Е. Ф. Жукова Рекомендовано Министерством общего и профессионального образования Российской Федерации в качестве icon

Е. Ф. Жукова Рекомендовано Министерством общего и профессионального образования Российской Федерации в качестве


1 чел. помогло.
Смотрите также:
Е. Ф. Жукова Рекомендовано Министерством общего и профессионального образования Российской...
Н. Ф. Самсонова Рекомендовано Министерством общего и профессионального образования Российской...
Н. Д. Эриашвили Рекомендовано Министерством общего и профессионального образования Российской...
Учебник рекомендовано Министерством общего и профессионального образования Российской Федерации...
Н. Д. Эриашвили Рекомендовано Министерством общего и профессионального образования Российской...
Психология
Кураков Л. П., Краснов А. Г, Назаров А. В. Экономика: инновационные подходы: Учебное пособие...
Кураков Л. П., Краснов А. Г, Назаров А. В. Экономика: инновационные подходы: Учебное пособие...
Учебник психология и этика делового общения...
Основы маркетинга...
Учебник психология и этика делового общения...
Первый конституционное право в системе права российской федерации. Наука конституционного права...



Загрузка...
страницы: 1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   13
вернуться в начало
скачать
^

8.4. Свободные экономические зоны: понятие, виды, их формирование в России



Свободные экономические зоны (СЭЗ) представляют собой одну из многообразных форм международных экономических отношений, прообразы которой использовались отдельными государствами в XIV—XV вв. в виде «свободных» городов и портов на пересечении торговых путей для привлечения торго­вых потоков*.

* ^ Первая СЭЗ была создана в 1547 г. в итальянском городе Ливорно, который был объявлен городом свободной торговли.


С развитием мировой экономики и торговли в XIX в. и уг­лублением интернационализации национальных экономик в XX в. СЭЗ как форма международных экономических отноше­ний получила широкое распространение и существенно изме­нила свое экономическое содержание. Эволюция СЭЗ осущест­влялась от простых организационно-функциональных форм, связанных в основном с торговлей товарами, к более сложным, ориентированным на производство массовой потребительской продукции, разработку и производство новых товаров, предос­тавление различного рода услуг и т.д.

Эволюция СЭЗ связана прежде всего с интенсификацией использования научно-технических достижений, крупными сдвигами в структуре экономики промышленно развитых стран, а также с распадом колониальной системы. В результате этого открылись новые сферы приложения для инвестиций как в самих промышленно развитых странах, так и в странах, про­водящих политику индустриализации. Вместе с тем концентра­ция капитала промышленных монополий и централизация бан­ковских ресурсов тоже содействовали поиску и созданию до­полнительных стимулов для расширения инвестирования за рубежом по сравнению с теми, которые существовали ранее. В этих условиях свободные зоны с чисто торговой ориентацией, зоны свободного предпринимательства, не требовавшие боль­ших первоначальных капиталов, длительного подготовитель­ного периода, сложных планов действий или обширных связей с предприятиями за рубежом, не соответствовали требованиям мирового инвестиционного рынка.

Требовались совершенно новые области инвестирования: создание высокотехнологических отраслей промышленности, улучшение использования ввозимых и местных ресурсов, уско­рение развития современной инфраструктуры и т.п. В связи с этим в различных странах стали появляться новые организаци­онные формы зон, отличающиеся от зон свободного предпри­нимательства и свободных экспортных зон более широким диапазоном функций, более сложным экономическим меха­низмом функционирования, расширенными возможностями международного сотрудничества.

В 80-е гг. после принятия ряда мер, направленных на пре­одоление застоя в отдельных отраслях промышленности, бан­ковском и страховом деле, в ряде регионов промышленно раз­витых стран появились специальные экономические зоны: технопарки, научно-техническая, свободная банковская, свобод­ная страховая. Отличительной особенностью этих зон было то, что их создание предусматривало не столько привлечение ино­странного капитала, сколько предоставление преференциаль­ных режимов на сроки от 10 до 20 лет. Примерами подобных зон являются зоны, созданные в Великобритании, Италии, США, Франции.

Таким образом, СЭЗ как форма международного сотрудни­чества в своем динамическом развитии претерпела существен­ные трансформации. Этим обусловлено и множество определе­ний того, что в общем смысле понимается под термином СЭЗ. На сегодняшний день можно встретить до 30 определений СЭЗ, по существу, синонимов. По определению экспертов ООН, «СЭЗ — ограниченные промышленные районы, представ­ляющие собой часть территории страны с беспошлинным тамо­женным и торговым режимом, где иностранные фирмы, произво­дящие продукцию, главным образом на экспорт, пользуются рядом налоговых и финансовых льгот».

Среди наиболее распространенных в мире специальных экономических зон можно выделить:

• таможенные зоны;

• беспошлинные торговые зоны;

• таможенные свободные зоны;

• внешнеторговые зоны;

• беспошлинные экспортно-производственные зоны;

• свободные экспортные зоны;

• экспортно-производственные зоны;

• свободные экономические зоны;

• свободные производственные зоны;

• зоны экономического благоприятствования;

• промышленные экспортоориентированные зоны;

• свободные промышленные зоны;

• предпринимательские зоны;

• зоны совместного предпринимательства;

• зоны технико-экономического развития;

• зоны развития новой высокой технологии;

• технико-внедренческие зоны;

• научно-промышленные парки;

• оффшорные центры;

• международные оффшорные центры;

• свободные банковские зоны;

• эколого-экономические регионы;

• открытые районы;

• туристические центры.

Общими принципами для всех типов и разновидностей СЭЗ являются:

— локальность территории;

— отсутствие таможенных пошлин (или их фиксация на ми­нимальном уровне) на ввоз (вывоз) оборудования, полуфабри­катов и готовой продукции при максимальном упрощении всех процедур, связанных с экспортно-импортными операциями;

— льготный режим налогообложения;

— свободное обращение конвертируемой валюты в условиях общей свободы межстрановых финансовых транзакций;

— гарантии от конфискации иностранной собственности и предоставление функционирующим в СЭЗ компаниям допол­нительного круга льгот и привилегий.

На начало 1990 г. в мире насчитывалось не менее 600 зон, в том числе в развитых странах — более 200, еще 100 находились в процессе строительства и 50 — на стадии проектирования. В СЭЗ развивающихся стран было занято 1,5 млн человек. По некоторым оценкам, к середине 90-х гг. численность занятых в них возрастет до 2,5-3 млн человек, а стоимость экспорта уве­личится с 12-13 млрд долл. США до 25 млрд долл. США. В США СЭЗ созданы в 47 штатах, их численность — 247 (в 1986 г.), а общий оборот достиг 40 млрд долл. США.

Классификацию существующих СЭЗ можно проводить по многим критериям (см. рис. 8.7). Так, по степени интегрированности в мировую и национальную экономику можно выделить два типа СЭЗ: экстравертивные — имеющие анклавный харак­тер и ориентированные на внешний рынок, и интровертивные — интегрированные в национальную экономику.





Классификация СЭЗ по отраслевому признаку вызывает оп­ределенные трудности, так как в экспортно-производственных зонах (ЭПЗ) располагаются предприятия, относящиеся к раз­личным отраслям промышленности. Тем не менее определен­ная отраслевая специализация присутствует.

По характеру собственности СЭЗ можно разделить на госу­дарственные, частные и смешанные. Наиболее распространен­ной в мировой практике формой собственности СЭЗ является смешанный тип, где наряду с государственной собственностью присутствует частная.

Наиболее важным критерием классификации СЭЗ является их разделение по характеру деятельности, или функциональному назначению. По этому критерию выделяют пять основных типов зон: зоны свободной торговли; экспортно-производственные зоны; научно-промышленные парки; оффшорные центры и комплексные СЭЗ (см. рис. 8.8 и 8.9). Рассмотрим некоторые из них.







Зоны свободной торговли (ЗСТ) относятся к СЭЗ первого поколения. Это наиболее давняя и простая форма организации зональных структур на территории одного государства. Основ­ным преимуществом ЗСТ являются относительно незначитель­ные страновые капитальные вложения и их быстрая окупае­мость.

К ЗСТ относятся территории, функции которых в основном сводятся к ввозу, хранению, сортировке, упаковке и перевалке товаров без их дополнительной обработки. В ряде случаев допускается незначительная обработка иностранных товаров в целях их дальнейшего реэкспорта. Несмотря на определенные выгоды, получаемые от таможенных пошлин, а также за счет экономии на накладных расходах, возможности подобных зон в развитии экспорта производства, вовлечении в него нацио­нальных материальных и трудовых ресурсов весьма ограниче­ны. Поэтому этот тип СЭЗ в чистом виде не получил широкого распространения в современной международной практике.

Основной целью создания ЗСТ является стимулирование импорта товаров, развитие внутренней и транзитной торговли. Первые ЗСТ образовывались в крупных портовых городах и имели статус «порто-франко». Порто-франко это портовый город с прилегающей обширной территорией, выделенной из общей таможенной границы государства. В пределах порто-франко товары не только выгружались, хранились, но и под­вергались незначительной переработке, сортировке и упаковке без уплаты таможенных пошлин до тех пор, пока они не попа­дали внутрь страны.

В современных условиях ЗСТ создаются вокруг междуна­родных транзитных узлов (аэропорты, морские и речные пор­ты, железнодорожные станции и др.) в целях активизации внешнеэкономической деятельности. В настоящее время в США насчитывается около 180 ЗСТ (из них 80% грузопотоков приходится на 15 основных ЗСТ во главе с Сан-Франциско), в Европе — 150 ЗСТ, в Японии — 23.

^ Экспортно-производственные зоны (ЭПЗ) можно отнести к СЭЗ второго поколения. В отличие от зон свободной торговли, которые прежде всего стимулируют развитие импорта товаров и внутренней торговли, ЭПЗ предназначены для расширения экспортного потенциала, развития внешней торговли и, соот­ветственно, для увеличения валютных поступлений.

ЭПЗ создавались, с одной стороны, путем перепрофилиро­вания, эволюции и трансформации зон свободной торговли, когда на отведенную под них территорию стали ввозить не только товар, но и капитал, заниматься не одной торговлей, но и производством. Это относится в основном к промышленно развитым странам. С другой стороны, ЭПЗ создавались путем целенаправленного образования СЭЗ, ориентированных на производство товаров для экспорта. Это характерно для новых индустриальных и развивающихся стран.

Создание ЭПЗ в развивающихся странах отражало общую тенденцию к смене импортозамещающей модели на экспорте-ориентированную путем развития отраслей, специализирую­щихся на производстве товаров для внешнего рынка. Новая стратегия органично вписалась в структурную перестройку промышленно развитых стран, когда происходило формирова­ние крупнейших ТНК и активный перенос отдельных-отраслей обрабатывающей промышленности в развивающиеся страны, что идеально в условиях ЭПЗ. Именно ТНК сыграли важней­шую роль в создании ЭПЗ и формировании экспортного по­тенциала развивающихся стран.

Первые ЭПЗ в развивающихся странах появились в начале 70-х гг., а в 80-х гг. их насчитывалось около 70 в 40 развиваю­щихся странах. К началу 90-х гг. общее число ЭПЗ, зарегистри­рованных в 120 странах, выросло до 300.

В промышленно развитых и новых индустриальных странах приоритетным направлением экономического развития стано­вятся наукоемкие отрасли. Данная тенденция нашла отражение в процессе трансформации функционального предназначения СЭЗ и появления зон, специализирующихся на разработке и выпуске наукоемкой продукции. Эти зоны получили название научно-промышленные парки (НПП), технопарки, технополисы, которые относятся к зональным структурам третьего поколения.

Принципы организации НПП схожи с порядком образова­ния ЭПЗ: те же территория и экономическая обособленность, государственная поддержка в виде валютных ассигнований, финансовых и налоговых льгот, экспортная ориентация. Ос­новным, но важным отличием НПП от ЭПЗ является то, что ЭПЗ создаются для организации крупносерийного, трудоемкого производства, а НПП — для осуществления разработки прин­ципиально новых изделий и технологий, материалов и товаров, здесь осуществляется экспериментальное, мелкосерийное про­изводство наукоемкой продукции.

При получении положительных результатов маркетинговых исследований о перспективах сбыта новых товаров может быть налажено промышленное производство конкурентоспособной продукции, предназначенной для экспорта. Кроме того, если ЭПЗ создаются вблизи крупных морских портов, аэропортов, то НПП организуются рядом с университетами, колледжами или научными центрами.

С середины XX в. по настоящее время в мире создано более 400 технопарков. В 1995 г. в США насчитывалось 100 технопарков, в Германии — 60, в Китае — 52, Великобритании — 40, Франции — 30, России — 27, Японии — 20, Южной Корее и Сингапуре — по 10. Среди них наиболее известны: в США — «Кремниевая Долина», технопарки Северной Каролины и уни­верситета Юты; в Великобритании — технопарк Кембридж­ского университета; в Японии — городок науки Цукуба; в Ки­тае — технопарк «Наньху»; в России — Международный центр развития науки и технологии (МЦРНТ) «Дубна», технополис «Зеленоград».

Одной из разновидностей СЭЗ являются оффшорные центры, специализацией которых стало оказание иностранным ин­весторам определенных видов услуг, связанных с предоставле­нием им национальной юрисдикции, отличающейся льготным режимом осуществления финансовых, банковских и иных сер­висных операций, а также льготным налогообложением, — так называемые, «налоговые гавани».

Появление этих СЭЗ обусловлено бурным развитием миро­вого рынка финансовых услуг, стремлением иностранного ка­питала снизить политические и экономические риски, найти в «бурном» мире «укромные» уголки, обеспечивающие наиболее полную конфиденциальность и безопасность владельцам капи­тала. Поэтому исторически сложилось так, что государства, привлекающие иностранных инвесторов режимом оффшорных юрисдикции, не обладают значительными трудовыми и сырье­выми ресурсами, а также территориями. Вместе с тем эти госу­дарства располагают выгодным местоположением — на пере­крестке морских путей с благоприятным природным климатом, имеют относительно развитую инфраструктуру и, что немало­важно, отличаются стабильной политической властью и зако­нодательством.

В качестве оффшорной юрисдикции наиболее часто высту­пают небольшие независимые государства (в прошлом многие из них были колониями) или обособленные территории, обла­дающие особым государственным статусом. Это могут быть са­моуправляющееся владение метрополии, арендованная терри­тория или государственное образование, до сих пор имеющее статус колонии. Власти этих юрисдикции стимулируют разви­тие сектора оффшорных услуг с целью привлечения иностран­ного капитала, увеличения занятости населения и повышения деловой активности.

Режим, близкий к оффшорному, могут использовать специ­альные экономические зоны, районы портов и аэропортов. В то же время регистрацию предприятий оффшорного типа про­изводят не только «карликовые» юрисдикции, но и некоторые вполне респектабельные государства (например, Ирландия, Швейцария и многие другие страны) или отдельные террито­рии в их составе.

Типичная оффшорная юрисдикция предоставляет для инве­сторов определенный стандартный комплекс возможностей. В него входят регистрация нерезидентных и освобожденных кам­паний, а также создание оффшорных структур других типов — предпринимательских партнерств, оффшорных трастов, спе­циализированных оффшорных компаний (банков, страховых фирм и инвестиционных учреждений). В оффшорных юрисдикциях, как правило, широко доступны услуги номинальных владельцев, секретарей (агентов) компаний, номинальных ди­ректоров.

Простейшая схема оффшорных операций основывается на наиболее универсальном принципе налогового законодательст­ва, в соответствии с которым обязательному налогообложению подлежат те доходы, источник которых находится на террито­рии данного государства. В тех случаях, когда источник дохода находится за рубежом или локализован недостаточно опреде­ленно, он может исключаться из сферы налоговой ответствен­ности в данной юрисдикции. Такая ситуация возникает, на­пример, при оказании посреднических услуг, услуг во внешней торговле, в консультационном бизнесе и других отраслях этого сектора. Полученные подобным путем доходы могут поступать на счета оффшорных фирм.

Смысл оффшорного бизнеса заключается в том, что за ру­бежом появляется новый, «самостоятельный» субъект хозяйст­венных отношений, который полностью находится под контро­лем иностранного инвестора. Оффшорная компания внешне может выглядеть как независимый зарубежный партнер ино­странного инвестора. На этом построены наиболее распростра­ненные способы минимизации национального налогового бре­мени иностранного инвестора с использованием оффшорных фирм. Оффшорная компания является не только инструментом налогового планирования, но и средством управления риском и повышения надежности вложения капиталов.

^ Оффшорная компания представляет собой предприятие, имеющее особый организационно-юридический статус, кото­рый обеспечивает ему максимальное снижение налоговых по­терь, как правило, до нуля. Такой статус обычно связан с тре­бованием проведения деловых операций за пределами юрис­дикции, где данная оффшорная компания официально зареги­стрирована. Только в этом случае она освобождается от всех или от большинства налогов на территории материнской юрис­дикции.

Законодательство обычно предписывает, чтобы управление оффшорной компанией, включая учреждение функционирую­щего офиса, также осуществлялось вне территории регистра­ции. То есть оффшорная компания в большинстве случаев не может быть резидентом своей официальной юрисдикции. От­сюда происходит и термин «offshore», который впервые появил­ся в Великобритании и означает буквально «за берегами», за рубежом страны.

Таким образом, главные особенности оффшорной компа­нии связаны с ее нерезидентным статусом. Это значит, что центр управления и контроля оффшорной фирмы находится за рубежом. Для ее функционирования достаточно наличия фор­мальных атрибутов компании — владельцев, директоров (обычно требуется не менее двух директоров), устава, банков­ского счета, комплекта регистрационных документов. Законо­дательство оффшорной юрисдикции обычно предписывает, чтобы на ее территории находился зарегистрированный офис и секретарь (и/или агент) компании. Этот офис не может быть функционирующим, а является просто адресом, по которому власти или иные лица могут вступить в контакт с представите­лем такой компании. Даже сам факт подписания контрактов на территории оффшорной юрисдикции может послужить основа­нием для лишения компании оффшорного статуса.

Важный принцип и преимущество оффшорного бизнеса за­ключается в том, что конфиденциальность владения оффшорной фирмой обеспечивается институтом номинальных владельцев и номинальных директоров. В регистрационных документах ука­зываются фамилии не реальных владельцев, а номинальных лиц. Услуги номинальных владельцев обеспечиваются секретар­скими компаниями, которые специализируются на комплексе услуг по регистрации оффшорных фирм.

Базовый принцип налогового планирования при организа­ции оффшорных компаний очевиден: центр прибыли (оффшорная компания) располагается в «налоговой гавани». Доходы от деятельности в различных географических районах поступают в благоприятную с налоговой точки зрения юрис­дикцию.

Главный механизм минимизации налогов с помощью офф­шорных схем можно охарактеризовать как операции на базе регулируемых внутрифирменных цен (т.е. когда сделки заключаются между фирмами, контролируемыми одним и тем же ли­цом). В первую очередь оперирование, внутрифирменными (трансфертными) ценами осуществляется в торговле товарами и услугами. Разница между внутрифирменной (трансфертной и фактической ценой становится источником дохода фирм в оффшорных юрисдикциях.

К другой группе внутрифирменных (трансфертных) опера­ций следует отнести операции по международному переводу доходов, капиталов и особых видов активов (например, немате­риальных). Обеспечение прямых (т.е. приводящих к приобрете­нию контроля над другими предприятиями) или портфельных (финансовых) инвестиций также относится к «компетенции» оффшорных фирм. Обычна ситуация, когда доходы от инве­стиций «переправляются» через специальные компании в бла­гоприятных для трансфертных операций юрисдикциях в типич­ные «налоговые гавани». Доходы могут переводиться в форме дивидендов, процентов, платежей роялти, арендной платы, страховых премий и т.д.

Оффшорные юрисдикции в отношении налогообложения подразделяются на два типа. Первый — это собственно офф­шорные районы и юрисдикции, относящиеся к «налоговым га­ваням», для которых характерно отсутствие налога на прибыль льготных компаний, но зато они в основном исключены из сферы действия международных налоговых соглашений (о. Мэн, Гибралтар, Багамы, Панама, Теркс и Кайкос). Ко второму типу относятся юрисдикции с «умеренными» условиями налогооб­ложения, т.е. здесь взимается определенный налог на прибыль. Преимущества этих юрисдикции связаны с благоприятной сис­темой международных налоговых соглашений, которыми они располагают. Кроме того, в «умеренных» юрисдикциях имеются льготы для компаний определенных типов, прежде всего хол­динговых, финансовых, лицензионных.

К зонам с «умеренными» условиями налогообложения обычно причисляют государства Западной Европы — Швейца­рию, Нидерланды, Люксембург, Бельгию, Австрию. Имеется ряд «комбинированных» юрисдикции, сочетающих в себе при­знаки различных типов. К такого рода «оптимальным» юрисдикциям можно причислить прежде всего Кипр, а также Ир­ландию.

Функции оффшорных фирм не сводятся только к налогово­му планированию. Они создаются и для управления риском. Управление риском с помощью оффшорных фирм достигается путем создания гибкой и подвижной системы перераспределе­ния активов с целью минимизации рисков и повышения устой­чивости международного предприятия. В случае появления признаков нестабильности или иных рисков оффшорные струк­туры позволяют быстро перевести капитал в более надежный район и создать для него убежище, например, траст.

Высокий уровень надежности обеспечивается путем учреж­дения международного траста, управляемого собственной офф­шорной компанией. Возможен вариант, когда компания или группа ассоциированных предприятий открывают текущие сче­та в собственном, оффшорном банке, специально созданном для этой цели. В качестве управления риском можно рассмат­ривать и операции по валютному страхованию, а также другие схемы страхования конъюнктурных рисков.

Оффшорные компании, их представительства и фирмы в некоторых юрисдикциях выполняют функции штаб-квартиры оперативного управления международной компании. В качестве такой структуры может выступать холдинговая компания в льготной, «холдинговой» юрисдикции. Необходимо отметить, что некоторые льготные юрисдикции предоставляют привиле­гии для определенных видов бизнеса: судовладения, распоря­жения недвижимостью, инновационной деятельности, банков­ских и финансовых компаний, холдингов и т.д.

Таким образом, в современных оффшорных центрах про­слеживается своеобразная «специализация» льготных террито­рий. Существуют юрисдикции, которые считаются традицион­но холдинговыми (где размещаются холдинговые компании, в частности Гибралтар), другие рекомендуются для внешнеторго­вых фирм (о. Мэн, Швейцария, Гонконг). Имеются юрисдик­ции банковские, трастовые, страховые, инвестиционные (Каймановы о-ва, Ирландия, Багамские о-ва, Кипр, Панама, Барбадос). Среди страховых юрисдикции в свою очередь име­ются такие, которые больше подходят для внутрифирменного (кэптивного) страхования (Гернси), для перестраховочных фирм (Теркс и Кайкос) и т.д. Нередко возникает ситуация, когда Несколько юрисдикции конкурируют за привлечение корпораций определенного профиля. Например, регистрация оффшорных судовладельческих компаний осуществляется в Либерии, Панаме, на Кипре, на островах Мэн, Гернси и в других местах.

Методы и технологии оффшорного бизнеса становятся все более разнообразными. В оффшорных схемах в настоящее вре­мя задействованы не только предприятия корпоративного типа, но и другие организационно-правовые формы бизнеса. Так, во многих оффшорных юрисдикциях (а также в США) для созда­ния структур оффшорного типа была адаптирована форма предпринимательского партнерства. Все чаще встречаются и компании с ограниченной ответственностью (Limited Liability Company — LLC), компании, ограниченные по гарантии, а также некоторые комбинированные формы.

Специализированные оффшорные территории стремятся предоставить оффшорным инвесторам новые возможности и льготы. В этой сфере ощущается довольно острая конкуренция за привлечение капитала.

В ряде стран существует и «антиоффшорное» законодатель­ство. Однако с уверенностью можно сказать, что в сложной системе современного международного бизнеса для оффшор­ных фирм остается обширное поле деятельности. Оффшорный бизнес развивается крайне динамично. В нем все время появ­ляются новые деловые возможности для приложения капитала.

Новым явлением в практике создания СЭЗ стало появление эколого-экономических регионов (ЭЭР). Большинство из них расположено в промышленно развитых странах на уникальных, экологически значимых территориях. Как правило, это горные территории, территории с благоприятным климатом и потенци­альными рекреационными возможностями. Появление нового вида СЭЗ — ЭЭР обусловлено сокращением природных ресур­сов, нерациональным размещением производства и потребле­ния, загрязнением окружающей среды, превышающим допус­тимые пределы, а также тем, что все накопившиеся проблемы невозможно было разрешить в рамках старой модели развития.

Важным отличием ЭЭР от других видов СЭЗ является ха­рактер осуществляемой здесь предпринимательской деятельно­сти. ЭЭР специализируются на таких сферах бизнеса, которые не разрушают и не загрязняют природную среду, например, туризм, рекреация, валютно-финансовые операции, различного рода услуги (консалтинг, аудит, связь и телекоммуникации, ди­зайн и др.), сфера образования, медицина и т.д.

Эколого-экономическими районами можно считать отдель­ные кантоны Швейцарии, которые специализируются на вы­пуске экологически чистых продуктов питания и предоставле­нии рекреационных и финансовых услуг.

В нашей стране вопрос о создании СЭЗ остро встал в конце 80-х гг. Но до сих пор пакет необходимых юридических доку­ментов не сформирован. Концепция среднесрочной программы Правительства РФ на 1997—2000 гг. «Структурная перестройка и экономический рост» предусматривает разработку проекта федеральной программы формирования СЭЗ на территории России, создание локальных свободных зон в наиболее пер­спективных для привлечения иностранных инвестиций регио­нах и развитие на этой основе экспортного потенциала страны. На сегодняшний день на территории России функционирует около 30 СЭЗ. Наиболее известные из них — «Янтарь», «Находка», «Сахалин», «Ингушетия», «Калмыкия», «Адыгея». СЭЗ в России можно рассматривать как оазисы экономиче­ского роста.

Рассмотрим некоторые действующие в России специальные экономические зоны в разрезе их функционального назначе­ния, т.е. по характеру деятельности.

Зоны свободной торговли в России существуют в форме та­моженных складов и свободных таможенных зон.

Первый таможенный склад появился в бывшем СССР в 1980 г. в Бутово, а в 1991 г. были образованы еще 4 таможен­ных склада. К 1995 г. только в Москве насчитывалось 150 скла­дов различной специализации, как оснащенных по последнему слову техники, так и немеханизированных. Толчком к их бур­ному росту послужил принятый в 1993 г. Таможенный кодекс, который установил ранее не существовавшие таможенные зоны беспошлинной торговли и переработки товара.

Режим таможенных складов определен для хранения вве­зенных товаров без взимания таможенных пошлин, а также экспортных товаров с возвратом пошлин или освобождением от них. Предельный срок хранения товаров на складах — 3 года. За это время они могут пройти сортировку, дробление партий, упаковку, маркировку и т.п. Фактически владельцы та­моженных складов предоставляют своим клиентам налоговые кредиты, в том числе и долгосрочные.

Еще более льготный режим имеют свободные склады. Кро­ме налогового кредита они предоставляют возможность для любой производственной и коммерческой деятельности (кроме розничной торговли). Ограничения на срок хранения товаров на свободных складах нет.

Аналогичные условия установлены Таможенным кодексом и для свободных торговых зон, где можно осуществлять производственную деятельность. Первые такие зоны в России — «Шереметьево», «Московский Франко-Порт» и «Франко-Порт Гермина» были образованы в 1993 г. А в 1994 г. многие россий­ские регионы, не дожидаясь правительственных решений, пе­решли к их созданию. Началось обустройство свободных торго­вых зон «Шерридан», «Гавань» (г. Санкт-Петербург), «Ростов» (г. Ростов-на-Дону), принято решение создать подобную зону в Ульяновске.

Из всех СЭЗ, созданных на территории России, на сего­дняшний день к понятию экспортно-производственной зоны наиболее близка СЭЗ «Находка». Здесь созданы и успешно функционируют более 470 предприятий, из которых 50% — ак­ционерные общества, полностью принадлежащие иностранно­му капиталу, 42% — совместные предприятия, 8% — филиалы инофирм.

СЭЗ «Находка» на сегодня имеет следующие налоговые льготы:

— ставка федерального налога на прибыль, переводимую за границу, составляет 7%, а ставка аналогичного местного — не более 3%;

— прибыль и часть прибыли, переводимые за границу, пол­ностью освобождаются от налогообложения на 5 лет (после объявления о регулярном получении прибыли);

— часть прибыли, реинвестируемой в развитие производст­ва, а также в объекты инфраструктуры и социальной сферы СЭЗ, полностью освобождается от налога.

Общий объем иностранных инвестиций в СЭЗ «Находка» на середину 1995 г. составил 380 млн долл. США, в том числе прямые иностранные инвестиции — 80 млн долл. США и 300 млн долл. США в форме займов и кредитов. Среди основ­ных инвесторов — американцы, южнокорейцы, японцы и ки­тайцы. В 1994 г. 80 млрд руб. (16 млн долл. США) здесь вложи­ли русские предприниматели. Общий объем товарооборота СЭЗ «Находка» составил в 1994 г. 672 млн долл. США, в том числе экспорт — 423 млн долл. США, импорт — 149 млн долл. США.

В результате в Находке создано более 50 важнейших пред­приятий, закладывающих основы финансовой и производст­венной инфраструктуры.

Формирование СЭЗ «Находка» не завершено. Размеры при­влеченного иностранного капитала сегодня не идут в сравнение с планами развития зоны. Так, проекты по созданию россий­ско-американского промышленного парка на сумму 200 млн долл. США и российско-корейского промышленного парка на сумму 700 млн долл. США пока не реализуются.

В настоящее время Россией, КНР и КНДР осуществляется идея создания первой в мире международной СЭЗ путем объ­единения ряда национальных экспортно-производственных зон. Это региональный проект, «Туманган», который осуществ­ляется под эгидой UNIDO (Комиссия ООН по промышленно­му развитию) с 1992 г. В соответствий с проектом в бассейне реки Туманная, протекающей по территории России, КНР и КНДР, будет создана трехсторонняя интегрированная СЭЗ с льготным таможенным, валютным и налоговым режимом. Управление СЭЗ «Туманган» должно быть совместным с пере­дачей юрисдикции международному консорциуму, созданному участниками проекта. Отметим, что в его реализации заинтере­сованы и такие страны, как Япония, Южная Корея, Монголия, США и Канада.

Общий объем инвестиций в реализацию проекта междуна­родной СЭЗ оценивается в 10—15 млрд долл. США. В страте­гии регионального развития проекта «Туманган» предполагает­ся сделать акценты на создание промышленной и телекомму­никационной инфраструктуры.

В связи с этим необходимо отметить, что от создания пер­вой международной СЭЗ «Туманган» страны — непосредствен­ные участницы проекта — КНР, КНДР и Россия получат раз­личные по своим масштабам результаты. В наибольшем выиг­рыше окажется Китай, так как основные инвестиции будут сделаны и привлечены именно этой страной. КНДР и Россия выиграют значительно меньше вследствие недостаточности собственных первоначальных инвестиций. При этом нужно учесть, что для России участие в создании СЭЗ «Туманган» может иметь и прямо отрицательные последствия. Это связано, во-первых, с тем, что ее национальные порты Владивосток и Находка перестанут играть ключевую роль, а во-вторых, со снижением привлекательности для иностранных инвестиций в уже существующую СЭЗ «Находка».

Таким образом, создание СЭЗ на территории страны и, в первую очередь международной, должно быть четко продуман­ным решением и отвечать национальным государственным интересам в соответствии с определенными критериями эффек­тивности их функционирования.

Государство при создании СЭЗ прежде всего должно пре­следовать стратегические цели по решению таких важных мак­роэкономических задач, как ускорение темпов роста, модерни­зация экономики и промышленности, насыщение внутреннего рынка высококачественными товарами и т.д. Содействовать решению этих стратегических задач СЭЗ призваны через миро­вой рынок: путем увеличения валютных поступлений за счет роста экспорта товаров и услуг. Среди конкретных задач, вы­полнение которых обеспечивает эффективное функционирова­ние создаваемой зоны, необходимо выделить следующие:

• привлечение иностранного капитала и предпринимателей;

• максимальное использование местных ресурсов и рабо­чей силы;

• увеличение валютных поступлений;

• стимулирование развития отсталых районов, включая из­менение их специализации;

• модернизация производственных структур и технологий, привлечение новейшей технологии и ноу-хау;

• повышение квалификации рабочей силы и специалистов, внедрение новых методов организации труда и производства;

• испытание новых методов хозяйствования, отработка и отбор наиболее эффективных форм деятельности в условиях свободного рынка.

При создании СЭЗ могут быть использованы два подхода.

Первыйтерриториальный, в соответствии с которым СЭЗ создается на специально выделенной территории страны и в ее рамках устанавливается особый экономико-правовой режим функционирования.

Второй — режимный, суть которого заключается в том, что иностранным компаниям предоставляются особые условия не­зависимо от места их расположения на территории страны.

Использование того или иного подхода обусловлено целями и задачами создания СЭЗ, а также имеющимися возможностя­ми страны. При этом нужно учесть, что территориальный под­ход обеспечивает такие преимущества, как:

• концентрация высококачественной инфраструктуры, ко­торая отсутствует в других регионах страны;

• создание административных и прочих льгот для высоко­квалифицированного персонала, занятого в зоне, что невоз­можно обеспечить при режимном подходе.

В то же время режимный подход дает возможность:

• стимулировать определенные виды деятельности незави­симо от размещения предприятий;

• обеспечивать более прочные связи между местной эко­номикой и предприятиями, пользующимися льготами;

• инофирмам оптимально размещать свои предприятия и виды деятельности.

На практике иногда наблюдается сочетание обоих подходов. Это практикуется в первую очередь в небольших странах, кото­рые могут предоставлять статус зоны предприятиям, располо­женным в любом районе страны.

Специализация СЭЗ определяется при ее создании и отра­жается в технико-экономическом обосновании. В дальнейшем зона функционирует на основе собственной программы разви­тия с расчетом на расширение специализации и, если это оп­равдано, — территории. В этом случае также допускается рас­пространение зоны на внезональные предприятия, являющиеся поставщиками или клиентами предприятий или объектов СЭЗ.

Что касается такой формы СЭЗ, как научно-промышленные парки, то в настоящее время в России созданы и действуют 27 технопарков и 63 инкубатора инновационного бизнеса, ко­торые объединены в ассоциацию «Технопарк». По оценкам за­падных специалистов, наиболее успешно функционируют НПП «Зеленоград» и «Дубна». Эффективное функционирование НПП в России сдерживается отсутствием существенной поддержки со стороны государства, тогда как наиболее успешно действующие зарубежные технопарки находятся именно в тех странах, где правительство поддерживает темпы НТР в стране и во главу этой политики поставлена задача оптимизации хозяйственной системы и восприимчивости к достижениям НТП.

Необходимо отметить и еще одну важнейшую функцию НПП — сдерживание «утечки мозгов», что весьма актуально для России, которая превращается в мирового лидера в этой сфере. Данная ситуация — следствие постепенного разрушения научно-технического потенциала России, отсутствия спроса на высоко­квалифицированных и талантливых ученых и специалистов.

Активное включение России в международный оффшорный бизнес началось в начале 90-х гг. Либерализация внешнеэкономических связей, высокий уровень налогообложения, отсутст­вие действенного валютного контроля способствовали созда­нию широкой сети российских оффшорных компаний за рубе­жом, а также учреждению собственных оффшорных зон. В на­стоящее время, по оценкам специалистов, Россия лидирует среди других стран мира по количеству регистрируемых офф­шорных компаний. На сегодняшний день в мире насчитывает­ся около 3 млн оффшорных компаний, из них около 60 тыс. — российские (за пределами России). Существуют в Российской Федерации и свои оффшорные зоны. К ним, с определенными оговорками, можно отнести Республику Калмыкия и зону бла­гоприятствования «Ингушетия».

Благоприятный налоговый режим в Калмыкии для внешних инвесторов был введен в 1994 г., когда в республике была сни­жена региональная ставка налога на прибыль до 5%. Принятый в 1995 г. Народным хуралом Калмыкии Закон «О предоставле­нии налоговых льгот отдельной категории плательщиков» со­ставлен в классических традициях оффшорных зон. Согласно новому Закону, компании, не использующие сырьевые и при­родные ресурсы Калмыкии, освобождаются от уплаты:

• налога на прибыль, зачисляемого в бюджет Калмыкии и местные бюджеты;

• сбора на нужды образовательных учреждений;

• налога на содержание жилищного фонда и объектов со­циально-культурной сферы;

• налога на владельцев транспортных средств;

• налога на приобретение транспортных средств.

Компании, желающие получить право на льготы, должны платить ежегодный регистрационный сбор в размере 500 мини­мальных размеров оплаты труда равномерными частями еже­квартально.

В Калмыкии сняты запреты на использование оффшорны­ми компаниями финансовых ресурсов республики. Обязатель­ным условием для такой оффшорной компании является необ­ходимость иметь в составе директоров хотя бы одного постоян­ного жителя Калмыкии или одну калмыцкую компанию.

Зона экономического благоприятствования (ЗЭБ) «Ингушетия» образована в 1994 г. постановлением Правительства РФ № 740 от 19 июля 1994 г., в котором предусмотрены следующие ос­новные принципы функционирования зоны:

• денежный резерв для снижения региональных налогов создается за счет бюджетной ссуды в этом размере;

• местным властям предоставлено право самостоятельно определять порядок регистрации предприятий и определять уполномоченные банки на их расчетно-кассовое обслуживание.

Отметим, что льготами по региональным налогам могут поль­зоваться не только нерезиденты, но и местные предприятия.

Важной особенностью ЗЭБ «Ингушетия» является то, что федеральная бюджетная ссуда предоставляется Финансовой Корпорацией «БИН», которая является официальным агентом Правительства Республики Ингушетия, а также его главным откупщиком (агент государства по сбору налогов и других обя­зательных платежей). В результате значительная часть бюджета Ингушетии фактически находится у Финансовой Корпорации «БИН» в доверительном управлении, что порождает опреде­ленные политические риски и ведет к угрозе дальнейшего ста­бильного существования ЗЭБ. Поэтому расчет на долголетнее существование ЗЭБ «Ингушетия» представляется рискованным и делает ее малопривлекательной для долгосрочных инвестиций.

Процесс формирования СЭЗ на территории России следует последним мировым тенденциям в этой сфере. Так, в Россий­ской Федерации планируется создать эколого-экономический район «Алтай», где будет введена система ограничений режи­мов природопользования и хозяйствования, установлены эко­логические нормы и стандарты, отвечающие международным требованиям. Правовой и экономический механизмы, режим природопользования обеспечат восстановление и сохранение экосистем, природного, исторического и культурного наследия. Предполагается сохранение генетического фонда животного и рас­тительного мира, ландшафтного разнообразия Горного Алтая.

Таким образом, анализ деятельности СЭЗ в России показы­вает, что они не выполняют своей основной задачи: не являют­ся очагами экономического роста, дающими импульс для раз­вития других территорий. Россия допустила ошибку, объявив свободными экономическими зонами 11 регионов общей пло­щадью 1 млн кв. км, что соответствует 7% территории страны и площади 300 СЭЗ, функционирующих во всем мире.

Иностранный капитал не стал катализатором роста даже в тех СЭЗ, где его концентрация велика. Существует ряд факто­ров, препятствующих притоку капитала и в совокупности фор­мирующих инвестиционный климат:

• отсутствие стабильной, учитывающей международную практику правовой базы, регулирующей деятельность отечест­венных и иностранных компаний;

• рост социальной напряженности;

• неразвитая инфраструктура, в том числе связь, система телекоммуникаций, транспортное и гостиничное хозяйство;

• сепаратистские настроения, которые присущи некоторым руководителям регионов;

• коррупция.

В ближайшее время вряд ли можно ожидать кардинальных изменений инвестиционного климата в целом по России. Но для ограниченных территорий внутри страны эта задача вполне выполнима, и прежде всего за счет использования механизма СЭЗ. Именно они могут стать при благоприятных условиях своеобразными оазисами роста, в которых будут саккумулированы иностранные и российские инвестиции, что позволит дать импульс развитию страны в целом. Это тем более актуально, поскольку в 1997 г. принят Государственной Думой и одобрен Советом Федерации Закон «О свободных экономических зо­нах», который даст возможность еще более эффективно ис­пользовать данную форму международных отношений для ак­тивного привлечения в страну прямых иностранных инвестиций.

На нынешнем этапе для России наиболее оптимальной формой СЭЗ являются промышленные зоны, в которых целе­сообразно развивать импортозамещающее производство. По мере насыщения внутреннего рынка эти зоны можно будет пе­репрофилировать на выпуск продукции, ориентированной на мировой рынок, и фактически они трансформируются в ЭПЗ. Кроме того, для России одной из приоритетных форм развития СЭЗ должны стать НПП, что позволило бы использовать науч­ный потенциал и предотвратить «утечку мозгов».

^

8.5. Последствия притока иностранных инвестиций в российскую экономику



Макроэкономические последствия привлечения страной иностранных инвестиций однозначно определить невозможно. Как и любые другие экономические мероприятия, они приво­дят, с одной стороны, к положительным результатам, а с дру­гой — к отрицательным. От того, насколько продумана долго­срочная политика и эффективны мероприятия правительства страны по привлечению иностранных инвестиций, зависит преобладание положительных результатов над негативными по­следствиями притока иностранного капитала в национальную экономику. Рассмотрим некоторые аспекты результатов прито­ка иностранных инвестиций в Российскую Федерацию.

Приток прямых иностранных инвестиций в российскую экономику в определенной степени восполняет недостаток внутренних капиталовложений. По данным Госкомстата Рос­сии, в 1997 г. внутренний инвестиционный кризис продолжал­ся: общие инвестиции в основной капитал снизились по срав­нению с соответствующим периодом 1996 г. на 7% и составили 27% от уровня 1991 г. В этих условиях привлеченные в 1997 г. 3,9 млрд долл. США, в том числе 1,1 млрд долл. США за пакет акций ОАО «Связьинвест», способствуют некоторой стабилиза­ции российского инвестиционного кризиса.

При общем сокращении производства в стране выпуск про­дукции на предприятиях с иностранным капиталом постепенно увеличивается. Их доля в ВВП России повысилась с 1% в 1991 г. до 2% в 1996 г. Совместные предприятия способствуют росту занятости российских граждан. Объем производства в расчете на одного занятого на этих предприятиях многократно превышает средний уровень по народному хозяйству. Это сви­детельствует о том, что деятельность СП способствует модер­низации российской экономики и ее переходу к более эффек­тивным методам работы.

Основная часть продукции предприятий с иностранным ка­питалом реализуется на внутреннем рынке, что становится за­метным фактором его пополнения многими видами современ­ных товаров и услуг как в потребительском, так и в производ­ственном секторах. Уплачиваемые предприятиями налоги ста­новятся дополнительным источником доходов российского бюджета.

Работа на многих предприятиях требует высокой квалифи­кации, более интенсивного труда и дисциплины, чем это имеет место в среднем по России. Однако такая работа и компенси­руется более высокой заработной платой. С учетом членов се­мей совместные предприятия содействуют повышению жиз­ненного уровня примерно 1 млн человек.

Положительным для России является наметившийся сдвиг в отраслевой структуре иностранных инвестиций. На начальном этапе поступления иностранных частных инвестиций наиболее крупной сферой их приложения была торговля. В настоящее время около 2/3 инвестиций из числа действующих предпри­ятий приходится на различные отрасли промышленности. Од­нако первое место продолжает оставаться за торговлей и обще­ственным питанием, второе за промышленностью. Относитель­но важными сферами приложения иностранного капитала ста­ли строительство и промышленность стройматериалов, дерево­обрабатывающая и целлюлозно-бумажная промышленность, транспорт и связь, наука, а также общая коммерческая дея­тельность по обеспечению функционирования рынка и другие отрасли.

Несмотря на преимущества, получаемые российской эконо­микой от привлечения иностранного капитала, необходимо от­метить их весьма невнушительный размер в масштабах отечест­венного народного хозяйства. Столь скромные результаты яв­ляются следствием сложившейся нерациональной структуры привлекаемых иностранных инвестиций, около 60% которых приходится на прочие иностранные инвестиции. По сути они представляют собой «горячие» деньги. На долю же прямых иностранных инвестиций, обеспечивающих рост реального сек­тора экономики России, приходится лишь 37%.

Важнейшим фактором значительного роста объемов при­влекаемых прочих инвестиций стала политика Министерства финансов РФ по решению проблем финансирования расходов федерального бюджета за счет внешних источников. В этом отношении решающее значение имела последовательная либе­рализация доступа капитала нерезидентов на рынок государст­венных ценных бумаг, которая в условиях высоких реальных процентных ставок стимулировала дополнительный приток иностранных инвестиций в ГКО — ОФЗ (см. табл. 8.7). Так, в 1996 г. на финансирование федерального бюджета было ис­пользовано 5,9 млрд долл. США, а в 1997 г. чистые поступле­ния составили уже 10,7 млрд долл. США.

^ Таблица 8.7

Инвестиции нерезидентов на рынок ГКО — ОФЗ, млрд долл.


Вид инвестиций


1996 г.


1997 г.


Всего за 1996—1997 гг.

Чистый приток средств нерези­дентов

5,9


10,7


16,6


Начисленные доходы

0,6


2,5


3,1



Однако использование Министерством финансов РФ и ЦБ РФ механизма финансирования расходов государственного фе­дерального бюджета за счет краткосрочных заимствований на внутреннем и внешнем рынке способствовали лишь временно­му разрешению накопившихся в экономике проблем. Высокая доходность рынка государственных облигаций и короткие сро­ки заимствования, неспособность Министерства финансов РФ и ЦБ РФ изменить сложившуюся практику неблагоприятных условий заимствования способствовали ускоренному росту «государственной пирамиды». Границами же ресурсов, необхо­димых для ее поддержания (кредитования и перекредитова­ния), с одной стороны, стали возможности российского фи­нансового рынка, а с другой — попадание в полную зависи­мость от конъюнктуры мирового рынка краткосрочных капита­лов.

В этих условиях разразившийся осенью 1997 г. и продол­жившийся в начале 1998 г. финансовый кризис в Юго-Восточной Азии, спровоцированный валютными, фондовыми спекуляциями и оттоком нерезидентов с национальных финан­совых рынков стран региона, выступил тем самым катализато­ром, который способствовал полному разрушению российского рынка государственных долговых обязательств и национальной банковской системы буквально в считанные дни. Однако ос­новные, глубинные причины российского кризиса формирова­лись в продолжение последних семи лет проведения в эконо­мике рыночных реформ.

Доля иностранных инвестиций в объеме внутреннего долга к 4-му кварталу 1997г. достигла своего критического значения — стала свыше 30%. Одновременно начался и отток иностранного капитала вследствие мирового финансового кризиса. Все это вкупе привело в конце 1997 г. — начале 1998 г. к значительному сокращению золотовалютных резервов России, дальнейшему повышению доходности рынка государственных бумаг, еще бо­лее резкому падению курсов акций российских компаний (цены на корпоративные бумаги упали в среднем на 20%).

Резко снизились курсовые цены на российские евробонды и облигации Внешэкономбанка РФ: облигации внутреннего ва­лютного займа (ОВВЗ) упали до 11—28% от номинала, а евро­облигации — до 28—38%. А в связи .с тем, что операции с ними особенно активно на внешних рынках осуществляли крупней­шие российские коммерческие банки, это привело к потере ими своей ликвидности. Однако первую половину 1998 г. Пра­вительству и ЦБ РФ все-таки удавалось поддерживать финан­совый рынок страны в более или менее стабильном положении.

Вторая волна финансового кризиса в Юго-Восточной Азии в начале 1998 г. привела к тому, что к середине года иностран­ные инвесторы пожелали вывести основную часть своих инве­стиций, сделанных в российские государственные ценные бу­маги, — порядка 15 млрд долл. США. Ситуация усугублялась еще и тем, что в сентябре — октябре 1998 г. Правительству РФ и крупнейшим банкам-резидентам предстояло выплатить зна­чительную сумму по погашению ранее полученных иностран­ных кредитов и процентов за пользование ссудами. С учетом всех краткосрочных обязательств России перед нерезидентами эта сумма составляла порядка 43 млрд долл. США.

В результате совпадения по времени (в 4-м квартале 1998 г.) значительных планируемых и непланируемых объемов плате­жей частным иностранным инвесторам, которые практически невозможно было урегулировать, с отсутствием золотовалютных резервов (сокращение выручки от экспорта нефтепродуктов в результате падения цен на нефть) Правительство РФ 17 августа 1998 г. объявило односторонний мораторий на выплату по внутренним государственным заимствованиям, а также по внешним обязательствам российских коммерческих банков до 17 ноября 1998 г. Подобное решение полностью и надолго па­рализовало российский рынок государственных обязательств, подорвало доверие частных иностранных инвесторов и привело к краху российской банковской системы, которая в своих вло­жениях во многом была ориентирована на государственные об­лигации как внутреннего, так и внешнего долга России.

В этих условиях отсутствие у Правительства и ЦБ РФ воз­можности для поддержания курса рубля привело к его резкому падению по отношению к доллару США (в августе 1998 г. — в 3,5 раза), что привело в свою очередь к разовому взрывному росту цен в 1,3-1,5 раза, а затем к ускорению ежемесячных темпов инфляции.

Таким образом, в переживаемом страной кризисе россий­ских финансов немаловажную роль сыграл фактор нерацио­нальной структуры привлеченных иностранных инвестиций, когда упор Правительства РФ в политике привлечения ино­странного капитала был сделан не на качественный, а на коли­чественный аспект. Для массового притока краткосрочных, спекулятивных капиталов достаточно обеспечить минимум за­конодательных решений и максимум доходности. Для привле­чения же прямых иностранных инвестиций требуется проведе­ние комплекса долговременных и систематических мер по формированию благоприятного инвестиционного климата в России, в частности:

• оживление производства;

• соблюдение платежно-финансовой дисциплины;

• реформирование системы налогообложения;

• снижение реальной банковской ставки до уровня, стиму­лирующего значительный рост инвестиций;

• создание благоприятного налогового режима и системы государственных гарантий, предоставляемых частным инвесто­рам на приоритетных для государства направлениях инвестиро­вания;

• разграничение сфер ответственности федерального и ме­стного бюджетов;

• формирование институциональной среды инвестицион­ной деятельности;

• решение законодательных и организационных проблем развития ипотеки;

• дальнейшее совершенствование таможенного регулиро­вания;

• обеспечение инвесторов достоверной информацией;

• развитие рынка корпоративных ценных бумаг;

• обеспечение надежной законодательной защиты инве­сторов.

Однако, как уже отмечалось ранее, именно эти мероприя­тия не вошли в практику привлечения иностранных инвестиций в России. Действовавшее в 1993—1997 гг. Правительство РФ довольствовалось, хотя и наименее эффективными, но зато наиболее «легкими и быстрыми» способами привлечения ино­странного капитала, что и сыграло решающую роль в дальней­шем развитии кризисных явлений в экономике России.

При всех негативных последствиях оттока краткосрочных спекулятивных иностранных капиталов из российской эконо­мики, наблюдаемых в последнее время, нельзя не отметить и, несомненно, положительную их роль в развитии фондового рынка России, где присутствие нерезидентов составляло на ко­нец 1997 г. порядка 80% объемов совершаемых сделок. Для российских предприятий в условиях продолжающегося эконо­мического кризиса формирование рынка акций и продажа час­ти своих акций, даже недооцененных по сравнению с ценными бумагами компаний других стран, служили источником допол­нительного инвестирования в развитие производства. Точную оценку вложения иностранных инвесторов в акции российских предприятий сделать сложно, так как происходят существенные колебания курса акций российских предприятий, периодиче­ский сброс пакетов акций иностранными инвесторами, а также резкие падения курса российского рубля по отношению к СКВ.

Преобладание иностранных игроков-спекулянтов над стра­тегическими инвесторами на отечественном фондовом рынке, конечно же, способствовало его нестабильности и злоупотреб­лениям на курсовой игре, вследствие чего реальная стоимость акций не соответствует их котировкам, осуществляемым ос­новными участниками рынка. Тем не менее российские участ­ники получили возможность освоить в российской практике основные финансовые инструменты современного фондового рынка, сформировать их конъюнктуру, хотя подчас и в гипер­трофированных, уродливых формах.

На этом фоне вполне естественно, что наибольшие потери от финансового кризиса в России потерпел национальный фондовый рынок, который прекратил работу на несколько не­дель из-за катастрофического обвала котировок российских корпоративных бумаг. Цены на российские облигации в начале кризиса, по данным «J. P. Morgan Emerging Markets Bond Index Plus», снизились на 54,2% по сравнению с аналогичным пока­зателем на начало года. При этом значительные потери, естест­венно, понесли основные игроки — иностранные инвесторы.

Так, финансовый кризис в России привел к серьезным по­терям для акционеров американских паевых и пенсионных фондов, вложивших инвестиции в экономику России. Сущест­венно пострадали: «Morgan Stanly Emerging Market Date Funds», «Scudder Emerging Market Bond Fund», «Aim Global High-income Fund». Большинство из них разместили около 20% своих акти­вов на рынке государственных облигаций Российской Федера­ции, a «Morgan Stanly» — 27% капиталов в российские долговые обязательства.

Объявление о чрезвычайных мерах по стабилизации финан­совой ситуации, предусматривающих, в частности, мораторий по краткосрочным долговым обязательствам на сумму около 43 млрд долл. США, привело к новому обвалу на российском рынке. Из-за массового оттока покупателей с рынка долговых обязательств иностранные инвесторы не имеют возможности на практике подсчитать стоимость своих капиталовложений в российские облигации.

Обеспокоенность иностранных инвесторов вызвала и объ­явленная российским Правительством реструктуризация внут­ренних долговых обязательств, срок погашения которых исте­кал 31 декабря 1998 г. Большинство американских и европей­ских инвесторов хеджеровали вложения в рублевые облигации форвардными контрактами, которые предусматривают конвер­тацию рублевых выплат по облигациям в доллары США по га­рантированному курсу 6,25—6,5 рублей за доллар. Однако после сообщения о расширении «валютного коридора» российские ком­мерческие банки не придерживались этого обменного курса.

Российская практика привлечения иностранного капитала еще раз подтверждает, что положительные или негативные по­следствия в экономике страны зависят не столько от величины привлеченного иностранного капитала, сколько от его структу­ры и концентрации в отдельных отраслях и сферах националь­ной экономики. Так, общий объем накопленных Россией ино­странных инвестиций в 1998 г. составляет всего 35 млрд долл. США, или около 6-7% произведенного страной за год ВВП, на фондовом рынке доля его присутствия в спекулятивной форме равна 80%, а в краткосрочном кредитовании дефицита феде­рального бюджета — свыше 40%. Этих значений присутствия нерезидентов в наиболее динамичных секторах российского финансового рынка оказалось достаточно, чтобы спровоцировать ситуацию международного банкротства такого крупного и мощного в экономическом и финансовом отношении государ­ства, как Российская Федерация.

Необходимо также помнить, что одной из важнейших задач в деятельности государства по привлечению иностранных инве­стиций является своевременное обслуживание накопленного долга — уплата процентов и погашение ссудной задолженно­сти. В некоторых случаях своевременное и полное выполнение страной обязательств перед иностранными кредиторами по об­служиванию накопленной задолженности государства перед нерезидентами становится тяжелым и непосильным бременем для экономики страны. В результате страна попадает в тиски финансовой зависимости от государств-кредиторов, что приво­дит к потере ею своей политической и экономической само­стоятельности.

В качестве оценки степени платежеспособности страны или тяжести ее долгового бремени рассматриваются в основном не размер внешнего долга и платежей по нему, а показатели, ха­рактеризующие ресурсы страны-должника, т.е. объем ВВП, а также экспортная база, поскольку платежи по обслуживанию внешнего долга обычно производятся в иностранной валюте.

Исправно платят внешние долги страны с динамично раз­вивающейся экономикой и особенно ее экспортным сектором. Исходя из этих критериев международные финансовые инсти­туты (прежде всего МБРР) используют следующие показатели для анализа платежеспособности стран-должников.

1. Доля внешнего долга в ВВП страны; сумма внешнего долга/ВВП х 100.

2. Доля платежей по обслуживанию долга в ВВП страны: сумма платежей по обслуживанию долга (проценты + суммы по возврату долга)/ВВП х 100. Считается, что если стране прихо­дится направлять на обслуживание долга 5% и более ВВП, то долговое бремя на данный момент является тяжелым.

3. Поскольку платежи по обслуживанию долга производятся в конвертируемой валюте, то необходимо учитывать объемы экспорта страны-должника. В связи с этим рассчитываются следующие показатели:

3.1) сумма внешнего долга/экспорт х 100%;

3.2) коэффициент обслуживания долга, %: сумма платежей по обслуживанию внешнего долга (проценты + суммы по воз­врату долга)/экспорт х 100.

Последний показатель называется еще нормой обслуживания долга (НОД) и считается главным при анализе платежеспособ­ности. Принято считать, что если НОД превысила 20%, то воз­никает угроза срыва графика платежей по обслуживанию долга. В среднем по развивающимся странам НОД в 1970 г. составля­ла около 10%, в 1986 г. — 30, в 1991 г. — 21%.

4. Особое внимание уделяется анализу процентных плате­жей. Они сопоставляются как с валовым внутренним продук­том: сумма процентных выплат/ВВП х 100, так и экспортом: сумма процентных выплат/экспорт х 100. При отсрочке плате­жей, как правило, переносятся сроки погашения основной суммы долга, а в отношении процентных выплат кредиторы придерживаются жесткой позиции.

5. Ликвидные позиции страны-должника характеризуются показателем, который рассчитывается: сумма золотовалютных резервов страны/сумма долговых платежей.

Кроме того, можно проводить анализ по соотношению суммы платежей по внешнему долгу и доходов государствен­ного бюджета страны.

Рассмотрим значение некоторых показателей, характеризую­щих платежеспособность Российской Федерации (см. табл. 8.8).

Таблица 8.8

Динамика обслуживания внешнего долга России


Показатели

1992 г.

1993 г.

1994 г.

1995 г.

1996 г.

1997г.

Плановые платежи, млрд долл. США

14,4

20,7

20,2

20,2

18,1

13,7

Фактические платежи, млрд долл. США

3,6

3,6

5,6

7,1

7,1

6,4

Коэффициент обслужи­вания долга, % (соотношение суммы обслужи­ваемого долга к стоимо­стному объему экспорта):



















по плану

26,9

34,7

29,9

24,9

20,3

15,8

фактически

6,7

6,0

8,3

8,8

8,0

7,9

Источник: Экономический мониторинг РФ: глобальные тенденции и конъ­юнктура в отраслях промышленности. — 1995. — № 4—5. — С. 56; Обзор эконо­мики России. — 1998. — № 1. — Табл. 44, 53.


В соответствии с данными табл. 8.8 величина нормы обслу­живания долга России согласно обязательствам по графику за период с 1992 г. по 1996 г. превышала пограничное значение в 20%. Наиболее тяжелыми годами для России в отношении об­служивания долга были 1993—1994 гг., когда НОД в расчете по плановым обязательствам составляла 34,7% и 29,9% соответст­венно. Однако за счет использования возможностей по урегу­лированию внешнего долга фактическое значение НОД сокра­тилось до значений 6—8%. В последующие годы наблюдается та же тенденция: значение НОД по плановым платежам близко к критическому, а фактически — в 2 раза меньше.

Но такое положение с обслуживанием Россией своего внешнего долга не могло продолжаться постоянно, особенно в условиях переориентации круга заемщиков, происходившей в 1996—1997 гг., с межгосударственных кредитов на частные ино­странные инвестиции. Кроме того, сложившийся российский график платежей по обслуживанию внешнего долга предусмат­ривает выплату основных сумм в конце года (4-й квартал), что предопределило объявленный Правительством РФ в августе 1998 г. мораторий на выплаты по внешним и внутренним госу­дарственным обязательствам (см. табл. 8.9).

^ Таблица 8.9

График платежей по обслуживанию внешнего долга России


Показатели


Девять месяцев 1996 г.

Девять месяцев 1997 г.

График платежей по внешнему долгу РФ

14,5

9,9

Фактическое погашение внешнего долга

5,4

4,9

Валовый внутренний продукт в текущих ценах

313,2

336,3

Соотношение платежей по внешнему долгу и объема ВВП, %







по графику

4,6

2,9

по факту

1,7

1,4

Доходы консолидированного бюджета

71,4

77,1

Соотношение платежей по внешнему долгу и доходов консолидированного бюджета, %







по графику

20,3

12,8

по факту

7,5

6,3

Экспорт товаров и нефакторных услуг

75,0

73,0

Коэффициент обслуживания внешнего долга, %

19,3

13,5

Коэффициент фактического обслуживания внешнего долга, %

7,2

6,7

Источник: Платежный баланс России за январь — сентябрь 1997 г.; Финан­совые известия. — 1998. — 19 февраля. — № 12. — С. 4.


Данные табл. 8.9 показывают, что обслуживание россий­ского внешнего долга по плану в 1996—1997 гг. должно было потребовать значительных ресурсов из государственного бюд­жета — около 15—20%, а фактически это составило 6-7%, т.е. в 3 раза меньше. Нельзя забывать, что урегулирование платежей по внешнему долгу в 1992—1997 гг. влечет за собой их увеличе­ние ускоренными темпами в будущем.

Таким образом, в сложившейся на сегодняшний день эко­номической ситуации в российской экономике и финансовой сфере величина внешнего долга и размеры по его обслужива­нию составляют весьма существенные величины, являются об­ременительными для дефицитного бюджета России и в итоге все более затягивают страну в тиски долговой экономической и политической зависимости.





оставить комментарий
страница9/13
Дата15.10.2011
Размер5,83 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   13
отлично
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх