Юридический институт (Санкт-Петербург) А. М. Величко философия русской государственности Издательство Юридического института (Санкт-Петербург) 2001 icon

Юридический институт (Санкт-Петербург) А. М. Величко философия русской государственности Издательство Юридического института (Санкт-Петербург) 2001


Смотрите также:
Политика власть право выпуск XIII санкт-Петербург...
Программа III всероссийской научно-практической конференции 25 26 февраля 2006 года...
М. М. Сметанин, И. П . Озерной, В. В...
Монографии: Нация (генезис понятия и вопросы правосубъектности). Монография. Спб...
Темы диссертаций "Социальная политика в условиях перехода к рыночной экономике", 1994...
В. А. Тупиков (гои, Санкт-Петербург)...
Программа Санкт-Петербург, Россия...
Предварительная программа 5-6 октября 2010 года Генеральный спонсор компания «Пфайзер» Место...
Монографии: Нация (генезис понятия и вопросы правосубъектности). Монография. Спб...
М. Б. Ревнова доктор юридических наук, профессор...
Санкт-петербургское высшее военное училище радиоэлектроники...
Дорогами великих князей санкт-Петербург – Москва – Владимир – Нижний Новгород – Раифа – Казань –...



Загрузка...
страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20
скачать
ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ

(Санкт-Петербург)

А.М. ВЕЛИЧКО

Философия русской государственности

Издательство Юридического института

(Санкт-Петербург)

2001

УДК 340.12 ББК 67.0

В 27

Рецензенты:

доктор юридических наук, профессор Козлихин И.Ю. (СПбГУ); доктор юридических наук, профессор Ромашов Р.А.

(СПб университет МВД России);

кандидат философских наук Панибратцев А.В.

(РАН, Институт философии).

Величко A.M.

В 27 Философия русской государственности. - СПб.:

Издательство Юридического института (Санкт-Петер­бург). 2001. -336с.

ISBN 5-86247-035-2

В книге излагается цельное и системное учение о русской государст­венности, устанавливаются основные начала, на которых она произрастала и формировалась, определяется их содержательная и идейная связь с христиан­ством. В работе подробно анализируются источники Русской идеи, раскрыва­ется природа государства, нации, общества, семьи, существо человеческой свободы, рассматриваются исторические формы русской государственности. Особое место занимает идея правообязанности, вопросы взаимосвязи права и нравственности, социальных отношений. Заключительная часть работы по­священа вопросам организации верховной власти и самодержавию как ее иде­альной формы, народного представительства, государственного и местного управления, судебной системы.

Для студентов, аспирантов и преподавателей юридических, историче­ских и философских факультетов, а также всех интересующихся философией русской государственности и ее историей.

ББК 67.0

©А.М.Величко, 2001
© Вступит, ст. М.Б.Смолин, 2001
© Издательство Юридического института
ISBN 5-86247-035-2 (Санкт-Петербург), 2001

«...и Бог воззовет прошедшее»

«Что было, то и теперь есть, и что будет, то уже было;

и Бог воззовет прошедшее».

Еккл. III, 15

Начало XXI в. совпало с концом постсоветского либе­рального диктата, идеологи которого всего на какие-нибудь де­сять лет попробовали заменить институт государства свободо­любивыми прениями о «гражданском обществе», о «свободном рынке». Не заставившим себя долго ждать итогом этого эгали­тарного эксперимента с попыткой жить «без мозжечка в голове» и «без позвоночника в теле» стал страшный упадок государствен­ности, потеря территориального единства и устремленность вто­ропях построенной федеративной системы в сторону распадаю­щейся конфедерации.

Современность, приостановившись, как кажется (с прихо­дом В.В. Путина), перед бездной небытия, повелительно на­стаивает на пересмотре либеральных представлений о государ­стве и других человеческих союзах, требует утверждения ново­го понимания в противовес прошедшему «десятилетию сугубой индивидуальности» и на государственном и на общественном уровнях.

Сущностью этого современного требования государст­венной необходимости не является прямолинейная противо­поставленность коллективного личному, общих интересов -интересам индивидуума. Смысл современной реанимации цен­ностей государства и других человеческих общностей (Церкви, слоя, семьи) заключается в выравнивании отношений между личностью и различными социальными союзами, объединяю­щими эти личности. Смысл новой, теоретически предполагае­мой государственной политики - в гармонизации корпоратив­ных отношений, вписываемости личности в мир государства и общей устойчивости общества.

ill

Поиск более гармоничной и наиболее стройной системы -сверхзадача и большое дело для современной государственно­сти. Это глобальная и величайшая задача в теоретико-практи­ческой области, от которой во многом зависит дальнейшая жизнеспособность русского государства. И она встает в полный свой рост, прежде всего, перед русской юридической наукой. Именно от нее мы вправе были бы ждать и даже требовать по­ложительного решения этой насущной проблемы современной государственности.

Государство должно снова выйти на общественную сцену в главной роли устроителя и творца общественной жизни.

На этом пути, в новой современной ситуации появляются и новые соблазны. Главный из них можно назвать соблазном «чистой государственной силы» - государственной власти без духовного ограничения и без духовного основания. Этот «язы­ческий» соблазн возможно преодолеть только на пути обраще­ния к христианскому пониманию власти, как тяжелого бреме­ни, «почти Голгофы».

Иван Солоневич в одной из своих поздних статей писал: «Российская государственность строилась на Православии, а не на юриспруденции. Все попытки перевода с православного языка на язык "конституций " суть попытки безнадежные»1.

В этой мысли мэтра консерватизма, как может показаться на первый взгляд, нет пренебрежения к юридической науке. В ней есть отрицание сугубо секулярного и позитивистского под­хода к традиционалистским формам властвования. В ней есть убеждение, что юриспруденция не должна быть автономна в своих теоретических построениях ни от исторической судьбы нации, ни от вероисповедных форм ее сознания. В противном случае беспочвенность права будет только ослаблять и нацию, и союзы, ею создаваемые.

Глядя на современное государство, на его властные ин­ституты, трудно не заметить их крайнюю слабость и скован­ность, прежде всего - в вопросах защиты правды и справедли-

^ Солоневич И.Л. Царь и помещики // Наша страна. 1949. № 14.

вости, в противодействии антигосударственной, уголовной и экономической преступности. Сложилась такая правовая си­туация, при которой богатый и влиятельный преступник может легко уходить от любой ответственности, предусмотренной го­сударством, были бы хорошие адвокаты и надлежащие связи в судах. Государство само способствует этому через многочис­ленных своих служащих, так или иначе включенных в корруп­ционную деятельность.

Неиспользование власти есть тягчайший грех государства перед законопослушными гражданами. Оно оборачивается, прежде всего, утяжелением для них государственного бремени, приучает слабых не рассчитывать на защиту сильного государ­ства, а значит - наносит тяжелейший урон престижу Власти как социального института. Но кроме этого при демократическом принципе властвования есть большое количество ситуаций, ко­гда невозможно (по действующему закону) использовать власть из-за ее скованности всевозможными узаконениями и юридическими, идеологическими фетишами. В случаях с раз­нообразнейшими «народными избранничествами» тех или иных деятелей местной администрации, неприкосновенностью депутатов и несменяемостью судей начала их автономности от федеральной власти легко приводят к появлению тоталитарных и сепаратистских режимов внутри страны.

Общий кризис демократического мировоззрения и госу-дарствования подталкивает думающих людей к поиску полити­ческих альтернатив этой идеологической системе, столь легко мирящейся с отсутствием Правды и социальной справедливо­сти в обществе. Демократия родила в XX столетии (да и не только в нем) слишком много государственных монстров и по­литических маньяков, чтобы доверять ей и дальше - столь без­альтернативно - власть в государстве.

В этом поиске политической альтернативы никуда не уй­ти от христианского взгляда на власть, изложенного в Священ­ном Писании и Священном Предании Церкви. Прежде всего, власть, по слову Божию, должна стремиться поддерживать и ограждать от посягательств тот идеал христианской жизни, ко-

IV

торый формулируется Библией, - проведение человеческой жизни, тихой и безмятежной, во всяком благочестии и чистоте. «Итак, прежде всего прошу совершать молитвы, прошения, моления, благодарения за всех человеков, за Царей и за всех на­чальствующих, дабы проводить нам жизнь тихую и безмя­тежную во всяком благочестии и чистоте» (1 Тим. II, 2).

Именно этим «царским» путем, срединным между социали­стическими и либеральными соблазнами, и идет мысль A.M. Ве­личко. Автор книги представляет собой тип нового ученого-юриста, не удовлетворяющегося узкопозитивистским подходом, свойственным прошлому юридической науки. В лице А.М.Ве­личко как правоведа можно видеть начало возрождения того хри­стианского взгляда на право, к которому приходили некоторые ученые-юристы еще в начале XX в. (профессор Е.В.Спекторский, профессор В.Д.Катков, профессор М.В.Зызыкин, профессор Ки­рилл Зайцев, профессор И.А.Ильин, Л.А.Тихомиров, Н.А.Захаров, профессор Н.В.Болдырев, профессор П.Е.Казанский и некоторые другие).

Его предыдущие книги «Государственные идеалы России и Запада. Параллели правовых культур» (СПб., 1999) и «Хри­стианство и социальный идеал (философия, право, социология индустриальной культуры)» (М.-СПб., 2000) написаны в русле размышлений перечисленных выше авторов с использованием материалов, предоставляемых правовой историей разных стран.

^ Находясь, некоторое время под влиянием естественно-правовой доктрины, - писал сам A.M. Величко, - внешне сори­ентированной на признание личности нравственной, духовной и неповторимой субстанцией, мы вскоре пришли к выводу о ее несостоятельности именно в духовном плане. Изучение явле­ний противоположного порядка, мы имеем в виду начала и формы российской государственности XV-XVII вв., привели к мысли, что существо идеи права не может основываться на нравственном императиве, определенном рационально. И дело не в истинности отдельных научных методов и погрешностях других, а в том, что сам метод, основанный на принципах ло-

гики и духе рассудочного объяснения истории правовых и по­литических явлений, не может быть признан единственным» .

Эти размышления повелительно требовали отказаться от чисто светского взгляда на вопросы правоведения и переос­мыслить цели и формы государственности, что и нашло свое интересное решение в книге, лежащей перед нами. Автор ее убежден, что власть в российском христианском государстве должна быть персонифицированной, сильной, концентриро­ванной, авторитетной и требующей к себе уважения; что для таких великих дел, как возрождение государственности в Рос­сии, нужна особая власть. И опорой этой власти должна стать нравственная поддержка нации того, кто взвалит на себя тя­жесть дела возрождения России.

«Идея самодержавия, - писал один из идеологов христианской государственности начала XX в., профессор В.Д.Катков, - не есть какая-то архаическая идея, обреченная на гибель с ростом просвещения и потребности в индивиду­альной свободе. Это вечная и универсальная идея, теряющая свою силу над умами при благоприятном стечении обстоя­тельств, и просыпающаяся с новою силою там, где опасности ставят на карту самое политическое бытие народа. Это ге­роическое лекарство, даваемое больному политическому орга­низму, не утратившему еще жизнеспособности» .

Другим поводом необходимости «героического лекарст­ва» имперской власти для России является та распущенность, недисциплинированность и анархичность нашего общества пропи­танного демократическими миазмами, о которой еще в XIX в. знаменитый Ренан говорил: «Эгоизм - источник социализма, и зависть - источник демократии не создадут ничего, кроме общества слабого, неспособного противостоять могущест­венным соседям».

2 Величко A.M. Государственные идеалы России и Запада. Параллели
правовых культур. СПб., 1999. С. 3.

3 Катков В.Д. О русском Самодержавии. Харьков, 1906. С. 19.


VI

VII

Мы стали несчастными свидетелями страшных последст­вий разрушительности демократического принципа на примере ослабления нашей Родины. Мы переживаем тяжелейшую бо­лезнь - государственной расслабленности, единственным лече­нием которой может и должна стать величайшая концентрация власти. Концентрация власти нужна не сама по себе, а как ору­дие, с помощью которого возможно восстановить государст­венный порядок, добиться нравственной правды, социальной справедливости и других гражданских основ.

Нам - сегодняшним гражданам России, нужна сильная го­сударственная власть еще и потому, что в обстановке борьбы политических партий, народов, экономических группировок внутри нашей страны интересы Отечества в целом постепенно все более отходят на второй план. Только величайшие усилия и концентрация государственной власти, ее персонификация в лице лидера нации способны сбить накал внутриобщественной гражданской и национальной борьбы. Необузданная Верховной властью государства эта борьба всех против всех способна окончательно разорвать Россию в клочья.

Тот, кто сегодня выступает против сильной государственной власти, тот хочет сохранить лишь свою личную власть и отстаивает лишь свои личные интересы. Нам нужен особый, временный пе­риод управления - период восстановления государственности. Сегодня России нужен Правитель, способный вести за собой, кон­солидировать нацию вокруг себя, решиться на жесточайшую про­скрипцию (открытое лишение защиты закона) в отношении всех врагов и воров нашего Отечества, способный вслед за Владимиром Мономахом править с убеждением в том, что «Господь вручил нам мечъ карать зло и возвеличивать добро».

Михаил СМОЛИН

VIII

^ Моим дочерям посвящаю эту книгу

От автора

Тема русской государственности настолько широка, что было бы непростительно смело и наивно говорить о возможно­сти полного ее исследования в рамках одной только работы. Между тем возвращение к истории нашего Отечества, тем нача­лам, на которых оно становилось как Великая Держава, принявшая промыслительную для мира роль, стало чрезвычайно актуальной проблемой. Дело заключается не только в попытках рассмотре­ния - чисто теоретически - альтернативных вариантов строитель­ства нашего национального и политического тела, а в насущной необходимости вернуться из «эпохи переходных периодов» ко времени нормальной жизнедеятельности. По какому же пути должна пойти Россия? - вопрос, который задает себе едва ли не всякий здравомыслящий и болеющий за Отечество человек. Вернуться к «коммунистическому далеко» или, признав бес­смысленным весь свой исторический путь, стать сырьевым при­датком Запада? Очевидно, что негативные явления, сопровож­дающие нас на протяжении многих последних лет, требуют поиска иных перспектив.

Но чтобы понять особенности своего, русского, пути, не­достаточно поверхностного изучения внешних явлений истории нашей государственности без исследования их природы и внут­ренней взаимосвязи. Мы должны познать философию русской государственности, раскрыть ее самобытные начала, их источни­ки, ретроспективно рассмотреть те государственные институты, которые нам дарит наша древняя история. В первую очередь не­обходимо вспомнить, что русская государство было всегда госу­дарством православным, вне его и без него немыслимым как ин­дивидуальное политическое образование. Этим вопросам и по­священа настоящая книга. Автор попытался сконструировать учение о русской государственности как философский идеал, который раскрывается нам в содержании христианского учения. Вместе с тем это - не только философско-правовое исследова-

9

ние. Было бы малодоказательно, а порой и некорректно опериро­вать только умозрительными суждениями, игнорируя историче­ские формы, которые возникали при попытках наиболее полной реализации христианских начал в политико-правовой сфере.

Кроме того, в некоторых местах нашего изложения мы со­чли возможным перейти к вопросам практическим, например: организации деятельности верховной власти, представительных органов, судебной системы и государственного управления, чем вторглись в область государственного права. Некоторая пред­метная непоследовательность легко объяснима тем обстоятель­ством, что нашей задачей - повторимся - было общее изложение учения о государстве, которое дается нам в христианстве. Наде­емся, что благожелательный читатель простит нам некоторую вольность изложения материала.

Хочу сказать добрые слова моей жене Наталье, моим учи­телям и ученым, в кругу которых я формировался как правовед и исследователь: члену-корреспонденту Академии наук РФ, за­служенному деятелю науки РФ, доктору юридических наук, профессору Ю.К. Толстому, заслуженному деятелю науки РФ, доктору юридических наук, профессору, академику В.П. Саль­никову, доктору юридических наук, профессору Д.И. Луковской, доктору юридических наук, профессору И.Ю. Козлихину, докто­ру юридических наук, профессору Р.А. Ромашову, кандидату юридических наук, доценту А.В. Полякову и другим. Далеко не всегда наши воззрения сопадают, по ряду вопросов расходятся весьма резко, но главное - эти люди ввели меня в науку, научили мыслить, были великодушны и терпеливы.

В заключение считаю необходимым отметить, что основ­ные положения работы рождены в ходе длительных обсуждений затрагиваемых в ней вопросов с моими друзьями и единомыш­ленниками: М.Б.Смолиным и В.В.Карповым, без чьей помощи и советов труд, выносимый ныне на суд читателя, не состоялся бы.

10

^ Сокращения, используемые в тексте

Книги Ветхого Завета:

Быт.- Бытие

Исх. - Исход

Лев. - Левит

Числ. - Числа

Втор.- Второзаконие

Иис. Нав. - Книга Иисуса Навина

Суд. - Книга Судей израилевых

Щар. - Первая книга Царств

  1. Цар. — Вторая книга Царств

  2. Цар. - Третья книга Царств

  3. Цар. - Четвертая книга Царств

/ Пар. - Первая книга Паралипоменон

2 Пар. - Вторая книга Паралипоменон

Пс. - Псалтирь

Притч. - Притчи Соломона

Прем. - Книга Премудростей Соломона

Сир. - Книга премудрости Иисусова, сына Сирахова.

Ис. - Книга пророка Исайи

Иер.- Книга пророка Иеремии

^ Дан. - Книга пророка Даниила

Ос. - Книга пророка Осии

Книги Нового Завета:

Мф. - Евангелие от Матфея

Лук. - Евангелие от Луки

Иоан. - Евангелие от Иоанна

Деян.- Деяния святых апостолов

/ Петр. - Первое соборное послание апостола Петра

^ Рим. - Послание к римлянам апостола Павла

1 Кор. - Первое послание к коринфянам апостола Павла
Еф. - Послание к эфесянам апостола Павла

Филип.- Послание к филиппийцам апостола Павла

2 Фес. - Второе послание к фессалоникийцам (солунянам)
апостола Павла

1 Тим.- Первое послание к Тимофею апостола Павла Откр. - Откровение апостола Иоанна Богослова (Апокалипсис).

11

^ Введение. Кризис современного государства. Христианство и наука. Источники Русской идеи

Великий кризис государства демонстрирует нам XX в. Он проявляется так многообразно, что трудно указать все формы этого негативного и, не побоимся сказать, - страшного по своим последствиям процесса. Теоретическая мысль силится доказать преходящий характер государства, полагая недалеким то время, когда государственные функции будет осуществлять само обще­ство, так сказать, подготавливает теоретическую базу под выс­шее проявление демократии, должное знаменоваться - одновре­менно - расцветом идеи права и справедливости. Самоуправляе­мое общество представляет собой, по мнению теоретиков, тот идеал, который никогда не умирал в душе человека, временно принявшего власть над собой государства, т.е. бюрократического аппарата. Их противостояние (свободного человека и государст­ва) длилось тысячелетиями, облекалось в состязательные формы права, прорезывалось революциями. Это была борьба - борьба за право управлять или самоуправляться. Наконец, как нас хотят убедить, эта борьба заканчивается. Сознательность членов обще­ства достигла такой степени гражданственности и самоотдачи, что позволяет человеку решать все вопросы самостоятельно, не прибегая к помощи государственного аппарата. Государство ста­ло ненужным и утрачивает даже те функции, которые еще не­сколько лет тому назад никто не смог бы отрицать за ним4.

В погоне за стремительным временем социальные ре­форматоры предлагают отказаться от старых форм. «Человечест­во ждут резкие перемены, - говорят они нам. - Оно стоит перед глубочайшим социальным переворотом и творческой реоргани­зацией всего времени»5. Новый век требует новых форм. И бле­стящие философы Запада не устают представлять проекты поли­тических устройств, максимально ориентированных на непо-

средственную демократию, непосредственное самоуправление народа. Немецкий мыслитель Ю.Хабермас настаивает на том, что необходимо отказаться от практической реализации своего мнения и убеждения, пока не удастся убедить всех остальных граждан в правильности своей точки зрения6. Психолог и философ Э.Фромм (1900 - 1980) предлагал фактическую замену законода­тельного органа государства совокупностью групп, собранным по 500 человек, охватывающих весь народ, для обсуждения во­просов насущного бытия. Это позволит, считал он, преодолеть бюрократизацию общества и негативы партийной и парламент­ской практики7. Правда, способы, которые предлагают нам в ка­честве реализации этой идеи, никак не соотносятся ни с идеями демократии, ни с идеей свободной, самостоятельной и ответст­венной за свои поступки личности. Можно сказать, что перед нами - одна из вариаций современного тоталитаризма.

Наиболее радикальные исследователи, например, амери­канский футуролог Э.Тоффлер, предлагает «сдать на слом» Кон­гресс США, Палату общин и Палату лордов, немецкий Бундес­таг, японский парламент, конституции и судебные системы. «Они более не способны работать: больше не отвечают нуждам радикально изменившегося мира»8. И хотя децентрализация еще не означает «демократизации», но тем не менее, по его мнению, нет возможности восстановить смысл, порядок и управленче­скую эффективность без реальной передачи функций централь­ной власти вниз и создания многочисленных неправительствен­ных организаций, которые бы принимали участие в решении многочисленных социальных и политических задач9. •

В практической политике мы наблюдаем массовые явле­ния сепаратизма, развала супердержав, еще вчера силой своего авторитета сдерживавших мир от глобальных потрясений. Но, как ни странно, это наблюдение касается не только бывшего СССР, как легко можно было бы догадаться, но и вчерашних его противников по «холодной войне». Все настойчивее проявляют-


4 См., напр.: Лобер В.Л. Проблема демократии в политической филосо­фии Норберто Боббио // Власть и демократия. Зарубежные ученые о политиче­ской науке. М., 1992. С. 201-202,211.

*Тоффлер Э. Третья волна. М., 1999. С. 32-33. 12

6 Хабермас Ю. Демократия. Разум. Нравственность. М., 1995. С. 38-39. 1 Фромм Э. Здоровое общество // Избранные труды Карен Хорни и Эри­ха Фромма. М., 1995. С. 547-549.

1 Тоффлер Э. Третья волна. С. 658-659.

'Тамже. С.679-681.

13

ся попытки отделения Калифорнии от остальных штатов США. Говорят о выделении Техаса и воссоединения его с Мексикой. Жители Нью-Йорка считают необходимым все решительнее от­стаивать «свои» интересы, нарушаемые федеральным правитель­ством. Согласно заключению Национальной конференции госу­дарственных законодательных органов в Америке идет вторая гражданская война. Впрочем, не остались в стороне от сепарати­стского процесса и Англия, и Австралия, и Новая Зеландия1 . Мы уже не говорим о Канаде, где давно кипят страсти по француз­ским провинциям, стремящимся к выделению из состава этой федерации.

На фоне кризиса идеи государственности не менее очеви­ден и кризис национальной идеи. Экономика, чье влияние на по­литическую структуру общества в последний век неизмеримо выросло, все более становится интернациональной, вернее - не­национальной. В течение нескольких десятилетий западная пра­вовая культура понимала свободу личности, главным образом, как свободу политическую и свободу экономическую, в значи­тельной степени склоняясь к их отождествлению. Поэтому тен­денция превращения национальной экономики и, как следствие, - национальной культуры, в безнациональную, рассматривается как высочайшее проявление свободы личности11.

Некоторым диссонансом выглядят процессы создания не­больших национальных государств на основе республик бывше­го СССР и его партнеров по социалистическому лагерю. Каза­лось бы, здесь видится противоречие сказанному. На самом деле это не так. Формирование этих «государств», зачастую никогда ранее не владевших государственным суверенитетом, происхо­дило при мощнейшей финансовой, политической и идеологиче­ской поддержке противников из противоположного лагеря и представляло собой не столько реализацию идеи «права нации на самоопределение», сколько политический ход, рассчитанный на ослабление и - в заключительной стадии - уничтожение такой супердержавы, как СССР.

10 Там же. С. 502-507.

иРайх Р. Труд наций. Готовясь к капитализму XXI века // Новая по­стиндустриальная волна на Западе. Антология / Под ред.В.Л. Иноземцева. М, 1999. С. 511-512. 14

Эти «государства» можно характеризовать по двум при­знакам: отсутствием в них стремления сформировать свою на­циональную культуру и явно выраженным шовинизмом. Их по­явление на политической арене знаменуется не столько наличием свежих национальных идей, хотя бы в сфере государственно­сти, сколько заявлениями о своей принадлежности к «западной цивилизации», что бы мы под этим ни понимали: капитализм, индустриализм или постиндустриализм. Эта принадлежность спасительна для них в части протекционизма более влиятель­ных и сильных держав (в первую очередь - США), но губитель­на в части формирования своей национальной культуры, которая проявляется в самых закостенелых и застывших формах, пора­жающих своим примитивизмом. Именно в этих «государствах» национальные отличия приводят к резкой социально-поли­тической дифференциации общества. Право на работу, на льго­ты, на проживание, политические права имеют только лица од­ной национальности. Эта тенденция накладывается на тот факт, что коренное национальное население этих «государств» состав­ляет, как правило, не более половины общей численности насе­ления. Можно смело сказать, что эти государства создавались не своими коренными нациями, а всей совокупностью проживавше­го на данной территории населения.

Трудно понять, являются шуткой или признаком абсолют­ного бесстыдства заявления политических лидеров этих образо­ваний о российской имперской угрозе и русском шовинизме. Ес­ли шовинизм понимать как оценку людей по признаку крови, т.е. как болезнь национального сознания, то как раз этим заболева­нием Россия никогда не болела, в отличие от тех «угнетенных», «малых народов», ставших, наконец-то, на путь «цивилизации» (отдельные проявления этой болезни, заслуживающие - безус­ловно - отрицательной оценки, не носили у нас характер обще­национальной тенденции). Достаточно вспомнить, что еврейские погромы известны нам по истории Англии, Франции, Германии, Испании и практически неизвестны русской истории. Что нико­гда в ходе своего имперского шествия Россия не принимала по­литики физического уничтожения присоединяемых народов, че­го нельзя сказать о наших западных соседях. Впрочем, государ­ственная история «угнетенных народностей» так незначительна

15

по времени, так бледна по содержанию, их попытки казаться (самим себе?) политически независимыми столь беспомощны и порой смешны, что зачастую было бы бессмысленно ссылаться на новорожденные политические формирования при оценке кон­цептуальных явлений12.

Кризис национальной идеи заметен и по другим тенденци­ям, явно проявляющимся и даже господствующим в последнее время. Все реже говорят о национальных особенностях различ­ных культур, сотворивших историю человечества, все чаще ссы­лаются на единую, общечеловеческую культуру. Последняя представляет, по мнению ее сторонников, некую совокупность общечеловеческих ценностей, которые могут быть признаны всеми без исключения нациями. Причем, что очень важно, речь идет о сотворении общечеловеческого идеала самим человечест­вом. Экуменизм как способ разрешения всех цивилизационных проблем должен быть, по мысли исследователей, задействован повсюду: в объединении религиозных конфессий, правовой по­литике, экономике, культуре, языке, формах политической вла­сти, способах строительства государственного тела и т.д.

Между тем экуменизм и интеграция есть нетождественные по своей сути явления. Процесс интеграции культур, в том числе - правовых, мыслим как положительное явление только в том случае, когда отдельные перспективные элементы, институты, нормы, выработанные одной из них, перенимаются другими уча­стниками всемирного интеграционного процесса. Эти явления не убивают национальные культуры, но обогащают их, выступают в

12 Это наглядно проявилось в процессе развала СССР. Например, в то время, когда Грузия требовала политической независимости и взывала «ко всему просвещенному миру» с криком о помощи против «великодержавных замашек Москвы», внутри ее маленькая Абхазия также требовала политической незави­симости, но уже от Грузии. Политическая сила обеих «держав» проявилась в полной мере, когда они, ничуть не смущаясь, прибегли к помощи Москвы, кото­рая и разрешала конфликт между двумя «суверенными» государствами. «И смех, и грех!» - ничего не скажешь более (См. об этом: Тоффлер Э. Третья вол­на. С.505). Можно привести и многие другие примеры, свидетельствующие лучше всяких слов, что только помощь России, только ее военная мошь являют­ся абсолютной и единственной гарантией целостности и политической незави­симости многих из наших республик - бывших субъектов СССР, а ныне - «са­мостоятельных» государств. Без помощи (прямой или косвенной) ненавистной им Москвы они не выстояли бы и одного года в окружении своих соседей. 16

известной степени катализатором позитивных перемен. Более того, нельзя не признать, что процесс интеграции возможен только в том случае, когда в нем участвуют самостоятельные, независимые по своим источникам культуры. Таким образом, основой интеграции является национальная самобытность каждой из них, и никак иначе, даже можно сказать - самодостаточность. Можно ли интегрировать явления, которые тождественны? Нет, это - очевидно. В этом случае мы получим не интеграцию куль­тур, а их слияние, даже поглощение одной, более высокой и со­держательной культурой других, менее развитых и самостоя­тельных. Процесс экуменизации культур предполагает даже не эту возможность, которая, все-таки, основывается хотя и на од­ной, но национальной культуре, а стерилизацию всех культур­ных типов под эгидой неких высших ценностей, кем-то «откры­тых», под девизом «подняться над национальностью». На самом деле, как показывает жизнь, чем больше человек уходит от есте­ственной градации общества по национальному признаку во имя ненационального идеала, тем сильнее и резче проявляется про­тивостояние людей разных культур и государств.

Процесс разгосударствления и денационализации мировых сообществ сопровождается и другими негативными явлениями, столь же массовыми и распространенными. Мы имеем в виду тенденции разложения семьи, как естественного человеческого союза, и практически всех без исключения других устойчивых социальных групп, известных нам с древности. Растет число раз­водов, количество незамужних женщин и одиноких матерей, причем этот процесс не знает исключений по своей географии. В Китае число разводов к 1994 г. составило 24%. В США количе­ство полноценных семей (отец, мать, ребенок) снизилось к 1992 г. до 34%13. В СССР среднестатистическое число разводов на нача­ло перестройки составило 40-50% от количества всех заключае­мых браков, а в некоторых местах - до 90%14. По официальным данным, в современной России ежедневно происходит 1634 раз­вода (на 3616 браков), 1288 детей остаются с одним из родите-

13 Туроу Л. Будущее капитализма. Как сегодняшние экономические си­лы формируют завтрашний мир. Новосибирск, 1999. С. 42,43.

Стариков Е. Маргиналы, или Размышления на старую тему: что с нами происходит? // Знамя. 1989. № 7. С. 152,156.

2 Заказ №105 17

лей, 32 ребенка отбираются от морально несостоявшихся роди­телей, 30 передаются в дома ребенка, 438 детей - «беглецов» уходят из дома, 2625 доставляются в органы милиции, 650 несо­вершеннолетних совершают различные по степени тяжести пре­ступления, 245 осуждаются судом, 1400 ставятся на учет в каче­стве потенциальных преступников15.

Как справедливо пишет современный американский иссле­дователь Л.К.Туроу, «в истории одинокие матери никогда не бы­ли нормальным явлением, но патриархальная традиционная жизнь теперь экономически невозможна. Семейным ценностям угрожают не правительственные программы, им угрожает сама экономическая система»16. Поскольку же экономическая система является хотя и значимым, но лишь элементом единой системы организации общества, то следует сказать, что современное об­щество в целом уничтожает классическую семью.

Урбанизация привела к эпохе массового переселения наро­дов, совершенно не сопоставимой по своим масштабам ни с ка­ким имеющимся у нас аналогом в истории. Человек, традицион­но живущий на определенной территории, имеющий там свои корни, является скорее исключением, чем правилом. В результа­те рушатся устойчивые территориальные социальные группы, создававшиеся веками, а с ними - основы великих национальных культур. Они утрачивают свои источники. Не случайно для XX в. характерны




оставить комментарий
страница1/20
Дата24.09.2011
Размер5,21 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх