Левый экстремизм как политический феномен второй половины ХХ начала XXI веков: эволюция стратегии и тактики icon

Левый экстремизм как политический феномен второй половины ХХ начала XXI веков: эволюция стратегии и тактики



Смотрите также:
Учебное пособие для студентов и аспирантов Волжский 2002...
Феномен детства в творчестве отечественных композиторов второй половины XIX первой половины ХХ...
А. Г. Прокофьева Оренбург, Оренбургский гос пед университет...
Удмуртская проза второй половины ХХ начала ХХ i века: человек и мир, эволюция...
Удмуртская проза второй половины ХХ начала ХХ i века: человек и мир, эволюция...
Рабочие программы специальность: 540401 историческое образование Исторический факультет...
Польское общественно-политическое движение в Беларуси 2-ой половины...
История взаимодействия исламской и христианской культур средневековья в отечественной...
Эволюция городского костюма как отражение модернизационных процессов в российском обществе...
Статья опубликована в журнале «Revista de etnologie şi culturologie»...
Судебные реформы как механизм формирования гражданского общества в России (на материалах...
Судебные реформы как механизм формирования гражданского общества в России (на материалах...



страницы:   1   2   3
скачать
На правах рукописи


МОРОЗОВ ИЛЬЯ ЛЕОНИДОВИЧ


ЛЕВЫЙ ЭКСТРЕМИЗМ КАК ПОЛИТИЧЕСКИЙ ФЕНОМЕН ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ ХХ — НАЧАЛА XXI ВЕКОВ: ЭВОЛЮЦИЯ СТРАТЕГИИ И ТАКТИКИ


Специальность: 23.00.02 - «Политические институты, процессы и технологии»


АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора политических наук


Саратов - 2010


Работа выполнена в Волгоградском государственном университете


Научный консультант: доктор политических наук, профессор

^ Панкратов Сергей Анатольевич


Официальные оппоненты: доктор политических наук,

доктор исторических наук, профессор

Баранов Андрей Владимирович


доктор политических наук, профессор

^ Вилков Александр Алексеевич


доктор политических наук, доцент

Тарасов Илья Николаевич


Ведущая организация: Казанский (Приволжский) федеральный университет


Защита состоится «26» октября 2010 г. в 12 часов на заседании диссертационного совета Д. 212.241.01 в Саратовском государственном социально-экономическом университете по адресу: 410003, г. Саратов, ул. Радищева, 89, ауд. 843.


С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Саратовского государственного социально-экономического университета по тому же адресу.


Автореферат разослан « » сентября 2010 г.


Ученый секретарь

диссертационного совета Донин А.Н.


^ I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ


Актуальность темы исследования. Вступивший в эпоху глобализации современный мир обозначил перед человечеством новые вызовы и угрозы в виде активизации разнообразных форм политического экстремизма, к адекватным ответам на которые как мировая система в целом, так и национальные политические режимы в частности, оказались не готовы — весь комплекс мер стратегического, тактического и оперативного характера, применявшийся в последнее десятилетие как руководством суверенных государств, так и специализированными международными структурами, не принес желаемого эффекта по противодействию распространению политического экстремизма1. Наличие экстремистского вызова демократическому государству и гражданскому обществу, ставящего под угрозу их безопасность, в сочетании с отсутствием эффективных методик нейтрализации данной угрозы порождает проблемную ситуацию в социально-политическом контексте современного развития цивилизации и конкретизируется в научную проблему, требующую комплексного осмысления и решения в рамках инструментария современной политологии.

Актуальность диссертационной темы определяется следующим:

- на рубеже XX-XXI веков наблюдается активизация обновленных (стратегически, тактически) левых политических сил в рамках глобального протеста, что является характерной чертой современной мировой политической системы (сапатизм, движение «боливарианской инициативы», антиглобалисты Европы и США)2; учитывая повышающееся взаимовлияние и взаимозависимость политий, данная тенденция с высокой степенью вероятности в ближайшие годы затронет и Россию в прямой (появление акторов на территории РФ) или опосредованной (необходимость считаться с нарастающим в других регионах планеты влиянием левых сил3) формах;

- несмотря на то, что российские левоэкстремистские (протестно-активистские и террористические) движения, аналогичные западноевропейским образца 60-х - 70-х годов ХХ века, проявлявшие активность во второй половине 90-х годов ХХ века («Студенческая защита»1, «Новая революционная альтернатива»2), в последующем прекратили свое существование, на смену пришли протестные движения модифицированного типа с признаками сетевой организации, развивающие свою деятельность без террористических форм, но с элементами левого экстремизма: «Национал-большевистская партия» (лидер - Э.В. Лимонов)3, «Армия воли народа» (лидер - Ю.И. Мухин)4, «Курсом правды и единения» (основатель - генерал К.П. Петров)5;

- современные экстремистские движения различной направленности в части стратегии и тактики базируются на общих принципах (что не отменяет наличия уникальных свойств в каждом конкретном случае), поэтому закономерности и тенденции развития, выявляемые при исследовании классических левоэкстремистских моделей, могут быть применены и к другим видам экстремизма, распространенным на территории РФ;

- российская политическая наука внесла значительный вклад в изучение проблемы политического экстремизма, но его особенности выявлялись в основном на эмпирических материалах по этнорелигиозным сепаратистским движениям, тогда как возможность получения новых практических выводов на основе компаративного изучения левого экстремизма необоснованно упускалась.

Мировые политические процессы конца ХХ — начала XXI веков в первую очередь активизировали этнорелигиозный экстремизм, используемый главным образом в сепаратистских политических целях. Однако данное обстоятельство не снимает необходимости в проведении исследований политического экстремизма левого спектра, поскольку процессы глобализации усиливают разрыв между богатыми и бедными регионами планеты, а так же внутреннюю социально-экономическую стратификацию наций (социальное расслоение в России продолжает увеличиваться - по официальным данным соотношение доходов 10% богатейшей и 10% беднейшей страт достигло 17:11). В Российской Федерации продолжается рост протестных настроений: «Только по официальным данным пресс-центра МВД, в 2009 г. в России прошло около 30 тыс. публичных акций, из них на 2,5 тыс. выдвигались политические требования. В этих акциях участвовали 5,5 млн. чел., 440 акций (более 20 тыс. участников) не были санкционированы органами власти»2. Последнее определяется не только внутренними экономическими процессами, но и тем, что при включенности суверенных государств в мировые структуры и закреплении за ними четко обозначенной роли в международном разделении труда и распределении доходов, происходит перекачивание ресурсов из национальных экономик более слабых акторов в распоряжение более сильных. Данные обстоятельства вновь актуализируют идеи социальной справедливости, порождают убежденность в необходимости борьбы за принципиально иное распределение материальных и социальных благ в глобальном масштабе. Поэтому левый экстремизм нуждается в изучении как теоретический феномен и как практический вызов системе национальной безопасности России. Исламизм, по мнению автора диссертации, далеко не единственный глобальный проект, способный быть востребованным в ближайшем будущем теми слоями населения, которые ощутили на себе больше отрицательных, чем положительных проявлений глобализации. Левая идеология, как интернациональная, не ограниченная рамками приверженности какой-либо религии, неизбежно актуализируется. Соответственно проявятся и радикальные ее формы, развернутся экстремистские движения.

В отечественной политической науке за последние десятилетия накоплено значительное количество публикаций и защищены диссертации по политическому экстремизму, однако комплексных работ компаративистского характера почти нет. Между тем именно в спектре исследований, основанных на сравнении конкретных (локальных) ситуаций, можно получить новые научные данные и сформулировать инновационные для современной политической науки выводы, представляющие как теоретическую, так и практическую значимость.

^ Степень разработанности темы исследования. Активизация левого экстремизма, затронувшая во второй половине ХХ века как индустриально развитые страны (Западная Европа, Япония, США), так и «третий мир», стала объектом подробного изучения советскими (позднее - российскими) учеными - обществоведами. Работы советского периода в той или иной степени были вынуждены следовать официальной идеологической парадигме, отрицательно воспринимая все леворадикальные доктрины, к созданию которых не была причастна правящая элита Советского Союза.

Однако и советским ученым, несмотря на жесткие рамки и идеологические ограничения, удалось внести значительный вклад в осмысление и анализ истоков левого экстремизма в западном индустриальном обществе. Это относится, например, к работам А.С. Грачева, Ю.Н. Давыдова, К.Г. Мяло, В.В. Витюка, С.А. Эфирова1. Данными авторами проделана обширная работа по сбору и систематизации материалов практически о всех известных левоэкстремистских организациях 60-х - 80-х годов ХХ века в мире, проведен глубокий научный анализ социальных, экономических и политических предпосылок экстремизма. Но в целом идеологический подход, следуя которому советское обществоведение было вынуждено агрегировать в научную сферу политическое противостояние правящих кругов СССР как с системами западных демократий, так и с неортодоксальными промарксистскими движениями, затруднял объективную всестороннюю оценку феномена левого экстремизма.

В конце 80-х годов ХХ века исследования в области левого экстремизма приостановились, что объясняется как методологическим кризисом идеологической парадигмы в обществознании, так и преждевременным предположением, что проблема левого экстремизма необратимо утратила актуальность на фоне схода с исторической сцены социалистических политических режимов. В связи с социально-политическими изменениями глобализирующегося мира реальность вновь поставила перед отечественными учеными задачу возобновления подобных исследований на качественно новом методологическом фундаменте. На современном этапе российская политическая наука, учитывая практическую актуальность темы политического экстремизма, сформировала значительный массив исследований, в котором левому экстремизму уделено неоправданно мало внимания.

Проблема системного изучения политического экстремизма стала предметом теоретического осмысления в работах академического плана представителей ведущих научных центров Москвы, регионов России, ближнего зарубежья, например: В.В. Лунеева (заведующий сектором уголовного права и криминологии Института государства и права РАН, директор Московского исследовательского центра по проблемам организованной преступности и коррупции), В.В. Остроухова (ответственный секретарь Федеральной антитеррористической комиссии), Т.Л. Тропиной (Владивостокский Центр изучения организованной преступности), М.П. Требина (начальник кафедры философии Харьковского военного университета, Украина), А.Е. Сафонова (МИД РФ), В.Е. Петрищева (соавтор Федерального закона «О борьбе с терроризмом», член рабочей группы Совета безопасности при Президенте РФ по разработке проекта Федеральной программы усиления борьбы с терроризмом), В.А. Тишкова (директор Института этнологии и антропологии РАН), А.В. Бедрицкого (Российский институт стратегических исследований при Правительстве России); А.В. Змеевского (директор Департамента по вопросам новых вызовов и угроз МИД РФ); В.Е. Лепского (Дипломатическая академия МИД РФ); А.Л. Лыженкова (Департамент по вопросам новых вызовов и угроз МИД РФ); А.В. Федорова (Служба внешней разведки РФ); Н.Н. Успенского (Совет безопасности РФ), И.В. Бочарникова (Аналитическое управление аппарата Совета Федерации).

К фундаментальным, рассматривающим экстремизм как комплексное, многофакторное явление, можно отнести исследования Н.Н. Афанасьева, О.А. Белькова, Д.В. Волковой, А.В. Возженкова, С.И. Грачева, В.Н. Гурбы, Ю.Н. Дерюгина, С.М. Ермакова, И.А. Ермакова, В.П. Емельянова, К.В. Жаринова, А.Ш. Жвитиашвили, О.А. Журавлева, В.И. Замковой, О.В. Зотова, З.В. Ивановского, С.И. Илларионова, Б.Ю. Кагарлицкого, Е.Н. Каратуевой, Б.И. Каверина, А.А. Кокошина, Н.Н. Кудрина, В.Б. Куликова, Л.Б. Кулеминой, Н.Б. Лебедевой, Н.Д. Литвинова, В.В. Лукова, А.П. Любимова, Г.И. Морозова, Б.В. Маркова, В.Г. Малышкина, Л.И. Медведко, Е.С. Назаровой, В.В. Никитаева, Г.В. Новиковой, М.П. Одесского, Ю.С. Оганисьян, А.Ю. Пиджакова, О.И. Печерских, А.В. Павлинова, Д.В. Реута, А.В. Ростокинского, В.В. Серебрянникова, И.А. Сазонова, А.И. Соловьева, А.Б. Соловьева, А.Н. Тарасова, А.В. Третьякова, Г.Т. Тухтиевой, Д.М. Фельдмана, Е.С. Холмогорова, А.А Чертополоха, С.А. Эфирова.

Одной из новых черт современных исследований становится повышенное внимание к таким проявлениям глобализации, как расширение информационных возможностей, которые дают экстремистам развивающиеся электронные коммуникационные системы. Способы использования Интернета в террористических целях обобщаются и систематизируются в работах Т.Л. Тропиной, Т.А. Мешковой, И.А. Пенькова1, которые отчасти восполняют лакуну в изучении современных форм экстремизма в информационном обществе. По мнению А.И. Соловьева, в современных российских условиях самопроизвольное развитие интерактивных информационных систем (Интернет) помогает становлению информационного поля экстремистской деятельности2.

Работы, посвященные роли новых информационных технологий, соединяются в отечественной науке с исследованиями по феномену сапатизма, который был бы невозможен без фактора глобальных и независимых от государственных структур систем массовых коммуникаций, а сам сапатизм трактуется как феномен постбиполярной международной системы, «...локальным ответом на изменение вектора глобального развития»3. Деятельность САНО рассматривается как новое издание геваризма, эффективно адаптированное к текущей обстановке и общим трендам современной активизации левого движения на планете4.

Автор диссертации отмечает более активное, по сравнению с предшествующими периодами, подключение к антитеррористическим задачам ученых психологических специализаций, методологически трактующих феномен экстремистского насилия через личностные свойства, психологические травмы и особенности той или иной социокультурной среды, влияющей на психологию личности5. Психологическое направление понимания причин политического экстремизма весьма многогранно, охватывает как внутриличностные проблемы человека, так и его дисгармонию в отношениях с внешней социальной средой (выдвигаются трактовки современного социума как крайне благоприятной среды для культивирования разных видов насилия и их морального оправдания6).

Анализ текстов диссертаций на соискание ученых степеней доктора и кандидата наук, посвященных проблемам политического экстремизма, защищенных в последние годы в России, в целом укладывается в рассмотренные выше общие тенденции отечественной науки. Так же можно отметить следующее:

- политический экстремизм становится предметом научного поиска представителей целого спектра гуманитарных и социальных наук (политологов, философов, социологов, историков, филологов, психологов), что подтверждает выводы о системности данной научной проблемы, решаемой на междисциплинарном уровне;

- диссертанты в значительной степени сосредоточены на вопросах этнического и религиозного экстремизма, проблематика левоэкстремистских движений оказывается затронутой в меньшей степени, а в количественном выражении закономерно преобладают диссертации на соискание ученой степени кандидата наук;

- доминируют работы общетеоретического характера, исследований со специализацией на том или ином конкретном экстремистском движении заметно меньше, что в полной мере относится и к относительно скромному объему конечных научных выводов, полученных на основе эмпирических данных с использованием методологии компаративистики.

Отмеченные факторы, по мнению автора, оставляют актуальным поле для дальнейшей исследовательской деятельности, для сравнительных работ по леворадикальным течениям политического экстремизма, что не умаляет весомого вклада исследователей-диссертантов1 в общетеоретическую оценку феномена экстремизма, этносепаратизма, национализма, религиозного фанатизма.

Зарубежная историография проблемы левого экстремизма весьма обширна, так как уже с конца 60-х годов ХХ века он становится предметом изучения и дискуссий2. Левый экстремизм и взаимосвязанная с ним проблема партизанских войн в странах «третьего мира», в 70-х — 80-х годах ХХ века оказываются в центре научного внимания, например, В. Хальвега, Ф.Р. Аллемана, Г. Бодена, А. Леглера, Р. Тофовена, Х.-И. Мюллер-Борхерта, И. Фетчера, Г. Ромосера1. Как доказывали в своем исследовании У. Бакес и Э. Йессе, в западном демократическом обществе экстремизм имеет слабую базу, но умело использует объективные недостатки демократии, например, коррупцию и злоупотребление служебным положением в личных целях со стороны высших государственных чиновников2.

Политические реалии конца ХХ — начала ХХI веков, связанные с падением биполярной международной системы, снятием исторического противостояния социалистических режимов и западных демократий, актуализировали потребность изучения левого экстремизма вне аспекта международной политической конъюнктуры (ранее ответственность за его возникновение было принято возлагать на лагерь политических противников), как самостоятельный феномен, с уникальным генезисом, особенностями эволюции, определенной исторической перспективой. Акцент в новых работах смещается с демонстрации однозначно негативных морально-оценочных позиций к стремлению понять идейные мотивы индивидов, ступивших на путь левоэкстремистской деятельности, чья личностная трагедия развернулась на фоне острейшей кризисной социально-экономической и политической ситуации1.

Французская научная аналитика, традиционно опирающаяся на философское наследие, в некоторой степени выделяется наличием заметного компонента левого спектра, далеко не однозначным взглядом на борьбу США с современным мировым терроризмом - это работы А. Бадью, А. Бросса, С. Ваниш, Ж. Рансьера, М. Сюриа2.

Работы американских политологов в области изучения экстремизма отличались глобальностью, стремлением осмыслить предмет исследования как таковой и найти некий универсальный рецепт по его общей нейтрализации. В этой связи характерными являются работы У. Лакера3, эволюция взглядов которого с 70-х годов ХХ века до наших дней отражает характер изменения международной политической обстановки в ее влиянии на террористические движения: нарастание угрозы овладения террористами оружием массового поражения, приход на смену крупным и сложно организованным движениям мелких террористических групп, кризис как леворадикальной, так и праворадикальной идеологий на фоне нарастающей политизации ислама.

Состояние современной американской политологии в области изучения экстремистских организаций отражают такие работы, как исследования профессора Гарвардского университета А. Дершовица4, профессора Гарвардского университета Ф. Хаймана5, политолога У.Р. Мида6, эксперта по террористическим группировкам Б. Хоффмана7.

Феномен сапатизма, обозначившийся в середине 90-х годов ХХ века, не мог остаться незамеченным для зарубежных специалистов по политическому экстремизму, конфликтологов и социологов. Можно отметить исследование, выполненное авторским коллективом корпорации РЭНД: Д. Ронфелдом, Д. Арквиллой, Г. Фуллер, М. Фуллер. Научный анализ посвящен первым годам сапатистского движения (1994 - 1996 годы) и выполнен в спектре теории социальных сетей1. Отмечая сапатизм как первый в истории «постмодерна» мятеж, наделенный признаками «сетевой структуры», эксперты РЭНД сформулировали предположение, что этот опыт в ближайшем будущем будет взят на вооружение протестными движениями в других регионах мира2. Особенностью сапатистов стал фактор эффективного использования систем глобальных электронных коммуникаций, неподконтрольных государственным структурам, в частности, Интернета3.

Западная политология XXI века интенсивно изучает проблемы активизации экстремистских движений применительно к информационной (постиндустриальной) фазе развития цивилизации, закономерно перенося акцент основных угроз на информационную и коммуникативную сферы западных сообществ, как наиболее уязвимые точки потенциального разрушительного воздействия со стороны экстремистов, со всей остротой обозначается проблема терминологического определения политического экстремизма, указывается повышение «живучести» как террористических группировок, так и увеличение масштабов последствий их операций4.

В завершении оценки степени разработанности темы в научных трудах отечественных и зарубежных ученых автор диссертации отмечает, что политический экстремизм как динамическая система постоянно выдвигает новые проблемы, ставит перед исследователями очередной круг вопросов, которые предстоит решать. К вопросам подобного рода относится выявление взаимосвязи между экстремистскими движениями прошлого и современности, анализ новых тенденций в стратегии и тактике экстремистских движений с учетом влияния процессов глобализации и развития новых информационных технологий.

^ Объектом диссертационного исследования является левый экстремизм как политический феномен второй половины ХХ – начала ХХI веков.

Предмет исследования составляют генезис, стратегия и тактика наиболее характерных из представителей левоэкстремистских движений рассматриваемого периода: западногерманской «Фракции Красной Армии» (РАФ) и мексиканской «Сапатистской армии национального освобождения» (САНО).

^ Цель диссертационного исследования состоит в выявлении причин возникновения левоэкстремистских движений на протяжении второй половины ХХ – начала ХХI веков, своеобразия эволюции их стратегии и тактики.

Для достижения цели поставлены следующие задачи:

- сформулировать содержательное определение левого экстремизма;

- разработать авторскую классификацию форм проявления левого экстремизма;

- оценить и проанализировать значение вооруженного политического насилия в стратегии и тактике левого экстремизма на протяжении второй половины ХХ - начала ХХI веков;

- установить своеобразие генезиса левого экстремизма в индустриальном обществе на примере РАФ и своеобразие генезиса левого экстремизма в реалиях глобализирующегося мира на примере САНО;

- провести научный анализ информационного обеспечения деятельности классического левоэкстремистского движения на примере РАФ и альтернативного на примере САНО;

- провести сравнительный анализ стратегии и тактики РАФ и САНО в их эволюционном развитии;

- выявить новые черты и свойства информационного обеспечения деятельности левоэкстремистского движения на современном этапе;

- выявить изменения в стратегии и тактике современного левого экстремизма;

- на основе полученных данных представить оценку угрозы развития левого экстремизма в современной России и предложить общие принципы противодействия данной угрозе.

^ Теоретическая и методологическая основа диссертации определяется критериями соответствия цели и задач исследования системе научных принципов, используемых автором при анализе особенностей левоэкстремистских движений. Общей теоретической базой исследования послужили труды отечественных и зарубежных ученых в области теории научного познания в сферах политологии, философии, новейшей истории1, а так же исследователей, специализирующихся на изучении политического экстремизма, рассмотренные выше. Диссертационное исследование выполнено в соответствии с общенаучными принципами историзма, объективности, диалектичности, системности.

При рассмотрении форм политического экстремизма и их влияния на стабильность политической системы демократического общества используются принципы структурно-функционального анализа (Т. Парсонс, Р. Мертон)1, а так же системный метод (Д. Истон)2, адаптированный современными российскими политологами (О.Ф. Шабров, И.В. Юрченко)3 к изучению проблем политического экстремизма. Во взаимосвязи с общенаучными методами используется инструментарий политической компаративистики (Д. Сартори, М.В. Ильин, О.Ю. Малинова)4, направленный на сравнительный анализ моделей левоэкстремистских движений. Для выявления основных изменений, произошедших в левом экстремизме в обозначенных автором диссертации хронологических рамках применяется кросс-темпоральный анализ (Т.Н. Митрохина)1, ориентированный на выявление расхождений в сопоставляемых критериях изучаемых объектов в целях проверки рабочей гипотезы, метод кейс-стади (Л.В. Сморгунов)2, оптимально подходящий для анализа феноменов, составляющих предмет исследования. Поскольку политический экстремизм как хронополитический3 феномен, деятельность РАФ и САНО в частности, не могут быть рассмотрены вне исторического контекста, без учета взаимовлияния ключевых социальных, экономических, политических тенденций развития, используется сравнительно-исторический метод4 как важнейший элемент комплексного анализа заявленного в диссертации предмета исследования. В диссертационной работе так же использовались характерные для компаративных исследований принципы морфологического (при изучении структуры) и субстанционального (при изучении политических задач и специфики информационного обеспечения) типов сравнения5, приемы работы с научной информацией при логических умозаключениях: анализ и синтез, дедукция и индукция, классификация.

Автор диссертационного исследования полагает, что комплексное сочетание обозначенных выше научных методов позволяет раскрыть предмет и объект исследования, решить поставленные задачи, сформулировать обоснованные выводы как результат проведенной работы.

^ Эмпирическая база исследования. Разделы диссертационного исследования, посвященные изучению левого экстремизма в индустриальном обществе второй половины ХХ века, базируются на документах по левоэкстремистским движениям Федеративной Республики Германии, как наиболее характерному полю проявления рассматриваемого феномена. К ним относятся, во-первых, общие программные и исторически значимые документы левоэкстремистских группировок; во-вторых, статьи и интервью ведущих идеологов наиболее агрессивного крыла западногерманского левого экстремизма; в-третьих, тексты из числа ультимативных требований боевиков, обнародованные ими при проведении локальных террористических акций и частично несущие в себе программно-политическую нагрузку; в-четвертых, опубликованные письма и записки лидеров боевиков; в-пятых, некоторые опубликованные следственные материалы и обвинительные акты против террористов; в-шестых, воспоминания и размышления бывших боевиков (Б. Хогефельд, К.-Х. Дельво, К. Фолькертс, Л. Тауфер), которые после объявления РАФ о прекращении вооруженной борьбы попытались осмыслить свою прошлую террористическую деятельность; в-седьмых, при разработке идеологии и форм практической борьбы, левые экстремисты западноевропейских стран в качестве первоисточников использовали работы известных теоретиков революционной войны из «третьего мира» (Мао Цзэдуна, Эрнесто Че Гевары, Карлоса Маригеллы, Во Нгуен Зиапа) - эти публикации так же включены в круг источников.

При обращении к современным доктринам левого экстремизма автор использовал программные заявления и концептуальные работы лидера САНО, известного как субкоманданте Маркос. Так же в работе использовались программные документы, манифесты и постановления руководства колумбийского партизанского движения «Революционные вооруженные силы Колумбии - Армия народа» (РВСК - АН), никарагуанского «Сандинистского фронта национального освобождения» (СФНО).

Концептуальное наследие «новых левых» в дальнейшем его развитии представлено для научного анализа рядом работ теоретиков данного направления, к которым можно отнести одного из организаторов итальянских леворадикальных террористических группировок А. Негри, теоретика современного «ситуационизма» К. Нэбба, и таких протестных мыслителей, как П. Уилсон (Хаким-Бей), А. Горц, Р. Ванейгем, А. Калинникос, Х. Ньютон.

Большинство из перечисленных источников (значительная часть из них на иностранных языках) использовалось в традиционной текстовой форме, часть документов, расположенных на специализированных ресурсах в Интернете, анализировалась в электронной версии.

В диссертации использованы предварительные результаты исследований, полученных в рамках реализации ФЦП «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России» на 2009-2013 годы в рамках мероприятия 1.1. «Проведение научных исследований коллективами научно-образовательных центров в области юридических и политических наук», а так же в рамках мероприятия 1.2.1 «Проведение научных исследований научными группами под руководством докторов наук».

^ Научная новизна диссертационного исследования определяется тем, что работа представляет собой первое в отечественной политологии сравнительное комплексное исследование левого экстремизма второй половины ХХ-начала ХХI веков как политического феномена, содержательно включающего в себя классический и альтернативный типы развития. Новые научные данные, полученные в диссертации:

- сформулировано содержательное определение левого экстремизма в смысловой эволюции данного термина, обоснованна целесообразность его включения в предметное поле политической науки;

- разработана классификация левого экстремизма по деятельностной составляющей (теоретико-генерирующая, протестно-активистская, террористическая формы экстремизма) в рамках классификации по идеологической направленности (левый, правый, религиозный, националистический-сепаратистский, экологический, спонтанный виды экстремизма);

- оценено и проанализированно значение вооруженного политического насилия в стратегии и тактике левого экстремизма на протяжении второй половины ХХ - начала ХХI веков;

- установлено своеобразие генезиса левого экстремизма в индустриальном обществе на примере РАФ (ФРГ) и своеобразие генезиса левого экстремизма в реалиях глобализирующегося мира на примере САНО (Мексика);

- проведен научный анализ информационного обеспечения деятельности классического левоэкстремистского движения на примере РАФ и альтернативного левоэкстремистского движения на примере САНО;

- проанализированы стратегия и тактика РАФ, основанные на вооруженном политическом насилии и адресном терроризме, стратегия и тактика САНО, основанные на информационно-политическом противоборстве с декларируемой, но избегаемой возможностью возврата к вооруженному сопротивлению;

- выявлены новые черты и свойства информационного обеспечения деятельности левоэкстремистских движений на современном этапе, которые позволяют успешно адаптироваться к существующим политическим реалиям;

- выявлены изменения в стратегии и тактике современного левого экстремизма, обусловленные новыми факторами (глобализация, информатизация всех важнейших сфер работы и досуга человека, развитие антитеррористических технологий, эволюция политической системы государств);

- представлена оценка угрозы развития левого экстремизма в современной России и предложены общие принципы противодействия данной угрозе.

^ Положения диссертации, выносимые на защиту:

1. Левый экстремизм - деятельность руководствующихся леворадикальной идеологией социальных групп или индивидов, целенаправленно стремящихся дестабилизировать существующий политический режим для уничтожения господствующей политической системы с последующим принуждением социума к новому вектору политического, экономического и культурного развития. Под идеологией левоэкстремистского движения понимается основанная на принципе политического радикализма система взглядов и идей, выражающих отношение участников экстремистского движения к окружающей их политической действительности, обосновывающая смысл их деятельности, определяющая как главную цель, так и промежуточные задачи данной деятельности.

2. По идеологической направленности политический экстремизм разделяется на широкий спектр проявления своих видов: левый, правый, религиозный, националистический-сепаратистский, экологический, спонтанный. К основным формам левого экстремизма по деятельностной составляющей предлагается отнести следующие:

- теоретико-генерирующую форму (политический радикализм в интеллектуальной деятельности - философские, публицистические течения контркультуры и социального протеста, находящие реализацию в литературе, искусстве, гуманитарных науках, в традиционных и новых социо-информационных дискуссионных пространствах);

- протестно-активистскую форму (способ практической деятельности по дестабилизации существующего государства и гражданского общества с исключением крайних мер насилия);

- террористическую форму (способ практической деятельности по разрушению существующей государственной системы или корректировке политического курса государства с помощью крайних мер насилия, основанных на физическом уничтожении или демонстративной угрозе уничтожения своих противников).

3. Вооруженное политическое насилие представляет собой крайнюю меру насилия в политическом процессе, идеологически мотивированное применение оружия в целях уничтожения или безоговорочного подчинения себе оппонирующих политических акторов того или иного масштаба. Вооруженное политическое насилие реализуется как традиционными военными методами, так и партизанско-диверсионными действиями различной степени интенсивности, включающими и террористические акции. Автор выделяет и дает развернутую характеристику следующим формам вооруженного политического насилия: «Народно-освободительная партизанская война», «Летучие отряды», «Народно-революционная война», «Революционная герилья», «Очаговая герилья», «Городская герилья», «Спонтанный терроризм», «Постиндустриальные партизанско-террористические войны», «Виртуальная герилья - Революционный карнавал».

4. Своеобразие генезиса левоэкстремистских движений в рассматриваемый хронологический период подчеркивает общность условий генезиса РАФ и САНО заключающихся в том, что Западная Германия и Мексика в момент зарождения и формирования рассматриваемых группировок находились на цивилизационном перепутье, воспринимаемом определенными стратами социума настороженно, с опасением за свое будущее. В первом случае объективируется иррациональное недовольство интеллектуальных кругов западногерманской молодежи меняющимися социально-экономическими координатами существования, во втором случае объективируются опасения сельских общин индейцев мексиканского штата Чьяпас, что надвигающиеся социально-экономические изменения, вызванные глобализацией, катастрофически ухудшат их положение.

5. Информационное обеспечение деятельности РАФ и САНО характеризуется по сходству и различию. Общие компоненты: оба экстремистских движения возникают в кризисное для левых сил время, мировой империализм определяется ими как главный враг, стремление к социальной справедливости в варианте, близком к марксистскому, стремление заручиться активной поддержкой со стороны «новых групп потенциальных революционеров» - тех, кто страдает от дискриминации в современном обществе и готов бороться за свои права, критическое восприятие традиционных левых партий, убежденность в их неспособности возглавить революционный процесс. Особенные компоненты: локальность главнейших задач САНО, глобальность главнейших задач РАФ; идеологическая конструкция САНО способна к эволюции, модернизации в зависимости от изменений окружающей обстановки, неспособность к быстрой кардинальной модернизации идеологической конструкции РАФ; преимущественно рационалистический характер обоснования политических задач РАФ, наличие иррациональных компонентов в обосновании политических задач САНО; РАФ нацеливает своих сторонников на непримиримую борьбу с противником вооруженным путем, САНО нацеливает своих сторонников на преимущественно невооруженное противодействие.

6. РАФ формируется в конце 60-х годов ХХ века как вооруженное продолжение зашедшей в тупик «студенческой революции», представляет собой иерархическую организацию в плане управления, ориентацию на вооруженное политическое насилие в форме «городской герильи» в плане стратегии, адресные террористические акции против представителей правящей элиты и государственных структур в плане тактики. Данная (классическая) модель получила широкое распространение в западном индустриальном обществе 70-х - 80-х годов ХХ века. САНО формируется в 90-е годы ХХ века как попытка адаптации к условиям глобализации утратившего эффективность вооруженного движения леворадикального протеста, представляет собой сетевую структуру в плане управления, сочетание военизированного политического насилия в форме «Виртуальной герильи - революционного карнавала» с всесторонней информационно-пропагандистской работой международного масштаба в плане стратегии, кратковременные боевые операции против военных объектов и войск правительства с последующим уклонением от продолжения боевой активности в пользу мирных политических акций в плане тактики. Данная (альтернативная) модель прогнозируется к широкому распространению в ближайшие десятилетия как крайне средство, экстремистская методика борьбы с негативными тенденциями глобализации.

7. Сравнительный анализ классической и альтернативной моделей левоэкстремистских движений позволил констатировать, что к началу ХХI века информационное обеспечение левого экстремизма претерпело серьезные изменения и приобрело новые черты (недогматичность, вариативность, элементы иррационализма, апелляция к локальным традициям и верованиям, деперсонифицированность идеологов-разработчиков, ирония как стиль изложения) и свойства (способность к модификации с учетом требований времени, способность встраиваться в близкие по задачам международные движения, усиливая их и получая взаимную поддержку, при этом сохраняя локальную самостоятельность, способность взаимодействовать с потенциальными союзниками по сетевому принципу, децентрализовывая управление, смягчая амбиции своих лидеров).

8. Основывая свою деятельность на вооруженном политическом насилии в его террористической вариации, РАФ исходила из предположений, что политический режим ФРГ, трактуемый как латентный фашистский, под воздействием террористических атак переродится в открытую диктатуру, против которой развернется широкомасштабное народное восстание. Активность РАФ не достигла масштабов, необходимых для подрыва существовавшей политической системы, но потребовала предельного напряжения ресурсов экстремистского движения, что обернулось невосполнимыми кадровыми потерями. САНО, в отличие от РАФ, не занималась адресным терроризмом, целенаправленным уничтожением представителей власти, иных своих политических противников. САНО не делала ставку на запугивание правящей элиты, на утверждение в социуме обстановки хаоса, непредсказуемости, неуверенности. Нишу вооруженной борьбы у сапатистов заняла пропагандистская деятельность, качество и масштабы которой намного превзошли аналогичную деятельность РАФ. В условиях глобализации и новых координат протестной борьбы сапатизм зарекомендовал себя как успешная альтернатива классическим экстремистским движениям.

9. Левый экстремизм может проявиться в России в будущем с высокой степенью вероятности в силу объективных внешних и внутренних факторов развития глобализирующейся цивилизации, переходящей в постиндустриальную стадию. Необходимо учитывать высокую вероятность появления экстремистских движений, развивающихся по альтернативной модели. Подобные движения будут обладать высокой степенью структурной устойчивости, информационной привлекательностью для широких слоев населения, в том числе и за рубежом, поскольку будут встраиваться в общие тенденции сопротивления глобализации. С ними будет неэффективно бороться вооруженным, силовым путем, поскольку каждая силовая акция против экстремистов будет способствовать росту их популярности, в том числе и на мировой арене. Основой противодействия подобным левоэкстремистским движениям может стать только идеологическая работа, в том числе и в электронной медийной среде, переговорные технологии, дискуссии. Идеологический вакуум, существующий в России со времен распада СССР, должен быть заполнен национальной идеологией, построенной на основе синтеза многовекового исторического духовного наследия многонациональной российской цивилизации и реалий современного мира.

^ Теоретическая и практическая значимость диссертационной работы заключается в том, что на основе рассмотренного материала и генерируемого нового знания вносится значительный вклад в решение научной проблемы по осмыслению левого экстремизма как политического феномена, выявлению факторов его устойчивости, обусловленных изменениями в стратегии и тактике, по итогам исследования предлагаются принципы противодействия левому экстремизму новой модели.

Данное утверждение подтверждается следующим: во-первых, уточнением и развитием связанного с научной проблемой понятийного аппарата; во-вторых, авторской разработкой новых элементов для методологии исследований подобного типа (адаптация работ Э. Берна); в-третьих, выявлением свойств классической и альтернативной моделей развития левого политического экстремизма; в-четвертых, авторским критическим подходом к прогнозированию линий развития левого политического экстремизма.

Теоретические выводы, содержащиеся в диссертации, могут быть использованы в отечественной политической науке при дальнейшей разработке вопроса политического экстремизма как дестабилизирующего фактора, подрывающего устойчивость развития демократических политических систем и генератора вызовов и угроз существованию гражданского общества.

Практическая значимость диссертационной работы заключается в возможности использования авторских выводов при прогнозировании развития левоэкстремистских движений, выявлении связанных с ними рисков и угроз, планировании стратегии противодействия политическому экстремизму.

Это конкретизируется, во-первых, в возможности использовать выводы диссертации при формировании эффективной государственной политики России с учетом нарастания международного влияния движения антиглобалистов левого толка; во-вторых, приемлемостью выводов данного диссертационного исследования при разработке национальной стратегии противодействия развитию левого экстремизма в масштабах России; в третьих, полученные автором диссертации выводы могут быть применены государственными структурами при планировании мероприятий по снижению экстремистской угрозы в федеральных округах РФ с наиболее сложной социально-политической обстановкой.

Содержащийся в диссертации материал может быть востребован при разработке в российских высших учебных заведениях общих и специализированных курсов по политической науке, по теории национальной безопасности и смежным учебным дисциплинам.

^ Апробация диссертационной работы проведена в течении 1998 - 2010 годов. Основными формами апробации явились научные сообщения и доклады, представленные автором на международных и всероссийских конференциях и конгрессах политологического профиля, публикации в ведущих реферируемых научных периодических изданиях, а так же практическое внедрение положений диссертации: их использование в работе исследовательских организаций, влияющих на формирование внешней политики РФ, высших учебных заведений (системы МВД и гражданских), чья деятельность направлена на обеспечение безопасности РФ1.

Основное содержание диссертационного исследования, полученные выводы и новые научные знания:

а) отражены в 39 научных публикациях общим объемом около 58,5 печатных листов, в том числе в двух монографиях объемом 29,6 и 13,3 печатных листа соответственно, 8 публикациях в журналах из перечня периодических научных изданий, рекомендуемых для публикации научных работ, отражающих основное научное содержание докторских диссертаций ВАК РФ (Полис, Космополис, Вестник ВолГУ), общим объемом 5 печатных листов;

б) внедрены в учебный процесс в виде 6 учебных пособий по дисциплине «Политология» общим объемом 21 печатный лист;

в) представлены в докладах и выступлениях автора на 7 международных и всероссийских конференциях и конгрессах политологов (тематических секциях), посвященных проблемам политического экстремизма, национальной и международной безопасности: Второй Всероссийский конгресс политологов (г. Москва, МГИМО (У) МИД России), 2000 год; Всероссийская научно-практическая конференция «Преподавание политологии в российских университетах» (г. Краснодар), 2000 год; Третий всероссийский конгресс политологов (г. Москва, ИНИОН РАН), 2003 год; Всероссийская конференция «Университетская политология в России в национальном и европейском контекстах» (г. Москва, ИНИОН РАН), 2004 год; Всероссийская конференция «Россия в новом политическом пространстве Евразии» (г. Москва, ИМЭМО РАН), 2005 год; Четвертый Всероссийский конгресс политологов (г. Москва, МГИМО (У) МИД РФ), 2006 год; Международная научная конференция «Трансформация политической системы России: проблемы и перспективы» (г. Москва, ИНИОН РАН), 2007 год;

г) в 2004 году по итогам конкурсного отбора автор получил грант на участие в программе Центра повышения квалификации преподавателей политологии МГИМО(У) МИД России в форме научной стажировки в ИНИОН РАН по теме данной диссертации1;

д) материалы и выводы диссертации использовались автором при чтении лекционных курсов по политологии в высших учебных заведениях Волгоградского региона.

Диссертация обсуждена и рекомендована к защите на заседании кафедры международных отношений, регионоведения и политологии ГОУ ВПО «Волгоградский государственный университет».

^ Структура диссертационной работы определена исходя из цели и задач исследования, продиктована соблюдением принципов внутренней целостности и логической взаимосвязи ее элементов в соответствии с темой, предметом и объектом исследования, состоит из введения, трех глав, содержащих в себе девять параграфов, заключения, списка источников и литературы, трех приложений.





оставить комментарий
страница1/3
МОРОЗОВ ИЛЬЯ ЛЕОНИДОВИЧ
Дата24.09.2011
Размер0,71 Mb.
ТипАвтореферат, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3
отлично
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх