Сочинение это монологическое высказывание в прозе на литературную или публицистическую тему, которое может быть написано в любом жанре художественной, публицистической или научной речи: литературно-критической статьи, icon

Сочинение это монологическое высказывание в прозе на литературную или публицистическую тему, которое может быть написано в любом жанре художественной, публицистической или научной речи: литературно-критической статьи,


Смотрите также:
Сочинение должно быть написано строго на заданную тему, подмена темы не допускается...
Г. О. Винокур писал, что газетный текст в своей основе пишется по стандарту...
Темы. Обосновываются выводы и предложения (авторские)...
Урок русского языка и мировой художественной культуры для учащихся 7 класса по теме «Подготовка...
Пишем сочинение-рассуждение на лингвистическую тему...
«адекватное восприятие устной и письменной речи в соответствии с ситуацией речевого общения»...
Своего рода условие задачи, в которое, чтобы понять, нужно вдуматься. Тема, как правило...
Н. А. Козырев Причинная или несимметричная механика в линейном приближении...
Рефераты, контрольные, курсовые, дипломные работы. Учебники. Все бесплатно...
Эссе, как жанр школьного сочинения Сегодня мы поговорим о жанре, которому...
Хотя внутренний язык некоторых компьютеров первого поколения был основан на десятичной системе...
Методика обучения монологической и диалогической речи на начальном этапе изучения английского...



Загрузка...
скачать
Сочинение - это монологическое высказывание в прозе на литературную или публицистическую тему, которое может быть написано в любом жанре художественной, публицистической или научной речи: литературно-критической статьи, рецензии, эссе, очерка, дневника, письма, путешествия и т. д.
      В школьной практике традиционно наиболее распространенными жанрами сочинений являются:
^

Литературно-критическая статья



Белокурова С. П., учитель гимназии, Санкт-Петербург



      Традиционное "школьное" сочинение больше всего напоминает такой жанр критики, как литературно-критическая статья, хотя мы привыкли называть его сочинением-рассуждением. Большинство экзаменационных и контрольных работ по литературе ориентированы на этот жанр и посвящены одному из аспектов осмысления произведения, который и обозначен как тема сочинения, например: "Идея Раскольникова о праве сильной личности на преступление в системе авторских опровержений".
      Излишне напоминать, что выбирать нужно тему, связанную с хорошо знакомым произведением.
      Что делать дальше?

  1. Найти "ключевые" слова формулировки (идея, система опровержений)

  2. Переформулировать тему в вопросительную форму, причем может быть сформулирован не один, а несколько вопросов, например:
    - почему идея Раскольникова, с точки зрения автора, требует опровержения?
    - как и с какой целью Достоевский выстраивает "систему опровержений"?
    - какова его писательская задача в данном случае?

  3. Попытаться найти ответы на вопросы и кратко записать их. Эта запись, соответствующим образом отредактированная, может стать основой заключительной части сочинения, например:
    - идея героя романа, во всяком случае, наполеоновская ее составляющая - античеловечна и безбожна, ей "заражены" многие;
    - Достоевский, автор идеологического романа, сталкивает своего героя с другими персонажами, тоже носителями идей: Соней (смирение), Катериной Ивановной (бунт), Лужиным и Свидригайловым (наполеонизм, вседозволенность), Порфирием Петровичем ("законное возмездие"), Разумихиным (рационализм);
    - важнейшая задача писателя - не изобличить героя-убийцу, а развенчать идею, воплотившуюся в теории о "тварях дрожащих" и "право имеющих" и являющуюся следствием безверия ("Не плоть, а дух растлился в наши дни..." Ф.И. Тютчев).

  4. Отобрать необходимый для раскрытия темы материал (эпизоды, авторские характеристики героев, детали портрета, художественные детали, внутренние монологи (у Достоевского они носят диалогический характер), сны героев и т. д.

  5. Составить план, например:
    I). Вступление. Идеи, которые "носятся в воздухе". Мировоззренческая позиция Достоевского, отразившаяся в романе - "отчете одного преступления".
    II). Основная часть. Идея Раскольникова в системе авторских опровержений.
        1). Теория Раскольникова.
           а). Истоки теории - возмущение социальным неравенством, собственным положением полунищего, участью матери и сестры.
           б). "Наполеоны" и "твари дрожащие".
           в). Право "избранных" на "кровь по совести" и проверка теории "экспериментом".
           г). Авторское отношение к теории героя: признание неравенства людей - главная ошибка Раскольникова.
        2). "Система авторских опровержений".
           а). Нравственные последствия преступления (муки совести).
           б). Конфликт теории и "живой жизни" (отчуждение от близких).
           в). Система "двойников" главного героя, высвечивающая разные аспекты его идеи (Лужин и Свидригайлов и роль их образов в романе).
           г). Антиподы Раскольникова (Соня, Лизавета, Мармеладов, Разумихин, Миколка, Порфирий Петрович)
           д). Сны героя и их функция в "Преступлении и наказании".
    III). Заключение. Защита человека и развенчание индивидуалистической теории - центральные проблемы романа Достоевского. Важнейшая задача писателя - не изобличить героя-убийцу, а развенчать идею, воплотившуюся в теории о "тварях дрожащих" и "право имеющих" и являющуюся следствием безверия ("Не плоть, а дух растлился в наши дни..."). На реализацию этой задачи ориентирована вся художественная система романа.

  6. "Редакторская" и "корректорская" правка сочинения (работа над исправлением речевых недочетов, устранение грамматических ошибок, исправление орфографических и пунктуационных ошибок и т.д.).

  7. Проверка.

  8. Переписывание на чистовик.

  9. Проверка.



^

Рецензия

Белокурова С. П., учитель гимназии, Санкт-Петербург


     В школьной практике одной из самых популярных форм работы по развитию речи постепенно становится рецензия. Этому жанру сочинения посвящено немало статей в профессиональных учительских журналах "Русский язык в школе", "Литература в школе", "Первое сентября. Литература"; на всех уровнях, от школьного до федерального, написаны десятки рекомендуемых планов.

Это, несомненно, полезно. И все-таки школьники по-прежнему затрудняются в написании рецензии. И пишут сочинения-рассуждения. Или отзывы. В чем тут дело?
     Наверное, не в последнюю очередь в том, что зачастую учитель забывает о главном условии успешного создания рецензии - личной заинтересованности учащегося в выражении своего мнения о произведении, чувства по отношению к прочитанному. Если же это условие проигнорировано (учитель предлагает тему: "Рецензия на рассказ И.А.Бунина "Темные аллеи", а ученику полюбилась, например, "Холодная осень"), то теряется смысл всей работы.

Конечно, тема, предполагающая самостоятельный выбор произведения в качестве предмета "обследования" и звучащая как "Рецензия на самостоятельно прочитанную книгу", "…на один из рассказов…", "…понравившийся рассказ…", выглядит в глазах ученика несколько привлекательнее, поскольку дает некоторый простор для выражения чувства. При таком подходе к написанию рецензии опасность появления некоторого числа заранее подготовленных, "отшлифованных" работ многократно искупается тем, что только заинтересованность рецензента может стать залогом неравнодушного отношения, уберечь школьника от натужного пересказывания чужих мнений, а учителя - от чтения очередного скучного сочинения.

По словам профессионального рецензента, критика А. Агеева, "есть в самом жанре что-то, что позволяет профессионально написанным рецензиям, даже вырванным из газетно-журнального контекста и помещенным в собрание сочинений, не превращаться в гербарий, а нести свой контекст в себе". Это качество рецензии прямо вытекает из "поэтики и прагматики" самого жанра.

И хотя речь здесь идет, конечно, о профессиональных рецензиях, рекомендации критика вполне применимы и в школьной практике: "У рецензии очень простая "прагматика": первичное структурирование литературного пространства, для чего рецензенту в небольшом тексте необходимо:

а) дать хотя бы минимальную информацию о литературном факте;

б) явно или "подводно", "для себя", соотнести его с другими;

в) выразить свое отношение к нему".

О "прагматике" жанра школьной рецензии много и подробно говорится и в методической литературе. Повторяться здесь не будем, а лишь адресуем учителей и учеников к пособиям, где планы, требования, цели и задачи рецензии представлены достаточно подробно:
      ^ Алексеева Т.А. Как научиться писать сочинение на "отлично". СПб., "Паритет", 2000.; Калганова Т.А. Сочинения различных жанров в старших классах. М., "Просвещение", 1997. Котельникова А. Аннотация - отзыв - рецензия - эссе // Русский язык в школе. № 4. 1997.

Что же касается "поэтики", то, не претендуя на целостный охват проблемы, напомним учащимся несколько обстоятельств, касающихся того, как сделать рецензию привлекательной для читателя (в нашем случае - учителя, экзаменатора) и избежать типичных ошибок.

^ Начнем с зачина. Он должен содержать зерно будущей работы, нести достаточно большой объем информации. Однако начинать, что называется, "ab ovo" - например, с излюбленной всеми школьниками фразы о том, что великий (гениальный, замечательный) русский (современный) писатель (поэт) родился (написал), - категорически нельзя. Это равносильно тому, чтобы исследование, скажем, почвы Нечерноземья начиналось с описания того, как "сначала Земля была огненным шаром"… Началу рецензии следует быть не просто точным и емким, но и нетривиальным. Вариантами зачина могут быть цитата из рецензируемого текста; впечатления рецензента; высказывание критика, суждение которого автор рецензии "с текстом в руках" решил опровергнуть; вопрос, требующий разрешения; наконец, биографические или библиографические сведения, но только если они существенны для развития дальнейшей мысли автора.
      Не менее важно, чтобы читатель рецензии мог получить "необходимую и достаточную" информацию о произведении, даже если это известное произведение известного автора. Литературоведческая этика требует, чтобы пишущий кратко(!) познакомил читателя с содержанием текста. От такого краткого пересказа требуются не просто продуманность, целостность, но и ориентированность на главные проблемы работы.
      Далее нелишне напомнить, что тон и стиль рецензии должен соответствовать жанру произведения. Нельзя писать о юмористическом рассказе теми же словами, что и о тексте с драматической фабулой.

     Напомним и о том, что рецензия - жанр, носящий обязательный оттенок публицистичности и в силу этого требующий включения некоторых приемов "оживления" текста (риторические вопросы, обращения, использование модели "по моему мнению" и т. д.). Кроме того, мобильность этого жанра предполагает выбор в качестве материала для анализа "свежих публикаций". Если же "предложенные обстоятельства" не допускают свободы выбора текста, то возможен такой путь: заострить полемический аспект рецензии, столкнув разные суждения критиков и предложив свой вариант прочтения произведения.


ПРИМЕР РЕЦЕНЗИИ

^

"Возвращение" к себе


(Рецензия на рассказ А. Платонова "Возвращение")



      "Есть время в жизни, когда невозможно избежать своего счастья. Это счастье происходит не от добра и не от других людей, а от силы растущего сердца, согревающего своим теплом и смыслом". Мне кажется, что эти слова в большей степени, чем какие-либо другие, можно отнести ко многим платоновским героям, но, в первую очередь, к Алексею Иванову - герою рассказа "Возвращение", написанного в 1946 году, ведь именно ему, Иванову, предстоит научиться жить "от силы растущего сердца". Но в начале рассказа герой об этом еще не знает.

Чем меня привлекло именно это произведение? Дело в том, что военная тема до сих пор остается главной в нашей литературе. По словам В. Астафьева, "переболеть" этой темой русскому писателю нельзя. Я читал множество книг о войне: повести В. Быкова, В. Кондратьева, роман Г. Владимова. Как правило, это произведения о конкретных военных эпизодах, о героизме русских солдат, офицеров, партизан. Но мой выбор пал на этот рассказ Платонова потому, что писатель обращается к вполне "мирному" материалу - возвращению домой после войны. Но самое поразительное в рассказе то, что он повествует не о радости победы, а о том, какие "раны" нанесены семье и душе человека войной. Отнюдь не случайно первоначально рассказ назвался "Семья Иванова".
     Сюжет рассказа - возвращение капитана гвардии Алексея Алексеевича Иванова с фронта. Но, прочитав рассказ, понимаешь, что это не столько возвращение героя домой, к семье, сколько "возвращение к себе", утраченному четыре года назад. В произведении нет описания военных событий, но война здесь присутствует, и, прежде всего, в открывающем рассказ мотиве осени: "наступала уже холодная осенняя ночь", "в окружающей их осенней природе было уныло и грустно в этот час"… Этим автору удается соотнести внутренние состояние героя и окружающий мир: и в том, и в другом ощущаются грусть, печаль, уныние, утрата. В "Возвращении" довольно большая экспозиция, раскрывающая внутренний мир Иванова, рисующая модель его поведения: "Иванов остался скучать на пустынном асфальте перрона", "чувствовал себя осиротевшим без армии", "хотел погулять еще немного на воле"… Читая рассказ, обнаруживаешь, что Алексей Алексеевич неприятен как человек. Война закончилась, а он продолжает жить так, как жил на войне. Доказательством этому служит встреча Иванова с "Машей - дочерью пространщика", волосы которой "пахнут, как осенние павшие листья в лесу". Ему надо возвращаться домой, к жене и детям, которых он не видел четыре года и которых он предупредил телеграммой, что "выезжает домой без промедления", а он "выходит вслед за Машей из вагона, хотя ему еще оставалось ехать до места более суток". В этом эпизоде Платонову, мне кажется, важно дать читателю понять, что Иванов думает больше о себе, чем о семье: жене, детях. Он, в отличие от шолоховского Андрея Соколова, совсем не понимает, что "этим разнесчастным бабенкам и детишкам не слаже нашего в тылу приходилось". Мотив осени, звучавший в экспозиции, присутствует и в портрете Маши, теперь уже как обозначение бездомности, бесприютности, отсутствия привязанностей. У Маши нет семьи, нет ответственности ни перед кем. Она одинока. С ней герой чувствует себя свободно, поэтому и выходит на Машиной станции, как бы продлевая время "безответственного", "вольного", "бездумного" своего существования.
       Впервые упоминание о семье героя возникает уже после его встречи с Машей. В противовес своему мужу, желавшему "погулять еще немного на воле", жена Иванова "три дня подряд ходила ко всем поездам, прибывающем с запада", "отпрашивалась с работы", "не спала от радости"… Совершенно ясно, что для Любови Васильевны и ее мужа время ожидания встречи движется и ощущается по-разному. Для нее оно наполнено тревогой, для него - развлечениями. В описании оставленных Алексеем Алексеевичем Ивановым на четыре года детей тоже чувствуется "отпечаток" войны: "башмаки на Петрушке были поношенные, но еще годные, штаны и куртка старые, переделанные из отцов-ской гражданской одежды". Но самый главный укор войне - образ одиннадцатилетнего сына Иванова Петрушки. Отец чувствует, что Петрушка нуждается в заботе и ласке больше других, потому что война превратила его в "мужичка": "отец не сразу узнал своего ребенка в серьезном подростке, который казался старше своего возраста", "лицо у него было спокойное, словно бы уже привычное к житейским заботам", "Петрушка походил на маленького, небогатого, но исправного мужичка". Он был лишен детства. Иванов чувствует, что не может его полюбить. Может уважать, но не любить. И самое страшное, что, начиная узнавать, чем жила его семья, Иванов мерит их прошлое фронтовыми мерками. Возможно, это не его вина. Отвыкший на войне от всего, что к ней не относилось, он не может осознать, насколько большая жизнь была прожита его семьей без него. И по отношению к Петрушке (законченному человеческому характеру) он испытывает не отцовские чувства, а некое подобие неловкости за привычку мальчика руководить домашними, за его "мужской" характер и даже за его командирский голос (огонь в печи и тот слушается его). Отец не понимает, что именно парнишка сохранил для него семью, заботился о матери и сестре. Какая-то внутренняя преграда мешает ему понять всех домашних и даже Настю. Ответ на неуместный в устах отца вопрос: "Как вы тут без меня жили?", - содержится и в характере сына, и в поведении Насти, когда вся семья собралась за столом. Они не едят все сразу: Петрушка собирает крошки, Настя оставляет кусок пирога "Семену-Евсею". Этому их научила жизнь. Они, в отличие от Иванова, наделены "житейской мудростью".

 Наверное, писателю важно показать, что душа Иванова не способна приникнуть к чужой душе. Долгое отсутствие дома обособило его от семьи. Он считает, что он на войне совершал подвиги, а они здесь жили "нормальной" жизнью. Вот диалог Любви Васильевны и ее мужа:

- Нет, не все равно, Алеша… Что ты понимаешь в нашей жизни?
     - Как что? Я всю войну провоевал, я смерть видел ближе, чем тебя…
Эти слова мужа Любови Васильевны выдают его уверенность в собственной непогрешимости. В этом эпизоде "по касательной" в рассказ входит еще одна "душа" - "Семен-Евсей", человек, который помогал семье Иванова абсолютно безвозмездно. А неблагодарный отец семейства начинает допытываться у своей жены, "была ли она с ним женщиной". Главная мысль рассказа раскрывается в словах Петрушки: "У нас дело есть, жить надо, а вы ругаетесь, как глупые какие…".

Что же происходит в рассказе? Оторванный от дома Иванов присваивает себе исключительное право судить своих близких, совсем не думая о том, что пришлось пережить его семье без него. Но все-таки Иванов не совсем глух к чувствам членов своей семьи. Впервые в рассказе его совесть дает о себе знать, когда Петрушка рассказывает историю об Анюте и Харитоне, так сильно напоминающую историю капитана гвардии и его жены. Возможно, Иванов узнает в Харитоне себя, изменявшего жене, обманывавшего ее, но требующего от нее верности. Петрушка и его отец находятся в состоянии "нравственного спора", потому что, как оказывается, дело сына - сохранить семью, а отца - лишь оценить, как его ждали дома.

Заканчивается рассказ значимым эпизодом - отец решает из гордости порвать с семьей. Эта сцена выстроена писателем мастерски. На смену острым диалогам Иванова с близкими в середине произведения приходит авторский монолог (как и в начале рассказа), но называет своего героя автор не как в начале повествования - "Ивановым", а "их отцом". Думается, автор дает этим понять, что все-таки отцовские чувства, вина перед семьей затронули героя больше, чем сам он ощущал. Вся сцена кажется нарочито замедленной, "загруженной" думами капитана. И уже, казалось бы, окончательно решена судьба семьи Иванова, но последний эпизод переворачивает все. Когда он видит бегущих за поездом детей, ему становится неловко: "Двое детей, взявшись за руки, все еще бежали по дороге к переезду. Они оба упали, поднялись и опять побежали вперед<…>. И тут же они снова упали на землю", и вдруг Иванов "сам почувствовал, как жарко у него стало в груди, будто сердце, заключенное и томившееся в нем, билось долго и напрасно всю его жизнь и лишь теперь оно пробилось на свободу, заполнив все его существо теплом и содроганием". Мотивы прозрения, "возвращения" к себе - главные в платоновском рассказе.
      Не случайно я начал свою работу цитатой о сердце, ибо от него, "согревающего тело своим теплом", действительно должно "происходить счастье". И именно такое сердце "просыпается" в груди Иванова.

Когда-то Платонов сделал такую запись: "Писать надо не талантом, а "человечностью" - простым чувством жизни". Мне кажется, что именно "человечностью" и написан рассказ Платонова "Возвращение".



Никитин А. 11 кл., 227 педагогическая гимназия, С.-Петербург


2000 г.


Эссе



Белокурова С. П., учитель гимназии, Санкт-Петербург


      Эссе - прозаическое (реже поэтическое) произведение небольшого объема и свободной композиции, трактующее частную тему и передающее индивидуальные впечатления и соображения, связанные с нею. В переводе с французского слово "essai" значит "попытка, проба, очерк" (поэтому, вероятно, не следует писать в заголовке своей работы "Попытка эссе"); в латинском существовало слово "exagium" - "взвешивание".
      Главная примета эссе как жанра - свободная композиция. Последовательность изложения подчинена только внутренней логике авторских размышлений, мотивировки, связки между частями текста часто носят в эссе ассоциативный характер. Отсюда особый синтаксис - множество неполных предложений, вопросительные и восклицательные конструкции. В пунктуации - многоточия, будто приглашающие к соразмышлению.
      Эссе могут быть не только литературно-критическими (посвященными осмыслению произведений литературы). Часто встречаются публицистические, философские, историко-биографические, беллетристические эссе. Однако наибольшего расцвета этот жанр достиг в литературной критике.

Эссеистический стиль отличается подчеркнутой субъективностью, образностью, афористичностью, использованием разговорной лексики. Для него характерны индивидуальная импровизация в трактовке произведения, какой-либо проблемы или темы, непринужденная, в духе свободной беседы с читателем, манера изложения.
      В русской литературе эссеистический стиль нашел отражение в произведениях А.И. Герцена ("С того берега"), Ф.М. Достоевского ("Дневник писателя") и др. Жанр эссе разрабатывали В. Розанов, И.Ф. Анненский, М.И. Цветаева, К.Г. Паустовский, И.Э. Эренбург, Лев Гинзбург и многие другие.       Пример не совсем обычного эссе - это стихотворение В. Набокова "Толстой", демонстрирующее, на наш взгляд, все признаки жанра.


^

Как писать сочинение в жанре эссе



Т. Алексеева, методист НМЦ Красногвардейского района Санкт-Петербурга


     Жанр эссе все больше входит в практику школьных сочинений, поэтому хочется остановиться на нем подробнее. Сочинение в жанре эссе требует от автора не только продемонстрировать какую-то "сумму знаний", но и сделать акцент на собственных чувствах, переживаниях, на своем отношении к тому, о чем он пишет. Словом, автор эссе - не только рассказчик, повествователь, но и … герой. Для эссе характерна ярко выраженная авторская позиция, искренность, эмоциональность изложения. Жанр эссе дает право на субъективный подход к теме и свободную композицию.
      Границы жанра довольно размыты. Его определяют иногда как записки, наброски, раздумья. В современной критике есть и такой термин - "авторская проза".
      Литературный энциклопедический словарь (М., 1987) сообщает нам, что эссе - это прозаическое произведение небольшого объема и свободной композиции, выражающее индивидуальные впечатления и соображения по конкретному поводу или вопросу и заведомо не претендующие на определенную или исчерпывающую трактовку предмета. Эссе предполагает новое, субъективно окрашенное слово о чем-либо… Эссеистический стиль отличается образностью, афористичностью и установкой на разговорную интонацию и лексику.

Эссе - древнейший жанр мировой литературы. Произведения в жанре эссе пишутся на философские, духовные, исторические, автобиографические, литературно-критические темы. Важно отметить, что эссе может быть воплощено в совершенно различные литературные формы: проповедь, статья, дневник, рассказ, очерк, исповедь, речь, письмо, слово и др.

 Названия произведений этого жанра часто начинаются с предлогов "о", содержат союзы "как", "или": "О добродетели", "О предсказаниях", "О воспитании" (Мишель Монтень, создатель жанра эссе, французский философ второй половины XIV века), "Разговор о Данте" (О.Мандельштам), "Пушкин, или правда и правдоподобие" (В. Набоков), "Как читать книгу" (И. Бродский). Это и другие интереснейшие наблюдения сделаны в небольшом, но фундаментальном исследовании жанра, которое вместе с разработкой уроков об эссе даны в статье И.Л. Карнаух "Эссе как один из видов школьного сочинения" ("Русская словесность", 2000, № 5,6). Мы видим, что свобода композиции и право на субъективный подход к раскрытию темы заложены уже в названии.
      К эссе обращаются прежде всего такие писатели, творчеству которых свойственно лирическое начало, стремление к самовыражению, самораскрытию личности. Жанр эссе требует свободного владения темой и определенной смелости (самобытности, непохожести на других ) во взглядах и суждениях. Каждый автор эссе, наверное, должен чувствовать, что слова Грибоедова: "Как живу, так и пишу: свободно и свободно", - относятся и к нему тоже.

Маленькие произведения в жанре эссе называются "скитце" (нем.). Это набросок, зарисовка, фрагментарный рассказ. В скитце есть что-то от импрессионизма: главное в нем - впечатление автора, "остановленное мгновенье".

 В русской литературе для меня пример таких "остановленных мгновений", правда, поэтических, - это лирика А.А. Фета. Помните:

Сияла ночь. Луной был полон сад. Лежали

 Лучи у наших ног в гостиной без огней.
 Рояль был весь раскрыт, и струны в нем дрожали…

      Стихотворение посвящено Татьяне Андреевне Берс, в замужестве Кузминской, - родной сестре С.А. Толстой. Думаю, что неслучайно ее считают прототипом Наташи Ростовой. Вы чувствуете, какая сила лирического переживания заложена в этом стихотворении?

Пробовать свои силы в написании скитце очень полезно - это развивает творческие способности, чувство слова, формирует стиль.

Если вы хотите познакомиться с этим жанром не только в теории, но и на примере конкретных произведений, перечитайте эссе О. Мандельштама, М. Цветаевой , В. Набокова, И. Бродского, А. Солженицына, Ф. Искандера, Т. Толстой.
      Получить практическое представление об этом жанре вам помогут отрывки из эссе Владимира Набокова "Кембридж" (Набоков В.В. Как я люблю тебя. - М., 1994):
      "Есть милая поговорка: на чужбине и звезды из олова. Не правда ли? Хороша природа за морем, да она не наша и кажется нам бездушной, искусственной… Спервоначала, оранжерейным чем-то веет от чуждых деревьев, и птицы все на пружинках, и заря вечерняя не лучше сухонькой акварели.

 С такими чувствами въезжал я в провинциальный английский городок, в котором, как великая душа в малом теле, живет гордой жизнью древний университет. Готическая красота его многочисленных зданий…стройно тянется ввысь; горят червонные циферблаты на стремительных башнях; в проемах вековых ворот, украшенных лепными гербами, солнечно зеленеют прямоугольники газона, а против этих самых ворот пестреют выставки современных магазинов, кощунственные, как цветным карандашом набросанные рожицы на полях вдохновенной книги.
       Взад и вперед по узким улицам шмыгают, перезваниваясь, обрызганные грязью велосипеды, кудахтают мотоциклы и, куда ни взглянешь, везде кишат цари города Кембриджа - студенты: мелькают галстухи наподобие полосатых шлагбаумов, мелькают необычайно мятые, излучистые штаны, всех оттенков серого, начиная с белесого, облачного и кончая темно-сизым, диким, - штаны, подходящие на диво под цвет окружающих стен.

       По утрам молодцы эти, схватив в охапку тетрадь и форменный плащ, спешат на лекции, гуськом пробираются в залы, сонно слушают, как с кафедры мямлит мудрая мумия, и, очнувшись, выражают одобренье свое переливчатым топаньем, когда в тусклом потоке научной речи рыбкой плеснется красное словцо.
     …К пяти часам все оживает снова, народ валом валит в кондитерские, где на каждом столике, как куча мухоморов, лоснятся ядовито-яркие пирожные.

       Сижу я, бывало, в уголке, смотрю по сторонам на все эти гладкие лица, очень милые, что и говорить, - но всегда как-то напоминающие объявления о мыле для бритья, и вдруг становится так скучно, так нужно, что хоть гикни и окна перебей…

       Между ними и нами, русскими, некая стена стеклянная; у них свой мир, круглый и твердый, похожий на тщательно расцвеченный глобус. В их душе нет того вдохновенного вихря, биения, сияния, плясового неистовства, той злобы и нежности, которые заводят нас Бог знает в какие небеса и бездны; у нас бывают минуты, когда облака на плечо, море по колено, - гуляй, душа! Для англичанина это непонятно, ново, пожалуй, заманчиво. Если, напившись, он и буянит, то буянство его шаблонно и благодушно, и глядя на него, только улыбаются блюстители порядка, зная, что известной черты он не переступит…Во всякое время - откровенности коробят его.

    …Подчас тоской набухает сердце, чувствуя, что истинного друга оно здесь не сыщет. И тогда все кажется скучным…

      Но ко всему привыкаешь, подлаживаешься, учишься в чуждом тебе подмечать прекрасное.
      Блуждая в дымчатый весенний вечер по угомонившемуся городу, чуешь, что кроме пестряди и суеты жизни нашей, есть в самом Кембридже еще иная жизнь, жизнь пленительной старины. Знаешь, что ее большие, серые глаза задумчиво и безучастно глядят на выдумки нового поколения, как глядели сто лет назад на хромого, женственного студента Байрона и его ручного медведя, запомнившего навсегда родимый бор да хитрого мужичка в баснословной Московии.

      Промахнуло восемь столетий: саранчой налетели татары; грохотал Иоанн; как вещий сон, по России веяла смута; …работал Петр, рубил сплеча и выбрался из лесу на белый свет; - а здесь эти стены, эти башни все стояли, неизменные…

   …Выхожу на реку. Долго стою на выгнутом, жемчужно-сером мостике, и поодаль такой же мостик образует полный круг со своим отчетливым, очаровательным отражением… Тускло пахнет сиренью, тиневеющей водой. И вот по всему городу начинают бить часы… Круглые, серебряные звуки, отдаленные, близкие, проплывают, перекрещиваясь в вышине и на несколько мгновений повиснув волшебной сеткой над черными, вырезными башнями, расходятся, длительно тают, близкие, отдаленные, в узких, туманных переулках, в прекрасном вечернем небе, в сердце моем…

     И глядя на тихую воду, где цветут тонкие отражения - будто рисунок по фарфору, - я задумываюсь все глубже, - о многом: о причудах судьбы, о моей родине и о том, что лучшие воспоминания стареют с каждым днем, а заменить их пока еще нечем…"


Признаюсь, что сокращать набоковский текст нельзя, потому что вместе с сокращением убивается и неповторимый аромат его прозы. Думаю, что вот эта невозможность сокращения относится к любому произведению в жанре эссе, ведь для этого жанра характерна значимость именно частностей, деталей, неожиданных поворотом мысли, ассоциаций.

      Остановимся еще раз на главных особенностях жанра эссе:

  • небольшой объем и конкретность темы;

  • личностный подход к ее раскрытию, субъективность, иногда парадоксальность суждений;

  • свободная композиция, определяющаяся прихотливым движением мысли, впечатлениями, воспоминаниями, ассоциациями;

  • свободное использование лексического состава языка - от слов высокого стиля до разговорной лексики;

  • атмосфера доверия к читателю, разговорная интонация.

      Жанр эссе необыкновенно интересен, современен, ярок. Но на экзамене я бы советовала обращаться к эссе только в том случае, если вы хорошо им владеете и это, что называется, "ваш жанр". К тому же и формулировка темы должна "разрешать" обращение к этому жанру. Как правило, это свободные темы или темы, предлагающие высказать нетрадиционное мнение ("Слово о любимом писателе", "Современен ли Горький?", "Мое отношение к …", "Любимые страницы", "Мое любимое стихотворение", "Размышления о …", "Книги в моей жизни" и т.д.). Если вы решили выполнить свою работу в жанре эссе, лучше после записи названия указать жанр.

         ^ Чем труден жанр эссе?

      При свободной композиции автор может слишком увлечься каким-либо рассуждением и уйти от темы, что грозит неудовлетворительной оценкой. Повышенной эмоциональностью авторы сочинений иногда (порой невольно) пытаются прикрыть пустоту работы, бедность ее содержания. Стремление к самораскрытию приводит иногда к тому, что сочинение превращается не в работу по литературе, а в повествование "о себе, любимом". Все это, как правило, не нравится экзаменаторам.

      К тому же писатель, обращающийся к жанру эссе, имеет большую аудиторию читателей, в которой уж точно найдет поклонников своего таланта, а у вашего сочинения будет один-единственной читатель, который, к сожалению, может и не оценить оригинальности ваших суждений. Ведь приводит же Е. Полтавец, автор книги "Как писать сочинение", случай, когда профессор В.Н. Турбин, написавший вместе с абитуриентами филологического факультета МГУ сочинение и инкогнито сдавший его не проверку, получил… четыре балла! Мотивация - неожиданность (читай: оригинальность) и субъективизм выводов, т.е. как раз то, что в эссе предполагается законами жанра. (Е. Полтавец. Как писать сочинение. - М., 1999).

      Но ведь хочется в сочинении сказать что-то свое! Может быть, можно попробовать включить в ваше сочинение элементы эссе, написав, например, в качестве вступления этюд. Можно написать сочинение с "обрамлением", т. е. начать и закончить этюдом. Особый "изыск" - это когда оба этюда повторяются дословно. Но это не должен быть вялый механический повтор. Завершающий этюд должен подготовлен самим содержанием работы и звучать эмоционально сильнее, нежели первый.
      Конечно, этюд обязательно имеет связь (может быть, не явную, внутреннюю) с содержанием работы. Его задача - создать настроение, углубить звучание основной части. Содержанием самого этюда может быть любая пейзажная зарисовка, прогулка по любимым местам, описание вашего настроения, когда только что закрыта последняя страница полюбившейся книги… Словом, это должен быть "моментальный снимок" состояния души, вашего яркого впечатления, лирического переживания. Помните главное: в этюде должно быть особое настроение, эмоциональная заряженность даже при внешней сдержанности повествования.

      Композиционно этюд (набросок) имеет некоторую незавершенность, "открытость" финала, и может быть, именно в этом его особая привлекательность…


ПРИМЕР СОЧИНЕНИЯ В ЖАНРЕ ЭССЕ

^

Владимир Набоков "Толстой"


(текст печатается по книге: Набоков В. Стихотворения. Рассказы.-Л.: Дет.лит.,1991)



 Картина в хрестоматии: босой
старик. Я поворачивал страницу;
мое воображенье оставалось
холодным. То ли дело - Пушкин:
                                         плащ,
скала, морская пена... Слово "Пушкин"
стихами обрастает, как плющом,
и муза повторяет имена,
вокруг него бряцающие: Дельвиг,
Данзас, Дантес, - и сладостно-звучна
вся жизнь его - от Делии лицейской
до выстрела в морозный день дуэли.
К Толстому лучезарная легенда
еще не прикоснулась. Жизнь его
нас не волнует. Имена людей,
с ним связанных, звучат еще не зрело:
им время даст таинственную знатность;
то время не пришло; назвав Черткова,
я только б сузил горизонт стиха.
И то сказать: должна людская память
утратить связь вещественную с прошлым.
чтобы создать из сплетни эпопею
и в музыку молчанье претворить.
А мы еще не можем отказаться
от слишком лестной близости к нему
во времени. Пожалуй, внуки наши
завидовать нам будут неразумно.
Коварная механика порой
искусственно поддерживает память.
Еще хранится в граммофонном диске
звук голоса его: он вслух читает,
однообразно, торопливо, глухо,
и запинается на слове "Бог",
и повторяет: "Бог", и продолжает
чуть хриплым говорком - как
                                           человек,
что кашляет в соседнем отделенье,
когда вагон на станции ночной,
бывало, остановится со вздохом.
Есть, говорят, в архиве фильмов
                                               ветхих,
теперь мигающих подслеповато,
яснополянский движущийся снимок:
старик невзрачный, роста небольшого,
с растрепанною ветром бородой,
проходит мимо скорыми шажками,
сердясь на оператора. И мы
довольны. Он нам близок и понятен.
Мы у него бывали, с ним сидели.
Совсем не страшен гений, говорящий
о браке или о крестьянских школах...
И чувствуя в нем равного, с которым
поспорить можно, и зовя его
по имени и отчеству, с улыбкой
почтительной, мы вместе обсуждаем,
как смотрит он на то, на се... Шумят
витии за вечерним самоваром;
по чистой скатерти мелькают тени
религий, философий, государств -
отрада малых сих...
Но есть одно,
что мы никак вообразить не можем,
хоть рыщем мы с блокнотами, подобно
корреспондентам на пожаре, вкруг
его души. До некой тайной дрожи,
до главного добраться нам нельзя.
Почти нечеловеческая тайна!
Я говорю о тех ночах, когда
Толстой творил; я говорю о чуде,
об урагане образов, летящих
по черным небесам в час созиданья,
в час воплощенья... Ведь живые люди
родились в эти ночи... Так Господь
избраннику передает свое
старинное и благостное право
творить миры и в созданную плоть
вдыхать мгновенно дух неповторимый.
И вот они живут; все в них живое -
привычки, поговорки и повадка;
их родина - такая вот Россия,
какую носим мы в той глубине,
где смутный сон примет невыразимых, -
Россия запахов, оттенков, звуков,
огромных облаков над сенокосом,
Россия обольстительных болот,
богатых дичью... Это все мы любим.
Его созданья, тысячи людей,
сквозь нашу жизнь просвечивают чудно,
окрашивают даль воспоминаний -
как будто впрямь мы жили с ними рядом.
Среди толпы Каренину не раз
по черным завиткам мы узнавали;
мы с маленькой Щербацкой танцевали
заветную мазурку на балу ..
Я чувствую, что рифмой расцветаю,
я предаюсь незримому крылу...
Я знаю, смерть лишь некая граница;
мне зрима смерть лишь в образе одном:
последняя дописана страница,
и свет погас над письменным столом.
Еще виденье, отблеском продлившись,
дрожит, и вдруг - немыслимый конец...
И он ушел, разборчивый творец,
на голоса прозрачные деливший
гул бытия, ему понятный гул...
Однажды он со станции случайной
в неведомую сторону свернул,
и дальше - ночь, безмолвие и тайна...


(Не позднее 16 сентября 1928)





^

"Послушайте!" Вы слышите?..


(Маяковский)



       "Послушайте! Ведь, если звезды зажигают - // значит - это кому-нибудь нужно?" Эти строки знакомы почти каждому (многим даже успели надоесть), их цитируют в фильмах, книгах, в обычном разговоре. Рожденные в далеком 1914 году, они уже успели "затереться" в будничной пыли, потерять свою первоначальную свежесть... Эти строки знакомы почти каждому, но мало кто знает, что принадлежат они В. Маяковскому, что начинают его по-маяковски простое "Послушайте!" - стихотворение-порыв - слишком импульсивное, неожиданно лиричное, почти нерифмованное, приоткрывающее глубину
вечности.
      "Послушайте!" Вы слышите?.. Мягкость, нежность, теплота и доверие к нам, читателям, в этом обращении. Писал бы поэт такое стихотворение (нет, такого не написал бы, но все же...) в 1919 или 1924, на нас бы кричало с листа энергичное "слушайте!.." Но здесь "послушайте" - словно поэт берет тебя за руку и нашептывает... Нет, мы с вами не верим, что это разговор по душам, с опаской читаем дальше - это же Маяковский... Маяковский, а значит, можно ожидать чего угодно!

      Вот, я же говорила!.. Читайте: "…кто-то называет эти плевочки жемчужиной?" И это после тепло-спокойных первых четырех строк. Слава богу, что только "плевочки", хотя слово и так режет слух, рушит только что выросшую картину глубокого звездного неба. Чего вы хотите, это же Маяковский... Даже "жемчужина" ничего не меняет. Мы с вами уже поверили, что поэт надел маску романтика-мечтателя, ан нет... С ним всегда надо быть настороже. Дальше...

      После лирического начала мы сталкиваемся с динамикой развития мысли, энергией и эмоциальным напором бьют следующие строки. "Врывается", "боится, что опоздал", "плачет", "целует" - целый список глаголов, заставляющих сердце учащенно биться, глоток свежего воздуха, насыщенного гласными "а" да "и"... И опять рядом с возвышенным, как это часто у Маяковского, стоит повседневное, из нашей обыденной жизни: "пыль" (хотя у него целые "метели полуденной пыли" - сама по себе прекрасная находка), слова "боится, что опоздал" чем-то напоминают бег за автобусом, "жилистая рука" бога - тоже простой, знакомый образ, но совершенно расходящийся с представлением о небесном Творце... Динамика еще и в чередовании длинной строки с укороченной до одного слова... "А после // ходит тревожный, // но спокойный наружно"... - опять мягкая и протяжная "о", а далее "э" смиряют темп повествования. Риторические вопросы замедляют ритм, заставляя нас замереть и подумать, зачем "необходимо, // чтобы каждый вечер // над крышами // загоралась хоть одна звезда?!"... Тем самым автор замыкает круг (композиционный круг), очертив взглядом вечно глубокое звездное небо. Повторив вопрос, он оставляет нас наедине с нашими размышлениями...
      Для многих в этих тридцати строках есть свое близкое, любимое, значимое. У меня... наверное, пропущенная многими пятнадцатая строка (поэт случайно-неслучайно сделал ее серединной, переломной): "…не перенесет эту беззвездную муку!" Здесь сквозь маску прорывается душа поэта, сама не ведая этого, здесь есть искренность и звон нервной струны: наболевшего, предчувствуемого... Что есть "беззвездная мука" для Маяковского? Пустота вообще или холодность отношений? Отсутствие вдохновения, идей? Отсутствие веры в то будущее, которое вошло в историю под избитым (для нашего поколения) названием "светлое"? Нелюбовь любимой? Крах идеалов?.. Стихотворение - порыв, предчувствие... Будет в его жизни все, а пока, в 1914 году, он пишет стихотворение "Послушайте!".

 

Послушайте!
Ведь, если звезды зажигают,
Значит - это кому-нибудь нужно?
Значит - кто-то хочет, чтобы они были?..


Звезды для него погасли в тридцатом. "Послушайте!" Вы слышите?..

Емельянова С. 11 класс, 628 женская гимназия, С.-Петербург 

2001 г.




^

План анализа поэтического текста
(восприятие, истолкование, оценка)



Белокурова С. П., учитель гимназии, Санкт-Петербург





      Скажем сразу, что план этот - примерный, возможный, скорее памятка, ориентир, но ни в коем случае не догма. Стихотворение - "живое", "пульсирующее смыслами" произведение искусства, поэтому "разъять" его на части - вовсе не значит постичь его тайну. Анализировать (интерпретировать, комментировать) поэтическое произведение рекомендуется исходя из того, что в большей мере, на ваш взгляд, акцентировано в стихотворении (например, средства художественной выразительности или фонетика, поэтический сюжет или композиция). Итак…

Восприятие:

  •  Какое впечатление произвело на вас стихотворение? Чем привлекло среди других произведений поэта, его современников, авторов, обращавшихся к этой теме? Какие картины возникают в вашем воображении, когда вы читаете стихотворение? Как лучше его читать - вслух или "про себя"? Почему? Каким настроением проникнуто произведение? Меняется ли оно? Почему?

Истолкование:

  • Тема стихотворения (ситуация, воплощенная в произведении, которая иногда может быть обозначена уже в названии: "Весенняя гроза", "К морю", "Незнакомка"; иногда название представляет собой метафору или имеет символическое значение - "Парус", "Пророк"; тогда тема оказывается шире заглавия, ее требуется "расшифровать"). К темам (в широком смысле) лирических стихотворений можно отнести следующие: любовь, дружба, природа, жизнь и смерть, поэзия и ее роль в жизни человека, судьба поколения, родина, народ, лирический герой и толпа, а также более локальные темы (такую микротему можно назвать поэтическим сюжетом): прошлое, будущее, странствие, разлука, встреча, прощание, воспоминание, свидание, конфликт и т. д. По тематическим признакам стихотворение можно отнести к любовной, пейзажной, дружеской, философской и т. д. лирике. Но иногда в рамках одного произведения присутствуют черты различных типов ("Что ты клонишь над водами…" Ф.И. Тютчева относится одновременно и к пейзажной, и к философской лирике).

  • ^ Жанр стихотворения: элегия, ода, стансы, лирическое стихотворение, фрагмент, послание, сонет и другие. Определения этих жанров следует прочесть в "Словаре литературоведческих терминов" (любое издание). Выбор жанра связан со сложившимися литературными традициями, эпохой создания произведения, как правило, жанр связан с литературным направлением (в рамках школьной программы изучаются классицизм, сентиментализм, романтизм, реализм, символизм, акмеизм, футуризм). Типологические черты направления могут выражаться в традиционной для этого направления форме (жанре): классицистическая ода, сентименталистская элегия, романтическая элегия и т. д. В ситуации, когда поэт выбирает достаточно нетрадиционный для своей эпохи и направления жанр или наполняет традиционный новым, необычным содержанием, следует осмыслить это обстоятельство в процессе размышления над стихотворением.

  • Композиция. Построение стихотворения связано с логикой развития "поэтической мысли" от начала к финалу, делением на строфы или отсутствием такового, взаимоотношением и связью смысловых частей произведения, если они выделяются в тексте.

  • ^ Средства художественной выразительности (тропы - метафоры, сравнения, гиперболы, перифразы, ирония и т. д. и фигуры - обороты речи, синтаксические построения, используемые, как и тропы, для усиления выразительности изображаемого; к фигурам относятся инверсия, анафора, повтор и др.). Важно не столько найти троп или фигуру в тексте, сколько определить их роль в создании того или иного образа, воплощении темы или идеи стихотворения. Здесь мы пытаемся ответить на вопрос, как создан образ.

  • Звукопись (аллитерация и ассонанс) как средства, придающие стихотворению особую звуковую и интонационную выразительность, когда сами звуки "работают" на создание образа, например: "Как бушует, что ни шаг // Под ногами лист древесный" (Б.Пастернак).

  • Ритм, размер, рифма - формальные средства построения стихотворения, направленные на раскрытие авторского замысла. Использование этих средств обусловлено характером поэтической речи: делением на строки (стих - одна строка поэтического текста), ритмически упорядоченной организацией текста - ритмом, способом организации стиха - размером. Размер стихотворения не бывает случайным в силу своего смыслового наполнения. Ямб - сильный, энергичный размер, хорей всегда звучит плавно, мягко, дактиль создает однообразный мерный ритм, амфибрахий близок к интонациям разговорной речи, анапест - очень гибкий размер, способный передавать различные интонации и настроения.

  • Лексика, отбор которой связан с жанром, темой, идеей стихотворения, тоже может стать предметом размышлений. Во-первых, в тексте произведения не должно остаться ни одного непонятого слова, особенно если речь идет об архаизмах, историзмах или просто незнакомых вам словах. Во-вторых, помните: то или иное слово, значение которого вам кажется "прозрачным" в языке, может приобретать в контексте стихотворения новое, не свойственное ему значение.

Оценка:

  • Как раскрылся лирический герой в этом стихотворении? Что можете сказать о его внутреннем мире, чувствах, переживаниях, его отношении к жизни (миру, природе, искусству, любви и т. д. в зависимости от темы стихотворения)? Что открыло стихотворение вам, как изменило ваши представления о мире? Станет ли для вас автор этого стихотворения узнаваемым и близким?



^

АНАЛИЗ СТИХОТВОРЕНИЯ


Ф.И. ТЮТЧЕВ. "БЕССОНИЦА"(1829).



      Тютчеву было свойственно трагическое мировосприятие. Он изображал мир стоящим на грани катастрофы, чувствовал конечность не только человеческой жизни, но даже времени и пространства. Поэт всегда ощущал над собой власть времени. Именно неумолимый его ход - тема стихотворения "Бессонница".
      Первая строфа создает звуковой, слышимый образ: "Часов однообразный бой". Четырехстопный ямб с безударным окончанием каждой второй строки (женская рифма) создает ощущение монотонности, повторяемости происходящего. Ночью, считает Тютчев, обнажены все чувства, человека охватывают "страхи и мглы" ("День и ночь"), человек оказывается беззащитным перед хаосом ("Святая ночь на небосклон взошла"), но ему становится внятен язык ночи, "равно для всех чужой" и одновременно "внятный каждому, как совесть". Во второй строфе конкретные бытовые явления и факты (бой часов, ночь) приобретают иной смысл, более обобщенный, философский. "Часов однообразный бой" воспринимается лирическим героем как "глухие времени стенанья", "пророчески-прощальный глас", а "томительная ночи повесть" разрастается до образа "всемирного молчанья". Бессонница пробуждает фантазию, воображение лирического героя. Исследователь Пигарев замечает, что со второй строфы в стихотворении начинает звучать мысль о распаде связи времен, поэт говорит от имени человека, который "выпал" из времени.
      Если в первой и второй строфах как бы звучит вопрос ("Кто без тоски внимал из нас?.."), то в третьей поэт утверждает: пророчество времени о конечности каждого из нас - роковое, неотвратимое. "Неотразимый Рок" настигает всех, и помощи человеку ждать неоткуда: "Мы... покинуты" природой на "нас самих". Страшное одиночество, с которым сталкивается человек, ничем не искупается (как, скажем, это было у Лермонтова в стихотворении "Выхожу один я на дорогу", где человек все-таки обретает гармонию с природой, хоть и не в реальной жизни). У Тютчева человек видит безысходность своего положения: он стоит над бездной, над пропастью, "на краю земли", а позади - "наша жизнь", "век и друзья", которые уже скрылись, "как призрак" в "сумрачной дали". Если Пушкин приветствует "младое племя" ("Здравствуй, племя младое, незнакомое!") как продолжение жизни, без малейшей скорби, то у Тютчева "младое племя" не символ надежды, а лишь еще одно поколение, которому суждено исчезнуть в бездне. Кроме того, поэт пишет, что "младому племени" нет дела до предшествующего поколения, оно "на солнце расцвело" и пока не думает о том, что его ждет. Здесь снова возникает мотив времени, причем в контексте стихотворения это звучит так: "А нас, друзья, и наше время // Давно забвеньем занесло!". В одном ряду оказываются сам лирический герой, его поколение и само их время, которому тоже суждено кануть в лету.
       В финале стихотворения вновь возникает образ времени, но теперь этот образ наполнен новым значением: это "металла голос погребальный", оплакивающий уходящих из жизни и памяти. Таким образом, "Бессонница" имеет кольцевую композицию: поэтическая мысль прошла по кругу и возвратилась к началу, но уже на ином уровне. Не просто "часов однообразный бой", не просто "томительная ночи повесть" - предмет изображения в стихотворении, а погребальный, оплакивающий всех живущих голос времени и "повесть" о неизбежном конце каждого.



Петрова В., 10 кл. 196 школа С.-Петербурга

2000 г.


^

Стихотворение М.Ю. Лермонтова "Как часто, пёстрою толпою окружён…" Восприятие, истолкование, оценка



       "Как часто, пёстрою толпою окружён…" - так начинается одно из стихотворений М.Ю. Лермонтова, написанное в 1840 году. И с первой же строчки мы начинаем ощущать атмосферу замкнутого круга, в которой находится лирический герой, "окружённый толпой", не имеющий сил для того, чтобы вырваться из этого ограниченного пространства. Далее следуют две строфы, посвящённые самому обществу, составляющему светскую "державу", дьявольский мир, ненавистный лирическому герою. Возникает образ грубой безудержной пляски, неостановимого, стремительного движения. Наш слух раздражают шум музыки и "дикий шёпот затверженных речей", наши глаза ослепляют "блеск" и яркий свет, мы ощущаем "бестрепетные руки" городских красавиц. Всё вокруг бешено кружится, "мелькают образы бездушные людей". Лирического героя окружают "приличьем стянутые маски". Светский мир - лишь маскарад, декорация. Люди, населяющее его, - бездушная толпа, которая тяготит поэта, потому что лирический герой не является частью этого мира, он противостоит толпе, у него есть душа ("Ласкаю я в душе старинную мечту…"). Уже в конце второй строфы мы слышим еле уловимые "святые звуки", доносящиеся "из сердца", "из памяти" лирического героя. И именно в прошлое поэта, к "недавней старине" устремлена "вольная птица" его воображения. Перед нами открывается иной мир - мир воспоминаний, мир истинных чувств и гармонии.
      Резкие звуки реальности сменяются умиротворяющей тишиной ("спящий пруд", "робкие шаги"). Ничто не смеет нарушить покой, волшебный сон, душевный отдых. Мотив сказки в стихотворении неразрывно связан с воспоминаниями лирического героя о детстве, молодости. Первое, что видим мы в этом волшебном мире - образ ребенка:

И вижу я себя ребенком…

      Ребёнок - символ наивности, чистоты, простоты, всего того, что недоступно "маскам", живущим в светском мире. Мотивы юности, свежести, безыскусности, естественности продолжает развиваться и в описании прекрасной женщины - мечты лирического героя: "С глазами, полными лазурного огня, // С улыбкой розовой, как молодого дня // За рощей первое сияние". Розовый цвет рассвета у Лермонтова становится символом единственного истинного начала жизни - молодости, с которой связаны самые счастливые воспоминания, истинные чувства и переживания. Помимо розового и лазурного цветов, мир лирического героя полон других красок - зелёного ("зеленая сеть трав"), жёлтого ("жёлтые листы"). Это не пёстрая череда цветов, которую мы видели в первых строках стихотворения, а пышное многоцветье, насыщенная палитра красок мира. Цвета эти, однако, не контрастируют друг с другом, а создают, соседствуя с "туманом над полями" и полумраком "тёмных аллей", гармоничное цветовое сочетание. Пространство этого мира бесконечно, оно не ограничено никакими рамками (мы видим пруд, село за ним, поля вдали и т.д.). Именно в этом мире лирический герой чувствует себя свободным, здесь он не должен играть роль, противостоять кому-то, только здесь он может чувствовать и любить:

 И странная тоска теснит уж грудь мою:

 Я думаю об ней, я плачу и люблю…

      Именно в мире, созданном воображением, лирический герой - "всесильный господин", а не пленник, здесь он властвует, а не подчиняется, здесь он счастлив, и это счастье в нём самом:

        Я долгие часы просиживал один…

      В этой строке возникает мотив одиночества, один из ведущих в лирике Лермонтова. Но это одиночество не тягостное, а просветленное. Поэт - один в своих мечтах. Неприятие реальности влечёт за собой создание иного мира, иной действительности, уход в которую спасителен для лирического героя. Но в конце концов "шум толпы людской" "прогоняет" мечту поэта. В последней строфе мы вновь возвращаемся в мир пустоты и пошлости. Сон не может длиться вечно, грубая реальность всегда будет неотступно следовать за лирическим героем. Последние строчки - вызов поэта бездушному обществу:

        О, как мне хочется смутить весёлость их

        И дерзко бросить им в глаза железный стих,

Облитый горечью и злостью!..

      Поэт негодует, ненавидит это общество, но мы понимаем, что он бессилен что-либо сделать, противостоять светскому миру невозможно. Безысходность подчёркивается кольцевой композицией стихотворения. Оно начинается и заканчивается описанием пустого, пошлого мира-маскарада. Он губит всё живое, но победить его нельзя. Финал стихотворения трагичен: опустошенность, разочарованность героя и ощущение замкнутости бытия. Многоточие в конце стихотворения указывает на неизбежность борьбы двух миров - мечты и реальности, постоянство лермонтовского лирического героя в его желании противостоять толпе, изменить мир.

Юхно М. 10 кл., 405 гимназия, Санкт-Петербург 

2002 г.

^

Сравнительная характеристика


Т. Алексеева, методист НМЦ Красногвардейского района Санкт-Петербурга

(из книги "Сочинение: теория и практика". - СПб.: Паритет, 2002)


       Сравнительная характеристика - один из самых популярных сегодня типов школьных сочинений. По сути это сочинение-рассуждение, основанное на сравнении двух персонажей из одного или разных произведений.

      Многие герои в русской литературе даны "парами":

       Онегин - Ленский,
        Онегин - Татьяна,
        Онегин - автор,
        Печорин - Грушницкий,
        Базаров - Аркадий Кирсанов,
        Базаров - Павел Петрович Кирсанов,
        Пьер - Андрей,
        Кутузов - Наполеон и т. д.

Сравнительная характеристика часто помогает нам по-новому увидеть, казалось бы, известных героев. Во вступлении к такому сочинению мы определяем проблему, над которой будем работать, ведь нам важно не сравнение само по себе. Сравнение персонажей - только способ более глубокого понимания произведения, постижения авторского замысла, путь решения какого-то остро стоящего вопроса и т. д. "Беспроблемным" такое сочинение быть не может.

      Формулировки тем могут быть достаточно традиционными ("Обломов и Штольц в романе И.А. Гончарова "Обломов"), а могут содержать и некий новый поворот ("Базаров и Николай Кирсанов. Значение образов в романе И.С. Тургенева "Отцы и дети"). В любом случае главное слово в формулировке, определяющее композицию такого сочинения - союз "и".

      Сравнительную характеристику ни в коем случае нельзя превращать в пересказ - рассказывать сначала об одном, потом о другом герое. Сравнение обязательно должно проходить параллельно, и два героя должны сравниваться по одним и тем же признакам или в сходных (аналогичных) ситуациях. "Образно говоря, если вы сказали, что у одного героя голова похожа на редьку хвостом вверх, то тут же обрисуйте и форму головы другого, и непременно с упоминанием редьки и ее хвоста", - замечает автор прекрасной статьи "Сравнивайте грамотно!" З.А. Блюмина. ("Литература". Приложение к журналу "Первое сентября" №10 ,2000 г., с.8).

      Разделив сравнение на серию более мелких сравнений, можно двигаться вслед за текстом, анализируя эпизоды и сравнивая наших героев (при этом не выпуская из виду поставленную проблему!). Допустим, сравниваем:

  • первое появление героя

  • портрет

  • окружающую жизненную обстановку

  • отношение с близкими ему людьми, с социумом

  • поведение в сходных ситуациях

  • авторское отношение к герою и т. д.

      Вот, кстати, и план-схема вашего сочинения.

      Анализ текста, штрихов к портрету, "говорящих" деталей, речи - это и будут наши аргументы. Обратите особое внимание на те художественные средства, с помощью которых автор изображает своего героя. Это могут быть сравнения, эпитеты, особенности лексики, относящейся к герою, детали, создающие настроение. В художественном произведении ничего случайного не бывает. Например, почему Свидригайлов появляется в каморке Раскольникова после третьего сна, сна-кошмара, буквально сливаясь с ним, как бы вырастая из этого сна?.. Во всяком сравнении интересно найти свою "изюминку", и часто сравнительная характеристика приводит нас к новому, неожиданному видению, казалось бы, хорошо знакомого. Сравнивая различных, противоположных по качествам характера персонажей, мы порой обнаруживаем их сходство, и наоборот: во внешне сходных героях - глубокое различие.

      Так, размышляя над образам такого энергичного, деятельного Штольца и наблюдая его в конце романа, когда он счастлив в своем обособленном, ограниченном, уютном мирке - в доме на берегу моря, "увитом виноградом", думаешь невольно: как это похоже на "облагороженную" Обломовку, где жизнь течет правильно и равномерно и куда не долетают тревоги окружающего мира!

      А теперь скажите, похожи ли Обломов и его слуга Захар? Да и сравнивать, казалось бы, странно! Но задумайтесь: ведь сам автор говорит нам о том, что Захар еще в большей степени Обломов, чем сам Илья Ильич… Выстраивая композицию сравнительной характеристики, помните, что в начале сочинения всегда лучше остановиться на сходстве героев, потому что главным все-таки является их различие. Но возможна и "обратная" композиция: от внешних различий - к глубинному внутреннему сходству. Правильно (т. е. интересно, эффектно) выстроить сочинение вам всегда поможет та конкретная "пара", с которой вы работаете.

      Сравнивая, обращайте внимание на то, главный это герой (герои) или второстепенный, на место, которое занимают герои в композиции произведения.
      Очень важно отметить динамику образа, т. е. то, как изменяется (и изменяется ли) герой на протяжении всего художественного произведения. Иногда герой дан автором статично. Например, изменяются внутренне, находясь в постоянном поиске истины, положительные герои Толстого, и абсолютно статичны его отрицательные персонажи (почему?). Казалось бы, такой неинтересный - на фоне яркого Печорина - Грушницкий в повести "Княжна Мери" проходит свой трагический путь от обычного молодого человека до подлеца, и во все время этого пути он хочет быть необычным, хочет быть человеком сильных страстей. Но перечитайте финальную сцену: "Я себя презираю, а вас ненавижу! Нам вдвоем на земле нет места!.." По накалу чувств (и читательскому сочувствию) герои как бы поменялись в этот момент местами, но как дорого заплатил за это Грушницкий...
       Завершая свое сочинение, не забудьте о главном: расскажите о том, к какому результату, выводу привело вас такое исследование характеров героев, как сравнительная характеристика.

^

Анализ эпизода


Т. Алексеева, методист НМЦ Красногвардейского района Санкт-Петербурга

(из книги "Сочинение: теория и практика". - СПб.: Паритет, 2002)


      Умение анализировать эпизод необходимо при любой работе над художественным произведением - в устном ответе, в сочинении и т. д. Но анализ эпизода - это ещё и вид школьного сочинения, который я отнесла бы к одному из самых трудных. Слишком много задач падает на плечи школьника, когда учитель ставит перед ним задачу - проанализировать эпизод.
      Какие это задачи?
      Необходимо

  • установить границы эпизода;

  • определить основное содержание эпизода и то, какие персонажи в нем участвуют;

  • проследить смену настроений, чувств героев, авторскую мотивировку их поступков;

  • рассмотреть композиционные особенности эпизода, его сюжет;

  • проследить логику развития авторской мысли;

  • отметить художественные средства, которые создают в этом эпизоде его эмоциональную атмосферу;

  • показать роль этого эпизода в произведении, то, как он сцеплен с другими эпизодами; показать его роль в раскрытии авторского замысла.

      Последняя из перечисленных задач является самой главной, т. к. при анализе эпизода нам важно показать, как общий идейный замысел всего произведения в целом отражается в каждой его части.

      Главная опасность - замена анализа пересказом эпизода!

      Анализ эпизода - это сочинение-рассуждение, требующее особого внимания к тексту произведения. Тема такого сочинения иногда начинается со слова "роль": "Роль первого сна Раскольникова в романе Ф.М. Достоевского "Преступление и наказание", "Роль диалогов-споров в романе И.С. Тургенева "Отцы и дети". Но тема, естественно, может быть сформулирована и по-другому. Для полного и достаточного раскрытия такой темы вам важно увидеть, что формулировка требует анализа одного или нескольких эпизодов произведения. Анализ - метод исследования, состоящий в расчленении целого на составные элементы (Словарь русского языка в 4-х томах, М., "Русский язык", 1981). Следовательно, анализ эпизода в литературном произведении предполагает внимание к деталям, осмысление их роли, значения для образа в целом. Чем зорче взгляд исследователя, тем лучше - и в науке, и в искусстве. Но любой анализ предполагает обязательно и синтез - то, во имя чего этот анализ делается: обобщения, выводы, сделанные на основе наблюдений.)


ПРИМЕРЫ СОЧИНЕНИЙ-АНАЛИЗОВ ЭПИЗОДА

^

Роль пейзажа XI главы в романе И.С. Тургенева "Отцы и дети"




      В романе "Отцы и дети" И.С. Тургенев постоянно включает в текст описания природы. С одним из таких описаний мы встречаемся в XI главе романа. Прекрасная живописная картина открывается нам здесь: "…солнечные лучи, с своей стороны, забирались в рощу, и, пробиваясь сквозь чащу, обливали стволы осин таким тёплым светом, что они становились похожи на стволы сосен, а листва их почти синела, и над нею поднималось бледно-голубое небо, чуть обрумяненное зарей". Поистине, этот пейзаж - один из красивейших в романе. Но разве это всего лишь "лирическое отступление"? Ведь в романах Тургенева нет ничего "лишнего": каждое слово, каждый жест, деталь - все значимо. Оказывается, что описание природы дано автором в ХI главе не случайно. Так какова же его роль?

       Пожалуй, начать следует с того, какие события предшествовали появлению пейзажа. В X главе мы становимся свидетелями спора Базарова и Павла Петровича, так называемой "словесной дуэли". "Схватка произошла… за вечерним чаем"; за столом сидели "старички Кирсановы", Аркадий и Базаров. Во все время спора Николай Петрович практически не говорил, "он сидел как на угольях и только украдкой болезненно взглядывал на Аркадия". Да, именно в этот момент Николай Петрович понял, что его "Аркаша" отдалился от отца. Теперь не он, а Базаров - идеал, авторитет, пример для подражания и, наконец, учитель сына. И Николаю Петровичу безумно больно, горько, досадно, что его сын пошел по стопам "беспринципного" (по словам Павла Петровича) и черствого нигилиста Базарова, который отрицает "все". Может быть, Базаров - это действительно будущее, а "песенка старичков спета", и теперь смело можно сказать: "Вы, мол, не нашего поколения, глотайте пилюлю".
     Чтобы все обдумать и найти ответы на мучающие его вопросы, Николай Петрович отправляется в сад. Что же такое сад в жизни этого героя? Это прошлое, от которого Николай Петрович не хочет отказываться; его первая жена Маша, жизнь с которой кажется теперь сном. И, входя туда, "в свою любимую беседку", герой поневоле "связывается" с милым сердцу и далеким прошлым.

      Здесь, в этом саду, он думает о разъединении с сыном, которое с каждым днем, с каждым словом Аркадия становится все глубже и глубже. Он думает о Базарове, о его нигилистической идее и задается вопросами: "…отвергать поэзию?… не сочувствовать художеству, природе?.."

      "И он посмотрел кругом, как бы желая понять, как можно не сочувствовать природе". Перед нами картина заката; она не случайно увидена глазами Николая Петровича. Ведь этот пейзаж, в отличие от социального пейзажа III главы, психологический. В нем, как в зеркале, отражается внутренний мир Николая Петровича. "Уже вечерело; солнце скрывалось за небольшую осиновую рощу, лежавшую в полверсте от сада: тень от неё без конца тянулась через неподвижные поля". Такие образы, как "тень, без конца тянувшаяся через неподвижные поля", "солнце, скрывшееся за небольшую осиновую рощу", могут быть осмыслены не только как описание захода солнца, но и как метафора "заката" жизни самого героя. Но в переживаниях Николая Петровича, как ни странно, нет ни тени трагизма, но есть некая гармония и умиротворенность. Какие изумительные эпитеты подбирает автор для описания вечерней природы: "запоздалые пчелы лениво и сонливо жужжали в цветах сирени". Тургенев, как и Фет, использует здесь прием психологического параллелизма: вечер в природе и "вечер" в жизни Николая Петровича. И, несмотря на преклонный, мудрый возраст героя, этот "старичок" мечтает, словно маленький мальчик. Образ Николая Петровича овеян такой авторской любовью, какой не чувствуется по отношению ни к одному герою романа. И, нигде более во всем романе не сможем мы найти более живописного эпизода. Пейзаж XI главы дан автором для того, чтобы в полной мере показать нам чуткую натуру героя, полную сострадания, сочувствия ко всему и ко всем.

       В мечтах Николаю Петровичу является его жена Маша, является "молодою девушкой с тонким станом, невинно-пытливым взглядом и туго закрученною косой над детской шейкой". Однако в этом портрете можно увидеть черты юной Фенечки. Николай Петрович будто находится на распутье: с одной стороны, его манят "окна дома", где его ждет Фенечка, с другой - его не отпускает сад, то есть связанные с ним прошлое и воспоминания о Маше. "Ему хотелось вновь осязать близость своей Марии, ощутить её теплоту и дыхание, и ему уже чудилось, как будто над ним…"

       И в этот миг голос Фенечки прерывает его мечтания, "вырывает" из волшебного мира прошлого. В этот момент Николай Петрович понимает, что Фенечка - его настоящее и будущее. Появляется Фенечка явно не вовремя: Николай Петрович еще не хочет покидать прекрасный мир, в который погружен. Но здесь есть одна, на мой взгляд, значимая деталь. Ведь герой и не уходит с Фенечкой из сада, он остается, следовательно, не отказывается от прошлого, не хочет его забывать.

      И все же голос Фенечки "принес" настоящее, вернув замечтавшегося героя на землю. Он пробудился от сладкого сна и "с изумлением заметил, что ночь успела наступить…".
      Действительно, перед нами уже ночь, звездная, тихая, а ведь в начале главы был изображен вечер. Тургеневский пейзаж не статичен, он передает ход времени. Благодаря переплетению "человеческого" и "природного" планов повествования, вместе с движением времени в природе происходит и движение во внутреннем мире Николая Петровича. Младший из братьев Кирсановых входит в сад вечером, после "вечернего чая", он думает о своем разъединении с сыном, затем, оглядывая сад, он невольно погружается в свои грезы: именно в этот момент Николай Петрович находится словно вне времени, где-то там, в мире, "возникшем из туманных волн прошлого"; и вот звучит голос Фенечки. Ночь. И опять "какая-то ищущая, неопределённая, печальная тревога".

       Тревоги, переживания, грусть - все это переполняет его сердце, и, наконец, изливается слезами. Слезы на глазах Николая Петровича - сияющие звезды на ночном небе. Удивительно трогательный эпизод. Читая его, сам ощущаешь любовь к этому герою. Хотя Базаров и называет его "добряком", "стареньким романтиком", вкладывая в эти слова насмешку, все равно, слезы Николая Петровича не смешны, а, наоборот, прекрасны. Он плачет, значит, у него есть чувства, сердце… И природа вокруг него также прекрасна, как душа героя. Ведь для него природа - это храм. И как можно отвергать ее, не видеть в природе поэзии, а воспринимать ее только как объект для изучения и биологических опытов? Николай Петрович не хочет соглашаться с подобным прагматическим взглядом. Не понимает он и того, как можно отказываться от прошлого, от этой основы, на которой строится вся будущая жизнь! Николай Петрович так же дорожит своим прошлым, как и настоящим.
      Пейзаж ХI главы тургеневского романа можно назвать своеобразным внутренним монологом героя. В итоге, после всех душевных терзаний он признается себе в том, что "не в силах … расстаться с темнотой, с садом, с ощущением свежего воздуха на лице и с этой грустью, с этой тревогой…"

      С появлением брата Николай Петрович удаляется, "исчезает" и описание природы. И читатель принужден сделать вывод о том, что пейзаж этот чрезвычайно значим, так как именно здесь ему открывается душа Николая Петровича. Не будь этого эпизода, мы могли бы и не заметить, что не Павел Петрович ("идейный противник") является главным оппонентом нигилиста Базарова, а скромный, "совсем седой, пухленький" человек, никаких принципов и теорий не отстаивающий, а просто живущий по законам красоты, добра, справедливости, исполняющий извечный закон природы - быть отцом. Таким образом, в этом эпизоде Тургеневым опровергаются многие базаровские идеи: их опровергает сама жизнь. Именно здесь становится очевидным, что в человеческой жизни обязательно должны быть любовь, прошлое, природа, способная лечить душу человека, любимые стихи…

Педора К., 10 кл. 405 гимназия С.-Петербург 

2001 г.




Скачать 443,99 Kb.
оставить комментарий
Дата21.09.2011
Размер443,99 Kb.
ТипСочинение, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

не очень плохо
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх