Учебник icon

Учебник


1 чел. помогло.

Смотрите также:
Тематическое планирование уроков литературы в пятых классах...
Тематическое планирование уроков литературы в пятых классах...
Тематическое планирование курса литературы на 2011-2012 учебный год учитель: Лобова И. А...
Учебник для вузов. Спб.: Питер, 2008. 583 с: ил. Серия «Учебник для вузов»...
Программа курса и план семинарских занятий (Бакалавриат...
Программа курса и план семинарских занятий (Бакалавриат, 1 курс...
Программа курса и план семинарских занятий (Бакалавриат, 1 курс...
Программа курса и план семинарских занятий (Бакалавриат, 1 курс...
Учебник адресован не только студентам лингвистических отделений фа­культетов филологического...
Программа курса и план семинарских занятий (Бакалавриат, 2 курс...
Программа курса и план семинарских занятий (Бакалавриат, 2 курс...
Программа курса и план семинарских занятий (Бакалавриат, 2 курс...



страницы: 1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   21
вернуться в начало
скачать
Глава 16

^ СРЕДСТВА СУДЕБНОГО ДОКАЗЫВАНИЯ


Вопросы к теме

1. Объяснения сторон и третьих лиц.

2. Показания свидетелей.

3. Письменные доказательства.

4. Вещественные доказательства.

5. Заключение эксперта.

6. Аудио- и видеозапись как средство доказывания.

7. Иные средства доказывания.


§ 1. Объяснения сторон и третьих лиц


В рассмотрении гражданских дел активно участвуют истец, ответ­чик, а порой, и третьи лица. В подаваемых в суд заявлениях они излага­ют свое видение подлежащего разрешению спора о праве. В судебном заседании стороны и третьи лица выступают с объяснениями возник­шей ситуации и обоснованием собственных требований и возражений. Сведения, сообщаемые об обстоятельствах дела, закон признает само­стоятельным средством доказывания (ст. 68 ГПК). Вместе с тем содер­жащееся в выступлениях сторон и третьих лиц толкование соответст­вующих правовых норм, юридическая квалификация сложившихся отношений, рассуждения эмоционального характера не являются средством доказывания112.

Объяснения сторон и третьих лиц как самостоятельное средство Доказывания имеет особенности: а) это самое распространенное средство доказывания; в отличие от иных средств доказывания, которые могут быть или не быть в производстве, оно используется всегда и в любом гражданском деле; б) это средство содержит первоначальные сведения по рассматриваемому делу, так как о самом правовом кон­фликте и его содержании судья узнает прежде всего от сторон и треть­их лиц еще до начала судебного разбирательства, из заявления и опро­сов истца и ответчика в ходе подготовки дела к судебному рассмотре­нию (ст. 150 ГПК); в) это основной, главный, по общему правилу, ис­точник информации по делу. Если другие средства доказывания раскрывают отдельные обстоятельства, моменты рассматриваемого дела, то его участники знают значительно больше — они располагают, как правило, всеми' фактами, имеющими значение для дела. Именно поэтому объяснения сторон и третьих лиц названы первыми в перечне средств доказывания. Без них суд часто не в состоянии выяснить дей­ствительные обстоятельства дела, суть спорного правоотношения; г) это такое средство доказывания, где наиболее вероятны умолчания, искажения — умышленные или неумышленные — взаимоотношений участников дела и даже ложь. Нельзя забывать, что объяснения дают юридически заинтересованные люди, стремящиеся к выгодному для них разрешению дела (К.С. Юдельсон). Какой-либо ответственности за это закон для сторон не устанавливает.

Отмеченные особенности характеризуют объяснения истца, ответ­чика и третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования относи­тельно предмета спора. Объяснения третьих лиц, не заявляющих само­стоятельных требований относительно предмета спора (ст. 43 ГПК), обычно содержат более локальную информацию об их личном участии в рассматриваемом конфликте.

Объяснения сторон и третьих лиц могут иметь четыре разновидно­сти: утверждение, признание, возражение и отрицание.

Утверждение содержит сведения о фактах, существование которых доказывается самим лицом, утверждающим то или иное положение. Это наиболее распространенная разновидность объяснений: выступле­ния лично заинтересованных лиц нередко почти полностью состоят из утверждений.

Признание — такое объяснение, где есть информация о фактах, су­ществование которых должна доказывать другая сторона. Сторона вправе признавать все факты основания иска или возражения против иска (полное признание), либо некоторые из указанных фактов (час­тичное признание). Возможно признание с оговоркой, аннулирующей существо сделанного признания (квалифицированное признание).

Например, ответчик вправе указать на то, что истец действительно пе­редавал ему искомую сумму денег, но требование о возврате долга по­гашается истечением срока исковой давности.

Признание влечет юридические последствия — признанные факты становятся бесспорными, что освобождает другую сторону от необхо­димости их дальнейшего доказывания. Для этого суд должен специаль­ным определением принять признание факта. В связи с этим закон устанавливает порядок фиксации признания. Данный акт заносится в протокол судебного заседания и подписывается стороной, признавшей факт (ч. 2 ст. 68 ГПК). Если признание факта изложено в письменном заявлении, оно приобщается к делу.

Возражение — мотивированное непризнание позиции другой сто­роны. Возражение как самостоятельная разновидность объяснений сторон и третьих лиц возникает в связи с приведением новой фактиче­ской информации, опровергающей доводы другого участника спора.

Отрицание — самостоятельный способ судебной защиты (разно­видность доказательственной информации), при котором сторона не соглашается с позицией другой стороны без приведения каких-либо доказательств. Например, ответчик может пояснить суду, что денег от истца не получал и соответствующий договор не заключал.

Объяснения сторон и третьих лиц — важнейшее средство познания обстоятельств дела, рассматриваемых правоотношений, в связи с чем перед судьей стоят следующие задачи:

1) известить стороны и третьих лиц о времени и месте рассмотре­ния дела (ст. 155 ГПК), для того чтобы заинтересованные лица присут­ствовали при разбирательстве дела и давали объяснения;

2) проверить достоверность объяснений сторон другими средства­ми доказывания, в противном случае объяснения будут голословны.

При оценке объяснений сторон и третьих лиц суду надлежит со­блюдать следующие правила: а) уяснить, в чем состоит суть требова­ний истца и возражений ответчика, т.е. четко определить их позиции в Рассматриваемом споре о праве; б) отграничить в объяснениях факты от рассуждений, логических выводов и эмоций (М.К. Треушников); в) следить за тем, чтобы объяснения сторон и третьих лиц обладали свойством внутренней согласованности, т.е. не противоречили самим себе, не содержали противоположных, взаимоисключающих сведений (В.В. Матюшин); г) оценивать объяснения сторон и третьих лиц непре­менно с учетом всей собранной по делу доказательственной информации.


§ 2. Показания свидетелей


Свидетель — юридически незаинтересованный участник граждан­ского судопроизводства, знающий факты рассматриваемого дела, о ко­торых обязан дать показания в судебном заседании.

В современном гражданском процессе свидетелями могут быть лю­бые граждане, способные правильно воспринимать обстоятельства действительности, имеющие отношение к разбираемому гражданско­му делу, т.е. обладающие гражданской процессуальной правоспособно­стью (П.Ф. Елисейкин, М.А. Фокина). При этом не имеют значения родство, особые отношения (дружба, любовь, вражда, ненависть) сви­детеля с одной или обеими сторонами, судьей, заседателями, секрета­рем судебного заседания, прокурором, а также возраст лица, дающего показания.

Между тем, идя по пути восприятия общепринятых в мировой юриспруденции представлений о правах человека, законодатель на­звал группу лиц, которые не могут подлежать допросу в качестве сви­детелей:

1) представители по гражданскому делу или защитники по уголов­ному делу, делу об административном правонарушении — об обстоя­тельствах, которые стали им известны в связи с исполнением обязан­ностей представителя или защитника;

2) судьи, присяжные, народные или арбитражные заседатели — < вопросах, возникавших в совещательной комнате в связи с обсуждени­ем обстоятельств дела при вынесении решения суда или приговора;

3) священнослужители религиозных организаций, прошедших го­сударственную регистрацию, — об обстоятельствах, которые стали и известны из исповеди.

Одновременно в рамках гражданского судопроизводства существу­ет институт свидетельского иммунитета, позволяющий лицам отка­заться от дачи показаний по делу. Впервые свидетельский иммунитет был зафиксирован в ст. 51 Конституции РФ, гласящей: «Никто не обя­зан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников...».

Следуя основному закону, ч. 4 ст. 69 ГПК закрепляет правило о том, что от дачи свидетельских показаний вправе отказаться:

1) гражданин против самого себя;

2) супруг против супруга, дети, в том числе усыновленные, против родителей, усыновителей, родители, усыновители против детей, в том числе усыновленных;

3) братья, сестры друг против друга, дедушка, бабушка против вну­ков и внуки против дедушки, бабушки;

4) депутаты законодательных органов — в отношении сведений, ставших им известными в связи с исполнением депутатских полно­мочий;

5) Уполномоченный по правам человека в Российской Федера­ции — в отношении сведений, ставших ему известными в связи с вы­полнением своих обязанностей.

Свидетель должен обладать способностью не только правильно воспринимать действительность (гражданская процессуальная право­способность), но и давать о случившемся правильные показания (гра­жданская процессуальная дееспособность). По этому признаку не должны допрашиваться в качестве свидетелей лица, которые в силу физических или психических недостатков не способны объективно воспринимать факты и давать о них правильные показания, хотя пря­мого запрета на этот счет закон не содержит. Кроме того, дети как сви­детели обладают ограниченной дееспособностью, в силу того, что пси­хологические особенности ребенка, в первую очередь малолетнего, та­ковы, что он воспринимает окружающее не столько рационально, сколько эмоционально. При их допросе в суде привлекаются специа­листы в области детской психологии, родители, педагоги, усыновите­ли, опекуны или попечители (ст. 179 ГПК).

Свидетельские показания в зависимости от их содержания принято подразделять на три группы: а) показания, содержащие сведения-информацию; б) показания, содержащие кроме сведений и суждения; в) показания сведущих свидетелей113.

Первую из указанных разновидностей — сведения-информацию обычно дают свидетели, не знакомые со сложившимися взаимоотно­шениями и правоотношениями спорящих сторон. Они, как правило, ограничиваются изложением какого-то одного или нескольких фак­тов, имеющих значение для правильного разрешения гражданского Дела. Такие показания дают очевидцы, случайно узнавшие те или иные обстоятельства.

Второй вид показаний типичен для свидетелей, хорошо знакомых со сторонами либо с одной из них, знающих развитие спорных отноше­ний. Нередко такие свидетели (родственники, подруги, недруги одной из сторон) имеют фактическую заинтересованность в том или ином разрешении дела. Они, как правило, не ограничиваются рассказом о конкретном факте, а излагают свои соображения, суждения и догад­ки, содержащие оценку спорной ситуации, дают характеристики конфликтующих людей. Отделить рассуждения таких лиц от собст­венно доказательственной информации не всегда просто. Показания указанных свидетелей более полно описывают спорную ситуацию, фактическую сторону дела, но при этом велика опасность искаже­ния обстоятельств коллизии, подмены доказательств необъективной информацией.

Третий вид показаний получают от сведущих свидетелей, которые в силу профессиональных, специальных знаний способны не только сообщить суду информацию фактического характера, но и указать при­чины и последствия совершения конкретных обстоятельств. Напри­мер: ветеринар может не только рассказать о массовой гибели закуп­ленного скота, но и указать ее возможные причины; шофер может под­робно и квалифицированно изложить обстоятельства дорожно-транс­портного происшествия, очевидцем которого был. Сведущие свидетели близки по своей природе к специалистам.

В отношении свидетельских показаний в гражданском процессе четко просматриваются две противоположные тенденции.

С одной стороны, заметно стремление как можно шире использо­вать в правосудии по гражданским делам данное средство доказыва­ния, оно демократично, хорошо вписывается в устное состязательное судопроизводство. Достоверность свидетельских показаний можно проверить. Не случайно римский император Адриан говорил, что он может полагаться на свидетелей, но не на свидетельства (обычно пра­воведы отсюда выводят преимущества устного судебного разбиратель­ства дела). То, что свидетели дают показания непосредственно перед судьями, разрешающими дело, оценивалось в XIX в., как безусловное требование справедливости (К.Ю.А. Миттермаер). Особую распро­страненность свидетельских показаний отмечал также известный рус­ский юрист А.Ф. Кони.

В то же время проявляется и противоположная тенденция ограни­чения свидетельских показаний. В современном российском граждан­ском судопроизводстве приоритет явно отдается письменным доказа­тельствам. По существующим правилам делопроизводства практиче­ски все юридически значимые факты подлежат документированию, документируются, регистрируются факты гражданского состояния на основании Федерального закона от 15 ноября 1997г. № 143-ФЗ актах гражданского состояния»114 (рождение, усыновление, брак, раз­вод, смерть); большинство сделок (ст. 160—165 ГК); правонарушения и т.п. В этой связи при рассмотрении чуть ли не любого гражданского дела судья имеет соответствующие письменные доказательства. Не случайно выработанное в судебной практике понятие необходимых до­казательств трактуется прежде всего как определенные документы.

Как уже подчеркивалось ранее, свидетельские показания зачастую не могут быть использованы для подтверждения каких-либо обяза­тельств. Так, несоблюдение письменной формы сделки лишает сторо­ны возможности в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства (ст. 162 ГК). Специально подчер­кивается невозможность оспаривания, как правило, договора займа по безденежности путем свидетельских показаний (ст. 812 ГК).

Кроме того, безусловно, ограничивает возможности использования свидетельских показаний так называемый свидетельский иммунитет115. Если гражданину те или иные составляющие тайну сведения стали из­вестны в силу его служебного положения, он не вправе разглашать их в суде.

Перечень сведений, составляющих профессиональную тайну, до­вольно большой: адвокатская тайна в отношении конфиденциальных сведений, ставших известными адвокату в ходе оказания юридической помощи116; тайна банковских вкладов граждан; врачебная тайна в отно­шении некоторых болезней (туберкулеза, венерических, онкологиче­ских и т.д.); нотариальная тайна117; следственная тайна в отношении дан­ных предварительного следствия; лоцманская тайна.

Существуют государственная, военная, дипломатическая тайны. Статья 23 Конституции РФ называет личную и семейную тайны. Международно-правовыми актами закреплен иммунитет дипломати­ческих представителей, членов правительственных делегаций и консульских работников в области гражданской юрисдикции, частично освобождающий их от функций свидетеля по гражданским делам.

Нельзя забывать, что привлечение свидетелей в судопроизводство связано с финансовыми сложностями, поэтому в современном граж­данском процессе по определенным категориям дел свидетели встреча­ются нечасто. Некоторые гражданские дела рассматриваются вообще без привлечения свидетелей (взыскание алиментов, задолженностей и др.).

По общему правилу, потребность в показаниях свидетелей возни­кает в трех случаях: а) для установления отдельных фактов, которые нельзя закрепить документально (факт иждивения); б) для выяснения обстоятельств, которые были в свое время документально оформлены, но документы утрачены и восстановить их невозможно (большинство дел об установлении юридических фактов в порядке особого производ­ства); в) для исследования достоверности средств доказывания (объяс­нений сторон, письменных и вещественных доказательств и др.). В су­дебной практике нередки случаи, когда свидетельские показания за­частую были незаменимым и эффективным процессуальным средст­вом выявления подложности документов, поступивших в суд.

Процессуальное положение свидетеля в судопроизводстве опреде­ляется прежде всего возлагаемыми на него обязанностями, согласно которым он должен по вызову суда явиться на судебное заседание и дать правдивые показания (ст. 70 ГПК). Обязанности обеспечиваются возможностью применения таких юридических санкций, как наложе­ние штрафа, принудительный привод в суд и, наконец, привлечение к уголовной ответственности за заведомо ложные показания.

Надлежащее выполнение процессуальных обязанностей призваны обеспечить следующие права свидетеля:

1) давать показания на родном языке (ст. 9 ГПК);

2) быть допрошенным судом в месте своего пребывания (ст. 62 ГПК);

3) пользоваться письменными заметками в тех случаях, когда его показания связаны с какими-либо цифровыми или другими данными, которые трудно удержать в памяти (ст. 178 ГПК);

4) право на компенсацию понесенных расходов (ст. 70 ГПК). При оценке свидетельских показаний суду надлежит ответить на следующие вопросы: как соотносятся свидетельские показания с предметом доказывания по рассматриваемому делу; допустимы ли свидетельские показания для установления конкретных обстоятельств; за­интересован ли свидетель в том или ином разрешении дела; способен ли он с учетом индивидуальных свойств правильно воспринять, запом­нить и произвести в суде доказательственную информацию; насколько полны показания свидетеля и достаточны ли они для формирования неких сведений; соответствуют ли показания имеющимся в деле фак­тическим данным (А.Г. Коваленко, М.А. Фокина).


§ 3. Письменные доказательства


Письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разреше­ния дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные до­кументы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, элек­тронной или другой связи либо иным позволяющим установить досто­верность документа способом. К письменным доказательствам отно­сятся приговоры и решения суда, иные судебные постановления, про­токолы совершения процессуальных действий, протоколы судебных заседаний, приложения к протоколам совершения процессуальных действий (схемы, карты, планы, чертежи).

В правоведении в понятии письменного доказательства выделяют два отличительных признака: а) наличие какой-либо вещественной ос­новы (бумаги, картона, ткани, железа, электронного и иного носите­ля.), т.е. письменное доказательство существует, пока существует сам предмет; б) содержание доказательства, т.е. то, о чем свидетельствует это доказательство; не столь важно, как изложено содержание (знака­ми, буквами, цифрами, символами и т.д.), важно то, что оно содержит сведения об обстоятельствах рассматриваемого гражданского дела. Сочетание признаков в конечном счете должно отображать человече­скую мысль.

В современном гражданском процессе с помощью письменных до­казательств можно устанавливать любое обстоятельство, имеющее значение для дела. В настоящее время письменные доказательства яв­ляются самыми распространенными средствами доказывания — боль­шинство доказательственной информации практически по любому Делу суд получает через данное средство доказывания (В.И. Коломьщев).

Но это не означает, что представляемые в суд акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, вы­полненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи, безупречны. Так, если восприятие пишущего что-либо человека по каким-то причинам было ущербно, то и составляемый акт будет неис­тинным. Кроме того, в тексте могут быть сознательные неточности, умолчания, фальсификации обстоятельств взаимоотношений участ­ников спора о праве. Выявить достоверность такого документа, состав­ленного в прошлом, нередко очень сложно. И все же очевидное досто­инство письменных доказательств состоит в том, что с момента записи того или иного текста перестает действовать фактор памяти — то, что записано, уже не забудется (К.С. Юдельсон).

Отличительные признаки данного средства доказывания далеко не полно отражают сущность письменного доказательства, в связи с чем в судебной практике актуально его отграничение от письменных объяс­нений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, а также заключе­ний экспертов. Дело в том, что объяснения сторон, третьих лиц, показа­ния свидетелей могут даваться как в устной, так и в письменной форме. Решающее значение при отграничении имеет то обстоятельство, в ка­кой момент лицо дало показания, — до начала судопроизводства или позже, адресованы ли показания суду, и — главное — каково их содер­жание. По последнему признаку заключение эксперта отличается от письменных доказательств.

Несколько иначе разграничиваются письменные и вещественные доказательства. Последние также могут представлять собой докумен­ты, записи, акты и т.п. Сложность связана с тем, что у них единый ис­точник (К.С. Юдельсон), совпадает и процессуальная форма (С.В. Крылев). Различие состоит в их заменимости или незаменимости для дела (М.А. Гурвич, М.С. Строгович). Суть письменных доказательств заключена в выраженной в них мысли. Следовательно, они могут быть тиражированы без ущерба для их доказательственной силы.

Предметы объективной реальности строго индивидуальны, каж­дый имеет только ему присущие свойства и признаки и потому не мо­жет быть повторен. Итак, документы, с которых могут быть сняты ко­пии для гражданского дела, это письменные доказательства; докумен­ты, которые не подлежат тиражированию, — вещественные доказатель­ства. Именно поэтому законодатель специально отметил, что письменные доказательства могут представляться в подлиннике либо в форме надлежащим образом заверенной копии. В подлиннике доку­менты представляются, когда обстоятельства дела согласно законам или иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению только такими документами, а также в случаях, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов либо представленные копии до­кумента различны по содержанию.

Данный признак не всегда учитывается в учебной литературе. Так, порядок и последствия закрепления сведений о подложности докумен­та нередко освещаются как исследование письменного доказательства, между тем как подложный документ представляет собой типичное ве­щественное доказательство.

Письменные доказательства многочисленны и разнообразны. Их принято подразделять по субъекту (официальные и неофициальные документы); по способу формирования (подлинники и копии); по со­держанию (распорядительные и справочно-информационные акты) и форме (простые и нотариально удостоверенные акты, а также доку­менты, форма которых установлена правовыми нормами и обяза­тельна к применению).

Среди письменных доказательств особое место занимает протокол судебного заседания: а) он составляется беспристрастными судебными работниками; б) его содержание охватывает всю процессуальную дея­тельность суда; в) в нем документально закреплены личные доказа­тельства (объяснения сторон, третьих лиц, показания свидетелей, уст­ные консультации специалистов), а также акты-распоряжения участ­ников спора субъективными правами и процессуальными средствами их защиты (признание иска, отказ от иска, заключение мирового согла­шения). Доказательственная сила протокола судебного заседания ис­ключительно велика — при расхождении между судебным протоколом и постановлениями суда вышестоящий суд отдает предпочтение имен­но протоколу.

Письменные доказательства, по общему правилу, представляются заинтересованными лицами, это одновременно их право и обязан­ность. Суд полномочен в помощь сторонам, и по их ходатайству истре­бовать отдельные письменные доказательства (ч. 1 ст. 57 ГПК). Неис­полнение судебного запроса может повлечь применение штрафных санкций к виновным должностным лицам и гражданам, не являющим­ся участвующими в деле лицами (ч. 3 ст. 57 ГПК).

В случае непредставления истребуемого судом письменного дока­зательства истцом или ответчиком действует правовая фикция, которая выражается в том, что если сторона, обязанная доказывать свои требования либо возражения, удерживает находящееся у нее письменное доказательство и не представляет его суду, орган правосудия вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны (ч. 1 ст. 68 ГПК).

Письменные доказательства вначале исследуются путем их прочте­ния и оглашения в открытом либо закрытом судебном заседании в за­висимости от того, дали ли субъекты согласие на обнародование лич­ной переписки и телеграфных сообщений, а равно предъявления участ­вующим в деле лицам, представителям, а в необходимых случаях — экспертам и свидетелям.

При оценке доказательств изучают прежде всего форму докумен­та — наличие реквизитов, подписей118 и проч. Здесь важно отметить, что законодатель не отнесся индифферентно к проблеме получения образ­цов почерка для сравнительного анализа документа и подписи на доку­менте. Впервые ГПК разрешает оспаривать не сам документ или иное письменное доказательство, а присутствующую в нем подпись. Причем правом оспаривания обладает только то лицо, подлинность подписи которого необходимо подтвердить или опровергнуть посредством по­лучения образцов почерка. В то же время речь не идет об обязательном назначении экспертизы, скорее, нужно говорить о том, что получение образцов следует расценивать как способ собирания материалов для потенциально возможного экспертного исследования, который не име­ет в гражданском судопроизводстве самостоятельного процессуально­го значения.

Затем изучается содержание документа. При этом учитываются от­ношение наличествующей в документе информации к предмету дока­зывания, а также соответствие содержания документа иным сведени­ям, имеющимся в деле, сопоставление их с другими доказательствами. Особые правила оценки действуют в отношении копий письменных доказательств. Так, в ходе оценки копии документа или иного письмен­ного доказательства суд обязан проверить, не изменилось ли при копировании содержание копии документа по сравнению с его оригиналом, а также с помощью какого технического приема выполнено копирова­ние, гарантирует ли оно тождественность копии документа и его под­линника, каким образом сохранялась копия. Если же суд оценивает ко­пии одного и того же документа, но представленные разными сторона­ми, и копии не тождественны, то судья должен истребовать оригинал. В случае его утраты или непредставления суд не вправе считать дока­занными обстоятельства, подтверждаемые только копиями, не вызы­вающими доверие.

Письменные доказательства вследствие того, что они имеют некую ценность (деловую, личную) для представивших их лиц, возвращают­ся им после вступления решения в законную силу, а в деле остаются за­свидетельствованные судьей копии письменных материалов. Правда, возврат возможен и до вступления постановления суда в законную силу, но только по усмотрению суда.


§ 4. Вещественные доказательства


Вещественными доказательствами закон признает предметы, ко­торые по своему внешнему виду, свойствам, месту нахождения или иным признакам могут служить средством установления обстоя­тельств, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела.

Правовое понятие вещественного доказательства охватывает раз­личные предметы и вещи, которые представлены или только названы участниками судопроизводства по конкретному делу.

Целесообразно выделять три группы предметов, которые можно от­нести к вещественным доказательствам:

1) материальные объекты рассматриваемых исков (имущество, на которое претендует истец, спорная жилая площадь и т.п.). Доказатель­ственное значение могут иметь такие свойства, как цена имущества, его качественная характеристика, объем, местонахождение;

2) недоброкачественная продукция, испорченные вещи, частично или полностью утратившие товарные свойства. Они могут свидетельствовать как о собственной потребительской ценности, так и об интен­сивности неправомерной деятельности ответчиков либо третьего лица на стороне ответчика;

3) поддельные или подложные документы, а также ошибочные акты официальных органов.

При всем различии указанные вещественные доказательства важны своими свойствами (внешний вид, изменения, местонахождение, принадлежность). Именно поэтому они незаменимы как средства до называния и подлежат особо тщательному хранению, в ряде случаев в специальных камерах хранения.

К.С. Юдельсон подвергал сомнению данный признак, ссылали на то, что образцы недоброкачественной продукции являются вещественными доказательствами, а они вполне могут быть заменимы. Но образцы — еще не само вещественное доказательство, они лишь части бракованной продукции, т.е. часть данного средства доказывания потому-то они и могут быть заменимы.

Вещественные доказательства обладают доказательственной ценностью в следующих случаях: а) если служат доказательствами в смысле объектов непосредственного судебного познания (например, во время разбирательства дела суд осматривает представленные сторонам!1 вещи и убеждается в их недоброкачественности и т.п.); б) если они имеют значение доказательственного факта (например, нахождение определенной вещи у ответчика подтверждает факт правонарушения) в) если они являются объектами экспертного исследования.

Как самостоятельное средство доказывания, вещественные доказа­тельства не всегда удобны для использования в судебной практике, так как это могут быть вещи громоздкие, нетранспортабельные, нуждаю­щиеся в особом режиме хранения (ст. 74 ГПК). Поэтому они, по общему правилу, после вступления решения суда в законную силу возвра­щаются владельцам либо тем, за кем суд признал право на эти вещи (ст. 76 ГПК).

Кроме того, в гражданском процессе предусмотрены, во-первых широкий круг производных средств доказывания и, во-вторых, осмотр на месте вещей, которые не могут быть доставлены в суд. Вместо подлинных вещей в судебное заседание могут быть представлены их фото графин, чертежи, описания, аудио- и видеозаписи, рисунки, слепки экспериментальные образцы и др. Практически нет ограничений в ин формации вторичного характера, заменяющей первоначальные вещественные доказательства.

Осмотр вещественных доказательств на месте проводится судом i извещением участвующих в деле лиц, как в стадии подготовки деда к разбирательству (п. 10 ч. 1 ст. 150 ГПК), так и в судебном разбиратель­стве (ст. 183 ГПК). В судебном заседании заинтересованные лица впра­ве давать объяснения и обращать внимание суда на те или иные сторо­ны, свойства осматриваемых вещей. Суд ведет протокол, при этом мо­гут быть составлены чертежи, схемы, рисунки, фотографии и т.п. Необ­ходимость осмотра судом возникает, в частности, в отношении вещеи подверженных быстрой порче, которые после исследования судом воз­вращаются лицу, представившему доказательства в целях осмотра, или передаются организациям для использования в соответствии с их предназначением. В последнем случае владельцу вещественного дока­зательства могут быть возвращены предметы того же рода и качества либо возмещена их стоимость (ст. 75 ГПК).

Вещественные доказательства должны поступать в суд от сторон и других участвующих в деле лиц. В случае затруднений судья вправе выдать лицу, ходатайствующему об истребовании вещественного до­казательства, запрос на право его получения для последующего пред­ставления в суд. Статья 57 ГПК подробно регламентирует порядок ис­требования и представления доказательств, в том числе и веществен­ных. Правовая санкция за непредставление вещественных доказа­тельств подобна той, которая действует за уклонение от представления письменных доказательств и выражается в применении юридической фикции (ч. 1 ст. 68 ГПК), дающей возможность суду обосновать собст­венные выводы объяснениями другой стороны правового конфликта.


§ 5. Заключение эксперта


В судопроизводстве существует негласное положение: судьи обла­дают знаниями права (еще римские юристы утверждали — jurus cor um legas — судьи знают законы) и элементарными знаниями, в том числе, знаниями общеизвестных фактов. По этим аспектам судьи вправе са­мостоятельно строить суждения, но при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в раз­личных областях науки, техники, искусства и ремесла, суд назначает экспертизу (ч. 1 ст. 79 ГПК).

ГПК РФ не содержит трактовку экспертизы вообще и судебной экс­пертизы в частности. Между тем, соответствующее понятие приводит­ся в Федеральном законе от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государствен­ной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»119, где указывается, что судебная экспертиза — это процессуальное действие, состоящее из проведения исследований и дачи заключения экспертом по вопросам, требующим специальных знаний в области науки, техни­ки, искусства или ремесла, которые поставлены перед экспертом судом, в целях установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу.

Другими словами, экспертиза представляет собой своеобразный вид консультации суда специалистами, но сама по себе она не призна­ется средством доказывания (А.Ф. Клейнман, М.К. Треушников). До­казательственное значение имеют лишь выводы экспертного исследо­вания, собственно, заключение эксперта, под которым тот же Закон подразумевает письменный документ, отражающий ход и результаты исследований, проведенных экспертом.

К.С. Юдельсон отмечал, что в экспертном заключении: а) воспро­изводится подтвержденное практикой положение науки; б) констати­руются обстоятельства конкретного дела; в) делается вывод из уста­новленной научной закономерности по отношению к данному частно­му случаю, материалам рассматриваемого гражданского дела.

В экспертном заключении судебное познание используется свое­образно. Давно замечено, что существуют два пути, две модели судеб­ного познания: информационное и логическое120. При информацион­ном познании средством получения знаний служит средство доказы­вания. Содержащиеся в нем сведения дают суду знания об обстоя­тельствах рассматриваемого дела. Сторона, свидетель сообщают в судебном заседании какую-либо информацию, из чего судья делает вывод об определенных фактах действительности и взаимоотношени­ях участников правового конфликта. В рамках логического пути до­казательствами выступают уже установленные ранее факты (доказа­тельственные факты). Они-то и играют роль посылок, аргументов для получения знания, необходимого для вывода. Формирование оконча­тельного вывода на основе логического анализа собранного и изучен­ного доказательственного материала составляют новую — вторую ступень познания.

Одной из разновидностей логического познания является экспер­тиза. Эксперт анализирует представленный ему доказательственный материал (вещественные доказательства) и на этой основе делает вы­вод, который является доказательством. При этой модели доказывания обязателен субъект доказывания, обладающий специальными знания­ми, закрепляемыми в особом гражданском процессуальном докумен­те — заключении эксперта. Логическое познание осуществляется после получения информационного знания, а также после того, как определе­на достоверность доказательственных фактов.

Экспертиза назначается определением судьи на стадии подготовки дела к судебному разбирательству (ст. 150 ГПК) либо при самом судебном разбирательстве. Назначение экспертизы — право суда, но в неко­торых случаях правомочие преобразуется в обязанность; так в соответ­ствии со ст. 283 ГПК по делам о признании гражданина недееспособ­ным экспертиза должна быть назначена.

В определении о назначении экспертизы суд указывает: наименова­ние суда; дату назначения экспертизы; наименования сторон по рас­сматриваемому делу; наименование экспертизы; факты, для подтвер­ждения или опровержения которых назначается экспертиза; вопросы, поставленные перед экспертом; фамилию, имя и отчество эксперта либо наименование экспертного учреждения, которому поручается проведение экспертизы; представленные эксперту материалы и доку­менты для сравнительного исследования; особые условия обращения с ними при исследовании, если они необходимы; наименование сторо­ны, которая оплачивает экспертизу.

В связи с изложенным целесообразно обратить особое внимание на два аспекта, первый из которых состоит в том, что экспертиза может быть поручена не только экспертному учреждению, но и конкретному эксперту, к личности которого предъявляются строго определенные требования:

1) это всегда гражданин РФ, имеющий высшее профессиональное образование, прошедший последующую подготовку по экспертной специальности121;

2) это аттестованный работник государственного судебно-эксперт­ного учреждения122;

3) это работник, осуществляющий деятельность в порядке исполне­ния своих должностных обязанностей и занимающий определенную должность, вследствие чего получающий вознаграждение от государства;

4) это работник, оформляющий итоги деятельности заключением, удостоверяемым печатью государственного судебно-экспертного уч­реждения.

Сказанное означает, что отождествлять эксперта и специалиста нельзя, как и неправильно противопоставлять эти процессуальные фигуры. Все дело в том, что законодатель принципиально допускает сов­падение эксперта и специалиста в одном лице. Так, в ч. 2 ст. 80 ГПК подчеркивается: «... За дачу заведомо ложного заключения экс­перт предупреждается судом или руководителем судебно-экспертного учреждения, если экспертиза проводится специалистом этого учреж­дения». Следовательно, эксперт является одновременно специали­стом, но специалист не всегда может быть экспертом.

Второй не менее важный аспект касается формирования круга во­просов, которые надлежит поставить перед экспертом. Количество и качество вопросов предопределяются судом, но каждая из сторон и другие участвующие в деле лица вправе представить собственные во­просы, включаемые в судебное постановление органом правосудия по своему усмотрению. От того, каким образом будут сформулированы данные вопросы, зависит полнота экспертных выводов. Однако с це­лью установления истины по поводу тех или иных фактов правового конфликта, если эксперт при экспертизе обнаружит имеющие значе­ние для рассмотрения и разрешения дела обстоятельства, относитель­но которых не были поставлены вопросы, он может включить выводы об этих обстоятельствах в заключение (ч. 2 ст. 86 ГПК).

Закон специальным образом оговаривает права и обязанности экс­перта, а равно участников процесса. Согласно ст. 85 ГПК эксперт, с од­ной стороны, для дачи обоснованного и объективного заключения вправе знакомиться с материалами дела; просить судебный орган пред­ставить дополнительную информацию; задавать вопросы лицам, уча­ствующим в деле, и свидетелям. С другой — обязан принять к произ­водству порученную судом экспертизу; провести полное исследование тех или иных материалов и документов; надлежащим образом ответить на поставленные вопросы; явиться по вызову в суд; обеспечить сохран­ность представленных материалов.

Одновременно эксперт не вправе автономно собирать материалы для осуществления экспертизы; вступать в личные контакты с любыми участниками процесса; разглашать сведения, ставшие ему известными в связи с проведением экспертного исследования, или сообщать кому-либо о результатах экспертизы, за исключением суда; заниматься судебно-экс­пертной деятельностью в качестве негосударственного эксперта.

Участники процесса в отличие от эксперта наделяются правами и обязанностями в зависимости от их правового положения. Наиболее широкие полномочия у сторон и участвующих в деле лиц, поскольку они могут заявлять отвод эксперту; формулировать вопросы; знако­миться с заключением эксперта и совершать другие действия (ст. 79 ГПК). Главная обязанность выражается в явке сторон для участия в экспертном исследовании и представлении экспертам необходимых материалов и документов, в противном случае применяется фикция судебной экспертизы (ч. 3 ст. 79 ГПК)123.

В свою очередь Закон «О государственной судебно-экспертной дея­тельности в Российской Федерации» употребляет словосочетание «уча­стники процесса», не расшифровывая, что под ними понимается, и раз­решает им присутствовать при судебной экспертизе в государственном судебно-экспертном учреждении; давать объяснения и задавать экспер­ту вопросы, относящиеся к предмету судебной экспертизы.

Дифференциация судебных экспертиз проводится по различным основаниям. В зависимости от персонификации специальных знаний экспертиза подразделяется на судебно-психиатрическую, судебно-техническую, товароведческую, генетическую, почерковедческую, медицинскую и иные.

По последовательности проведения экспертизы бывают первичные и повторные; по объему исследования — основные и дополнительные; исходя из количественного состава экспертов — единоличные и ко­миссионные; и, наконец, по характеру используемых знаний эксперти­зы могут быть однородными и комплексными.

«С процессуальной точки зрения, — указывает Т.В. Сахнова, — осо­бенно актуальным представляется подразделение экспертиз на пер­вичные (основные), повторные, дополнительные, комплексные и ко­миссионные, поскольку различаются специальные основания их на­значения, формы взаимодействия экспертов, ...формирование содер­жания заключения эксперта»124.

Если название первичной экспертизы отвечает само за себя, то до­полнительные и повторные экспертные исследования отличаются су­щественной спецификой.

^ Дополнительная экспертиза имеет место в случаях недостаточной ясности или неполноты объективного в целом заключения эксперта, поэтому ее выполнение поручается тому же или другому эксперту. По­требность в повторной экспертизе, напротив, возникает, если у суда появляются сомнения в правильности или обоснованности первично­го заключения, либо оно характеризуется как противоречивое, вслед­ствие этого повторная экспертная процедура проводится исключи­тельно другим экспертом.

^ Комплексная экспертиза назначается судом, если установление обстоятельств по делу требует одновременного проведения исследова­ний с использованием различных областей знания или с применением различных научных направлений в пределах одной области знания. Именно поэтому для осуществления этого вида экспертизы привлека­ются не один, а несколько экспертов, излагающих свой вывод в одном заключении. Следовательно, в этом плане комиссионная и комплекс­ная экспертизы совпадают.

^ Комиссионная экспертиза нужна органу правосудия для установ­ления обстоятельств двумя или более экспертами в одной области зна­ния. Вместе с тем Закон «О государственной судебно-экспертной дея­тельности в Российской Федерации» определяет комиссионную экс­пертизу по-иному: как процессуальное действие, состоящее из прове­дения исследования и дачи заключения не менее чем двумя экспертами одной или разных специальностей. В этой связи более удачной с прак­тической точки зрения представляется сложная конструкция комисси­онной экспертизы, предполагающая ее деление на совместную (в экс­пертном исследовании участвуют эксперты одной специальности) и комплексную (в экспертизе заняты эксперты разных специальностей).

По итогам экспертного функционирования в письменной форме дается заключение эксперта, в котором подробно описываются прове­денное исследование, сделанные выводы и ответы на поставленные су­дом вопросы. Однако иногда в заключении по объективным причинам не могут быть даны однозначные ответы, отсюда заключение эксперта может быть: категоричным (указывается однозначный вывод); веро­ятным (не содержится однозначно утвердительного ответа, так как имеется определенная степень вероятности); условным (закрепляют­ся выводы, приобретающие категоричность в зависимости от доказан­ности или недоказанности фактов в ходе судебного разбирательства дела); заключение с выводами о невыполнимости поставленной зада­чи на базе исходных данных (данный вид заключения не следует отождествлять с мотивированным сообщением эксперта суду об отказе в проведении экспертизы в соответствии с ч. 1 ст. 85 ГПК).

Заключение подписывается экспертом или группой экспертов и удостоверяется печатью государственного судебно-экспертного учре­ждения. При комиссионной экспертизе эксперт, не согласный с мнени­ем других, вправе дать отдельное заключение по всем или отдельным вопросам, вызвавшим разногласия.

Заключению эксперта не придается какое-либо преимущественное значение по сравнению с иными средствами доказывания. Суд обязан оценить его по общим правилам оценки доказательственного материа­ла (ст. 67 ГПК).


§ 6. Аудио- и видеозапись как средство доказывания


Ранее гражданское процессуальное законодательство не преду­сматривало в .качестве средств доказывания аудио- и видеозаписи, а ст. 49 ГПК РСФСР называла исчерпывающий перечень средств дока­зывания, среди которых подобные записи не значились. Вместе с тем еще в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 1 декабря 1983г. № 10 «О применении процессуального законодательства при рассмотрении гражданских дел в суде первой инстанции» указыва­лось, что судом могут быть приняты в виде письменных доказательств документы, полученные с помощью электронно-вычислительной тех­ники, а с учетом мнения участвующих в деле лиц суд вправе также ис­следовать представленные звуко-видео записи. Однако это постанов­ление кардинально не разрешило проблему использования аудио и видеозаписей, поскольку шло вразрез с процессуальным законом, хотя соответствующая потребность с точки зрения практики существовала.

Сегодня аудио- и видеозаписям придан официальный статус дока­зательств, что делает возможности суда по установлению фактическо­го состава дела более полными. К сожалению, законодатель не дает по­нятие этих средств доказывания, но специально подчеркивает: лицо, представляющее аудио и (или) видеозаписи на электронном носителе либо ходатайствующее об их истребовании, обязано указать, когда, кем ч в каких условиях осуществлялись записи. Это означает, что таковые Должны быть получены законным способом, что соответствует ч. 2 ст. 50 Конституции РФ, хотя гражданский процессуальный закон знает четкого определения понятия «законных» и «незаконных» Способов получения доказательственного материала.

Ближайшую аналогию, если это вообще уместно, можно обнару­жить в области уголовного процессуального законодательства, содер­жащего тезис о том, что в ходе оперативно-розыскных мероприятий ис­пользуются информационные системы, видео и аудиозапись, кино и фотосъемка, а также другие технические и иные средства, не нанося­щие ущерба жизни и здоровью людей и не причиняющие вреда окру­жающей среде. Тем не менее, многие из оперативно-розыскных меро­приятий нуждаются в дополнительной санкции со стороны суда, на­пример, аудиозапись телефонных переговоров допускается на основа­нии судебного решения.

Совершенно очевидно, что в сфере гражданского судопроизводства такая ситуация немыслима. Суд, отправляющий правосудие по кон­кретному гражданско-правовому спору, не вправе давать санкцию уча­ствующим в деле лицам на аудио- и видеозапись, поэтому вопрос о спо­собе получения этих средств доказывания остается открытым. В то же время происхождение аудио и видеозаписи будет законным, если уча­стники судебного разбирательства, присутствовавшие в открытом судебном заседании, фиксировали происходящее посредством электронных устройств (ч. 7 ст. 10 ГПК).

Порядок исследования судом аудио- и видеозаписей определяете я как непосредственный при помощи специального оборудования с ука­занием в протоколе признаков воспроизводящих источников и време­ни воспроизведения. Но ввиду охраны прав и интересов граждан в открытом судебном заседании изучение этих доказательственных мате­риалов разрешается только с согласия заинтересованных лиц при ус­ловии наличия в них сведений личного характера. Иначе судебный орган выносит определение о назначении закрытого заседания. В це­лях выяснения содержащейся в аудио- или видеозаписи информации судом может быть привлечен специалист, при необходимости назнача­ется экспертиза.

Носители аудио- и видеозаписей хранятся в суде, который прини­мает меры для сохранения их в неизменном состоянии. В исключи­тельных случаях и только после вступления решения суда в законную силу носители аудио- и видеозаписей могут быть возвращены лицу или организации, от которых они получены. По просьбе участвующего в деле лица ему выдаются изготовленные за его счет копии записей (ст. 78 ГПК).


§ 7. Иные средства доказывания


Толкование ст. 55 ГПК приводит к выводу о том, что перечень средств доказывания является исчерпывающим, и никакие иные сред­ства не могут быть правомерными в гражданском судопроизводстве. Данное положение традиционно для правоведения. В основе этого те­зиса лежат следующие положения: а) предельно широкое понимание свидетельских показаний, письменных и вещественных доказательств. По существу, любые выступления юридически незаинтересованных граждан можно признать свидетельскими показаниями, равно как раз­личные тексты и предметы письменными и вещественными доказа­тельствами; б) специфика гражданской процессуальной формы. Она заключается, в частности в том, что невозможно проверить истинность информации, полученной до начала судопроизводства.

Однако современные юридические наука и практика настойчиво требуют изменения сложившегося стереотипа.

Жесткое ограничение состава средств доказывания относится толь­ко к тем из них, которые содержат первоначальные, а не производные доказательства. Последние могут быть представлены в виде фотогра­фий, кинопленок. Закон также допускает при осмотре доказательств их фотографирование, видеозапись и прочие подобные действия, тем самым признавая их доказательственное значение (ст. 74, 184 ГПК).

Современное гражданское процессуальное законодательство не признает объяснения судебных представителей самостоятельным средством доказывания. Но в отношении законных представителей должно быть сделано исключение. «Они вступают за представляемого в материально-правовые отношения, поэтому осведомлены о фактиче­ских обстоятельствах дела. Нет никаких правовых препятствий к тому, чтобы объяснения законных представителей рассматривать в качестве средств доказывания»125.

В литературе давно ставится вопрос о признании специалиста субъ­ектом судебного доказывания (Л.Н. Ракитина). Его привлечение свя­зано с необходимостью при отправлении правосудия использовать специальные знания, и в ряде случаев предусмотрено законом (ст. 10, 16,18, 19 ГПК и др.). Более того, в ст. 157 ГПК говорится о том, что в ходе судопроизводства специалист дает консультации и пояснения, но таковые, в свою очередь, в ст. 55 ГПК не называются в перечне средств доказывания, а, следовательно, за ними не закрепляется статус авто немного доказательства

И, наконец, материальный закон предусмотрел такие средства доказывания, как электронные средства платежа, аналоги собственно ручной подписи, кодов, паролей и иные средства, подтверждающие что распоряжение денежными средствами дано уполномоченным на то лицом ГК регламентирует, что определенные права могут удостоверяться бездокументарными ценными бумагами с помощью средств электронно-вычислительной техники (ст. 149,1025) В целях дальней шей реализации данных правовых установок законодателем принят Федеральный закон «Об электронной цифровой подписи», однако юридическая (доказательственная) природа указанных средств пока еще окончательно не определена


^ ОСОБЕННАЯ ЧАСТЬ





оставить комментарий
страница9/21
Дата06.05.2012
Размер6,19 Mb.
ТипУчебник, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   21
отлично
  4
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх