История философии icon

История философии


1 чел. помогло.
Смотрите также:
Учебно-методический комплекс дисциплины «История западной философии», часть 6...
Учебно-методический комплекс дисциплины «История западной философии»...
Бакалаврская программа № Кафедра: История философии Направление: История Дисциплина: История...
Кафедра современных проблем философии История зарубежной философии Учебно-методический комплекс...
Учебно-методический комплекс дисциплины «История западной философии»...
Зеньковский Василий Васильевич История русской философии...
Курс Философии и Философии Науки ХХ iвека для студентов физического факультета мгу им. М. В...
Кафедра истории отечественной философии история русской философии программа курса москва 2008...
Бакалаврская программа № Кафедра: История философии Направление: Международные отношения...
2. Древнегреческая философия...
История русской философии...
История русской философии...



Загрузка...
страницы: 1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16
вернуться в начало
скачать
ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Введение в эту книгу было посвящено главным образом вопросам, составляющим предмет ее первой части и лишь опосредованным образом второй ее части, поскольку немец­кая классическая философия, единая в своем социальном содержании, представляет собой, как и вся философия, плю­ралистическое течение. В этом заключении мы и намерены рассмотреть как плюралистический характер этого философ­ского течения, так и его социальное единство.

Родоначальник немецкой классической философии И. Кант во многом предопределил проблематику учений своих про­должателей. Нельзя, конечно, согласиться с О. Либма-ном, неокантианцем второй половины прошлого века, кото­рый в своей книге «Кант и эпигоны» утверждал, что Фихте, Шеллинг и Гегель просто повторяли идеи Канта, несмотря на то, что каждый из них полемизировал с ним. Однако нельзя впадать и в другую крайность, т. е. не видеть того, что эти продолжатели Канта развивали, обосновывали со­зданную Кантом систему трансцендентального идеализма. Фихте и Шеллинг неоднократно заявляли об этом и видели свою задачу в том, чтобы завершить дело Канта. Гегель под­черкивал отличие своей системы абсолютного идеализма от кантовской философии, однако анализ этой системы пока­зывает, что ее создатель онтологически интерпретировал уче­ние Канта об априорном мышлении, непосредственно про­должая в этом отношении философию Фихте.

Таким образом, Фихте является непосредственным про­должателем учения Канта, Шеллинг — непосредственный продолжатель Фихте, Гегель развивает основные идеи Фих­те, а также Шеллинга. Такая, если можно так выразиться, прямая линия идейной преемственности между крупнейши­ми философами — явление поистине уникальное. Однако преемственность в философии (и в данном случае в особен­ности) не сводится к тому, что один мыслитель воспринима­ет и развивает идеи своего предшественника. Коммулятив-ная модель исторической преемственности совершенно не-

440

Заключение

совместима с природой историко-философского процесса даже в тех случаях, когда речь идет об одном, едином по своему содержанию, процессе. И классики немецкого идеализма, не­смотря на отмеченное выше идейное единство, которое мож­но охарактеризовать как развитие трансцендентального иде­ализма, радикально расходятся друг с другом в ряде основ­ных положений.

Кант, выступая против рационалистов XVII в., которые создали учение об интеллектуальной интуиции как способно­сти разума независимо от опыта, не прибегая к логическим вы­водам, т. е. теоретическим доказательствам, непосредственно постигать сверхчувственное, трансцендентное. В противопо­ложность этой основополагающей рационалистической кон­цепции Кант доказывал, что познание в принципе осуществимо лишь в границах возможного опыта, в силу чего сверхопыт­ное, сверхчувственное, трансцендентное принципиально не­познаваемо. Из этого основоположения, прогрессивный ха­рактер которого не подлежит сомнению, следовали два основ­ных вывода, на которых построена система Канта. Первый вывод: интеллектуальная интуиция, т. е. непосредственное усмотрение истины чистым разумом, невозможна. Второй вывод: поскольку сверхопытное, трансцендентное принципи­ально непознаваемо, поскольку существует не один лишь чув­ственно воспринимаемый мир, постольку необходимо признать существование недоступных опыту, непознаваемых «вещей в себе». Признание мира «вещей в себе» означало в системе Канта признание независимой от познающего субъекта объек­тивной реальности. Фихте, который как уже было показано в книге, неоднократно громогласно заявлял, что его система отличается от кантовской лишь по способу изложения, уже в первых изложениях своего «Наукоучения» обосновывает в качестве отправного положения своей философии необходи­мость интеллектуальной интуиции и тут же, не затрудняя себя какой-либо аргументацией, отбрасывает понятие «вещи в себе». Такое отношение преемственности между Фихте и Кантом оказывается весьма противоречивым. Это в некото­рых отношениях переход в свою противоположность. И все таки это — отношение теоретической преемственности, что находит свое выражение во всех частях системы Фихте, за исключением разве только его последних работ, в которых преобладает религиозное умонастроение.

Заключение

441

Шеллинг и Гегель, подобно Фихте, отвергают кантов-ское понятие «вещи в себе», истолковывая его как проявле­ние дуализма и пережиток «догматизма», приписываемого философскому материализму. Шеллинг придает понятию интеллектуальной интуиции, которую он характеризует как чистое созерцание, основополагающее значение в построе­нии своей системы. В своих первых работах он выступает как фихтеанец, но в дальнейшем осознает, что крупнейшим пробелом системы Фихте является отсутствие философии природы, поскольку природа характеризуется Фихте чисто отрицательным образом, как абстрактное не-Я. В противо­вес фихтеанству Шеллинг создает натурфилософию, в кото­рой благодаря диалектической интерпретации природных процессов предвосхищает некоторые выдающиеся естествен­но-научные открытия, в частности, открытие электромаг­нитной индукции.

Если Фихте утверждал, что отправным положением фи­лософии должно быть понятие абсолютного Я, то Шеллинг, пересматривая это основоположение, доказывает, что со­знание, интеллект следует выводить из природы, которая, правда, изображается как развитие бессознательного духа, постепенно переходящего из одной фазы в другую, более совершенную, становится в конечном итоге сознанием, са­мосознанием.

Гегель, подытоживший развитие идеалистических уче­ний своих непосредственных предшественников, вместе с тем подвергает эти учения суровой критике. Несмотря на высо­кую оценку учений Канта и Фихте, Гегель полагает, что они «не дошли еще ни до понятия, ни до духа, как он есть в себе и для себя, но только до духа, как он есть в отношении к другому»1. Иными словами, Кант и Фихте, по убеждению Гегеля, не дошли до представления о саморазвитии духа, совершающемся, согласно гегелевской системе, как самораз­витие понятия, которому Гегель придает онтологическое, суб­станциальное значение.

Высокая оценка философии Шеллинга, которую Гегель оценивает как «единственно значительный шаг вперед по сравнению с фихтевскои философией»2, сочетается с весьма

1 Гегель Г. В. Ф. Соч. Т. III. С. 205.

2 Гегель Г. В. Ф. Соч. Т. XI. С. 485.

442

Заключение

резкой оценкой философии тождества Шеллинга, с крити­кой шеллинговской концепции интеллектуального созерца­ния, с которой у Шеллинга связано отрицание онтологичес­кого статуса понятия. «Понятием, — пишет Гегель, — Шел­линг называет именно обыденные рассудочные категории, в действительности же понятие есть конкретное, бесконечное внутри себя мышление»3.

Л. Фейербах, завершающий развитие немецкой класси­ческой философии, создает материалистическую систему, ко­торая является вместе с тем критическим анализом, отрица­нием абсолютного идеализма Гегеля и его непосредственных предшественников. Но Фейербах не просто отвергает эти уче­ния; его философская антропология так же, как и его фило­софия религии материалистически перерабатывают идеи его предшественников-идеалистов, в особенности идеи Гегеля. Свой материализм Фейербах характеризует как антитезу ге­гелевской философии, в которой мышление трактуется как субъект, а природные вещи да и сам человек как предикат. По этому поводу Фейербах замечает: «Достаточно повсюду подставить предикат на место субъекта и субъект на место объекта и принципа, то есть перевернуть спекулятивную фи­лософию, и мы получили истину в ее неприкрытом, чистом, явном виде»4. Фейербах поставил гегелевский идеализм с го­ловы на ноги и таким путем, путем «преобразующей крити­ки» идеализма, создал свою материалистическую философию.

Мы лишь бегло коснулись кардинальных различий между системами классиков немецкой философии, поскольку их подробное рассмотрение было предметом второй части кни­ги. Здесь же констатация этих кардинальных различий в рамках одного и того же философского течения, представи­тели которого являются непосредственными продолжателя­ми своего предшественника, необходима для иллюстрации процесса плюрализации, специфически характеризующего философию и ее историю.

Конфронтация между классиками немецкой философии не помешала тому, что каждый из них выдвигал в качестве центральной философской и социальной проблемы пробле-

3 Гегель Г. В. Ф. Соч. Т. XI. С. 495.

4 Фейербах Л. Предварительные тезисы к реформе философии.
Избранные философские произведения. М., 1955. Т. 1. С. 115.

Заключение

443

му свободы. В учениях этих мыслителей получила адекват­ное выражение историческая эпоха, началом которой была Великая французская революция, а завершением — револю­ции 1848-1849 гг. во Франции, Германии, Австрии.

Кант, который противопоставил свободу природе, не огра­ничился этой общей, абстрактной постановкой проблемы. Он объявил республику постулатом практического разума, выс­шим нравственным требованием, в согласии с которым долж­но быть осуществлено разделение законодательной, исполни­тельной и судебной властей, а гражданские права и свободы должны быть закреплены конституцией. Вот одно из высказы­ваний Канта о политической свободе, высказывание, которое звучит актуально и сегодня: «Признаюсь, что мне решительно не по вкусу употребляемые порой даже очень умными людьми выражения: известный народ (в смысле введения узаконен­ной свободы) не созрел для свободы; крепостные помещика для свободы еще не созрели; и далее: для свободы люди вооб­ще не созрели. Но если исходить из подобных предположе­ний, свобода никогда не наступит, ибо для нее нельзя созреть, если предварительно не ввести людей в условия свободы...»5

Не мешает напомнить, что эти слова были сказаны двес­ти с лишним лет тому назад. И даже в наше время трудно сказать, когда это предупреждение Канта утратит свою акту­альность.

В 1793 г., т. е. свыше двух веков тому назад, Фихте выступил с двумя небольшими работами: «К исправлению суждений публики о Французской революции» и «Востребо­вание от государей Европы свободы мысли, которую они до сих пор угнетали». Обе работы вышли анонимно, что ни­сколько не умаляет их выдающегося идейно-политического значения. В этих работах Фихте не только оправдывает Фран­цузскую революцию, но и доказывает необходимость рево­люции всюду, где существует крепостное право, сословные привилегии, подавление свободы слова и свободы совести.

В 1794 г. Фихте опубликовал свои лекции, собранные в книге «О значении ученого». В ней он, развивая идеи Ж.-Ж. Руссо, решительно заявляет: «...всякий, считающий себя господином других, сам раб. Если он и не всегда дей-

6 Кант И. Религия в пределах только разума. — «Трактаты и письма». С. 262.

444

Заключение

ствительно является таковым, то у него все же рабская душа, и перед первым попавшимся более сильным, который его поработит, он будет гнусно ползать. Только тот свободен, кто хочет все сделать вокруг себя свободным...»6 Стоит на­помнить, что это говорилось с университетской кафедры!

Социально-политические воззрения Шеллинга представ­ляются более умеренными по сравнению со взглядами Фих­те. Однако и он, подобно своему предшественнику, открыто выражает свой протест против феодального строя. Он пи­шет: «Самый недостойный и возмущающий душу вид при­обретает зрелище такого устройства, при котором владыка­ми являются не закон, а воля устроителя и деспотизм, ра­зыгрывающий роль какого-то внутреннего провидения по отношению к праву...»7

В «Системе трансцендентального идеализма» Шеллинг, исходя из понятия свободы, обосновывает необходимость разделения властей, без чего, по его убеждению, не может быть правового государства. Развивая идеи Канта, выска­занные в работе «К вечному миру», Шеллинг полагает, что правовой строй в отдельных государствах может и должен быть гарантирован «всеобщим правопорядком», т. е. между­народным демократическим объединением правовых госу­дарств, благодаря которому каждое государство может рас­считывать на полную безопасность своего существования. Так же, как и Кант, Шеллинг предвосхищает современные международные организации, признанные способствовать мирному сосуществованию народов.

Гегель, утверждавший необходимость конституционной монархии, подчеркивал, что конституция необходима не толь­ко для ограничения власти монарха, но главным образом для того, чтобы узаконить «свободу народа, его участие в выборах, в решениях...»8

Будучи непримиримым противником материалистичес­кой философии, Гегель, тем не менее, высоко оценивает роль французского материализма XVIII в. в борьбе за граждан-

6 Фихте И. Г. Соч. Т. 2. С. 27.

7 Шеллинг Ф. В. И. Система трансцендентального идеализма.
М., 1936. С. 331.

8 Гегель Г. В. Ф. Письмо Нитхаммеру, ноябрь 1807 г. / Ге­
гель Г. В. Ф.
Работы разных лет. Т. 2. С. 284.

Заключение

445

ские права и свободы. Он писал: «Французский атеизм, ма­териализм и натурализм разбили все предрассудки и одер­жали победу над лишенными понятия предпосылками и признанными положениями... он обратился против состоя­ния мира в области правопорядка, против государственного устройства, судопроизводства, способа правления, полити­ческого авторитета...»9 Эти слова убедительно свидетельству­ют о том, что идеалист Гегель вполне солидарен с француз­скими материалистами в их борьбе за гражданские права и свободы против феодализма.

Таким образом, даже принципиальные расхождения меж­ду идеалистами, принадлежащими к одному философскому течению, развитие которого в значительной мере обусловле­но общей, восходящей к Канту линией преемственности, даже радикальная противоположность между идеализмом и воин­ствующим, атеистическим французским материализмом не помешала солидарному выступлению этих различных, а ча­стью и противоположных друг другу философских учений против феодального гнета, за гражданские права и свободы, необходимость которых философия провозглашала и обосно­вывала до того, как эти социально-политические вопросы практически встали на повестке дня.

Плюрализм философских учений — специфическая фор­ма познания, развития философского знания, его обогаще­ния новыми идеями, проблемами, выводами. Плюрализация философии нисколько не исключает преемственности; боль­ше того, лишь благодаря никогда не исчезающей преемствен­ности философских идей и происходит возникновение новых философий. Это подтверждает вывод, сделанный в начале нашего исследования: философия всегда и везде существует не как отдельно взятое, самодостаточное учение, а как сово­купность философских учений, их взаимодействие, взаимное оплодотворение и, как следствие этого, прогрессивное разви­тие. В этом находит свое непосредственное выражение един­ство философии как историко-философского процесса.

9 Гегель Г. В. Ф. Лекции по истории философии. Соч. Кн. 3. Т. XI. С. 385. Несколько ниже Гегель подчеркивает, что французы отстаивали «великое человеческое право на субъективную свобо­ду» (С. 390).

^ PHILOSOPHIE ALS PHILOSOPHIEGESCHICHTE

Pluralitat philosophischer Lehren — das ist augenschein-licher, erapirisch fixierter Fakt, die aber wie jede Augenschein-lichkei einer kritischen Analyse, theoretischem Durchdenken unterliegt. Es geht nicht einfach urn die Meinungsverschiedenheit, sondern urn die grundsatzlich verschiedenen philosophischen Systeme. Sole he Unterschiede sind so wesentlich, dafi keine algemeingiiltige Bestimmung des Philosophiebegriff s moglich ist, ungeachlet dessen, da3 man philosophische Texte von nichtphi-losophisehen ohne Schwierigkeiten unterscheidet.

Der philosophische Skeptizismus stellt das Vorhandensein der Vielheit deer sich ausschliesenden philosophischen Uber-zeugungen fest und kommt standig zur Schliisselfolgerung iiber die grundsatzliche Haltlosigkeit der Philosophie. Wir sehen dieser Tatsache an, wie eine richtige Feststellung der Fakten zur fehkerhaften Konklusion f tihrt. Die Philosophieentwicklung widerlegt den philosophischen Skeptizismus, weil Philosophie dank dieser Entwicklung durch neuen Ideen bereichert wird. Die Pluralitat philosophischer Lehren schliesst in keiner Weise ihre eigenartige Einheit aus. Einheit und Pluralitat in der Philosophie bilden das Verhaltnis der Gegensatze, die einander bedinge. Das ist der objektive" Widerspruch des philosophie-geschichtlichen Prozesses, die ihn innewohnende Triebkraft.

Die Klassiker der Philosophie, die nach Verwandlung der Philosophie in ein System der wissenschaftlichen Erkenntnis strebten, verurteilen die Pluralitat philosophischer Lehren als etwas, was mit dem Imperativ der wahren Philosophie, mit den Prinzipien der Wissenschaftlichkeit unvereinbar ist. In Wirklichkeit auBert sich in dieser Pluralitat besonders anschau-lich der qualitative Unterschied der Philosophie von Einzelwis-senschaften, ihre spezifische Form der Erkenntnis. Aber die Klassiker der Philosophie sahen nicht, dafi eben in der Pluralitat philosophischer Lehren die Mannigfaltigkeit, der Reichtum der philosophischen Ideen, ein standiger schopferischer Prozess zuffl

Philosophic als Philosophiegeschichte

447

Vorschein kommt. In der Philosophiegeschichte, in der alle Stadien der vorausgegangenen philosophischen Entwicklung fur alle Generationen gleichzeitig gegeben werden, haben wir die einzige intellektuelle Ebone, auf der sich die Denker der verschiedenen Epochen wie Zeitgenossen begegnen. Wir konnen diesen Denkern Fragen stellen, und obwohl wir auf diese Fragen selber antworten mussen, helfen uns die philosophischen Lehren der Vergangenheit, die zeitgemassen Probleme zu durchdenken und teilweise zu losen.

Die Philosophieentwicklung, die ich mit Begriffen wie Differenzierung, Divergenz, Polarisierung der Lehren, Stro-laungen und Richtungen charakterisleren mochte, ist zugleich ein Prozess der Integration der philosophischen Ideen. Der Integrationsprozess entfaltet sich v. a. innerhalb jeder entge-gengesetzten Richtungen. Z. В., sind Materialismus und Idea-lismus durchaus keine absolute Gegensatze, denen gemeinsame Ziige fehlen. Es existiert nicht seiten zwischen ihnen ein Verhaltnis der geschichtlichen Kontinuitat. Somit sind die Pluralitat, die Pluralisierung philosophischer Lehren und ihre Integration zwei Seiten eines einheitlichen und widerspruchlichen Prozesses der fortschreitenden Entwicklung der Philosophie. Folglich hat dieser philosophische Pluralitat nichts mit einer Selbstisolierung der philosophischen Systeme und ihrer gegenseitigen Entfaltung gemein.

Vom gegenwartigen Standpunkt aus ist die negative Stel-lungnahme zur Pluralitat philosophischer Lehren als eine ve-raltete, bereits iiberwundene Konzeption zu betrachten. Es ware deswegen ein grosser Fehler, die Pluralitat philosophischer Lehren als den historisch vorgangliehen Charakterenzug der Philosophieentwicklung vorzustellen, d. h. als eine Bestimm-theit, die nur bis dahin existiert, bis nicht ihre Entwicklung die kronende letzte Philosophie erschaffen hat, jene Philosophie, die das entgiiltige System, die absolute Wahrheit in letzter Instanz dasstelle. Diese Thesen, die zum Inhalt des ersten Teiles der Monographie gehoren, werden im zweiten Teil des Buches durch die Analyse der Lehren Kants, Fichtes, Schellings, Hegels und Feuerbachs erklart, bekraftigt, begriindet.

^ Директор издательства:

О. Л. Абышко

Главный редактор:

И. А. Савкин

Художественный редактор: О. А. Грызлова

Редактор: Т. М. Савкина

Корректор: Н. М. Баталова

Оригинал-макет: А. Б. Левкина

Теодор Ильич Ойзерман

«Философия как история философии»

ИЛ № 064366 от 26. 12. 1995 г.

Издательство «Алетейя»: Санкт-Петербург, пр. Обуховской обороны, д. 13 Телефон издательства: (812) 567-2239 Факс: (812) 567-2253

Сдано в набор 20. 04. 1998 г. Подписано в печать 15. 01. 1999 г. Бумага офсетная. Формат 60x88V,6. Печать офсетная. Объем 28 п. л. Тираж 1500 экз. Заказ №3020-

Отпечатано с готовых диапозитивов

в Академической типографии «Наука» РАН

199034, Санкт-Петербург, 9 линия, 12

Printed in Russia




Скачать 5.29 Mb.
оставить комментарий
страница16/16
Дата30.09.2011
Размер5.29 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16
отлично
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх