Учебное пособие М.: Педагогическое общество России. 1999 442 с icon

Учебное пособие М.: Педагогическое общество России. 1999 442 с



Смотрите также:
Учебное пособие. М.: Педагогическое общество России, 2000. 544 с...
Тема: Выдающиеся педагоги прошлого. Замечательные люди об учителе...
Учебное пособие для студентов педагогических учебных заведений...
Книга для учителя-воспитателя. М.: Педагогическое общество России, Издательский Дом Ноосфера...
Маюров А. Н., Маюров Я. А...
Маюров А. Н., Маюров Я. А...
Маюров А. Н., Маюров Я. А...
Маюров А. Н., Маюров Я. А...
Учебное пособие Томск 2007 ббк: Т3(2)4-2 я73...
Н. М. Амосов Воспитание дело совести, обучение дело науки. Позд­нее, уже в сложившемся чело­веке...
Курс лекций Педагогическое общество России Москва 2001...
Курс лекций Педагогическое общество России Москва 2001...



страницы: 1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   27
вернуться в начало
скачать

4-307

97

3. Фрейдом как зона концентрации сексуальной энергии
Орган, с которым на конкретной стадии развития связана
сексуальная энергия, создает определенный модус разви-
тия, то есть формирование доминирующего качества
личности. В соответствии с эрогенными зонами су.
ществуют модусы втягивания, удержания, вторжения н
включения. Зоны и их модусы, подчеркивает Э. Эриксон
находятся в центре внимания любой культурной систему
воспитания детей, которая придает значение раннему
телесному опыту ребенка. В отличие от 3. Фрейда, для
Э. Эриксона модус органа — лишь первичная почва, тол-
чок для психического развития. Когда общество через
различные свои институты (семья, школа и др.) придает
особый смысл данному модусу, то происходит «от-
чуждение» его значения, отрыв от органа и превращение
в модальность поведения. Таким образом, через модусы
осуществляется связь между психосексуальным и психо-
социальным развитием.

Особенность модусов, обусловленная разумом приро-
ды, состоит в том, что для их функционирования необхо-
дим другой объект или человек. Так, в первые дни жизни
ребенок «живет и любит через рот», а мать «живет и лю-
бит через свою грудь». В акте кормления ребенок получа-
ет первый опыт взаимности: его способность «получать
через рот» встречает ответ со стороны матери.

Следует подчеркнуть, что для Э. Эриксона важна не
оральная зона, а оральный способ взаимодействия, кото-
рый состоит не только в способности «получать через
рот», но и через все сенсорные зоны. Для Э. Эриксона
рот — фокус отношения ребенка к миру лишь на самых
первых ступенях его развития. Модус органа — «по-
лучать» - отрывается от зоны своего происхождения и
распространяется на другие сенсорные ощущения (так-
тильные, зрительные, слуховые и др.), и в результате
этого формируется психическая модальность поведе-
ния — «вбирать».

Подобно 3. Фрейду, вторую фазу младенческого воз-
раста Э. Эриксон связывает с прорезыванием зубов. С
этого момента способность «вбирать» становится более
активной и направленной. Она характеризуется модусом
«кусать». Отчуждаясь, модус проявляется во всех видах

9S

активности ребенка, вытесняя собой пассивное получз-
ние. «Глаза, первоначально готовые принимать впечатле-
ния в том виде, как это получается само собой, выучи-
ваются фокусировать, изолировать и «выхватывать» объ-
екты из более смутного фона, следить за ними. Сходным
образом уши выучиваются распознавать значимые звуки,
локализовать их и управлять поисковым поворотом по
направлению к ним, точно так же, как руки выучиваются
целенаправленно вытягиваться, а кисти — крепко схваты-
вать». В результате распространения модуса на все сен-
сорные зоны формируется социальная модальность пове-
дения — «взятие и удерживание вещей». Она проявляется
тогда, когда ребенок научается сидеть. Все эти достиже-
ния приводят к выделению ребенком себя как отдельного
индивида.

Формирование этой первой формы эго-идентич-
ности, как и всех последующих, сопровождается кризи-
сом развития. Его показатели к концу первого года жиз-
ни: общее напряжение из-за прорезывания зубов, воз-
росшее осознание себя как отдельного индивида, ослаб-
ление диады «мать — ребенок» в результате возвращения
матери к профессиональным занятиям и личным интере-
сам. Этот кризис преодолевается легче, если к концу
первого года жизни соотношение между базовым довери-
ем ребенка к миру и базовым недоверием складывается в
пользу первого. Признаки социального доверия у мла-
денца проявляются в легком кормлении, глубоком сне,
нормальной работе кишечника. К первым социальным
достижениям, согласно Э. Эриксону, относится также
готовность ребенка позволить матери исчезнуть из вида
без чрезмерной тревожности или гнева, так как ее суще-
ствование стало внутренней уверенностью, а ее новое
появление предсказуемым. Именно это постоянство, не-
прерывность и тождественность жизненного опыта фор-
мирует у маленького ребенка зачаточное чувство соб-
ственной идентичности.

Динамика соотношения между доверием и недовери-
ем к миру, или, говоря словами Э. Эриксона, «коли-
чество веры и надежды, вынесенной из первого жизнен-
ного опыта», определяется не особенностями кормления,
а качеством ухода за ребенком, наличием материнской

4*

99

любви и нежности, проявляющейся в заботе о малыш
Важным условием при этом является уверенность матепн
в своих действиях. «Мать создает у своего ребенка чув
ство веры тем типом обращения с ним, который совме.
щает в себе чувствительную заботу о нуждах ребенка с
твердым чувством полного личностного доверия к нему в
рамках того жизненного стиля, который существует в ее
культуре», — подчеркивал Э. Эриксон.

Э. Эриксон обнаружил в разных культурах разные
«схемы доверия» и традиции ухода за ребенком. В одних
культурах мать проявляет нежность очень эмоционально
кормит младенца всегда, когда он плачет или капризни-
чает, не пеленает его. В других же культурах, напротив,
принято туго пеленать, дать ребенку покричать и попла-
кать, «чтобы его легкие были сильнее». Последний спо-
соб ухода, по мнению Э. Эриксона, характерен для рус-
ской культуры. Им объясняется, как считает Э. Эриксон,
особая выразительность глаз русских людей. Туго запеле-
натый ребенок, как это было принято в крестьянских
семьях, имеет основной способ связи с миром — через
взгляд. В этих традициях Э. Эриксон обнаруживает глу-
бокую связь с тем, каким общество хочет видеть своего
члена. Так, в одном индейском племени, замечает
Э. Эриксон, мать всякий раз, когда ребенок кусает ее
грудь, больно бьет его по голове, доводя до яростного
плача. Индейцы считают, что такие приемы способству-
ют воспитанию хорошего охотника. Эти примеры ярко
иллюстрируют мысль Э. Эриксона о том, что человече-
ское существование зависит от трех процессов организа-
ции, которые должны дополнять друг друга: это — биоло-
гический процесс иерархической организации органиче-
ских систем, составляющих тело (сома); психический
процесс, организующий индивидуальный опыт посред-
ством эго-синтеза (психика); общественный процесс
культурной организации взаимосвязанных людей (этнос).
Эриксон особенно подчеркивает, что для целостного
понимания любого события человеческой жизни необхо-
димы все эти три подхода.

Во многих культурах ребенка принято отнимать от
груди в определенное время. В классическом психоана-
лизе, как известно, это событие рассматривается как одна

100

„з самых глубоких детских травм, последствия которой
остаются на всю жизнь. Э. Эриксон, однако, не столь
поаматично оценивает это событие. По его мнению, под-
держание базового доверия возможно и при другой фор-
ще кормления. Если ребенка берут на руки, укачивают,
улыбаются ему, разговаривают с ним, то у него форми-
руются все социальные достижения этой стадии. При
этом родители не должны руководить ребенком только
лишь путем принуждения и запретов, они должны уметь
передать ребенку «глубокое и почти органическое убеж-
дение, что есть некое значение в том, что они сейчас с
ним делают». Однако даже в самых благоприятных случа-
ях неизбежны запреты и ограничения, вызывающие
фрустрации. Они оставляют у ребенка чувство отвержен-
ности и создают основу для базового недоверия к миру.

^ Вторая стадия развития личности, по Э. Эриксону,
состоит в формировании и отстаивании ребенком своей
автономии и независимости. Она начинается с того мо-
мента, как ребенок начинает ходить. На этой стадии зона
получения удовольствия связана с анусом. Анальная зона
создает два противоположных модуса — модус удержания
и модус расслабления. Общество, придавая особое значе-
ние приучению ребенка к опрятности, создает условия
для доминирования этих модусов, их отрыва от своего
органа и преобразования в такие модальности поведения,
как сохранение и уничтожение. Борьба за «сфинктерный
контроль» в результате придаваемого ему значения со
стороны общества преобразуется в борьбу за овладение
своими двигательными возможностями, за утверждение
своего нового, автономного «Я». Возрастающее чувство
самостоятельности не должно подрывать сложившегося
базового доверия к миру.

Контроль со стороны родителей позволяет сохранить
это чувство через ограничение растущих желаний ребен-
ка требовать, присваивать, разрушать, когда он как бы
проверяет силу своих новых возможностей.

«Внешняя твердость должна предохранять ребенка от
потенциальной анархии со стороны еще не тренирован-
ного чувства различения, его неспособности осторожно
удерживать и отпускать», — пишет Э. Эриксон. Эти огра-

101

ничения, в свою очередь, создают основу для негативно-
го чувства стыда и сомнения.

Появление чувства стыда, по мнению Э. Эриксона, свя-
зано с возникновением- самосознания, ибо стыд предполага-
ет, что субъект полностью выставлен на общее обозрение, и
он понимает свое положение. «Тот, кто переживает стьзд
хотел бы заставить весь мир не смотреть на него, не заме-
чать его «нагота». Он хотел бы ослепить весь мир. Или же,
напротив, он сам желает стать невидимым». Наказания и
пристыживания ребенка за плохие поступки приводят к
ощущению того, что «глаза мира смотрят на него». «Ребенок
хотел бы принудить весь мир не смотреть на него», но это
невозможно. Поэтому социальное неодобрение его поступ-
ков формирует у ребенка «внутренние глаза мира» — стьщ за
свои ошибки. По словам Э. Эриксона, «сомнение есть брат
стыда». Сомнение связано с осознанием того, что собствен-
ное тело имеет переднюю и заднюю сторону - спину. Спи-
на недоступна зрению самого ребенка и полностью подчи-
нена воле других людей, которые могут ограничить его
стремление к автономии. Они называют «плохими» те
функции кишечника, которые самому ребенку доставляют
удовольствие и облегчение. Отсюда все, что в последующей
жизни человек оставляет позади, создает основания для
сомнений и иррациональных страхов.

Борьба чувства независимости против стыда и сом-
нения приводит к установлению соотношения между
способностью сотрудничать с другими людьми и настаи-
вать на своем, между свободой самовыражения и ее огра-
ничением, В конце стадии складывается подвижное рав-
новесие между этими противоположностями. Оно будет
положительным, если родители и близкие взрослые не
будут, управляя ребенком чрезмерно, подавлять его стре-
мление к автономии. «Из чувства самоконтроля при со-
хранении положительной самооценки происходит устой-
чивое чувство доброжелательности и гордости; из чувства
утраты самоконтроля и чужеродного внешнего контроля
рождается устойчивая склонность к сомнению и стыду».

Модусы вторжения и включения создают новые мо-
дальности поведения на третьей, инфантильно-гени-
тальной стадии развития личности. «Вторжение в про-
странство посредством энергичных перемещений, в дру-

102

д;е тела посредством физического нападения, в уши и
дущи других людей посредством агрессивных звуков, в
неизвестное посредством снедающего любопытства», —
таков, по описанию Э. Эриксона, дошкольник на одном
полюсе своих поведенческих реакций, тогда как на дру-
гом он восприимчив к окружающему, готов устанавли-
вать нежные и заботливые отношения со сверстниками и
маленькими детьми. У 3. Фрейда эта стадия носит назва-
ние фаллической, или эдиповой. По мнению Э. Эрик-
сона, интерес ребенка к своим гениталиям, осознание
своей половой принадлежности и стремление занять мес-
то отца (матери) в отношениях с родителями противопо-
ложного пола — лишь частный момент развития ребенка
в этот период. Ребенок жадно и активно познает окру-
жающий мир; в игре, создавая воображаемые, модели-
рующие ситуации, ребенок совместно со сверстниками
осваивает «экономический этос культуры», то есть си-
стему отношений между людьми в процессе производ-
ства. В результате этого у ребенка формируется желание
включиться в реальную совместную со взрослыми дея-
тельность, выйти из роли маленького. Но взрослые оста-
ются для ребенка всемогущими и непостижимыми, они
могут пристыживать и наказывать. В этом клубке проти-
воречий должны сформироваться качества активной
предприимчивости и инициативы.

Чувство инициативности, по мнению Э. Эриксона,
имеет всеобщий характер. «Само слово инициативность, —
пишет Э. Эриксон, — для многих имеет американский и
предпринимательский оттенок. Тем не менее, инициа-
тивность является необходимым аспектом любого дей-
ствия, и инициативность необходима людям во всем, чем
они занимаются и чему учатся, начиная от собирания
плодов и кончая системой свободного предприниматель-
ства».

Агрессивное поведение ребенка неизбежно влечет за
собой ограничение инициативы и появление чувства ви-
ны и тревожности. Так, по Э. Эриксону, закладываются
новые внутренние инстанции поведения — совесть и мо-
ральная ответственность за свои мысли и действия.
Именно на этой стадии развития, как ни на какой дру-
гой, ребенок готов быстро и жадно учиться. «Он может и

F3

хочет совместно действовать, объединяться с другими
детьми для целей конструирования и планирования, и он
же стремится извлекать пользу от общения со своим учи-
телем и готов превзойти любой идеальный прототип».

^ Четвертую стадию развития личности, которую пси-
хоанализ называет «латентным» периодом, а Э. Эрик-
сон — временем «психосексуального моратория», харак-
теризует определенная дремотность инфантильной сексу-
альности и отсрочка генитальной зрелости, необходимая
для того, чтобы будущий взрослый человек научился тех-
ническим и социальным основам трудовой деятельности.
Школа в систематическом виде приобщает ребенка к
знаниям о будущей трудовой деятельности, передает в
специально организованной форме «технологический
этос» культуры, формирует трудолюбие. На этой стадии
ребенок учится любить учиться и учится наиболее само-
отверженно тем типам техники, которые соответствуют
данному обществу.

Опасность, подстерегающая ребенка на этой стадии,
состоит в чувствах неадекватности и неполноценности.
«Ребенок в этом случае переживает отчаяние от своей
неумелости в мире орудий и видит себя обреченным на
посредственность или неадекватность». Если в благопри-
ятных случаях фигуры отца и матери, их значимость для
ребенка отходят на второй план, то при появлении
чувства своего несоответствия требованиям школы семья
вновь становится убежищем для ребенка.

Э. Эриксон подчеркивает, что на каждой стадии раз-
вивающийся ребенок должен приходить к жизненно
важному для него чувству собственной состоятельности и
его не должна удовлетворять безответственная похвала
или снисходительное одобрение. Его эгоидентичность
достигает реальной силы только тогда, когда он пони-
мает, что его достижения проявляются в тех сферах жиз-
ни, которые значимы для данной культуры.

^ Пятую стадию в развитии личности характеризует
самый глубокий жизненный кризис. Детство подходит к
концу. Завершение этого большого этапа жизненного
пути характеризуется формированием первой цельной
формы эго-идентичности. Три линии развития приводят
к этому кризису: это бурный физический рост и половое

104

созревание («физиологическая революция»); озабочен-
ность тем, «как я выгляжу в глазах других», «что я собой
представляю»; необходимость найти свое профессио-
нальное призвание, отвечающее приобретенным умени-
ям, индивидуальным способностям и требованиям об-
щества. В подростковом кризисе идентичности заново
встают все пройденные критические моменты развития.
Подросток теперь должен решить все старые задачи
сознательно и с внутренней убежденностью, что именно
такой выбор значим для него и для общества. Тогда со-
циальное доверие к миру, самостоятельность, инициа-
тивность, освоенные умения создадут новую целостность
личности.

Юношеский возраст — наиболее важный период раз-
вития, на который приходится основной кризис иден-
тичности. За ним следуют либо обретение «взрослой иден-
тичности», либо задержка в развитии, то есть «диффузия
идентичности».

Интервал между юностью и взрослым состоянием,
когда молодой человек стремится (путем проб и ошибок)
найти свое место в обществе, Э. Эриксон назвал
«психическим мораторием». Острота этого кризиса зависит
как от степени разрешенности более ранних кризисов
(доверия, независимости, активности и др.), так и от
всей духовной атмосферы общества. Непреодоленный
кризис ведет к состоянию острой диффузии идентич-
ности, составляет основу специальной патологии юноше-
ского возраста. ^ Синдром патологии идентичности по
Э. Эриксону: регрессия к инфантильному уровню и же-
лание как можно дольше отсрочить обретение взрослого
статуса; смутное, но устойчивое состояние тревоги; чув-
ство изоляции и опустошенности; постоянное пребыва-
ние в состоянии чего-то такого, что сможет изменить
жизнь; страх перед личным общением и неспособность
эмоционально воздействовать на лиц другого пола; враж-
дебность и презрение ко всем признанным обществен-
ным ролям, вплоть до мужских и женских («унисекс»);

презрение ко всему отечественному и иррациональное
предпочтение всего иностранного (по принципу «хорошо
там, где нас нет»). В крайних случаях имеет место поиск

105

негативной идентичности, стремление «стать ничем» кау
единственный способ самоутверждения.

Отметим еще несколько важных наблюдений Э. Эрик-
сона, относящихся к периоду юности. Влюбленность
возникающая в этом возрасте, по мнению Э. Эриксона'
первоначально не носит сексуального характера. «В зна^
чительной степени юношеская влюбленность есть по-
пытка прийти к определению собственной идентичности
путем проекции собственного первоначально не отчетли-
вого образа на кого-то другого и лицезрения его уже в
отраженном и проясненном виде. Вот почему проявление
юношеской влюбленности во многом сводится к разгово-
рам», — писал он. По логике развития личности молодым
людям присущи избирательность в общении и жесто-
кость по отношению ко всем «чужакам», отличающимся
социальным происхождением, вкусами или способностя-
ми. «Часто специальные детали костюма или особые жес-
ты временно избираются в качестве знаков, помогающих
отличать «своего» от «чужака»; ... такая нетерпимость
является защитой для чувства собственной идентичности
от обезличивания и смешения».

Становление эго-идентичности позволяет молодому
человеку перейти на шестую стадию развития, содержа-
ние которой — поиск спутника жизни, желание тесного
сотрудничества с другими, стремление к близким друже-
ским связям с членами своей социальной группы. Моло-
дой человек не боится теперь утраты своего «Я» и обез-
личивания. Достижения предыдущей стадии позволяют
ему, как пишет Э. Эриксон, «с готовностью и желанием
смешивать свою идентичность с другими». Основой стрем-
ления к сближению с окружающими служит полное овла-
дение главными модальностями поведения. Уже не модус
какого-то органа диктует содержание развития, а все рас-
смотренные модусы подчинены новому, целостному об-
разованию эго-идентичности, появившемуся на предше-
ствующей стадии. Молодой человек готов к близости, он
способен отдать себя сотрудничеству с другими в кон-
кретных социальных группах и обладает достаточной
этической силой, чтобы твердо придерживаться такой
групповой принадлежности, даже если это требует значи-
тельных жертв и компромиссов.

i06

Опасность же этой стадии представляет одиночество,
избегание контактов, требующих полной близости. Такое
щюушете, по мнению Э. Эриксона, может вести к ост-
рым «проблемам характера», к психопатологии. Если
психический мораторий продолжается и на этой стадии,
то вместо чувства близости возникает стремление сохра-
нить дистанцию, не пускать на свою «территорию», в
свой внутренний мир. Существует опасность, что эти
стремления могут превратиться в личностные качества —
в чувство изоляции и одиночества. Преодолеть эти нега-
тивные стороны идентичности помогает любовь.
Э. Эриксон считает, что именно по отношению к моло-
дому человеку, а не к юноше и тем более к подростку,
можно говорить об «истинной генитальности». Э. Эрик-
сон напоминает, что любовь не должна пониматься толь-
ко как сексуальное влечение, ссылаясь на фрейдовское
различение кгенитольной любви» и «генитальной любви».
Э.
Эриксон указывает, что появление зрелого чувства
любви и установление творческой атмосферы сотрудни-
чества в трудовой деятельности подготавливают переход
на следующую стадию развития.

Седьмая стадия рассматривается как центральная на
взрослом этапе жизненного пути человека. По Э. Эрик-
'сону, развитие личности продолжается в течение всей
жизни. (Напомним, что для 3. Фрейда человек остается
только неизменным продуктом своего детства, постоянно
испытывающим ограничения со стороны общества). Раз-
витие личности продолжается благодаря влиянию со сто-
роны детей, которое подтверждает субъективное ощуще-
ние своей нужности другим. Производительность и по-
рождение (продолжение рода) как главные положитель-
ные характеристики личности на этой стадии реализуют-
ся в заботе о воспитании нового поколения, в продук-
тивной трудовой деятельности и в творчестве. Во все, что
делает человек, он вкладывает частицу своего «Я», и это
приводит к личностному обогащению. «Зрелый человек, —
пишет Э. Эриксон, — нуждается в том, чтобы быть нуж-
ным, и зрелость нуждается в руководстве и поощрении
со стороны своих отпрысков, о которых необходимо за-
ботиться». При этом речь не обязательно вдет только о
собственных детях.

Т 07

Напротив, в том случае, если складывается небла-
гоприятная ситуация развития, появляется чрезмерная
сосредоточенность на себе, которая приводит к кос-
ности и застою, к личностному опустошению. Такие
люди часто рассматривают себя как свое собственное и
единственное дитя. Если условия благоприятствуют
такой тенденции, то наступает физическая и психоло-
гическая инвалидизация личности. Она подготовлена
всеми предшествующими стадиями, если соотношения
сил в их течении складывалось в пользу неуспешного
выбора. Стремление к заботе о другом, творческий
потенциал, желание творить вещи, в которые вложена
частица неповторимой индивидуальности, помогает
преодолеть возможное формирование самопоглощен-
ности и личностное оскудение.

^ Восьмая стадия жизненного пути характеризуется до-
стижением новой завершенной формы эго-идентичности.
Только в человеке, который каким-то образом проявил
заботу в отношении людей и вещей и приспособился к
успехам и разочарованиям, неотъемлемым от жизни, в
родителе детей и создателе вещей и идей, — только в нем
постепенно созревает плод всех семи стадий — целост-
ность личности. Э. Эриксон отмечает несколько состав-
ляющих такого состояния души: это все возрастающая
личностная уверенность в своей приверженности к по-
рядку и осмысленности; это постнарциссическая любовь
человеческой личности как переживание мирового по-
рядка и духовного смысла прожитой жизни, независимо
от того, какой ценой они достигаются; это принятие
своего жизненного пути как единственно должного и не
нуждающегося в замене; это новая, отличная от прежней,
любовь к своим родителям; это приязненное отношение
к принципам прошлых времен и различной деятельности
в том виде, как они проявлялись в человеческой культу-
ре. Обладатель такой личности понимает, что жизнь от-
дельного человека не есть лишь случай; но совпадение
единственного жизненного цикла с единственным отрез-
ком истории, и перед лицом этого факта смерть теряет
свою силу. Мудрый индеец, истинный джентльмен и
добросовестный крестьянин в полной мере разделяют это

108

итоговое состояние личностной целостности и узнают его
друг у Друга.

На этой стадии развития возникает мудрость, кото-
рую Э. Эриксон определяет как отстраненный интерес к
ясизни как таковой перед лицом смерти.

Напротив, отсутствие этой личностной интеграции
ведет к страху смерти. Возникает отчаяние, ибо слишком
мало осталось времени, чтобы начать жизнь сначала и
по-новому, чтобы попытаться достичь личностной це-
лостности иным путем. Это состояние можно передать
словами русского поэта B.C. Высоцкого: «Вам вечным
холодом и льдом сковало кровь от страха жить и от пред-
чувствия кончины».

В результате борьбы положительных и отрицатель-
ных тенденций в решении основных задач на протяже-
нии эпигенеза формируются основные «добродетели»
личности. Но поскольку позитивные чувства всегда су-
ществуют и противостоят негативным, то и «доб-
родетели» имеют два полюса. Так, базовая вера против
базового недоверия рождает НАДЕЖДУ — ОТДАЛЕНИЕ;

автономность против стыда и сомнения — ВОЛЮ —
ИМПУЛЬСИВНОСТЬ; инициативность против вины —
ЦЕЛЕУСТРЕМЛЕННОСТЬ - АПАТИЮ; трудолюбие
против чувства собственной неполноценности — КОМ-
ПЕТЕНТНОСТЬ - ИНЕРЦИЮ; идентичность против
диффузии идентичности - ВЕРНОСТЬ - ОТРЕЧЕНИЕ;

близость против одиночества — ЛЮБОВЬ — ЗАМКНУ-
ТОСТЬ; порождение против самопоглощенности — ЗА-
БОТУ - ОТВЕРЖЕНИЕ; эго-интеграция против потери
интереса к жизни - МУДРОСТЬ - ПРЕЗРЕНИЕ.

Э. Эриксон — последователь 3. Фрейда. В «Словаре
знаменитых американцев», вышедшем к 200-летию США,
он был назван «наиболее ярким в творческом отношении из
всех, кто работал в психоаналитической традиции после
Фрейда». Как подчеркивает Д.Н. Ляликов, наиболее ценно
У Э. Эриксона главное ядро его учения: разработка понятий
личной и групповой идентичности, психического морато-
рия, учения о юношеском кризисе идентичности. Сам
Э. Эриксон считал, что он расширил фрейдистскую кон-
цепцию, вышел за ее рамки. Во-первых, он перенес ударе-
ние Сд «Оно» на «Я». По словам Э. Эриксона, его книга

109

«Детство и общество» — это психоаналитическая работа ofi
отношении «Я» к обществу. Э. Эриксон принимает идею
неосознанной мотивации, но посвящает свои исследования
главным образом процессам социализации. Во-вторых
Э. Эриксон вводит новую систему, в которой развивается
ребенок. Для 3. Фрейда — это треугольник «ребенок—мать-
отец». Э. Эриксон рассматривает развитие в более широкой
системе социальных отношений, подчеркивая историческую
реальность, в которой «Я» развивается. Он касается дина-
мики отношений между членами семьи и социокультурной
реальностью. В-третьих, теория Э. Эриксона отвечает тре-
бованиям времени и того общества, которому он сам при-
надлежит. Цель Э. Эриксона — выявить генетические воз-
можности для преодоления психологических жизненных
кризисов. Если 3. Фрейд посвятил свои работы этиологии
патологического развития, то Э. Эриксон сосредоточил
основное внимание на изучении условий успешного разре-
шения психологических кризисов, дав новое направление
психоаналитической теории.

В 1966 г. в докладе, прочитанном в Лондонском Ко-
ролевском обществе, Э. Эриксон применил некоторые
положения этологии к своей схеме индивидуального раз-
вития. Этологи показали, что наиболее высокоорганизо-
ванные животные развивают в отношениях друг с другое
систему ритуализированных действий, служащих факти-
чески средством выживания для отдельных особей. Надо
заметить, что у примитивных народов существует прак-
тика ежегодных ритуальных войн, служащих для предот-
вращения настоящей войны. На всех уровнях человече-
ских отношений, в сущности, есть ритуальные действия.
В способности к ритуализации своих отношений и выра-
ботке новых ритуалов Э. Эриксон видит возможность
создания нового стиля жизни, способного привести к
преодолению агрессивности и амбивалентности в челове-
ческих отношениях.

В статье «Онтогенез ритуализации» Э. Эриксон пи-
шет, что понятие «ритуал» имеет три разных значения.
Одно из наиболее старых используется в этнографии и
относится к обрядам и ритуалам, совершаемым взрослы-
ми людьми для того, чтобы отметить повторяющиеся
события: смену времен года или периодов жизни. В этих

110

оитуалах принимает участие молодежь, и дети могут на-
блюдать их. В психиатрии термин «ритуал» применяется
ддя обозначения навязчивого поведения, навязчивых
повторяющихся действий, похожих на действия живот-
ных, запертых в клетке. В этологии термин «ритуал» ис-
пользуется для описания определенных, сформирован-
ных в филогенезе церемониальных действий у так назы-
ваемых общественных животных. Примером может слу-
жить церемония приветствия, которую описал К. Лоренц.
Когда новорожденный гусенок выбирается из гнезда и
лежит с безвольно вытянутой шеей в куче влажных об-
ломков скорлупы, у него можно наблюдать жизненно
важную реакцию: если наклониться к нему и издать звук, напоминающий звуки гусыни, то гусенок поднимет го-
ловку, вытянет шею и издаст тонкий, но ясно различи-
мый звук. Таким образом, еще до того, как гусенок нач-
нет ходить или есть, он может осуществить эту раннюю
форму ритуала встречи. Жизнь и рост гусенка зависят от
успешности этого самого первого отклика на присутствие
матери (и она, в свою очередь, добивается его). Так, уже
на филогенетическом уровне в повторяющихся формах
поведения, которые этологи и Э. Эриксон вслед за ними
называют ритуализацией, существует взаимосвязь, содержание которой — обмен сообщениями.

Э. Эриксон обозначил критерии подлинных ритуаль-
ных действий:

LI общее значение для всех участников взаимодей-
ствия при сохранении различий между индивида-
ми;

О способность к развитию по стадиям жизненного
цикла, в ходе которого достижения предыдущих
стадий в дальнейшем, на более поздних этапах,
обретают символическое значение;

О способность сохранять известную новизну при

всех повторениях, игровой характер.
Ритуализация в человеческом поведении - это осно-
ванное на соглашении взаимодействие по меньшей мере
двух людей, которые возобновляют его через определен-
ные интервалы времени в повторяющихся обстоя-
тельствах; оно имеет важное значение для «Я» всех




Скачать 5,48 Mb.
оставить комментарий
страница9/27
Дата29.09.2011
Размер5,48 Mb.
ТипУчебное пособие, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   27
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх