Автореферат разослан 2009г icon

Автореферат разослан 2009г


Загрузка...
страницы:   1   2   3
скачать
Военный Университет


на правах рукописи


КУРБАКОВА

Светлана Николаевна


ЯЗЫКОВОЙ ДЕЙКСИС В РЕЧЕВОЙ КОММУНИКАЦИИ

(основы интерактивной теории языкового дейксиса)


Специальность 10.02.19 – Теория языка


А в т о р е ф е р а т

диссертации на соискание ученой степени

доктора филологических наук


МОСКВА – 2009

Работа выполнена на кафедре английского языка (второго) Военного университета МО РФ.

Научный консультант: доктор филологических наук, профессор

^ Сидоров Евгений Владимирович, заведующий кафедрой лингвистики и межкультурной коммуникации Российского государственного социального университета

Официальные оппоненты: доктор филологических наук, профессор

^ Тарасов Евгений Федорович, заведующий сектором психолингвистики Института языкознания Российской академии наук


доктор филологических наук, профессор

^ Шагаль Владимир Эдуардович, старший научный сотрудник Института востоковедения Российской академии наук


доктор филологических наук, профессор

^ Прошина Зоя Григорьевна, профессор кафедры преподавания иностранных языков факультета иностранных языков и регионоведения Московского государственного университета


Ведущая организация: Московский государственный областной университет


Защита диссертации состоится на заседании диссертационного совета Д.215.005.01 в Военном университете «___» _______________ 2009 г. в ____ часов в Военном университете по адресу: 111033, Москва, ул. Волочаевская, 3/4. Телефон для справок: 267-09-01.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Военного университета.

Автореферат разослан «___» ____________ 2009г.

Ученый секретарь диссертационного совета

Кандидат филологических наук, доцент Нечаевский В.О

^ ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Работа посвящена глубокому и всестороннему изучению функционирования языкового дейксиса в речевой коммуникации и доказательству интерактивного характера дейктического обозначения.

Современные психолингвистические исследования доказывают, что любое общение следует рассматривать как знаковую активность сотрудничающих личностей [Е.Ф. Тарасов], конечная цель которой — организация совместной деятельности. В данном исследовании предпринята попытка интерактивного прочтения языковой категории дейксиса с целью выявления места и роли, которую играет дейксис в речевой коммуникации.

Стремление ответить на вопросы почему и зачем, как и в каких условиях употребляются дейктические средства в речевой коммуникации, привело к необходимости системно обобщить факты употребления дейктических средств языка в речи, опираясь на теоретические положения лингвистики, психологии, философии, социологии, теории коммуникации.

Представляемая нами интерактивная теория дейксиса строится на сформулированном профессором Е.В. Сидоровым законе о системно-коммуникативной организации дискурса, содержание которого сводится к тому, что функционирующий язык, или дискурс, необходимым образом строится как коммуникативная система, т.е. закономерным образом организованная совокупность коммуникативных объектов и процессов.

Исходя из признания того, что речь — это деятельность, а язык — универсальное знаковое средство координации деятельностей участников коммуникации, мы отводим дейксису роль базовой коммуникативной категории, которая участвует в организации речевого взаимодействия коммуникантов, поскольку при помощи дейктических средств происходит привязка вербального взаимодействия к объективным координатам действительности, а именно, лицу, времени и месту (пространству).

В настоящем исследовании термин «дейксис» получает широкое толкование: под дейксисом мы понимаем не просто классы специальных слов, в семантику которых входит указание на лицо, место и время (к тому же стоит отметить, что такое традиционное понимание дейксиса достаточно глубоко исследовано). Изучение функционирующего языка позволило нам представить дейксис как коммуникативную категорию ориентирования речевого взаимодействия относительно базовых категорий деятельности, коими являются лицо, место и время. Такое расширенное использование термина «дейксис» для обозначения целой системы координационных отношений в дискурсе идет в русле применения координационно- деятельностной парадигмы к изучению роли языка в формировании культурно-семиотического компонента общественного сознания и организации межкультурного социального взаимодействия. Особое значение приобретает развитие теории речевой деятельности и дискурса.

Исследование носит комплексный междисциплинарный характер. Подробный психолингвистический, лингвосемантический, системно-деятельностный анализ дейксиса соотносится с данными языкознания и психологии, позволяя более глубоко и всесторонне понять функционирование дейктических языковых средств в речевой коммуникации, исходя из интерактивного характера вербального взаимодействия.

^ Общая гипотеза исследования заключается в следующем: выступая в качестве системообразующего компонента речевой интеракции, сам дейксис предстает системой координат для ориентирования речевого события (как отдельного высказывания, так и дискурса в целом). Опираясь на такие важнейшие координаты действительности, как лицо, время и место, деятель пользуется языком, чтобы своим речевым действием управлять деятельностью партнера. Вскрывая существенные связи объективной действительности, отражаемые в сознании человека, дейктические маркеры играют важную роль в организации дискурса как совокупности речевых тактик и стратегий, направленных на обеспечение успешного взаимодействия.

Актуальность интерактивного прочтения дейксиса обусловлена, прежде всего, логикой развития современной теории языка, расширением исследований в области дискурса и определяется необходимостью дальнейшей научной разработки проблематики функциональных категорий в свете системно-деятельностного изучения речи. Прежде дейксис рассматривался с семантической точки зрения (как классы слов, указывающих на лицо, место и время). В нашем исследовании дейксис анализируется в ракурсе коммуникативной необходимости дейктического обозначения лица, места и времени в речевой интеракции. Постановка данной проблемы связана с накоплением большого фактического материала проявлений дейксиса на разных уровнях языковой системы и назревшей необходимостью обобщения фактов с коммуникативной точки зрения. Анализ интерактивного характера знаковой координации деятельностей коммуникантов на примере функционирования дейктических средств актуален для развития теории речевой деятельности. Так как важнейшим средством координации деятельностей выступает язык, изучение языкового дейксиса как системы координационных категорий лица, времени и места будет содействовать в раскрытии механизма вербального взаимодействия. Мы убеждены, что такой системный подход к проблеме отвечает потребности современного языкознания в распространении динамической деятельностной трактовки на новые объекты языковой действительности. Разработка данной темы актуальна и в практическом отношении, поскольку отвечает необходимости учета специфики функционирования языковых средств в речи при изучении и сопоставлении языков, расширения коммуникативно-лингвистических основ подготовки филологов-практиков, поиска путей оптимизации вербального взаимодействия.

В качестве объекта исследования в диссертации рассматриваются потенции дейктических средств языка в их предназначении осуществлять привязку речи к координатам действительности с точки зрения закона системно-коммуникативной организации дискурса. Изучение функциональной стороны дейктических средств языка позволяет создать основы интерактивной теории указания лица, времени и места в речи и вскрыть коммуникативный характер дейктического обозначения, преодолев различия в подходах и интерпретации указательных средств в различных языках. Функционируя в текстах, дейксис является одним из важнейших факторов, благодаря которым коммуникативный акт организован в целостную системную совокупность объектов, процессов и субъектов, в которой все взаимосвязано. В особенностях дейктического обозначения лица, времени и места находят выражение особенности концептуальной и языковой картин мира у носителей разных языков.

Предметом исследования являются коммуникативные характеристики дейктических средств языка на основе действия закона системно-коммуникативной организации дискурса.

В настоящей работе, не претендующей на недосягаемые для одного исследователя полноту и всеохватность материала, ставится вполне конкретная цель: разработать теоретические и методологические основы исследования интерактивного характера речевой коммуникации на примере функционирования дейктических средств языка; определить статус языкового дейксиса в речевой коммуникации и установить интерактивный, т.е. закономерно связанный с коммуникативными деятельностями общающихся, характер дейктического обозначения.

Достижение поставленной цели предполагает решение ряда взаимосвязанных задач, а именно:

  • обобщить достижения зарубежной и отечественной лингвистики в изучении дейктических средств языка с целью формирования теоретической и методологической базы исследования;

  • сформулировать определение дейксиса исходя из закона системно-коммуникативной организации дискурса;

  • теоретически обосновать функционирование языкового дейксиса в речевой коммуникации;

  • выявить психолингвистические основы дейктического ориентирования коммуникативного акта;

  • установить через дейктические средства особенности видения мира носителями разных языков в их общности и разнообразии;

  • обнаружить и описать роль дейктических средств в создании текстов вербального взаимодействия (на примере текстов повседневного общения (как непосредственного, так и посредством SMS), художественной литературы;

  • показать роль дейксиса в формировании аксиологической составляющей дискурса;

  • вскрыть и исследовать интерактивный характер дейктического обозначения в дискурсе;

  • наметить перспективы дальнейшего исследования дейксиса во всех возможных его проявлениях в речевой коммуникации.

^ На защиту выносятся следующие положения:

1. лицо, пространство и время, являясь феноменами действительности, образуют дейктический «каркас» дискурсивного мышления, а реализация дейктического механизма тесно сплетается с механизмами порождения и восприятия речи;

2. языковой дейксис коммуникативно значим: дейктические средства несут существенную нагрузку в организации вербального взаимодействия, где язык используется по своему глубинному назначению как универсально-знаковое средство координации деятельностей партнеров;

3. функционирование языкового дейксиса в речевой коммуникации носит интерактивный характер. Дейксис как система коммуникативных координат лица, времени и места обеспечивает целостность речевой интеракции: сопряжение коммуникативых деятельностей в конкретном коммуникативном акте осуществляется между конкретными деятелями (теми, кто участвует в данной интеракции) в конкретной обстановке в конкретное время, благодаря чему происходит «привязка» первичной и вторичной коммуникативных деятельностей, а также текста к речевой ситуации, а у коммуникантов образуются свои образы ситуации, в которой они действуют. Вследствие того, что обычно эти образы не совпадают, а, кроме того, представления коммуникантов о дейктических координатах (лица, места и времени) изменяются, эволюционируют, участники речевой интеракции уточняют свои представления о дейктических координатах в процессе диалога, чем, в частности, достигается преемственность коммуникативного содержания дискурса. Одним из мотивов построения диалога, в котором реализуется сопряжение коммуникативных деятельностей, выступает необходимость уточнения дейктических представлений коммуникантов. Преемственность дискурса достигается, в частности, единством дейктического поля коммуникативных деятельностей;

4. разнообразие дейктических средств, характерных для каждого языка, определяется внутренними законами языка и особенностями национального характера и менталитета: ориентирование коммуникации относительно дейксиса носит универсальный характер, но функционирование дейктических средств в каждом языке специфично;

5. изучение дейксиса как механизма ориентирования речевой деятельности приближает нас к постижению интерактивной сущности речевой коммуникации и позволяет выявить закономерные источники ее организации.

Изучение дейксиса опиралось на теоретический и фактический материал научных работ: список использованных источников приведен в конце диссертации. Исследуемый в работе материал извлекался из текстов разных жанров, так что в основе его лежит не словарная единица, а результат препарирования высказывания — единицы дискурса. В выборе материала для исследования мы исходили из того, что особой ценностью обладает речь спонтанная, неподготовленная, так как именно она позволяет увидеть языковое сознание в его природной ипостаси и именно ту сферу, где спрятано отношение к миру, его видение, его оценка. Такой несловарный и неидеографический подход к отбору материала обеспечивает научную новизну изучения дейксиса и позволяет выделить коммуникативно значимые дейктические средства языка, обеспечиваюшие совместное сопряжение речевых деятельностей коммуникантов.

^ Методология исследования базируется на комплексном системном описании научного и фактического материала в синхронии и, частично, в диахронии исходя из закона системно-коммуникативной организации дискурса; применении координационно-деятельностной парадигмы при изучении языковых явлений в речевой действительности; компонентном анализе и методе сопоставления языковых средств, с помощью которых происходит ориентирование коммуникативного акта относительно лица, времени и места. В работе нашли применение элементы структурно-функционального анализа текста, контрастивного анализа лексических единиц, означающих одни и те же денотаты, в данном случае используемых для «привязки» коммуникативного акта к координатам лица, времени и места. Для сбора и последующего анализа речевого материала использован свободный ассоциативный эксперимент. Достоверность полученных результатов обеспечивается комплексной методологией исследования, предусматривающей гибкое сочетание методов лингвосемантики и психолингвистики, соотносимых с данными лингвистического и психологического анализа. Кроме того, обоснованность полученных выводов подтверждается широтой и иллюстративностью рассмотренного языкового материала.

^ Научная новизна диссертационной работы состоит в том, что на основании анализа значительного количества фактического и теоретического материала впервые

- проведен системно-деятельностный анализ функционирования дейктических средств языка в речи;

- дано коммуникативное прочтение языковой категории дейксиса, что позволило обогатить традиционную трактовку дейксиса пониманием функциональной значимости дейктических языковых знаков, которые дают относительную характеристику описываемых в данной речевой ситуации предметов и осуществляют одновременно указание на центр координации (субъект или объект), относительно которого характеризуется данный предмет;

- сделан вывод о том, что дейксис – это коммуникативная категория, связанная с закономерностями использования языка по своему главному предназначению, а именно в качестве универсального средства координации деятельностей коммуникантов. Наблюдения за функционированием дейктических знаков в речи позволяют нам считать дейксис одной из категорий, которые формируют предикативность предложения, реализуя его «бытийность», а, следовательно, коммуникативность;

- всесторонне исследован психолингвистический механизм ориентирования речевого высказывания и установлено, что реализация дейксиса тесно вплетается в общий процесс порождения и восприятия речи. Кроме того, дейксису принадлежит ведущая роль в «переходе языкового материала в речевой»: ведь ни одно высказывание не может быть произнесено вне указания на лицо, пространство и время;

- сделан вывод об универсальном характере дейктического ориентирования речевого высказывания относительно лица, времени и места, с одной стороны, и о специфичности набора дейктических средств для каждого языка, что объясняется отражением в языковой картине мира национальных особенностей менталитета носителей этого языка;

- описаны синтетический и аналитический способы дейктического обозначения в структуре речевого высказывания в разных языках. Аналитический способ дейктического обозначения подразумевает использование слов-дейктиков, указывающих на лицо, время и место (к ним относятся существительные, личные местоимения, наречия места и времени, служебные слова, аффиксы, артикли). Синтетический способ дейктического обозначения – это включение дейктического указания на лицо, место и время совершения активности в основное значение языкового средства;

- изучена роль дейксиса в организации речевого взаимодействия и раскрыт интерактивный характер дейктического обозначения лица, времени и места, что плодотворно влияет на разработку теоретических и методологических основ исследования интерактивного характера речевой коммуникации в целом.

^ Теоретическая значимость заключается в применяемом авторе подходе: исследование дейксиса с точки зрения системно-деятельностной парадигмы изучения языковых явлений в речи - это новое научное направление психолингвистики, нацеленное на системное и комплексное изучение языка, речи, речевого мышления.

Вскрытие интерактивного характера функционирования дейктических средств в вербальном взаимодействии служит доказательством закона системно-коммуникативной организации дискурса и позволяет сформулировать и обосновать основные положения интерактивной теории дейксиса как теории объяснительного типа, строящейся на систематизации данных функционирования языковых средств в речи в их динамике и развитии. Данное исследование способствует углублению существующих методов анализа функционирования языковых средств в речевой коммуникации, дальнейшему расширению объектной области психолингвистики, ориентированной на выявление и анализ интерактивного характера вербального взаимодействия, усилению интеграционных процессов в современных гуманитарных исследованиях, способствующих решению задачи комплексного анализа и описания речевой коммуникации.

^ Практическая значимость исследования состоит в том, что оно демонстрирует доказательную способность закона системно-коммуникативной организации дискурса, плодотворность применения деятельностной парадигмы для объяснения функционирования языковых средств в речи и раскрытия сущностных черт дискурса. Положения, сформулированные в форме теории, отражают общие закономерности функционирования языкового дейксиса в речи и позволяют предпринимать описание и систематизацию соответствующего языкового и речевого материала. Содержащийся в работе материал может быть использован в преподавательской деятельности при разработке лекционных курсов по общему языкознанию, психолингвистике, межкультурной коммуникации, переводоведению, а также на практических занятиях по иностранным языкам и переводу.

^ Апробация работы. Основные положения диссертации и результаты исследования изложены в публикациях, список которых включает 52 работы, включая одну монографию. Материалы исследования апробировались автором в процессе педагогической деятельности на занятиях со студентами переводческого факультета Военного университета, переводческого и социально-гуманитарного факультетов Российского государственного социального университета, а также обсуждались на заседаниях кафедры английского языка (второго) Военного университета, кафедры переводоведения и кафедры теории языка и англистики Института лингвистики и межкультурной коммуникации Московского государственного областного университета, кафедры лингвистики и межкультурной коммуникации Российского государственного социального университета. К настоящему времени теоретические положения и фактологический материал данной диссертации внедрены в учебный процесс в виде пяти учебных пособий автора по практикуму по культуре речевого общения, по практическому курсу английского языка для обучающихся в Военном университете. Промежуточные результаты исследования были доложены автором на заседаниях кафедры английского языка (второго) Военного университета, на международных и межвузовских научных конференциях.

^ Структура диссертации обусловлена ее целью и поставленными задачами, спецификой объекта и предмета исследования. Диссертация состоит из введения, двух частей, в каждой из которых три главы, заключения, списка использованных источников.


^ ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновываются актуальность и новизна избранной темы исследования, определяются его объект, предмет и цели, характеризуется практическая и теоретическая значимость, формулируются исследовательские задачи, методы исследования, излагаются положения, выносимые на защиту.

^ Первая часть «Феноменологии дейксиса» включает в себя три главы. В первой главе «Интерпретация дейксиса в лингвистике» дана история изучения дейксиса, показано место дейксиса в лингвистических исследованиях, приведены положения коммуникативной лингвистики о функционировании дейктических знаков, определен системно-деятельностный подход к построению интерактивной теории дейксиса.

Многогранность и сложность явления, каким представляется дейксис, привела к многочисленности обозначающих его терминов: каждый из них освещает проблему дейксиса в особом ракурсе, отражая тем самым разные стороны этого явления, однако при этом не раскрывая его сущности, причин существования и функционирования. Накопленный семантический, синтаксический, лексический, прагматический материал по дейксису требует объяснения, почему именно так реализуется языковой дейксис в речи. На наш взгляд, системно - деятельностный подход к изучению дейксиса позволяет увидеть перспективы коммуникативного решения данной проблемы.

Задачей современного языкознания становится раскрытие всей совокупности факторов, взаимодействующих в процессе функционирования языка в коммуникации. В связи с этим необходимы познавательные средства, адекватные задаче. Такие средства предоставляет системно-деятельностный подход к речевым объектам, поскольку он учитывает всю совокупность факторов, причастных к функционированию языка в речевой коммуникации. Согласно общей ориентации данного подхода речевые объекты рассматриваются в качестве системно организованных образований в процессе активно-преобразовательного использования языка человеком при организации вербального взаимодействия с другими членами общества. По мнению Е.В. Сидорова, системно-деятельностный подход предоставляет категории, принципы и процедуры в качестве «универсальной методологии научного познания» [Сидоров, 2005: 346]. Главным достоинством системного подхода является рассмотрение исследуемого объекта как некоторой «целостности, или системы, и анализ составных частей и различных свойств объекта под углом зрения целого» [Солнцев, 1977: 13].

В рамках системно-деятельностного подхода структура акта речевой коммуникации может быть представлена триадой: коммуникативная деятельность отправителя сообщения — текст — коммуникативная деятельность адресата сообщения. Отправитель сообщения, реализуя потребности и цели своей жизнедеятельности в определенный промежуток времени и месте, осуществляет речепсихические действия, в ходе которых отбираются и актуализируются языковые средства с учетом образа адресата. В этом смысле текст высказывания оказывается носителем характеристик личностей и отправителя, и адресата сообщения, что позволяет нам предположить, что текст имеет сопряженно-личностный характер. Коммуникативная деятельность осуществляется адресатом сообщения в виде речепсихических действий по восприятию и пониманию текста, в ходе которых знакам текста присваиваются значения путем отбора из ресурсов языковой личности адресата. В психолингвистических исследованиях доказывается, что общение есть воздействие, достижение цели с помощью речи.

Важно отметить, что коммуникативная деятельность и отправителя, и адресата сообщения разворачивается во времени и пространстве, что доказывает объективный и необходимый характер существования и функционирования дейктических координат лица, места и времени в речи. Дело здесь в том, что коммуникативная личность действует в объективном мире, зависит от него, им определяет свою деятельность. Для отправителя сообщения объективный мир представлен, прежде всего, ситуацией общения (структурообразующими факторами которой являются координаты лица, места и времени), личностью адресата и текстом, который в данной ситуации и для данной коммуникативной личности адресата необходимо создать, чтобы эффективно управлять его деятельностью. Как показал А.А. Леонтьев, «психолингвистика давно уже идет в направлении моделирования ситуативного взаимодействия человека и мира, в направлении построения «психолингвистики событий» или «психолингвистики деятельного взаимодействия» [Леонтьев А.А., 2003: 174].

Очевиден тот факт, что внутренняя и внешняя активность предполагает наличие деятеля, совершающего свою активность в некотором месте в некоторый момент времени. Лицо, место и время предстают важнейшими объективно необходимыми координатами, относительно которых строится взаимодействие. Для направления деятельности партнера в нужное русло говорящий, исходя из своих предположений о знании адресатом ситуации общения, о мотивах деятельности партнера, о степени возможности знакового управления его деятельностью и т.п., формулирует свое высказывание таким образом, чтобы соотнести психическую картину действительности с лицом (деятелем), местом и временем. Реализацию дейктического механизма мы связываем с обозначением в речи коммуникантов трех дейктических маркеров — лицо, место и время.

Таким образом, причиной существования и функционирования языкового дейксиса является коммуникативная необходимость координировать деятельности коммуникантов в процессе их вербального взаимодействия для достижения выгодных им целей.

^ Вторая глава «Интерактивность как философская и лингвистическая проблема» рассматривает сопряжение коммуникативных деятельностей в речевой интеракции с точки зрения философии и лингвистики.

В 60-70-е годы прошлого столетия бурно начала развиваться теория речевой деятельности, которая основывается на общепсихологической теории деятельности. Построение деятельностной объяснительной схемы в отечественной психологии связано с именами Л.С. Выготского, А.Н. Леонтьева, А.Р. Лурия, С.Л. Рубинштейна. Их исследования речевого мышления послужили основой применения деятельностного подхода к рассмотрению языковых явлений. В своих работах они доказали, что «психологической концепцией, которая создала наиболее адекватный понятийный аппарат для исследования речевого мышления в структуре деятельности человека, является общепсихологическая теория деятельности» [Тарасов, Уфимцева, 1985]. Феномен деятельности в отечественной психологической науке имеет широкую трактовку как «динамическая система взаимосвязи субъекта с миром» [Петренко, 1998: 17].

Понятие деятельности, разработанное немецкой классической философией (Кант — Фихте — Гегель), в качестве универсального объяснительного принципа пришло на смену понятию космоса, которое играло роль универсального объяснения в античности, и универсального объяснительного понятия природы в средневековой философии. В философской рефлексии понятие деятельности — это особым образом расчлененная реальность, и этим самым очерчиваются границы реальности, ставшей объектом социального познания. Понятие деятельности как объяснительный принцип задает исследовательскую процедуру: первичным для объяснения существования индивидов являются содержательные связи, формирующиеся между ними как элементы структуры деятельности. Социальная реальность в качестве объекта познания предстает перед исследователем как внутренне организованная реальность, источником и механизмом организации которой является деятельность. Следовательно, «понятие деятельности не просто задает реальность в новых границах, но и указывает источник ее законосообразности, естественного изменения, притом источник умопостигаемый, лишенный всякой мистификации» [Юдин, 1978: 292-293]. В философской доктрине Гегеля было сформировано «структурно расчлененное представление деятельности». Гегелевская схема «цель — средство — результат», получившая дальнейшую разработку в философской литературе, дала возможность строить специализированные для конкретной дисциплины интерпретации деятельности. Для характеристики деятельностного объяснения как исследовательской процедуры существенно то, что понятие деятельности принадлежит к так называемым «предельным» абстракциям. Предельность, как характеристика этих понятий, заключается в том, что они описывают такую инвариантную ситуацию, к которой сводим целый класс ситуаций [Мамардашвили, 1968]. Деятельность как абстракция описывает большой класс ситуаций, в которых человек в качестве активного субъекта, побуждаемого мотивом, оказывает целенаправленное, сознательное воздействие на противостоящий ему объект, используя имеющиеся средства. Деятельностный подход к мышлению, в частности представление о мышлении как специфической деятельности, дает возможность представить мышление не только как продукт объективной действительности, но скорее как продукт человеческого отношения к этой действительности, так как отношение человека к объективной действительности реализуется как деятельность.

Взаимозависимость процессов превращения внешних практических действий во внутренние и процессов превращения внутренних мыслительных действий во внешние имеет важное теоретическое значение для формирования представлений о речевом мышлении.

Следует подчеркнуть, что само противопоставление внутренних и внешних действий по отношению к мыслительной деятельности условно: мышление совершается как во внутренней, так и во внешней форме. Эта мысль была высказана еще Гегелем, включившим в совокупность форм реализации мышления не только слово, но и продукты человеческой деятельности как отчужденное, опредмеченное мышление. Для решения проблемы мышления, и в частности, проблемы трансформации внешних действий во внутренние логические операции с образами внешних предметов, а затем в мыслительные операции в знаковой и в речевой форме, исключительно важное значение имеет понятие операции, разработанное в теории деятельности А.Н. Леонтьевым: «Любые операции, безразлично — внешне-двигательные или внутренние, умственные, являются по своему происхождению трансформированными действиями» [Леонтьев А.Н., 1974: 5]. Теория деятельности А.Н. Леонтьева представляет собой психологическую теорию, построенную на применении деятельностной объяснительной схемы к исследованию психических процессов, в которой создан развитый понятийный аппарат: три понятия «деятельность—действие—операция» описывают структуру деятельности, другой ряд понятий «мотив—цель—условие» описывает энергетическую основу активности человека, ее предметность, целенаправленность, зависимость способа выполнения действия от внешних условий. Понятия этих рядов соотносимы друг с другом попарно. Мотивом обозначается тот предмет, ради овладения которым развертывается деятельность; овладение предметом-мотивом и составляет психологический смысл удовлетворения конкретной потребности человека. Сама деятельность реально существует в действиях, речевых и неречевых, направленных на некоторые цели, достижение которых подчинено мотиву деятельности. С точки зрения А.Н. Леонтьева, «именно категория деятельности описывает ту реальность, в которой возникают и язык, и мышление, и которая детерминирует их связи. Категория деятельности объясняет связи языка и мышления и вместе с категориями сознания и личности образует категориальную парадигму, в которой могут быть построены наиболее адекватные на сегодняшний день объяснительные системы» [Леонтьев А.Н., 1977].

Коммуникация, по-видимому, представляет собой своеобразную регулятивную среду, определяющую стратегии и тактики речевого поведения говорящего и слушающего, особенности употребления ими знаковых средств языка. Важнейшей особенностью коммуникации является направленность ее участников на интеракцию, т.е. взаимодействие и согласование своих деятельностей. Речевая коммуникация может состояться как социовербальная акция при условии, что речевое действие отправителя сообщения принципиально ориентировано на адресата. Яркой иллюстрацией вышеизложенному может служить сравнение межличностного общения с «петлями обратной связи, когда поведение каждого действующего человека оказывает влияние на поведение другого, а тот, в свою очередь, оказывает влияние на первого» [Вацлавик, Бивин, Джексон, 2000: 277]. Важно так же заметить, что при очевидных различиях в мотивах речевой деятельности отправителя и адресата сообщения они, как члены общества, находятся в устойчивой функциональной взаимосвязи: мотив коммуникативной деятельности отправителя сообщения предполагает мотив деятельности адресата. Более того, исходя из представления коммуникации как системного процесса, структурообразующим элементом которого выступают межличностные отношения, возникающие между людьми в ходе их активно-преобразовательной активности в объективном мире, можно предположить существование надындивидуального мотива речевой коммуникации, входящем в область ее надындивидуальной субъективности. Содержание этого интегративно-межличностного мотива заключается в удовлетворении (в форме индивидуальной деятельности) коллективной потребности в согласовании деятельностей членов общества, в организации из интеракции. По-видимому, этот надындивидуальный мотив, хотя и входит в сферу мотивации индивидуальной коммуникативной деятельности, остается, как правило, неосознаваемым или слабо осознаваемым самим коммуникантом. Однако он выступает в роли движущей силы речевой коммуникации.

Как отмечал, выдающийся психолог С.Л. Рубинштейн, «закономерный ход событий, в котором участвуют люди, осуществляется не помимо, а через посредство воли людей, через посредство из сознательных действий» [Рубинштейн, 1957: 284]. Стоит заметить, что у коллективного мотива речевой деятельности нет никакого иного канала осуществления, как через деятельность отдельных личностей, через реализацию их индивидуальных и осознаваемых ими как индивидуальные, субъективные мотивы.

В обществе жизнедеятельность человека представлена различными видами деятельности, которые в целом реализуют активное преобразовательное отношение человека к окружающему миру с целью удовлетворения внешних и внутренних потребностей. Важнейшей объективной данностью человеческой жизнедеятельности является то, что внутренняя и внешняя активность предполагает наличие деятеля (лица), совершающего свою активность в некотором месте в некоторый момент или промежуток времени. Лицо, место и время совершения активности предстают важнейшими объективно необходимыми обстоятельствами, или координатами, относительно которых строится взаимодействие. Деятельность лица, совершаемая в определенном месте в определенное время, вызывает необходимость в координировании ее с жизнедеятельностью другого лица, который совершает свою активность в том же месте и в то же время. Если язык в целом выступает важнейшим средством координации деятельностей, то определенная часть его, а именно, дейктические средства, имеют в качестве необходимого и закономерного источника своего существования, развития и функционирования указанные выше объективно существующие обстоятельства согласования деятельностей людей. В философском плане координация определяется как система, в которой элементы обладают самостоятельным значением и внешней зависимостью друг от друга. В теории речевой деятельности координация деятельностей — это согласование одной деятельности с другой по содержанию, объему, средствам, действиям, структуре. Как отмечал М.М. Бахтин, «ни одно словесное высказывание вообще не может быть отнесено на счет одного только высказавшего его: оно продукт взаимодействия говорящих, и шире — продукт всей той сложной социальной ситуации, в которой высказывание возникло» [Бахтин, 1974: 78].

Современный этап развития языкознания характеризуется возрастанием интереса и выявлению условий и способов реализации языком своей основной функции по организации речевого взаимодействия партнеров в процессе их жизнедеятельности. Многие исследователи признают, что суть языковых явлений следует искать в необходимости вербального общественного взаимодействия. Представление языка и речи в виде деятельности восходит к Платону [Платон, 1968: 413-491]. А.А. Потебня писал, что «язык есть средство не выражать уже готовую мысль, а создавать ее, что он не отражение сложившегося миросозерцания, а слагающая его деятельность» [Потебня, 1926: 130]. Е.Д. Поливанов рассматривал язык как трудовую деятельность, «имеющую целью коммуникацию между членами данного (объединяемого языковым признаком) коллектива» [Поливанов, 1968: 57]. Трудовая деятельность в языке разделялась Е.Д. Поливановым на два различных процесса: «работу над усвоением языка, производимую (в нормальных условиях) индивидуальным мышлением в детском возрасте» и «фонационную, слуховую и мыслительную деятельность во время речевого обмена». Язык как деятельность рассматривали И.А. Бодуэн де Куртене, Л.В. Щерба, В. Гумбольдт, Г.Штейнталь, Л. Витгенштейн, Ф. Де Соссюр и др.

Как определенный вид деятельности трактовал речевую деятельность Л.С. Выготский, обосновавший орудийную функцию языковых знаков и их определяющую роль в формировании и развитии человеческих и психических функций. Огромным достоянием психолингвистики стало осознание деятельностного характера речи, а языка как знакового средства управления деятельностью партнера. Взаимодействие различных видов деятельности вызывает потребность в использовании средств универсально-знаковой координации, важнейшим из которых является язык. В свою очередь, использование языка требует от людей осуществления соответствующей формы жизнедеятельности, а именно речевой деятельности. Таким образом, речевая деятельность — это необходимая частная форма жизнедеятельности людей, содержание которой заключается объективно в знаковой координации всех прочих видов деятельности посредством языка. Знаковая координация деятельностей осуществляется в речевой деятельности коммуникантов посредством языковых средств. Координация деятельностей с помощью языковых средств представляет собой не что иное, как деятельность – речевую, особенность которой состоит в том, что она представляет собой внутреннюю и внешнюю активность, которая выражается в речепсихических действиях или операциях с использованием ресурсов языковой системы.

Речевая деятельность реализуется в одной из двух устойчивых социальных ролей: либо в роли отправителя сообщения (автора, говорящего), либо в роли адресата сообщения (читателя, слушающего). Ролевое исполнение речевой деятельности есть коммуникативная деятельность. Язык необходим коммуникантам для знаковой координации их деятельностей, которая и составляет содержание коммуникативной функции языка. С этой точки зрения, человек, обращаясь к другому, стремится средствами языка повлиять на деятельность другого таким образом, чтобы деятельность последнего в максимально возможной степени отвечала интересам осуществления его собственной деятельности. Иначе говоря, функционально, по своему необходимому назначению, язык обладает коммуникативной природой. Очевидно, что «коммуникативный» значит координационно-деятельностный, а не просто информативный, не просто передающий.

На наш взгляд, именно такой, деятельностный, подход к изучению языка и речи открывает перед нами перспективы раскрытия природы дейксиса. Очевиден тот факт, что внутренняя и внешняя активность предполагает наличие деятеля — лица, совершающего свою активность в некотором месте в некоторый момент или промежуток времени. Лицо, место и время совершения активности предстают важнейшими объективно необходимыми координатами, относительно которых строится взаимодействие. Несколько упрощая реальную сложность факторов, определяющих знаковую координацию деятельностей в акте коммуникации, мы утверждаем, что организация речевого взаимодействия невозможна без реализации дейктического механизма. Дейктические средства берут на себя обозначение важнейших параметров согласования деятельностей – лица, места и времени. Рассматривая языковой дейксис с точки зрения его коммуникативной необходимости, мы исходим их достаточно достоверного допущения, что реализация дейксиса в акте вербального взаимодействия носит интерактивный, универсально-содержательный характер, на который влияют закономерности координации деятельностей адресата и отправителя сообщения.

Для изучения интерактивного характера вербального взаимодействия важно понимать, что, включаясь в коммуникативный акт, языковая личность становится участником объективного хода событий, которые, прежде всего, характеризуются дейктическими факторами, а именно: кто, где и когда совершает ту или иную активность. У объективной реальности есть свои закономерности, с которыми коммуниканту следует соизмерять свои мысли, волю и чувства. От того, с кем, когда и где адресату необходимо скоординировать свою деятельность (неречевую), зависит способ вербального взаимодействия, продуктом которого становится текст. Развивая идеи Ю.Н. Караулова. А.А. Леонтьева, Г.П. Мельникова, Е.В. Сидорова, В.М. Солнцева, Е.Ф. Тарасова, Е.Г. Князевой и их последователей о структурном характере речевого общения, естественно полагать, что коммуникант располагает определенным репертуаром средств ориентирования в объективном мире, которые входят в состав коммуникативной картины мира в сознании языковой личности. Текст речевого воздействия производит во внутреннем мире адресата своеобразную «квазипредметную ситуацию» [Князева, 1999: 87-88] — некоторый возможный мир, состоящий из определенного набора представлений о предметах, лицах, их свойствах и отношениях. Тот факт, что любая деятельность всегда совершается некоторым лицом в определенном месте в определенный момент времени, позволяет нам говорить, что дейктические координаты лица, времени и места являются базой для построения адекватной картины объективного мира. Общим же структурообразующим мотивом речевой коммуникации выступает реализация знаковыми средствами (в частности, языковыми) потребности говорящего создать в сознании слушающего такую картину, которая бы отвечала интересам говорящего, чтобы, в конечном счете, произошла знаковая координация деятельностей участников общения.

Находясь в системе речевой коммуникации на правах ее компонентов, обе деятельностно - личностные подсистемы отправителя и адресата объединены единым отношением социовербальной интеракции. Как отмечает И.Н. Тупицына, «в интеракцию вступают средства трех уровней организации коммуникативных личностей: вербально-семантического (значения лексико-грамматических средств), когнитивного (концепты), прагматического (потребности, мотивы, цели, ценности)» [Тупицына, 2005: 131]. Таким образом, социовербальная интеракция и ее организация средствами языка носят динамический, системный характер. Система речевой деятельности каждого из участников коммуникации характеризуется внутренней связью и взаимным влиянием структурных компонентов деятельности: действий, психолингвистических механизмов и коммуникативных факторов. Коммуникативная деятельность как отправителя сообщения, так и адресата сообщения, получила структурное представление в работах Л.С. Выготского, А.Н. Леонтьева, А.А. Леонтьева, Ю.Н. Караулова, Е.В. Сидорова, Е.Ф. Тарасова, Л.Л. Нелюбина, Ю.А. Сорокина, Е.Ф. Шахнаровича. В.М. Солнцева и их последователей: с точки зрения внутреннего строения коммуникативная деятельность есть целостная совокупность взаимодействующих компонентов (потребности, цели, задачи, механизмов, средств в движении к результату). Иными словами, речевая коммуникация носит интерактивный характер, поскольку деятельностно-личностные подсистемы коммуникантов принимают участие в согласовании ее компонентов, одним из аспектов которого является координирование речевой деятельности относительно трех координат дейксиса. При этом надо полагать, что функционирование языкового дейксиса в речевой коммуникации, задачей которого является ориентирование вербального взаимодействия средствами языка относительно лица (лиц) деятелей, места и времени, представляет собой интерактивный процесс, в котором компоненты связаны межличностными отношениями.





оставить комментарий
страница1/3
Дата02.10.2011
Размер0,56 Mb.
ТипАвтореферат, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх