Предприятий кузбасса icon

Предприятий кузбасса


Смотрите также:
Регулирующие права и обязанности кредиторов, должников и других участников процедур банкротства...
2 Участники Всероссийского крестного хода «Под звездой Богородицы» планируют пересечь границу...
Учебно-методический комплекс дисциплины гсэ. В. 01 «Историко-культурное наследие Кузбасса»...
Учебно-методический комплекс дисциплины гсэ. Р. 00 «Историко-культурное наследие Кузбасса»...
Рабочая программа по дисциплине “История Кузбасса” для специальностей: 080111 «Маркетинг», фтд...
КТО ЕСТЬ КТО В БИБЛИОТЕЧНОМ...
Регламен тпроведения Чемпионата Кузбасса по рыболовному спорту в дисциплине «мормышка»...
Сегодня в семи городах Кузбасса прошли областные продовольственные ярмарки...
Рабочая программа по региональному курсу “История Кузбасса” для специальности 010701 и...
Итоги работы угольных предприятий Кузбасса в 2010 году...
Доклад о достигнутых значениях показателей для оценки эффективности деятельности органов...
«сош №33»



Загрузка...
скачать

Е.О. Пахомова,
Е.В. Гоосен

Кемеровский
государственный
университет


ИНСТИТУТ БАНКРОТСТВА
КАК АЛЬТЕРНАТИВНЫЙ
ИНСТРУМЕНТ ФИНАНСОВОЙ
ПОДДЕРЖКИ
СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫХ ПРЕДПРИЯТИЙ КУЗБАССА










Введение


Предлагаемый доклад опирается на результаты двухгодичного исследования специфики института банкротства в Кемеровской области в период с 1992 по 2008 гг. в рамках гранта РФФИ «Деформализация российского института банкротства (региональный аспект)» № 07-06-96032. В основе выводов лежат данные около 100 дел областного арбитражного суда (из них 34 дела о банкротстве сельскохозяйственных предприятий различных форм собственности), углубленные интервью с судьями, арбитражными управляющими, предпринима­телями и представителями администрации. Собранный материал позволил сделать ряд выводов об особенностях формирования и развития института банкротства в Кемеровской области. Ключевым является нецелевое использование института банкротства. Здесь, как нигде, проявились все негативные последствия непродуманных преобразований последних лет. В связи с этим участники процедур банкротства в наибольшей степени вынуждены приспосабливать нормы закона под решение своих проблем.


^ Основные теоретические
подходы к анализу института
банкротства



Традиционно в экономической литературе институт банкротства анализируется с трех основных позиций: как базовый институт рыночной экономики [Банкротство в России… 2001; Журавская, Сонин, 2004, с. 118–135], в рамках теоретических моделей, изучающих дизайн отдельных его норм [Aghion, HartMoore, 1992; Bebchuk, 1988], и как анализ истории и последствий реформ законодательства в отдельных странах [Институт банкротства… 2005].

В идеале институт банкротства – важнейший инструмент институциональной среды современной рыночной экономики. В своем анализе специфики и последствий применения норм института банкротства к сельскохозяйственным предприятиям основной акцент мы делаем на несовпадении между нормативной картиной, закрепленной в законодательстве, и реальными поведенческими стратегиями участников конкурсных отношений.

Обычно разрыв между нормативной картиной и практикой применения объясняется несоответствием институтов местным условиям и возможной неоднозначностью исхода институциональных реформ [Полтерович, 2000, с. 26], несовпадением формальных и неформальных норм (деформализацией) [Радаев, 2001], зависимостью от предшествующего развития [Норт, 1997]. В своем исследовании мы использовали подход Л. Полищука, который пытается синтезировать все эти причины с помощью понятия «нецелевое использование институтов», в которое он включает: эксплуатацию информационной асимметрии, манипулирование институтами, использование институтов в качестве прикрытия и подчинение институтов [Полищук, 2008, с. 28].

Опираясь на эту концепцию, нами выделено три типа нецелевого использования института банкротства применительно к сельскохозяйственным предприятиям Кемеровской области:

  • деформализация – расхождение между нормативной моделью и реальной практикой правоприменения, которая проявляется в различных серых схемах, неформальных личных доверительных отношениях и соглашениях; подчинение института и манипулирование, при этом неформальные практики не замещают формальные, а встраиваются и модернизируют институт на современном этапе его эволюции. Такая модель использования института предполагает, что агенты, не отрицая формальные, приспосабливаются и создают неформальные институты для достижения своих целей;

  • подчинение института – создание с помощью института (за счет несовершенства законодательства) барьеров, в основе которых лежит получение ис­кусственной ренты;

  • манипулирование институтами – ситуация, когда экономические агенты, формально не нарушая законодательства, действуют от имени своих доверителей, но реально используют институты для получения собственной выгоды в ущерб остальным участникам отношений.


^ Законодательное обеспечение
банкротства сельскохозяйственных
предприятий



В России нет специального законодательства, регулирующего банкротство сельскохозяйственных предприятий. Особенности применения норм института банкротства к сельскохозяйственным организациям впервые были установлены в Федеральном законе от 9 июля 2002 г. № 83-ФЗ «О финансовом оздоровлении сельскохозяйственных организаций». Затем в Федеральный закон от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве) было также включено несколько специальных статей, регулирующих особенности банкротства сельскохозяйственных организаций – удлиненные сроки процедур банкротства. Также законодатель предусмотрел, что при продаже объектов недвижимости обанкротившейся сельскохозяйственной организации преимущественное право на их приобретение имеют рядом расположенные сельхозорганизации. Однако реальная практика применения законодательства о банкротстве к сельхозпредприятиям показывает, что этих положений недостаточно для того, чтобы сгладить негативные последствия применения института банкротства к сельхозорганизациям.


^ Практика применения
института банкротства



Кемеровская область относится к регионам с высоким риском ведения сельского хозяйства. Природно-климатический фактор ограничивает возможности устойчивого развития сельского хозяйства. Сельское хозяйство в ВРП составляет всего 3,6%. Оно не является базовой отраслью экономики области, налоговые поступления в бюджеты всех уровней составляют 0,4% всего объема поступлений.

Институциональную среду Кемеровской области отличает большая роль административного ресурса. Практически ни один институт, в том числе институт банкротства, не может приобрести легитимность без одобрения губернатора.

До 1999 г. институт банкротства к сельхозпредприятиям в области практически не применялся, несмотря на то, что предприятия сельскохозяйственной отрасли имели неудовлетворительное финансовое положение. В конце 1998 г. формально к 80% из них могло быть применено законодательство о банкротстве.

Ужесточение условий признания должника банкротом – введение в 1998 г. критерия неплатежеспособности, которое значительно упростило процедуру признания должника банкротом, отказ от практики списания задолженности сельскохозяйственных предприятий и начало принудительного взыскания за­долженности организаций по уплате просроченных платежей по налогам и сборам, по платежам во внебюджетные фонды – привело к резкому росту числа банкротств сельскохозяйственных предприятий в области. Этому также способствовала распространившаяся в этот период практика использования института банкротства как средства ухода от исполнения финансовых обязательств. Тенденция наблюдалась вплоть до 2004 г. Основным заявителем выступала ФНС. После 2004 г. наблюдается сокращение числа банкротств сельскохозяйственных предприятий. Этому способствовало принятие в 2002 г. Закона о финансовом оздоровлении, Закона о банкротстве. Во многом это еще и связано с началом действия комплекса региональных программ поддержки АПК, а затем Приоритетного национального проекта «Развитие агропромышленного комплекса» на территории Кемеровской области.

Как и в остальных отраслях экономики, при применении норм института банкротства к сельскохозяйственным предприятиям преобладали ликвидационные процедуры. За весь исследуемый период в Кемеровской области было всего два случая использования мирового соглашения.

Среди ликвидируемых предприятий абсолютное большинство – независимые сельскохозяйственные организации. Некоторые из них проходили через эту процедуру несколько раз. До 2008 г. в области не было ни одного случая банк­ротства агрохолдингов.

Собранный материал позволил сделать вывод, что применение норм института банкротства к сельскохозяйственным предприятиям сопровождается его нецелевым использованием, которому свойствен ряд особенностей.

Используются именно те законодательные нормы, которые призваны за­щищать интересы сельхозпроизводителей. В делах о банкротстве сельскохозяйственных предприятий более многообразны типы нецелевого использования института банкротства. В них до сих пор сохранились наиболее ранние формы, свойственные периоду становления института банкротства в России: практика давления на участников банкротных процедур со стороны крупных компаний; активное вмешательство органов региональной и местной власти, подчинение института банкротства

Пример 1. Подчинение института банкротства.

«Прокопьевский район – это один штык лопаты и уголь твой» (из интервью с арбитражным управляющим). В 2003 г. в Прокопьевском районе было возбуждено дело о несостоятельности СХПК Кузбасский, расположенного на участке, граничащем с ООО «Разрез Майский». За­явителем выступили налоговые органы. В ходе проведения процедур наблюдения арбитражным управляющим было вынесено предложение о ликвидации СХПК как неперспективного. Сразу после этого в процессе выявился новый кредитор, располагающий значительной долей долгов СХПК – ООО «Разрез Майский», собственником которого явля­ется шахтоуправление «Перспективное». В дальнейшем СХПК «Кузбас­ский» и шахтоуправление «Перспективное» заключили договор купли-продажи, по которому имущество СХПК было передано шахтоуправле­нию как имущественный комплекс (в том числе и земля, на которой находилось сельскохозяйственное предприятие). Через небольшой про­межуток времени на этой территории был создан новый разрез, вошед­ший в состав шахтоуправления. Приведенный пример не единичный и показывает, как легко с помощью подчинения института банкротства группа заинтересованных лиц может извлекать выгоду, обходя законодательство, и использовать земли сельскохозяйственного назначения в своих «угольных» интересах.


Еще одна особенность банкротства сельскохозяйственных организаций проявляется в том, что институт банкротства выступает в качестве своеобразного неформального механизма поддержки сельхозпредприятий, компенсируя неэффективность формальных механизмов и инструментов. В результате он вынужден выполнять несвойственные для него функции – выступать в качестве альтернативного или дополнительного инструмента поддержки сельскохозяйственных предприятий Кузбасса.


^ Институт банкротства
как инструмент поддержки
сельхозорганизаций



Анализ данных архива Арбитражного суда Кемеровской области выявил основные модели нецелевого использования института банкротства, выступа­ющие как инструмент «поддержки сельскохозяйственных предприятий»:

  • ликвидация предприятия с целью ухода от финансовых обязательств;

  • быстрое очищение предприятия от долгов для получения дотаций и субсидий;

  • захват привлекательных активов по низким ценам и снижение рисков ведения сельскохозяйственного производства (в том числе для включения в агрохолдинги).

Опрос глав сельских поселений муниципальных районов Кемеровской области показал, что руководители понимают, что независимые сельхозорганизации (колхозы, совхозы, ООО, ОАО, ЗАО или кооперативы) без государственной поддержки обречены. При сокращении объемов дотаций и субсидий неиз­бежно начинается процесс их массового банкротства, что и произошло в 1998–2004 гг. При этом их нельзя было ликвидировать. Несмотря на убыточность, они выполняют социальные функции: незначительная денежная материальная помощь в виде заработной платы плюс занятость. Кроме того, для многих ра­ботников труд в такой организации – это источник дополнительных полулегальных и нелегальных неденежных доходов в форме топлива, корма для животных в личных подсобных хозяйствах, выдаваемого по сниженным ценам или вообще украденного в хозяйстве. Такие организации неизбежно накапливают значительные долги и, не имея возможности рассчитаться с долгами, прибегают к институту банкротства как временной передышке.

Пример 2. Сброс долгов как средство выживания и развития сельхозорганизации.

Схема проста. Руководитель предприятия заранее выводит активы во вновь созданную организацию (зачастую с тем же названием). Туда же переводится основная масса персонала. После того, как предприятие «полностью подготовлено» к тому, чтобы объявить себя ликвидируемым должником, арбитражный управляющий довольно быстро проводит ликвидационные процедуры.


Примерно такая же схема манипулирования институтом банкротства используется в случае, если независимая сельхозорганизация или КФХ стремится включиться в Приоритетный национальный проект «Развитие агропромышленного комплекса». Для этого у заявителя должны быть подходящая организационно-правовая форма и отсутствовать долги. Институт банкротства позволяет довольно быстро решить обе проблемы. В последнем случае наряду с манипулированием можно увидеть и элементы деформализации института банкротства. Региональная и местная администрация активно принимают участие в этих процессах, значительно ускоряя процедуры банкротства. Анализ архивных дел показал, что банкротство предприятий, позднее включенных в программы поддержки АПК, проходило в рекордные сроки – от 6 месяцев до года (для сравнения, средняя продолжительность – 2–3 года). При прохождении процедур отсутствовали конфликты. Без предварительных неформальных договоренностей между кредиторами, должниками и администрацией района и области это невозможно.

По такой схеме в начале 2004 г. бывшее ООО «Согласие», расположенное в Промышленновском районе, превратилось в потребительский кооператив «Согласие» и было включено в реализацию региональной программы «Поддержка АПК», получив от администрации области помощь в виде субсидий на закупку молока у населения. Кооператив в настоящее время активно развивается. Примеров таких «преобразований» особенно много в сельскохозяйственных районах области – Чебулинском и Промышленновском. Из 34 анализируемых нами дел более 10 имели явные признаки манипулирования и деформализации института банкротств, косвенно они присутствуют во всех делах банкротства сельскохозяйственных предприятий.

Наиболее эффективной группой на сегодняшний день являются сельхозпредприятия, входящие в структуры агрохолдингов. На территории области дей­ствуют 3 межрегиональных и 6 региональных агрохолдингов. Среди них наиболее известные АЛПИ, «Юнимилк», СДС-Агро. Значительные инвестиции в производство, экономия на трансакционных издержках за счет гарантированного рынка сбыта, низких трансфертных цен, гарантии сделок и исполнения договоров среди «своих» участников холдинга дает им необходимую устойчивость. Агрохолдинг как крупный товаропроизводитель способен предложить больший объем продукции при более низких затратах, он имеет возможность диверсифицировать производимую продукцию, увеличивая ассортимент. Однако и холдинги активно используют институт банкротства нецелевым способом.

Так, в своем интервью представитель одного из крупнейшего агрохолдинга, сказал: «…Естественно гораздо выгоднее приобрести дешевые активы, чем платить за нормально функционирующее предприятие, в которое потом все равно придется вкладывать деньги. Кадры нужно обучать, технику покупать новую и т.д. Нет смысла брать не банкротящееся предприятие. Цена высока, а вложить в него потребуется еще больше, чем в убыточное предприятие». Институт банкротства позволяет агрохолдингам значительно снизить затраты на приобретение новых активов, но не формирует рациональной структуры управления и эффективных механизмов использования активов. Все это неизбежно проявляется в условиях финансового кризиса экономики.

Оценивая последствия нецелевого использования института банкротства в сфере сельскохозяйственного производства, мы пришли к следующим выводам.

Первые две модели являются яркими примерами деформализации и манипулирования института банкротства и используются в целях выживания сельскохозяйственных организаций, третья модель представляет собой своеобразный способ развития регионального сельского хозяйства на основе активного манипулирования институтом. Они все не наносят прямого вреда сельскохозяйственным производителям, но консервируют неэффективные формы ведения хозяйства, делают непрозрачными схемы работы.

Предотвращение нецелевого использования института банкротства – актуальная задача, но здесь не может быть быстрых и универсальных решений. Необходимо менять экономические условия, чтобы сделать невыгодным применение нецелевого использования института. Для этого необходимо формирование и развитие всей системы общественного контроля, стержнем которой является институциональное соглашение, опирающееся на баланс интересов в обществе.


Литература


Банкротство в России: от хорошей теории к хорошей практике. 2001. (http://www.eerc.ru/default.aspx?id=214&lang=rus)

Журавская Е., Сонин К. Экономика и политика российских банкротств // Вопросы экономики. 2004. № 4. С. 118–135.

Институт банкротства: становление, проблемы, направления реформирования / Гонтмахер А.Е., Кузык М.Г., Межераупс И.В. и др. М.: ИЭПП, 2005.

Научно-практический комментарий (постатейный) к ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» / под ред. В.В. Витрянского. М., 2004.

Норт Д. Институты, институциональные изменения и функционирование экономики М.: Фонд экономической книги, 1997.

Полищук Л. Нецелевое использование институтов: причины и следствия // Вопросы экономики. 2008. № 8. С. 28–44.

Полтерович В.М. Трансплантация экономических институтов // Экономическая наука современной России. 2000. № 3. С. 24–50.

Попондопуло В.Ф., Слепченко Е.В. Производство по делам о банкротстве в арбитражном суде. СПб.: Юридический центр Пресс, 2004.

Радаев В.В. Новый институциональный подход и деформализация правил в российской экономике: Препринт WP1/2001/01. М.: ГУ ВШЭ, 2001.

Aghion P., Hart O., Moore J. The Economics of Bankruptcy Reform // Journal of Law and Economics. 1992. Vol. 8. Р. 523–546.

B


ebchuk L. A New Approach to Corporate Reorganization // Harvard Law Review. 1988. Vol. 101. Р.775–804.







Скачать 133,59 Kb.
оставить комментарий
Дата17.10.2011
Размер133,59 Kb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх