Кодекс этики археолога как дело чести страны (по поводу статьи Я. П. Гершковича «Хранители нелегальных древностей в Украине») Археологiя, 2009, Вып. 1, С. 100-102   Киевский журнал «Археология» (2005, 3) icon

Кодекс этики археолога как дело чести страны (по поводу статьи Я. П. Гершковича «Хранители нелегальных древностей в Украине») Археологiя, 2009, Вып. 1, С. 100-102   Киевский журнал «Археология» (2005, 3)



Смотрите также:
Утвержден кодекс чести сотрудника органов наркоконтроля...
«Кодекс профессиональной этики российского библиотекаря»: пять лет формирования нового...
«Кодекс профессиональной этики российского библиотекаря»: пять лет формирования нового...
Кодекс профессиональной этики...
Пособие по русскому языку и культуре речи для экономистов-международников // под ред...
Нельзя убить поэзию России!...
«огк-3»
Петрова Э. Б. Феодосийский музей и одесское общество истории и древностей: два юбилея...
Кодекс профессиональной этики...
«Черная археология»: мародеры против России...
Кодекс этики аудиторов...
Библиографический список новых поступлений «говорящих» книг, поступивших в фонд крбс...



скачать

Клейн Л.С. Кодекс этики археолога как дело чести страны
(по поводу статьи Я. П. Гершковича «Хранители нелегальных древностей в Украине»)

Археологiя, 2009, Вып.1, С.100–102


 

Киевский журнал «Археология» (2005, 3) опубликовал статью Я. П. Гершковича, а затем организовал (2006, 4) обсуждение принятого Институтом археологии Украины Кодекса этики археолога. Статью, Кодекс и обсуждение я прочел с пристальным вниманием и симпатией. Разумеется, Я. П. Гершкович заслуживает всяческой поддержки. Он хотя и не первым поднял эту проблему на постсоветском пространстве (были такие статьи и на Украине и в России и в других республиках), но первым сумел довести обсуждение до принятия украинским Институтом археологии документа - Кодекса этики археолога. Это важный шаг. Тем не менее, для целей, поставленных в дискуссии, далеко не достаточно предложенных статей Кодекса, да и самого принятия Кодекса.

 

Во-первых, Кодекс этики археолога по необходимости должен включать в себя не только меры противодействия разграблению археологического достояния человечества, но и другие проблемы. В частности, он должен регулировать отношения археологов с местным населением, претендующим на распоряжение древностями. Имеются в виду не только туземцы отсталых стран, считающие все могильники своей территории (даже палеолитические) погребениями предков и препятствующие раскопкам (с этим столкнулись археологи Америки и Австралии), но и настроения верующих, которым претит нарушение покоя мертвых.

 

Далее, в Кодексе указаны права держателя Открытого листа на пользование материалами раскопок, но не оговорены обязанности такого держателя. Между тем, в моду вошли экспедиции, охватывающие одним Открытым листом огромные территории, которые держатель листа не способен охватить контролем. Он делит экспедицию на отряды и во главе каждого ставит профессионального археолога, который фактически и ведет раскопки (и полевой дневник) на памятнике. А «авторское» право, выходит, остается за начальником всей экспедиции (на этом был основан мой конфликт с С.И. Капошиной за раскопки Садового кургана). Но ведь в этом случае начальник экспедиции ничем не отличается от директора института – почему уж тогда не числить авторское право за директором? Очевидно, Открытый лист нельзя считать документом на авторские права, это лишь документ на право производить раскопки, а вот как им воспользовались - реально проводили или перепоручили другим, ограничившись организационной деятельностью, - зависит от обстоятельств реальной работы.

 

Словом, не стоит рассматривать Кодекс как направленный исключительно на противодействие разграблению.

 

Во-вторых, рынок торговли незаконно добытыми древностями не признает политических границ между государствами. Он руководим только сферами интереса к тем или иным древним культурам, а это часто общеевропейский и общемировой интерес. В России, насколько  я знаю, нет больших частных коллекций, по крайней мере, на свету. Но «чёрная археология» свирепствует - с ориентировкой на зарубежный рынок. Мой ученик и многолетний соратник по экспедиции Александр Ильич Семенов был очень принципиальным человеком (некоторые коллеги считали: болезненно принципиальным). Он стойко противодействовал частным охотникам за древностями, наперегонки с ними выуживая для Эрмитажа золотые византийские монеты большого клада, разграбленного на Северном Кавказе. В одном из таких походов пропал без вести – несомненно, убит конкурентами, скупщиками золота.

 

Упразднение частных коллекций на Украине не закроет «чёрную археологию». Зарубежный спрос и даже прямые заказы из-за рубежа не исчезнут, а они вызывают не только деятельность «чёрных археологов», но и регулярные ограбления музеев – вплоть до Эрмитажа (имею в виду недавний скандал, о котором много шумела пресса). Поэтому частные  акции типа украинского Кодекса этики хороши только как примеры. Деятельность нужно ставить широко – сразу нескольким соседним государствам, нескольким братским археологиям, на общих конференциях, создавать межгосударственные комиссии. Принимать общие меры. Украинский институт оказался на постсоветском пространстве зачинателем – теперь нужно обратиться к российским, молдавским, белорусским и другим родственным учреждениям с предложением принять общие документы.

 

В-третьих, полагаться на принятие Кодекса в борьбе с разграблением археологического достояния нации было бы такой же наивной иллюзией, как упование на «моральный кодекс коммунизма» в борьбе с преступностью и на бесчисленные призывы властей - в искоренении коррупции. Требуется воспитание археологов с младых ногтей  в атмосфере неприятия дурных и беспринципных методов достижения результата в науке. А это означает, что нужны, разумеется, показательные примеры принципиального поведения старших (и примеры провала противоположного поведения – казус Джеймса Меллаарта с публикацией Дорака, закрывшей Меллаарту путь к раскопкам в Турции несмотря на все его заслуги). И нужен в системе археологического образования обязательный курс профессиональной археологической этики – не менее обязательный, чем курс полевой методики или археологии бронзового века. Во всех университетах! Вероятно, полезно было бы создание национальных и международных экспертиз по профессиональной этике и товарищеских судов археологов.

 

В-четвертых, сотрудничество профессиональных археологов с «черными» при всей зловредности (конечно, его нужно запретить), образует лишь малую толику в стимуляции охоты за древностями и атмосферы ее вольготности. Нужна неустанная работа по просвещению общественности, чтобы жизнь «чёрных археологов», частных коллекционеров древностей и торговцев древностями стала столь же неудобной, постыдной и скрываемой, как кража кошельков в вагоне трамвая. До тех пор, пока раскопать городище и курган без открытого листа – всё равно, что бросить окурок мимо урны или оставить бутылку в парке, археология останется в значительной части «черной», а наши города – грязными.

 

Уважительное отношение к древностям должно стать частью нашей культуры – как в Дании, где найдено более трехсот так наз. «болотных трупов» не археологами, а местными жителями – и ведь не упущены, не выброшены полицией. Надо, чтобы весь народ знал и берег древности. А для этого рецепт известен – долгое и неустанное воспитание народа. Поэтому в Институтах археологии нужно, на мой взгляд, создать Отделы археологического просвещения, которые бы занимались профессионально (и имели на это средства) пропагандой научного восприятия древностей среди населения, особенно среди молодежи. Это и выпуск научно-популярной литературы, фильмов, телепрограмм, и организация детских кружков (я сам долго вел школьный кружок при  кафедре археологии Университета), и налаживание участия школьников в археологических экспедициях. А в Университетах нужно учить археологов не только археологии, но и умению ясно и ярко говорить и писать.

 

Одним из направлений деятельности таких Отделов должна стать борьба против националистических спекуляций на основе археологических памятников. Такие националистические бредни не только создают атмосферу ксенофобии и ура-патриотического шапкозакидательства (опасного для любой страны), но и специально мостят дорогу националистическому коллекционерству, искусственно завышая цену на циркулирующие в торговле древности. В России это скифское и сарматское золото, актуализируемое фантазиями скифо-славянской преемственности, или беснования вокруг «арийско-славянского» Аркаима, паломничество к кавказским дольменам за магическим просветлением. На Украине это, конечно, «суперцивилизация» триполья, сказки о государстве Аратта и т. п. На этой ниве десятилетиями подвизался Ю. А. Шилов. Институт археологии изгнал его из своего коллектива и на этом успокоился. Но Шилов перешел в писатели, поддерживается депутатами и издается многотысячными тиражами, а археологи пишут на страницах своего журнальчика и остаются правы … в своей среде. Задача в том, чтобы народ читал и слышал не Шилова и Чмыхова, а профессиональных археологов, говорящих на доступном языке убедительно и увлекательно. По-украински и по-русски.

 

Это – долг национальной интеллигенции и дело чести страны




Скачать 54,62 Kb.
оставить комментарий
Дата26.09.2011
Размер54,62 Kb.
ТипКодекс, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

отлично
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх