Лекция 18 Тема: Понятие человека icon

Лекция 18 Тема: Понятие человека



Смотрите также:
Тема Лекция
Лекция Понятие и сущность государственного управления Понятие и диалектика управления...
Программа дисциплины Раздел Права человека и биоэтика: понятие и защита на международном уровне...
Лекция №7 Тема: Экологические аспекты здоровья и перспективы выживания человека...
Тема урока: Бинарные соединения...
Лекция 1 (04. 09. 06) Тема Понятие мирового хозяйства...
Лекция 7 Тема. Товарная стратегия и тактика фирмы Вопрос Маркетинговое понятие товара и его...
Календарно-тематическое планирование...
Лекция для проведения занятий со слушателями умц. Тема №35...
Лекция Тема: тнвэд россии и ее практическое применение в работе таможенных органов...
Лекция Тема: тнвэд россии и ее практическое применение в работе таможенных органов...
Социология лекция...



страницы:   1   2   3   4
скачать
Лекция 18


Тема: Понятие человека.


План лекции:


1. Проблема человека в философии.

2. Человек и природа.

3. Концепции происхождения человека.


1. Проблема человека в философии


Размышление о том, что такое человек, кем он является и куда идет, было, основным для философии на протяжении ты­сячелетий ее развития. Любовь к мудрости, прежде всего, пред­полагала уяснение отношения человека к миру вокруг него и к самому себе. В человеке усматривали все богатство Космоса и сравнивали с червем и «больным» животным; искали образ и подобие Бога и втаптывали в прах земной; считали его жизнь величайшей ценностью и ничтожной.

Диапазон размышлений всегда был максимальным и в то же время философы испытывали постоянную неудовлетворен­ность решением этого «вечного вопроса», что порождало на­строения скепсиса. Особенно очевидно стало это в конце XX в. , когда появилась возможность самоуничтожения всего челове­чества, и в то же время стало ясно, что единственная подлин­ная ценность — это человек.

Почему человек остается загадкой для самого себя? Поче­му, изучив и даже покорив природу, познав в какой-то мере основные законы развития общества, человек чувствует себя неуверенно и жизнь его часто полна трагизма? Ответить на эти вопросы непросто, и первое, что нужно уяснить, — это парадоксальность ситуации познания человеком самого себя. Что­бы что-то изучать, надо как бы отойти в сторону, посмотреть на предмет исследования объективно, исключив субъективные чувства и эмоции. Так поступают естественные науки (физика, химия, биология). Может ли философская антропология, наука о человеке, изучать человека объективно, а если может, то до какой степени? В этом суть вопроса, в этом своеобразный парадокс самопознания человека. Античный мудрец Сократ ос­тавил нам вечный девиз: «Познай самого себя», хорошо пони­мая, что человек сам для себя является наиболее трудным для изучения предметом. Но вполне уместно задать вопрос — за­нимается ли философия познанием человека как такового или ее интересует особый, свой угол зрения на него?

Очевидно, что человека изучают с разных сторон такие на­уки, как антропология, медицина, гигиена, психология и др. Вместе с педагогикой, юриспруденцией и рядом других дис­циплин они составляют цикл человекознания. Философия в этом цикле играет особую роль, интегрируя все науки, давая синтетическую картину человека и выделяя понятие его сущ­ности. Оно является центральным для философской антропо­логии, т. е. области философского знания, направленной на постижение феномена человека. Последняя возникла на рубе­же XVIII и XIX вв. и получила особое развитие в XX в., при­чем не только как философское учение о человеке, но и как особый, специфический метод мышления, взгляд на мир с по­зиций человека, его природы и сущности.

Эти два основных понятия, т. е. «природа» и «сущность» человека, близки между собой по содержанию, но различают­ся по смыслу. Говоря о природе человека, мы стремимся по­стичь его отличие от естественного бытия, и, прежде всего от животных. Это усматривается либо в каком-то одном, главном качестве человека, отличающем его от животных (разум, речь, воображение, религия, мораль), либо в комплексе качеств. Однако за тридцать столетий развития философской мысли так и не удалось объяснить человека исчерпывающим образом, исходя из какого-то одного качества или свойства. Феномен человека как бы ускользал от анализа, всегда казался более загадочным, чем это казалось вначале. Недаром в религиоз­ном сознании сущность человека представляется тайной, кото­рой владеет только Бог. Так или иначе, но, размышляя над качественной спецификой человека, сущностью его уникаль­ности, приходишь к выводу, что, будучи частью природы, че­ловек способен выходить за пределы ее закономерностей, воз­вышаться над миром, да и над самим собой. У человека нет какой-то одной, раз и навсегда данной ему «природы», также как и неизменной «сущности».

Обосновывая свою программу философской антропологии, М.Шелер подчеркивал, что она должна объединить три круга пред­ставлений о человеке, которые сталкиваются в сознании совре­менного образованного европейца.

1.это иудейско-христианский круг представлений о сотворении человека Богом, грехопадении Адама и Евы, идеалах праведной жизни и т.д.;

2. античный круг пред­ставлений о человеке как особом разумном существе, живущим вместе с богами в большом доме-космосе;

3. круг представлений современной науки, в котором человек предстает продуктом эво­люции животного мира и отличается от других организмов только степенью сложности своей жизни.

Эти три круга существуют неза­висимо друг от друга и не пересекаются - образы человека, рису­емые в них, не согласуются. Поэтому нет и единой идеи человека. Выработать ее - задача философской антропологии.

Попытки сформулировать единую идею, выражающую сущность человека, его главное, определяющее качество, предпринимались на протяжении всей истории философии. Если древние греки счи­тали важнейшим достоянием человека разум, то христианская ре­лигия поставила выше разума веру. Декарт полагал, что главное в человеке — его способность мыслить («мыслю, следовательно, су­ществую»). Кант утверждал, что сущность человека как мыслящей личности выражается в моральном законе, в чувстве долга, на ко­торых только и может строиться независимая от животной приро­ды, подлинно человеческая жизнь. В XVIII в, французский материалист Ж.Ламетри доказывал, что человек есть не более чем сложно устроенная «одухотворенная машина», а американский мыслитель Б.Франклин определял человека как существо, дела­ющее орудия. В качестве основополагающего условия человечес­кого бытия рассматривались воля (Шопенгауэр), труд (Маркс) свобода (Сартр), общение (Ясперс), язык (Хайдеггер), игра (Хей-зинга) и др.


Критика, которой подвергались все подобные попытки, приво­дит к выводу, что нельзя свести ответ на вопрос «что такое чело­век?» к формулировке, указывающей нечто «самое главное», что делает человека человеком. Но, обобщая многовековой опыт ант­ропологических исканий, можно выделить, по крайней мере, три ориентира, которые определяют основные направления поисков ответа на этот вопрос.

В философском мышлении от древности до XVIII в. таким ори­ентиром было, прежде всего, представление о душе как «внутрен­ней сущности» человека. Человеческое тело считалось лишь вме­стилищем души, ее «одеждой» (Аристотель). Сущность человека связывалась с его одушевленностью. Душу при этом понимали по-разному. Но так или иначе предполагалось, что она связана с со­знанием и разумом, которые выступают как основные признаки «человечности».

Классическая немецкая философия XVIII—XIX вв. выдвинула и обосновала идею о том. что специфика человека обусловлена не только его одушевленностью и разумностью, но и свойственной ему способностью к активной свободной деятельности; в такой способности, по сути дела, заключается и проявляется его разум­ность. Маркс и Энгельс, развивая эту идею, пришли к выводу об основополагающей роли, прежде всего, практической деятель­ности в становлении и развитии человека и человечества.

В диалектико-материалистической философии был раскрыт и еще один существенный аспект антропологической характеристи­ки человека, состоящий в том, что он есть не просто разумное живое существо, а такое существо, которое формируется только в общественных, социально-культурных условиях. Человеку свой­ственна двойственная, биосоциальная природа. Он обладает осо­бенностями, которые, с одной стороны, присущи ему как биологи­ческому виду, а с, другой — рождаются и изменяются в ходе развития общества. При этом его биологические свойства являются лишь исходными предпосылками, при которых развертывается специ­фический образ жизни человека как члена общества, создателя и носителя культуры. Социальная, культурная обусловленность человеческого бытия выдвигается на первый план во многих со­временных философских концепциях человека.

Таким образом, в процессе исторического развития антрополо­гических взглядов в философии были выделены три основных прин­ципа, характеризующих «родовую» сущность человека: одушев­ленность, физичность, социальность. Этими принципами определяются наиболее важные аспекты философского понима­ния человека, получившие разработку к настоящему времени.


2. Человек и природа


Важнейшим аспектом проблемы человека является выяс­нение его места и роли в природном универсуме. Под природой понимается совокупность всего сущего в материальном мире в противоположность духовным явлениям и феноменам культу­ры и цивилизации. Природа является объектом естествозна­ния, Представления о природе как пространстве для разверты­вания человеческих сущностных сил были особенно актуальны в XIX в., когда успехи естествознания давали надежду на ис­пользование сил природы для удовлетворения потребностей че­ловека. Научно-рационалистический подход к природе превра­щал ее в постоянный объект для усилий человека с целью вы­живания и обеспечения элементарного существования, Исполь­зуя вещество и энергию природных объектов, человек, в сущности, постоянно боролся с природой, отстаивая свою жизнь, свое право на бытие. Экологический кризис, поставивший под воп­рос выживание и дальнейшее развитие человечества, заставля­ет по-новому взглянуть на природу и ее эволюцию.

Ряд исследователей считают, что наша Земля — это «живая планета Гея», способная регулировать физические условия в масштабе всего организма планеты. Последняя сейчас «боль­на» человеком, и речь должна идти об исцелении от «человеко-центризма», о переориентации всей жизни человечества на спа­сение Земли по принципу выведения «счастья человека» из «сча­стья планеты». Эти идеи высказывались еще в начале и сере­дине XX в. в концепциях выхода человека в Космос (К. Э. Циол­ковский), перехода биосферы в ноосферу (В. И. Вернадский), «благоговения перед жизнью» (А. Швейцер), устойчивого раз­вития на основе коренной переоценки нынешних представле­ний о самом себе и своих ценностях («восемь смертных грехов цивилизованного человечества» — К. Лоренц) и др.

Образ природы в религиях основан на специфическом для них понимании роли и места человека в природе как «тварного» существа, призванного не изменять природу по своему ус­мотрению на основании гордыни разума, а жить в гармонии с «Божьим миром», относиться к природе с благоговением, бе­речь и приумножать ее ресурсы. В высшей степени это отно­сится к живой природе, к нашим «братьям меньшим», в духе принципа «непричинения зла живому» и «благоговения перед жизнью». Все природные явления и процессы воспринимаются как символические и сакральные. Для человека гораздо важ­нее «быть», а не «иметь».

Поэтому при анализе отношения человека к природе сле­дует учитывать, с одной стороны, природное происхождение человека, его генетическое родство со всем миром живого, и, прежде всего гоминидами, а с другой — принципиальную выделенность человека, его возвышение над природой и принад­лежность к миру культуры. Человеческое поведение определя­ется не инстинктами, а является актом свободной воли. Пос­леднее обстоятельство несет в себе возможность хищническо­го отношения к природе, что вызвало современный экологи­ческий кризис. Проблема взаимодействия общества и природы является предметом эко­логической формы общественного сознания. До поры до времени люди особенно не задумывались о результатах своего воздействия на природу. Интерес к изучению природы усилился с развитием естествознания в эпоху Возрождения и в начале Нового времени. Ф. Бэкон считал, что познание природы необходимо для благополучия общества. Складывается убеждение, что цель науки — познание природы и обеспечение господства над ней. Прав­да, Бэкон делал важную оговорку, что господствовать над природой мы можем, подчиняясь ей. Но об этом как-то забывалось.

Идея господства над природой — одна из важных идей в истории эколо­гического сознания. Но получалось так, что эта идея, по существу, оправды­вала хищническое отношение к природе. От природы стремились взять как можно больше, и никто не прислушивался к призывам о сохранении приро­ды. Погоня за прибылью любой ценой, в конце концов, привела к современ­ной экологической ситуации.

Как реакция на сложившуюся ситуацию во второй половине XX в. фор­мируется новое экологическое мышление. Оно отражает реальность совре­менного мира, результаты взаимодействия общества и природы. В новом экологическом мышлении все сильнее звучат мотивы о разрушительных последствиях научно-технического прогресса, о нарушении экологического равновесия, загрязнении окружающей среды, нарастании необратимых про­цессов в природе, о перспективах деградации человечества. Осознается необ­ходимость разумного использования природы, в планетарном масштабе. Вы­зревает убеждение, что сохранение природы, восстановление экологического баланса имеет общечеловеческую ценность. Создание ноосферы (само это понятие сегодня — одно из основных понятий нового экологического мыш­ления) требует глобального подхода.

Противоречие между обществом и природой должно разрешаться не на основе господства человека над природой (если под господством понимать эксплуатацию природных богатств ради прибыли). Вместо «господства» долж­но быть «сотрудничество», в котором должны быть благоприятные условия и для развития общества, и для сохранения и эволюции природы. Сущест­вуют ли сегодня для этого объективные условия? Готовы ли люди сегодня к этому?


  1. Концепции происхождения человека


При рассмотрении этой проблемы следует выделить три принципиальных подхода: во-первых, концепцию творения че­ловека Богом или иной надчеловеческой личностью, или без­личностной сущностью в силу свободы акта свободного воле­изъявления этой сущности, непостижимого для человеческого ума; во-вторых, гипотезы о внеземном, космическом генезе человеческого рода как «эксперименте» высокоразвитых циви­лизаций на планете Земля и, в-третьих, теорию естественного, эволюционного происхождения человека в результате развер­тывания внутренних потенций материи, источник которых вос­ходит к гипотезе «Большого взрыва».

Две фундаментальные идеи науки XX в. — антропный прин­цип и синергетика— проясняют теорию «Большого взрыва». Суть антропного принципа состоит в том, что любая сложная система, в том числе и человек, возможны потому, что в эпоху «Большого взрыва» элементарные процессы и фундаменталь­ные физические константы имели очень узкий диапазон.

Предмет синергетики — механизмы самоорганизации, са­мопроизвольного возникновения, относительно устойчивого существования и саморазрушения упорядоченных структур.

С естественнонаучных позиций человек разумный сформи­ровался около 50 тыс. лет назад, хотя его предыстория уходит на глубину до 1,5—2 млн. лет, когда на Земле появился человек прямоходящий.

Произошло это в Восточной Африке в силу ряда причин, о которых до сих пор идет горячая дискуссия среди антропологов, геологов, биологов, экологов. Скорее всего, в это время создалось достаточно уникальное сочетание ряда факторов, среди которых и изменения климата, и колебания радиационного фона планеты, и возможные воздействия ближ­него Космоса на Землю. Почти все согласны с тем, что этот процесс был длительным, знал свои скачки и периоды плав­ного развития. Очевидно также, что немало линий в эволю­ции приматов оказались тупиковыми, а их представители (на­пример, неандерталец) вымерли. Современные генетики счи­тают, что человечество произошло от так называемой «афри­канской Евы», женщины, жившей в Африке примерно 100— 200 тыс. лет назад.

Для философского осмысления данного процесса наиболее важен факт увеличения объема черепа и мозга в процессе эво­люции. Во многом это было связано с переходом ко все боль­шему потреблению пищи с высоким содержанием животного белка. Развивалась и обогащалась новыми связями, прежде всего кора головного мозга, которая у современного человека имеет около 15 млрд. нервных клеток. Этот процесс носит название «цефализация», и именно он обусловил предпосылки для раз­вития речи, мышления и трудовых действий. Кроме того, для человеческого мозга очень характерна асимметрия полушарий, их функциональная специализация. Огромную роль в этом про­цессе сыграло развитие языка как специфически человеческо­го канала общения и основы для успешной предметно-практи­ческой деятельности. Без названия предметов и явлений, без их обозначения невозможно было бы развитие производства и общения и тем самым социальности той «ткани», которая объе­диняла первобытных людей и разделяла «наших» и «чужих», вредное и полезное, священное и обыденное. В языковой фор­ме были реализованы первые примитивные формы верований — фетишизм, тотемизм, магия, анимизм. Язык в этом смыс­ле не только отражал мир, но и творил его, а человек в полном смысле слова становился «символическим» животным. В зак­лючение надо подчеркнуть, что многие ключевые вопросы антропосоцногенеза остаются предметом оживленной дискуссии в современной философской и научной мысли.


ЛЕКЦИЯ 19


Тема: Природа и сущность человека


План лекции:


1. Противоречия природной организации человека.

2. Социальная сущность человека,

3. Проблема смысла и содержания бытия человека.

4. Человек, культура и цивилизация.



  1. Противоречия природной организации человека


Мы уже говорили о том, что у человека нет какой-то од­ной, раз и навсегда данной ему «природы», так же как и неиз­менной «сущности». И то, и другое — исторически изменяю­щиеся его характеристики. Сказать, что человек по своей «при­роде» добр или зол, эгоистичен или альтруистичен, раб или царь, червь или частица Космоса, — значит, выразить только частичное, абстрактное знание о нем. Поэтому определения природы и сущности человека не исходный пункт для филосо­фии, а ее конечная цель. Эти понятия выражают коренное и неустранимое противоречие человеческого бытия.

Суть его — в двойственности человека, в принадлежности его к двум мирам одновременно — природе и обществу, телу и духу. Человек, так или иначе, решает эту проблему, которую можно назвать проблемой существования, экзистенции. По вы­ражению А. Кестлера, человек — это «ошибка эволюции», ибо в его природную организацию «вмонтированы» взаимоисключаю­щие тенденции. Так, вместе с добротой, это склонность к наси­лию, убийству себе подобных, чего нет в животном мире в за­метных масштабах. Человек не просто агрессивен, но избыточно агрессивен, ибо биологические механизмы, сдерживающие агрессию, у него либо отсутствуют, либо неэффективны.

В большинстве культур Востока был очень рано освещен принцип индуизма «ахимса», т. е. непричинение зла всему жи­вому и абсолютный отказ от убийства. Человек как бы выступал в двух обликах — «зверя» и «ангела», между которыми шла по­стоянная борьба. В разные эпохи выходил на первый план то один, то другой облик человека, но чаще он представлялся в виде существа, которое в муках рождается, в слезах растет, в страхе и тревоге проводит свои дни, в поте лица трудится, в грязи заканчивает свою жизнь, и ждут его черви в могиле. Он рождается, чтобы умирать, а между этими крайними точками лежит страдание, преодоление которого составило суть фило­софской мысли Востока.

Одной из самых отличительных черт первобытной общины была забота о старых и больных сородичах, что необъяснимо с точки зрения биологической целесообразности. Человеческий род как бы нес на себе все более и более тяжкий груз нетрудоспособ­ных людей. Как показывает история там, где общество стано­вилось на путь «устранения лишних ртов» и селекции людей по принципу выживания сильного, там рано или поздно наступала деградация. Немалое число гениев были в раннем детстве край­не слабыми, болезненными и явно нежизнеспособными. Пока­зательно, что в суровой, мужественной Спарте тщедушных и хилых младенцев сбрасывали со скалы по законам Ликурга, а в изнеженных аристократических Афинах им сохраняли жизнь. Спарта не дала миру ни одного гения, кроме полководцев, а Афины на века прославили античность именами Сократа и Пла­тона, Гиппократа и Аристотеля. В этом свое­образный парадокс развития человечества, загадка его бытия и существования. Современная антропология подтверждает гипо­тезу, что в первобытном обществе выживали не самые сильные, а самые умные и заботливые. Уже в первобытном обществе возникло представление о том, что в человеке надо различать тело и душу. Человеческое тело — это особая «вещь» в мире вещей. Для его существования необходим целый ряд материальных условий — оп­ределенный химический состав среды, диапазон температур и т.д. Как и у всех живых организмов, у человека есть определенные телесные потребности, без удовлетворения которых его жизнь не­возможна. Обеспечивать для себя необходимые материальные ус­ловия и средства своего существования — это естественное пра­во человека как природного существа. Но в отличие от всех других существ, человек есть не просто живой организм.

В человеке жизнь тела соединена с жизнью его души.

Под душой издавна понималась особая сила, обитающая в теле человека. В мифологическом сознании древних людей черты че­ловека переносились на предметы и им также приписывалась оду­шевленность. На этой основе сложились первоначальные политеистические религии, в которых утверждалось существование многих богов, подобных человеку, но бессмертных и более могуществен­ных.

Дальнейшее развитие религиозного сознания привело к свое­образному «оборачиванию» соотношения между человеком и бо­гами: создав «по своему образу и подобию» богов, человек затем стал думать, что это боги создали его «по своему обра­зу и подобию».

В иудаизме — первой монотеистической религии — верховное божество в сонме множества богов превращается в единственного Бога (ангелы и черти — это, так сказать, тени бывших добрых и злых божеств низшего ранга). Возникшие позже формы монотеиз­ма — христианство и затем ислам - сделали идею единого Бога, создателя мира и человека, основой религиозного мировоззрения многих народов.

Человеческая душа и Бог - это генетически связанные друг с другом понятия. У истоков религиозного мировоззрения лежит пред­ставление о сходстве между человеком и миром: аналогично чело­веку, мир имеет двойственную природу - его видимое, материаль­ное «тело» (Космос, Вселенная) скрывает под (или над?) собою невидимую, нематериальную «душу» («душа мира», «мировой дух», «высшая духовная субстанция», «Бог» - все это, при некоторых смысловых нюансах, ее наименования). И как человеческое тело есть плоть от плоти мира, так и человеческая душа есть частица божественного духа в человеке - данный ему при рождении «дар Божий».

Попытки понять человеческое бытие с этих позиций рождают религиозную антропологию, в которой человек рассматривает­ся как творение Бога. Задача постижения человека ставится как задача постижения замысла Божья относительно человека.

Душа - центральная категория религиозной антропологии. Ха­рактеристики души - нематериальность, бессмертие, способность существовать независимо от тела - обусловлены ее происхожде­нием от Божественного духовного начала. Тело человека живет, пока и поскольку в нем есть душа. Отделение бессмертной души человека от его смертного тела - конец земной жизни личности. Вопрос о дальнейшем существовании души может быть в принци­пе решен по-разному: души умерших продолжают блуждать по миру в бестелесном состоянии, (что допускает спиритическое общение с ними); они переселяются в другие тела (теория метемпсихоза или реинкарнации); душа сливается воедино с породившей ее мировой душой и прекращает свое особое, индивидуальное суще­ствование (что предполагается в некоторых восточных религиях); после смерти человека его душа переходит в мир иной - рай, ад, чистилище — и спасение ее от мук на том свете зависит от того, как жила она в земном мире (так утверждает христианство и му­сульманство).

Цель и смысл жизни индивида христианская религия связывает с выполнением заповедей Божьих, наградой, за что служит вечное блаженство души в раю. Спасти душу от греха, сохранить ее чис­тоту, стремиться к ее совершенству - главная забота человека в земной жизни. Но если душа - это «образ Божий в человеке», то как возможно возникновение в ней греховных помыслов?

Наиболее распространенная точка зрения - источником греха является тело, человеческая плоть.

Отсюда проистекает характерная для многих форм религии проповедь аскетизма - «умерщвления плоти», подавления теле­сных страстей, воздержания от плотских удовольствий (особенно сексуальных).

Другая точка зрения исходит из того, что Бог предоставляет душе свободу воли: душа сама должна делать выбор между добро­детелью и пороком.

Значит, если душа выбирает зло, то она делает это по причине своей собственной «испорченности», а потому и источник греха - в ней самой.

И с первой и со второй точки зрения жизнь человека предстает как арена постоянной борьбы души с телом, с плотскими влечени­ями.

Взаимоотношения души и тела — вопрос, который в религиоз­ной антропологии не получает удовлетворительного ответа.

Богословские дискуссии о душе и ее связи с телом носят схо­ластический характер. В аргументации, с помощью которой их участники обосновывают свои взгляды, решающее значение придается, в конечном счете, толкованию слов Священного писания, которые считаются непререкаемыми «истинами веры». Но во мно­гих случаях просто невозможно установить, какое из разных толко­ваний следует считать более правильным (не говоря уж о том, что сами «истины веры» тоже «пререкаемы»). За многие века в рели­гиозном знании о душе и теле человека никаких заметных сдвигов не произошло. Ничего удивительного в этом нет: чтобы продви­нуться в познании каких-либо объектов, недостаточно одной лишь чисто словесной полемики о них - нужно исследовать сами эти объекты, а не только по-разному истолковывать их словесные опи­сания, принятые на веру.


  1. Социальная сущность человека


Определение сущности человека неотделимо от обсужде­ния противоречий его существования, его бытия. К. Маркс ус­матривал сущность человека в совокупности (ансамбле) общественных отношений, формирующих то или иное отношение человека к миру в разные исторические эпохи. Чтобы понять, как, когда и почему возникают общественные отношения, не­обходимо вновь обратиться к генезису человеческого рода, к проблеме возникновения и закрепления внебиологических форм регуляции деятельности.

Огромную роль в этом процессе сыграло развитие языка как специфически человеческого канала общения и основы для успешной предметно-практической деятельности. Без названия предметов и явлений, без их обозначения невозможно было бы развитие производства и общения и тем самым социальности той «ткани», которая объединяла первобытных людей и разде­ляла «наших» и «чужих», вредное и полезное, священное и обы­денное.

Природное развитие, подготовившее субстрат для возник­новения принципиально нового, надбиологического, сверхпри­родного способа выживания и совершенствования человека, который носит название человеческой культуры. Ее сущность — в передаче по каналам информации способов общения индиви­дов между собой, традиций, обычаев, обрядов и всего того, что выражается словом.

Половые и пищевые запреты (табу), вероятно, являлись древнейшими формами регуляции поведения человека, кото­рые выступали своеобразным «руководством к действию», ос­нованным на опыте предков. Табу были универсальными за­претами, которые касались всех членов рода — мужчин и жен­щин, сильных и слабых, старейшин и детей. Для становления человека огромное значение имело осознание факта смерти, что видно по ритуальным погребениям уже в эпоху палеолита. Очевидно, что в сознании первобытного человека очень рано произошло разделение мира на мир реальный и потусторон­ний, земной и сверхъестественный.

В становлении социальной сущности человека огромную роль играл труд как целесообразная деятельность человека по преобразованию природы в целях удовлетворения своих потреб­ностей. В философском смысле происхождение труда и его первоначальная эволюция интересны, прежде всего, тем, что в этом процессе закладывались основа коллективного взаимодей­ствия людей, социально-психологические стереотипы их пове­дения. Понятно, что на самых ранних этапах доминировало естественное присвоение плодов земных, хотя природа уже выступала и как условие зарождающегося производства, как арсенал средств труда. Первый тип отношений наших предков с природой можно обозначить как пользование. Оно вызывало к жизни и первые примитивные формы осознания таких явле­ний, как собственность и власть.

Зачатки будущей собственности возникали, по-видимому, как определенная форма отношений между «мы» и «они» (т.е. дру­гое племя) по поводу источников пищи. Следующий шаг, оче­видно, был связан с развитием владения, т. е. целенаправленного длительного пользования, например, огнем как достояни­ем всей родовой общины или запасами продовольствия, «общим котлом». Наконец, с развитием производства, установлением регулярных обменов продуктами труда с соседними общинами появляется феномен распоряжения результатами производства, из чего вырастает торговля. Этот процесс особенно ускорился в период так называемой «неолитической революции», с перехо­дом к земледелию, скотоводству и ремеслу.

Сущность человека может усматриваться также не только в общественных отношениях, но и в уникально неповторимой душевной и духовной организации человека, о чем речь пойдет далее.


  1. Проблема смысла и содержания бытия человека


Существуют два основных подхода к этой проблеме. Пер­вый подход можно обозначить как объективистский. Он свя­зан с именами таких философов, как Б. Спиноза, П. Гольбах, Г. В. Ф. Гегель, П. Лафарг, с догматикой иудаизма, христиан­ства и ислама и отчасти с установками естествознания XIX в. В его основе лежит представление об изначальном Миропоряд­ке, при котором уже заранее предначертаны все акты любой общественной и личной судьбы, «расписаны» все события ми­ровой истории. В данном случае не так уж важно, кто «управ­ляет» миром — Бог, Дух, Космический разум, объективная реальность, законы Природы и т.д. Важно, что человек дол­жен лишь осознать этот Порядок и найти в его недрах, в его устройстве зазор для «относительной самостоятельности», ко­торую он будет считать свободой.

Второй подход во главу угла ставит субъективность чело­века, его самодеятельность, творчество. Сущность его хоро­шо выражают афоризмы: «Человек — мерило всех вещей» (Протагор), «Человек — творец самого себя» (Пико делла Мирандола), «Человек непрерывно перерастает человека» (Б. Паскаль). Суть проблемы проста — можно ли надеяться на собственный разум, волю, труд, солидарность людей или же надо уповать на авторитет Творца, Бога, Космического разума, т. е. на надчеловеческую силу?

Здесь мы сталкиваемся с проблемой соотношения челове­ка и Бога, веры и разума, науки и религии. Трагизм многих жизненных ситуаций и страх неминуемо предстоящей смерти приводили к надежде на бессмертие в мире ином, мире загроб­ном, где будет всем воздано по заслугам, где Божий суд установит, наконец, высшую справедливость. Очевидно, что неопре­деленность исхода многих дел и начинаний людских, непред­сказуемость событий и действие не зависящих от человека сил являются мощным основанием для надежды на Тайну, Чудо и Авторитет.

Человек не имеет заранее определенной жесткой програм­мы жизнедеятельности, а реализует себя в той или иной степе­ни свободно, руководствуясь теми или иными нравственными запретами и предписаниями. Он способен различать добро и зло и принимать решения на основе ответственности за себя и других и своей совести.

Человек в своей деятельности выходит за рамки утилитар­ных потребностей, круг повседневных забот, преодолевая даже в самые трудные времена ограниченность своего существова­ния. Человеческая жизнь не имеет какого-либо заранее задан­ного смысла, который, очевидно, нужно искать не в прошлом, не в ретроспекции, а в настоящем и будущем. Смысл создает­ся человеком, творится им каждый миг и поэтому «живи так, как будто через пять минут умрешь».

Таков своеобразный фундамент человечности, заложенный еще на заре человеческого общества и развивающийся в ходе истории.


  1. Человек, культура и цивилизация


Понятия «культура» и «цивилизация» прочно входят в арсе­нал обществоведческой и гуманитарной мысли. Латинский тер­мин «культура» означает возделывание, обработку, воспитание, развитие, поклонение. Эти понятия относились и к земледе­лию, и к животноводству, и к человеку.

К настоящему времени насчитывается множество опреде­лений культуры. В истории человеческой мысли термин «куль­тура» понимался как «воспитанность», соответствие идеалам гуманизма и просвещения, следование Разуму. Особое значе­ние это понятие приобрело в XVIII в. в трудах французских энциклопедистов. В самом широком смысле слова культура — это то, что создано и создается человеком (материальное и духовное) в отличие от природных вещей и явлений. Культура — это природа, обработанная особым, человеческим образом в целях удовлетворения тех или иных потребностей. Но она не сводится к вещам, произведенным человеком, а распространя­ется и на общественные отношения, и на продукты духовного производства.

Можно, следовательно, говорить о культуре каждого чело­веческого существа, групп людей, объединенных по возрасту, полу, общественному положению, профессии, религии и т.д., а также о культуре человечества в целом. Все это — различные субъекты культуры, соотношение которых исторически измен­чиво и подлежит исследованию.

Суть культуры может быть графически представлена в виде треугольника, у основания которого — воспитание и образова­ние (двигатель культуры), а стороны — возделывание, обра­ботка (смысл культуры) и поклонение, почитание (культ как своеобразный тормоз). Культура — это идеал, выполняющий системообразующую роль в технологии общественного произ­водства. Если первый, базовый, слой культуры заключен в предметной деятельности человека, где созидаются вещи, вто­рой ее слой — в процессе общения людей, порождающего идеи и представления, то ее третий пласт представлен системой ду­ховных символов. Они имеют форму религиозных догматов и откровений, философских концепций, а также реализуются в разнообразных формах искусства.

Культура основана на деятельности людей; через культуру и благодаря культуре происходит соединение природного, естественного и социально­го миров. Культура здесь характеризуется как связующее звено между при­родой и обществом; основой этого соединения является человек как субъект деятельности, познания, общения. Культура — результат объективизации, материального воплощения стремлений, целей, интересов человека. Для характеристики культуры используется понятие артефакта. Артефактами называют продукты и результаты человеческой деятельности. Тогда куль­тура трактуется как мир артефактов. При этом подчеркивается, что артефакт как продукт человеческой деятельности двойственен — в нем сочетаются объективный и субъективный моменты. Культура здесь трактуется как все то, что создано людьми, как созданная людьми среда обитания.

Культура связана с теми смыслами, которые человек приписывает сво­им творениям. Материальные объекты, взятые сами по себе, никакого смысла не имеют. Смысл в них вложен человеком. Но смысл выражается с помощью языка. Культура выступает как своего рода информационное обеспечение общества.

Понятие культуры относят не только к артефактам, но и к самому чело­веку; говорят о культурном (или некультурном) человеке. Культура лично­сти — это система ее нравственных норм и образа жизни, характеризующая­ся такими чертами, как порядочность, доброта, честность, скромность, трудо­любие, умение понять другого человека и т. п. Иногда как синоним высокой культуры говорят об интеллигентности. Интеллигентность — это широкие знания, социальная ответственность, высокая культура.

Культурная личность умеет и любит трудиться; лень, халтура, ошибки — это не культура. Культурная личность умеет владеть собой, имеет навыки самоконтроля, способна к общению. Культурная личность ориентирова­на на добро, гуманизм, справедливость. Культура личности включает в себя умение рационально использовать время, не растрачивая его попусту на вто­ростепенные дела и занятия.

К раскрытию содержания культуры можно применить и ценностный под­ход, согласно которому культура — это:

совокупность материальных и духовных ценностей;

способы их создания;

умение их использовать;

умение передавать от поколения к поколению.

Ценности служат удовлетворению потребностей. Поскольку есть матери­альные и духовные потребности, ценности подразделяются на материальные и духовные. Существуют непреходящие духовные ценности.

Понятие цивилизации является одним из наиболее употре­бительных в философии, истории и других науках гуманитар­ного цикла. Оно родилось во Франции в середине XVIII в. и обозначало идеальное устройство человеческого общества. Эти­мологически термин восходит к латинскому слову «цивилист» — городской, что говорит о тесной связи цивилизации с городс­ким типом культуры. В конце XX в. оформилось несколько подходов к трактовке этого понятия. Часто термин «цивилиза­ция» выступает синонимом термина «культура» или обознача­ет особый этап в развитии культуры.

Нужно подчеркнуть, что при всем многообразии подходов к определению соотношения культуры и цивилизации основ­ным является представление о цивилизации как о более внеш­нем по сравнению с культурой слое человеческого бытия. Ци­вилизация воплощает в себе технологический аспект культуры со ставкой не на качественные, а на количественные парамет­ры бытия с установкой на беспредельное развитие со сменой целей этого развития. Главное в цивилизации — непрерывная смена технологий для удовлетворения столь же непрерывно растущих потребностей и возможностей человечества при за­конодательном обеспечении этого процесса. Такое представле­ние о цивилизации основано в основном на успехах и достиже­ниях научно-технической революция в странах Запада и на по­стулатах либеральной демократии.

В понятии цивилизации заключена интегральная характе­ристика, относящаяся и к человеку, и к обществу и представля­ющая качественное своеобразие данного периода мировой ис­тории и человека, находящегося в нем. В понятии «человек цивилизованный» как бы пересекаются два типа исторического времени — линейное и циклическое. Все мы — дети всемирной истории, капельки ее океана, но в то же время каждый чело­век — представитель культуры своего народа.


ЛЕКЦИЯ 20


Образы человека в различных культурах


План лекции:


1. Исторические модификации образа человека.

2. Человек на рубеже XX—XXI вв.

3. Телесность — душевность — духов­ность человека.


  1. Исторические модификации образа человека


Исходя из материала предыдущей темы, можно сделать вывод, что образ человека исторически изменчив и его моди­фикации отражают сущность той культуры и цивилизации, которая его порождает. Исторически первым был тип челове­ка, порожденный первобытным обществом. Несмотря на ог­ромное разнообразие этих обществ в зависимости от природно-климатических и других условий существования, можно выде­лить достаточно типичные черты человека той эпохи. Мы уже констатировали, что человек производит орудия труда и исполь­зует их как свое «неорганическое» тело для производства мате­риальных благ. Воспроизводя самих себя и орудия труда, со­здавая мир человека и мир вещей, люди вступают в обществен­ные отношения, которые оказывают определяющее воздействие на их жизнь и деятельность.

Человек — существо общительное, создающее в ходе свое­го исторического развития особый тип общности, принципи­ально отличный от стаи или стада. Люди сознательно иденти­фицируют себя с племенем, родом, народностью, нацией, се­мьей, кланом, единоверцами, единомышленниками, сверстниками, участниками тех или иных событий и т.д. Для первобытного типа человека характерны неразрывная связь с природными условиями существования, растворение «я» в родовом «мы», жестокое следование традициям, мифологичность сознания, отсутствие развитой субъективности и высокая эффективность.

С возникновением так называемого «осевого времени (К. Ясперс), датируемого VIII—II вв. до н.э., связано появление нового типа человека, существенным признаком которого является становление личности, переход к ценностно-рефлексивной регуляции деятельности. Более всего это воплотилось в человеке античного мира. Античную Грецию сравнивают с «детством» человечества, а ее граждан с вечными детьми с и: любознательностью, энергией, любовью к жизни и человеческому телу, чувством пластики и вместе с тем мудростью, спокойствием духа, неутомимым интересом к познанию космос и человека, истины, добра и красоты. Для античного человек характерны космологизм и космоцентризм, рационализм, телесное восприятие мира и человека, представление об эйдосах, формирующих вечный мир, и идея вечного возвращения.

Другой тип человека сформировался в эпоху средневековья, которую характеризует теоцентризм как философское основание христианства. Средневековый человек жил в тройной мире — благодати Бога и будущей блаженной жизни в мир ином; козней дьявола и собственной неискоренимой греховности; а также в жесткой системе феодальной иерархии. Соответственно существенными особенностями его бытия были любовь к Богу, борьба со своими греховными наклонностями корпоративная мораль. Человек обрел самоценность как творение Бога, а не как фрагмент Космоса в античной традиции.

Антропоцентризм — облик человека, связанный с Новым временем. Он был подготовлен гуманизмом эпохи Возрождения, когда в центре мировоззрения оказался человек как средоточие мира. Принцип человекобожья логично привел к выдвижению на первый план в человеке рациональной стороны его сущности, примату деятельности по изменению природы общества, прогрессу науки и всего того, что связано в основном с развитием западной цивилизации. В философской мысли, начиная с Декарта, происходит четкое разделение на субъект и объект, устами Ницше провозглашается тезис о смерти Бога в философии Шопенгауэра обосновывается тезис: «Хочу, сле­довательно, существую». Этот тезис подвергался критике в одном из ведущих философских направлений XX в. — экзис­тенциализме. В нем обоснованы примат существования чело­века над его сущностью, свобода как главная его характеристи­ка и роль надежды на себя и свои силы в решении человечес­ких проблем. «Бунтую, следовательно, существую» — такова максима этого способа понимания человека. Особое место занимает изучение древнеиндийской философии. Во-первых, конечно, это самая ранняя культура. Но главное — это наиболее четко обозначенная, типичная восточная культура. И, в-третьих, именно индусы обладают вполне самостоятельной и последовательной фило­софией. Вл. Соловьев, например, противопоставлял ее древнеки­тайской, отметил, что китайская самобытность очень сомни­тельна, и учение Лао-Цзы развивалось под влиянием индий­ской мысли (да оно и было гораздо позднее древнеиндий­ской). Древняя Индия при всей ее обособленности, была страной неравенства, рабства, кастовости. Человек низшей касты был хуже самого нечистого животного, хуже падали. Судьба че­ловека полностью зависела от случайности рождения в этой или иной касте. И вот в этой стране рабства и неравенства несколько уединенных мыслителей провозглашают - неслыхан­ное: все есть одно, все существа — проявления Единого. Все есть одно — это было первое слово философии, и этим словом впервые возвещались человечеству его свобода и братское единение. Так оценил мировое значение первых древнеиндийских книг. В Л. Соловьев. Каждый мог себе ска­зать при виде каждого живого существа: это ты сам (tat twam asi). Где же касты? И кто такой брамин или чандала? Все есть видоизменение единой сущности. Эта идея всеединства (а для Соловьева она была самой важной) явилась началом человечности. Буддизм впервые провозгласил - достоинство человека, способного стать нравст­венной личностью. Ему не надо искать бога, ибо он сам есть единое со всем. Человек может стать выше слепой и стихий­ной природы, но для этого он должен владеть собой, своими чувствами и желаниями. Сам, а не искать помощи Бога. Буддизм противопоставил внешнему материальному миру уход от него, растворение в Нирване. Это был огромный пры­жок человеческого духа от полной зависимости от материаль­ного мира, кастовости и т.п. к свободе. Совершив этот ги­гантский переход, говорил Соловьев, индийское сознание на­долго истощило свои силы. За этим могучим пробуждением последовал для Востока долгий духовный сон.

Так заканчивает анализ этого периода развития филосо­фии Вл. Соловьев .Думаю, можно поспорить с таким резюме, поскольку ин­дийская философия — это истинно «живые плоды», продол­жающие питать своими соками мировую человеческую мысль. И ни одна философия не оказала такого сильного воздействия на Запад, как индийская. Рассмотрим более подробно систему йога и буддизм.

Система йога: индивидуальный путь спасения

Йога также опирается на Веды и является одной из веди­ческих философских школ. «Йога» означает «сосредоточение», ее основателем счита­ется мудрец Патанджали (II в. до н.э.). В системе йоги ве­ра в бога рассматривается как элемент теоретического миро­воззрения и как условие практической деятельности, направ­ленной на освобождение от страданий. Соединение с Единым необходимо для осознания собственного единства.

Йога — это философия и практика. Философская система йоги-санкхья-йога. Она дает методику выработки медитационного сознания, рекомендуя медитацию на образ Бога. Ме­дитация при успешном овладении ею приводит к состоянию самадхи (состояние полной интроверсии, достигаемой после целого ряда физических и психических упражнений в сосре­доточенности). Практика йоги и есть индивидуальный путь спасения и предназначена для достижения контроля над чув­ствами и мыслями. Она включает в себя правила приема пищи, которая делится на три категории соответственно гуннам материальной природы, к которой она относится. Пища в гуннах невежества и страсти способна умножить страдания, несчастья, болезни (прежде всего, это мясо). Пища же в гунне благости (молочная, злаки, овощи и др.) принесет радостное состояние и доброжелательство. Современные проповедники учения йоги особое внимание обращают на необходимость выработки терпимости по отно­шению к другим учениям. Так, Рамакришна привел на этот счет «притчу о слоне», смысл которой состоит в том, что «Бог имеет много аспектов, и все видят его по-разному»: «Четверо слепых подошли к слону. Один дотронулся до ноги слона и сказал: Слон похож на столб. Другой дотронулся до хобота и сказал: Слон похож на дубину. Третий дотронулся до туловища и сказал: Слон похож на бочку. Четвертый до­тронулся до ушей и сказал: Слон похож на большую корзи­ну. Стали спорить, но никто не видел слона. Для всех он со­вершенно разный. А на самом деле слон соединяет в себе все, что «увидели» четверо». Рамакришна, Рамачарака и другие учителя йоги выска­зываются за терпимость учений по отношению друг к другу и отвращение к вражде. Приведенная выше притча передает такую истину: Бог один, но имеет много аспектов; разные народы называют его разными именами и наделяют разными формами; Бог лечен и безличен, Он имеет имя и форму, и Он не имеет ни имени, ни формы. Такова йога: философия и практика.

Буддизм.

Философия буддизма относится также к неортодоксаль­ным школам Древней Индии, она возникла в VII—VI вв. до н. э. Основное содержание учения изложено в «четырех благо­родных истинах» (или — учении о «страданиях»): жизнь есть страдание; страдания следуют за желаниями; путь из­бавления от страданий — путь избавления от желаний; путь избавления от желаний — следование учению буддизма .Страданием в буддизме называется все, что связано с повседневной жизнью, и сама жизнь, от рождения до смер­ти. Но страдание — это закон бытия. Прекращение страда­ний возможно только тогда, когда человек избавляется от слепой привязанности к земной жизни, вовлекающий его в свои вечный поток непрерывно следующих друг за другом и порождающих друг друга событий. Избавление от страданий достигается при получении со­стояния угасания, затухания сознания, остывания страстей и желаний. Оно называется в буддизме нирваной1. Достижение нирваны возможно с помощью строгого следования принци­пам «праведной» жизни и усвоению истины о вечной измен­чивости бытия.

Некоторые положения буддийского учения представляют интерес с философской точки зрения. Таковы учения о все­общей изменчивости, отрицание существования души как осо­бой сущности и признание наличия лишь потока постоянно сменяющих друг друга состояний сознания.

Принципы «праведной» жизни изложены в практической части учения буддизма. Это требования этического совер­шенствования, или учение о «восьмеричном пути спасения» (о восьми «добродетелях»): о правильном поведении, пра­вильном образе жизни, правильной речи, правильном направ­лении мысли, сосредоточении или успокоении и невозмути­мости и т.п. Буддизм не стремился к устранению внешних причин страданий в реальной жизни, разумеется, а был тоже индивидуальным своеобразным путем.

Как видим, буддизм имеет много общего с принципами, провозглашенными в Упанишадах и Бхагавадгите. Своеоб­разие этой школы состоит в том, что она отрицает идею суб­станциональности бытия, выраженную в понятиях Бога и ду­ши — Брахмана, атмана, пуруши. Она основывается на по­ложении о том, что все многообразие бытия связано цепью единой причинно-следственной зависимости. Отрицание суб­станциональности всего сущего и его конкретных форм при­вело буддизм к идее об их относительности, нереальности, к мысли о том, что сами по себе они ничто и пустота — т. е. шунья.

Будда (основатель буддизма, царевич Гаутама) считал крайностями и безудержную погоню за мирскими наслажде­ниями, и аскетическое умерщвление плоти, самоистязание. Он осуждал ведические ритуалы, преклонение перед автори­тетами и считал, что всякий человек способен достичь спасе­ние, независимо от того, к какой варне принадлежит, он при­зывал к терпимости, всепрощению, ненасилию, воздержан­ности.

1 Буквальное значение этого слова — «угашенный». Это состояние полной невозмутимости, освобождение от всего, что приносит боль; это отвлечение от внешнего мира, а также от мира мыслей


  1. Человек на рубеже XX—XXI вв.


Для характеристики современного состояния человека при­меняются такие острые и парадоксальные определения, как «человек умер» (Э. Фромм), «одномерный человек» (Г. Маркузе), «антропологический кризис», «крушение гуманизма», «де-центрированный центр» (Делез), и, наконец, развиваются кон­цепции «сверхчеловека», «киборга» и т.п. Очевидно, что в обра­зе человека в современную эпоху произошли кардинальные изменения, не имевшие аналогов в прошлом. Они затронули все стороны природы, сущности и существования человека, не обошли стороной ни одну культуру и цивилизацию. Разумеет­ся, их интенсивность значительно различается, и на планете сейчас сосуществуют люди, живущие по меркам первобытного мира, и в то же время человек уверенно осваивает ближний Космос, вторгся в свой генофонд, создал современную инфор­мационную цивилизацию, массовую культуру и многое дру­гое, что вызывает обоснованную тревогу за его будущее.

Наиболее остро стоят проблемы идентичности человечес­кой личности, сохранения ее уникальности и свободы, сдержи­вания агрессивных проявлений, обеспечения возможностей достойной человеческой жизни для каждого жителя Земли. Во многом решение этих проблем связано с разными аспектами глобалистики, о чем речь пойдет далее. Вместе с тем становит­ся очевидным, что во внутреннем мире современного человека должны произойти кардинальные изменения, суть которых афористично выразил Э. Фромм: «Не иметь, а быть!» Безу­держный эгоизм, установка на безграничное потребление с жестко агрессивным подавлением другого человека способны свести на нет любые самые гуманные и демократические социально-политические реалии. Эта идея не нова, о ней говорили еще в XIX в. Толстой и Достоевский, равно как и все великие гуманисты XX в. Все они выражали опасение, что агрессивное поведение человека — неискоренимое зло человеческой приро­ды, может погубить человечество, вызвать его необратимую деградацию. Возникают вопросы, относящиеся к категории веч­ных. И. Кант в конце XVIII в. сформулировал три основ­ных вопроса:

— Что я могу знать?

— Что я должен делать?

— На что я смею надеяться?

Величайшие мыслители нашего времени Толстой и Ганди, Фрейд и Ясперс, Эйнштейн и Рассел, Вл. Соловьев и Бердяев, Швейцер и Сахаров испытывали глубочайшую неудовлетворен­ность уровнем знаний человечества, видели, что познание не только не принесло ему счастья, но и поставило на край пропа­сти. Не случайно невежество продолжает оставаться «демони­ческой силой» на рубеже XX и XXI вв. и способно погубить мир. Прорыв к неизведанным глубинам познания, к сфере бес­сознательного и интуитивного чреват новыми потрясениями для человека. Богиня мудрости Минерва сейчас явно не в почете.

В сознании людей нашего времени все более и более утвер­ждается идея о том, что сам по себе научно-технический и тех­нологический прогресс, само познание и знание еще не гаран­тируют счастливое будущее и необходима выработка челове­ческой, гуманистической меры самого прогресса.

Все мудрецы отдавали себе отчет в том, что существует «хитрость разума» и ирония истории, выражающаяся в сентен­ции, что дорога в ад устлана добрыми намерениями. То, что цель и замысел, даже самые мудрые и прекрасные, трагически не соответствуют полученному результату, никогда не было тайной. Созидательный потенциал многих социальных рево­люций, основанный на прекрасных идеях справедливости, за­частую оборачивался тотальным разрушением и человека, и общества. Вот почему именно сейчас так остро стоит вечная проблема — каковы пределы деятельности человека, вмеша­тельства его в природу, Космос и самого себя?

Суть третьего кантовского вопроса проста — можно ли на­деяться на собственный разум, волю, труд, солидарность людей или же надо уповать на авторитет Творца, Бога, Космического разума, т. е. на надчеловеческую силу? Здесь мы сталкиваемся с проблемой соотношения человека и Бога, веры и разума, науки и религии. Трагизм многих жизненных ситуаций страх неминуемо предстоящей смерти приводили к надежде на бессмертие в мире ином, мире загробном, где всем будет все дано по заслугам, где Божий суд установит, наконец, высшую справедливость. Очевидно, что неопределенность исхода многих дел и начинаний людских, непредсказуемость событий действие не зависящих от человека сил являются мощным основанием для надежды на Тайну, Чудо и Авторитет.


  1. Телесность — душевность — духовность человека


Двойственность человека, его принадлежность одновременно и к миру природы, и к миру общества осознавалась, очевидно, уже на самых ранних этапах человеческой истории в понятиях «тело» и «дух». Телесность человека рассматривалась как его причастность к природе, земле, праху. Недаром христианство и ислам рассматривают человека как прах земной, которого Бог наделил душой. Апостол Павел делил всех людей на телесных, душевных и духовных, причем духовное начало в человеке — от приобщения к Богу. Телесное и душевное должно быть подчинено духовному, и в этом видится смысл христианской жизни. Такое понимание специфики тела человека принятое в основных мировых религиях (христианстве и исламе), было реакцией на языческий образ тела, наиболее яр представленный в искусстве античной Греции и Рима. Так или иначе, но каждая эпоха, каждая цивилизация по-своему понимала специфику человеческого тела и отношение его к духу. Это имеет немалое значение для осмысления таких явлений жизни человека, как Жизнь, Смерть, Болезнь, Страх, Вера Ненависть, Тоска, Эрос. Эти понятия относятся к экзистенциальным сущностям человеческой жизни.

Телесные качества человека всегда привлекали пристальное внимание, ибо по ним отличали «своих» от «чужих». Прежде всего, это относится к расе. Суть расовых различий заключается в том, что группы людей, населяющих разные регион планеты, в процессе адаптации к условиям окружающей среды приобрели специфические анатомо-физиологические признаки.

В гораздо большей степени человеческая телесность диф­ференцирована по полу. Отличительные признаки мужского к женского тела настолько очевидны, что служат, как правило, первой приметой незнакомого человека. Женское тело «информативнее» и «душевнее» мужского, оно в большей степени отражает родовые особенности человека. Тело человека рассматривалось как пространство для нанесения «социальных меток» Татуировка, искусственное изменение формы носа, ушей, шеи конечностей, обрезание — все это символизировало принадлежность человека к тому или иному роду, группе, касте и пр. Одежда также выполняла роль особого социального признака как бы подчеркивающего особенности тела. Своеобразной при метой культуры конца XX в. стало стремление к унификации пола, к бисексуальности, в которой ряд западных антропологов видит будущее человечества.

Невероятная пластичность человеческого тела хорошо известна, а то, чего добиваются в этом отношении сторонник йоги или культуристы, граничит с чудом. И тело и дух в равной степени характеризуют человека, поэтому считать, что он обречен на вечную борьбу «низких» влечений тела с высоким духовными порывами было бы искажением природы и сущности человека. Более подробно понятие духовности человека будет рассмотрено далее.

Человек в современном мире, сохраняя все то, что было присуще людям прошлых эпох, тем не менее, начинает все более и более осознавать уникальность ситуации начала XXI века. Современный мир, отягощенный глобальными проблемами ставит все человечество и каждого отдельного человека в положение, когда надо либо принять принципиально новые способы выживания, существования и развития, либо деградировать как вид. Недаром предметом размышления ученых, философов, мудрецов все чаще и чаще становятся непредсказуемые процессы, отклонения от «нормы», нестабильность и т.п. В этом одна из особенностей настоящего времени, ставшая предметом изучения.


ЛЕКЦИЯ 21






оставить комментарий
страница1/4
Дата12.10.2011
Размер0,97 Mb.
ТипЛекция, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх