И. М. Сазонова спид чудовищный обман icon

И. М. Сазонова спид чудовищный обман


Смотрите также:
План мероприятий в рамках Всемирной кампании против спид и Всемирного дня профилактики спид в...
Приговор отменяется...
Семинар «современные вопросы этики в исследованиях в области вич/спид»...
План мероприятий в рамках Всемирной кампании против спид и Всемирного дня профилактики спид в...
И. М. Сазонова "вич-спид" виртуальный вирус или провокация века культурно-просветительский центр...
План мероприятий в рамках Всемирной кампании против спид и Всемирного дня профилактики спид в...
Отчет подготовлен и издан при технической и финансовой поддержке гранта Глобального Фонда по...
Профилактика вич/спид...
Классный час «спид смертельная угроза»...
Мошенничество со стороны кандидатов при поступлении на работу: виды, последствия, предупреждение...
Мошенничество со стороны кандидатов при поступлении на работу: виды, последствия, предупреждение...
Вич-активизм как стратегия выживания: исследование случая...



Загрузка...
страницы: 1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16
вернуться в начало
скачать

Почему Заки Ахмат,

^ Натан Джеффен

и Марк Хейвуд

хотят назначать АЗТ беременным африканским

женщинам и их младенцам?

Что дает АЗТ будущим

и недавно рожденным детям?


«АЗТ для беременных женщин».

Уличный плакат, рекламирующий лечебную кампанию


^ «ЯДОВИТО. (надпись на 6-ти языках) Ядовит при вдыхании, при контакте с кожей и при проглатывании. Органы-мишени (поражаемые органы): красный костный мозг. При несчастном случае или если Вы чувствуете себя нездоровым, немедленно ищите медицинскую помощь (покажите ярлык, где только возможно). Носите подходящую защитную одежду».

^ Ярлык на бутылках с 25 мг АЗТ,

поставляемых фирмой Sigma-Aldrich Chemie Gmbh

для исследовательских целей, имеющий оранжевую полосу

с изображением черепа и костей, чтобы показать потенциально смертельную ядовитую химическую опасность;

последняя версия несет также предупреждение о раке.


«Полученные нами данные поддерживают гипотезу о связи между митохондриальной дисфункцией новорожденных и детей и перинатальным профилактическим назначением аналогов нуклеозида. Восемь детей родились с сильно сниженным энергетическим метаболизмом и, соответственно, с мышечными и другими клеточными повреждениями, проявляющимися в поражении сердечной мышцы и общей мышечной слабости. Представлены пять детей, из которых двое умерли от отсроченных неврологических проявлений – обширного повреждения головного мозга в форме массивного коркового некроза, корковой слепоты, эпилепсии и спастической квадриплегии (паралича рук и ног. Прим. переводчика). Три ребенка были описаны как "бессимптомные", но имели серьезные биологические или неврологические отклонения. Четверо из детей были подвергнуты воздействию комбинацией АЗТ и подобным препаратом 3ТС [синоним: lamivudin (ламивудин). Прим. переводчика] в утробе матери и после рождения, и четверо – только одним АЗТ. Ни один из них не был ВИЧ-положительным. Дальнейшие исчерпывающие исследования Беррет и др. (Barret et al.) подтвердили гипотезу о связи между перинатальным воздействием АЗТ и тяжелым вредом для будущих и недавно рожденных младенцев (см. сообщение, цитируемое ниже)».

Бланше и др. (Blanche et al.) Lancet 354(9184): 1084-9 (1999)


«Проведено исчерпывающее исследование в большой группе [найдены дети, получавшие АЗТ и 3ТС (ламивудин)] необъяснимых симптомов, сходных с митохондриальной дисфункцией. В общей сложности 2644 из 4392 детей подвергались воздействию антиретровирусных препаратов. Все дети с "установленной" или "возможной" митохондриопатией, диагностированные в этом исследовании, подвергались воздействию антиретровирусными препаратами в пред- и постнатальный (дородовый и послеродовый. Прим. переводчика) периоды, а также во время беременности. Подтверждено, что использование антиретровирусных аналогов нуклеозида в перинатальный период связано с постоянной митохондриальной болезнью, риск которой приблизительно в 30 раз выше, чем в общей популяции. Несмотря на активный скрининг, не было найдено никаких похожих случаев в группе, не получавшей антиретровирусных препаратов. К 18 месяцам появляется отчетливый синдром с тремя главными особенностями: неврологические симптомы (преимущественно развивающаяся умственная отсталость, эпилепсия и поведенческие нарушения), существенные отклонения на ЯМР-томографии мозга (преимущественно повреждения белого вещества и ствола мозга) и часто, вне периода лечения, постоянная или преходящая гиперлактатемия. Сначала описанная как миопатия, связанная с зидовудином (АЗТ), проблема митохондриальной токсичности аналогов нуклеозида в настоящее время является растущей проблемой. Ее клиническое выражение является очень разнообразным – от периферической нейропатии до тяжелого молочного ацидоза».

Баррет и др. (Barret et al.) AIDS 17(12):1769-1785 (2003)


«Сообщалось о митохондриальной дисфункции у ВИЧ-отрицательных детей, перинатально (с 28-й недели внутриутробной жизни плода по 7-е сутки жизни новорожденного. Прим. переводчика) подвергнутых воздействию зидовудина (АЗТ), часто используемым у ВИЧ-положительных матерей во время беременности. Цель этого исследования состояла в том, чтобы оценить результаты, полученные при ЯМР-томографии мозга у ВИЧ-неинфицированных детей, подвергнутых воздействию зидовудина, у которых имеются необъяснимые неврологические симптомы. Изображения, наблюдаемые у детей с митохондриальной дисфункцией, вызванной антиретровирусными препаратами, были подобны изображениям, полученным при врожденных митохондриальных болезнях».

Тардье и др. (Tardieu et al.) American Journal of Neuroradiology 26(4):695-701 (2005)


«Воздействие АЗТ вызывает постоянное истощение mtДНК (митохондриальной ДНК) у младенцев, подвергнутых воздействию АЗТ в утробе. Поскольку опухоли, вызванные химикалиями, развиваются в течение 20–30 лет, существует возможность, что дети, подвергнутые воздействию, могут иметь повышенный риск развития рака, который появится в жизни позже. Результаты, представленные здесь, подчеркивают необходимость долгосрочного наблюдения за детьми ВИЧ-инфицированных матерей, которые получали предродовую ВААРТ (высокоактивную антиретровирусную терапию. Прим. переводчика)».

^ Poirer et al. Journal of the Acquired Immune Deficiency Syndrome 33(2):175-183 (2003)


«Вероятность развития тяжелой болезни в 3 года жизни была значительно выше у детей, рожденных матерями, получавшими АЗТ во время их беременности, чем у рожденных не получавшими лечение матерями. Та же самая особенность наблюдалась при тяжелом подавлении иммунной системы: вероятность развития такого подавления была значительно выше у детей, рожденных леченными АЗТ матерями, чем у рожденных не леченными матерями. Наконец, вероятность выживания была ниже среди детей, рожденных леченными АЗТ матерями, по сравнению с детьми, рожденными не лечеными матерями».

Де Мартино и др. (De Martino et al.) AIDS 13(8):927-33 (1999)


«Прием зидовудина (АЗТ) в пред- и перинатальный периоды связан с 1,8-кратным увеличением риска развития СПИДа или смерти после выверки одновременно всех переменных, связанных с прогрессией болезни. Ограничивая анализ детьми, рожденными после апреля 1994 года (дата публичного выпуска результатов ACTG 076), показано, что прием зидовудина был связан с 2,5-кратным увеличением риска прогрессии к СПИДу или смерти после выверки одновременно всех тех же самых переменных. Устойчивые улучшения в прогнозе ВИЧ-инфицированных детей, не подвергавшихся воздействию зидовудина, наблюдались в каждой группе рожденных, но инфицированные дети, подвергавшиеся воздействию зидовудина, отстали в развитии от своего возраста. Наши результаты совместимы с недавними результатами Итальянского регистра по ВИЧ-инфекции у детей [сообщено Де Мартино, что процитировано выше]».

Кун и др. (Kuhn et al.) Journal of Infectious Diseases 182 (1):104-11 (2000)

«В этом ретроспективном исследовании риск RPD [быстрого прогрессирования болезни] был в 5–6 раз выше среди младенцев, рожденных леченными АЗТ матерями, по сравнению с детьми, рожденными матерями, не получавшими лечение. RPD в три раза более вероятно произошло бы у младенцев, рожденных леченными АЗТ матерями, по сравнению с полученными данными у нелеченых матерей».

Де Суза и др. (De Souza et al.) AIDS 24(2):1 54-61 (2000)


«Детенышам обезьян [Macaca nemestrina monkey], подвергнутым воздействию АЗТ, потребовалось в три раза больше времени (6) по сравнению с контролем (2) для распознавания черного и белого. Послеродовое увеличение веса было значительно ниже у детенышей, подвергнутых воздействию АЗТ. После того, как было начато лечение АЗТ, у животных значительно снизился гемоглобин и оставался низким до конца исследования. Гематологические токсикозы, о которых сообщалось, совпадали с токсикозами, отмеченными у людей, принимавших АЗТ ежедневно в дозе 500 мг».

Хо и др. (Ha et al.) Journal of Acquired Immune Deficiency Syndromes

and Human Retrovirology: 154-7 (1994)


«У животных [Macaca nemestrina monkeys], получавших АЗТ во время беременности, развилась бессимптомная макроцитарная анемия, но после прекращения приема АЗТ гематологические параметры возвратились к норме. Общее количество лейкоцитов под воздействием АЗТ уменьшалось во время беременности и после нее. АЗТ вызвал дефициты роста, нарушение корешкового рефлекса [собирание губ в сборку у младенцев вызывается трением или царапанием около рта. Прим. переводчика] и рефлекса поджатия или надувания губ [встречается при дефектной пирамидной иннервации лицевой мускулатуры. Прим. переводчика], а также способности фиксировать и следить взглядом за близкими стимуляторами».

Хо и др. (Ha et al.) Journal of Acquired Immune Deficiency Syndromes

and Human Retrovirology: 18(1):27-38 (1998)


«Изучаемая группа включала 92 ВИЧ-1-инфицированных и 439 неинфицированных детей. В нашей группе антиретровирусная терапия (непротеазным ингибитором) была независимо связана с FTT [недостаточным развитием]. В частности, зидовудин (АЗТ) изменяет митохондриальный метаболизм и может иметь прямые пищевые эффекты».

Миллер и др. (Miller TL et al.) Pediatrics 108(6): 1287-96 (2001)


«Антиретровирусные препараты (АРВ) для профилактики передачи ВИЧ от матери к ребенку приводят к снижению гематологических параметров во время воздействия и вскоре после него. Недавно полученные данные говорят о более длительном угнетении, по крайней мере, до 18 месяцев [то есть АРВ-препараты, данные беременным женщинам, вызывают постоянное подавление костного мозга, уменьшая производство клеток крови]. У неинфицированных детей воздействие АЗТ, которое давалось перед рождением, вызывало уменьшение количества нейтрофилов, по крайней мере, до 8-летнего возраста. Заключение: значительно более длительный эффект от воздействия АЗТ выявлен у неинфицированных детей, чем у тех, кто принимал препарат профилактически».

^ Совместное европейское изучение (European Collaborative Study),

AIDS 18(15):2009-17 (2004)


«В главном обзоре данных, собранных между 1986 г. и апрелем 2004 г., было обнаружено, что препараты против СПИДа типа АЗТ вызывали существенно увеличенный риск резкого сокращения беременности [т. е. опасной критической преждевременности] вместе с очень высоким уровнем младенческой смертности».

Торне и др. (Thorne et al.) AIDS 18(17):2337-2339 (2004)


«Согласно французскому исследованию [Десфре и др. (Desfrere et al.)], опубликованному в выпуске издания «СПИД» 23-го сентября 2005 года [AIDS 19:1487-1493], у младенцев ВИЧ-положительных матерей, рожденных преждевременно, наиболее вероятно развитие редкого, но потенциально смертельного заболевания кишечника. При ретроспективном изучении исследователи нашли, что наличие ВИЧ-положительной матери было независимым фактором риска для развития некротического энтероколита у младенцев, рожденных перед 37-ой неделей беременности. Исследователи предполагают, что возможной причиной этого является митохондриальная токсичность, вызванная применением АЗТ для профилактики передачи ВИЧ от матери к ребенку. Некротический энтероколит – желудочно-кишечная болезнь, которая может затронуть младенцев, рожденных преждевременно, и привести к разрушению кишки. Из 30 000 младенцев, рожденных как «единица исследования», 4009 были рождены преждевременно. В общей сложности у 79 (2 %) из этих преждевременно рожденных младенцев развивался некротический энтероколит. Случаи некротического энтероколита были у 2 % (72/3931) преждевременно рожденных младенцев ВИЧ-отрицательных матерей, и 9 % (7/78) – у преждевременно рожденных младенцев ВИЧ-положительных матерей. Ни один из этих семи младенцев, рожденных ВИЧ-положительными матерями, не был заражен ВИЧ. Все семь младенцев с некротическим энтероколитом и одна ВИЧ-положительная мать получили дозы АЗТ с целью профилактики передачи ВИЧ от матери к ребенку. Шесть из этих семи матерей также принимали анти-ВИЧ терапию: у двух это состояло из монотерапии препаратом АЗТ, другие четыре женщины принимали комбинацию из трех препаратов (АЗТ или ddl с ламивудином и ингибитор протеазы)».

Мишель Картер (Michael Carter), AIDSmap News, 7 September 2005


«Согласно результатам европейского исследования, изучающего эффекты антиретровирусной терапии (АРТ) на рост неинфицированных детей до возраста 18 месяцев [европейское совместное исследование, JAIDS 40 (3):364-370 (2005)], дети, рожденные ВИЧ-положительными женщинами, которые принимали антиретровирусную терапию (АРТ) во время беременности, обладают значительно меньшим ростом, весом и окружностью головы по сравнению с детьми, рожденными ВИЧ-положительными женщинами, не получавшими АРТ или получавшими монотерапию».

Эдвин Бернард (Edwin Bernard), AIDSmap News, 3 November 2005


«В двух новых исследованиях на животных [Уолкер и др. (Walker et al), и Хонг и др. (Hong et al.)] изучались канцерогенные эффекты трансплацентарного воздействия АЗТ на мышей и крыс. Нашли повышенные уровни опухолей и опухолей с генными изменениями, которые часто встречаются у людей, больных раком. Кроме того, два изучения на людях [Эскобар и др. (Escobar et al.) и Витт и др. (Wittt et al.)] являются первыми, в которых наблюдали индукцию мутаций и крупномасштабное хромосомное повреждение в клетках красной крови новорожденных, подвергнутых воздействию NRTIs [нуклеозидные аналоги ингибиторов обратной транскриптазы] в матке. Эти и другие исследования были изданы в апреле 2007 года в специальном выпуске «Экологические и молекулярные мутагенезы» (Environmental and Molecular Mutagenesis), который изучает последнее исследование относительно повреждения ДНК и потенциальных рисков для здоровья, связанных с использованием NRTIs. Помимо эффектов NRTIs на ядерную ДНК и риска возникновения рака, этот выпуск также содержит недавно полученные данные о токсичности этих лекарств для митохондриальной ДНК».

^ Science Daily, 7 April 2007


Приложение


В статье «Стойкая митохондриальная дисфункция и перинатальное воздействие антиретровирусными нуклеозидными аналогами» (Persistent mitochondrial dysfunction and perinatal exposure to antiretroviral nucleoside analogues), Lancet 1999 Sep 25;354(9184):1084-9 Бланше и др. (Blanche et al.) описывают восемь детей, получивших тяжелый вред (двое из них – смертельный) от АЗТ, воздействию которым они подвергались в утробе матери и после рождения.

Заметьте, что все случаи повреждения от вреда, вызванного приемом АЗТ во время беременности и после рождения, не были сразу очевидны, а стали проявляться только несколько месяцев спустя.

Общее между всеми исследователями и процитированными выше – то, что исследователи не рассматривают и не сообщают о вероятности широко распространенного субклинического, недиагностируемого постоянного неврологического и ментально/психологического ухудшения, являющегося результатом воздействия АЗТ в утробе матери и после рождения.


«Первый пациент в возрасте 4,5 месяцев представлен с визуальным ухудшением. Обследование мозга ядерно-магнитным резонансом (ЯМР) показало первоначально (в возрасте 5 месяцев) демиелинизирующие повреждения стволовой части мозга, которые стали более тяжелыми и вторично связывались (в 11 месяцев) с cустенториальными (поддерживающими) повреждениями. От 4,5 месяцев до 11 месяцев рост был аномальным, и связывалось это с рвотой. Не имелось никаких отклонений в важных ферментах печени, поджелудочной железы и мышц, а также гематологических отклонений, но концентрации лактата крови и цереброспинальной жидкости были высокие (2•5 mmol/L [норма < 1•5 mmol/L] и 4•5 mmol/L [< 2•0 mmol/L], соответственно. Ребенок умер в 13 месяцев из-за нарушения дыхания и расстройства сердечного ритма. Признаки были сходны с синдромом Ли [Leigh’s syndrome – наследственная энцефаломиелопатия. Прим. переводчика], митохондриальные исследования были сделаны в возрасте 12 месяцев».


«Второй пациент с 4-месячного возраста до смерти, наступившей в 11 месяцев, страдал упорной эпилепсией и ухудшением познавательных и психомоторных способностей. Исследование мозга показало диффузные демиелинизирующие повреждения, связанные с массивным корковым некрозом. Не имелось никаких отклонений в тканях печени, поджелудочной железы, мышц или гематологических маркеров. Концентрация лактата крови была высокой (2,5 mmol/L), но лактат цереброспинальной жидкости был нормален. Несколько нарушений были исключены из-за нормальных результатов, полученных из следующих диагностических процедур: органико-кислотная хроматография (моча), аминокислотная хроматография (сыворотка, моча, цереброспинальная жидкость), холестерин сыворотки, триглицериды, витамины А и E, активность пируватдегидрогеназы в лимфоцитах, окисление жирной кислоты и активность биотинидазы (лимфоциты), длинноцепные жирные кислоты (сыворотка), лизосомальные ферменты (галактозидаза, галактосилцерамидаза, арилсульфатаза А, маннозидаза, GM1 и GM ганглиозиды), медь и церулоплазмин (сыворотка), и выделение олигосахарида (моча). Эти симптомы были сходны с синдромом Олперса [ALPERS-синдром – диффузная прогрессирующая дегенерация коры больших полушарий. Прим. переводчика] и привели к митохондриальным исследованиям между возрастами 5 и 7 месяцев».


«В возрасте 8 месяцев, во время лихорадочного эпизода, третий пациент имел эпилептические приступы и, как считалось, гипотонию. В возрасте 15 месяцев у ребенка появились симптомы гипокинетической гипертрофической кардиомиопатии. Кровь, концентрации печеночных и панкреатических ферментов были нормальными, но ребенок имел нейтропению 0,931 09/L [норма > 1,531 09/L), высокую концентрацию мышечной креатинфосфокиназы в крови (350 IU/L [< 250 IU/L]) и постоянно высокие концентрации лактата крови (4mmol/L), хотя лактат цереброспинальной жидкости был нормален. Биопсия эндомиокарда показала интрацитоплазматическую вакуолизацию в миоцитах, но без воспаления. Кардиомиопатия прогрессивно улучшилась, а признаки периферийной миопатии были замечены в возрасте 2,5 лет. В возрасте 4-х лет сердечная функция ребенка была нормальной, но умеренный мышечный дефицит оставался; концентрации лактата и мышечной креатинфосфокиназы в крови остались высокими. Электроретинография показала изменения на зрительной сетчатке и периферические изменения. ЯМР-исследование мозга было нормальным».


«У четвертого пациента раннее развитие было нормальным. Между возрастами 14 и 27 месяцев ребенок имел четыре эпизода фебрильных судорог. Неврологическая оценка в возрасте 27 месяцев показала умеренную спастическую диплегию. Гематологические и биохимические результаты, включая концентрации лактата в крови и цереброспинальной жидкости, были нормальными. ЯМР-исследование мозга показало умеренно повышенный сигнал белого вещества в T2-взвешенных изображениях без данных за некроз».

«В возрасте с 7 до 15 месяцев у пятого пациента были повторяющиеся эпилептические припадки. Познавательное развитие и неврологические оценки между эпизодами были нормальными до 15 месяцев. У ребенка за 4 часа развился эпилептический статус, который привел к тяжелой неврологической дисфункции с корковой слепотой и спастическим тетрапарезом. Биологические тесты в 15 месяцев показали только высокие концентрации печеночных ферментов в крови (аспартат – и аланин-аминотрансферазы 200 IU/L [< 40 IU/L]), которые прогрессивно возвратились к норме. Концентрации лактата в крови и цереброспинальной жидкости были измерены только во время митохондриальной оценки и не были ретроспективно доступны. ЯМР-исследование в возрасте 16 месяцев показало большие некротические повреждения белого вещества и коркового серого вещества. В возрасте 3,5 лет ребенок имел тяжелые последствия и микроцефалию».


«У шестого пациента до 14 месяцев не было симптомов, но стойкие биохимические отклонения были замечены при последующем стандартном эпидемиологическом обследовании (которое включало исследование лактата). Ребенок имел высокие концентрации лактата крови (4 mmol/L), печеночной аспартат-аминотрансферазы (50 IU/L) и панкреатической липазы (200 IU/L [< 150 IU/L]) начиная с рождения, которые сохранились до 14 месяцев. Лактат цереброспинальной жидкости был нормален. Эти биологические отклонения привели к специфическому митохондриальному исследованию, включая ЯМР-исследование мозга, показавшее замедленную миелинизацию, которая является трудной для интерпретации в этом возрасте».


«У седьмого пациента не было симптомов до 4-х месяцев, а с этого времени он стал гипотоническим с остановкой дыхания. Ребенок восстановил нормальное дыхание и сознание после возвращения к жизни без очевидных последствий. У него не было никаких биологических отклонений во время последующего стандартного биологического наблюдения, но концентрации лактата крови (обычно производили пробу в одном учреждении) были постоянно высокими (> 4 mmol/L) от первого исследования в 4 недели до 7 месяцев. ЯМР-исследование мозга было нормальным. Синдромы попадания вблизи цели и лактатемия подтвердили митохондриальные исследования».


«У восьмого ребенка симптомов не было. Стойкие печеночные и панкреатические отклонения (аланин-аминотрансфераза 80 IU/L и липаза 180 IU/L) были замечены при рождении в стандартном предполагаемом биологическом обследовании. Концентрации лактата в крови, а также и в цереброспинальной жидкости, которые систематически добавлялись к обычному скринингу в учреждении, были нормальными. В возрасте 20 месяцев биологические отклонения сохранились неизменными. Поэтому было проведено специфическое митохондриальное исследование, включая электроретинографию, которая была аномальной, и ЯМР-исследование мозга, показавшее отклонения в перивентрикулярном белом веществе».


«Ни один из детей не был инфицирован ВИЧ-1 и все были ВИЧ-1 серонегативными в возрасте 15 месяцев или до возраста смерти – у первого и второго пациентов. У всех детей повторные испытания на ВИЧ-1 PCR [полимеразной цепной реакцией. Прим. переводчика] и культивированием были отрицательны».


^ СТОИТ ОТМЕТИТЬ


Для всестороннего обзора медицинской и научной литературы по исследованию эмбриональной и неонатальной [относящейся к новорожденному. Прим. переводчика] токсичности АЗТ и подобных ему нуклеозидных аналогов и для критического обсуждения рекомендаций ВОЗ, ЮНЭЙДС, ЮНИСЕФ и американского центра контроля за заболеваниями относительно использования этих лекарств при беременности смотрите «Отравление наших детей: АЗТ при беременности» (Poisoning our Children: AZT in Pregnancy) адвоката Бринка – онлайн в колонке «Быстрые связи» («Quick links») на www.tig.org.za.

Даже после сообщения о вреде, который причиняет АЗТ детям, подвергшимся его воздействию в утробе, многие исследователи продолжают поддерживать использование таких лекарств при беременности на основании того, что они предотвращают передачу ВИЧ от матери к ребенку и таким образом сохраняют жизни. Фактически нет свидетельства, подтверждающего мнение, что дети, рожденные ВИЧ-положительными матерями, принимавшими АЗТ (и/или другие АРВ-препараты) живут, тогда как дети, рожденные нелечеными матерями, серьезно заболеют и умрут; напротив, как демонстрируют полученные данные, процитированные выше, имеет место обратное.

АРВ-препараты типа АЗТ предотвращают передачу ВИЧ от матери к ребенку? Это исследовано и разоблачено Пападопулос-Элеопулос и др. (Papadopulos-Eleopulos et al.) в обширном анализе «Передача ВИЧ от матери к ребенку и ее предотвращение с АЗТ и невирапином: критический анализ доказательства» (монография, 2001) (Mother to Child Transmission of HIV and its Prevention with AZT and Nevirapine: A Critical Analysis of the Evidence, monograph, 2001) – также онлайн в «Быстрых связях» на вебсайте TIG.

Призыв TAC [Кампания лечебной деятельности – Treatment Action Campaign. ^ Прим. переводчика] назначать АЗТ и подобные ему лекарства беременным африканским женщинам и их новорожденным младенцам в Южной Африке был поддержан профессором экономики Кейптаунского Университета Николи Наттрассом (Nicoli Nattrass), редактором Mail&Guardian Фериалом Хаффаджи (Ferial Haffajee), подкрепленным поддержкой управляющего правлением газеты и Кэрри Каллинаном (Kerry Cullinan), редактором Здоровья (Health-e) – информационной службы, продвигающей лекарство против СПИДа.

Причина общего невежества в Южной Африке относительно вреда, который наносит АЗТ будущим и недавно рожденным детям, в том, что распространение информации в коммерческих СМИ было запрещено. 22 ноября 2004 года Информационная группа по лечению (TIG – Treatment Information Group) суммировала вышеназванные полученные данные исследований в статье в Mail&Guardian: «Многочисленные исследования показали, что дети, подвергнутые воздействию АЗТ в утробе матери, страдают повреждением головного мозга, неврологическими нарушениями, параличом, спастикой, задержкой умственного развития, эпилепсией и другими серьезными болезнями, а также рано умирают», с предварительным примечанием: «сотни исследований обнаружили, что АЗТ глубоко ядовит для всех клеток человеческого тела и особенно для нашей иммунной системы». Оскорбленная общественная реакция на появление этих публикаций вынудила редактора M&G Хаффаджи принести извинения и опубликовать их, и обещать читателям никогда впредь не делать такого. 9 марта 2005 года, после жалобы ТАС (Кампании лечебной деятельности. Прим. переводчика), the Advertising Standards Authority объявила вне закона и запретила «оскорбляющие» заявления; следовательно, они не могут быть ни повторены в СМИ, ни приниматься для воспроизводства любой печатающей фирмой в Южной Африке.

28 октября 2005 года председатель Совета по контролю за лекарствами (Medicines Control Council – MCC) профессор Питер Иглз (Peter Eagles) написал, что МСС безразлично отнесся к научно-исследовательским работам относительно эмбриональной и неонатальной токсичности АЗТ, к которым привлек его внимание TIG. Он сказал, что в июле за год до этого МСС выполнял свою рекомендацию давать лекарство беременным африканским женщинам и их новорожденным младенцам (см. переписку в «Отравлении наших детей: АЗТ при беременности» – «Poisoning our Children: AZT in Pregnancy»). Безразличие МСС к этим сообщениям, вероятно, можно объяснить тем фактом, что его члены являются преобладающе белыми и индейцами.


«ТАС всегда с большой честностью пробовал понять медицинскую науку. И есть что-то, с чем всегда боролись все жители Южной Африки. Мы с научной точки зрения неграмотны».

^ Жалоба в Международный Гаагский Трибунал

на совершение геноцида Абдурразак Ахматом


Жалоба подана в Международный уголовный суд

адвокатом Верховного суда Южной Африки

Энтони Бринком (Anthony Brink)


Прокурору Луису Морено-Окампо (Luis Moreno-Ocampo)

Международный уголовный суд

Maanweg 174

2516 AB Den Haag/The Hague

The Netherlands (Гаага Нидерланды)


Обвиняемый

Обвиняемым субъектом этой уголовной жалобы является Абдурразак Ахмат (Abdurrazack Achmat), в дальнейшем Ахмат, известный своим поклонникам под его уменьшительным именем «Заки» («Zackie»). Это 44-летний мужчина, который осуществляет свой бизнес по адресу 10 Main Road, Muizenberg, Cape Town, South Africa (Кейптаун, Южная Африка).


Обвинение

Ахмат виновен в геноциде – самом тяжелом преступлении среди «самых тяжелых преступлений, вызывающих беспокойство международного сообщества в целом», соответственно статье 5.1.a Римского Устава Международного уголовного суда.

Согласно статье 6, «геноцид» означает любое из следующих действий, совершенных с намерением разрушить, полностью или частично, национальную, этническую, расовую или религиозную группу, а также:

– убийство членов группы;

– причинение тяжелого физического или психического вреда членам группы.


^ Подсудные факты

Южная Африка («государственная сторона») – субъект Римского Устава. Ахмат – южноафриканский подданный. Ахмат совершил свое преступление на территории государственной стороны. Нет никакого общего права или установленного законом условия для судебного преследования геноцида государственной стороной, вследствие этого преступление Ахмата не может преследоваться по суду национальной властью. И хотя Ахмат совершил свое преступление до 1 июля 2002 года – даты, с которой вступил в силу Римский Устав, он продолжал активно совершать его, начиная с этой даты. Таким образом, он подлежит судебному преследованию Международным уголовным судом.


^ Подробные сведения обвинения


Ахмат руководит Кампанией лечебной деятельности (Treatment Action Campaign, в дальнейшем TAC), профессиональной группой лобби, которую он основал в Южной Африке, чтобы от имени многонациональной фармацевтической промышленности продвигать и продавать патентованные химикалии, так называемые антиретровирусные препараты (АРВ-препараты) для лечения СПИДа.

Несмотря на то, что TAC критикует фармацевтическую промышленность по оценке АРВ-препаратов (таким образом блестяще полируя свою коммерческую репутацию) и создает видимость того, что она материально независима от фармацевтической промышленности (но сотрудничает с организациями, открыто финансируемыми ею), все практические действия TAC в Южной Африке характеризуют компанию как агента по продаже фармпрепаратов.

Несмотря на номинальные должности внутри TAC, формально занятые дюжиной оплачиваемых служащих в провинциальных офисах и небольших филиалах по всей Южной Африке, печально известно, что Ахмат полностью владеет организацией, направляет ее действия и развертывает их как личный руководитель, следовательно, лично виновен в преступных действиях.

Начиная со своего основания в 1998 году, TAC участвует в интенсивной политической кампании против демократического правительства Южной Африки, чтобы вынудить его вступить в торговые соглашения с фармацевтической промышленностью для закупки АРВ-препаратов и обеспечения ими общественных больниц и клиник для назначения этих препаратов бедным, преимущественно африканцам (чернокожим).

Этот проект TAC был полностью успешным. В интервью Mail Guardian 30 ноября 2006 г. Ахмат утверждал, что «бесспорно, нашим самым большим успехом является то, что мы заставили правительство принять план лечения. Наш второй самый большой успех: выигранный в суде случай предупреждения передачи вируса от матери к ребенку». Ссылка Ахмата на его «самый большой успех» – это капитуляция южноафриканского правительства 17 апреля 2002 г., выполнение требования о внедрении АРВ-препаратов в систему здравоохранения.

Второй «самый большой успех» Ахмата обусловлен ложной и неполной информацией, представленной суду. Судебное решение от 14 декабря 2001 г. вынудило южно-африканское правительство обеспечивать невирапином (nevirapine), ядовитым АРВ-препаратом, ВИЧ-положительных женщин при родах и их новорожденных младенцев (почти все африканцы) в общественных больницах.

Утверждение Ахмата, что он «заставил правительство принять его требование» о выделении миллиардов рэндов на покупку у фармацевтической промышленности АРВ-препаратов, и снабжении ими системы здравоохранения, подразумевает, что он вызвал это изменение политики южноафриканского правительства против желания последнего и, самое главное, по решению суда. В действительности же рассматриваемое изменение политики было результатом политического давления, возглавленного и организованного Ахматом. По собственной версии Ахмата, внедрение АРВ-препаратов в систему здравоохранения Южной Африки – его личное достижение. За последствия (они будут детализированы ниже), возникшие у жертв после применения этих лекарств, он несет полную уголовную ответственность.

Препаратом, в отношении которого Ахмат начал публично проводить кампанию в 1998 году и за который он продолжает бороться, является АЗТ (зидовудин). Тогда препарат имел патент GlaxoWellcome (срок действия истек в 2005 г.), но все еще продается компанией (теперь GlaxoSmithKline) под фирменным знаком «Retrovir».

Фирма GlaxoWellcome тогда занималась мощным маркетингом, чтобы продать недавно избранному первому демократическому правительству Южной Африки АЗТ для назначения ВИЧ-положительным беременным женщинам. Цель кампании состояла в том, чтобы произвести новый препарат, заменив АЗТ, для предотвращения так называемой передачи ВИЧ от матери к ребенку. Это случилось после того, как АЗТ потерпел полный провал в лечении СПИДа. Самый большой и лучший клинический суд над препаратом был проведен европейским испытанием Конкорд. Южная Африка была выбрана мишенью как подходящие, уязвимые стратегические ворота для рынка коммерческого нападения на развивающийся мир.

Главная тактика маркетинга GlaxoWellcome заключалась в хорошо рекламируемых частых ценовых дисконтных предложениях, возрастающих в течение долгого времени, и усилении морального и политического давления на южно-африканское правительство для принятия ходатайства фирмы о торговле. Ахмат присоединился к GlaxoWellcome в требовании выделении правительством миллиардов рэндов на закупку АЗТ с целью его назначения ВИЧ-положительным беременным женщинам и ВИЧ-положительным людям вообще.

Спустя приблизительно год после начатой Ахматом публичной агитации за назначение АЗТ беременным женщинам в Южной Африке – из них, фактически, все африканки – президент Табо Мбеки публично привлек внимание к тому факту, что препарат, по поводу которого Ахмат давил на правительство, является, фактически, опасным ядом. Обращаясь к Парламенту 28 октября 1999 г., он заявил: «Заинтересованные в решении проблемы СПИДа в Южной Африке, многие в нашей стране обратились к правительству с просьбой сделать препарат АЗТ доступным в нашей системе здравоохранения. <...> Однако... существует большой объем научной литературы, утверждающей, между прочим, что токсичность этого препарата такова, что он фактически является опасным для здоровья. Это вызывает большое беспокойство правительства, поскольку было бы безответственным для нас не учесть страшные предупреждения, которые сделали медицинские исследователи».

В тот же самый день, когда президент Мбеки с тревогой предупредил население Южной Африки о серьезной опасности АЗТ для здоровья, южно-африканское Агентство печати (SAPA) телеграфировало, что Министр здравоохранения доктор Мантомбазэйн Тшабалала-Мсиманг (Dr. Mantombazane Tshabalala-Msimang) подтвердила репортерам, что действительно существует «масса научных исследований и информации, показавшей, что АЗТ является опасным лекарством и не был предназначен для лечения ВИЧ/СПИДа. Когда это лекарство начинает работать в организме, оно еще более ослабляет иммунную систему. Есть также опасность, что... матери, принимающие препарат, могут родить детей с отклонениями».

Тшабалала-Мсиманг сказала, что ее министерство не хотело бы через десять или пятнадцать лет оглянуться назад и обнаружить, что большинство исторически бедных людей в Южной Африке были подвергнуты воздействию опасного лекарства.

Две недели спустя, 16 ноября, доктор Тшабалала-Мсиманг снова подтвердила, на сей раз официальным заявлением в Парламенте, что «АЗТ – препарат, который был разработан для химиотерапии больных раком. Однако он никогда не использовался у больных раком, потому что был расценен как слишком ядовитый. Исследования ясно показали, что крысы, которые были подвергнуты воздействию АЗТ [вводили в матку во время беременности], заболевали влагалищным раком. Существуют другие токсикологические данные относительно АЗТ, включая повреждение нервов, мышц и костного мозга. Все эти данные должны быть очень тщательно оценены. Как министр здравоохранения я ответственна за то, чтобы гарантировать жителям Южной Африки получение соответствующего и доступного здравоохранения. Эта ответственность распространяется и на гарантии того, что никакое медицинское вмешательство не будет иметь долгосрочного отрицательного воздействия на людей».

Кстати, «страшные предупреждения, которые сделали медицинские исследователи», как выразился президент Мбеки, в «большой массе научных исследований и информации, указывающих, что АЗТ - опасные лекарство», и сообщения доктора Тшабалала-Мсиманг сделаны в октябре-ноябре 1999 г., когда было уже издано достаточно медицинской и научной литературы в поддержку срочной необходимости разработать для СПИД-пациентов средство, заменяющее ядовитое вещество АЗТ, о чем еще в 1991 г. заявили Хаякоу (Hayakawa) и др. в «Biochemical and Biophysical Research Communications» (176:87-93).

В 1994 году Лендеркинг и др. (Lenderking et al.) сообщили в Новом английском медицинском журнале (New England Journal of Medicine 330 (11):738-43), что даже самая низкая ежедневная доза 500 mg, все еще рекомендуемая GlaxoSmithKline во вкладыше к препарату АЗТ, является настолько ядовитой, что «тяжелые побочные эффекты, в некоторых случаях вплоть до угрозы жизни, обнаруживались даже у бессимптомных пациентов».

В следующем году в журнале «Естественная медицина» (Nature Medicine 5: 417–22) Левис (Lewis) и Далакас (Dalakas) объяснили причину: «Сами по себе антиретровирусные аналоги нуклеозида типа АЗТ, как и все лекарства, имеют побочные эффекты. Временами преобладают тяжелые митохондриальные токсические побочные эффекты, особенно часто повреждается система крови, мышцы, сердце, печень и периферические нервы. Митохондрии – электростанции энергии во всех клетках тела. Разрушая их или прекращая их функционирование, АЗТ и подобные АРВ-препараты убивают или серьезно повреждают кровь, мышцы, сердце, печень и нервные клетки».

То, что аналоги нуклеозида типа АЗТ чрезвычайно ядовиты, впоследствии вновь было отмечено в Бюллетене вредных лекарственных реакций (Adverse Drug Reaction Bulletin, № 178): «Антиретровирусными препаратами, в настоящее время лицензируемыми в Великобритании, являются зидовудин (azidothymidine) [АЗТ], зальцитабин (zalcitabine, ddC) и диданозин (didanosine, ddI)… Все очень ядовиты. Любой из этих трех препаратов может вызвать подавление элементов костного мозга, а также периферическую нейропатию».

Фактически АЗТ настолько ядовит, что поставляющая химическая компания Sigma-Aldrich Chemie Gmbh в соответствии с международными индустриальными соглашениями для маркировки ядов маркирует пузырек, содержащий 25 mg препарата для лабораторного исследования, изображением черепа и костей с широкой оранжевой полосой, чтобы показать потенциально смертельную ядовитую химическую опасность после случайного попадания. Предупреждение написано на шести языках: «ЯД. Ядовито при вдыхании, при контакте с кожей и при глотании. Органы-мишени: красный костный мозг. В случае несчастного случая или если Вы чувствуете себя больным, немедленно ищите медицинскую помощь (покажите этот ярлык, где только возможно). Носите подходящую защитную одежду». С учетом опубликованных результатов исследований в этом отношении, последняя версия ярлыка Sigma-Aldrich несет также предупреждение, что случайный контакт или прием внутрь АЗТ могут вызвать рак.

За несколько месяцев до президента Мбеки и предупреждений доктора Тшабалала-Мсиманги в Парламенте о токсичности АЗТ, Пападопулос-Элеопулос (Papadopulos-Eleopulos) вслед за Хаякоу (Hayakawa) также заявили о том, что АЗТ должен быть срочно отменен как препарат для лечения СПИДа из-за наличия у него «широко распространенной, тяжелой токсичности» через «множество биохимических механизмов». Заключение их обширного обзора «Критический анализ фармакологии АЗТ и его использование при СПИДе» («A Critical Analysis of the Pharmacology of AZT and its Use in AIDS»), изданного в мае 1999 года в специальном приложении к престижному академическому медицинскому журналу «Текущее медицинское исследование и мнение» (Current Medical Research and Opinion 15), непосредственно поддержано президентом Мбеки и доктором Тшабалала-Мсиманги несколько месяцев спустя: «АЗТ подвергся клиническим испытаниям и был введен как специфический антиВИЧ-препарат, так как за многие годы до этого были какие-то данные, доказывающие, что клетки пациентов способны к трифосфорилированию исходного уровня к уровню, который рассматривают достаточным для его предполагаемого фармакологического действия. Хотя уже в 1991 г. опубликованы данные, что никакого такого фосфорилирования нет, и, таким образом, АЗТ не может обладать антиВИЧ эффектом. Научная литература действительно объясняет множество биохимических механизмов, которые подтверждают вероятность широко распространенной тяжелой токсичности от использования этого препарата… Основываясь на всех этих данных, трудно, если не невозможно, объяснить, почему АЗТ был введен и все еще остается наиболее широко рекомендованным и используемым антиВИЧ-препаратом. Длительное применение у ВИЧ-положительных или у пациентов со СПИДом АЗТ как единственного препарата или в комбинации требует срочного пересмотра».

За несколько недель до заявления президента Мбеки в Парламенте, Бринкмэн (Brinkman) и др. подчеркнули в журнале «Ланцет» (Lancet 354 (9184): 1112–5), что «лекарства класса АЗТ намного более ядовиты, чем мы думали ранее... Слой жировых клеток, расположенных непосредственно под кожей, истощается… загруженность митохондрий… другие общие побочные эффекты от АЗТ и подобных препаратов, такие, как повреждение нервов, мышц, панкреатит и уменьшенное производство клеток крови… напоминает симптомы, вызванные наследственными митохондриальными болезнями».

Несмотря на предупреждение президента Мбеки в Парламенте о том, что «существует большой объем научной литературы, утверждающей, что токсичность этого препарата [АЗТ] такова, что это является, фактически, опасностью для здоровья», на предупреждение, многократно повторенное доктором Тшабалала-Мсимангой как в Парламенте, так и на других форумах, Ахмат преднамеренно игнорировал эту информацию и продолжал проводить кампании от имени GlaxoSmithKline и других фармацевтических корпораций на основании того, что АРВ-препараты типа АЗТ являются лекарствами, сохраняющими жизнь.

Однако даже компании, выпускающие препарат, не пишут об этом на вкладышах к лекарствам и в информации о продукте, потому что для этого нет никаких оснований. Тем не менее Ахмат продолжает пропагандировать, что эти лекарства сохраняют жизни и делают больного здоровым, в то самое время, когда кипы опубликованных сообщений демонстрируют, что в действительности они вызывают серьезную болезнь у здоровых людей (СПИД-врачи называют это явление «иммунным синдромом воссоздания», поскольку результаты лабораторного теста улучшаются, а физическое здоровье пациента ухудшается – что можно было бы ожидать от питья яда).

Учитывая токсичность АЗТ вообще и его специфическую токсичность для клеток крови, включая иммунные клетки, ведущий эксперт по СПИДу профессор Джей Леви (Jay Levy) из Калифорнийского Университета в Сан-Франциско заявил в Newsday 12 июня 1990 г. следующее: «Я думаю, что АЗТ может только ускорить смерть человека, поскольку наносит дальнейший вред уже уничтоженной иммунной системе».

Не кто иной, как сам изобретатель ВИЧ-теории СПИДа доктор Роберт Галло, ходатайствуя о получении американского патента на новый подход к его лечению, честно признался (для разнообразия) в Приложении (Application) № 245259 17 мая 1994 года: «Англо-ирландско-французское испытание Конкорд <...> показало, что аналог нуклеозида зидовудин (АЗТ), являющийся оплотом в лечении пациентов, зараженных ВИЧ-1, был не в состоянии улучшить выживаемость или уменьшить прогрессирование болезни у бессимптомных пациентов».

Действительно так, но не только эти исследователи находят АЗТ бесполезным в качестве терапевтического препарата. Так, Филлипс и др. (Phillips et. al.) сообщили в New England Journal of Medicine 336: 958–959 в 1997 г., что дальнейшее расширенное наблюдение за пациентами, получавшими АЗТ (в исследовании Конкорда) показало значительное увеличение риска смерти среди пациентов, леченных ранее.

Надо сказать, что уже в течение десятилетия было известно, что токсичность АЗТ накапливается и поэтому показатель смертности тем выше, чем дольше продолжается лечение этим препаратом.

На телешоу канала ABC Nightline 6 июня 2001 г. Мартин Деланей (Martin Delaney), директор информационного проантивирусного проекта, представляющего собой группу лоббистов препарата в Сан-Франциско, предвидел катастрофическую эпидемию смертельных случаев, вызванных АРВ-препаратами в Африке. Он сказал: «Я думаю, здесь есть дилемма – мы должны сделать выводы из того, что случилось в США за прошедшие 18 лет, и попробовать не повторить этого, поскольку мы двигаемся в Африку. Я не преувеличиваю, оценивая серьезность проблем с сегодняшним лечением... В некоторых случаях люди умирают непосредственно от эффектов терапий... Люди страдают от тяжелых, опасных для жизни лекарственных осложнений. Если мы говорим об обеспечении терапии в Африке, решая проблемы стоимости, инфраструктуры и поставок, то у меня возникает острая боль в сердце: правы ли мы с этими лекарствами? И не развязываем ли там другой вид эпидемии – эпидемию побочных эффектов препарата?»

Анекдотические, но замечательно откровенные и непредубежденные наблюдения Деланея – профессионального покровителя АРВ-препаратов – были официально подтверждены в 2003 году Рейслер и др. (Reisler et al.) в Журнале синдромов приобретенного иммунодефицита (Journal of Acquired Immune Deficiency Syndromes 34 (4): 379–86) под названием «Оценка 4 случаев столь же важна, как и СПИД-случаи в эру ВААРТ» («Grade 4 events are as important as AIDS events in the era of HAART»). Исследование включало обзор 2 947 пациентов, получавших антиретровирусную терапию между 1996 и 2001 гг.

В пяти больших мультицентричных испытаниях, проведенных в США, были оценены результаты воздействия высокоактивной антиретровирусной терапии (ВААРТ, highly active antiretroviral therapy – HAART) у пациентов, у которых не было СПИДа. В этих испытаниях проводилось исследование возможности предсказывать серьезные или опасные для жизни побочные действия и смерть таких пациентов.

Проще говоря, цель исследователей состояла в том, чтобы определить токсичность антиретровирусной терапии, имеющей отношение к опасным побочным эффектам, иногда смертельным.

Исследователи отметили: «Все четыре вида АРВ-препаратов, а также и другие 19, одобренные FDA в качестве антиретровирусных, прямо или косвенно связаны с опасными для жизни состояниями и смертью».

В итоге Рейслер и др. (Reisler et al.) сделали вывод, что воздействие ВААРТ более смертельно, чем болезнь, а вызванная АРВ-препаратами остановка сердца является ведущей причиной смерти среди людей, леченных этими лекарствами. С этими данными согласуется недавнее сообщение коллаборативной группы по антиретровирусной терапии, опубликованное в августе 2006 г. в журнале «Ланцет» (Lancet 368: 451–458).

Результаты этого совместного исследования, которое включало более 20 000 пациентов с ВИЧ-1 из Европы и Северной Америки, показали, что после начала высокоактивной антиретровирусной терапии, то есть лечения АРВ-препаратами, вирусный ответ устойчиво улучшился с 1996 года. Однако в течение первого года не было никакого соответствующего уменьшения случаев СПИДа или смерти. Наоборот, позднее получено свидетельство некоторого увеличения случаев СПИДа: «Мы отметили несоответствие между явным улучшением показателей вирусного ответа и очевидно ухудшающейся степенью клинической прогрессии».

Передовица в журнале «Lancet», комментируя эти «несколько парадоксальные выводы», подводит итог: «Главные полученные данные – это то, что, несмотря на усовершенствованный первоначальный вирусологический ВИЧ-контроль, не было никаких существенных улучшений раннего иммунологического ответа по показателю подсчета CD4-лимфоцитов, никакого сокращения смертности (по всем причинам), и никакого существенного уменьшения риска смерти от связанных со СПИДом заболеваний в более поздние годы».

Надо сказать, что, независимо от ранее наблюдаемых неустановленных эффектов относительно лабораторного маркера для определения эффективности препарата («вирусная нагрузка»), массивное изучение исследований показало, что АРВ-препараты не имели никаких фактических клинических выгод для здоровья людей, получающих их. Напротив, было обнаружено, что ВИЧ-положительные и люди, которым диагностировали СПИД, леченные АРВ-препаратами, умирали от СПИДа или «связанных со СПИДом» болезней намного чаще, чем те, кто не принимал таких лекарств.

Уместно упомянуть, что маркер лабораторного теста для «улучшенного первоначального вирусологического ВИЧ-контроля», то есть для так называемой «вирусной нагрузки», рассматриваемый в течение десятилетия в качестве индекса эффективности АРВ-препаратов, через месяц был сам по себе дискредитирован.

Родригес и др. (Rodriquez et al.) сообщили в самом большом мировом медицинском периодическом издании «Журнал американской Медицинской Ассоциации» (Journal of the American Medical Association 296 (12): 1498–506), что в более чем в 90 % случаев «вирусная нагрузка» была не в состоянии предсказать или объяснить иммунный статус. Поскольку об этом было сказано в ведущем научном журнале, журнал «Наука» (Science) 313 (5795): 1868, вопреки популярной медицинской догме, отметил следующее: «Исследование говорит, что уровни ВИЧ в крови не предсказывают снижение иммунитета».

Вышеназванные данные, полученные в США и в Европе, и нижеприведенные цифры подтверждают тот факт, что АРВ-препараты, которые Ахмат лично внедрял в южноафриканскую систему здравоохранения и которые он продолжает опрометчиво продвигать, несмотря на предупреждения президента и министра здравоохранения, являются крайне ядовитыми и убивают тысячи жителей Южной Африки, главным образом чернокожих.

Согласно информации, данной The Western Cape чиновником по связи со СМИ Министерства здравоохранения Мопи Мониемангин (Maupi Monyemangene) 6 октября 2005 г., в стране в общей сложности зарегистрировано 4251 пациента, получавших лечение в течение 3-х месяцев, из них умерло 207 человек (4,8 %). Из общего количества 2715 пациентов, получавших лечение в течение 6 месяцев, умерли в общей сложности 196 человек (7,2 %). Из 914 пациентов, получавших лечение в течение 12 месяцев, в общей сложности умерло 114 человек (12,2 %).

Представленные на графике с координатами X и Y, эти данные показывают прекрасные линейные отношения между показателем смертности людей, принимающих АРВ-препараты, и продолжительностью их лечения. Они предсказывают, что в течение семи лет каждый, кто принимает АРВ-препараты, будет мертв.

Цитируя Интегрированные Региональные Информационные Сети ООН (IRIN) в качестве своего источника, фонд Агентства Рейтер 14 ноября 2006 года напечатал статью «Южная Африка: правительственная программа по СПИДу проводится, но люди все еще умирают» («SOUTH AFRIKA: Govt AIDS programme on course but people still dying»):

«Министерство здравоохранения Южной Африки подтвердило, что около 6 000 ВИЧ-положительных людей умерло, получая АРВ-препараты. <...> Представитель отдела здравоохранения Сибани Мнгади (Sibani Mngadi) сказал, что «число людей, начавших лечение АРВ-препаратами через наш "Всесторонний план ВИЧ и СПИД", увеличился на 60 000 в прошлом году и к концу сентября 2006 года достиг 235 378».

Принимая во внимание «распространенные последствия», подтвержденные в исследовании Конкорда, и повышающийся уровень убийства людей посредством АРВ-препаратов в Западном Мысе (Western Cape) – чем дольше лечение АРВ-препаратами, тем выше показатель смертности – есть причина полагать, что национальный показатель смертности от лекарств, которые Ахмат «доставил» в систему здравоохранения Южной Африки, скоро будет равняться уровню смертности в Малави.

В статье от 1 ноября 2006 г. «ООН обеспокоен повышающимися смертельными случаями пациентов со СПИДом, получающих АРВ-препараты в Малави» («UN concerned about Malawi patiens on ARVs») китайский народный ежедневный онлайн (People′s Daily Online) сообщил (но никакие западные корпоративные СМИ этого не сделали), что специальный посланник Организации Объединенных Наций по ВИЧ/СПИДу в Африке Стивен Льюис (Stephen Lewis) выразил беспокойство повышающимся числом смертельных случаев среди людей, получающих лечение ВИЧ/СПИДа, в Малави: он был проинформирован правительственными чиновниками Малави о том, что обедневшая южноафриканская страна столкнулась с 11-процентным показателем смертности людей, которые получали бесплатно АРВ-препараты в общественных больницах. В Малави сумели увеличить число людей, получающих бесплатно АРВ-препараты, приблизительно с 4 000 два года назад до 70 000 в настоящее время.

Это банально и вне всякого серьезного спора, что подавляющее большинство жителей Южной Африки, леченных АРВ-препаратами и, следовательно, отравленных и убитых ими – африканцы, и Ахмат хорошо знает об этом. То, что Ахмат хочет посадить африканцев на АРВ-препараты, подтверждается тем, что он учреждает множество пунктов миссии TAC в африканских городках – и ни одного в белом предместье.

Способ, которым африканские жертвы отобраны для отравления АРВ-препаратами в Южной Африке, представляет собой неспецифические тесты на ВИЧ-антитела, разработанные для скрининга крови, с последующим подсчетом клеток CD4, а не для постановки диагнозов.

Тесты на ВИЧ-антитела не являются специфическими, поскольку в медицинской и научной литературе зарегистрированы приблизительно семьдесят несвязанных между собой состояний здоровья, которые положительно реагируют на эти тесты, включая простое недоедание, туберкулез, малярию, повторную беременность и даже насморк. Президент Мбеки (в корреспонденции, выпущенной для СМИ в октябре 2000 г.) отметил, что «даже ребенок из числа черных сообществ знает, что наше собственное "бремя болезни" совпадает с расовыми разделениями в нашей стране». Африканские бедняки, очевидно, оказываются «ВИЧ-положительными» гораздо чаще, чем белые. Таким образом, поощряя жителей Южной Африки «проверяться», Ахмат и его корпорация непосредственно участвуют в западной медицинской селекции бедного африканского большинства Южной Африки для того, чтобы признать их ВИЧ-положительными и отравить АРВ-препаратами.

Возможно, оправдывая свое безразличие к цене человеческой жизни, свое преступное поведение в продвижении бесполезной и смертельно ядовитой продукции фармацевтической промышленности в Южной Африке – для потребления, главным образом, африканскими бедняками – Ахмат объясняет высокий уровень положительных реакций на ВИЧ-антитела среди них не разнообразными состояниями здоровья, а потрясающей, неразборчивой похотью африканцев. Это расистское мнение было открыто выражено в The Guardian 10 декабря 2002 года: «Главной проблемой, – сказал Ахмат, – является отсутствие политического желания. Почему президент не хочет этого делать?». Теория Ахмата такова: «президент не хочет понимать, что люди в Африке много занимаются сексом».

То есть по существу, с точки зрения Ахмата, голодные африканские бедняки, пойманные в ловушку в трущобах, окружающих город, и в безводных засушливых пустынях, непосредственно виноваты в том, что их здоровье разрушается.

Исследователь ВИЧ-СПИДа профессор Джерри Кувадия (Jerry Coovadia) из Военно-медицинской школы Нельсона Р. Манделы Университета KwaZulu-Natal, также фанат АРВ-препаратов для африканцев, выразил такой же расистский взгляд в своей речи, произнесенной в Университете Витватерсранда (Witwatersrand) 24 июня 2003 года: «...эта необузданная сексуальность недавно ставших независимыми людей, особенно неразборчивость мужчин, что привело к СПИДу, вырвалась из миллионов наших людей».

По мнению этого «великого эксперта по СПИДу», ведущая причина восприимчивости африканских масс к туберкулезу и другим болезням, характерным для этой местности, – не голод и другие сопутствующие бедности обстоятельства, а их оргиастические, выпущенные и разрастающиеся инстинкты, начавшиеся с появлением их собственного демократического правительства.

Другой энергичный продавец антиретровирусных препаратов, судья Верховного апелляционного суда Эдвин Кеймрон (Edwin Cameron), ранее выражал такое же расистское суждение об африканцах. 13 ноября 2001 г., Daily Dispatch: «Они изобилуют ВИЧ», – внушал он. Из-за «сексуальной практики среди африканских мужчин» их приапизм, как он предполагает, в основном, «внес свой вклад в распространение СПИДа».

Не менее «выдающийся» эксперт по СПИДу в Африке, директор UNAIDS доктор Питер Пайот (Dr. Peter Piot) из Бельгии, поддержал этих расистов, выступая в Новостях Би-би-си 14 сентября 1999 года. Говоря о «многогрупповом сексуальном поведении, глубоко внедренном в многобрачных африканских обществах», он заметил, что такое поведение является чрезвычайно необычным для сексуально сдержанных европейцев и американского общества, и где наличие единственного сексуального партнера для жизни – норма для трудолюбивых и богобоязненных белых.

Не известно, думает ли также доктор Франкоис Вентер (Dr. Francois Venter), президент Южноафриканского общества ВИЧ/СПИД-клиницистов, что африканцы слишком много занимаются сексом. Также неизвестно, разделяет ли это опытное мнение относительно африканцев его американский коллега доктор Джон Мур (Dr. John Moor), профессор микробиологии и иммунологии медицинского центра Корнельского университета. Но, являясь, как и доктор Пайот, главными экспертами по СПИДу, они, вероятно, так и думают.

Второй опорой селекции африканцев для отравления их АРВ-препаратами служит подсчет клеток CD4, который, как предполагали, показывает иммунный статус человека, то есть его здоровье. Но уже в апреле 1994 года, использовав подсчет клеток CD4 в качестве показателя эффективности препарата в испытании Конкорд, исследователи сообщили в журнале Lancet 343 (8902): 871–81 о неуместности этого лабораторного показателя и его недостаточной корреляции с клиническим здоровьем. Они отметили, что результаты исследования подвергают сомнению использование подсчета клеток CD4 как конечного показателя для оценки эффективности долгосрочной антиретровирусной терапии.

В своем обзоре «Окончательные заключения о маркерах в клинических испытаниях: мы введены в заблуждение?» («Surrogate End Points in Clinical Trials: Are We Being Misled?» ), изданном в Анналах внутренней медицины (Annals of Internal Medicine, 125; 7: 605–13, 1996), Флеминг (Fleming) и ДеМетс (DeMets) указали, что подсчет клеток CD4 в действительности столь же неинформативен, как и бросок монеты. Результаты лабораторной диагностики по маркерам часто не предсказывают истинные клинические эффекты от вмешательств. Три испытания, включая испытание Конкорд, показали обратное соотношение между выживанием и увеличением количества клеток CD4. Можно сказать, что чем лучше показатели в отношении клеток CD4 при приеме АЗТ, тем быстрее Вы умрете.

В только что опубликованной в журнале Инфекционных Болезней (Journal of Infectious Diseases, 194 (10): 1450–8) статье «Распространение ВИЧ-инфекции, антиретровирусная терапия и подсчет клеток CD4 в африканских поселениях» («HIV infection, antiretroviral therapy, and CD4+cell count distributions in African populations») исследователи ВОЗ Вильямс и др. (Williams et al.) снова выдвинули на первый план ненадежность подсчета количества клеток CD4 в качестве показателя меры здоровья. Они сообщили о значительной изменчивости количества клеток CD4 как среди ВИЧ-положительного, так и среди ВИЧ-отрицательного африканского населения, а также о том, что ВИЧ-положительные люди с низким содержанием клеток CD4, принимавшие лекарства против СПИДа, умирали на таком же уровне, как и те, у кого было высокое содержание этих клеток.

Но в том же самом месяце, когда была опубликована статья исследователей ВОЗ, на страницах своего журнала, издаваемого TAC Equal Treatment, Ахмат продолжал обращаться к людям с просьбой «проверяться». А эта проверка представляет собой:

– неспецифический анализ крови на наличие антител. Таким образом они могут неправильно диагностироваться как зараженные ВИЧ,

– подсчет клеток CD4. Таким образом люди, введенные в заблуждение о том, насколько они здоровы или больны, могут начать лечение АРВ-препаратами,

– определение «вирусной нагрузки», которая дезинформирует относительно степени заражения и того, как скоро они могут заболеть и умереть от СПИДа.





оставить комментарий
страница15/16
Дата02.10.2012
Размер3.77 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16
отлично
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх