Документы федеральных государственных архивов по истории строительства Волжского каскада icon

Документы федеральных государственных архивов по истории строительства Волжского каскада


Смотрите также:
Документы федеральных государственных архивов по истории строительства Волжского каскада...
Справочное пособие «Сведения о местах хранения документов...
Учебный курс входит в состав профессиональных дисциплин...
«Государственный архив Костромской области»...
Курсовая работа по дисциплине “Электроника”...
Влияние гидроузлов на социально-экономическое развитие...
Приказ От 6 июля 1998 г...
Приказ от 6 июля 1998 г...
Информация о работе государственных и муниципальных архивов Московской области по подготовке к...
Справочник «Документы по личному составу в государственных и муниципальных архивах...
Заключение по экспертизе соответствия содержания и качества подготовки выпускников требованиям...
1 Историография проблемы гидростроительства Специфика рассматриваемой темы потребовала анализа...



Загрузка...
скачать
Е.А. Бурдин


Документы федеральных государственных архивов по истории строительства Волжского каскада


Ключевые слова: Волжский каскад, Государственный архив Российской Федерации, Российский государственный архив экономики, филиал Российского государственного архива научно-технической документации в г. Самаре, А.В. Чаплыгин, Б.Е. Веденеев, В.Емельянов.


Создание в 1930–1980-е гг. каскада мощных гидроузлов на Волге1, крупнейшей равнинной реке европейской части России, оказало и продолжает оказывать колоссальное влияние на все сферы жизни регионов Поволжья. Экономическое значение Волжского каскада, выразившееся прежде всего в выработке значительного количества электроэнергии и улучшении условий судоходства, изучалось проектировщиками достаточно глубоко, а социальному аспекту внимания уделялось гораздо меньше. Между тем появление гигантских водохранилищ на Волге коренным образом изменило жизнь около 500 тыс. человек, вынужденных переселиться на новые места. В настоящее время по берегам водохранилищ каскада располагаются многомиллионные города с мощным промышленным потенциалом, обусловленным в том числе и гидроэнергией. Что касается влияния гидроузлов на экологию, то оно в ходе проектирования практически не рассматривалось. Между тем многолетняя эксплуатация Волжского каскада показала, что строительство подобных сооружений без тщательной проработки социально-экономических и особенно экологических вопросов приводит к появлению многочисленных проблем, главной из которых является недопустимое увеличение антропогенной нагрузки на окружающую среду.

Историография гидростроительства в Поволжье довольно обширна и распадается на две части. К первой принадлежат исследования 1940– 1980 гг., где преобладают труды представителей технических наук. Им в той или иной степени присущи идеологизация, конъюнктурный и узковедомственные подходы, препятствовавшие объективному анализу проблемы2. Авторы в основном опирались на сведения, извлеченные из опубликованных технических отчетов и доступных проектных материалов, практически не используя архивные документы. Технические достижения в освоении водных ресурсов крупных рек нередко преувеличивались и ставились в заслугу партийно-государственному аппарату СССР. В то же время многие аспекты крупномасштабного гидроэнергетического строительства, например применение принудительного труда заключенных, нежелание людей переселяться из зоны затопления водохранилищ, не затрагивались.

Вторую группу составляют публикации, появившиеся в начале 1990-х гг. на волне роста интереса российской общественности к региональной истории, например о строительстве Рыбинского и Угличского гидроузлов3. Специальные исторические труды, касающиеся ранее закрытых аспектов гидростроительства, стали выходить в 2000-е гг.4 Их авторы опирались на документы из фондов региональных архивов (Государственного архива Ярославской области, его филиала в г. Рыбинске и др.), устные воспоминания очевидцев событий. Тем не менее исторические исследования, базирующиеся на широкой документной базе и содержащие всесторонний глубокий анализ сложного комплекса проблем проектирования и сооружения Волжского каскада, по-прежнему отсутствуют. Для серьезного продвижения в данном направлении требуется существенное расширение круга исторических источников.

В данной статье сосредоточим основное внимание на анализе неопубликованных документов Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ), Российского государственного архива экономики (РГАЭ) и филиала Российского государственного архива научно-технической документации в г. Самаре (СФ РГАНТД). Однако прежде отметим, что многие архивные дела по этой теме засекречены, а в доступных исследователю отсутствуют документы за некоторые годы. Например, в ГАРФ многие постановления правительства после 1940 г. находятся на секретном хранении. В ходе изучения роли принудительного труда заключенных на строительстве гидроузлов выяснилось, что основную часть архивов Волжского исправительно-трудового лагеря (ИТЛ) уничтожили в годы Великой Отечественной войны. Документация Ахтубинского и Кунеевского ИТЛ дошла до нас, но ее главный массив сосредоточен в архивах региональных ГУВД и недоступен для исследователей. Не лучше обстоит дело с документами строительных организаций, возводивших волжские гидроузлы, – Волгостроя, Куйбышевгидростроя, Сталинградгидростроя5 и др. Очень плохо сохранились документы Волгостроя, засекречена значительная часть архивных дел Куйбышевгидростроя и Сталинградгидростроя.

Корпус архивных источников по истории гидростроительства на Волге можно разделить на три группы. К первой принадлежат законодательные акты органов власти, санкционировавших сооружение гидроузлов. Отметим, что все восемь гидроузлов Волжского каскада строились согласно постановлениям Правительства СССР (РСФСР), иногда совместным с ЦК ВКП(б) – КПСС. По нашим подсчетам, вышло свыше 60 постановлений и распоряжений, большинство которых до сих пор не опубликовано. Они сконцентрированы в фондах Совета министров СССР (ГАРФ. Ф. Р-5446) и Госплана СССР (РГАЭ. Ф. 4372).

Особый научный интерес представляют первые постановления высших органов власти по гидростроительству. Так, постановление СНК СССР от 10 сентября 1931 г. № 772 «О форсировании изыскательных работ бассейна р. Волги» предписывало ВСНХ, Наркомводтрансу, Наркомзему, а также Ивановскому, Нижегородскому, Татарскому, Средневолжскому и Нижневолжскому исполкомам профинансировать вышеуказанные работы на общую сумму 1 млн 700 тыс. руб.6 Постановление ВЦИК и СНК РСФСР от 10 марта 1933 г. «Об изъятии земель для нужд строительства по реконструкции Средней Волги “Средволгостроя”» устанавливало порядок освобождения земельных угодий, входивших в зону затопления Горьковского, Ярославского и Камского гидроузлов, а также условия эвакуации населения на новые места расселения7. Этот процесс регулировался совместными действиями Средволгостроя, Наркомзема и других заинтересованных центральных и местных ведомств. Переселенцам должны были выплатить вознаграждение за причиненные убытки, выдать необходимые строительные материалы и оказать иную помощь. Лица, не освободившие в установленный комиссией срок занимаемые участки и строения, подлежали выселению в административном порядке.

В распорядительных документах, как правило, определялись цели, сроки сооружения, параметры гидроузлов, мероприятия по возведению собственно объектов гидроузлов и действия по подготовке территорий водохранилищ к затоплению, устанавливались порядок их проведения, а также круг ведомств, ответственных за организацию строительства. В ряде случаев указывались объемы материально-технического и финансового обеспечения.

Вторую, довольно многочисленную группу составляют делопроизводственные документы. Это прежде всего архивный фонд ГУЛАГа8, свидетельствующий о том, что при возведении шести из восьми волжских гидроузлов в 1930–1950-е гг. активно применялся принудительный труд заключенных. В отличие от удаленных северных исправительно-трудовых лагерей, Дмитровский, Волжский, Городецкий, Самарский, Кунеевский и Ахтубинский ИТЛ создавались специально для обеспечения рабочей силой строительства Иваньковского, Рыбинского, Угличского, Горьковского, Куйбышевского и Сталинградского гидроузлов. По нашим подсчетам, в разные периоды заключенные составляли в среднем от 20,8 до 87,1 % от личного состава строителей этих сооружений, а после 1953 г. на строительных площадках Горьковской и Сталинградской ГЭС остались только вольнонаемные рабочие.

Преимущество использования труда осужденных заключалось в мобильности данного вида рабочей силы и низких требованиях к жилищно-бытовым условиям. По отчетным документам можно установить число узников большинства вышеуказанных лагерей на всем протяжении их существования по годам, а в некоторых случаях и помесячно. Их численность была различной и зависела от масштабов строительных работ. Так, в Волжском ИТЛ на сооружении Рыбинского и Угличского гидроузлов меньше всего их насчитывалось на 1 мая 1953 г. – 9306 осужденных, а максимум пришелся на 15 марта 1941 г. – 97 0699.

Несмотря на значительные ресурсы ГУЛАГа, положение с комплектованием рабочей силой лагерей и производственных объектов НКВД–МВД СССР часто было напряженным. Например, в справке управления исправительно-трудовыми лагерями и колониями отмечалось, что за 10 месяцев 1951 г. поступление осужденных в ИТЛ по сравнению с тем же периодом 1950 г. снизилось на 20 %10. Значительную их часть составляли краткосрочники, т.е. лица, получившие сроки до трех лет, а труд этой категории заключенных на стройках не применялся.

Другим существенным фактором, влиявшим на эффективность использования принудительного труда и в конечном счете на выполнение производственных планов, судя по документам, была оперативная обстановка в ИТЛ. Ее дестабилизация влекла за собой нарушение режима содержания, совершение преступлений и срыв распорядка рабочего дня. Так, 31 октября 1952 г. министр внутренних дел СССР генерал-полковник С.Н. Круглов указал начальнику управления ИТЛ и строительства Куйбышевской ГЭС генерал-майору И.В. Комзину на то, что «уголовные элементы» Кунеевского ИТЛ активизировали свою преступную деятельность и «перешли к дерзким нападениям на честно работающих заключенных и даже на вольнонаемных сотрудников»11. Только за период с 15 сентября по 5 октября в лагерных отделениях № 5, 7, 11, 13 произошло шесть преступлений, в результате которых погибли семь человек, в том числе вольнонаемная табельщица Тинакина и надзиратель Сытник, и ранено трое12. Предпринимавшиеся руководством НКВД–МВД СССР меры по укреплению режима не всегда приносили положительные результаты, поэтому подобные инциденты нередко повторялись.

Важное значение для исследования избранной темы имеют документы Волгостроя и Волжского ИТЛ за 1935–1953 гг., особенно протоколы и стенограммы шести партийных конференций 1937–1941 гг., а также заседаний партийно-хозяйственного актива и партийной комиссии при политотделе Волгостроя за 1939–1941 гг.13 Анализ содержания материалов партийных конференций показал, что главной задачей политического отдела был контроль над хозяйственной деятельностью строительной организации, занимавшейся возведением Рыбинского и Угличского гидроузлов. На конференциях обсуждались такие вопросы, как выполнение плановых заданий, механизация работ и использование строительной техники, состав и динамика рабочей силы и др.

Хронической проблемой Волгостроя было невыполнение производственных планов. Стенограмма IV партийной конференции (25–28 октября 1939 г.) свидетельствует, что основные причины этого – небрежное отношение к планированию, слабый технический надзор, приписки и страх перед наказанием за допущенные ошибки14.

Строительство Рыбинского и Угличского гидроузлов стало первым, где из зоны будущих водохранилищ предстояло выселить, по нашим подсчетам, около 159 тыс. человек. Начальник отдела подготовки зоны затопления Быховский заявил на конференции: «…мы работаем среди десятков тысяч живых людей, людей, которые веками сидели на одном месте, где жили их бабушки, дедушки и прадедушки, в этой деревне, в этой хате. Мы этих людей перевозим на совершенно новые места, людей, у которых сохранились большие памятники на этих местах. Недавно я разговаривал с одной старушкой, которая живет уже полтора года в районе Рыбинска, а каждый год все же ездит в старое место, где она родилась. Почему она ездит – потому что там она выходила замуж в своей старой хатке. Вот эти старые памятники их туда и тянут»15. Тем не менее перемещение «старых памятников» не предусматривалось. Подготовка зон затопления подчас велась варварскими методами, наносившими урон не только природе, но и историко-культурному наследию. Достаточно сказать, что церкви и другие старинные каменные здания на этой территории уничтожались, а кладбища не переносились и впоследствии ушли под воду.

Кроме того, источники сохранили свидетельства о случаях отказа жителей затопляемой местности от эвакуации. Например, некоторые члены рыболовецкого колхоза им. Кагановича Брейтовского района Ярославской области в октябре 1938 г. заявляли, «что переселяться они в 1939 г. никуда не будут и весной будут производить посев яровых…»16. Примеры можно было бы продолжить. Как правило, сопротивление переселенцев носило пассивный характер. Его высшей формой становились жалобы во всевозможные властные структуры, низшей – апатия и равнодушие к требованиям о переезде. Аналогичные случаи отмечались и при подготовке других водохранилищ. Так, по авторским подсчетам, в процессе очистки зоны затопления Куйбышевского гидроузла в 1952–1957 гг. от переселения отказывались более 60 жителей и даже несколько деревень целиком. К ним применялась принудительная эвакуация.

Картину возведения Волжского каскада дополняют документы архивного фонда Министерства строительства электростанций (МСЭС) СССР, где собраны докладные записки, справки о выполнении плана капитального строительства гидроузлов, сведения Куйбышевгидростроя и Сталинградгидростроя о состоянии и ходе строительства гидроузлов за 1954–1956 гг. и др.17 Важнейшую информацию о проблемах, возникавших при сооружении Куйбышевского гидроузла, содержат доклады начальника Куйбышевгидростроя И.В. Комзина за декабрь 1954 г.18 В этих документах говорится, что главными были нехватка рабочей силы и трудности с материально-техническим и продовольственным снабжением. Дефицит рабочей силы в 8 тыс. человек удалось частично возместить за счет сокращения второстепенных работ, а также прекращения строительства промышленных предприятий и жилищного фонда.

Анализ делопроизводственных документов Госплана СССР показал, что основные положения коренной реконструкции Волги были разработаны в 1931–1937 гг.19 Как видно из архивных источников, после внесения в Госплан СССР проектных разработок различных вариантов схемы «Большая Волга» создавалась экспертная комиссия, изучавшая каждый из них и выносившая заключение о практической значимости и готовности проекта. Основные заседания таких комиссий состоялись в 1934 и 1936 гг. По итогам экспертизы готовили заключения для правительственной комиссии. О большом масштабе работы свидетельствует тот факт, что на рассмотрение Госплана только в 1934 г. поступило 14 проектов20.

По нашему мнению, о коренном переломе в планировании хозяйственного освоения водных ресурсов Волги говорят протоколы и стенограммы заседаний экспертной комиссии Госплана СССР во главе с Б.Е. Веденеевым, работавшей в период с 13 по 23 апреля 1936 г.21 Ее важнейшими задачами были пересмотр утвержденной в 1934 г. концепции «Большая Волга», проверка общей гипотезы и вынесение на утверждение правительством детальной программы реконструкции реки, чтобы обеспечить глубину в 3,5–4 м с последующим углублением до 5 м.

Руководитель комиссии Б.Е. Веденеев докладывал заместителю председателя СНК СССР В.И. Межлауку: «…робкий подход к затоплениям может привести к неправильным концепциям в вопросе реконструкции Волги. Этот вывод был ясно сформулирован Черниловым (начальник проектного отдела Волгостроя – Е.Б.) и Журиным (главный инженер Волгостроя – Е.Б.) и принят всей экспертизой в целом. Это первый результат идейного влияния постройки Рыбинского гидроузла. Вторым является… более благоприятная с энергетической точки зрения оценка верхней части Волги до устья р. Оки. В период экспертизы 1934 г. этот участок Волги оценивался как источник безусловно дорогой гидроэнергии… В заключениях экспертизы этот идейный сдвиг нашел свое выражение в положении, что отраслью народного хозяйства, которая может оправдать полностью крупные капиталовложения на коренную реконструкцию Волги ниже Рыбинского гидроузла, является в первую очередь энергетика. В связи с этим в экспертной комиссии не было споров о наиболее рациональных с народнохозяйственной точки зрения глубинах на Волге...»22

Дальнейший процесс реконструкции Волги определили расчеты проектировщиков Волгостроя. В результате ставка была сделана на крупные гидроузлы с максимальным подпорным уровнем, что обеспечивало наибольшие выработку энергии и судоходные глубины, а также орошение значительных площадей сельскохозяйственных земель. Вместе с тем это приводило к затоплению огромных земельных угодий, наносило серьезный ущерб рыбному хозяйству и т.д. Упор на энергетическое, транспортное и ирригационное использование водных ресурсов Волги открыл широкие возможности для крупномасштабного гидроэнергетического строительства в конце 1930-х гг. и особенно в 1950–1970-е гг.

Третью, весьма значительную и важную группу источников составляет научно-техническая документация, отложившаяся в фондах научно-исследовательских и проектных организаций23, а также Госплана СССР.

Первые сведения о начале проектно-изыскательских работ у Самарской Луки на Волге обнаружены в делах Научно-исследовательского института водоснабжения, гидротехнических сооружений и инженерной гидрогеологии (ВНИИВОДГЕО) Госстроя СССР за 1929–1932 гг.24 В 1929 г. по приглашению Средневолжского крайисполкома экспедиция института приступила к планомерным геологическим и инженерным работам с целью технического обоснования возможности строительства Самарского (в будущем Куйбышевского) гидроузла в этом районе. В них участвовало местное бюро «Волгострой» где главным инженером был А.В. Чаплыгин25. Судя по данным технических отчетов экспедиции, по совокупности гидрогеологических признаков несомненными преимуществами обладали четыре варианта местоположения плотины: Федоровский, Бахиловский, Молебный и Царево-Курганский26. После создания гидроузла и подъема уровня Волги на 20–25 м проектировщики прогнозировали усиление оползневых и карстовых явлений. Тем не менее в техническом заключении экспертный совет в мае 1932 г. констатировал: «…существующие в районе Волгостроя геологические и гидрогеологические условия не представляют непреодолимых препятствий к постройке намеченных сооружений»27. Однако после Великой Отечественной войны эти планы были отвергнуты, и Куйбышевский гидроузел построили в другом месте.

По данным технической документации, масштабное гидротехническое строительство на Верхней Волге началось в 1935 г. Целью специально созданной строительной организации «Волгострой» НКВД СССР, управление которой дислоцировалось в районе г. Рыбинска, было возведение Рыбинского и Угличского гидроузлов. В фонде института «Гидроэнергопроект» сосредоточены материалы к выбору подпорной отметки, генеральная смета Волгостроя, записки и чертежи технического проекта названных гидроузлов за 1937 г.28 Показательно, что первоначальную подпорную отметку уровня водохранилища Рыбинского гидроузла повысили с 98 до 102 м. Это увеличивало стоимость строительства с 750,9 млн до 1 млрд 81,8 млн руб. (т.е. в 1,4 раза), общую площадь затопления – с 291 тыс. до 460 тыс. га (в 1,6 раза), а число хозяйств – с 16 459 тыс. до 26 754 тыс.29 Отметим отрывочность и неполноту сохранившихся материалов технического проекта: в основном это рабочие чертежи различных объектов, а вопросы организации водохранилищ освещены мало.

В том же архивном фонде находятся важные документы по проектированию Горьковского гидроузла за 1946–1956 гг., среди которых паспорт ГЭС, проектное задание, технический проект (19 томов); материалы к работе по обобщению опыта проектирования и подготовки водохранилища, по лесосводке, переустройству сельского хозяйства, переносу индивидуальных строений и санитарной подготовке30. В этих документах определялись мощность ГЭС – 370 тыс. кВт, ее среднегодовая выработка – 1,673 млн кВт/ч, стоимость – 2 млрд 205 млн руб., а также объекты гидроузла, их технические параметры, объемы строительных работ и т.д.31 Главными задачами Горьковского гидроузла были улучшение положения в Московской и Верхневолжской энергосистемах и судоходных условий на Волге. Большое внимание уделялось и подготовке ложа водохранилища. Проектные материалы говорят о том, что затопление затронуло 17 административных районов четырех областей – Горьковской (9,7 %), Ивановской (48 %), Костромской (29,7 %) и Ярославской (12,6 %) общей площадью 164,8 тыс. га с 15 городами и поселками и 249 сельскими населенными пунктами. Общая сумма затрат по подготовке водохранилища составила 788,2 млн руб.32

Опираясь на научно-техническую документацию, можно сделать вывод о том, что наряду с Рыбинским и Угличским гидроузлами Горьковский стал полигоном, где обобщался и проверялся на практике накопленный начиная с 1933 г. опыт крупного гидростроительства на Волге. Если Иваньковский, Рыбинский и Угличский гидроузлы возводились в большой спешке, иногда без полного оформления проектной документации, что повлияло на сохранность самих объектов, то здесь ситуация была совершенно иной. Особенно это касается вопросов подготовки ложа Горьковского водохранилища к затоплению, которые прорабатывались максимально детально для того времени. Так, в итоге дамбами была защищена от затопления часть (14,1 тыс. га) знаменитой в сельскохозяйственном отношении Костромской низины, в отличие от предыдущих строительств, где вопрос о защите земельных угодий даже не ставился33.

Аналогичная по составу документация имеется по Куйбышевскому, Сталинградскому и Саратовскому гидроузлам. Наиболее представительны сохранившиеся технические акты приемки под затопление территории будущего Куйбышевского водохранилища в пределах Марийской, Чувашской, Татарской республик, а также Ульяновской и Куйбышевской областей. По нашим подсчетам, всего было затоплено 293 населенных пункта (18 городов и рабочих поселков и 275 сельских поселений), 587,3 тыс. га территории34.

Уникальны обнаруженные нами материалы альтернативного проекта народнохозяйственного освоения водных ресурсов Волги изобретателя-самоучки, фельдшера по образованию В.Емельянова из г. Сызрани, который в 1930–1931 гг. выступал с критикой схемы, предлагаемой главным инженером самарского бюро «Волгострой» А.В. Чаплыгиным35. Проект Чаплыгина по состоянию на конец 1930 г. предполагал строительство плотины в воротах Самарской Луки около г. Ставрополя с подпором воды от 15 до 20 м, мощность гидроэлектростанции должна была составить до 1600 МВт, а стоимость 1 кВт – около 1 коп., общая стоимость всего сооружения примерно – 1 млрд 200 млн руб.36 На базе дешевой энергии планировалось возведение промышленного комбината с передачей остальной энергии на ирригацию и электрификацию железнодорожного транспорта. При этом предполагалось затопление около 600 тыс. га земель, г. Самары и 20 тыс. домовладений.

Между тем план В.Емельянова предусматривал относительно небольшие масштабы зарегулирования Волги и площади затопления. По мнению изобретателя, проект сооружения Самарского гидроузла – «особенно яркое доказательство разрушения нашего советского хозяйства в лице затопленных земель, заводов и 20 тыс. крестьянских домов»37. В итоге В.Емельянов предложил контрпроект, по которому плотину следовало возвести около с. Шаланги, ниже г. Казани, или между казанским мостом через Волгу и Казанью, где грунт отвечал требованиям сооружения плотины с подпором до 25 м. Его идею поддержали и некоторые авторитетные консультанты Волгостроя (проф. Анисимов и проф. Орлов).

В 1931 г. альтернативный проект получил широкую известность. Триумфальным стал доклад В.Емельянова 30 марта 1931 г. в Москве на расширенном заседании производственного сектора при месткоме Волгостроя38. Подчеркнем, что в конце заседания среди присутствовавших не оказалось сторонников проекта А.В. Чаплыгина. К сожалению, архивные документы не позволили проследить дальнейшую судьбу проекта В.Емельянова, хотя последующие события показали, что не было учтено ни одно из предложений изобретателя. Не был реализован и проект А.В. Чаплыгина. Тем не менее в процессе проектирования и сооружения Куйбышевского гидроузла в конце 1940–1950-х гг. использовались некоторые его материалы, например обоснование расположения гидроузла около г. Ставрополя-на-Волге на песчаном основании.

В процессе анализа названных групп архивных документов необходимо учитывать их источниковые особенности: применительно к законодательным актам – декларативность, а к некоторой части делопроизводственной документации, в том числе лагерной, – невысокую степень достоверности (например, производственные показатели завышались путем приписок). В работе с научно-технической документацией следует иметь в виду, что проекты нередко уточнялись или менялись, и даже окончательно утвержденные варианты не гарантировали их стопроцентного воплощения в жизнь. Поэтому выявленная информация требует сравнения с данными других доступных источников.

Несмотря на отмеченную специфику, представленные документы ГАРФ, РГАЭ и СФ РГАНТД позволяют глубже исследовать сложный комплекс научно-практических проблем, связанных с разработкой и реализацией планов гидростроительства на Волге в 1930–1980-е гг., а также гидроэнергетического строительства в СССР в целом. Изучение данной темы ввиду ее непреходящей значимости и сложности должно быть продолжено на региональном уровне в архивах г. Волгограда, Йошкар-Олы, Казани, Нижнего Новгорода, Рыбинска, Самары, Саратова, Тольятти, Углича, Ульяновска, Чебоксар и Ярославля.


1 Волжский каскад – крупнейший в Европе комплекс гидротехнических сооружений. Включает восемь гидроэлектрических станций (Иваньковскую, Угличскую, Рыбинскую, Горьковскую, Саратовскую, Волжские им. В.И. Ленина и им. XXII съезда КПСС, Чебоксарскую), построенных и введенных в эксплуатацию в 1930–1980-е гг. Подробнее см.: http://dic.akademic.ru

2 См., напр.: ^ Винтер А.В. Великие стройки коммунизма. М., 1954; Волжский и Камский каскады гидроэлектростанций. М.; Л., 1960; Малышев Н.А. Рожденный Великим Октябрем Волжско-Камский каскад гидроэлектростанций // Гидротехническое строительство. 1977. № 10. С. 3–12.

3 См., напр.: Нестеров Ю.А. Молога – память и боль. Ярославль, 1991; Молога: история и судьба древней русской земли / Сост. Н.М. Алексеев. Рыбинск, 1997. Вып. 3; Молога. Рыбинское водохранилище. История и современность: к 60-летию затопления Молого-Шекснинского междуречья и образования Рыбинского водохранилища: Материалы науч. конф. / Сост. Н.М. Алексеев. Рыбинск, 2003.

4 См., напр.: ^ Калимуллин А.М. Историческое исследование региональных экологических проблем. М., 2006; Глухова Е.М. Вольнонаемные и заключенные на строительстве Сталинградской ГЭС (1950–1953 гг.). Волгоград, 2008.

5 Волгострой – строительная организация, образованная 16 сентября 1935 г. для сооружения Рыбинского и Угличского гидроузлов (25 лет Угличской и Рыбинской ГЭС: из опыта строительства и эксплуатации / Под общ. ред. Н.А. Малышева и М.М. Мальцева. М.; Л., 1967. С. 17). До 1946 г. входил в систему НКВД СССР, сначала состоял в подчинении ГУЛАГа, а с 13 сентября 1940 г. – Главного управления лагерей гидротехнического строительства (Главгидрострой) (Система исправительно-трудовых лагерей в СССР: 1923–1960: Справ. / Сост. М.Б. Смирнов; под ред. Н.Г. Охотина, А.Б. Рогинского. М., 1998. С. 107). В октябре 1946 г. Волгострой передали Министерству электростанций СССР, а в 1950 г. упразднили (Система исправительно-трудовых лагерей в СССР: 1923–1960: Справ. С. 191). Куйбышевгидрострой – строительная организация, созданная 21 августа 1950 г. в системе МВД СССР для возведения Куйбышевского гидроузла (Волжская ГЭС им. В.И. Ленина (1950–1958 гг.): Док. и материалы / Сост.: А.Д. Фадеев, А.П. Яковлева; под ред. Н.С. Черных. Куйбышев, 1963. С. 15–16; Система исправительно-трудовых лагерей в СССР: 1923–1960: Справ. С. 124). В марте 1953 г. передан в Министерство электростанций и электропромышленности СССР, закрыт в 1968 г. (Управление по делам архивов Мэрии городского округа Тольятти. Ф. Р-18. Историческая справка). Сталинградгидрострой – строительная организация, образованная 17 августа 1950 г. для сооружения Сталинградского гидроузла (Система исправительно-трудовых лагерей в СССР: 1923–1960: Справ. С. 125). В апреле 1953 г. передан Министерству электростанций и электропромышленности СССР. Действовал как Волгоградгидрострой по крайней мере до 1965 г.

6 РГАЭ. Ф. 4372. Оп. 29. Д. 346. Л. 118.

7 Там же. Оп. 31. Д. 842. Л. 21–24.

8 ГАРФ. Ф. Р-9414. Оп. 1. Д. 377, 439, 442 и др.; Оп. 1 а. Д. 457; Оп. 4. Д. 2, 4, 14 и др.

9 Там же. Оп. 1 а. Д. 371. Л. 25; Д. 500. Л. 36 об.

10 Там же. Оп. 1. Д. 1312. Л. 169.

11 Там же. Д. 565. Л. 91.

12 Там же.

13 Там же. Оп. 4. Д. 2, 4, 14 и др.

14 Там же. Д. 15. Л. 66–70.

15 Там же. Л. 144–145.

16 Рыбинский филиал Государственного архива Ярославской области. Ф. Р-1110. Оп. 1. Д. 158. Л. 84.

17 РГАЭ. Ф. 9572. Оп. 1. Д. 168, 252, 296, 461, 622, 867, 869, 1063, 1065.

18 Там же. Д. 168. Л. 6–8, 12–14.

19 Там же. Ф. 4372. Оп. 4. Д. 8 а, 9, 90 и др.; Оп. 16. Д. 65, 139, 246; Оп. 26. Д. 297–303 и др.

20 Там же. Оп. 32. Д. 210. Л. 43–78.

21 Там же. Оп. 34. Д. 174, 180; Д. 181. Л. 9–63; Д. 182. Л. 128; Д. 183. Л. 3–22; Д. 184–191; Д. 192. Л. 28–29; Д. 193.

22 Там же. Д. 182. Л. 6–7.

23 См., напр.: СФ РГАНТД. Ф. Р-109. Оп. 2-4. Д. 1–514 и др.; Ф. Р-119. Оп. 1-4. Д. 7–24 и др.; Ф. Р-309. Оп. 1-1. Д. 66–257.

24 Там же. Ф. Р-309. Оп. 1-1. Д. 75. Л. 2; Д. 82. Л. 37; Д. 108. Л. 1б; Д. 150. Л. 75–76; Д. 163. Л. 1а – 6; Д. 193. Л. 1 д – 14, 175–185.

25 В 1929 – первой половине 1930-х гг. существовало бюро «Волгострой» в г. Самаре, которое проектировало Самарский (Куйбышевский) гидроузел. Вообще в 1930-х гг. термин «Волгострой» являлся весьма распространенным, и часто так называли все работы по реконструкции Волги.

26 СФ РГАНТД. Ф. Р-309. Оп. 1-1. Д. 163. Л. 1 а–б.

27 Там же. Д. 193. Л. 185.

28 Там же. Ф. Р-119. Оп. 2-4. Д. 262. Л. 1–16 об.; Д. 263. Л. 4–67; Д. 267. Л. 1б – 8; Д. 270. Л. 1–14, 45–54 об.; Д. 296. Л. 1–5; Д. 277–278; Д. 279. Л. 1; Д. 311. Л. 1–15, 100–100 об.; Д. 312. Л. 4; Д. 391. Л. 7–41, 98–99. Трест «Гидроэлектрострой» образован 1 января 1931 г. на базе гидротехнического бюро Энергостроя. Сначала подчинялся Главэнерго ВСНХ СССР, в 1932 г. передан в Наркомтяжпром и переименован в «Гидроэлектропроект» (СФ РГАНТД. Ф. Р-119. Оп. 2-4. Д. 411. Л. 3). Его главной задачей стали проектно-изыскательские работы по всем водным системам страны. Параллельно в системе Главэнерго НКТП с 1932 г. существовал институт строительного гидроэнергетического проектирования «Гидростройпроект» (РГАЭ. Ф. 7854. Оп. 1. Д. 23. Л. 1). 1 января 1936 г. трест «Гидроэлектропроект» и институт «Гидростройпроект» объединили в проектно-изыскательский трест «Гидроэнергопроект» (ГИДЭП), просуществовавший до 1962 г. (Там же. Д. 2. Л. 155).

29 СФ РГАНТД. Ф. Р-119. Оп. 2-4. Д. 263. Л. 16 об., 31.

30 Там же. Оп. 1-4. Д. 8. Л. 6–17; Д. 10. Л. 4; Д. 11. Л. 12–73; Д. 12. Л. 1–3; Д. 24. Л. 126–129; Д. 359. Л. 56; Д. 438. Л. 7 об. – 20; Д. 425. Л. 5–46; Д. 436. Л. 6–17 об.

31 Там же. Д. 8. Л. 6–17.

32 Там же. Д. 436. Л. 6–7.

33 Там же. Д. 425. Л. 11 об. – 12 об.

34 Там же. Оп. 8-4. Д. 577. Л. 2–13; Д. 578. Л. 2–17; Д. 579. Л. 2–8; Д. 580. Л. 1–13; Д. 581. Л. 1–16.

35 РГАЭ. Ф. 4372. Оп. 29. Д. 346. Л. 169–176; Д. 450. Л. 26–31.

36 Там же. Д. 450. Л. 176.

37 Там же. Д. 346. Л. 175 об.

38 Там же. Л. 169–172.


Отечественные архивы. 2010. № 5




Скачать 202.98 Kb.
оставить комментарий
Дата03.10.2011
Размер202.98 Kb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

отлично
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх