Уроки этнопублицистики icon

Уроки этнопублицистики


1 чел. помогло.

Смотрите также:
Валуева Ольга Павловна педагог-новатор...
План Отличительные черты нетрадиционного обучения. Роль нетрадиционного обучения в образовании...
Тема: «Нетрадиционные уроки»...
Уроки. Английский. Шаг 1-3 Программы из серии «НЕсерьезные уроки. Английский»...
Уроки математики к и М. 1 кл. Часть1...
«Годовой календарный круг праздников»...
Методическое пособие кэлектронным урокам «Комбинаторика. Статистика. Теория вероятностей»...
* Уроки по 45 минут...
* Уроки по 45 минут...
* Уроки по 45 минут...
Уроки и уроки праздники Тема: Явыбираю кашу...
Урок литературы в 6 классе Уроки жизни в рассказе В. Г. Распутина «Уроки французского»...



страницы: 1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   19
вернуться в начало
скачать

^ ЭТНОТЕРРИТОРИАЛЬНАЯ И АДМИНИСТРАТИВНО-ТЕРРИТОРИАЛЬНАЯ СТРУКТУРА КАБАРДИНО-БАЛКАРИИ В XVIII-XX ВВ.


В дореформенное время у бесписьменных кабардинцев и балкарцев, занимавшихся в основном скотоводческим хозяйством, не было четко зафиксированных и закрепленных в правовых актах и картах границ. Но исторические источники и исследования специалистов позволяют зафиксировать общие контуры этнотерриториальной структуры исторической Кабардино-Балкарии. Они не оставляют сомнения, что этническая территория балкарцев формировалась в высокогорной части Центрального Кавказа, в труднодоступных ущельях и котловинах Балкарского и Хуламского Черека, Чегема, а затем (не ранее 40-70-х гг. XVIII в.) – Баксана (Е.Г. Муратова. Социально-политическая история Балкарии XVII - начала XX в. Нальчик, 2007. С.80, 93.).

В XVI-XVIII вв. Кабарда занимала обширную территорию в Центральном Предкавказье. На западе территория Кабарды начиналась с места впадения р. Лаба в Кубань. На востоке она простиралась до нижних течений Терека, примерно до впадения в нее Сунжи. Более точное описание территории Кабарды в XVIII в. содержится в карте «Большой и Малой Кабарды 1744 г.» с комментариями к ней 1753 г. По данным этого источника Кабарды в первой половине XVIII в. продолжала занимать сравнительно обширную территорию. С запада на восток она охватывала земли, заключенные между верховьем реки Кума и станицей гребенских казаков Червленной, а на севере доходила до Прикумских степей (История Кабардино-Балкарской АССР. М., 1967. Т. 1. С. 132; История народов Северного Кавказа с древнейших времен до конца XVIII в. М., 1988. С. 367.). На юге Кабарда граничила с балкарскими обществами.

По сведениям чиновника российской администрации на Кавказе 60-х годов XIX века П.А. Гаврилова «…кабардинские земли,…служа продолжением ущелий, занятых горскими обществами, во многих местах покрыты сплошным лесом…» (Сборник сведений о Кавказских горцах. Вып.II. Тифлис, 1869, С. 12.). Принадлежность кабардинцам территории у выходов из ущелий, покрытых сплошным лесом, подтверждает и Мисост Абаев (См. М. Абаев. «Балкария» // К.Г. Азаматов, Х.И. Хутуев. «Мисост Абаев». Нальчик, 1980, С. 114. И в дальнейшем М. Абаева будем цитировать по этому изданию.).

Говоря о границах пяти горских (балкарских) обществ, В.Кудашев писал, что на севере они граничат с Кабардинским лесом, а на западе - с общественными кабардинскими пастбищами (В.Кудашев. «Исторические сведения о кабардинском народе». Киев, 1913, С. 234.).

Отсюда видно, что линия границы между Кабардой и балкарскими обществами проходила по южной кромке кабардинского лесного массива. Но балкарцы с разрешения кабардинских владельцев пользовались отдельными участками и полянами на приграничной полосе, которые, по мнениям тех же балкарцев, считались не совсем удобными для пастбищ скота в весенне-осенний период. При этом они не подвергали сомнению принадлежность этих земель кабардинцам (М. Абаев Балкария… С.114). Балкарцы в весенний период на условиях аренды пользовались и другими кабардинскими землями к северу от лесов, т.е. на плоскости на условиях арендной платы.

В 1822-1827 гг. завершился процесс вхождения Кабарды и Балкарии в состав России. В это время многие из кабардинских владельцев, у которых балкарцы раньше арендовали земли, погибли или бежали за Кубань. Поэтому довольно продолжительное время, а точнее до реформ 1860-х гг. указанными землями балкарские скотоводы пользовались без арендной платы. В 1853 году балкарская делегация в Петербурге просила царское правительство закрепить за ними земли, «находящиеся близ обитаемых нами гор, выше лесов, отдаляющих наши племена от владений кабардинцев» (История Кабардино-Балкарии. Нальчик, 1995, С. 49.). Но правительство отказало им в этом, указав, что эти земли принадлежат частным кабардинским владельцам.

С 1822-го по 1858 год границы территории Кабарды существенно не изменились, но они и не были обозначены четко на картах, так как в это время продолжалась Кавказская война. В 1858 году царизм приступил к территориально-административным реформам, в результате чего в Центральном Предкавказье было создано Левое крыло Кавказской линии, а потом на его базе Терская область. В рамках областного образования был создан Кабардинский административный округ, куда вошли Кабарда и балкарские общества, что, естественно, на данном этапе не предусматривало разграничения между кабардинцами и балкарцами.

Впервые формальное разграничение между Кабардой и Балкарией, в основном соответствующее исторически сложившимся, «исконным» этническим территориям, было осуществлено в связи с началом реализации земельной и крестьянской реформы 1863-1869 гг.

Проведение реформы поручили «Терской сословно-поземельной комиссии» под председательством Д.С. Кодзокова. Первым шагом для решения поставленной задачи было создание смешанной комиссии из доверенных лиц с обеих сторон. К сентябрю 1863 года такая комиссия была сформирована. От горских обществ в нее вошли 10 доверенных и от Большой Кабарды - 8 (см. список комиссии в кн.: «Территория и расселение кабардинцев и балкарцев в ХVIII-начале ХХ веков. Нальчик, 1992. С. 90-91.).

В отчете Комиссии о проведенной работе сказано: «Для определения границ земель Большой Кабарды, объявленной доверенными от народа лицами разных сословий общества кабардинского и для обсуждения в какой степени нуждаются горские племена: Балкарское, Безенгиевское, Хуламское, Чегемское и Урусбиевское, в землях на плоскости вне принадлежащих им ущелий, о чем они неоднократно подавали просьбы кавказским начальствам и даже Его Императорскому Величеству – приглашены доверенные люди от этих обществ и депутации Кабардинским съехаться в аул генерал-майора Туганова с целью миролюбно покончить спор» (ЦГА КБР. Ф. 40, оп.1, д.2, л.6-11.).

Из документов видно, что когда комиссия начала работу, обе стороны называли линии, которые они считали своей границей. В некоторых случаях мнения доверенных Кабарды и балкарских обществ совпадали, а в других они оказывались спорными. В конечном итоге, доверенные с обеих сторон не смогли прийти к определенному согласию. Поэтому «после взаимных совещаний и многих споров с кабардинцами поверенные горские согласились определение границы, для утверждения их вышеначальством, предоставить усмотрению коллежского советника Кадзокова и прибывшего с ним поручика Баева, в чем составили подписку с приложением именных печатей и чернильных знаков. Кабардинские депутаты на такое решение тоже согласились» (ЦГА КБР. Ф. 40, оп.1, д.2, л. 6-11.).

Дальнейшая работа проходила следующим образом. Кодзоков и Баев тщательно изучили все доводы и показания сторон и с учетом всех требований и желаний сторон составили проектную карту с обозначением границы между Кабардой и балкарскими обществами. Все это было представлено для одобрения Императору Александру II. 21 мая 1864 г. «проект разграничения кабардинцев с соседними горскими обществами» был «Высочайше утвержден». (ЦГВИА России. Ф.38, оп. 7, д. 462, л. 15.). (Проектная карта границ Кабарды и Горских обществ прилагается).

Возникновение в ходе осуществления крестьянской реформы в балкарских обществах значительного числа безземельных семей, общее малоземелье и концентрация значительных площадей в руках таубиев, рост численности населения привели к тому, что несколько последующих десятилетий происходило как организованное, так и стихийное расширение территории расселения и землепользования балкарцев за счет кабардинских земель.

Отмена крепостного права в балкарских обществах сопровождалось обезземеливанием значительного числа крестьян, вынужденных отдавать свои земли таубиям в счет выкупной суммы. Поэтому среди освобожденных крестьян оказалось более 400 безземельных семейств, фактически «выдавленных», таким образом, за пределы территории расселения собственно балкарских обществ. Российские власти решили переселить их на кабардинские земли, для чего было выделено 4 тыс. дес. земли. Но анализ документов свидетельствует, что для этой цели в 1867-1873 гг. балкарцам было выделено значительно больше - 19559 дес. земли, на которых были основаны шесть балкарских селений: Хасаут-10359 дес., Чижок-Кабак (Н. Чегем)-1800 дес., Гунделен-3200 дес., Кашкатау-800 дес., Белая Речка-2100 дес., Хабаз-1300 дес.

Однако и в дальнейшем, в результате многочисленных новых жалоб и просьб со стороны балкарцев на нехватку пастбищных угодий им предоставлялись значительные участки (свыше 43 тыс. десятин в 1879 г.) из Нагорных кабардинских пастбищ, которые затем обменивались на крупные лесные поляны, разбросанные по Кабардинскому лесничеству, на условиях «временного пользования» (Территория и расселение кабардинцев и балкарцев…С. 196-197.). Балкарскому обществу было отведено 16 лесных полян общей площадью 5144 дес., Безенгиевскому 4 поляны общей площадью 2751, Хуламскому 3 поляны площадью 4000, Чегемскому 4 поляны площадью 8929. Всего они составили 20812 дес. (ЦГА КБР. Ф.40, оп.1, д.747, лл.16-26.). В те же годы безенгиевским таубиям Магамет-Гирею Суншеву и Хаджи-Тугану Султанову были «временно» переданы из кабардинских земель в районе Белой Речки и Хасаньи 2751 дес. земли. Такой обмен был одобрен Съездом доверенных от сельских обществ Большой и Малой Кабарды и Пяти горских обществ Нальчикского округа 24 октября 1909 г. ( Территория и расселение кабардинцев и балкарцев….С. 197.).

Таким образом, балкарцы получили земли к северу от Кабардинского лесного массива, смежные с кабардинскими аульными территориями. Участки, полученные Хуламским и Безенгиевским обществами, вышли на границы с общественным наделом слободы Нальчик.

Важным фактором, предопределившим расширение границ землепользования балкарских обществ, также были внутренние социально-политические процессы, сущностью которых являлся захват общинных земель таубиями. Так, например, в Балкарском обществе Анзор Айдебулов захватил 4900 дес. общинных угодий. В Баксанском ущелье Урусбиевы захватили всю общинную лесную дачу. Таких примеров много. Тем самым был продолжен процесс выдавливания крестьян из ущелий. Кавказская администрация решала их проблему предоставлением «на временное пользование» участков (полян) на территории Кабардинского лесничества.

Тогда же имели место и самовольные захваты.

17 августа 1912 г. начальник Нальчикского округа Султанбек Клишбиев докладывал начальнику Терской области генералу Флейшеру, что горцы из Хуламо-Безенгиевского общества «без всякого разрешения со стороны кабардинского народа и администрации захватили участки общественной земли разных размеров, построили на них дома и поселились там, причем, вопреки постановлений народных представителей, завели на занятых участках хозяйство, земли распахали, засеяли…

В начале захваты такого рода производились отдельными лицами, а с течением времени, видя, что самоуправство остается безнаказанным, горцы в громадном большинстве заселяют поляны, образуя поселки» (ЦГА КБР. Ф. И-6, оп.1, д.862, л.25 об.). Вот каким образом появились селения Хасанья, Яникой и др.

В 1913 году балкарским обществам снова «было передано 42588 десятин кабардинских земель предгорной полосы взамен Зольских и Нагорных пастбищ» (ЦГА КБР Ф. Р-2. Оп. 1. Д. 70. Л. 7.).

Политико-правовое значение тех изменений в расселении и землепользовании балкарцев, которые произошли в период с 1863 до 1917 г. можно определить только с учетом следующих обстоятельств.

Первое. Указанные изменения нельзя относить к естественно-историческому процессу этносоциальной эволюции кабардинского и балкарского народов. Они стали возможны в столь значительных масштабах и в столь короткое время лишь в результате узурпации царской администрацией права распоряжения землями, составлявшими национальное достояние кабардинского народа.

Второе. Ни одно конкретное решение по отводу тех или иных земельных участков для поселения и/или хозяйственного использования балкарскими обществами не подразумевает, что эти участки передаются из Кабарды в Балкарию. Документы того времени говорят о них как находящихся на «кабардинской территории», «в границах кабардинских аульных дач» или «пастбищных земель», «оставленных в нераздельном владении кабардинцев», на территории «кабардинского лесничества», они говорят также о самовольных захватах участков «без всякого разрешения со стороны кабардинского народа и администрации».

Третье. Выделяемые отдельным балкарским обществам земли не составляли единого массива, а состояли из отдельных участков (полян) в разных местах внутри территории Кабарды. Чаще всего эти участки располагались на южных и северных окраинах, а иногда и в середине Кабардинского лесного массива. Передача их балкарским обществам (общинам) или отдельным владельцам (таубиям), как правило, сопровождается оговоркой «временно» или «во временное пользование» Поэтому применительно к создавшимся условиям речь может идти только о границах землепользования.

Четвертое. Все указанные изменения происходили внутри единого административно-территориального образования, в котором до сих пор совместно живут кабардинцы и балкарцы. Кабардинцы со своей стороны относились к нуждам балкарцев с пониманием. Они не считали, что выделение им участков земли на своей этнической территории ведет к их безвозвратному отчуждению от Кабарды. Если бы балкарцы в течение указанного времени не были бы в едином экономическом и административно-правовом поле с кабардинцами, то вряд ли они согласились бы на такие значительные уступки своей территории.

Качественно иной характер приобрели изменения в земельных отношениях в Нальчикском округе в период революции и установления советской власти, а затем формирования советской автономии народов Кабардино-Балкарии. Иной была и реакция на них кабардинского народа.

В 1918 г., когда горские народы признали советскую власть, начинается период формирования новой политико-административной и этнотерриториальной системы на Северном Кавказе. Составной частью этого процесса становится устойчивая тенденция изменения территории Кабарды и Балкарии.

Второй съезд народов Терека положил в основу решения земельного вопроса установки Октябрьской революции, согласно которым «каждый крестьянин независимо от национальности должен иметь землю». Органы власти Терской Республики, куда входили Кабарда и Балкария, учитывая наличие в регионе земельно-территориальных групп, т.е. народов, различавшихся по степени обеспеченности землей, поставили вопрос о перераспределении земельного фонда. Более того, Чрезвычайной земельной комиссией, образованной в мае 1918 г. для разрешения этнотерриториальных проблем, была принята резолюция о необходимости «уравнивания национальных границ применительно к Закону о социализации». Претворение в жизнь указанной резолюции потребовало бы переселения, отрезания территорий, изменения этнических границ и повлекло бы к появлению конфликтных ситуаций.

Решения второго съезда всколыхнули малоземельные и безземельные народы. Создалась ситуация, позволявшая внешне легитимными действиями решить свои проблемы. Поэтому они начали предъявлять претензии к относительно благополучным в этом отношении народам, в частности к кабардинцам.

Весной 1918 г. создавшаяся действительность привела к обострению территориальных отношений между Кабардой и Балкарией. Для решения проблемы 25 марта 1918 г. постановлением Терского областного Совета Народных Комиссаров была создана специальная комиссия. Высшие органы Терской Республики были вынуждены пойти на такой шаг после обращения представителей Балкарии во Владикавказ с просьбой прислать комиссию «для выяснения земельных нужд Балкарии и выделения ей необходимого количества земли из горных пастбищ Кабарды».

Изучив вопрос на месте, комиссия нашла возможным выделить Балкарии на 1918 г. 93 участка из горных пастбищ в количестве 12548 десятин (Месяц С.И. Население и землепользование Кабарды. Воронеж, 1928. С. 183.).

Территориальный конфликт между Кабардой и Балкарией на этом, к сожалению, не был исчерпан, о чем свидетельствуют следующие факты. Нальчикский окружной земельный совет своим решением создал комиссию, которой было поручено практическое разрешение земельного спора между Кабардой и Балкарией. На ее заседании 22 июля 1918 г. было принято постановление о необходимости «предоставить трудовому горско-балкарскому населению... временно на этот год под пастьбу участки в районе кабардинских общественных пастбищ и лесных полян, арендовавшихся балкарцами в 1917 г.» (ЦГА КБР. Ф. Р-264. Оп. 1. Д. 117. Л. 100).

Однако и указанными действиями не удалось стабилизировать обстановку в отношениях Кабарды и Балкарии. Для решения земельных проблем в отношениях между Кабардой и Балкарией в августе 1918 г. был созван съезд народов Нальчикского округа.

Кабардинская фракция съезда признала действия комиссий о предоставлении балкарцам части земель Кабарды незаконными. 15 августа была принята следующая резолюция (балкарцы в голосовании не участвовали): «Все земли, отведенные Чрезвычайной земельной комиссией областного совета в пользу горцев (то есть балкарцев – А.К.) считать принадлежащими Кабарде» (Документы по истории борьбы за Советскую власть и образования автономии Кабардино-Балкарии (1917-1922). Нальчик, 1983. С. 212-213).

Тем не менее, руководители Терской республики распоряжались кабардинскими землями по своему усмотрению, предоставляя соседним народам части территории Кабарды. Больше всего земель было передано Карачаю – 32000 дес. Кроме того, еще весной 1918 г. было передано Дигории 6341 дес. кабардинской земли, а Ингушетии – 1010 дес. (ЦГА КБР Ф. Р-2. Оп. 1. Д. 70. Л. 7.). Пятый съезд народов Терека принял решение о предоставлении Балкарии 24384 десятин кабардинских земель (Территория и расселение кабардинцев и балкарцев… С. 235.).

Однако в 1918 г. еще ничто не предвещало изменения национальных границ на Северном Кавказе, так как кабардинские земли были предоставлены с условием «временно, на текущий год».

После восстановления советской власти в 1920 году региональные органы власти продолжили ту же политику, что осуществлялась в 1918 г. в Терской Республике. Таким образом, многие правовые акты, принятые ее органами власти, были узаконены. Поэтому исторический опыт Терской Республики лег в основу административно-территориального размежевания в регионе в первой половине 1920-х гг.

В сентябре 1920 г. органы власти Терской области издали приказ о необходимости наделения малоземельных балкарских семей 7000 дес. земли. В связи с тем, что за счет внутренних резервов столько набрать было невозможно, для восполнения недостающей площади в срочном порядке необходимо было произвести для них отвод 5054 дес. кабардинских земель. Эти земли не были обследованы на предмет их пригодности под посев. В виду того, что «возможно» некоторые частновладельческие участки, отведенные балкарцам, «окажутся непригодными под посев», в приказе предусматривалась необходимость предоставления им дополнительно наделов с.Кармово (1567 дес.) и с.Атажукино III (1875 дес) (ЦГА КБР. Ф.Р-201. Оп. 1. Д. 3. Л. 41). Характерно, что политика, которая могла повлиять на характер этнотерриториальных отношений, была основана на предположениях.

Территориальные отношения между Кабардой и Балкарией значительно обострились в условиях образования и функционирования Горской республики, куда они вошли самостоятельными административно-политическими единицами. С этого времени земельно-территориальный вопрос становится важнейшим фактором, определявшим характер развития государственно-политических процессов в регионе. Учредительный съезд советов Горской республики вынес резолюцию по земельному вопросу о необходимости скорейшего проведения уравнительного землепользования и обязал ЦИК и Наркомат земледелия Горской республики «в спешном порядке урегулировать земельные отношения между округами и народностями, входящими в состав ГАССР, на уравнительных началах» (Съезды советов в документах 1917-1936 Т.1. М., 1959, С.718-719.). На заседании комиссии ВЦИК по изучению вопроса о наделении землей безземельных и малоземельных горцев 7 марта 1921 г. представитель Осетии заявил о необходимости выселения всей «так называемой Малой Кабарды» для удовлетворения земельной нужды Осетии (Русские на Северном Кавказе 20-30-е годы. Документы, факты, комментарии. М., 1996. С. 302.). Надо ли удивляться, что уже 31 марта 1921 г. Г. Орджоникидзе сообщал С. Кирову: «Кабарда ребром ставит вопрос о выделении из республики» (Бугай Н.Ф., Гонов A.M. Северный Кавказ, границы, конфликты, беженцы. Ростов-на-Дону, 1997. С. 6.).

Сложившаяся реальность в Горской Республике были охарактеризованы У. Алиевым: «Попытка Горской республики, прежде всего, разрешить земельный голод горских народов одним лишь внутренним перекраиванием наличия горских земельных фондов с самого начала была обречена на неуспех. Единственные среди горских народов, более или менее обеспеченные землей, кабардинцы ... не соглашались на урезку своей национальной территории... А на кабардинские земли со всех округов Осетии, Ингушетии, с одной стороны, Карачая, Балкарии, с другой, направлялись взоры и видели только в урезке этих земель спасение положения. Благодаря всему этому из состава Горской республики первой выделилась Кабарда» (Алиев У. Карачай. Ростов-на-Дону, 1927. С. 181.).

Для политико-правовой оценки исторического опыта 1918-1921 гг. принципиально важно учитывать следующие обстоятельства.

Первое. В процессе перестройки земельных отношений Кабарды и Балкарии в 1918 г. формально речь всегда шла о земельных угодьях (пахотных, покосных, пастбищных, лесных), а не национальной территории того или другого народа, но никогда не подвергалось сомнению, что перераспределяемые земли исторически принадлежат кабардинцам и Кабарде. Необходимость земельных уступок со стороны Кабарды обосновывалась земельной стесненностью, нуждами и интересами ее соседей. В случаях земельных споров противопоставлялись друг другу право исконной принадлежности и собственности (со стороны кабардинцев) и право давности хозяйственного пользования (со стороны балкарцев). Роль инициатора и арбитра в решении земельного вопроса принадлежала областной власти. Можно говорить, что какая-то часть земель была уступлена кабардинцами добровольно. Впоследствии Б.Калмыков прямо признавал, что такая позиция была продиктована политикой центральных органов власти (ЦГА КБР. Ф. Р-8. Оп. 1. Д. 4. Л. 72. об.). Но произвольные и односторонние действия по перераспределению земель, осуществляемые без участия и согласия Кабарды, вызывали протест населения и не признавались его полномочными представителями.

Второе. То обстоятельство, что вопрос о перераспределении земельных угодий порождал трения и споры не может вызывать удивления. Это явление повсеместное и по сути дела «нормальное» для аграрно-крестьянских обществ. Дополнительную напряженность в ситуацию привносили три обстоятельства. Во-первых, социальная структура всех народов Центрального Кавказа к этому времени была весьма однородной, в основе своей – крестьянской. В силу этого перераспределение земельных угодий превратилось в перекройку этнических территорий, глубоко подрывая привычный набор пространственных образов северокавказского полиэтничного конгломерата. Во-вторых, масштабы и интенсивность перераспределения земель были весьма значительны. Наконец, эти меры навязывались малопонятной, не получившей еще всеобщего признания, слабой властью. Происходящее выступало для массового сознания не столько как утверждение нового государственного и правового порядка, сколько как слом порядка привычного и устоявшегося, как хаос и неопределенность.

Таким образом, земельная политика советской власти породила вполне реальную дестабилизацию межэтнических отношений. С учетом этих обстоятельств, становится очевидным, что главный аспект опыта революционного периода связан не с проявлениями напряженности, а с глубокой устойчивостью традиционного добрососедского уклада во взаимных отношениях народов Кабардино-Балкарии.

Третье. Вся история отношений Кабарды с ГАССР представляла собой борьбу за сохранение той части ее исторической территории, которая к этому времени оставалась под ее контролем. Весь процесс формирования территории Кабардинской АО летом-осенью 1921 г. проходил в жарких спорах с представителями Горской республики. В конечном счете, ВЦИК утвердил ту территорию, которую заявляло руководство Кабарды, а именно в границах 1917 г. (ЦГА КБР Ф. Р-201. Оп. 1. Д. 15. Л. 10.). Иными словами, Кабарда не признала те решения 1918-1921 гг. в земельном вопросе, которые вели к передаче части ее территории другим национально-государственным образованиям. То же самое относилось и к Балкарии, поскольку она находилась на тот момент в составе ГАССР.

Четвертое. В условиях, когда руководители Горской республики стремились решить земельный вопрос путем уравнения национальных территорий входивших в нее народов, земельные отношения между Кабардой и Балкарией обострились. Но речь ни в коем случае не может идти о каких-то особенно напряженных отношениях между Кабардой и Балкарией. Напротив, ухудшение в них было во многом вызвано общим негативным фоном отношений Кабардинской АО и ГАССР и земельными спорами с Карачаем и Осетией. Действительно особый аспект отношений Кабарды и Балкарии заключался в том, что разрешение возникших противоречий было возможно в данном случае на пути объединения усилий и взаимоприемлемого соглашения в едином административно-политическом образовании.

Не случайно, процесс выделения Балкарии из состава ГАССР развивался с учетом альтернативных перспектив – создания самостоятельной автономной области или объединения с Кабардой в единую автономную область. Реализация второй из указанных альтернатив была закономерным результатом жизненной заинтересованности Балкарии в закреплении результатов земельной политики советской власти в 1918-1921 гг., в получении новых земельных приращений от Кабарды и непреклонной решимости Кабарды не допустить новых отторжений своей территории в пользу других политико-административных единиц.

Постановление ВЦИК РСФСР о создании объединенной Кабардино-Балкарской автономной области было принято 16 января, но проведение его в жизнь затянулось до конца 1922 г. Причиной послужили два положения, вошедшие в постановление в соответствии с решением коллегии Наркомнаца от 9 января 1922 г. Во-первых, о разграничении Кабарды и Балкарии: «Точные границы объединенной Кабардино-Балкарской области и границы отдельно Кабарды и Балкарии устанавливаются специальной комиссией ВЦИК, который разрешает также все земельные вопросы между заинтересованными сторонами». Причем в решении коллегии Наркомнаца оговаривалось: «с соблюдением земельных интересов Балкарии» (Документы по истории борьбы… С. 705.). Во-вторых, о порядке формирования областного исполкома: «Съезды советов Кабарды и Балкарии избирают на общих основаниях, каждый в отдельности, свои собственные исполкомы, которые составляют на паритетных началах из своих представителей общий объединенный Кабардино-Балкарский областной исполком, коему присваиваются права губернского исполкома» (Административно-территориальные преобразования в Кабардино-Балкарии. История и современность. Нальчик, 2000. С. 95-96.).

Комиссия ВЦИК по первому вопросу под председательством Дмитриева работала в условиях обострения территориальных споров Кабарды и Карачая. Это был не самый лучший фон, на котором могли разрешаться проблемы между Кабардой и Балкарией.

Представители Кабарды никак не могли согласиться с намеченным комиссией проекта границ Балкарии «особенно в районе Малки», который совершенно отрезал «все Нагорные пастбища Кабарды» (ЦГА КБР. Ф. Р-8. Оп. 1. Д. 7. Л. 74.). Калмыков считал, что это «экономически и политически уничтожает Кабарду» (ЦГА КБР. Ф. Р-8. Оп. 1. Д. 7. Л. 57.).

Президиум ВЦИК 22 июня 1922 г. принял постановление, которое содержало решение проблемы этнотерриториального разграничения Кабарды и Балкарии. Постановление оставляло за Балкарией: все юртовые земли кабардинских населенных пунктов, «которые были добровольно предоставлены Кабардой в пользование Балкарии в период времени с 1918 по 1921 год включительно»; «бывшевладельческие земли Кабарды, находившиеся в фактическом пользовании Балкарии в 1918-1921 гг.»; все лесные поляны, предоставленные ей с 1889 г. и те, которые «были предоставлены... полномочными органами в период времени с 1918 по 1921 год включительно». Постановление ВЦИК от 22 июня 1922 г., специально затрагивало вопрос о хуторе Долинском, являвшемся также предметом спора между Кабардой и Балкарией. Хутор был признан «неотъемлемой частью г. Нальчика».

В целом постановление было приемлемым для обеих сторон. Балкария получила кабардинские земли, на которые претендовала. Земли, которые Кабарда категорически отказалась в 1921 г. оставить Балкарскому округу ГАССР, она согласилась предоставить Балкарскому округу единой КБАО. Положительный момент для Кабарды состоял еще и в том, что ВЦИК этим же постановлением утвердил ее границы с Карачаем по реке Кич-Малке, то есть так, как хотела Кабарда (Кажаров А.Г. Этнотерриториальный аспект становления Кабардино-балкарской автономии // RES PUBLICA. Альманах социально-политических и правовых исследований. 2000 г. Вып. 1. С. 28-29.).

После этого некоторые руководители Балкарского округа вновь подняли вопрос о выделении Балкарии в отдельную автономную область. Он был рассмотрен на Коллегии Наркомнаца 10 июля 1922 г. Его материалы показывают, что в центре хорошо понимали глубину объективных факторов, делавших объединение Кабарды и Балкарии по сути единственно возможным решением: «Полагая, что главной причиной возникающих трений между Кабардой и Балкарией является земельный вопрос, приобретающий особо важное значение в связи с тяжелым положением скотоводческих горских племен на Кавказе вообще и стихийным переходом их к земледелию, сопровождающимся постепенным переселением на плоскость, признать выделение Балкарии из Объединенной Кабардино-Балкарской автономной области нежелательным и не соответствующим развитию экономических и культурных сил, как Балкарии так и Кабарды», - говорилось в решении Коллегии. Иными словами, речь шла об историческом процессе, который начался гораздо раньше 1920-х гг., и который определял дальнейшее этносоциальное развитие балкарцев на долгосрочную перспективу (ЦГА КБР. Ф. Р-8. Д. 7. Л. 14.). Фактически, здесь заложен был принцип, что вся территория и ресурсы Кабардино-Балкарии (а земля была тогда главным ее ресурсом) являются достоянием всех ее граждан.

Учитывалось также, что масштабные земельные уступки Кабарды могут способствовать смягчению трений и стабилизировать ситуацию, только если они будут иметь место в рамках единой автономии. Подчеркивалось, что решение Президиума ВЦИК по земельному вопросу от 22 июня 1922 г. «исходит из существования единой Кабардино-Балкарской автономной области и потому выделение Балкарии потребует пересмотра земельного вопроса».

В 1923 г. представитель Балкарии Гемуев прямо признавал: «...Балкария, чувствовавшая малоземелье, получила мирным путем прирезку от Кабарды и теперь удовлетворена...» (ЦГА КБР. Ф. Р-2. Оп.1. Д.72. Лл.70-73).

В последние годы неоднократно выражалась позиция, связывающая современные проблемы КБР с тем, что в начале 1920-х годов, вопреки постановлению ВЦИК от 16 января 1922 г. не был реализован принцип паритета в облисполкоме КБАО, а Балкария была превращена в один из пяти округов автономной области, который впоследствии был разделен на четыре района. Утверждается также, что после реабилитации в 1957-1959 годах руководство республики всячески препятствовало возвращению балкарцев на прежние места проживания с целью растворить и ассимилировать их в более многочисленной этносреде.

Действительно, в согласованном партийными руководителями Кабарды и Балкарии Положении об объединении Кабарды и Балкарии от 17 августа 1922 г. содержались пункты: 1. Национальный исполком в отдельности для Кабарды и Балкарии не создавать. 2. Создать единый Кабардино-Балкарский облисполком. 3. Балкарский исполком считать окружным на положении других округов. (Документы по истории борьбы… С.720-721.). Но нельзя не учитывать, что за этим стояло стремление решать вопросы «о конструкции областного исполкома и основах общего избирательного права по Конституции РСФСР» (Документы по истории борьбы… С.722.). Она же предусматривала, что во главе автономных областей стоят областные съезды Советов и их исполнительные органы.

Внимательный взгляд на практику административно-территориальных преобразований 1920-х – 1930-х годов делает очевидным, насколько необоснованны политические и правовые проекции опыта тех лет на наше время. Все решения областных властей в этом вопросе являлись ответом на решения вышестоящих партийных и государственных органов. А для них определяющим фактором в решении подобных вопросов являлся курс именно на «советизацию» общества, а не интересы национального самоопределения различных групп населения.

Вне учета этих обстоятельств невозможна корректная оценка этнополитических аспектов опыта 1930-х годов. И, в любом случае, они не поддаются однозначному истолкованию.

В январе 1932 г. в соответствии с постановлением ВЦИК РСФСР от 10 сентября 1931 г. о переименовании округов Кабардино-Балкарской, Карачаевской, Северо-Осетинской и Чеченской автономных областей в районы Президиум областного исполнительного комитета Советов КБАО постановил переименовать Нальчикский, Балкарский, Баксанский, Нагорный, Прималкинский, Мало-Кабардинский и Урванский округа КБАО в районы без изменения объема их прав (Административно-территориальные преобразования в Кабардино-Балкарии… С. 282.).

Исходя из постановления ЦК партии о районировании Северо-Кавказского края и крайкома партии о порядке районирования бюро Кабардино-Балкарского обкома ВКП(б) 28 января 1935 г. постановило:

1. Существующий Балкарский район разукрупнить на три новых района:

а) Эльбрусский район, с включением в него сельсоветов: Гунделен, Лашкута, Былым, Н. Баксан, В. Баксан, Эльбрус — с районным центром в сел. Гунделен (временно), с переводом в последующем на участок 1-й фермы Балкарского племхоза.

б) Чегемский район, с включением в него сельсоветов: В. Чегем, Н. Чегем, Актопрак, Яникой и Каменка — с районным центром в сел. Н. Чегем.

в) Черекский район, с включением в него сельсоветов: В. Балкария, Ср. Балкария, Н. Балкария, Ташлы-Тала, Кашкатау, Безенги, Шики, В. Хулам, Н. Хулам, Хасанья, Белая речка — с районным центром в сел. Кашкатау (временно), с переводом в последующем на участок Балкарского клепочного завода.

2. Из существующего Мало-Кабардинского района выделить Курпский район в границах сельсоветов Гнаденбург, Раздольное, Кизляр, Н. Курп, Малгобек — с районным центром в сел. Гнаденбург. (Племхоз «Овцевод» включался в Курпский район).

3. Мало-Кабардинский район переименовать в Терский район, оставляя в границах сельсоветов п. Терек, Дейское, Плановское, В. Акбаш, В. Курп, Хамидие, Терское, Урожайное, Арик, Н. Акбаш, хут. Тамбовский — с районным центром в поселке Терек.

Таким образом, вместо существующих старых семи районов область стала делиться на десять следующих районов: Нальчикский, Урванский, Баксанский, Нагорный, Прималкинский, Терский, Курпский, Эльбрусский, Черекский, Чегемский (Административно-территориальные преобразования в Кабардино-Балкарии… С. 297.).

В данном случае, как и в большинстве других, выполнялись решения вышестоящих партийных и государственных органов. Но его иногда связывают с целенаправленным расчленением Балкарии как одного из субъектов КБАО. Если следовать такой логике, то придется признать, что еще раньше была «расчленена» Кабарда. Правда же состоит в том, что ни Кабарда ни Балкария в составе КБАО не имели административно-территориальных признаков «субъектности».

Конституция КБАССР 1937 г. упоминала кабардинский и балкарский народы один раз, и в таком контексте, который не имел ничего общего с закреплением их статуса как субъектов государственности. Статья 2 гласила: «Политическую основу КБАССР составляют Советы депутатов трудящихся, выросшие и окрепшие в результате свержения власти помещиков и капиталистов, завоевания диктатуры пролетариата, освобождения кабардинского и балкарского народов от национального гнета царизма и русской империалистической буржуазии и разгрома националистической контрреволюции». А Статья 3 ограничивалась положением: «Вся власть в КБАССР принадлежит трудящимся города и деревни в лице Советов депутатов трудящихся». При этом следует учитывать, что структура и полномочия органов государственной власти автономных республик определялись Конституцией РСФСР, конституции автономных республик должны были полностью соответствовать конституциям СССР и РСФСР и подлежали утверждению высшими органами государственной власти РСФСР. Районы КБАССР просто перечислялись в Статье 14 Конституции.

Осенью 1938 г. рассматривался вопрос о разукрупнении Нальчикского и Черекского районов, а в январе 1939 г. было принято решение разделить Черекский район КБАССР на два района:

Черекский, с оставлением в нем сельсоветов: Верхнее-Балкарского, Средне-Балкарского, Нижнее-Балкарского, Шаурдатского и Куспартинского.

Хуламо-Безенгиевский, с отнесением к нему сельсоветов: Кашкатауского, Шикиевского, Безенгиевского, Верхнее-Хуламского, Нижнее-Хуламского, Белореченского и сельсовета Хасанья (Административно-территориальные преобразования в Кабардино-Балкарии… С. 316-321.).

В итоге всех подобных преобразований, к марту 1944 г. КБАССР включала 17 районов: Баксанский, Зольский, Кубинский, Курпский, Лескенский, Майский, Нагорный, Нальчикский, Прималкинский, Прохладненский, Терский, Урванский, Урожайненский, Хуламо-Безенгиевский, Чегемский, Черекский, Элъбрусский.

Каких-либо целенаправленных действий, наносящих ущерб национальным правам и интересам балкарского населения, во всем этом не прослеживается. Более того, можно говорить о том, что продолжала действовать тенденция расширения территории расселения и землепользования балкарцев в Кабардино-Балкарии. Сопоставление итоговых данных о размерах территории Балкарских обществ в дореволюционный период, Балкарского округа в 1920-е годы и районов КБАССР, населенных преимущественно балкарцами к началу 1940-х годов убедительно свидетельствует об этом.

^ Территория расселения и землепользования балкарцев (1884-1944)

Год

Исходные данные

В пересчете в гектары

В пересчете в кв. км.

В % к исходному показателю

1884

328 760 дес.

359 170, 3

3 591,7

100

1927

4 386 кв. верст

499 154,1

4 991,5

139

1940-1944

5 300 кв. км.*

530 000*

5 300*

147,6

*Включая 26 769 га пастбищных и пахотных земель, прирезанных к Балкарии в других районах КБАССР

Источник: Битова Е.Г. Социальная история Балкарии XIX века: (Сельская община). – Нальчик: Эльбрус, 1997. – С. 31.; Административно-территориальные преобразования в Кабардино-Балкарии. История и современность. – Нальчик: Изд. центр «Эль-Фа». – 2000. – С. 328-331; Балкарцы: выселение, на спецпоселении, реабилитация. 1944-2001: Документы, материалы, комментарии / Авт.-сост. Х.-М.А. Сабанчиев. – Нальчик: Полиграфсервис и Т. 2001. – С. 6-7.



В решении вопросов расселения возвращающихся балкарцев преобладали факторы наличия или отсутствия благоприятных условий для решения жилищных вопросов, для трудоустройства прибывающего населения и для дальнейшего хозяйственного и культурного развития. Об этом свидетельствует докладная записка, представленная бюро обкома КПСС 3 сентября 1956 г., т.е. еще на стадии предварительного обсуждения «вопроса о возвращении балкарцев на место их прежнего жительства». Расселение балкарцев на территории Кабардинской АССР предусматривалось осуществить путем:

а) создания новых колхозов в местах, ранее занимаемых балкарцами, и частично в других местах, в которых они до выселения не проживали;

б) создания совхозов на тех же территориях;

в) подселения балкарцев в кабардинские и русские населенные пункты республики, ощущающие недостаток рабочей силы.

Здесь недостаточно учитывались стремление народа, рассеянного в течение ряда лет по разным областям на чужбине, к компактному расселению прежде всего в местах его исконного обитания. Но никакого принуждения здесь также не было, и если первоначально намечалось почти треть балкарцев расселить в «плоскостных» районах вместе с кабардинским и русским населением, то уже в декабре 1956 г. был утвержден перечень населенных пунктов для размещения почти 32 000 человек, полностью соответствовавший предвоенному ареалу расселения балкарцев в КБАССР.

Нет необходимости доказывать, что весь процесс возвращения был сопряжен с новыми трудностями для балкарского населения. Видимо не все вопросы были решены наилучшим образом и до конца, а в использовании средств допускались отдельные злоупотребления. Но принципиальное политическое содержание тех процессов, которые развивались в Кабардино-Балкарии на рубеже 1950-х – 1960-х годов представляется однозначным – произошла полноценная реинтеграция балкарского народа, в политическую, социально-экономическую, культурную систему единой Кабардино-Балкарской Автономной Советской Социалистической Республики. Восстановление политического статуса, возвращение к местам проживания, полное равенство с другими народами в гражданских правах, создание необходимых условий для дальнейшего развития национальной культуры – все это в совокупности означало реабилитацию репрессированного балкарского народа.

Это произошло в рамках той же самой политико-правовой системы, в которой ранее имела место депортация народов. В ее же рамках, на равных основаниях и в качественно равноценных условиях продолжилось теперь национальное существование всех народов КБАССР.

Политико-правовая оценка решений 1922 г., определивших территориально-политическую структуру КБАО, и дальнейших административно-территориальных сдвигов в 1920-1950-е гг. возможна с учетом следующих обстоятельств.

Первое. Имеется неразрывная связь между земельными уступками Кабарды и созданием единой КБАО. Поскольку, без второго не могло быть первого, объединение с Кабардой отвечало жизненным интересам балкарского народа. Не случайно, в известных на сегодняшний день документах и в исследованиях историков отсутствуют какие-либо указания на нежелание массы балкарского населения оставаться в составе единой с кабардинцами автономии.

Второе. Территориально-политический статус передаваемых Балкарскому округу земель не менялся, поскольку он входил в состав КБАО на тех же правах, что и любой другой округ.

Третье. Порядок формирования областных органов власти предусматривал не паритет двух «субъектов» КБАО – Кабарды и Балкарии, а паритет трех основных национальных групп населения области.

Четвертое. Оценка тех или иных политических решений и формул должна учитывать не только непосредственные условия момента, но их общий конституционно-правовой контекст. Правовой основой существования КБАО, КБАССР, КБССР, КБР являются в каждом случае действующие конституции СССР, РСФСР, РФ и самой Кабардино-Балкарской республики. Внутреннее развитие Кабардино-Балкарии в решающей степени определялось общим политическим и государственно-правовым развитием Российского государства. Попытки выхватить отдельно взятый акт или момент в этом развитии и превратить его в единственный источник актуальных политических решений неправомерны ни с исторической, ни с политико-правовой точки зрения.


Выводы и рекомендации

1. Территория современной Кабардино-Балкарской Республики сложилась на основе территории исторической Балкарии и части территории исторической Кабарды. Сохранение их этнотерриториальной идентичности в сложных исторических условиях первой половины XIX века, тесная пространственная, хозяйственная и социально-культурная взаимосвязанность традиционных обществ стали предпосылкой выделения особой административно-территориальной единицы (округа) в составе Терской области, включающей кабардинцев и балкарцев, а в советское время – обусловили создание общего для них национально-государственного образования.

2. Официальное, документально оформленное разграничение исторических территорий Кабарды и Балкарии, соответствующее фактическим ареалам расселения и землепользования кабардинцев и балкарцев (этническим территориям) на начало 1860-х годов было проведено и утверждено на высшем государственном уровне Российской империи в 1864 г.

3. Политика царской администрации и советской власти в области земельных отношений и административно-территориального устройства страны, этнодемографические процессы и социально-экономическое развитие привели к тому, что на территории современной Кабардино-Балкарии административные границы муниципальных районов и поселений не соответствуют историческим границам Кабарды и Балкарии, и не представляют собой формы этнотерриториального разграничения каких либо национальных групп населения, в том числе кабардинцев и балкарцев. В области действующих в Российской Федерации политических принципов и правовых норм отсутствуют основания для провозглашения этнического суверенитета отдельного народа над какой либо частью территории КБР, для требований осуществлять административно-территориальное разграничение по этническому признаку, для притязаний отдельных этнических групп на особые права в сфере пользования и распоряжения природными ресурсами.

4. Общественные организации кабардинского народа должны строить свое отношение к сложившейся административно-территориальной структуре республики, исходя:

- из принципов и норм Конституции и законов Российской Федерации и Кабардино-Балкарской Республики, прежде всего в части, регулирующей основы конституционного строя, права и свободы человека и гражданина;

- из сознания своей ответственности за обеспечение преемственности национального существования и незыблемости исторических прав кабардинского народа;

- из анализа складывающейся политической обстановки и тенденций ее развития.

5. При сохранении единства и целостности Кабардино-Балкарской Республики приоритетными являются противодействие любым проявлениям этнического национализма и обеспечение равенства прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности и всех других обстоятельств, предусмотренных конституциями РФ и КБР, на всей территории КБР, включая историческую территорию Кабарды и историческую территорию Балкарии.

6. При активизации группировок и сил, выступающих с позиций экспансионистского этно-территориального национализма, возникновения перспективы территориально-политического оформления этнических анклавов или даже раскола республики, необходимо провести национальную мобилизацию кабардинского народа и с использованием адекватных средств:

- развеять чьи бы то ни было иллюзии о возможности решать подобного рода вопросы в одностороннем порядке, без участия кабардинского народа;

- сформулировать и проводить в жизнь платформу действий, обеспечивающих незыблемость исторических прав и жизненных интересов кабардинского народа;

- утвердить в качестве единственно приемлемой основы для навязываемого кабардинскому народу территориально-политического размежевания, линию 1864 г., как соответствующую его неотъемлемому праву на сохранение своей исторической территории;

- подтвердить свою неизменную приверженность и искренне следовать принципам равенства прав и свобод человека и гражданина, межнационального мира и согласия, единства и целостности Кабардино-Балкарской Республики и Российской Федерации, обеспечения стабильности на Юге России и упрочения российского государства в целом;

- сформировать на этой основе систему позитивного взаимодействия с органами государственной власти Российской Федерации, руководством Южного федерального округа, со всеми здоровыми силами гражданского общества, чтобы обеспечить развитие ситуации в конституционно-правовом русле и в направлении восстановления гражданского мира в Кабардино-Балкарии.

Из книги: Калмыков Ж.А. Размышления историка

в поисках истины. Нальчик, 2009. С. 119-145.





Скачать 4,14 Mb.
оставить комментарий
страница18/19
Дата29.09.2011
Размер4,14 Mb.
ТипУрок, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   19
плохо
  6
отлично
  3
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх