Рассказы так называемой icon

Рассказы так называемой


Смотрите также:
Предисловие
Предисловие к русскому изданию 7...
Рассказы, которые так любил пересказывать мне отец с вечным рефреном...
Рассказы, которые так любил пересказывать мне отец с вечным рефреном...
Чарльз Дарвин
Опорный конспект по теме 11 Насильственная преступность...
А. В. Исаев Антисуворо в Введение. Аврать-то зачем?...
Тема моей лекции «Финансовые скандалы xviii века». Она, наверное, звучит слишком многообещающе...
Liber memorialis луция ампелия: время создания и личность...
-
Если я говорю языками человеческими, а любви не имею...
Список книг по внеклассному чтению по школьной программе Список литературы для 2класса...



Загрузка...
скачать
«Маленькая трилогия»


Человек или вещь?


Во многих произведениях Чехова в центре сюжета стоит не человек, а вещь. Вещи в произведениях мало того что самостоятельно живут своею собственною жизнью, но они часто имеют большую власть над жизнью и судьбой героев. Записные книжки Чехова хранят множество "законсервированных" сюжетов, где центр фабульности составляют реалии мира вещей: "Человек собрал миллион марок. Лег на них и застрелился"; "Человек, у которого колесом вагона отрезало ногу, беспокоился, что в сапоге, надетом на отрезанную ногу, 21 рубль"; "Человек в футляре, в калошах, зонт в чехле, часы в футляре, нож в чехле. Когда лежал в гробу, то, казалось, улыбался: нашел свой идеал".

Процесс одушевления вещи имеет и обратную сторону - овеществление человека, превращение его в живой механизм. Автоматизм поведения, который породили лень человека и стереотипность его поведенческих реакций, изображен в образах Дмитрия Ионыча Старцева ("Ионыч"), Николая Иваныча Буркина ("Крыжовник"), профессора Николая Степановича ("Скучная история"), Анны Михайловны Лебедевой ("Скука жизни") и многих-многих других. Это галерея людей, личность которых подверглась распаду. Человек, уподобившись вещи, предмету, живому механизму, погибает, при этом (смерть может носить как характер умерщвления духа, так и характер физической гибели героя.

Рассказы так называемой "Маленькой трилогии": "Человек в футляре", "Крыжовник", "О любви" (1898) - широкоизвестны. Писатель избирает в “Маленькой трилогии” композиционную форму “рассказа с обрамлением”. Писатель каждый раз меняет основного рассказчика: учитель гимназии Буркин повествует о своем сослуживце (“Человек в футляре”); в “Крыжовнике” Буркин уже один из слушателей, а рассказ (о своем брате) ведет врач Иван Иванович Чимша-Гималайский; в центре рассказа “О любви” – монолог-исповедь бывшего до этого слушателем помещика Алехина. Верный своим художественным принципам, Чехов предоставляет читателю возможность сопоставить различные варианты судеб и точки зрения различных героев, чтобы тот мог подняться к осмыслению проблемы подлинности человеческого бытия.

«Футлярное» существование

"Человек в футляре"

«На самом краю села Мироносицкого, в сарае старосты Прокофия расположились на ночлег запоздавшие охотники». Перед нами вариант рассказов охотников. «Не спали. Иван Иваныч, высокий, худощавый старик с длинными усами, сидел снаружи у входа и курил трубку; его освещала луна». Трубка – одна из деталей, которая связывает рассказы. «Рассказывали разные истории. Между прочим говорили о том, что жена старосты, Мавра, женщина здоровая и не глупая, во всю свою жизнь нигде не была дальше своего родного села, никогда не видела ни города, ни железной дороги, а в последние десять лет всё сидела за печью и только по ночам выходила на улицу». Так еще до появления образа главного героя Чехов вводит тему страха перед жизнью, почти необъяснимого, иррационального. Это расширяет рамки социальной темы рассказа. К этому надо прибавить, что слуга Беликова - Афанасий «стоял обыкновенно у двери, скрестив руки, и всегда бормотал одно и то же, с глубоким вздохом:

— Много уж их нынче развелось!»

Бессмысленное выражение, которое повторяет слуга, вводит еще одну важную для Чехова тему – тему абсурда. Абсурд – отсутствие смысла станет особенно заметен в 20 в. XX век по праву можно назвать веком абсурда, веком, когда огромное число людей ощущают бессмысленность той жизни, которую им приходится вести, невозможность найти в ней позитивный смысл из-за разрушения старых ценностей и традиций.

Но по законам художественного произведения, бессмысленная фраза Афанасия, имеет глубокий скрытый смысл. «Их» для Беликова (то есть тех, кто «нарушает» какие-то запреты) действительно много «развелось». Сам сюжет будет построен на столкновении Беликова с «ними». Такие, не заметные на первый взгляд детали, помогают почувствовать поэтику Чехова.

Главный герой "Человека в футляре", учитель греческого языка Беликов, во всем и всегда одержим страхом, его жизнь протекает, словно в футляре: (“И зонтик у него был в чехле, и часы в чехле… и лицо, казалось, тоже было в чехле, так как он все время прятал его в поднятый воротник… и древние языки, которые он преподавал, были для него, в сущности, те же калоши и зонтик, куда он прятался от действительной жизни”). Однако самое удивительное заключается в том, что это ничтожество не только всего боится, но и держит в страхе весь город, заставляя подчиняться себе и своим убогим представлениям даже умных и порядочных людей. Тема «добровольного рабства» - одна из самых значимых в произведениях писателя. Беликов сам выбрал свой «футляр», стал его рабом. Но и его сослуживцы, а потом и другие образованные люди в городе стали «добровольными рабами». «Рассказ Чехова – о страхе. Страхе маленького слабого человека без принципов и идеалов перед тревожащей, раздражающей, пугающей его своей непредсказуемостью русской жизнью» (В. Сахаров).

Беликов с наслаждением произносит слово «антропос», то есть по-гречески – человек, высокое создание богов, наделенное волей бороться с самим неумолимым роком, но сам Беликов - скорее пародия на человека, редукция всего значительного в человеке. Он сам, того не ведая, принижает слово, которое произносит с наслаждением, зажмурившись.

Критик А. Богданович писал: " Беликов - это общественная сила, страшная своей неуязвимостью, потому что она нечувствительна, недоступна человеческим интересам, страстям и желаниям". Но сам сюжет возник именно тогда, когда Беликов попытался выйти за пределы своего «футлярного» существования. Как и во многих других рассказах писателя, любовь становится двигателем сюжета, но в ситуации «беликовщины» живое чувство терпит поражение. Беликов умирает подобно мелкому чиновнику Червякову из раннего рассказа “Смерть чиновника” – не от оскорбления, а от страха, что его заподозрят в неблагонадежности, от невозможности для себя вынести смех, который всегда являлся выражением духовной свободы. “Теперь, когда он лежал в гробу, выражение у него было кроткое, приятное, даже веселое, точно он был рад, что, наконец, его положили в футляр, из которого он уже никогда не выйдет”. Однако облегчение было недолгим – жизнь потекла по-прежнему, “не запрещенная циркулярно, но и не разрешенная вполне”. Соответственно акцент смещается на вопрос о причинах такого положения.

Завершается рассказ изображением пейзажа и двумя микроэпизодами.

«Была уже полночь. Направо видно было всё село, длинная улица тянулась далеко, верст на пять. Всё было погружено в тихий, глубокий сон; ни движения, ни звука, даже не верится, что в природе может быть так тихо». Замечательный пейзаж противопоставлен нелепой, абсурдной, лишенной красоты жизни многих героев рассказа.

Появление Мавры напоминает нам, что страх – чувство, которым одержимы многие герои произведений Чехова.

А несостоявшийся диалог между учителем Буркиным и Иваном Ивановичем характерен для произведений Чехова, в которых чаще всего герои не слышат друг друга и не могут рассчитывать на сочувствие. Особенно это будет заметно в драматургии писателя.

Другой рассказ чеховского цикла 1898 года - "Крыжовник". Главный вопрос, который ставится в этом произведении перед его героями и перед читателем, - вопрос о счастье. Что такое счастье? Возможно ли оно для человека? Не становится ли и само счастье своеобразным футляром?

« Еще с раннего утра всё небо обложили дождевые тучи; было тихо, не жарко и скучно, как бывает в серые пасмурные дни, когда над полем давно уже нависли тучи, ждешь дождя, а его нет». Безрадостное состояние погоды словно подхватывает рассказ о безрадостном существовании людей в предыдущем рассказе, но природа остается в произведениях писателя неким эталоном совершенства. «Теперь, в тихую погоду, когда вся природа казалась кроткой и задумчивой, Иван Иваныч и Буркин были проникнуты любовью к этому полю, и оба думали о том, как велика, как прекрасна эта страна»

Начавшийся дождь заставил героев пойти к Алехину. Он станет главным рассказчиком третьего рассказа. Так еще раз подготавливается объединение всех трех рассказов в трилогию. Внешний вид Алехина и его желание быть культурным человеком, не отстать от мира, к которому он тянулся душой, противоречат друг другу. Он тоже попал в некий «футляр», даже не мылся с весны. Таким футляром стало для него хозяйство, рутина, затянувшая в себя. Это одна из самых важных тем Чехова.

Сюжет самого рассказа построен на том, что Иван Иванович поведал о своем брате, Николае Ивановиче, и о приезде в имение к брату. Николай Иванович, чиновник казенной палаты, устав от изнурительной службы, мечтает скопить деньги и на них купить имение, и непременно с садом, в котором будет расти крыжовник. Крыжовник становится для Николая Ивановича своеобразным символом, вещественным воплощением его мечты о счастье. Жить вдали от городского шума и на своей земле тихо наслаждаться счастьем - вот о чем помышляет Николай Иванович. Он осуществил свою мечту: купил имение. У него есть собственный дом, своя земля, и на этой земле растет крыжовник. Но что представляет собой в действительности с таким трудом обретенное счастье Николая Ивановича? Оно достигнуто ценой утраты истинного жизненного предназначения, ценой опошления высокого человеческого идеала. Разумеется, мечтать о своей усадьбе не преступление, но потратить на эту мечту жизнь, жениться из-за этого на нелюбимой женщине, фактически отправить ее на тот свет – и, морщась, есть кислый крыжовник, будучи похожим на раскормленную свинью, “которая, того и гляди, хрюкнет в одеяло”…

Может быть причины такого странного несовпадения «счастья», каким оно представлялось Николаю Ивановичу, и отчаянием его брата, увидевшего это «счастье», в том, что Николай Иванович – бывший чиновник. А теперь еще и помещик? Но неблагополучие залегает глубже ближайших социальных причин: привычный жизненный уклад незаметно убивает в человеке высокое, подменяет подлинные ценности корыстью, эгоизмом, бескрылой прозаичностью расчета. Не случайно рассказ о Николае Иваныче встроен в рамку рассказа о молодом помещике Алехине, у которого герои остановились на ночлег. Алехин не интересуется жизнью в широком смысле слова, “одичал” – и это знак общего духовного неблагополучия, символом которого выступает тяжелый табачный перегар от трубочки на столе (Буркин “долго не спал и все никак не мог понять, откуда этот тяжелый запах”).

Третий рассказ трилогии – “О любви” предварен в предшествующем рассказе образом красивой горничной Пелагеи, которая почему-то любит повара Никанора. Чехов не объясняет причин этой любви, в этом его отличие от предшествующей русской литературы. Писателя интересует не то, почему герой полюбил, достоин ли любви его предмет и сам герой, а то, может ли любовь изменить человека. Алехин рассказывает о собственной драме, причины которой отлично понимает! Это история умерщвления любви самим влюбленным: оказывается, можно быть благородным и честным, руководствоваться принципами морали и приличий – но следование общим правилам ведет к духовной катастрофе, опустошает жизнь, истинный смысл которой всегда заключается в индивидуальном поиске и неуспокоенности.

Ни Алехин, ни его возлюбленная не видят перспективы для иных, нежели просто дружеские, отношений, и потому с годами между ними ничего не меняется. Алехин ничего бы не мог дать влюбленной в него женщине, потому что сам опустился, ведет не ту жизнь, о которой мечтал. После назначения Лугановича в другую губернию их семья уезжает, и во время проводов, застав Анну Алексеевну одну в купе поезда, Алехин наконец признается ей в любви. В эту минуту, по его словам, “со жгучей болью в сердце я понял, как ненужно, мелко и обманчиво было все то, что нам мешало любить. Я понял, что когда любишь, то в своих рассуждениях об этой любви нужно исходить от высшего, от более важного, чем счастье или несчастье, грех и добродетель в их ходячем смысле, или не нужно рассуждать вовсе”.

Буркин, Чимша-Гималайский, Алехин по-разному – с чувством безысходности, страстным осуждением, грустью утраты – каются в былых заблуждениях. Их неприятие серого, суетного, ничтожного вызывает авторское сопереживание. Каждый из рассказов начинается или заканчивается зарисовкой одухотворенной природы, к красоте которой тянутся герои-рассказчики. Так писатель вносит в повествование лирическую ноту, освещающую события светом авторского идеала, а сами герои смогли только прикоснутся к правде – и то лишь осмысляя собственные воспоминания.

Отношение Чехова к человеку было взыскательным. Писатель не боялся обнаружить темные “закоулки” души, корни бессмысленного прозябания, но делал это, пробуждая мучительное сожаление о растраченных впустую способностях.








Скачать 77,03 Kb.
оставить комментарий
Дата23.10.2011
Размер77,03 Kb.
ТипРассказ, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх