Вестник интегративной психологии icon

Вестник интегративной психологии


Смотрите также:
Вестник интегративной психологии...
Методическое пособие предназначено для студентов специализации по интегративной психологии...
Сборник статей представляет обзор теоретических и экспериментальных работ по интегративной...
Сборник статей представляет обзор теоретических и экспериментальных работ по интегративной...
Сборник статей представляет обзор теоретических и экспериментальных работ по интегративной...
Сборник статей представляет обзор теоретических и экспериментальных работ по интегративной...
Л. М. Кроль Научный консультант серии...
Э. Г. Гельфман (Томск, тгпу) > М. А. Холодная (Москва...
Программа составляется с учетом интересов и педагогов, и психологов...
Вестник факультета психологии...
Тезисы интегративной психологии...
Премия авторы Повод для размышления Публикации в Вестнике Психологии образования научные статьи...



Загрузка...
страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   29
вернуться в начало
скачать
^ А.В. Карпов(Ярославль)

Механизмы когнитивной интеграции в процессах принятия решения

Исследование выполнено при финансовой поддержке Российского Гуманитарного научного фонда; № проекта 09-06-00269а.

Исследование механизмов и закономерностей психической интеграции является, как известно, одной из важных теоретических задач общей психологии. Данная задача особенно актуальна в русле когнитивной психологии, а исследования, направленные на ее решение, здесь представлены очень широко и разнопланово. Вместе с тем, до сих пор традиционная проблематика когнитивной психологии явно недостаточно включает в себя изучение того, процесса, в котором механизмы психической интеграции выражены наиболее полно и отчетливо, составляют самую его суть. Речь идет о процессе принятия решения. В развитых нами в работах (3, 4, 5, 6, 8) представлениях доказано, что данный процесс является синтетическим, интегральным по своей психологической структуре и содержанию. Он формируется и развертывается как закономерная и целеобусловленная интеграция многих иных психических процессов (когнитивных, эмоциональных, волевых, мотивационных) и образований. Поэтому сама его психологическая природа создает адекватные и даже – естественные предпосылки для изучения общих закономерностей и механизмов психической интеграции. Тем самым процессы принятия решения (ПР) являются не только предметом исследования, но выступают и в функции метода решения одной из основных задач когнитивной психологии – изучения механизмов и закономерностей психической интеграции.

На основе этих представлений нами был реализован в достаточно обширный цикл исследований процессов ПР на материале различных видов и типов профессиональной деятельности, а также в экспериментальных условиях (2, 4, 7, 10). Полученные в нем результаты характеризуются принципиальным сходством, общностью их психологического смысла, что предполагает необходимость аналогичной – то есть также обобщенной их интерпретации. При этом наиболее общей и как бы «сквозной» является закономерность, согласно которой результативные параметры процессов ПР (особенно – качество) прямо пропорциональны степени когнитивной интегрированности, имеющей место а ходе подготовки и принятия решения. Проще говоря, качество процессов ПР зависит от степени синтезированности, тесноты взаимодействия и организованности основных когнитивных процессов и, скорее всего, определяется этой степенью. Данный результат, повторяем, является общим, поскольку обнаруживается в различных видах деятельности и на различных экспериментальных моделях. Принципиальная же схема исследований, в которых он установлен и изучен, состоит в следующем.

Вначале общая выборка на основе метода «полярных групп» (10, 11, 12) дифференцируется по «внешнему критерию» на три подгруппы («лучших», «средних» и «худших»); причем, в роли «внешнего критерия» как раз и выступает качество реализации процессов ПР. Затем в двух группах («лучших» и «худших») проводится процедура психодиагностического обследования, направленного на определение уровня развития основных когнитивных качеств и соответствующих им когнитивных процессов. Далее, по отношению к результатам психодиагностического обследования реализуется метод нахождения матриц интеркорреляций продиагносцированных качеств и процессов. Данный метод необходимо рассматривать как иной, нежели аналитический, - как структурный способ изучения субъектно-процесуальных детерминант тех или иных психических явлений. Он позволяет выявить и охарактеризовать детерминацию какого-либо явления не только в плане его аналитических – «единичных» связей с отдельными индивидуальными качествами и процессами, но и в плане его комплексной – структурной обусловленности их целостными подсистемами. В матрицах представлен исчерпывающий комплекс взаимосвязей исследуемых когнитивных параметров, выраженных в количественных значениях коэффициентов корреляции между уровнями их развития в рассматриваемой выборке. Значимые из этих связей отображаются в виде коррелограмм и подвергаются последующему анализу. Коррелограммы значимых связей эксплицируют поэтому тот комплекс когнитивных параметров (качеств, процессов), а также паттерн связей между ними (то есть структуру), который лежит в основе обеспечения того или иного психического образования (в нашем случае – в основе процесса ПР). Следует особо подчеркнуть, что природа этих связей такова, что они не носят, конечно, морфологического характера, а являются функциональными и отражают факт соорганизованности когнитивных качеств и процессов в плане реализации определенной цели (например, принятия решения). Поэтому коррелограммы являются адекватным средством отображения тех функциональных синтезов, которые обеспечивают тот или иной психический процесс.

Способы анализа матриц и коррелограмм достаточно разнообразны и подробно описаны в литературе 10, 11, 12). Главными из них являются: определение меры когерентности (интегрированности) коррелограмм; определение меры их дифференцированности и общей организованности; анализ функциональной роли каждого параметра (качества, процесса) в общей их структуре (выявление так называемых «ведущих» и «базовых» параметров; определение степени гомогенности-гетерогенности коррелограмм методом «χ2» и др. Особую значимость в анализе матриц и коррелограмм имеет определение трех наиболее обобщенных индексов, предложенных в наших работах (3, 4, 5). Первый из них - индекс когерентности структур (коррелограмм) - ИКС; он определяется как функция числа положительных значимых связей в структуре и меры их значимости. При этом обычно учитываются связи, значимые на α=0,99 и α =0,95; первым приписывается «весовой коэффициент» 3 балла, вторым – 2 балла. В ряде случаев учитываются и связи, значимые на α =0,90 (с «весовым коэффициентом» 1 балл). Полученные по всей структуре «веса» суммируются, что и дает количественное значение индекса. Второй индекс – индекс дифференцированности структур (ИДС); он находится аналогичным образом, но на основе обобщения значимых отрицательных корреляционных связей. Третий индекс – индекс организованности структур (ИОС) является функцией от общего количества положительных и отрицательных связей, а также их значимости и определяется как модуль ИКС и ИДС.

Различия в степени интегрированности когнитивных процессов количественно проявляются именно в величинах ИКС в группах «лучших» и «худших». Эти различия обычно таковы, что измеряются не «в процентах», а «в разах» и варьируют от 1,5 до 3 раз и выше (2, 4, 5, 6). Безусловно, такой характер различий свидетельствует об их существенности, значимости, что подтверждается и статистически.

Данный результат согласуется с полученными ранее результатами, в соответствии с которыми не только процессы принятия решения, но и иные процессы организации деятельности, а также и вся она в целом тем эффективнее, чем выраженнее интегративные механизмы организации когнитивных качеств субъекта (4). В этих и других исследованиях систематически обнаруживается сходная и, по-видимому, достаточно общая закономерность. Расслоение выборки на “успешных” и “неуспешных”, т. е. на «лучших» и «худших» по какому-либо внешнему критерию (деятельностному, результативному - например, эффективности деятельности в целом, эффективности процессов принятия решения в ней и др.) практически всегда обнаруживает бóльшую интегрированность когнитивных процессов и соответствующих им качеств в первой подгруппе.

Зависимость эффективности процессов ПР от меры когнитивной интегрированности, на наш взгляд, вполне естественна. Дело в том, что такая интеграция - синтез когнитивных качеств, процессов ведет, в конечном итоге, к расширению функциональных возможностей как отдельных структур, так и их подсистемы в целом. В основе такого расширения лежит, по-видимому, механизм синергии, эффект системных качеств: отдельные качества и процессы, соорганизуясь, приобретают такие свойства, возможности и потенции, которые выходят за рамки аддитивной совокупности свойств и не обнаруживаются поэтому ни у одного из них, ни у их суммы. Но тогда вполне логично и то, что, чем выше мера такой соорганизации (то есть степень интегрированности), тем полнее и действеннее реализуются механизмы синергии, тем выраженнее эффекты супераддитивности, тем больше “интегративная прибавка” когнитивного потенциала и тем отчетливее ее влияние на конечный результат - внешний критерий.

Системное функционирование частных аспектов когнитивной сферы во многом идентично эффектам ее интегративного проявления в обобщающем показателе уровня развития интеллекта. В этом плане сам интеллект - это и есть эффект интеграции всей системы когнитивных механизмов и процессов, проявляющихся в тех или иных когнитивных качествах. Специально проведенные нами исследования выявили существование значимой (α=0,95) связи между уровнем общего интеллекта и мерой интегрированности отдельных когнитивных качеств субъекта (для невербального интеллекта она значима на α=0,99) (5).

Следует, однако, подчеркнуть, однако, что эти результаты не вполне согласуются с полученными ранее данными относительно связи уровня интеллекта с мерой интегрированности когнитивных качеств субъекта (1, 9). Согласно им, между первым и второй существуют, скорее, обратная связь. Например, в (9) установлено, что интеллект коррелирует со степенью дифференцированности структуры когнитивных свойств, с числом отрицательных (а не положительных) связей между ними. В (1) показано также, что с возрастом, то есть - по мере онтогенетического повышения уровня интеллекта также имеет место дифференциация его отдельных проявлений. Аналогичные данные содержатся и в других исследованиях, где, однако, постоянно подчеркивается принципиальная трудность их интерпретации и те противоречия, к которым они приводят. Одно из главных среди них состоит в том, что, согласно этому выводу, придется признать минимальную степень интегрированности интеллекта (то есть, фактически, его дезынтегрированность) у лиц с максимальным его уровнем, что бессмысленно. По нашему мнению, для решения этого - действительного, трудного вопроса и преодоления отмеченного противоречия как раз и должны быть привлечены данные, полученные при изучении когнитивных аспектов организации процессов ПР.

Дело в том, что и в группах с относительно высоким интеллектом, и особенно - в группах высокого качества процессов ПР возрастает не только мера интегрированности когнитивных качеств, но и мера их дифференцированности. Речь при этом идет лишь о доминировании первой (интегрированности) над второй (дифференцированностью). Если сравнить подгруппы “низкого интеллекта” и “высокого интеллекта” (или подгруппы относительно неразвитой и относительно развитой способности к ПР), то во вторых, действительно, мера дифференцированности будет выше, чем в первых. Однако в них же будет выше и мера преобладания интегрированности над дифференцированностью (которая, повторяем, также возрастает, но в меньшей степени, чем интегрированность). Вообще, следует подчеркнуть, что и интегрированность и дифференцированность - это два неразделимо связанных системных механизма интеллектуальной активности.

Далее, следует иметь в виду, что при проведении исследований мы намеренно стремились к возможно более полному охвату всех уровней организации когнитивной подсистемы (начиная от процессов сенсорно-перцептивного уровня и кончая мыслительным уровнем). Отсюда следует, что общая интегрированность обусловлена, в первую очередь, межуровневыми связями когнитивной подсистемы; это - показатель степень интегрированности когнитивной иерархии как таковой. Если же делать акцент на определении меры интегрированности когнитивных качеств какого-либо одного (или двух) уровней, как это было осуществлено в исследованиях, приведших к обратной зависимости интеллекта и интегрированности когнитивных качеств, то на первый план, естественно, выходят внутриуровневая интеграция и дифференциация. В них проявляются связи между различными показателями памяти (мнемический уровень), мышления (мыслительный уровень), то есть связи, обнаруживаемые внутри этих уровней, а не межу ними. И в этом плане можно высказать следующую гипотезу.

Общий интеллект определяется мерой межуровневой интеграции и внутриуровневой дифференциации общей иерархии когнитивных процессов. Когнитивная иерархия тем эффективнее, чем боле представлены в ней в целом механизмы межуровневой интеграции, а на каждом из ее уровней - механизмы дифференциации. В ее организации (и соответственно, в интеллекте в целом) синтезированы, таким образом, два основных принципа системной организации: иерархический - субординационный, “вертикальный” (реализующийся посредством интегративных механизмов межуровневой организации) и координационный - “горизонтальный” (реализующийся посредством механизмов дифференцирующего типа). Тем самым обеспечивается и синтетичность организации и, в то же время, специализация основных когнитивных функций. Чем выше интеллект, тем больше межуровневая интегрированность и внутриуровневая дифференцированность, и наоборот. Эта трактовка снимает противоречивость существующих экспериментальных данных; показывает реальный - взаимодополнительный характер механизмов психической интеграции и дифференциации в структуре интеллекта.

Наконец, важно иметь в виду и то обстоятельство, что дифференцированность когнитивной подсистемы, ее связь с общим интеллектом значительно выше в тех случаях (и, соответственно, в тех экспериментальных задачах), когда в качестве внешнего критерия берутся результаты выполнения каких-либо познавательных функций. Именно таким является внешний критерий в отмеченных выше работах (1, 9). Иначе говоря, если интеллект направлен на выполнение собственно познавательных функций, на “решение задач”, вообще - на познание, то, действительно, очень отчетливой становится роль механизмов дифференциации. Это и понятно, поскольку в познавательных задачах внешний критерий (качество их решения) зависит, в основном, от высшего уровня когнитивной иерархии - мыслительного. Поэтому здесь доминируют внутриуровневые связи (см. выше). Имеет значение и то, что сама суть познавательных задач и функций связана, прежде всего, с аналитической направленностью интеллекта; с ведущей ролью адекватных такой направленности диффренцирующих механизмов. Познание, анализ, действительно, требуют, в первую очередь, именно дифференциальных механизмов интеллектуальной динамики, опираются на них и потому прямо связаны с мерой их выраженности.

Однако иная ситуация имеет место в тех случаях, когда в качестве внешнего критерия используются не “теоретические” - познавательные задачи, а “практические” - деятельностные, регулятивные задачи и функции. Они связаны непосредственно уже не с анализом (хотя, конечно, предполагают и его), познанием, а с организацией целостной деятельности и отдельных ее компонентов (например, с обеспечением процессов принятия решения), что предполагает ведущую роль собственно синтетических механизмов. Как было показано нами ранее, в структуре психики существует качественно специфический класс процессов - интегральные процессы психической регуляции деятельности и поведения. Они имеют принципиально иную, нежели у когнитивных процессов, направленность и функциональное предназначение - регулятивную (а не познавательную). Они поэтому синтетичны и по своему содержанию и по своей направленности. Это - процессы “эфферентного синтеза” деятельности и поведения; они реализуются на основе всей системы когнитивных (и иных) процессов, на основе синхронизированного вовлечения всех уровней когнитивной иерархии, то есть на базе межуровневой интеграции когнитивных процессов. Поэтому в них объективно ведущими являются не механизмы интеллектуальной “специализации” - дифференциации, а механизмы синтеза - интегративные механизмы. Именно это и обнаруживается в прямой зависимости эффективности ПР (как одного из представителей класса интегрально-регулятивных процессов) и степени когнитивной интегрированности.

В свете сказанного становится очевидной также некоторая надуманность, и даже схоластичность, дискуссии о том, с чем связан интеллект - с дифференциацией когнитивных функций или с их интеграцией? Интеллект и как психическая структура и как онтологическая реальность гораздо сложнее и совершеннее, чем его уровень у любого из исследователей интеллекта и, соответственно, - чем та концентуализация, на которую способен его исследователь. Он богаче тех “представлений об интеллекте”, которые отображаются и постоянно меняются на собственно концептуальном уровне познания. Интеллект, как это следует из представленных выше данных, характеризуется способностью трансформации самого принципа своего актуального функционирования. Если внешние задачи носят, по преимуществу, аналитико-познавательный характер, доминантными выступают дифференцирующие механизмы. Они адекватны сути дивергентного мышления. Если же внешние задачи носят преимущественно практический, а значит - синтетический характер, доминантными являются интегративные механизмы. Они отражают специфику конвергентного мышления. Интеллект - это не только качество реализации того или иного когнитивного механизма (точнее - системы механизмов); это - и способность к выбору наиболее адекватного ситуации механизма функционирования; к определению приоритетов между ними в зависимости от ситуации; наконец, - к генерации самих этих механизмов, к порождению новых принципов своей собственной организации. Поскольку, однако, ни одна ситуация не является ни “чисто познавательной”, ни “чисто преобразовательной”, а включает компоненты обоих этих типов, то в любой ситуации представлены как дифференцирующие, так и интегративные механизмы интеллекта, а речь может идти лишь о той или иной пропорции между ними. В свете этого, кстати говоря, получает свое естественное решение старая проблема соотношения так называемого “теоретического” и “практического” мышления.

Рассмотренные выше результаты приобретают дополнительный смысл в том случае, если учесть еще одну группу закономерностей, полученных в ходе исследования процессов ПР. Так, при изучении одного из наиболее сложных классов процессов ПР – управленческих решений нами было установлено, что качество управленческих решений находятся в обратном отношении с мерой связи системы когнитивных процессов и личностных свойств субъекта. Иначе говоря, одним из условий достаточно высокого качества управленческих решений выступает относительная автономность этих подсистем индивидуальных свойств субъекта; субдоминантный, а не ведущий характер функциональных связей и взаимодействий между ними. Эти данные не вполне согласуются с обыденными, привычными представлениями. Согласно им, наоборот, так называемое “единство ума и личности руководителя”, “сплав его воли и интеллекта” и т.п. трактуются как залог эффективных решений и успешного руководства.

Однако при более глубоком анализе полученного результата, он предстает как вполне естественный и объяснимый, даже – как необходимый. Более того, его причины коренятся в достаточно общих особенностях организации (в том числе - и личностной) процессов выбора; они зафиксированы и в общих закономерностях теории решений.

Действительно, в когнитивно-личностной автономии проявляется следующая общая и в принципе известная в теории решений закономерность. Согласно ей, чем в меньшей степени когнитивные механизмы выработки решений подвержены “деформирующему” влиянию со стороны любых иных, внекогнитивных, факторов, тем эффективнее, “рациональнее” сами решения. Эта закономерность подробно рассмотрена в таких фундаментальных школах теории решений, как “теория ограниченной рациональности” Г.Саймона (16) и теория “познавательных уклонов” А.Тверского и Д.Канемана (17). Более того, считается, что именно мера и “чистота” представленности в общем процессе решения собственно когнитивных процедур механизмов, процессов и свойств субъекта вообще является главным условием рационального и, следовательно, эффективного решения. Наоборот, любое возмущающее воздействие со стороны внекогнитивных факторов приводит к “отходу от рациональности в выборе” (Г.Саймон (16)), к возникновению “когнитивных уклонов” и к “деформациям рационального выбора” (А.Тверский (17)). Последние, как показано в теории решений (3, 13, 15), являются двоякими - ситуативными (обусловленными негативным влиянием параметров ситуации) и личностными (обусловленными стабильным влиянием личностных свойств субъекта выбора). Чем в большей степени они выражены, тем ниже эффективность решений. В свете этого очевидно, что подобное влияние как раз и должно проявляться в наличии устойчивых и значимых функциональных связей между когнитивными и личностными качествами. Чем больше таких связей, тем более субъективны, но менее рациональны и, в конечном итоге, эффективны решения. И наоборот, невыраженность взаимосвязей когнитивных и личностных качеств, их функциональная автономия является предпосылкой для рациональных, эффективных решений. Последнее как раз и проявилось в результатах исследования: мера когнитивно-личностной автономии существенно выше (в 3,5 раза) в группе “успешных”.

Отметим также, что данный результат, несмотря на его видимую противоположность традиционной точки зрения о “единстве интеллекта и личности руководителя” (см. выше), в действительности, вполне согласуется с ним и даже его развивает. Дело в том, что процессы управленческих решений и, тем более, управленческая деятельность в целом имеют не один результативный параметр, а систему таких параметров, оценочных критериев, показателей. В частности, это и их качество (что выступало главным внешним критерием в наших исследованиях), и их надежность. Последняя, как известно, определяется как вероятность поддержания качественных параметров решений (и деятельности в целом) на допустимом уровне в течение заданного времени.

Кроме того, в параметр надежности входит и устойчивость решений (и деятельности) к воздействию экстремальных условий любого типа. Проведенные нами ранее исследования показали, что именно этот параметр - надежность - существенно и статистически достоверно связан с мерой общей интегрированности когнитивных и личностных качеств (5). Он определяется поэтому не их автономностью, а наоборот, синтезированностью, функциональным взаимодействием. Следовательно, от величины когнитивно-личностной интегрированности зависит не качество решений, а их надежность (особенно при воздействии неблагоприятных - субэкстремальных и экстремальных факторов). И, наоборот, от степени когнитивно-личностной автономии зависит качество, а не надежность. Поэтому “жесткость” личностного контроля относится, в первую очередь, к сохранению качества решений на том или ином уровне; обеспечение же этого качества - функция не “жесткости” личностного контроля решений, а наоборот, - их “свободы” от него. Кроме того, отметим, что в найденной закономерности проявляется также общая тенденция обратной связи между качеством и надежностью как двумя основными результативными параметрами. В свете изложенных данных эта закономерность, однако, не только получает свое объяснение, но становятся понятными и те психологические механизмы, которые ее обусловливают.

Литература


Ананьев Б.Г., Степанова Е.И. (ред.). Развитие психофизиологических функций взрослых людей. М., 1972. 267 с

Карпов А.В., Шадриков В.Д. Психологический анализ процессов принятия решения // Психологический анализ деятельности. Ярославль: ЯрГУ, 1982. С.22-98.

Карпов А.В. Методологические основы психологии принятия решения. Ярославль, 1999. 210 с

Карпов А.В. Психология принятия решения в профессиональной деятельности. М.: ИП РАН, 1991. 168 с.

Карпов А.В. Психология принятия управленческих решений. М., 1998. 472 с

Карпов А.В. Общая психология субъективного выбора: структура, процесс, генезис. М., 2000. 218 с

Карпов А.В. Разработка принципов психодиагностики интегральных способностей // Способности и деятельность. Ярославль: ЯГПУ, 1989.

Карпов А.В. Психология менеджмента. М., 1999 580 с.

Луковников Н.Н. Нарастание дифференциации как закономерность развития психических процессов // Психол. журн. - 1985. - Т. 6. - № 1.

Методология и методика подготовки операторов // Отчет о НИР № 93 / Научн. рук. В.Д. Шадриков. Ярославль, ЯрГУ, 1978. - 420 с.

Суходольский Г.В. Основы математической статистики для психологов. Л.: ЛГУ, 1972. 450 с.

Шадриков В.Д. Проблемы системогенеза профессиональной деятельности. М., 1982. 180 с.

Axelrod R.M. Framwork for a general theory of cognition and choice. Stanford, SUP, 1972. - 317 p.

Kahneman D., Slovic P., Tversky A. Judgement under uncertainty. Cambridge, CVP, 1982. - 555 p.

Organizational psychology (Td. by D.A.Kolb et al.). Prentice Hall, Englewood Chiffs. N.J. 1984. - 639 p.

Simon H.A. New Science of menagement decision. N.Y., 1960. - 224 p.

Tversky A.,Kahneman D. Judgement under uncertainty: heuristics and biases //Science, 1974, V.185. - P.1124-1131.

Кашапов М.М. (Ярославль)

Специфика закономерностей, механизмов и принципов творческого профессионального мышления

Работа подготовлена при финансовой поддержке РГНФ; № проекта 08-06-00300а

Работа подготовлена при финансовой поддержке РГНФ; № проекта 07-06-00279а


Проблема исследования профессионального мышления является одной из фундаментальных в когнитивной психологии. Её значимость обусловлена ролью мышления профессионала в организации и осуществлении собственной деятельности. К настоящему времени достаточно хорошо изучены общепсихологическая феноменология, закономерности и механизмы мышления, зависимость его от возрастных, индивидуальных и других особенностей субъекта, в том числе и когнитивных (А.В.Брушлинский, Ю.Н.Кулюткин, А.К.Маркова, Л.М.Митина, А.А.Орлов, Е.К.Осипова, А.А.Реан, К.М.Романов, Е.А.Сергиенко, Г.С.Сухобская и др.), но до сих пор не разработана теория творческого профессионального мышления.

В деятельности профессионала прослеживаются все его нерешенные проблемы. Основой их решения является переход от интуитивного ощущения принципов, законов и закономерностей, которым подчиняется профессиональная деятельность, к их познанию, осмыслению и сознательному учёту и применению делает профессионала хозяином положения, а не рабом обстоятельств, плетущегося в хвосте событий. Знание закономерностей открывает новые горизонты творческого поиска, избавляет от блуждания в потёмках, позволяет быстрее и увереннее находить верные решения профессиональных проблем. Иначе формируется усредненность, стереотипность мышления. Поэтому становится очевидной важность понимания практического смысла закономерностей творческой деятельности и умения этим пользоваться.

Необходимую закономерность творческого мышления, его начальный момент составляет возникновение проблемности. Знание причин возникновения рассогласований, затруднений в психологической деятельности позволяет своевременно разработать меры по их предупреждению, повысить уровень профессионализма в разрешении проблемности. Возникновение проблемности побуждает мысль к поиску недостающей информации, ее анализу и синтезу. В качестве значимых черт проблемности можно выделить наличие у субъекта потребности в их решении, причем принципиально новым, ранее не используемым способом. Проблемности порождают у субъекта потребность в выработке различного рода внутренних регуляторных схем, позволяющих более эффективно организовывать свои мыслительные действия.

Человек, по мнению А.Эйнштейна, не сможет решить проблему, если решает ее на том же уровне, на котором был, когда осознал эту проблему. Умение обнаруживать надситуативную проблемность в решаемой проблемной ситуации связывает воедино практическое и теоретическое мышление профессионала, т.к. от разрешения частных конкретных задач происходит переход к нахождению общих закономерностей, принципов решения профессиональных проблем. Например, руководитель от решения задачи организации работы подчиненного переходит к решению вопросов организации и создания конструктивных конфликтов, развивающих личность подчиненного. Содержание надситуативной проблемности по своему семантическому объему является более полным, чем содержание ситуативной проблемности.

Умение устанавливать надситуативную проблемность позволяет познавать и управлять причинно-следственными отношениями. За конгломератом частностей профессионал видит общие тенденции, закономерности развития познаваемых явлений. Проблемность является закономерностью самостоятельной мыслительной деятельности. Теоретичность профессионального мышления означает умение исходить из закономерностей и принципов теории, значимой для практической деятельности. Индивидуальность характеризуется тем, что общие закономерности и принципы теории становятся достоянием личности профессионала. Закономерности мышления профессионала приобретают особые оттенки в силу его сильных и слабых сторон. Лучше всего он справляется с производственными задачами, в решении которых опирается на самые сильные стороны, как своей личности, так и решаемой ситуации.

Какова специфика психологических закономерностей творческого разрешения профессиональных проблемных ситуаций?

Эмпирическим путем нами обнаружены закономерности целостной организации процессов профессионального мышления [5-7, 10]. Они, как это и было спрогнозировано, принадлежат к закономерностям интегративного типа. К ним, в частности, относятся следующие закономерности: чем «ниже» уровень профессионального мышления, тем большую роль играют процессы и качества оперативной переработки информации о ситуационных характеристиках; чем «выше» уровень, тем большую роль играют качества надситуативного осмысления и понимания информации, личностные особенности субъекта; отсутствует значимая и стабильная связь между продуктивностью профессиональных решений и характеристиками развития отдельных психических свойств, личностных качеств, но она существует между продуктивностью этих решений и степенью их интегрированности в структуры; оптимальность профессиональных решений в большей мере определяется не автономными влияниями со стороны отдельных компонентов профессионального мышления, а эффективностью их взаимодействия, которое обусловлено закономерностями как повторяющимися связями между элементами.

Закономерности творческого мышления с одной стороны, базируются на общих законах мышления, а с другой стороны, имеют свою специфику. Закономерность мышления – это причинно-следственные отношения, определяющие направление и эффективность мыслительного процесса. Творчество, согласно психологической закономерности, установленной Я.А.Пономаревым, является таковым лишь до тех пор и в тех ситуациях, в которых происходит саморазвитие личности, что невозможно без опоры на резервы самоуправления личности [10]. Творческая личность чаще отклоняется от жестких стандартов, не боится любых форм поведения, в том числе и детских. Это помогает человеку наиболее взвешенно относиться к ситуации. Каждый человек является творцом, если он активно занимается саморазвитием. Проявление закономерностей творческого профессионального мышления характеризуется подъемами и спадами. Один и тот же фактор (например, аттестация) может помогать или мешать развивать профессионалу свои творческие способности. Поэтому остро встает проблема психологического сопровождения профессионала.

Для успешного управления процессом становления и эффективного функционирования творческого мышления профессионала представляется целесообразным учитывать его закономерности. Зная общие закономерности в отношениях между людьми и овладев, хотя бы, азами осмысления взаимопонимания, мы можем улучшить отношения с теми людьми, общение с которыми для нас значимо.

Под законом, как сущностном обобщении, понимаются устойчивые, повторяющиеся, внутренне необходимые связи между явлениями. А закономерности приобретения социокультурного опыта характеризуют способности обучаемых к применению социальных действий, социального мышления, социального взаимодействия, имеющих эффект в профессиональной деятельности. Социальные действия предполагают развитость двух типов мышления у обучаемого: ситуативного, обеспечивающих профессиональное, деятельностное развитие специалиста и надситуативного - ориентированного на социальное достижение (социальный успех, личностное развитие профессионала). Два типа мышления предполагают функциональный и аксиологический уровни развития субъекта. Функциональный уровень развития субъекта характеризует цели, которые согласованы с его технико-нормативными возможностями. Обучаемый действует исходя из наличия определенных навыков в достижении соответствующих целей. Его действия характеризуются нормативно-одобренным способом осуществления профессиональной деятельности. Аксиологический уровень развития выражает жизненные смыслы субъекта, их взаимосвязь с общей системой ценностных ориентаций в социокультурной среде. В случае несоответствия целей возможностям субъекта осуществляется не редукция целей, а разрабатывается задача саморазвития соответственно достигнутому уровню самосознания, уровню притязаний, жизненной и профессиональной стратегии. Аксиологический уровень социальных достижений и личностного развития актуализируется на практическом уровне поведения субъекта.

Закономерности функционирования творческого профессионального мышления неразрывно связаны с закономерностями протекания инновационных процессов, среди выделяется четыре закона: 1. Закон необратимой дестабилизации профессиональной инновационной среды. 2. Закон финальной реализации инновационного процесса. 3. Закон стереотипизации профессиональных инноваций. 4. Закон цикловой повторяемости, возвращаемости профессиональных инноваций.

Конкретное проявление любого общего закона психологии всегда включает в себя, по мнению Б.М.Теплова, фактор личности, фактор индивидуальности [15, С. 170]. Закономерности творческого мышления с одной стороны, базируются на общих законах мышления, а с другой стороны, имеют свою специфику. Закономерность мышления – это причинно-следственные отношения, определяющие направление и эффективность мыслительного процесса.

Самой постоянной характеристикой жизни является ее постоянное изменение. Что нужно для того, чтобы жить и трудиться в этом изменяющемся мире? 1. Умение работать с новой информацией. 2. Быть готовым к новому. 3. Человек сам должен быть изменяющимся, должен быть креативным. Поэтому становление креативной личности подчиняется следующим закономерностям:

Чувствительность к проблемным ситуациям и формулированию проблем.

Если среда удовлетворяет познавательной потребности, то происходит развитие креативной личности.

Уровень развития академического интеллекта гарантирует успехи в школе, но не в жизни. Поскольку в жизни, по мнению Р.Стернберга, требуется высокий уровень развития практического интеллекта [11]. В школе же дети с низким интеллектом получают высокие баллы по оригинальности мышления.

В результате анализа научной литературы и обобщения результатов наших исследований можно выделить ряд закономерностей психического развития, как повторяющихся связи между элементами, которые оказывают влияние на развитие творческого мышления профессионала: 1. Неравномерность и гетерохронность. Например, развитие профессионального мышления может опережать личностное развитие и наоборот. Однако, первое может опережать второе лишь до определенного уровня профессионализма. 2. Преемственность психического развития, которая выражается в том, что последующие стадии развития связаны с предыдущими периодами, которые при этом перестраиваются. 3. Сензитивность психического развития характеризуется тем, что человек на определенных этапах развития наиболее чувствителен к выработке определенных качеств творческого мышления. 4. Случайность – одно из частных проявлений закономерности. Умение в любом, даже случайном явлении видеть определенные причинно-следственные связи является одной важных характеристик творческого мышления. 5. Высокий уровень интеллекта характеризуется отсутствием связи с креативностью, а средний уровень – положительной связью с креативностью.

Важно понимать практический смысл закономерностей и механизмов творческой деятельности и уметь адекватно и оперативно этим пользоваться. А в целях управления процессом формирования творческого мышления необходимо познать его психологическую природу. Эффективность психологических механизмов и закономерностей творческого мышления возрастает, когда они выступают комплексно. В качестве психологических механизмов и закономерностей нами были выделены те, которые способны оказывать наиболее действенное влияние на развитие качеств творческого мышления профессионала. Чтобы добиться успеха в формировании творческого мышления профессионала важно создать такие условия образовательной, социальной и профессиональной среды, выстроить такие конструктивные отношения, которые становятся средствами развития творческой личности специалиста, поскольку творчество является залогом физического и психологического здоровья, а также благополучного долголетия.

Знание закономерностей явлений, как считает Г.С.Альтшуллер, даёт ключ к управлению ими [1]. Незнание этих закономерностей делает явления роковыми. Закономерности не бывают ни плохими, ни хорошими. Они м.б. “ещё неизвестными” или “уже известными”. Новая ситуация в психологической науке выводит к проблемам, которые связаны с уточнением предмета, выявлением в науке соотношения теоретико-методологического и прикладного, определением взаимосвязей с естественными, общественными и техническими науками. В частности, важно выделять не только философский или общенаучный уровни методологии, но и ее конкретно-научный и процедурно-методический уровни. Именно в рамках такой методологии стала возможной реализация целостно-интегративного, акмеологического подхода. Акмеологический подход, кроме того, предполагает целостность и интеграцию в рамках единой системы не только исследовательских, но и деятельностных, развивающих моделей, алгоритмов и технологий.

Принципиальным для акмеологии является вывод, касающийся ключевого положения методологического основания - закономерностей. Прежде всего, можно выделить то, что характерно и является общим для психологических и акмеологических закономерностей.

Во-первых, акмеологические закономерности (как и психологические) есть не что иное, как устойчивые связи или отношения.

Во-вторых, акмеологические закономерности (как и психологические) одновременно объективны и субъективны.

В-третьих, акмеологические закономерности характеризуются повторяемостью, не только как "внутреннее" устойчивое проявление определенных характеристик, но и как "внешняя" выраженность в более широкой, открытой системе.

В-четвертых, акмеологические закономерности сходны с психологическими еще в том, что они относятся к четвертому и пятому уровню законов (закономерностей), а именно к закономерностям, отражающим процессы психического развития человека, и закономерностям связей между различными уровнями организации психических процессов и явлений.

В-пятых, акмеологические закономерности относятся к классу "законов-тенденций", обладающих некоторой "нежесткостью", вариантностью вокруг устойчивого общего.

Следует также отметить наличие существенных отличий акмеологических закономерностей от закономерностей других наук. Они заключаются в следующем: 1. Существенно меньшая вариантность по сравнению с другими и, прежде всего, психологическими закономерностями. 2. Технологическая направленность, охватывающая потенциальный, актуальный и модельно-прогностический компоненты исследуемого объекта. 3. Акмеологические закономерности обладают потенциальными, связанными с возможным развитием субъекта характеристиками. 4. Ярко выраженная специфичность существенных характерных связей, которая обусловлена предметом науки и др.

Учет всего отмеченного круга вопросов дает возможность более зримо и убедительно определить предметное поле акмеологии. Приоритетным в нем, безусловно, является Человек, реальный носитель собственного опыта и социальных ценностей. Его "АКМЕ" - это вершина, пик, оптимум, совершенство самого человека и всех его макрохарактеристик, связей и отношений. Такое состояние достигается и проявляется в конкретных условиях и ситуациях.

Интеллект у человека, по мнению Б.М.Теплова, один и едины основные механизмы мышления, но различны формы мыслительной деятельности, поскольку различны задачи, стоящие в том и другом случае перед умом человека» [15, С. 114]. Им было показано, что основные элементы мышления едины, они своеобразно функционируют при решении тактических и стратегических задач. Должны присутствовать такие черты, как «схватывание» целого при одновременном внимании к деталям, умение находить быстрое решение, способность к предвидению и др. Механизмы творческого профессионального мышления невозможно понимать без учета механизмов развития психики.

Механизм развития психики (по мнению Л.С.Выготского) – это усвоение социально-исторических форм деятельности. К основным психологическим механизмы формирования высших психических функций относятся: 1. Механизм интериоризации распределенной деятельности. 2. Механизм «осмысления» элементов распределенной деятельности на основе символизации (прежде всего на основе реального включения в соответственные отношения, свойственные взрослым). При этом за счет управляемого формирования коллективно распределенной деятельности в ученических коллективах можно добиться такого положения, когда личные цели учащегося становятся подчиненными коллективным. Для целенаправленного формирования смысла той или иной деятельности необходимо использование особых организационно-игровых методов, реально моделирующих распределение интенсивных эмоциональных состояний при опоре на идею ответственности, свойственную коллективизму взрослых [3].

Как профессионал воспринимает и осмысливает ситуацию, так он и поступает. Его творческие мысли предопределяют соответствующие действия, направленные на эффективное разрешение конкретной ситуации. Управлять процессом становления и совершенствования творческого мышления профессионала возможно при условии учета многоуровневости и единства психологических закономерностей и механизмов его функционирования.

Идея многоуровневости, интегральности когнитивных образований, представленная в работах В.Д.Шадрикова, В.Н.Дружинина, А.В.Карпова, Е.А.Сергиенко, В.В.Знакова, М.А.Холодной, В.И.Панова и др., имеет, на наш взгляд, непосредственное отношение к рассмотрению психологических механизмов, под которыми понимается система различных условий, средств, отношений, связей и других психических явлений, обеспечивающих развитие качеств творческого мышления. Механизм творческого акта состоит, по мнению Д.Н.Завалишиной, в «выходе за пределы» исходного уровня психического обеспечения деятельности, преобразования ситуации, в подключении (или специальном формировании) новых «пластов», «планов» психической организации субъекта. В результате продуктивный процесс становится многомерным, гибким [4, С. 21].

Профессиональное же мышление, наряду с общими механизмами, имеет свою специфику, которая определяется своеобразием решаемых задач и условиями труда. Проведенный теоретический анализ, а также обобщение эмпирических данных, полученных в ходе исследования специфики творческого мышления на разных этапах профессионализации (довузовский, вузовский и послевузовский), а также в различных видах профессиональной деятельности (Е.В.Коточигова, Т.Г.Киселева, Ю.В.Скворцова, Т.В.Огородова, С.А.Томчук, О.Н.Ракитская, А.В.Лейбина и др.), позволяет отметить, что существуют механизмы тормозящие (актуализация дистрессового опыта, самоосуществляющийся прогноз, драматизация). А также позволяет выделить следующие механизмы, повышающие эффективность профессионального мышления.





оставить комментарий
страница3/29
Дата06.05.2012
Размер8,44 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   29
отлично
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх