В. Н. Руденкин  - профессор, доктор политических наук, Уральский государственный университет им А. М. Горького icon

В. Н. Руденкин  - профессор, доктор политических наук, Уральский государственный университет им А. М. Горького


2 чел. помогло.
Смотрите также:
Н. С. Глуханюк Т. Б. Гершкович поздний возраст...
Д. В. Бугров «06»...
Отчет объекты: Уральский федеральный университет, Уральский государственный университет им. А. М...
В. О. Бернацкий доктор философских наук, профессор; > А. А. Головин доктор медицинских наук...
С. Х. Асадуллина теория и практика разрешения...
Научную конференцию IV уральские молодежные социологические чтения...
Немцы в Прикамье. ХХ век: Сборник документов и материалов в 2-х томах / Т.   Публицистика...
Учебное пособие таганрог 2000 ббк 63. 3я73 п 501...
Доктор экономических наук, профессор...
«Уральский государственный педагогический университет»...
Региональная общественная организация ученых...
Региональная общественная организация ученых...



Загрузка...
страницы: 1   ...   36   37   38   39   40   41   42   43   ...   47
вернуться в начало
скачать
^

ЛЮДМИЛА ХИРЬЯНОВА


аспирант кафедры философии Белгородского государственного университета

Белгород, Россия

СТАРООБРЯДЧЕСТВО В УСЛОВИЯХ АТЕИСТИЧЕСКОЙ ПРОПАГАНДЫ (НА МАТЕРИАЛЕ БЕЛГОРОДСКОГО РЕГИОНА)



На современном этапе в российском обществе наблюдается тенденция к целенаправленному преодолению разрыва с традициями религиозно-духовного мировоззрения, произошедшего в начале XX века и закрепленного периодом тотального атеизма. В культурологии, истории, религиоведении более интенсивно стали изучаться различные религиозные объединения. Усилия ученых направлены на восстановление «духовных ниш» общества в ходе научной реконструкции бытования традиционной и нетрадиционной религиозности современного российского общества. В этом аспекте опыт старообрядчества становится «кристаллизированным» образцом представлений о том, каким образом может сохраняться духовно-религиозное учение, которое на протяжении всей своей истории, находилось в состоянии гонения.

На основе архивных данных проанализируем историко-культурное состояние внутри старообрядческого беспоповского согласия на территории Белгородского региона в эпоху богоборческого режима советской истории.

После революции 1917 г. старообрядчество как религиозное объединение жестко инкриминируется со стороны государственной власти. В старообрядческом селе Кошлаково прошел ряд мер по уничтожению и закрытию культовых центров. В 1928 г. органами советской власти был закрыт женский монастырь, существовавший с XIX в., а в 1939 г. закрыли храм Николы Чудотворца. Действие религиозного фактора свелось исключительно к тайным богослужениям по домам. Многие жители села Кошлакова, в т.ч. и духовные лидеры стали жертвами «красного террора» и коллективизации.

Колоссальное значение для белгородских старообрядцев имел Второй Поместный собор Поморского согласия, проходивший в селе Кошлаково с 1 по 10 июня 1927 г. Органами советской власти было выдано разрешение на созыв съезда старообрядческого духовенства и мирян1. На Кошлаковском соборе присутствовало более 200 представителей старообрядческих поморских общин России. Председательствовал П.В. Ершов, занимавший пост Председателя Высшего Духовного Совета. На соборе решались вопросы следующего характера:

«1. Духовные права и обязанности настоятелей прихода. Порядок их поставления и исполнения служения. Суды и наказания.

2. О соблюдение уставности и чинности богослужений и отправления треб. Установление чинов вхождения во храм. Крещение, исповеди, браки, каждение, погребение, поминовение и прочь; 3. О соблюдении христианских обычаев в домашней и общественной жизни; 4. О поднятии нравственных начал среди прихожан; 5. Об устроении иноческого чина; 6. О соблюдении постановлений соборов и духовенства совета; 7. О порядке приема старообрядцев, не приемлющих брака; 8. Об учреждении духовного совета в селе Кошлаково; 9. О принадлежности общинных молитвенных домов»2.

В годы Великой Отечественной войны, когда советская власть была вынуждена обратиться к авторитету верующих во имя победы, государственная политика в отношении религии немного смягчилась. В стране прошли акции по регистрации религиозных организаций. Для регистрации необходимо было предоставить в советские органы список «двадцатки». 3 октября 1946 г. Кошлаковская община старообрядцев усилиями верующих, была зарегистрирована3. Духовным наставником являлся Тарасов Николай Федорович, 1872 г.р. Верующие пытались вернуть храмовое здание у колхоза. До 1947 г. Церковный Совет платил страховку за здание (неиспользуемое им по назначению). Были сделаны усилия по восстановлению храма. По свидетельству информантов, «Каждый принес по дубу, крышу крыли камышом, камыш резали всем селом» (Тарасова Анастасия Кондратьевна 1919 г. р., село Кошлаково, запись: сентябрь, 2007г.). Но действия верующих были остановлены местной властью4.

Церковно-богослужебная деятельность старообрядческих поморских общин на территории Белгородского края, после окончания Великой Отечественной войны, реализовывалась в частных домах, чаще всего без регистрации (кроме Кошлаковской).

Новая волна гонений обрушилась на Церковь в период хрущевской оттепели: закрывались храмы, запрещались богослужения. В исследуемом регионе прошел ряд мер по выявлению и уничтожение старообрядческих общин, не зарегистрированных в органах советской власти. В селе Крапивном богослужения проводились в доме Хомяковой (верующей преклонного возраста). В праздничные дни в молитвенном доме собиралось до 100 человек верующих. Служба, некоторые обряды (панихида) и таинства (крещение) совершались бывшей монахиней Кошлаковского монастыря Дергаусовой Татьяной Ивановной. В беспоповстве Поморского толка известна практика женского наставничества, особенно имевшая место в малочисленных или отдаленных от центра общинах. Старообрядческую поморскую общину в хуторе Ковалевка Никитовского района возглавляли сестры Агафья и Соломида Тимофеевны Бакулины. Община собиралась в их доме и насчитывала 140 человек5. В селе Хвощеватом (Фощеватом) старообрядческая община, состоящая из 90 человек, действовала в доме духовного наставника Кислинского Ивана Григорьевича6. В 1957 г. местная власть сделала строгое предупреждение организаторам церковных собраний (ГАБО, ф. Р-139, о.1, д. 8, л. 115).

Старообрядцы села Кошлакова продолжали активно ходатайствовать о возвращении полуразрушенного храма, который переоборудовался колхозом под детские ясли. Председатель колхоза Тарасов Тит утверждал, что здание не может принадлежать верующим, так как уже куплено колхозом. Старообрядцы ездили в Москву к члену Политбюро Полянскому, который «разъяснил», что решение данного вопроса должно быть принято на местном уровне: при созыве колхозного собрания. Председатель Тарасов Т.С. по поводу собрания ответил отказом и заявил, что верующих много и если поставить вопрос о здании храма на голосование, то колхозу придется его отдать. Состоялся районный суд между Кошлаковской старообрядческой общиной и колхозом. Суд вынес решение не возвращать храм верующим. На требование показать соответствующую документацию члены заседания суда и председатель отказались. В мае 1957 г. верующие обратились к Н.С. Хрущеву с жалобой по вопросу возврата и восстановления храмового здания. Ответ был дан через обком партии и переслан в Никольский сельский совет Шебекинского района с разъяснением «о незаконном притязании верующих»7.

В 1958 г. Кошлаковская община старообрядцев повторила попытку приобрести храмовое здание. Средства на восстановления здания планировалось собрать с жителей села, поскольку все были готовы принести пожертвования. Уполномоченному совета по делам религиозных культов были представлены данные о росте общины, насчитывающей около 1500 человек из 433 дворов. Однако, не смотря на усилия верующих, здание храма не было передано религиозной общине. Это аргументировалось тем, что все имущество национализировано и бывшее церковное здание является собственностью колхоза «им. Ленина»8. Церковно-богослужебная деятельность Кошлаковской общины, на протяжении всего существования советского строя, реализовывалась на территории частных домов на правах аренды.

В условиях атеистической идеологии действие религиозного фактора в старообрядческом селе минимизировалось. Так, в период с 7 по 14 января 1958 года в дни рождественских праздников, молитвенный дом в Кошлаково посетило 80 верующих, в следующие дни Святок до 50-60 человек. В Пасхальные дни 1958 г. богослужение посетило около 200 человек9. Среди приходивших на богослужение практически не было молодежи. Это являлось результатом атеистической пропаганды, направленной на уход молодого поколения из Церкви. По указу обкома КПСС во время церковных праздников, особенно, на Пасху и Рождество, в сельских клубах проводились развлекательные мероприятия: «В эти дни огромную роль играли указания обкома КПСС об организации в селах вечеров молодежи с выступлением коллективов самодеятельности, кинофестивалей и других мероприятий, направленных на отрыв молодежи от церкви»10. Тоталитарная власть делала все, чтобы аннулировать вековые нравственные нормы, укорененные в вере. Уполномоченный совета в своих распоряжениях писал: «…прежде всего, для атеистической пропаганды нужно в обязательном порядке привлечь всю интеллигенцию села – учителей, врачей, зав. клубов, библиотек… Что касается формы, то тут следовало бы не ограничиваться чтением одних лекций перед аудиторией, а широко практиковать метод индивидуальной и подворной работы. Отстаивая у церковников каждого человека… Для того чтобы оторвать верующих от церкви нужно сделать культпросвет учреждения местами, способными удовлетворить все духовные потребности, как стариков, так и подростков. Если пришли старики, они смогли бы отдохнуть, а молодые повеселиться. Только тогда у людей отпадет желание ходить в церковь»11.

Трансляция духовного опыта в советское время происходила на уровне отдельных семей. Известно, что некоторые партийные деятели старообрядческих сел не снимали иконы в своих домах. В селении Крапивном из семи коммунистов только у одного не было икон. Председатель колхоза «им. Ленина» (с. Кошлаково) Тарасов Тит также имел в своей квартире иконы, а его жена – глубоко верующий человек, принимала активное участие в церковной деятельности общины12.

Итак, в период воинствующего атеизма, в обществе произошел радикальный разрыв религиозных традиций. Внедрение секуляризационного мировоззрения и разрушение церковной общины, существенно подорвали основы старообрядчества. Широкие слои сельской общественности утратили живую веру, и отошли от религии, сохранить веками выработанный старообрядческий быт было практически невозможно. Однако, в некоторых семьях староверы (как среднего возраста, так и молодежь) старались строить свою духовно-бытовую жизнь по завету предков, сохранять культурные идеалы и правила своей конфессии. Главным фактором сохранения старообрядческой культуры на современном этапе является историческая память и культурная идентичность ее носителей.





оставить комментарий
страница40/47
Л.В. Савинова
Дата02.10.2011
Размер3,36 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   ...   36   37   38   39   40   41   42   43   ...   47
плохо
  1
отлично
  9
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх