим ориентиром для них служила Всеобщая декларация прав человека.

В двух словах суть этой правозащитной системы может быть сведена к формуле «все равны перед законом и судом». Именно так записано в ч. 1 ст. 19 Конституции России, ч. 2 содержит указание о гарантированности государством равных прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка и других обстоятельств. Вместе с тем наряду с провозглашением недопустимости дискриминации по всем названным основаниям, в ч. 3 разъясняется специфика гендерного, то есть социополового равноправия граждан. В ней указано, что мужчины и женщины имеют не только равные права и свободы, но и «равные возможности для их реализации». Тем самым в Конституции РФ отражена основная идея ратифицированной нашей страной Конвенции ООН 1979 г. «О ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин» — первого международного документа по правам человека, закрепляющего в качестве норм международного права стандарты правового статуса не только отдельно взятого человека и гражданина, но и коллективные права женщин как особого социального слоя населения7. Как и всякий международный договор, названная Конвенция имеет, согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, приоритет перед нормами национального законодательства.

Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950 г. также содержит обобщенную норму, не допускающую дискриминацию по любому основанию, в том числе и по мотивам пола (ст. 14). Однако в ней ничего не говорится о выравнивании возможностей различных категорий граждан при реализации общих для всех людей прав, в том числе и по гендерным основаниям.

Ныне этот пробел восполнен Протоколом № 12 к названной Конвенции, открытым для подписания с ноября 2000 г. Статья 1 Протокола № 12 содержит общее запрещение дискриминации. Вместе с тем в преамбуле указывается, что принцип недискриминации не препятствует государствам-участникам «принимать меры для обеспечения полного и эффективного равенства при условии существования объективной и разумной обоснованности таких мер». Косвенно здесь имеется в виду и предусмотренная Конвенцией ООН 1979 г возможность принятия государствами временных специальных мер, направленных на ускорение установления фактического равенства между мужчинами и женщинами, которые не считаются, согласно Конвенции, дискриминационными8.

Отдельные нормы о равном обращении и равных возможностях для женщин и мужчин, а также о равных правах для лиц с семейными обязанностями содержатся в подвергшейся в 1999 г. ревизии Европейской социальной хартии (ст. 4, 8.20, 27 и др.). К сожалению, эта хартия Россией до сих пор не ратифицирована.

Главным достижением Европейского сообщества в деле претворения в жизнь гендерного равенства следует считать рекомендации Комитета министров ЕС 1998 г. по внедрению во все сферы деятельности любых государственных и негосударственных органов стран Сообщества принципа комплексного подхода к гендерным проблемам (mainstreaming). Такой комплексный подход, получивший в нашей стране название гендерная интеграция, означает необходимость учета интересов, как женщин, так и мужчин при решении любых политических, социальных, экономических, культурных, образовательных и иных вопросов. А это как раз то, чего так не хватает российской действительности, как на уровне правосознания населения и должностных лиц, так и органов всех ветвей государственной власти, прежде всего законодательной и исполнительной.

Еще более заметные различия между российской и европейской правозащитными системами выявляются при сопоставлении институтов, стоящих на защите индивидуальных и коллективных прав и свобод человека и гражданина, в том числе под углом зрения гендерного аспекта. Понятно, что центральным звеном в этом вопросе является суд, поскольку судебная защита является наиболее универсальным средством соблюдения антидискриминационных мер, в том числе и по гендерным основаниям. Вместе с тем судебный механизм защиты прав человека и гражданина, как в России, так и в странах Европейского Союза, не свободен и от весьма существенных недостатков. Судебная процедура рассмотрения дел, включая кассацию и апелляцию, излишне медлительна и весьма дорогостояща, поскольку ее нормальное осуществление предполагает уплату пошлины и участие адвокатов.

Несколько смягчает ситуацию существование в ряде стран Европы специализированных судов, во многом ориентированных на обеспечение гендерного равноправия. К их числу относятся особые апелляционные суды в Скандинавских странах, в частности в Норвегии, существующие в ряде государств, например в Швейцарии, семейные суды и др. В России роль семейных судов в определенном смысле могут выполнять мировые судьи, хотя их общая ориентация, прежде всего на примирение сторон, в том числе при рассмотрении жалоб на факты насилия в семье, жертвами которых чаще всего оказываются женщины, едва ли может способствовать искоренению в нашей стране этого позорного вида преступлений.

Роль Европейского суда по правам человека в правозащитной системе входящих в Совет Европы стран общеизвестна. Ныне, когда Россия вошла в Совет Европы, гражданам нашей страны также предоставлена возможность искать защиты у Европейского суда, в том числе и в связи с фактами дискриминации по мотивам пола. Согласно ст. 46 Конституции РФ обязательным условием возникновения права на такое обращение является исчерпание всех имеющихся внутригосударственных средств правовой защиты.

В связи с этим возрастает роль профсоюзов и иных общественных объединений в деле защиты интересов своих членов. Такое право и в определенной степени обязанность общественных объединений прямо закреплены в ст. 27 Федерального закона «Об общественных объединениях» от 19 мая 1995 г. Это самым тесным образом связано как с общей направленностью деятельности партий, профсоюзов и иных общественных объединений, так и со спецификой эгалитарных прав человека, носящих не только индивидуальный, но и коллективный характер. Этому должен соответствовать и особый порядок их защиты, точнее возможность протестовать против дискриминационного решения, предоставляемая государством не только самому пострадавшему, но и в его интересах — соответствующим общественным объединениям.

Такой подход имеет принципиальное значение. «Если бы смысл защиты прав человека состоял только в восстановлении справедливости применительно к конкретному лицу, то общественным объединениям не следовало бы предоставлять право подачи жалобы в защиту такого лица. Другое дело, если идея защиты прав человека состоит в устранении неравенства в обществе и дискриминации определенных слоев населения. Тут помощь общественных объединений нужна, т.к. сам пострадавший может не уметь либо бояться обратиться в государственные органы с соответствующей жалобой»9.

Важное место среди механизмов защиты прав и интересов человека и гражданина, наряду с судом, занимает в странах Европы институт Уполномоченного по правам человека (омбудсмен). Его главное назначение состоит в обеспечении гарантий соблюдения прав и свобод граждан государственными органами, органами местного самоуправления и должностными лицами. Соответственно омбудсмен назначается и освобождается от должности парламентом либо одной из его палат (в Российской Федерации — Государственной думой). При этом, осуществляя свои полномочия, омбудсмен независим и неподотчетен каким-либо государственным органам и должностным лицам.

В отличие от судебных исков, жалобы граждан, адресованные уполномоченному по правам человека, не требуют соблюдения какой-либо специальной формы и уплаты пошлины. Все это придает институту омбудсмена особую демократичность и широкую доступность для населения.

В некоторых странах, в первую очередь скандинавских, имеет место специализация омбудсменов применительно к кругу защищаемых ими прав и интересов граждан. Среди них есть и уполномоченные по вопросам равноправия, надзирающие за соблюдением законов о равноправии женщин и мужчин. Представляется, что без соответствующей специализации уполномоченных по правам человека в Российской Федерации, как на федеральном, так и на региональном уровнях проблема выполнения требований ч. 3 ст. 19 Конституции РФ, провозгласившей наличие у мужчин и женщин не только равных прав, но и равных возможностей их реализации, едва ли будет хотя бы в основном решена даже в обозримом будущем.

Нельзя упускать из виду и тот факт, что в задачу уполномоченного по правам человека во всех странах, где такой институт имеется, входит также пропаганда законодательства о правах человека и инициирование внесения в него необходимых дополнений и изменений.

В обязанность Уполномоченного по правам человека в РФ входит, помимо прочего, ежегодное представление доклада о своей деятельности Президенту РФ, палатам Федерального Собрания, в Конституционный суд РФ, Верховный суд РФ, Высший арбитражный суд РФ и Генеральному прокурору России. Эти доклады подлежат обязательному опубликованию в «Российской газете». Первые два года, начиная с 1999 г., когда доклад Уполномоченного впервые увидел свет на страницах «Российской газеты», вопросы гендерного равноправия в нем вообще не затрагивались. В докладах за 2001 и последующие годы этим проблемам уделено определенное место, правда, преимущественно вопросам искоренения насилия в отношении женщин. Хочется надеяться, что в дальнейшем вопросы достижения гендерного равноправия на всей территории Российской Федерации будут подниматься в докладе Уполномоченного по правам человека в полном объеме и сопровождаться соответствующими рекомендациями государственным органам и должностным лицам, а также предложениями законодательного характера.

Среди государств с демократически ориентированной гендерной политикой на защите прав и интересов женщин чаще всего стоят специализированные министерства по делам женщин (либо по делам женщин и молодежи). Так обстоит дело не только в скандинавских странах, но и в других государствах Европы и Северной Америки. При этом в федеративных государствах, в частности в Канаде, министерства по делам женщин активно функционируют на уровне провинций, штатов, территорий и иных субъектов федерации. Что же касается федерального уровня, то там чаще всего создаются комиссии (комитеты, секретариаты) по положению женщин.

В России таких специальных министерств, ни на федеральном, ни на региональном уровнях нет, хотя аналогичные органы имеются в других странах СНГ. Более того, ликвидация весной 2004 г. Министерства труда и социального развития РФ и передача его функций Министерству здравоохранения и социального развития РФ едва ли будет способствовать усилению контроля за ходом выполнения в России требований, вытекающих из факта ратификации нашей страной Конвенции ООН 1979 г. Во всяком случае, после такого слияния министерств, прекратил свою работу действовавший много лет при Министерстве труда и социального развития РФ «Круглый стол женских и правозащитных общественных объединений», внесший не одно практически важное предложение по устранения в Российской Федерации гендерного неравенства.

В этих условиях особенно важна реализация содержащегося в Концепции законотворческой деятельности по обеспечению равных прав и равных возможностей мужчин и женщин указания на необходимость иметь не в некоторых, а во всех органах исполнительной власти на любом уровне и в органах местного самоуправления подразделения, в компетенцию которых входила бы выработка политики равных прав и равных возможностей мужчин и женщин и контроль за ее проведением на местах. Координировать их деятельность, согласно Концепции, должен федеральный государственный орган, обладающий четким и широким кругом полномочий, а также бюджетным финансированием.


Необходимо помнить, что наличие специализированного государственного органа по делам женщин не есть дань моде, либо только форма отражения царящего в той или иной стране гендерного равноправия. Это центр, разрабатывающий рекомендации, призванные способствовать достижению гендерного равенства и, главное, надзирающий за ходом выполнения во всех сферах жизни конституционных требований и положений законов о равноправии женщин и мужчин. Так в обязанности такого министерства (комитета) во многих государствах Европы входит рассылка во все другие государственные органы рекомендаций по составлению краткосрочных и долгосрочных планов выравнивания в соответствующих сферах управления либо в границах тех или иных административных единиц положения женщин и мужчин, сбор данных о ходе их выполнения.

В нашей стране основой институционального оформления вытекающей из ч. 3 ст. 19 Конституции РФ политики равных прав и равных возможностей мужчин и женщин и государственных гарантий их обеспечения мог бы явиться, как уже отмечалось выше, подготовленный в соответствии с Концепцией одноименный федеральный закон, на базе которого стало бы формироваться федеральное и региональное отраслевое законодательство.


1 Ведомости Федерального Собрания РФ. 1997. № 35. Ст. 1582.

2 См. Социальные работники за безопасность в семье: Учебное пособие. — М.:. РИК Русанова, 1999. С. 36—50.

3 Мы и Вы (диалог женщин). 2002. № 18/34. С. 5.

4 Тюрюканова Е. Женская трудовая миграция и торговля людьми из России в контексте мирового миграционного режима // Торговля людьми. М. 2002. С. 136—138.

5 Тюрюканова Е. Цит. соч. С. 157—158.

Таратута Ю. Рабы немы // Коммерсант. 2004. 29 янв.; Янченков В. Секс-рабыни на экспорт // Труд. 2004. 23 янв.; Огородникова М. Рабы не мы?; Колесниченко А. Всех на продажу // Новые известия. 2004. 28 янв.; Авербух В., Зубко И. Заморские невольницы // Российская газета. 2004. 28 янв., Малов А. Рабыни панели // Российская газета. 2004. 8 окт. и др.

7 Поленина С. Закон и коллективные права женщин как социального слоя населения // Теория права: Новые идеи. ИГП РАН. 1995. Вып. 4.

Заковряшина Е. Принцип недискриминации в праве Совета Европы. // Конституционное право: Европейское обозрение. 2002. № 2 (39). С. 115—134.

9 Black B., B.C. Human Rights Review. Vancouver 1994. P. 89.




Скачать 311,99 Kb.
оставить комментарий
Дата26.10.2011
Размер311,99 Kb.
ТипДоклад, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх