Патогенетическое значение полиморфизма генов нейромедиаторной системы, ассоциированных с формированием личностных расстройств и с употреблением психоактивных веществ 14. 03. 03 Патологическая физиология 14. 01. 06 Психиатрия icon

Патогенетическое значение полиморфизма генов нейромедиаторной системы, ассоциированных с формированием личностных расстройств и с употреблением психоактивных веществ 14. 03. 03 Патологическая физиология 14. 01. 06 Психиатрия


Смотрите также:
Патологическая физиология...
Пояснительная записка Учебно-методический комплекс по курсу «Патологическая физиология»...
1 связь полиморфизма генов gstm 1 и gstt 1 с уровнем цитогенетических нарушений у рабочих...
Лекция №1. 03. 09. 09. Психиатрия...
Лекция №1. 03. 09. 09. Психиатрия...
Генетический полиморфизм гена-онкосупрессора р53 и функционально связанных с ним генов ccr5 и...
Пояснительная записка Анализ ситуации с употреблением психоактивных веществ (пав) и опыт работы...
И. В. Линский, А. И. Минко, Е. С. Самойлова, К. Д. Гапонов...
В обзоре, посвященном влиянию психоактивных веществ на состояние сердечно-сосудистой системы...
Анализ профилактической работы по противодействию незаконному обороту наркотических средств...
Злоупотребление психоактивными веществами среди подростков ситуация с употреблением...
Примерная программа дисциплины психиатрия для студентов обучающихся по: специальности...



Загрузка...
страницы: 1   2   3   4   5   6
вернуться в начало
скачать
^

Связь криминального поведения с личностными расстройствами при употреблении психоактивных средств

Лица, употребляющие психоактивные вещества (ПАВ), и имеющих определенные личностные нарушения, часто привлекаются к уголовной ответственности. Особого внимания заслуживает такой факт, что обследуемые молодые люди, употребляющие психоактивные вещества, имеют тенденцию к совершению криминальных действий. Причем, обнаруживается криминальное поведение и у подростков еще до стадии развития зависимости от наркотических средств. Предполагаем, что антисоциальное поведение, личностные расстройства и наркотизация могут находиться в тесной взаимосвязи. Криминальное поведение, предрасположенность к нему, криминальный образ жизни - обусловлены, скорее всего, личностными девиациями, а не только необходимостью добычи денег для приобретения наркотика. Легкость попадания в криминальную структуру, с которой связан оборот наркотических средств, обеспечивается именно патологическими свойствами личности, антиципационной несостоятельностью, отсутствием моральных принципов, некритичностью к себе и окружению, субмиссивностью, внутренней маргинальностью.


С использованием данных медико-социального исследования были прослежены связи между социальными характеристиками, а так же между социальными характеристиками и клиническими синдромами.

Среди лиц, употребляющих наркотические вещества, 62,1±3,1% от общего числа привлекались к уголовной ответственности, в том числе с отбыванием наказания в местах лишения свободы или в исправительных колониях в местах заключения. Прослеживается связь между наследственностью, отягощенной наркологическими заболеваниями и склонностью к правонарушениям. У лиц с отягощенной наследственностью совершение преступления имело место в 71,4±2,9% случаев (42,9±3,2% судимые неоднократно). Судимые, отрицающие наличие в анамнезе родственников с наркологическими заболеваниями, составляли 20,8±2,6% от общего количества. Причем, столько же больных без отягощенной наследственности не имели судимость вообще, а все лица, неоднократно привлекавшиеся к уголовной ответственности, имели наследственность с наркологическими расстройствами, (С=0,57; df=8; p<0,0005; OR=1,42). Значение коэффициента OR показывает, что улиц с отягощенной наследственностью наркологическими заболеваниями, существует высокий риск криминального поведения. Если предположить, что одно общественно опасное деяние, повлекшее за собой уголовное наказание, может быть следствием различных обстоятельств, то повторные совершения преступлений обусловлены уже криминальной структурой личности. Отчетливая связь криминогенности личности и наследственности с наркологическими заболеваниями у наркотизирующихся, может говорить, возможно, об общих механизмах развития влечения к ПАВ и криминального поведения. Полученные данные солидаризуются с обширными исследованиями, проведенными английскими учеными с помощью близнецовых методов и на приемных детях, где представлено, что склонность к сознательному совершению преступлений – наследственный признак (Фогель Ф., Мотульски., 1990).

Обращает на себя внимание то, что обследуемые в возрасте от 10 до 18 лет, составляющие младшую группу употребляющих ПАВ, в 66,3±3,1% уже имели правонарушения, тогда как взрослые были судимы в 58,3±3,2%. Как в младшей, так и в старшей возрастной группе четверть больных совершила повторные преступления. Молодые люди в основном наказывались за хулиганство, разбой, грабежи, т.е. преступления, связанные с низким ситуационным контролем личности, эмоциональной неустойчивостью, эксплозивностью. За незаконный оборот наркотических средств и психотропных веществ имели судимость как взрослые наркоманы, так и подростки. Как уже было сказано выше, нарушения в этой сфере провоцировались необходимостью регулярного употребления наркотиков. Лица из младшей группы, которые были еще на стадии употребления психоактивных веществ с вредными последствиями и зависимости от психоактивных веществ I степени, активно привлекались к уголовной ответственности или находились на учете в милиции. Со слов родственников и воспитателей, юные пациенты характеризовались поведением, которое можно расценить как антисоциальное. В частности, такое поведение диагностировалось у приемных детей, воспитываемых в социально благополучных семьях. Есть сведения, что биологические родители, а так же братья и сестры таких пациентов страдали зависимостью от ПАВ, а в ряде случае находились в местах лишения свободы.

Прослеживается связь криминального поведения и психических расстройств. Так, примером может служить достоверная сопряженность склонности к совершению противоправных действий с пограничным ЛР (ПЛР), так 56,19±3,2% обследуемых с этим расстройством неоднократно привлекались к уголовной ответственности, (С=0,416; df=2; р<0,0005; OR=0,84). Но, исходя из показателя коэффициента отношения шансов, следует, что при наличии пограничного ЛР предрасположенность к криминальному поведению достоверно снижается. Как показывает практика, все правонарушения у лиц с таким расстройством, связаны в основном с поиском наркотического средства. Наличие в психическом статусе симптомов ПЛР «Нарушение идентичности» (OR=1,35), «Импульсивность в областях, имеющих вероятность самоповреждения» (OR–>∞), «Хроническое чувство пустоты» (OR=1,33) имеют тенденцию провоцировать у наркотизирующегося криминальные поступки. Тогда как другие критерии не способствовали к преступным действиям.

Выявлено, что в исследуемом контингенте пациенты до 18 лет регулярно имели проблемы, связанные с правонарушениями, и, аналогично взрослой группе, в четверти случаев имели тенденцию совершать их повторно. Три четвери осужденных и все неоднократно судимые, имели отягощенную наркологическими заболеваниями наследственность. На основании этого можно предположить, что предрасположенность к криминальному поведению может быть предиспонирована биологически. На формирование криминального поведения наличие ЛР и их критериев оказывает неоднозначное влияние. Ряд симптомов может способствовать тому, что пациент совершает общественно опасные деяния, например симптомы АЛР, ПАЛР и др. Наличие некоторых симптомов позволяет избежать уголовного наказания. Существуют симптомы, которые не предрасполагают к высокому риску противоправного поведения, например ЗЛР, ЛРИ. Высокую распространенность криминогенности, констатируемую среди пациентов с диагнозами активной зависимости от каннабиноидов I степени и опиоидов II степени можно объяснить тем, что в ходе наркотизации прогрессирует десоциализация личности. Данный процесс может быть следствием нарушений психических функций в результате токсического воздействия наркотика на центральную нервную систему, а также неадекватных действий в периоды состояний измененного сознания и обманов восприятия под действием психоактивного средства.

Резюмируя полученные данные, можно сделать вывод, что лица, употребляющие ПАВ, в более, чем в половине случаев совершают преступления и привлекались у уголовной ответственности, что обусловливается патопластикой самих личностных нарушений у индивидуума. Высокая криминогенность данных лиц определяется также необходимостью постоянно находить значительные средства для получения наркотика. Пациенты младшей группы еще на донозологическом этапе имели определенный тип поведения, т.е. аддиктивному типу девиантного поведения во многих случаях предшествует делинквентность. Из комплексной оценки приведенных данных следует, что наркотизирующиеся подростки изначально склонны к криминальному поведению. Отчетливая связь криминогенности личности и наследственности с наркологическими заболеваниями у наркотизирующихся, может говорить, об общих патогенетических механизмах развития влечения к ПАВ и криминального поведения.


^ Основные симптомокомплексы личностных расстройств у лиц, употребляющих наркотические вещества

В процессе исследования было выявлено, что структура личностных расстройств у наркотизирующихся лиц отличается от «классических» вариантов. Формирование ведущих симптомокомплексов диагностируемых у наркотизирующихся проводилось на основании интерпретации корреляционных взаимосвязей между личностными расстройствами и их симптомами, с определением наиболее значимых.

Действуя по алгоритму метода главных компонент была определена максимальная роль диагностируемых личностных расстройств и их критериев; наличие фактов острых интоксикаций наркотическими средствами тяжелой степени; фактов совершенных противоправных деяний; наличие установленных наркологических диагнозов и социальных характеристик. В процессе анализа было выявлено, что наибольшие факторные нагрузки отмечались для личностных расстройств и их критериев, а социальные характеристики и др. не оказывали значимого влияния на сформированные компоненты. Результаты корреляционного анализа подтвердили, что все показатели, т.е. симптомы, имеют статистическую достоверную связь (р<0,0001) с индивидуальными значениями факторов. Однако проверка с помощью метода множественной регрессии показала, что наилучшим предиктором является определенная переменная или группа переменных (симптомов). По-видимому, именно эти предикторы обуславливают значения всех остальных переменных в полученных факторах.

Уточним, что анализ ЛР и их критериев, проводился у лиц, имеющих двойной диагноз, по возрастным группам до 18 лет и старше 18 лет. В старшей группе все пациенты были с зависимостью от наркотических веществ. Возрастная градация позволяет определить динамику формирования ЛР. В результате анализа главных компонентов ЛР и их симптомов у лиц, употребляющих ПАВ, в группах обследуемых до 18 лет и старше 18 лет, были выделены факторы, с включением в них переменных, которые имели факторные нагрузки (Factor Loadings) больше чем 0,57.

Проведенный факторный анализ в группе обследуемых в возрасте до 18 лет выделил 11 факторов. Половину (51,1%) общей вариабельности признаков объясняют первые три интегральных показателя. Первый и ведущий фактор, который мы рассмотрим подробно, у молодых людей в возрасте до 18 лет, употребляющих психоактивные вещества, характеризующий 22,2% общей изменчивости исходных переменных, объединил тринадцать переменных, т.е. психические расстройства (табл. 11, 12). В итоге, симптомокомплекс I фактора включал чувство уникальности, избранности, неадекватно сексуальное поведение и опасение компрометирующих эмоций, ранимость, страх одиночества, беспомощности и отверженности, завистливость, дискредитация авторитетных личностей, неспособность перестраиваться в соответствии с изменяющейся действительностью, суицидальное поведение. В целом I фактор образует личностную структуру наркотизирующегося, характеризующуюся полярностью расстройств. С учетом определяющих критериев, следует, что данный фактор представляет «нарцисстическую, неуверенную и ранимую» личность.


Таблица 11 – Определяющие критерии симптомокомплекса I фактора в младшей группе


Личностные расстройства и их критерии

Факторная нагрузка

β

Нарцисстическое расстройство личности

0,93

0,93

Легко ранимы (ЛРИ)

0,61

0,12

Постоянное преувеличение потенциальных трудностей. Стереотипные модели поведения таких лиц неадекватны изменяющимся условиям среды (ЛРИ)

0,61

0,12

Сверхзанятость чувством зависти (НЛР)

0,61

0,05

Повторяющееся суицидальное поведение (ПЛР)

0,6

0,04

Страх проявить компрометирующие их эмоциональные реакции (ЛРИ)

0,57

0,04


Таблица 12 – Критерии симптомокомплекса I фактора не имеющие определяющей функции в младшей группе


Личностные расстройства и их критерии

Факторная нагрузка

Чувство дискомфорта и беспомощности в одиночестве из-за страха несостоятельности в самообслуживании, старается избежать его (ЗЛР)

0,93

Нереалистичные беспокойства быть покинутым/отверженным (ЗЛР)

0,87

Неадекватная вызывающая сексуальная соблазнительность (ГЛР),

0,86

Легко раним критикой и неодобрением (ЗЛР)

0,86

Чувство избранности, нерациональные ожидания особенно благоприятного отношения к себе (НЛР)

0,74

Без оснований дискредитируют авторитетных людей (ПАЛР)

0,73

Убежденность в своей уникальности (НЛР)

0,7



К примеру, во II фактор входили антисоциальное ЛР, его критерии – лживость и агрессивность, ситуационная реактивность, неподчиняемость, манипулирование другими, нестабильность в межличностных взаимоотношениях. Таким образом, второй фактор представляет структуру личности, которую можно представить как «антисоциальную, эгоистичную, неустойчивую».

I фактор у взрослых наркоманов составляли зависимое ЛР, такие критерии, как перекладывание жизненно важных решений на других, несамостоятельность, затруднения в повседневных решениях, поверхностность в эмоциях, агрессивность, при этом привлечение их к деятельности воспринимается как насилие, вызывает протест, считают требования неадекватными. Исключением были импульсивность, спонтанность в желаниях, потребность в восхищении. Данный фактор представляет «пассивно-агрессивную, зависимую, с неустойчивостью» личность. Например, во II фактор входили обсессивно-компульсивное ЛР, пограничное ЛР, ситуационная реактивность, сомнения в правильности решений, чрезвычайная преданность работе, стереотипность в поведении, беспомощность в одиночестве. Исключением были пассивно-агрессивное ЛР, неприятие советов других, склонность к саботажу. Т.е. II фактором представлена личность «обсессивно-компульсивная, пограничная, с зависимостью».

Факторный анализ полученных результатов выявил группы симптомокомплексов, основная часть которых образовалось по ведущим личностным расстройствам, диагностированным в психическом состоянии больных, личностным расстройствам и критериям, либо только критериями. Выделенные на основе исследования взаимосвязей клинических симптомов личностных расстройств интегральные показатели отражают основные тенденции исследуемого клинического явления и позволяют установить те расстройства, которые в наибольшей степени оказывают значимое влияние на развитие и формирование личности при употреблении психоактивных веществ. С другой стороны, данные интегральные характеристики позволяют дифференцировать различные группы пациентов, имеющих сходные клинические закономерности развития заболевания. Клиническое содержание описанных факторов формировалось как по «классическим» вариантам, так и с объединением полярных расстройств, что является типичным для наркоманов.

Данные симптомокомплексы отражают типы личностных расстройств на разных этапах наркотизации. Психопатологические изменения личности присутствуют у молодых наркотизирующихся на ранних стадиях употребления, когда в большинстве случаев наркотические средства не оказывали стойких негативных социальных и медицинских последствий. Как видно из полученных данных, у подростков уже на ранних стадиях употреблением психоактивных веществ, т.е. до формирования синдрома зависимости от наркотических средств, личностную структуру представляют факторы, которые в принципе характерны для сформировавшихся наркоманов. Следует особенно отметить, что такие критерии, как факты острых интоксикаций наркотическими средствами тяжелой степени, наличие противоправных нарушений с привлечением к уголовной ответственности, социальных характеристик, и даже наркологических диагнозов, при использовании в факторном анализе в качестве факторных нагрузок, не оказывали значимого влияния на результаты анализа. На основании этого можно предположить, что особенность психической деятельности у лиц, предрасположенных к употреблению и зависимости от наркотических средств, обусловлена в первую очередь наличием именно психических расстройств, которые являются первичным «образованием». Наличие остальных факторов оказывают лишь вторичное модифицирующее влияние на личность.


^ Характеристика лиц с эпизодическим употреблением препаратов группы опиоидов и каннабиноидов в течение нескольких лет

В процессе работы была осуществлена попытка исследовать группу лиц мужского пола с периодическим употреблением в анамнезе наркотических веществ группы опиоидов, каннабиноидов, психостимуляторов. Обследованные лица характеризовались тем, что при возможности иметь свободный доступ к наркотическим веществам и активным контактам с постоянно наркотизирующимися лицами (одноклассниками, однокурсниками, соседями и т.д.), употребляли наркотическое средство только несколько раз в жизни. К сожалению, группа обследуемых была немногочисленна – 12 человек, в возрасте от 26 до 39 лет. Исследование психического состояния лиц данной группы выявило, что у некоторых из них диагностируются критерии личностных расстройств, но в целом диагностированные симптомы больше характеризовали акцентуации личности по определенному типу. Клиника данных расстройств была сглажена, незавершенна. Не определялась полиморфность и мозаичность синдромов, которая присутствует у основного контингента обследуемых.

Несмотря на малочисленность группы, все же можно отметить тенденцию к тому, что психопатологическая симптоматика, в том числе и личностные расстройства, была минимальной по сравнению с пациентами основной группы. Вышеизложенное позволяет предположить, что наркотизация взаимосвязана с личностными расстройствами и, соответственно, может иметь общую этиологию.


^ Результаты изучения ассоциаций полиморфизма генов с личностными расстройствами и их критериями у лиц,

употребляющих психоактивные вещества

^ Ассоциация полиморфизма генов с личностными расстройствами и их критериями у наркотизирующихся. Основываясь на результатах исследования распределения частот генотипов гена DRD4, гена DAT и гена HTT у лиц, употребляющих наркотические средства, при наличии в психическом статусе определенных личностных расстройств и их критериев, следует обратить внимание на тенденцию к накоплению некоторых генотипов при отдельных ЛР и их симптомах (т.е. если идти от фенотипа к генотипу). Наиболее частыми у обследуемых лиц, употребляющих наркотические средства, были сочетания психических нарушений и генотипа 4/4 гена DRD4, носителями которого были 80% обследуемых, генотипа 10/10 гена DAT носители которого составляли 54,8% и генотипа I/D гена 5-НТТ, носителями являлись 61,3%.

Например, выявлено, что у лиц с гистрионическим личностным расстройством (ГЛР) имеется тенденция к накоплению гомозиготных генотипа 4/4 гена DRD4 в 72,7%, генотип 10/10 гена DAT в 81,8% случаев. Лица, у которых в психическом статусе диагностировался симптом критерий «Постоянный поиск и требование от окружающих положительной оценки» имелис генотип I/D гена HTT в 64,7% случаях. Симптом «Неадекватное, преувеличенное выражение эмоций с театральностью и самодраматизацией» в 76,9% диагностировался у пациентов с генотипом 4/4 гена DRD4, в 69,2% у пациентов с генотипом 10/10 гена DAT. Критерий «Испытывают чувство дискомфорта, если не являются центром внимания» в 80% сочетался с генотипом 4/4 гена DRD4, в 70% сочетался с генотипом 10/10 гена DAT, в 60% с генотипом I/D гена HTT. Критерий ГЛР «Проявляют внезапное изменение эмоциональных выражений, носящих поверхностный характер» в 66,7% выявлялся у обследуемых с генотипом I/D гена HTT. Критерий ГЛР «Очень эгоцентричны, не откладывают удовлетворение своих желаний. В импульсивности не совершают опасных для жизни поступков» в 75% случаев был у пациентов с генотипом 4/4 гена DRD4, в 81,3% генотипом 10/10 гена DAT, в 62,5% с генотипом I/D гена HTT.

Оценивая данные аналогичного исследования по другим психическим расстройствам было отмечена, что у молодых людей с антисоциальным личностным расстройством и с его критериями «Пренебрежительное отношение к безопасности других людей» имеется тенденция к высокому накоплению в равной степени исследуемых генотипов 4/4 гена DRD4 и 10/10 гена DAT, и в меньшей степени генотипа I/D гена HTT. По критериям АЛР «Неспособность находиться в состоянии длительного "рабочего поведения"», «Проблемы в семейной жизни» в соотношении частот генотипов отмечается тенденция к более высокому накоплению гомозигот генотипа 4/4 гена DRD4, чем гомозигот генотипа 10/10 гена DAT. В критериях «Лживость», «Отсутствие конформности к социальным нормам и законам, выражающееся в антисоциальных действиях», «Отсутствие планирования своей жизни» преобладали гомозиготы генотипа 10/10 гена DАТ над гомозиготами генотипа 4/4 гена DRD4 и гетерозиготами генотипа I/D HTT. Симптом «Раздражительность и агрессивность с применением физической силы» встречается преимущественно у гомозигот гена DRD4, гетерозигот I/D HTT и меньше у гомозигот генотипа 10/10 гена DАТ. Следует отметить, что ключевые расстройства АЛР сопровождаются ассоциируются с высокой частотой генотипа 10/10 гена DАТ.

У обследуемых с пограничным личностным расстройством в генотипе можно наблюдать тенденцию к повышению частоты генотипа 4/4 гена DRD4. По критериям «Нарушение идентичности», «Импульсивность минимум в двух областях, имеющих вероятность самоповреждения», «Аффективная нестабильность и отчетливая реактивность на средовые ситуации» прослеживается аналогичная ситуация: генотип 10/10 гена DRD4 встречается чаще, чем генотип 10/10 гена DAT и генотип I/D гена HTT. Симптом «Повторяющееся суицидальное поведение, попытки, угрозы или самоповреждающее поведение» ассоциируется преимущественно только с генотипом 4/4 гена DRD4. Критерий «Паттерн нестабильных и интенсивных межличностных взаимоотношений» характеризовался высокой долей присутствия обоих исследуемых генотипов DRD4 и DAT, а симптом «Неистовые попытки избежать реального или воображаемого одиночества» с высокой частотой гена DAT. Предполагаем, что на развитие ПЛР может оказывать влияние генотип 4/4 гена DRD4.

Вышеупомянутые генотипы генов DRD4, DAT и HTT у лиц с гистрионическим расстройством личности были высоко представлены, но в их соотношении констатировалось увеличение частоты генотипа 10/10 гена DAT. Симптомы ГЛР, диагностированные у лиц, склонных к употреблению наркотиков: «Неадекватное, преувеличенное выражение эмоций», «Испытывают чувство дискомфорта, если не являются центром внимания» характеризовались повышением встречаемости генотипа 10/10 гена DRD4. Критерий «Очень эгоцентричны, не откладывают удовлетворение своих желаний, не толерантны к затруднениям. В импульсивности не совершают опасных для жизни поступков» преобладал у пациентов с высокой частотой генотипа 10/10 гена DAT. Критерии «Постоянный поиск положительной оценки», «Проявляют внезапное изменение эмоциональных выражений, носящих поверхностный характер» сопровождаются накоплением преимущественно генотипа I/D гена HTT. Следовательно, имеется тенденция к тому, что за формирование основных симптомов ГЛР могут отвечать генотипы 10/10 гена DAT и 4/4 гена DRD4.

При нарцисстическом расстройстве личности и его симптомах «Эксплуатативность в межличностных отношениях», «Грандиозное чувство самозначимости», «Сверхзанятость фантазиями неограниченного успеха, силы, красоты или идеальной любви», «Отсутствие эмпатии» больше встречается генотип 4/4 гена DRD4, также достаточно часто присутствует генотип 10/10 гена DAT. Критерии «Убежденность в своей уникальности» и «Потребность в постоянном внимании и восхищении» имели равную встречаемость данных генотипов, только симптом «Реакция на критику чувствами ярости, стыда или унижения» сопровождается более высоким накоплением генотипа 10/10гена DAT, чем генотипа 4/4 гена DRD4.

Лица с обсессивно-компульсивным личностным расстройством в частотном распределении генотипов имеется некоторое преимущество встречаемости генотипа 4/4 гена DRD4, чем генотипа 10/10 гена HTT. Симптом «Перфекционизм мешает завершению какого-то задания» характеризуется частой ассоциацией с генотипом 4/4 гена DAT, в меньшей степени с генотипом I/D гена HTT, но более часто встречается генотип 4/4 гена DRD4. Критерий «Неразумная настойчивость, требовательность по отношению к другим людям» имеет равное соотношение в ассоциации исследуемых генотипов генов DRD4 и DAT. Симптомы «Сверхзанятость, поглощенность, фиксация на деталях» и «Нерешительность. Серьезная проблема с принятием решений» имеются больше у носителей генотипа 4/4 гена DRD4. Соответственно полученным результатам, можно сделать вывод, что обсессивно-компульсивное ЛР, включая его критерии, сопряжено с высокой частотой генотипа 4/4 гена DRD4.

Симптом зависимого личностного расстройства «Легко раним критикой и неодобрением» и «Легко ранимы» ассоциировались больше с генотипом 4/4 гена DRD4. Критерии «Потребность отдавать ответственность другим», «Трудности выражения несогласия с другими", «Чувство дискомфорта и беспомощности в одиночестве из-за страха несостоятельности» ассоциировались чаще с генотипом I/D гена HTT.

Симптом «Легко ранимы» ЛР избегания, как и критерии «Отсутствие близких друзей», «Избегание социальной деятельности, включающих многочисленные межличностные контакты», «Сдержанность в различных социальных ситуациях» также сопровождается присутствием преимущественно генотипа I/D гена HTT. Предполагаем, что среди лиц, склонных к развитию зависимого ЛР и ЛР избегания чаще встречаются носители генотипа I/D гена HTT.

Пассивно-агрессивное личностное расстройство и его симптомы «Постоянное откладывание различных, требующих решения проблем», «В незаинтересованных видах деятельности часто совершают ошибки», «Внутреннее убеждение, что они справляются с различными заданиями значительно лучше, чем оценивают их деятельность окружающие» выявлялись преимущественно у пациентов с генотипом 4/4 гена DRD4, и несколько реже с генотипом 10/10 гена DAT и I/D гена HTT. Критерии «Желание окружающих заставить данных людей предпринять определенные виды деятельности изменяет отношение к ним» и «Неосновательно часто протестуют против предъявляемых к ним требований» ассоциировались с генотипом 4/4 гена DRD4 и несколько реже с генотипом 10/10 гена HTT.

Предполагаем наличие закономерности в ассоциации психических расстройств и определенных генотипов генов, отвечающих за функционирвание нейромедиаторной системы головного мозга. В группе лиц, употребляющих наркотические вещества и имеющие личностные расстройства, констатируется тенденция к накоплению генотипов дофаминового рецептора 4-типа (DRD4, VNTR) 4/4, дофамин-транспортного белка (DAT, VNTR) 10/10, серотонинового транспортёра 4-типа 5-HTT (два полиморфизма ID и VNTR). При некоторых нарушениях встречается чаще определенный генотип исследуемого гена. Имеется тенденция в ассоциации генотипа 10/10 гена DAT с антисоциальным поведением, которое формируют антисоциальное ЛР с эгоцентричностью, а также нарушениями эмоционального круга со склонностью к неустойчивости настроения, аффективным расстройствам. Отчетливая тенденция наблюдается в высоком сочетании генотипа 4/4 гена DRD4 с пограничным ЛР и с его ведущими синдромами, в частности, с нарушением идентичности. Особого внимания заслуживает ассоциация этого генотипа со склонностью к суицидальному поведению. При гистрионическом и нарцисстическом ЛР генотип 4/4 гена DRD4 присутствует с высокой частотой при критериях, отвечающих за демонстративность поведения, истероидные реакции, паттерн грандиозности и отсутствие эмпатии, чувством, что «недостаточно ценимы», при пассивно-агрессивным ЛР, а также при обсессивно-компульсивном ЛР. Генотипа I/D гена HTT ассоциируется с основными симптомами зависимого ЛР и ЛР избегания, с симптомами гистрионического ЛР «поиск положительной оценки», «внезапное изменение поверхностных эмоций», обстоятельности ОКЛР. На основании вышеизложенного, можно предположить, что определенный генотип обуславливает развитие соответствующих функциональных особенностей, при которых возможно проявление ряда психопатологических феноменов.


^ Оценка вероятности развития личностных расстройств и их симптомов у носителей отдельных генотипов. С помощью многофакторного анализа методом логистической регрессии оценивали отношения шансов вероятности влияния исследуемых генотипов на риск у пациентов личностных расстройств, их симптомов и некоторых форм поведения.

К примеру, было выявлен, что у носителей с генотипом 9/10 гена DAT более, чем в пять раз, меньше отношение шансов иметь наследственность с наркологическими заболеваниями, (OR=0,18; p=0,018; CI: 0,04-0,75); более чем в пять раз гистрионическое ЛР, (OR=0,12; p=0,002; CI: 0,03-0,45); более чем в семь раз Пассивно-агрессивное ЛР, (OR=0,13; p=0,002; CI: 0,04-0,5); более чем в шесть симптом «Постоянный поиск и требование от окружающих положительной оценки» ГЛР, (OR=0,16; p=0,001; CI: 0,05-0,5); в шесть раз симптом «Реакция на критику чувствами ярости, стыда или унижения» НЛР, (OR=0,15; p=0,005; CI: 0,04-0,57); в четыре раза симптом «Перфекционизм мешает завершению какого-то задания, возникает привязанность к конечному результату с чрезвычайно жесткими стандартами и требованиями» ОКЛР, (OR=0,23; p=0,008; CI: 0,08-0,68); более чем в пять раз критерий «Нежелание вовлекаться в отношения с людьми, из-за страха отрицательной оценки себя другими, вследствие очень низкой самооценки» ЛРИ, (OR=0,18; p=0,013; CI: 0,04-0,7); в восемь раз критерий «В незаинтересованных видах деятельности часто совершают ошибки» ПАЛР, (OR=0,12; p=0,02; CI: 0,03-0,45); в 9 раз критерий «Саботируют попытки, старания других сделать что-то в производственном цикле» ПАЛР, (OR=0,11; p=0,003; CI: 0,02-0,47).

Еще пример: у пациентов генотип 10/12 гена HTT ассоциируется с реализацией в психическом статусе в пять раз более высоким риском симптома «Раздражительность и агрессивность с применением физической силы» АЛР, (OR=5,83; p=0,052; CI: 9,98-34,64), и низким шансом иметь пограничное ЛР, (OR=0,2; p=0,01; CI: 0,6-0,68); в четыре раза его симптом «Нарушение идентичности» (OR=0,23; p=0,005; CI: 0,9-0,64); более чем в пять «Ограниченное выражение аффекта. Внешние проявления эмоциональной стороны мало представлены» ОКЛР, (OR=0,18; p=0,001; CI: 0,64-0,51); в три раза симптом «Неспособность выбрасывать ненужные вещи с приписыванием последним сентиментального значения» ОКЛР, (OR=0,31; p=0,023; CI: 0,11-0,85).

Таким образом, оценивая отношение шансов вероятности развития личностных расстройств, наличия наследственности с наркологическими заболеваниями у наркотизирующихся с определенными генотипами, следует, что генотип 4/4 гена DRD4 ассоциируется с более высоким риском развития таких качеств, как отсутствие планирования своей жизни, развитием обстоятельности и торпидности, затягиванием решения проблем, склонности к ошибкам в работе, так же для пациентов с данным генотипом характерно беспомощность в самообслуживании, непереносимость одиночества. Генотип 4/3 гена DRD4 может ассоциироваться с развитием педантичности в работе, ранимости. Лица с генотипом 10/10 гена DAT имеют высокий шанс формирования антисоциального ЛР, нестабильных и интенсивных межличностных взаимоотношений, эгоцентричности, а также избегания выполнения различных обязанностей, неприятия советов для улучшения своей деятельности. Нет предрасположенности в эмоциональной сфере к ограниченности в эффектах, уплощенности. Генотип 9/10 гена DAT ассоциируется с диссоциативными симптомами. У пациентов с данным генотипом меньше шансов иметь наследственность, отягощенную наркологическими заболеваниями, снижается вероятность иметь гистрионическое ЛР и пассивно-агрессивное ЛР, есть вероятность иметь такие качества, как поиск положительной оценки от окружающих, реактивность на критику, обстоятельность, низкую самооценку, менее склонны к ошибкам при работе и саботажу. Генотип 10/12 гена HTT у пациентов может ассоциироваться с таким качествам как раздражительность и агрессивность, и снижением вероятности развития пограничного ЛР, нарушение идентичности, уплощенность в эмоциях, привязанность к вещам. Генотип 12/12 гена HTT ассоциируется с высокой вероятностью появления обсессивно-компульсивного ЛР, страхом перед трудностями. У носителей данного генотипа в большинстве случае не было наследственности с наркологическими заболеваниями, меньше шансов формирования пассивно-агрессивного ЛР, иметь проблемы в семейной жизни, потребности в восхищении, избегания обязанностей, склонности к саботажу, неадекватному критики авторитетов. У лиц с генотипом 10/10 гена HTT высока вероятность неадекватной эмоциональности с театральностью, нерешительностью, исполнении неприятных обязанностей для расположения других. Не характерно для этих лиц импульсивность в желаниях, а также педантичность. Генотипа I/I HTT ID ассоциируется с повышенной реактивностью на средовые ситуации, ощущением чувства пустоты, гистрионическим ЛР, ранимостью, склонностью к саботажу. Для лиц, носителей данного генотипа, не свойственна ошибочная убежденность, что они работают лучше, чем оценивают другие. Наркотизирующиеся генотипа I/D гена HTT ID имеют предрасположенность к совершению противоправных действий, гистрионическому ЛР, желание других заставить их работать, воспринимают как насилие, неадекватно воспринимают требования или просьбы к ним. Влияние комбинаций определенных генотипов на возможность развития личностных расстройств и их симптомов наркотическими средствами, пограничное ЛР, нестабильность в межличностных взаимоотношениях, концентрированность на своей внешности, театральность в эмоциях, эгоцентричность, чувство избранности, потребность в постоянном восхищении, завистливость, неадекватной критике.

^ Влияние комбинаций генотипов на возможность развития личностных расстройств и их симптомов. Возможность совместного влияния нескольких генотипов у пациентов на проявление в психическом статусе наркотизирующихся личностных расстройств и их симптомов рассчитывали методом логистической регрессии многофакторного анализа для определения отношения шансов.

Примером может служить то, что симптом «Ограниченное выражение аффекта. Внешние проявления эмоциональной стороны мало представлены» ОКЛР с меньшей вероятностью формируется у наркотизирующихся с генотипами 10/12 гена HTT и 10/10 гена DAT. Развитие пассивно-агрессивного ЛР менее вероятно у лиц с генотипами 12/12 гена HTT и 10/9 гена DAT и т.д.

В настоящее время доказывается генетический вклад в развитие психических расстройств II оси DSM. В области молекулярно-генетических исследований в психиатрии перспективным считается выявление конкретных генов, коррелируемых с психическим фенотипом (Livesley WJ., 2008). Существуют зарубежные публикации о связи личностных расстройств с рецепторами дофамина, так, английскими учеными ген дофаминового рецептора DRD2 рассматривается как ген-кандидат образований обсессий, компульсивного влечения к наркотикам, с нарушением прогнозирования неблагоприятных последствий (O'Sullivan S.S., Evans A.H., Lees A.J., 2009). Аллель A1гена DRD2 в TaqI полиморфизме в испанской популяции ассоциируется с предрасположенностью к употреблению ПАВ (алкоголя) и антисоциальным ЛР вследствие дофаминергической недостаточности и выраженного синдрома дефицита вознаграждения (Poncea G., Jimenez-Arrieroa M.A., Rubio G. et al., 2003). По данным новозеландских исследователей, двойные повторы в 3-экзоне гена DRD4 ассоциированы с ЛР избегания и с симптомами обсессивно-компульсивного ЛР (Walitza А., Scherag A., Renner T.J. et al., 2008). Генотип Т/Т гена DRD4 (521 С> Т полиморфизм) также связан с данными ЛР. Следует указать, что в русской популяции Западной Сибири мы также получили накопление гена DRD4 при обсессивно-компульсивном ЛР. Генотип Gly9/Gly9 полиморфизма Ser9Gly гена DRD3 возможно оказывает утяжеляющее действие клиническое течение ОКЛР (Joyce P.R., Rogersb G.R., Millerb A.L. et al., 2003). Предполагается связь полиморфизма генов DRD2 и переносчика дофамина DAT1 с агрессивным, криминальным поведением (Германия), причем рассматривается комбинация этих генотипов (Chen T.J., Blumcde K., Mathewsf D. et al., 2005). У обследуемых в нашей (русской) популяции присутствие генотипа 10/10 гена DAT также сочетается с импульсивным поведением. Короткие аллели VNTR-полиморфизма коррелируют 5-НТТ с низким уровнем серотонина и, соответственно, с импульсивностью, агрессией, эмоциональными нарушениями, склонности к суицидальности в структуре пограничного ЛР (Канада, Германия, Чили) (Koch W, Schaaff N, Pöpperl G. et al., 2007), и присутствуют с высокой частой у лиц с обсессивно-компульсивном ЛР (США) (Pereza M., Brownb J.S., Vrshek-Schallhornb S. et al., 2005). По нашим данным присутствие генотипа 10/10 гена НТТ ассоциируется и с наличием в психическом статусе зависимого ЛР и ЛР избегания. В целом результаты по ассоциациям рассматриваемых генов-кандидатов с личностными расстройствами особенно не отличаются от данных, полученных на других популяциях.

На основании результатов проведенного исследования, предполагаем, что, конституциональная индивидуальная генетическая особенность, выявленная у наших пациентов, может быть фоном предрасполагающим к развитию ряда психических и поведенческих нарушений, в том числе и криминальных. Также данной психопатологией, возможно, провоцируется влечение к употреблению наркотических средств, патогенетической основой которого является психоделический эффект наркотиков на фоне особенностей функционирования нейромедиаторной центральной нервной системы, опосредованной генетически. Следовательно, формирование наркомании может иметь генетическую основу. Генотип 4/4 гена DRD4 у наркотизирующихся может быть ассоциирован с нарушением идентичности, склонности к суицидальности, истероидным реакциям, с неадекватно завышенной самооценкой, беспомощностью в одиночестве, обстоятельностью, с симптомами пассивно-агрессивного растройства. Генотип 10/10 гена DAT может отвечать за антисоциальное поведение, эгоцентричность, эмоциональную аффективность. Генотип I/D гена HTT ассоциируется со склонностью совершать противоправные (криминальные) действия, неподчиняемостью, страхом одиночества. Для дальнейшего подтверждения полученных результатов считаем перспективным проведение генетических исследований в данном направлении в нашей популяции, тем более данные солидаризуются с результатами изучения ассоциаций психических расстройств с генами-кандидатами в других популяциях, несмотря на социальные и этнические различия.

  • * * *

Полученный нами в ходе исследования генетический и клинический материал, позволяет сделать вывод, что психические нарушения и склонность к употреблению психоактивных веществ с развитием зависимости от них взаимосвязаны и имеют общие патогенетические механизмы развития, т.к. формирование наркологического процесса происходит на фоне уже имеющихся психических расстройств. При этом психические нарушения имеют определенную структуру, характерную именно для наркотизирующихся лиц, причем независимо от возраста пациента и стадии употребления ПАВ. Данные психические расстройства в течении наркотизации претерпевают патоморфоз, который также имеет характерную закономерность. Как известно, структурные особенности ДНК генов определяют строение белка и соответственно его функционирование в организме. В нашем случае рассматривались гены-кадидаты нейромедиаторной системы и опиоидной рецепции, т.к. именно они кодируют белки, участвующие в нейромедиации в центральной нервной системе, и, соответственно, отвечающие за особенности ее функционирования как в норме, так и в патологическом состоянии. Возможно, эти генетические особенности нейромедиаторной системы у наших обследуемых проявляются в фенотипе симптомами психических расстройств, в том числе и поведенческих реакций (нарушения поведения), влечением употребить психоактивное вещество с развитием психической и физической зависимости.





Рисунок 2 - Патогенетическая взаимосвязь полиморфизма генов-кандидатов нейромедиаторной системы и психических и поведенческих расстройств

при наркотизации


Отчетливая связь криминогенности личности и наследственности с наркологическими заболеваниями у наркотизирующихся, может свидетельствовать об общем патогенезе развития влечения к ПАВ и криминального поведения. Предполагаем, что социальная среда имеет значение как фактор, определяющий доступность к наркотическому средству. В работе для контроля представлены результаты обследования лиц, в течении нескольких лет употребляющих психоактивные средства, в том числе и с высоким наркогенным действием, у которых при этом не были выявлены как зависимость от наркотических средств, так и психические нарушения (рис. 2).

На основании результатов проведенного исследования предполагаем, что генетические особенности, выявленные у наших пациентов, могут отвечать за патофизиологические изменения в функционировании и компенсаторных возможностях нейромедиаторной системы, и являются фоном, предрасполагающим к развитию ряда психических и поведенческих нарушений, в том числе и употреблению с развитием зависимости от психоактивных веществ.




Скачать 0,84 Mb.
оставить комментарий
страница5/6
Черепкова Елена Владимировна
Дата30.09.2011
Размер0,84 Mb.
ТипАвтореферат, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6
отлично
  2
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх