Многомерная оценка индивидуальной устойчивости к стрессу 19. 00. 01 Общая психология, психология личности, история психологии (психологические науки) icon

Многомерная оценка индивидуальной устойчивости к стрессу 19. 00. 01 Общая психология, психология личности, история психологии (психологические науки)


Смотрите также:
Индивидуально-психологические особенности личности больных хроническим алкоголизмом с различной...
Программа дисциплины общая психология основной образовательной программы послевузовского...
Программа вступительного экзамена в аспирантуру по специальности 19. 00. 01 Общая психология...
Психолингвистические и психологические факторы воздействия рекламного текста 19. 00...
Факультет психологии, специальность «педагог-психолог», до...
Факультет психологии, специальность «педагог-психолог», до...
Программа дисциплины «Современные концепции личности» для направления 521000 «Психология»...
Феномен подсказки в решении задач: когнитивный и эмоциональный аспекты 19. 00...
Психологические идеи в творческом наследии и. А. Ильина >19. 00. 01 общая психология...
Программа дисциплины «Психология личности и культура» для направления 521000 «Психология»...
Метафора как способ внутренней репрезентации жизненного пути личности 19. 00...
Психологические условия обеспечения безопасности личности военнослужащих 19. 00...



Загрузка...
скачать



На правах рукописи

Величковский Борис Борисович




МНОГОМЕРНАЯ ОЦЕНКА

ИНДИВИДУАЛЬНОЙ УСТОЙЧИВОСТИ К СТРЕССУ


19.00.01 – Общая психология, психология личности, история психологии

(психологические науки)

Автореферат


диссертации на соискание ученой степени

кандидата психологических наук


Москва – 2007

Работа выполнена на кафедре психологии и педагогической антропологии Московского Государственного Лингвистического Университета и в лаборатории математической психологии Института психологии Российской Академии Наук.


Научный руководитель – кандидат психологических наук, доцент

^ Савченко Татьяна Николаевна.


Официальные оппоненты: доктор психологических наук, профессор

Базылевич Татьяна Федоровна;

доктор психологических наук, доцент

^ Обознов Александр Александрович.


Ведущая организация – Государственный университет – Высшая школа экономики.


Защита диссертации состоится "4" октября 2007 г. в 15.00 час. на заседании диссертационного совета Д.002.016.02 при Институте психологии РАН по адресу: 129366, Москва, ул. Ярославская, д. 13.


С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Института психологии РАН.


Автореферат разослан "____" ________________ 2007 г.


Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат психологических наук, доцент Савченко Т.Н.

^

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ


Актуальность исследования. Настоящая работа посвящена разработке психологических средств для многомерной оценки индивидуальной устойчивости к стрессу. Значительное повышение темпа жизни, социальные и политические трансформации, увеличение экологических, эмоциональных и информационных нагрузок придают проблематике психологического стресса и, в особенности, проблеме индивидуальной устойчивости к стрессу особое звучание. Психологический стресс остается, как и десятилетия назад, одной из главных «болезней века», составляющей серьезную угрозу трудоспособности и качеству жизни населения развитых стран мира (Китаев-Смык, 1983; Судаков, 1998; Quick et al., 1997; Schabracq et al., 1996). Как отмечается большинством авторов, решение комплекса связанных с этим проблем требует интенсивных междисциплинарных исследований (Бодров, 2006; Дмитриева и Глазачев, 2000; Никифоров (ред.), 2003; Appley & Trumbull, 1986). В то же время, в отношении большинства конкретных областей изучения стресса – и, в частности, разработки проблемы индивидуальной устойчивости к стрессу - до настоящего времени не достигнуто не только концептуального, но даже терминологического единства (Бодров и Обознов, 2000; Габдреева, 2002; Реан и др., 2006; Субботин, 1992; Cooper, 1998; Lazarus, 1991). Феномены стрессоустойчивости в различных её формах изучаются разрозненно, пока еще только апеллируя к необходимости интеграции подходов на едином теоретическом основании (Бодров, 2000; Субботин, 1992; Carver, 1998; Richardson, 2002).

Необходимость разработки адекватных методических средств для оценки индивидуальной устойчивости к стрессу диктуется, по крайней мере, тремя важными обстоятельствами. Во-первых, устойчивость к психологическому стрессу традиционно рассматривается как профессионально важная черта в напряженных видах труда (Бодров, 2000; Гуревич, 1970; Китаев-Смык, 1983; Ломов, 1966; Марищук, 1982). Во-вторых, индивидуальная стрессоустойчивость представляет большой интерес как основная промежуточная переменная, опосредующая хорошо известную связь между уровнем объективно испытываемого стресса и развитием различного рода соматических заболеваний (Судаков, 1998; Holmes & Masuda, 1974; McEwen, 1998). В-третьих, некомпенсированное воздействие интенсивных стресс-факторов, равно как и переживание хронического стресса, может приводить к разнообразным психическим нарушениям, таким как депрессия, неврозы и синдром посттравматического стресса (Водопьянова и Старченкова, 2005; Никифоров (ред.), 2003; Appley & Trumbull, 1986; Olff et al., 2005). Помимо этих оснований, имеющих очевидную практическую направленность, самостоятельное значение имеет поиск новых путей операционализации содержания таких сложных индивидуальных характеристик, к которым относится индивидуальная устойчивость к стрессу. Обоснование стратегий разработки адекватного методического аппарата для анализа системных личностных свойств и качеств человека соответствует актуальным запросам современной психодиагностики, психологии индивидуальных различий и, в перспективе, математической психологии.

Важность оценки индивидуальной устойчивости к стрессу отражена в существовании целого ряда диагностических методик, направленных на измерение степени выраженности данного свойства или родственных с содержательной точки зрения конструктов. Помимо традиционных методов, направленных на оценку индивидуально-типологических характеристик как предикторов психологической надежности, эмоциональной устойчивости и предрасположенности к развитию стресса (Бодров, 2000; Гуревич, 1970; Небылицын, 1971, 1976), в последние десятилетия разрабатывались собственно психологические тесты для измерения этих индивидуальных особенностей (Мильман, 1983; Осетров, 1987; Субботин, 1992; Фирсов, 1996). В настоящее время они дополняются диагностическими средствами, разработанными в зарубежной психологии, такими как опросники RS (Wagnild & Young, 1993), ER (Block & Kremen, 1996), RSA (Friborg et al., 2003) и CD-RISC (Connor & Davidson, 2005). «Стресс-толерантность» находится в центре внимания исследований «эмоционального интеллекта» и входит, например, в качестве субшкалы в методику EQ-I (Bar-On, 1997).

В основе указанных методик лежит анализ статистических связей между разнообразными характеристиками индивида и среды и оптимальными/неоптимальными исходами адаптации. Вместе с тем, представляется невозможным рассматривать устойчивость к стрессу «вообще», без ориентации на определенное теоретическое понимание собственно психологического стресса. Стрессоустойчивость является функциональной характеристикой системы психической регуляции деятельности в сложных условиях и должна быть описана в терминах работы этой системы (Бодров, 2006; Дикая, 2003; Леонова, 2000). Поэтому концептуальную модель анализа стрессоустойчивости с необходимостью следует соотнести с определенным типом трактовки понятия «стресс» и развитием соответствующей ей парадигмы проведения конкретных исследований (Бодров, 2000; Broadbent, 1984; Cooper, 1998). К сожалению, до настоящего времени такой подход к разработке диагностического инструментария для оценки индивидуальной устойчивости к стрессу не был реализован.

Как показывают современные исследования, стрессоустойчивость не является статическим свойством индивида. В этой связи актуальным представляется обращение к когнитивно-трансактным теориям стресса (Лазарус, 1970; Кокс, 1981; Lazarus, 1991; Lazarus & Folkman, 1984; Schoenpflug, 1986). Их динамический характер позволяет конструировать устойчивость к стрессу как величину, обладающую определенной ситуативной изменчивостью, «эластичностью» (Schumacher et al., 2004). Кроме того, для данного подхода характерно понимание стресса как многомерного процесса, центральную роль в котором играют функции когнитивно-аффективной оценки ситуации, во многом обусловленные мотивационной структурой личности. Многомерность феномена стрессоустойчивости, равно как и ведущая роль мотивационных и познавательных переменных в его структуре, отмечалась многими исследователями (Абульханова-Славская, 1991; Анцыферова, 1994; Баранов, 1995; Левитов, 1964; Тышкова, 1986; Antonovsky, 1987; Bandura, 1977; Kobasa, 1979 и др.). Представляется, что построение концептуальной базы для оценки индивидуальной устойчивости к стрессу в соответствии с «архитектурой» когнитивно-трансактного подхода обладает мощным потенциалом для создания комплексных диагностических средств оценки данного системного качества. Это открывает новые возможности для объяснения и прогнозирования успешности или неуспешности адаптации субъекта к воздействию разнообразных жизненных стрессоров.

Цель исследования состояла в разработке и эмпирическом обосновании комплекса психодиагностических средств для многомерной оценки индивидуальной устойчивости к стрессу.

Объект исследования – способы адаптации человека к жизненным затруднениям и напряженным условиям деятельности.

Предмет исследования – специфика субъективного отражения затруднительных ситуаций и доступных ресурсов совладания у лиц с разным уровнем индивидуальной устойчивости к стрессу.

Основная гипотеза исследования: предложенная многомерная оценка устойчивости к стрессу наиболее полно отражает реальный уровень сопротивляемости человека к неблагоприятному воздействию стрессогенных условий и факторов повышенной напряженности деятельности.

Проверка основной гипотезы включала конкретизацию и постановку ряда эмпирических гипотез:

  1. Разработанная психодиагностическая система позволяет получить многомерную оценку индивидуальной устойчивости к стрессу в интегрированном виде, построенную на основе соотнесения особенностей субъективной оценки ситуации и функциональных ресурсов совладания у конкретного человека.

  2. Многомерная оценка индивидуальной устойчивости к стрессу позволяет дифференцировать людей с объективно разной степенью успешности адаптации к жизненным обстоятельствам. Испытуемые, принадлежащие к выборкам с объективно высокой и сниженной сопротивляемостью к стрессу, значимо различаются по показателям оценки индивидуальной устойчивости к стрессу со стороны как количественных, так и качественных проявлений.

  3. Уровень индивидуальной устойчивости к стрессу связан обратной зависимостью с частотой возникновения негативных соматических, психологических и поведенческих последствий стресса. При высокой оценке уровня устойчивости к стрессу снижается вероятность нарушений физического и психического здоровья, индуцированных длительным переживанием стресса.

  4. Многомерная оценка уровня индивидуальной устойчивости к стрессу отражает её буферную функцию в возникновении деструктивных проявлений стресса. Испытуемые с высокими оценками индивидуальной устойчивости к стрессу характеризуются более успешными процессами адаптации к стрессогенным ситуациям вне зависимости от интенсивности воздействия факторов риска в профессиональной и личной жизни.

Достижение поставленной цели и проверка выдвинутых гипотез реализовывались в процессе последовательного решения следующих задач исследования:

    1. Теоретический анализ психологических подходов к изучению устойчивости к стрессу для формирования концептуальной базы исследования.

    2. Построение модели многомерной оценки индивидуальной устойчивости к стрессу на основе анализа современных теорий психологического стресса.

    3. Подбор комплекса психодиагностических методик и выделение информативных показателей, формирующих базу для многомерной оценки индивидуальной устойчивости к стрессу на основе анализа разных форм субъективной оценки затруднительной ситуации и доступных ресурсов совладания. Подготовка системы информативных показателей, характеризующих степень испытываемого психологического стресса, а также успешности адаптации к нему.

    4. Сбор данных с использованием выделенных показателей на выборках с объективно высоким, нейтральным и низким уровнем устойчивости к стрессу.

    5. Анализ факторной структуры показателей, входящих в диагностическую систему для оценки уровня индивидуальной устойчивости к стрессу, и построение интегрального показателя индивидуальной устойчивости к стрессу.

    6. Сравнение выборок испытуемых с объективно различным уровнем сопротивляемости к стрессу по комплексу показателей диагностической системы и интегральному показателю уровня индивидуальной устойчивости к стрессу.

    7. Выявление характера взаимосвязей между уровнем индивидуальной устойчивости к стрессу и независимыми показателями успешности адаптации человека к стрессу.

Методологической базой исследования послужили: основные положения системного подхода в психологии (Ломов, 1984, 1991, 2006); системно-регулятивная концепция стрессоустойчивости (Бодров, 2006; Бодров и Обознов, 2000); концепция интегральной индивидуальности и индивидуального стиля деятельности (Мерлин, 1986; Климов, 1996; Базылевич, 1998); когнитивно-трансактный подход к изучению стресса (Лазарус, 1970; Кокс и Маккей, 1995; Cox, 1978; Lazarus, 1966, 1991;); исследовательская парадигма «состояние – устойчивая черта личности» (Изард, 1982; Спилбергер, 2001; Cattell & Scheier, 1961; Steyer et al., 1992).

Методы исследования включали:

  • теоретический анализ литературных источников по проблеме устойчивости человека к психологическому стрессу;

  • комплекс психодиагностических методик для оценки проявлений индивидуальной устойчивости к стрессу, включающий тесты для оценки уровня тревоги, гнева, депрессии, и степени истощения функциональных ресурсов обеспечения деятельности как наличного состояния и устойчивой личностной черты;

  • комплекс психодиагностических методик для оценки успешности процессов адаптации человека к психологическому стрессу, включающий методики для оценки выраженности (а) вызванных стрессом психологических нарушений в виде различных личностно-поведенческих деформаций и (б) состояний сниженной работоспособности;

  • сбор сведений о социально-демографическом статусе испытуемых, наличии стрессоров в личной и профессиональной жизни, состоянии здоровья и особенностях образа жизни с помощью специализированной анкеты-интервью;

  • метод конфирматорного факторного анализа для проверки статистической достоверности гипотезы о многомерности структуры разработанной оценки индивидуальной устойчивости к стрессу, а также метод эксплораторного факторного анализа для построения интегрального показателя индивидуальной устойчивости к стрессу;

  • методы и процедуры многомерной статистической обработки данных с целью проверки диагностической чувствительности и валидизации предложенной многомерной оценки устойчивости к стрессу (показатели описательной статистики, параметрические и непараметрические критерии групповых различий, однофакторный и многофакторный дисперсионный анализ, параметрический и непараметрический корреляционный анализ, частотный анализ по методу χ2).

Научная обоснованность и достоверность полученных результатов и сделанных на их основании выводов обеспечены детальной теоретической проработкой существующих подходов к изучению стрессоустойчивости, её углубленным психологическим анализом как функционального свойства системы регуляции деятельности в сложных условиях, представительностью обследованных выборок испытуемых, разнообразием методов исследования и их соответствием целям и задачам работы. В состав разработанного на основании проведенного теоретического анализа диагностического комплекса вошли надежные и валидные психодиагностические методики, хорошо зарекомендовавшие себя в исследовательской практике. В исследовании были обследованы 4 выборки испытуемых общей численностью 751 человек, контрастные уровню индивидуальной устойчивости к стрессу: (1) сотрудники МВД РФ, не принимавшие участие в боевых действиях и имеющие нейтральную оценку надежности деятельности; (2) сотрудники МВД РФ, принимавшие участие в боевых действиях на Северном Кавказе с высокой оценкой надежности деятельности; (3) сотрудники МВД РФ, принимавшие участие в боевых действиях на Северном Кавказе с зафиксированными срывами деятельности; (4) пациенты психосоматических клиник г. Москвы, госпитализированных с диагнозом вегето-сосудистая дистония. На этом основании оказалось возможным провести непосредственное сравнение групп испытуемых с объективно различным уровнем сопротивляемости к стрессу. При проверке эмпирической обоснованности предлагаемой многомерной оценки устойчивости к стрессу использовался широкий спектр показателей, характеризующих успешность адаптации к стрессу, а также разнообразные современные методы статистической обработки данных, дополняющие друг друга.

Научная новизна исследования состоит в следующем:

  1. Впервые разработана схема многомерной оценки индивидуальной устойчивости к стрессу, в которой отражается специфика психологических механизмов развития стресса в рамках когнитивно-трансактного подхода. На базе концептуального и эмпирического анализа обосновано выделение основных компонентов в структуре трансактных взаимоотношений субъекта с затруднительной ситуацией, представленных разными типами субъективных оценок. Новым является использование для определения уровня индивидуальной устойчивости к стрессу комплекса когнитивно-аффективных оценок, представленного устойчивыми и ситуативными переживаниями тревоги, депрессии и гнева, что позволяет описывать качественную направленность субъективного отношения к жизненным затруднениям без учета их содержательной специфики. Новым является также выделение субъективной оценки степени истощения функциональных ресурсов обеспечения деятельности как одного из ведущих факторов, определяющих уровень устойчивости к стрессу со стороны доступных психофизиологических ресурсов совладания.

  2. Впервые при разработке психодиагностических средств для многомерной оценки устойчивости к стрессу проводится систематическое различие между актуально переживаемыми состояниями и устойчивыми личностными чертами, которые характеризуют диспозиционную предрасположенность к переживанию состояний определенного типа. Совместное использование показателей, отражающих выраженность состояний и соответствующих устойчивых черт, позволяет более полно отразить взаимодействие индивидуально-личностных и ситуативных предпосылок формирования актуального уровня сопротивляемости к воздействию стресс-факторов и затрудняющих деятельность обстоятельств.

  3. Новым является проведение масштабной верификации диагностической системы для оценки уровня устойчивости к стрессу с привлечением соматических, психологических и поведенческих показателей, отражающих успешность адаптации человека к стрессу. При проверке эмпирической обоснованности предложенной многомерной оценки индивидуальной устойчивости к стрессу и интерпретации данных впервые были использованы феномены «эмоциональной гранулярности», «спирали стресса», а также эффекты изменения субъективно переживаемого уровня напряженности деятельности у лиц с разным уровнем сопротивляемости к стрессу.

Теоретическая значимость исследования заключается в развитии системных представлений о процессе адаптации человека к стрессу как динамическом многомерном явлении, разворачивающимся во времени и характеризующемся наличием иерархии взаимодействий в двух направлениях: «состояние – устойчивая черта» и «субъективные оценки ситуации – доступные ресурсы совладания». Показано, что во взаимосвязях выделенных оценочных компонентов устойчивости к стрессу и показателей успешности адаптации отражается системный характер этого индивидуального свойства, заключающийся в наличии специфических способов интеграции разноуровневых индивидуально-личностных характеристик, направленных на нейтрализацию неблагоприятных воздействий жизненных затруднений и факторов повышенной напряженности деятельности. В исследовании определена структура взаимосвязей между компонентами субъективного образа стрессогенной ситуации, которая играет ведущую роль в формировании разного уровня индивидуальной устойчивости к стрессу.

Практическая значимость исследования. Разработанный в настоящем исследовании методический инструментарий и система диагностических показателей могут быть использованы в ситуациях, требующих достоверной оценки степени сопротивляемости стрессу, в первую очередь, при действии хронических стресс-факторов. Основной сферой практического применения разработанного диагностического комплекса является выявление лиц, адаптационные резервы которых расходуются неэффективно вследствие формирования неадекватного образа ситуационных требований и доступных ресурсов совладания с риском развития соматических, психологических и поведенческих нарушений. На основании предложенной многомерной оценки может осуществляться: прогноз успешности адаптации к затрудненным условиям жизнедеятельности; прогноз успешности восстановления работоспособности и личностного благополучия; прогноз успешности профессиональной деятельности для специальностей, связанных с повышенными психологическими нагрузками. Качественный анализ компонентного состава получаемой многомерной оценки индивидуальной устойчивости к стрессу позволяет выявлять индивидуально-специфичные нарушения в системе регуляции деятельности и осуществлять целенаправленный подбор оптимизационных мероприятий для их коррекции и профилактики.

Апробация работы проводилась на заседании кафедры психологии и педагогической антропологии Московского Государственного Лингвистического Университета им. М. Тореза (апрель 2007 г.), на совместном заседании лаборатории математической психологии и лаборатории системных исследований психики Института Психологии РАН (май 2007 г.), а также на заседаниях лаборатории психологии труда факультета психологии Московского Государственного Университета им. М.В. Ломоносова (декабрь 2005; ноябрь 2006 г.). Основные результаты исследования были представлены в рамках научных конференций и выступлений с докладами на 1-ом Съезде МО РПО (Москва, февраль 2005), на 12-ом Европейском конгрессе по психологии труда и организационной психологии (Стамбул, Турция, май 2005 г.), на 9-ом Европейском психологическом конгрессе (Гранада, Испания, июль 2005 г.), а также на межрегиональной научно-практической конференции «Прикладная психология как ресурс социально-экономического развития современной России» (Москва, ноябрь 2005). Компьютеризованный вариант разработанной диагностической системы был представлен на выставке, проходившей в рамках Всероссийского Форума «Здоровье нации – основа процветания России» (Москва, апрель 2007).

Положения, выносимые на защиту:

  1. Индивидуальная устойчивость к стрессу является системным образованием, отражающим способность человека к нейтрализации негативных соматических, психологических и поведенческих последствий длительного переживания стресса. Уровень индивидуальной устойчивости к стрессу определяется спецификой субъективных оценок затруднительных ситуаций и доступных ресурсов совладания.

  2. В качестве основных компонентов многомерная оценка индивидуальной устойчивости к стрессу включает: (а) оценку выраженности когнитивно-аффективных комплексов тревоги, депрессии и гнева, характеризующих степень субъективной стрессогенности ситуаций независимо от их предметного содержания, и (б) оценку степени истощения психофизиологических ресурсов, играющих центральную роль в обеспечении деятельности по преодолению затруднений. В компонентах многомерной оценки необходимо различать ситуативный и диспозиционный аспекты, рассматривая взаимосвязь их проявлений как состояния и как устойчивой черты личности.

  3. Разработанная многомерная оценка индивидуальной устойчивости к стрессу позволяет дифференцировать выборки лиц с объективно различным уровнем сопротивляемости к стрессу. При снижении сопротивляемости к стрессу обнаруживается выраженная тенденции к нарастанию проявлений тревоги, депрессии и гнева, а также к истощению функциональных ресурсов обеспечения деятельности.

  4. Предложенный интегральный показатель устойчивости к стрессу обладает высокой конструктной валидностью, позволяя определять степень успешности адаптации человека к жизненным затруднениям. Для лиц с высокой оценкой устойчивости к стрессу характерно сохранение психического и физического благополучия в различных стрессогенных ситуациях на основе использования адекватных внутренних средств и стратегий преодоления их негативного влияния.

Структура и объем диссертации. Диссертация состоит из введения, четырех глав, заключения и выводов. Основной текст составляет 167 страницы. Объем приложений - 26 страниц. Работа проиллюстрирована 14 рисунками и 26 таблицами. Список использованной литературы включает 289 источников, из них 131 на иностранных языках. В приложениях представлены материалы, используемые в эмпирической части исследования, а также данные статистической обработки, детализирующие некоторые результаты работы.
^

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ


Во Введении обосновывается актуальность предложенной темы, обозначаются объект и предмет исследования, определяются цель, гипотезы и задачи исследования, раскрываются научная новизна, теоретическая и практическая значимость работы, формулируются положения, выносимые на защиту.

Глава 1 является теоретическим обоснованием диссертационного исследования. В ней представлен обзор состояния теоретической и эмпирической разработки проблемы устойчивости к психологическому стрессу в отечественной и зарубежной литературе. Глава состоит из пяти разделов.

В первом разделе, состоящем из пяти частей, рассматривается вопрос о терминологической самостоятельности понятия индивидуальной устойчивости к стрессу. В первой части представлено общее понятие «устойчивости системы» (Акофф и Эмери, 1974; Чернавский, 1990; Реан и др., 2006), являющиеся базовыми для определения понятия устойчивости к стрессу. Во второй части рассматривается исторически наиболее раннее понятие эмоциональной устойчивости (Аболин, 1987; Марищук, 1982, Черникова, 1967). Анализируются различные подходы к пониманию эмоциональной устойчивости (Дикая и Щукина, 1999; Дьяченко и Пономаренко, 1990; Реан и др., 2006) и отмечается возможность отождествления понятий эмоциональной устойчивости и устойчивости к стрессу (Бодров, 2006; Тышкова, 1987). Третья часть посвящена анализу понятия стрессоустойчивости, характеризующего способность осуществлять успешную деятельность в затрудненных условиях без отягчающих последствий для физического и психического здоровья (Бодров, 2000; Китаев-Смык, 1983; Кокс, 1975, Наенко, 1976; Appley & Trumbull, 1986). В четвертой части представлены расширенные определения понятия психологической надежности (Мильман, 1974; Осетров, 1997; Фирсов, 1996) и указывается на широкую степень пересечения понятий эмоциональной устойчивости, стрессустойчивости и психологической надежности. Пятая часть содержит сведения о широко распространенном в англоязычной литературе понятии психологической устойчивости (англ. resiliency). Анализируются различные варианты использования этого термина в психологии развития и возрастной психологии (Garmezy et al., 1984; Heckhausen, 2001; Masten & Reed, 2002;), а также в рамках когнитивно-трансактных теорий стресса (Lazarus & Folkman 1984). В обоих случаях психологическая устойчивость характеризует степень индивидуальных различий в уровне дистресса, вызванного жизненными событиями разного масштаба (Hinkle, 1973; Lazarus, 1991). Отмечается высокий уровень зависимости психологической устойчивости от особенностей ситуации (Jessor, 1993; Schumacher et al., 2004).

На основании проведенного терминологического анализа вводится понятие индивидуальной устойчивости к стрессу (далее - ИУС), которая определяется как системное свойство, обуславливающее успешную адаптацию человека к воздействию различных психосоциальных нагрузок и факторов среды обитания без негативных кратковременных и долговременных последствий для психического и физического здоровья.

Во втором разделе, в состав которого входят шесть частей, анализируются основные подходы к анализу ИУС. В первой части рассматриваются нейродинамические и индивидуально-типологические детерминанты высокой ИУС (Аболин, 1987; Гуревич, 1970; Небылицин, 1976, Сиротин, 1972). Показано, что однозначно связать уровень ИУС с особенностями нервной системы или темперамента невозможно, что хорошо согласуется с концепцией индивидуального стиля деятельности (Асеев, 1974; Климов, 1969; Мерлин, 1986). Во второй части приводятся сведения о личностных диспозициях, связываемых с повышенным уровнем сопротивляемости к стрессу. К ним относятся, в первую очередь, низкая тревожность (Ханин, 1976; Spielberger & Vagg, 1999), экстраверсия (Васильева, 1989), низкий уровень нейротизма (Боковиков, 1998), внутренний локус контроля (Русинова, 1988), само-эффективность (Schwarzer, 1994), диспозиционный оптимизм (Carver & Scheier, 1985), стойкость (Kobasa, 1979; Maddi, 2005). В третьей части рассмотрен вопрос о существовании устойчивых стереотипов поведения, обусловливающих повышенную предрасположенность к развитию неблагоприятных последствий стресса - типа А (Rosenman, 1978) и D (Linden, 2005) поведения. ИУС снижают также нездоровая диета, гиподинамия, нарушения режима труда и отдыха (Schwarzer, 2001), вредные привычки, а также асоциальные формы взаимодействия с другими людьми (Quick et al., 1997; Schabracq et al., 1996). В четвертой части приводятся основные классификации стратегий совладания и рассматриваются сведения о существовании устойчивых связей между предпочтением определенных способов поведения в затруднительных ситуациях и повышенной уязвимостью к воздействию стресс-факторов (Beasley et al., 2003; Desmond, 2007). Отмечается высокая степень зависимости эффективности задействованной стратегии совладания от характеристик конкретной затруднительной ситуации (Lazarus & Folkman, 1987; Matheson & Anisman, 2003). Пятая часть посвящена характеристике подходов, связывающих уровень ИУС с запасом «адаптационной энергии» (Beard, 1881; Селье, 1972), и концепции аллостатической нагрузки (McEwan, 1998), в рамках которой разработаны различные физиологические индикаторы «цены адаптации» к психологическому стрессу. В шестой части рассматривается концепция салютогенеза, предметом которой является анализ «защитных факторов» внутренней и внешней среды человека, обеспечивающих сохранение высокого уровня соматического и личностного благополучия (Antonovsky, 1987).

В третьем разделе первой главы, состоящем из пяти частей, анализируются возможности применения парадигмы «состояние-черта» в рамках когнитивно-трансактных теорий психологического стресса. В первой части рассматриваются основные положения подхода «состояние-черта» (Дикая и Щукина, 1999; Cattell, 1950; Cattell & Scheier, 1961). Подчеркнуто, что состояние преходяще, ограничено во времени и характеризуется регистрируемыми признаками, такими, как интенсивность, а черта отражает стабильные индивидуальные различия в тенденциях воспринимать мир и действовать в нем определенным образом (Либин, 1999; Spielberger, 1972; Strelau, 2001). Вторая часть посвящена проблеме соотношения личностных и ситуативных факторов в детерминации поведения (Endler & Parker, 1992; Fleeson, 2004). Отмечается неоднозначность попыток эмпирического обоснования понятия личности как набора диспозиций, обладающих временной и межситуативной стабильностью (Mischel, 1968). В этом контексте представляется уместным обратиться к концепции ситуационизма (Endler & Parker, 1991), в рамках которой анализ генерализованных поведенческих тенденций замещается анализом процессов восприятия конкретных ситуаций и формирования поведенческих реакций. Развитие идей ситуационизма в интерактивных концепциях личности (Endler & Parker, 1992; Magnusson, 1990; Pervin, 2001) прослеживается в третьей части. Предметом изучения в интеракционизме являются сложные процессы взаимодействия индивида и среды, для которых характерны взаимообратные зависимости переменных (Endler, 1997; Mischel & Schoda, 1995; Fleeson, 2004).

В четвертой части третьего раздела как пример интерактивной концепции взаимодействия человека со средой рассматривается когнитивно-трансактный подход к изучению психологического стресса (Cox, 1976; Lazarus, 1966; Lazarus & Folkman, 1984). В рамках этого подхода стресс понимается как многомерный процесс, запускаемый стимулами-стрессорами и порождающий адаптивные реакции, возникновение которых опосредовано сложными когнитивно-аффективными оценками. В пятой части рассматриваются возможные механизмы взаимодействия устойчивых черт и состояний в ходе развертывания стрессовой транзакции. С позиций когнитивно-трансактного подхода данные конструкты играют различную функциональную роль, операционализируясь либо как предпосылки процесса стресса (черты), либо как транзакционные переменные (состояния), описывающие актуально реализуемый процесс. При осуществлении конкретной стрессовой транзакции устойчивые черты «преломляются» в соответствующих состояниях. Поэтому полное описание стрессовых взаимодействий требует учета переменных обоих типов.

В четвертом разделе, содержащем четыре части, описывается модель многомерной оценки ИУС. В первой части приводятся концептуальные основания для многомерной оценки ИУС на основании теоретических положений когнитивно-трансактных теорий стресса и подхода «состояние – черта». Высокая ИУС предполагает такую структуру и динамику стрессового процесса, которая минимизирует уровень переживаний дистресса (Бодров и Обознов, 2006; Григорьева и Тхостов, 2005). Отмечается, что взаимодействие со средой становится стрессогенным в том случае, когда ситуация субъективно воспринимается как потенциально или актуально опасная, а доступные для нейтрализации угрозы ресурсы оцениваются как недостаточные. Во второй части рассматриваются типы оценок ситуаций, порождаемых в ходе стрессовой трансакции, и прослеживается их связь с когнитивно-аффективными комплексами тревоги, депрессии и гнева (Кокс, 1981; Lazarus, 1991; Roesch & Rowly, 2005). Эти комплексы переживаний позволяют дать характеристику оценочным процессам безотносительно к предметному содержанию конкретных затруднительных ситуаций. Каждый из комплексов тревоги, депрессии и гнева может рассматриваться и как черта, и как состояние, для оценки степени выраженности которых существует апробированный диагностический инструментарий (Леонова и др., 2004; Spielberger, 1988). В третьей части дается обзор исследований функциональных ресурсов, под которыми понимается доступный для актуализации потенциал внутренних средств деятельности, обеспечивающий решение стоящих перед субъектом задач (Ильин, 1978; Мерлин, 1986; Медведев, 1982). Для диагностики ИУС особый интерес представляет получение оценок о степени истощенности функциональных ресурсов организма. В отношении ситуативных проявлений к ним относятся, прежде всего, оценки степени субъективного комфорта/дискомфорта текущего состояния (Дикая, 1999; Семикин, 1986; Чирков, 1985). Для оценки устойчивого истощения внутренних ресурсов человека целесообразно обратиться к диагностике проявлений синдрома хронического утомления, отражающего снижение дееспособности человека и общую астенизацию организма (Мясищев, 1960; Платонов, 1970; Grandjean, 1980). В четвертой части этого раздела описана разработанная нами модель многомерной оценки ИУС. В ней отражена необходимость различения ситуативного и диспозиционного аспектов при анализе факторов, формирующих уровень ИУС со стороны субъективных оценок, опосредующих процесс развития стресса. В качестве их основных компонентов рассматриваются выделенные типы когнитивно-эмоциональной оценки ситуации (тревога, гнев и депрессия) и оценки степени истощения функциональных ресурсов совладания с точки зрения личностных диспозиций (устойчивых черт) и текущих проявлений (состояний). Согласно модели, у лиц с разным уровнем ИУС должны быть обнаружены различия в степени выраженности соответствующих личностных черт и состояний, а также различия в особенностях их взаимосвязей между собой.

В последнем, пятом разделе первой главы формулируются цели и задачи эмпирической части исследования.

В Главе 2 описываются элементы методического обеспечения и организации эмпирического исследования, направленного на проверку диагностической пригодности предложенной модели для оценки ИУС. Глава состоит из семи разделов. Общая характеристика исследования дается в первом разделе. Во втором разделе, состоящем из четырех частей, описывается комплекс основных психодиагностических методик, использованный для реализации предложенной схемы многомерной оценки ИУС. В первой, второй и третьей частях представлены методики для оценки тревоги, депрессии, гнева как черты и как состояния. В четвертой части содержится описание методик для оценки степени истощения функциональных ресурсов как черты и как состояния. Методики, входящие в состав психодиагностического комплекса, перечислены в таблице 1. Соответствующие показатели обозначаются в дальнейшем следующим образом: Ч- и С-тревога, Ч- и С-депрессия, Ч- и С-гнев, Ч- и С-истощение.


Таблица 1. Состав психодиагностического комплекса для оценки ИУС.




Черта

Состояние

^ Оценка ситуации

1. Тревога

Опросник State-Trait Anxiety Inventory, STAXI

(Spielbereger, 1972; русскоязычная адаптация – Ханин, 1983)

2. Депрессия

Опросник State-Trait Depression Inventory, STDI

(Spielberger, 1988; русскоязычная адаптация – Леонова и Спилбергер, 2005)

3. Гнев

Опросник State-Trait Anger Inventory, STAI

(Spielberger, 1988; русскоязычная адаптация – Леонова и Спилбергер, 2005)

^ Оценка ресурсов

Психофизиологическое истощение

Опросник

«Хроническое утомление» (Леонова, 1984)

Опросник

«Шкала состояний»

(Леонова, 1984)


В третьем разделе, в состав которого входят четыре части, представлены сведения о процедурах сбора дополнительной информации, используемой для проверки диагностической пригодности многомерной оценки ИУС. В первой, второй и третьей частях описаны методики, характеризующие различные аспекты переживания острого и хронического стресса: опросник «Тип А поведения» (Леонова и др., 1988), опросник «Стиль работы и общения» для оценки выраженности синдрома психического выгорания (Водопьянова и Старченко, 2001), опросник «Диагностика состояний сниженной работоспособности» (ДОРС, Леонова и Величковская, 2002) и методика «Шкала дифференциальных эмоций» К. Изард (Леонова и др., 1988). В четвертой части описывается специализированная анкета-интервью, предназначенная для сбора следующей информации об обследуемых: демографических сведений (возраст, пол, семейное положение, уровень образования) и сведений о профессиональной занятости (место работы и должность, общий стаж, стаж работы в данной должности); сведений о состоянии здоровья (наличие заболеваний и обращения за врачебной помощью в течение последнего полугода, наличие хронических заболеваний); сведения о стрессогенных событиях в личной и профессиональной жизни; сведения о стиле жизни (употребление алкоголя, курение, занятия спортом, удаленность последнего отпуска).

В четвертом разделе приводятся данные о подготовке диагностических показателей для дальнейшей статистической обработки и процедуре расчета границ нормативных диагностических диапазонов.

^ Пятый раздел содержит описания обследованных контингентов испытуемых. Всего в исследовании приняло участие 751 человек (194 женщины и 557 мужчин), в возрасте от 19 лет до 68 года. Было задействовано четыре выборки: одна основная (выборка А) и три дополнительные (выборки Б, В и Г). В состав выборки А вошли 542 сотрудника МВД РФ (442 мужчины и 100 женщин) в возрасте от 19 лет до 51 года, не принимавшие участие в боевых действиях. Выборка Б содержит 50 человек (48 мужчин и 2 женщин, возраст – от 24 до 47 лет). В её состав вошли сотрудники МВД РФ, принимавшие непосредственное участие в боевых действиях на Северном Кавказе и получившие высокую экспертную оценку надежности деятельности в трудных условиях. В выборку В также вошли сотрудники МВД РФ, принимавшие участие в боевых действиях на Северном Кавказе (всего 70 человек, 67 мужчин и 3 женщины, возраст - от 24 до 45 лет), но для них были зафиксированы «срывы» деятельности, выразившиеся в совершении должностных нарушений средней тяжести (и повлекшие впоследствии дисциплинарное взыскание). Выборка Г состояла из 89 человек (14 мужчин и 75 женщин) в возрасте от 21 года до 68 лет. В нее вошли пациенты трех психосоматических клиник г. Москвы, находящиеся на стационарном лечении с диагнозом вегето-сосудистая дистония. Обследованные выборки являются контрастными по объективно подтвержденному уровню сопротивляемости к стрессу: выборка А характеризуется нейтральным уровнем ИУС, выборка Б – высоким уровнем ИУС, а в выборки В и Г вошли лица со сниженным по разным основаниям – низкая надежность деятельности и нарушения здоровья стрессовой этиологии - уровнем ИУС.

Процедура проведения психодиагностического обследования описана в шестом разделе. В седьмом разделе дается характеристика использованных методов статистической обработки результатов. Статистический анализ данных проводился с использованием программ SPSS (версия 12) и EQS (версия 6.1).

Глава 3, состоящая из пяти разделов, посвящена описанию и обсуждению результатов, полученных при проверке диагностической пригодности многомерной оценки ИУС. В первом разделе, состоящим из двух частей, проводится качественное сравнение обследованных выборок по всем использованным показателям на основании данных описательной статистики. В первой части выборки сопоставлялись по показателям диагностического комплекса. В выборках с объективно сниженным уровнем сопротивляемости к стрессу в среднем зафиксирован негативно выраженный уровень практически всех показателей, составляющих многомерную оценку ИУС (см. таблицу 2). Во второй части выборки сопоставлялись на основании данных о проявлениях острого и хронического стресса, оцениваемых по показателям дополнительных методик. Для выборок с объективно сниженным уровнем ИУС было зафиксировано выраженное соматическое и психологическое неблагополучие.


Таблица 2. Зависимость среднего уровня показателей, составляющих диагностическую систему, от объективно зафиксированного уровня ИУС.

Диагностические

показатели

Выборка

А

(устойчивые)

Б

(высокоустойчивые)

В

(срывы)

Г

(психосоматика)

Ч-тревога

+

++

!!

!!

С-тревога

+

++

!!

!!

Ч-гнев

+

++

!!

!

С-гнев

+

+

!!

+

Ч-депрессия

++

++

!!

!

С-депрессия

+

++

!!

!

Ч-истощение

++

++

!

!!

С-истощение

++

++

!!

!!

Обозначения: «++» - низкий уровень, «+» - умеренный уровень, «!» - выраженный уровень, «!!» - высокий уровень


Во втором разделе анализируется возможность достоверного различения выборок, контрастных по объективно зафиксированному уровню ИУС, на основании значений входящих в диагностический комплекс показателей. Проверялась гипотеза о значимом ухудшении1 значений показателей, сопровождающем снижение объективного уровня ИУС. Для этого использовался однофакторный дисперсионный анализ с последующими множественными сравнениями по критериям Шеффе и Тьюки, а для ненормально распределенного показателя С-гнева - критерий Краскалла-Уоллиса с последующими попарными сравнениями по критерию Манна-Уитни. В результате для всех показателей была показана высокозначимая связь с объективно зафиксированным уровнем ИУС (α<0,001). Для основной массы показателей средние значении в выборках А и Б не различались, но были значимо ниже соответствующих средних в выборке Г, которые были значимо ниже средних в выборке В. Для показателей Ч-тревога и Ч-утомление выборки А и Б, а также выборки В и Г, образовали две гомогенные группы, причем средние в первой группе были значимо ниже средних второй группы. Таким образом, наблюдается значимый рост показателей диагностического комплекса при переходе от выборок «устойчивых» испытуемых (выборки А и Б) к выборкам «неустойчивым» испытуемых (выборки В и Г), что свидетельствует о высокой различительной способности комплекса использованных диагностических показателей.

В состав третьего раздела входят две части. В первой части на основе методик диагностического комплекса рассчитывается интегральный показатель ИУС (ИП ИУС). С этой целью была проведена факторизация всего массива данных по показателям диагностической системы с помощью метода главных компонент. Критерий Кайзера-Гуттмана и анализ графика факторных весов согласованно привели к выделению единственного фактора, описывающего 58,6% дисперсии и интерпретируемого как фактор «Стрессоустойчивости». Используя полученные факторные нагрузки в качестве «весов» стандартизованных диагностических показателей, следующая формула позволяет рассчитать значения ИП ИУС:

ИП ИУС = (1)  (0,91Ч-тревога + 0,95С-тревога + 0,94Ч-депрессия + 0,94С-депрессия + 0,84Ч-гнев + 0,75С-гнев + 0,91Ч-истощение + 0,72С-истощение)

Отметим, что умножение на (1) имеет целью изменение ориентации ИП ИУС таким образом, чтобы его положительный полюс соответствовал максимальному уровню ИУС.

Во второй части проведена проверка гипотезы о существовании достоверной зависимости между ИП ИУС и объективно зафиксированным уровнем сопротивляемости к стрессу. Проведенный с этой целью однофакторный дисперсионный анализ привел к получению высокозначимого результата (α<0,001). Согласно тестам множественных сравнений Шеффе и Тьюки, выборки А и Б не различаются значимо по среднему уровню ИП ИУС. Для выборки Г среднее значение ИП ИУС значимо ниже среднего выборок А и Б, но значимо выше среднего значения ИП ИУС в выборке В. Таким образом ИП ИУС позволяет различать выборки с различным уровнем сопротивляемости к стрессу и сохраняет значительную часть диагностической информации, содержащейся в многомерной оценке ИУС.

В четвертом разделе представлены результаты конфирматорного факторного анализа, проведенного с целью изучения внутренней структуры многомерной оценки ИУС. В ходе анализа сравнивались четыре теоретические модели ИУС: модель I с одним фактором «Стрессоустойчивости»; модель II c четырьмя ортогональными факторами «Тревоги», «Депрессии», «Гнева» и «Истощения»; модель III c четырьмя коррелирующими факторами «Тревоги», «Депрессии», «Гнева» и «Истощения»; модель IV c четырьмя факторами первого порядка («Тревога», «Депрессия», «Гнев», «Истощение»), объединяемыми в один фактор второго порядка («Стрессоустойчивость). Все модели дополнительно содержат два «методических» фактора – фактор «Личности» и фактор «Ситуации», которые отражают существование общих источников дисперсии у личностных и ситуативных диагностических показателей.

Модель II оказалась наименее удачной (2(df=11) = 145,2; CFI = 0,981; SRMR = 0,028; RMSEA = 0,127). Модели I (2(df=11) = 52,5; CFI = 0,994; SRMR = 0,013; RMSEA = 0,071), III (2(df=5) = 42,9; CFI = 0,995; SRMR = 0,015; RMSEA = 0,1) и IV (2(df=3) = 34,6; CFI = 0,995; SRMR = 0,007; RMSEA = 0,118) продемонстрировали сходный уровень соответствия. Однако только в модели III факторные нагрузки всех диагностических показателей оказываются значимыми и легко интерпретируются теоретически. Следует отметить, что в модели III выделенные факторы высоко коррелируют между собой, что позволило улучшить модель за счет объединения наиболее сильно связанных факторов. Такое объединение представляется концептуально наиболее обоснованным для факторов «Тревога» и «Депрессия» (Изард, 1980; МКБ-10, раздел V, F 43.2). Результирующая модель IIIа (см. рис. 1) в целом показала очень высокую степень соответствия эмпирическим данным (2(df=8) = 37,7; CFI = 0,996; SRMR = 0,009; RMSEA = 0,07).




Рис. 1. Структура многомерной оценки ИУС по результатам конфирматорного факторного анализа (* - нагрузка значима на уровне 0,05).

Пятый раздел посвящен обсуждению результатов, полученных в Главе 3, и обоснованию высокой диагностической чувствительности предложенной многомерной оценки ИУС и разработанного ИП ИУС. Также показано, что многомерная оценка ИУС имеет сложную внутреннюю структуру с выраженными взаимосвязями между её компонентами, что отражает системный характер ИУС как интегративного свойства человека.

В Главе 4, состоящей из семи разделов, исследуется конструктная валидность многмерной оценки ИУС. С этой целью на основе данных, полученных в выборке А, проводится анализ зависимостей между ИП ИУС и различными показателями, характеризующими индивидуально-специфичные формы успешной и неуспешной адаптации человека к стрессу. В ходе анализа использовалось разделение выборки А на подгруппы «высокоустойчивых» (значения ИП ИУС больше 80-го перцентиля), «среднеустойчивых» («норма», значения ИП ИУС от 80-го до 20-го перцентиля) и «низкоустойчивых» испытуемых (значения ИП ИУС меньше 20-го перцентиля).

В первом разделе рассматривается зависимость между ИП ИУС и системой показателей выраженности негативных последствий хронического стресса:

1) ^ Соматические показатели. Частота фактов заболеваний в течение 6 месяцев перед проведением обследования, необходимости обращения к врачу в этот период, а также наличия хронических заболеваний по сравнению с «нормой» значимо снижается у «высокоустойчивых» испытуемых и значимо повышается у «низкоустойчивых» испытуемых (все α<0,001 по критерию 2). С ростом ИП ИУС также обнаруживается тенденция к уменьшению общего числа хронических заболеваний (α<0,001 по критерию Краскалла-Уоллиса).

2) ^ Поведенческие показатели. Анализировались две неадекватные поведенческие стратегии совладания – регулярное употребление алкоголя и регулярное курение. В соответствии с ожиданиями, ИП ИУС обратно связан с частотой регулярного употребления алкоголя (все α<0,001 по критерию 2). Однако для «низкоустойчивых» испытуемых частота регулярного курения значимо ниже, чем для «высокоустойчивых» и «нормы» (α<0,001). Таким образом, высокая устойчивость к стрессу не исключает обращения к социально менее порицаемым формам неадекватного совладания.

3) ^ Психологические показатели. Исследовалась связь ИП ИУС и проявлений двух типичных форм личностных деформаций, вызванных действием хронического стресса – типа А поведения и синдрома психического выгорания. В обоих случаях подтвердилось предположение о существовании значимой обратной корреляции (значения коэффициентов корреляции Пирсона r от -0,81 до -0,34, все α<0,001). Значимость и направление корреляционных связей не изменились при статистическом контроле переменных возраста и пола.

Во втором разделе анализируется связь ИП ИУС и уровня воспринимаемой напряженности деятельности. Само понятие ИУС предполагает, что лица со сниженным уровнем адаптации к стрессу чаще воспринимают затруднительные ситуации в личностно значимых жизненных областях (таких как, например, профессиональная деятельность) как сложные и требующие значительных ресурсов для их разрешения (Lazarus, 1993). В подтверждение этой гипотезы нами было обнаружено наличие значимой положительной корреляции между ИП ИУС и шкалой «Стресс» опросника ДОРС, измеряющей степень воспринимаемой напряженности трудовой ситуации (r = 0,62; p < 0,001). Дополнительно был осуществлен контроль влияния двух видов побочных переменных: возраста и связанной переменной стажа, а также места работы и должности испытуемых. В обоих случаях значимость и направление коэффициента корреляции не изменилось.

В третьем разделе валидность многомерной оценки ИУС исследуется на примере феномена, описываемого в литературе как «спираль стресса». Под «спиралью стресса» понимают эффект значительного увеличения количества жизненных затруднений у лиц, деятельность которых подвержена деструктивному влиянию хронического стресса (Hobfoll, 2001). В данном случае речь идет о трудных ситуациях, возникновение которых в принципе может быть обусловлено неадаптивным поведением самого человека. Мы обозначаем такие затруднительные ситуации как «эндогенные». В отличие от «эндогенных», «экзогенные» стрессоры во многом являются следствием внешних обстоятельств и имеют ограниченное значение в разворачивании «спирали стресса». В соответствии с этим, список стрессоров в личной и профессиональной жизни, входивший в состав использованной в ходе обследования анкеты-интервью, был разделен на предположительно «экзогенные» и «эндогенные» стрессоры (см. таблицу 3). Для стрессоров обоих типов с помощью рангового коэффициента корреляции Спирмена определялась сила и направленность связи между их общим числом и ИП ИУС. В случае «эндогенных» стрессоров коэффициент корреляции равен r = -0,31 (α<0,001), а для категории «экзогенных» стрессоров r = -0,07 (α>0,05). Таким образом, низкий уровень ИП ИУС связан с повышением общей частоты жизненных стрессоров, но только таких, в возникновении которых значительную роль играют нарушения адаптивных способностей человека.


^ Таблица 3. Распределение стрессогенных событий в личной и профессиональной жизни.

«Экзогенные стрессоры»

«Эндогенные стрессоры»

Смена работы

Повышение по службе

Финансовые трудности в организации

Инновации в организации

Переезд

Свадьба

Рождение ребенка

Тяжелая болезнь/Несчастный случай

Смерть близкого человека

Потеря работы

Тяжелый конфликт на работе

Крупная профессиональная неудача

Конфликт в семье

Развод


В четвертом разделе исследуется взаимосвязь между ИП ИУС и степенью «эмоциональной гранулярности» (ЭГ). Высокая ЭГ означает сильную степень дифференциации при рефлексии собственных эмоциональных состояний (Barret, 2004). В литературе показано существование зависимости между высокой положительной ЭГ и положительными адаптационными исходами в условиях острого и хронического стресса, а также между высокой отрицательной ЭГ и отрицательными адаптационными исходами (Fredrickson, 2001; Tugade et al., 2004). Для оценки уровня ЭГ в нашем исследовании были использованы первичные данные, полученными по опроснику «Шкала дифференциальных эмоций» К. Изарда. В данном опроснике испытуемый оценивает интенсивность переживания каждой из 10 «базовых» эмоций по 5-балльной шкале (каждая эмоция представлена 3 прилагательными). Эмоции объединяются в три блока: блок позитивных, блок негативных и блок тревожно-депрессивных эмоций. Степень ЭГ для каждого блока эмоций можно получить, вычисляя меру разброса (дисперсию) сырых оценок внутри каждого блока. Таким образом, для каждого блока эмоций можно измерить собственный тип ЭГ: позитивную (П-гранулярность), негативную (Н-гранулярность) и тревожно-депрессивную (ТД-гранулярность). Анализ взаимосвязей между ИП ИУС и оценками разных типов эмоциональной гранулярности проводился на основе рангового коэффициента корреляции Спирмена. Показано, что ИП ИУС положительно коррелирует с показателем П-гранулярности (r = 0,4, α<0,001) и отрицательно – с показателями Н-гранулярности (r = -0,45; α<0,001) и ТД-гранулярности (r = -0,27; α<0,001). Полученные результаты подтверждают, что с ростом уровня ИП ИУС возрастает психологический потенциал совладания со стрессом за счет большей дифференциации позитивных эмоциональных переживаний.

В пятом разделе исследуется роль конструкта ИУС в опосредовании связи между интенсивностью стрессоров и выраженностью неблагоприятных последствий стресса (связь «стрессор-дистресс»). Анализировалось предположение о том, что при высоком уровне ИУС негативное влияние стрессоров на физическое и психическое благополучие смягчается (либо полностью нейтрализуется). Эмпирическим доказательством этого может служить исчезновение корреляционной зависимости между интенсивностью (количеством) стрессоров и выраженностью различных стресс-индуцированных нарушений в группе испытуемых с относительно высоким уровнем ИУС при одновременном сохранении этой зависимости в группе с относительно низким уровнем ИУС. В качестве показателя соматических расстройств использовалось общее число хронических заболеваний, в качестве показателей психологического неблагополучия – выраженность типа А поведения и компонентов синдрома психического выгорания, а в качестве показателей поведенческих нарушений – интенсивность использования неадекватных стратегий совладания (курения и употребления алкоголя). Интенсивность стрессового воздействия оценивалась через общее число стрессоров в личной и профессиональной жизни обследуемого. Для проверки гипотезы о «буферном» действии ИУС был проведен расчет коэффициента корреляции Спирмена отдельно для группы «устойчивых» (значения ИП ИУС больше медианы) и «неустойчивых» (значения ИП ИУС меньше медианы) обследованных. Результаты полностью соответствовали выдвинутой гипотезе. Например, зависимость числа хронических заболеваний от интенсивности стресса в группе «высококустойчивых» испытуемых носит случайный характер (r = 0,09; α>0,05). В «неустойчивой» группе между ними наблюдается систематическая зависимость (r = 0,16; α<0,05). Аналогичные межгрупповые различия установлены для психологических и поведенческих стресс-индуцированных нарушений.

В шестом разделе анализируется связь между уровнем ИП ИУС и индивидуальными особенностями реагирования на усложнение условий деятельности. Лица, высокоустойчивые к действию стресс-факторов, способны не только к поддержанию стабильного уровня функционирования в трудных условиях, но и к такой реорганизации системы психической регуляции, которая выводит их на новый уровень сопротивляемости (Garmezy, 1984; Kobasa, 1981; Richardson, 2002). Наоборот, лица с низким уровнем устойчивости к стрессу реагируют на усиление нагрузки распадом деятельности и нарастанием симптомов личностного неблагополучия. Исходя из этого, было проведено межгрупповое сравнения лиц, занимающих должности с высоким и низким уровнем напряженности трудовой ситуации (шкала «Стресс» опросника ДОРС, ДОРС/Стресс). Должности, для которых среднее значение показателя ДОРС/Стресс превышало общевыборочное среднее этого показателя более чем на одну стандартную ошибку, рассматривались как «более напряженные» (всего 6 должностей, 79 испытуемых). Должности со средним значением показателя ДОРС/Стресс, меньшим обшевыборочного среднего на одну стандартную ошибку, классифицировались как «менее напряженные» (всего 7 должностей, 157 испытуемых). Данные анализировались с помощью двухфакторного дисперсионного анализа с факторами «Напряженность должности» (2 уровня: «более напряженные» и «менее напряженные») и «Уровень ИУС» (3 уровня: «высокоустойчивые», «норма», «низкоустойчивые») и показателем ДОРС/Стресс в качестве зависимой переменной. Основным результатом (см. рис. 2) можно считать значимое расходящееся взаимодействия факторов (F(1,121) = 3,21; α<0,05). Действительно, при сравнении разных по степени напряженности должностей лица с низким уровнем ИП ИУС обнаруживают выраженную тенденцию к увеличению воспринимаемой напряженности при выполнении более сложной работы. Для лиц со средним («нормативным») уровнем ИП ИУС различие в степени напряженности практически отсутствует. Наиболее ярко опосредующий характер ИУС проявляется у лиц с высоким значениями ИП ИСУ - в этом случае усложнение условий приводит к снижению переживаемой напряженности профессиональной ситуации.



Рис.2 Зависимость воспринимаемой напряженности трудовой деятельности от ее объективной сложности и уровня ИУС.


Заключительный, седьмой раздел посвящен обсуждению полученных результатов. В обобщенном виде рассматриваются связи ИП ИУС с целым рядом переменных, характеризующих особенности индивидуального стрессового процесса. Высокий уровень ИП ИУС закономерно связан с успешной адаптацией к действию хронического психологического стресса на разных уровнях индивидуальной организации – соматическом, психологическом и поведенческом. Также обнаружено подтверждение тому, что успешность адаптации в случае высокой ИУС обеспечивается минимизацией степени субъективно испытываемой напряженности. При этом, как показывает анализ феномена «спирали стресса», предложенная многомерная оценка ИУС не тождественна диагностике проявлений дистресса, а отражает её содержание как самостоятельного индивидуального свойства, характеризующего степень эффективности совладающего поведения человека. ИП ИУС предсказанным образом связан с показателями «эмоциональной гранулярности», являющейся одним из факторов, нейтрализующих действие психологических стресс-факторов. Для широкого спектра эффектов стресса также было непосредственно доказано, что высокая ИУС нейтрализует негативное влияние стрессовых воздействий. Кроме того, анализ ИП ИУС подтверждает оптимальный характер регуляции деятельности у лиц, высокоустойчивых к стрессу - усложнение должностных обязанностей и условий работы приводит у них к снижению её воспринимаемой напряженности. В своей совокупности, эти результаты свидетельствуют о высокой конструктной валидности предложенной многомерной оценки ИУС.

В заключении отмечается, что представленная работа позволяет обосновать целесообразность диагностики уровня индивидуальной устойчивости к стрессу на основе характеристик субъективных оценок затруднительных ситуаций и доступных функциональных ресурсов совладания. Показано, что разработанный комплекс диагностических показателей обладает высокой дифференцирующей чувствительностью и конструктной валидностью. На основании обобщения результатов проведенного исследования были сформулированы следующие выводы:

  1. Индивидуальная устойчивость к стрессу представляет собой системную динамическую характеристику, характеризующую способность человека к успешному совладанию с затруднительными ситуациями. Характерной чертой высокой устойчивости к стрессу является преодоление острого и хронического стресса без негативных последствий для психического и физического здоровья.

  2. Диагностика уровня индивидуальной устойчивости к стрессу должна включать оценку индивидуально-личностных свойств и их взаимодействий, характеризующих особенности индивидуальных способов преодоления затруднений на основе субъективного образа стрессогенной ситуации. В этом случае становится возможным целостное описание устойчивости к стрессу как функционального свойства оптимально организованной системы регуляции деятельности в сложных условиях.

  3. Адекватной концептуальной базой для непосредственного измерения индивидуальной устойчивости к стрессу служит когнитивно-трансактный подход к анализу психологического стресса. Разработанная схема многомерной оценки этого индивидуального свойства включает характеристики субъективного отражения ключевых признаков стрессогенной ситуации по комплексу когнитивно-аффективных оценок и доступных ресурсов по ее преодолению. Для выделенных компонентов многомерной оценки следует учитывать существование двух дополняющих друг друга составляющих – как состояния и как устойчивой личностной черты. При формировании субъективных оценок ситуации и ресурсов, взаимодействие которых определяет актуальный уровень устойчивости к стрессу, диспозиционные предпочтения оценок определенного типа преломляются в соответствующих состояниях.

  4. Предложенная схема многомерной оценки индивидуальной устойчивости к стрессу может быть реализована с помощью системы диагностических показателей, включающей диспозиционные и ситуативные оценки выраженности когнитивно-аффективных комплексов тревоги, депрессии и гнева, а также показатели степени истощения функциональных ресурсов обеспечения деятельности. Данная диагностическая система является минимально необходимой и в перспективе может быть расширена и детализирована с целью повышения точности прогностических оценок.

  5. Обследованные группы лиц с различным по объективным проявлениям уровнем сопротивляемости к стрессу обнаруживают значимые различия по всем показателям диагностической системы, что подтверждает высокую степень диагностической чувствительности предложенной многомерной оценки.

  6. Выявленная на основе конфирматорного факторного анализа структура предложенной многомерной оценки индивидуальной устойчивости к стрессу соответствует теоретическим положениям, использованным при ее разработке. Наличие выраженных межкомпонентных взаимосвязей в структуре индивидуальной устойчивости к стрессу допускает выделение единственного латентного фактора, на основании которого может быть рассчитан интегральный показатель индивидуальной устойчивости к стрессу.

  7. Анализ зависимостей между интегральным показателем устойчивости к стрессу и рядом характеристик, отражающих успешность адаптации человека к жизненным затруднениям по показателям соматического здоровья и личностного благополучия (наличие хронических заболеваний, склонность к типу А поведения, признаки психического выгорания, опасные для здоровья привычки), подтверждает высокую степень конструктной валидности многомерной оценки индивидуальной устойчивости к стрессу.

  8. Высокая индивидуальная устойчивость к стрессу нейтрализует влияние психологических стресс-факторов, возникающих в личной жизни и профессиональной среде человека. К «буферным» механизмам, повышающим эффективность совладающего поведения, относятся, в частности, высокая положительная эмоциональная гранулярность и снижение субъективно воспринимаемой напряженности деятельности при усложнении условий ее выполнения.


^ Основное содержание исследование отражено в следующих публикациях:


Статьи, опубликованные в журналах, рекомендованных ВАК

1. Величковский Б.Б. Многомерная оценка индивидуальной устойчивости к стрессу // Вестник МГОУ. Серия «Психологические науки».- 2007.- №3.- С. 105-112. (0,5 п.л.)

2. Величковский Б.Б., Марьин М.И. Комплексная диагностика индивидуальной устойчивости к стрессу в рамках модели «состояние – устойчивая черта» // Вестник МГУ. Серия 14. Психология.- 2007.- №2.- С. 34-46. (0,7 п.л.)


Статьи в других научных изданиях

1. Величковский Б.Б. Конструктная валидность диспозиционно-ситуативной модели для оценки индивидуальной устойчивости к стрессу // Новые в психологии. Сборник статей молодых ученых факультета психологии Московского университета / Под ред. М.А. Степановой. – М.: Факультет психологии МГУ им. М.В. Ломоносова, 2006.- С. 103-111. (0,5 п.л.)

2. Величковский Б.Б. Опыт создания компьютеризованной системы оценки индивидуального уровня стресс-резистентности. Ежегодник Российского психологического общества. Специальный выпуск. Т. 1.- М.: Эслан, 2005.- С. 277-279. (0,1 п.л.)

3. Величковский Б.Б. Психологические индикаторы сниженной стресс-резистентности. Прикладная психология как ресурс социально-экономического развития современной России. Материалы межрегиональной научно-практической конференции.- М.: АНО УМО «Инсайт», 2005.- С. 81-83. (0,1 п.л.)

4. Velichkovsky B.B. Quantifying emotional stress-resistance. Proceedings of the 9th European Congress of Psychology.- Granada, 2005.- P. 85. (0,1 п.л.)

5. Velichkovsky B.B. A computerized system for integrative assessing individual stress-resistance. Proceedings of the 12th European Congress of Work and Organizational Psychology.- Istanbul, 2005.- P. 67. (0,1 п.л.)

1 Как видно из названий использованных методик, показатели диагностического комплекса ориентированы таким образом, что их высоким значениям соответствует «неблагоприятный» полюс.





Скачать 434,57 Kb.
оставить комментарий
Величковский Борис Борисович
Дата03.10.2011
Размер434,57 Kb.
ТипАвтореферат, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх