Очерки политической истории народов Северного Кавказа в XVI – XX вв icon

Очерки политической истории народов Северного Кавказа в XVI – XX вв


1 чел. помогло.

Смотрите также:
Тематический план изучения обычаев и традиций народов северного кавказа №...
Реферат по истории народов Северного Кавказа «Выселение народов Северного Кавказа в Среднюю Азию...
Категория автора в русскоязычной прозе северного кавказа XX века: этнокогнитивный аспект 10. 01...
У. Д. Алиев и некоторые проблемы национально-государственного развития народов Северного Кавказа...
Тематический план изучения курса «История народов Средней Азии и Северного Кавказа»...
Ю. Ю. Карпов Доктор исторических наук...
Ю. Ю. Карпов Доктор исторических наук...
Правозащитный центр "мемориал" memorial human rights center...
«Католичество на Северном Кавказе»...
Человек и природа гор в художественной литературе северного кавказа...
И утверждено приказом Федеральной службы лесного хозяйства России от 28 09 93 г №253 наставлени...
Творчество адыгского писателя-просветителя Хан-Гирея: национальное своеобразие и художественная...



страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   18
вернуться в начало
скачать
кабартынския Черкассы нам сдалися.»(4). Согласно С. Броневскому, (5), Хан-Гирею (6) Буткову(7) и другим авторам, в 1570 году крымский хан Шах-Баз Гирей увел Кабарду за Кубань, откуда кабардинцы смогли уйти только в 1590 году. В 1610 «ногайский хан Иштерек пошел на Кабарду, убил главного князя Казыя и увел многих узденей в Ногаи» (8). В середине XVII в. русский царь Алексей Михайлович просил калмыцкого хана «не воевать черкасския улусы, ибо они наши подданныя холопы». В 1635 году кумыкский шамхал Айдемир со своим войском разорил Идарову Кабарду - «пошел на ясаку, на своих ясачных людей в Кабарду ... убил князя Клыча Саусланова на его сабанах, а узденишек его поймал в ясыри, а животинку де отогнал в Дербеню». (9) Общеизвестен и факт того, что до 30-х годов XVIII в. Кабарда платила Крымскому ханству ежегодную дань людьми – тремястами юношами и девушками, которую сами кабардинцы называли - «аибльик», (позор, тюр.)

Ремал-ходжа приводит гордые речи хатукаевских князей Алегука и Антанука, сыновей Джанбека:

«^ Хан, говорят, идет грабить нас, но мы поведем себя не как кабардинцы и жанеевцы. Он силен своими пушками, а мои пушки и пищали – крутые горы быстрые кони».(TSGH. Р. 122)

Во-первых, здесь ясно говорится, что горцы Адыгеи номинально подчинялись туркам и татарам, полагаясь на неприступность своих гор. Во-вторых, эти сведения лишний раз подтверждают, что Кабарда долгое время была в полной зависимости от Крыма и Турции, об этом мы уже писали в первой главе.

В одном из документов отмечается:

« В 1519году отправили черкесы и адыги посольство к крымскому хану Магомет – Гирею с предложением готовности своей быть его данниками и всеми силами своими служить против его неприятелей. Магомет-Гирей с радостью сие принял и повелел в знак зависимости, чтобы они присылали к нему ежегодную дань, состоящую из ста юношей и двухсот девиц моложе двадцати лет».(10).

Да и добровольное вхождение Кабарды в состав России было следствием неоднократных нападений на нее агрессивных соседей. Во всяком случае, письма с просьбами о военной помощи кабардинские князья регулярно отправляли в Москву: «обороните нас от шефкала»; «защитите нас от крымского царя»; «обороните от ногаев и калмыков»; «обороните от горцев»; «от горских татар» и т.д. Об этом же свидетельствует и поколенная роспись кабардинских князей, по которому значительное число «пшишхо» - главных князей Кабарды, погибли от рук «кумычен, крымцев и ногаев».(11) Важные сведения о взаимоотношениях Кабарды с Крымским ханством, приводит и кабардинский фольклор, где говорится о многочисленных бедствиях, которые приносили Кабарде крымские татары (12). Весьма интересные сведения приводит Б.Кучмезов из кумыкского фольклора. Так, в одной из старинных кумыкских песен – плачей по поводу смерти Заруш-Шамхала, которую сочинила его мать, поется:

- Мени шамхалым еленг сонг.
- Къабартыда къабакъ ёзден ким тонав .
- Мени шамхалым ёленг сонг
- Къабартыдан санап ясакъ ким жыяр.


Перевод:

- После смерти моего шамхала,
- Кто
пограбит кабардинских узденей,в их селеньях
- После смерти моего шамхала,
- Кто в точности
соберет с Кабарды дань. (13).

Как известно «из песни слов не выкинешь», политические отношения Кабарды к Кумыцкому шамхальству абсолютно ясно характеризуются, как даннические.

Примечательно, что ученый историк пытается пренебречь идущими вразрез со своей концепцией документами и источниками. Во всяком случае, в листах пользователя многих указанных документов из фондов РГВИА имеются и подписи В.Х.Кажарова. Не обращая внимания на данные, идущие вразрез с его априорной концепцией, он, ссылаясь на карты XVIII века, утверждает, что в пределах от реки Уруп до Каспийского моря и, от Азовского моря до вершин Главного Кавказского хребта, располагалось государство Кабарда или «малая империя», «от моря до моря», государствообразующим этносом которого были кабардинцы, а народы, проживавшие в горах, как-то: абазины, карачаевцы, балкарцы, осетины, чеченцы, ингуши, которые также были «гражданами» этого государства, находившись под игом Кабарды. (14) Во-первых, на протяжении всей истории Кабарда у себя не могла установить единства, и порядка. Во-вторых, возможно ли владеть другими народами, твердо не владея своим? ( В разряд подданных попали даже жители Закавказья – сваны. -КРО. Т.1,с.11). Ни одного факта, свидетельствующего в пользу столь ответственного утверждения во внушающих доверие источниках найти невозможно. Нельзя и всерьез принимать подобные утверждения, впрочем, к такому заключению можно было прийти еще в начале XIX века.

Из рапорта кизлярского коменданта И.Л. Фраудорфа в 1753 г.: «Промеж рек Черной и Терека имеется способное место для строения крепости или ретранжемента, по обеим сторонам устья реки Курпа, которое имеет быть для закрытия от Кубанской стороны и от набегов горских татар, (т.е. балкарцев и карачаевцев, - Н.Б.). (КРО, с.197)

Нужно согласиться З. Кипкеевой: «Однако российское правительство упорно объявляло горские народы подвластными своей вассальной Кабарде. Эта тактика и определяла во многом взгляды исследователей и офицеров, оставивших свои описания народов Северного Кавказа в рамках политической концепции Екатерины II. Так появились расплывчатые, а иногда и просто натянутые объяснения причин «возвышения» кабардинцев над соседями, как, например, это:

«Владельцы Большой Кабарды издревле присваивают себе некоторые преимущества над Малой Кабардою, которая по малосилию своему нередко претерпевает от них притеснения; таковым же притязаниям подвержены и прочие их соседи, как-то: ингуши, осетины, дугорцы, балкарцы, абазины, бесланеевцы... В самом деле, нельзя отрицать сего первенства, Кабардинским чванством увеличенного» (10, с.158)

Кабардинские князья являлись единственными партнерами России на Северном Кавказе; усиливая их, империя создавала свой плацдарм для завоевания Кавказа. Ознаменованный началом строительства крепости Моздок, он сразу же поставил российские силы во много раз более выгодное положение по сравнению с Крымским ханством, а тем более с далекой Османской империей. Россия упрочила свои позиции в Кабарде:

«к сему убедило кабардинцев наипаче приближение к землям их деташмента российских войск и то обстоятельство в то самое время оспорило в пользу их притязание на абазинцев алтыкесеков» (28, 1, с.67)

«Россия «усиляла» Кабарду в своих интересах, которые простирались дальше – в Крымское ханство, один из путей в которое лежал через верховья Кубани в независимом Карачае. Для дальнейшего продвижения России к Черному морю необходимо было привлечь на свою сторону или завоевать силою оружия народы, населяющие северные склоны Главного Кавказского хребта и не входившие в состав Крымского ханства. Это были карачаевцы, балкарцы, осетины, ингуши, чеченцы и др., чьи территории находились выше кабардинских земель. Поначалу план Екатерины II был прост и «бескровен». Малочисленные народы, оказавшиеся на ее пути, автоматически можно было присоединить к России вместе с Кабардой, объявить их принадлежавшими Кабарде, а еще лучше – единым, нераздельным с нею народом. В 1763 г. императрица впервые озвучила эту идею, выражая удивление, что эта мысль не пришла в голову крымским ханам, распространяющим свое «старание» только на Кабарду.» «Соседние с Кабардой независимые народы должны были попасть в разряд «подданных» Кабарды или войти в «число кабардинцев», тем самым Россия получала их вместе с Кабардой, без всяких дипломатических объяснений с Османской империей. Упорным стремлением императрицы «соединить» ногайцев с кабардинцами объясняется и назначение первым кабардинским приставом Дмитрия Таганова, внука солтанаульского владельца Муссы-Мурзы, взятого в аманаты в Кизляре и оставленного в 1744г. в Петербург, где он был крещен. В ведомственной переписке прямо указывалось, что Таганова «приказано употребить по кабардинским делам, с тем, чтобы знатною его породою воспользоваться» (16, с.83). Таганов содействовал выходу своих родственников из гор на р. Куму: «...солтанаульцы опять поступили в русское подданство и были причислены к кабардинскому приставу»,-писал Потто(11,с.239) Здесь же оставались абазины-алтыкесеки, и их земли так же временно были причислены к Кабардинскому приставу под предлогом, что абазины «зависели прежде от власти кабардинцев» (28, с.11,12, 16, 17)

С вхождением Крымского ханства в подданство Российской империи политическая ситуация на Северном Кавказе стала меняться. Если на протяжении долгого времени Россия оказывала военную и экономическую помощь Кабарде то в «Екатерининский период» отношение императрицы к Кабарде в корне изменились, она больше не нуждалась в услугах кабардинских князей. Как пишет Т.Х.Алоев: «Условий для политики лавирования уже не существовало, налицо было «существенное изменение обстановки на Северном Кавказе в пользу Российской империи». (30,с.251) Военная и политическая мощь России достигла своего апогея, на фоне угасающей Османской империи. Эта политика была обоснованна Екатериной II, которая в 1771 г. писала генералу Медему:

«^ Разномыслие между горцами облегчит наше предприятие, На это дело денег не жалеть». (31,с.93)

«Вместе со всем этим шло разжигание междунациональной вражды. Соседи Кабарды - осетины, ингуши, чеченцы, карачаевцы, а также балкарцы – постоянно натравливались не только друг на друга, но и на кабардинцев».

Мы, исследуя вопросы взаимоотношений Кабарды и Балкарии в XVII-XVIII вв., изучили карты, на которые ссылается Кажаров и заметили, что если в первой из указанных карт, слова «Большая Кабарда» написаны прямо у вершин Главного Кавказского хребта, (заметим, что эта карта довольно крупного масштаба и менее подробная, и выполнена весьма приблизительно), но в более подробной карте указывается даже граница между Балкарией и Кабардой, которая проходила намного ниже современного пос. Урвань.(15) «Книга Большому чертежу» помещает Кабарду на левом берегу среднего течения Терека. Документы конца XVI – начала XVII в.» (9, с.425) Граница с Дигорией проходила по реке Хазни-суу, к югу по гребню главного Кавказского хребта – со Сванетией. В 1841 г. подполковник Алехин, описывая балкарские территории, писал:

«Владение (Урусбиевское) граничит к югу с снеговыми горами, к западу с народом карачаевским». По Баксанскому ущелью «тридцать верст ниже слияния реки Кенделен с Баксаном, начинаются земли кабардинцев» (С.Броневский), т.е. примерно за нынешним городом Баксаном.

Эти сведения подтверждаются и тем, что совсем недавно, в 90-х годах XX века, жители современного кабардинского с. Заюково отмечали 180-летие образования своего села, что ныне располагается буквально в 8-10 км. от указанного места слияния р. Кенделен и р. Баксан, т.е. на 20 км. выше указанных земель Кабарды.

В начале XIX в. известный ученый и путешественник Е. Зичи в своем дневнике отметил, что: «...осетины называют асами тюрков в Балкарии и карачаевцев на Малке и Кубани». («Осетины глазами русских и иностранных путешественников», г. Орженикидзе, 1967г., с.283). Выходит, в начале XIX века осетины знают, что на Малке живут карачаевцы.

Приведем сведения указанные в путевых заметках Купфера:

«^ Так же, как у небольшой русской крепости в местности Таш-кепюр при слиянии рек Малки и Кичималки, которая охраняет границы Кабарды и Карачая. До этого мы находились на территории кабардинцев», пишет Купфер – «...кабардинцы давно присягнули на верность России и которые привыкли к присутствию русских войск на своей территории; но распространился слух о том, что мы вступили на территорию карачаевцев»(10, с.36). Эти слова, он записал в день выхода экспедиции из крепости в окрестности с. Таш-кепюр. (совр. сел. Каменомостское в КБР; Н.Б.).

Есть любопытные сведения из кабардинского фольклора. А.И. Абдоков, «Откуда пошло название «Кабарда». Жители селения Каменомостского – могут сказать так: «Скот на пастбища гонят из Кабарды». Тем самым подчеркивается, что Кабарда находится где-то к востоку от их селения. («Мир культуры», г. Нальчик, 1990г., с.140) Следовательно, жители селения Каменомостского, расположенного у слияния реки Малки (Балыкъ) и Кичи-Малка (Кичи-Балыкъ) считают, и считали, что Кабарда находится на востоке от них.

Еще один пример, проводник - кабардинец Магомед Конов, который в 1886 году сопровождал российского ученого С.Ф. Давидовича от г. Пятигорск до балкарского аула Верхний Баксан. В своих путевых заметках С.Ф.Давидович пишет:

«^ Дорога Магомету малознакома, так как он ездил туда только один раз и то уже давно, знал дорогу только до аула Урусбиево. (современное с. Верхний Баксан)»

В более позднее время 1928 г., русский этнограф историк С. Анисимов, который является одним из первых составителей путеводителя по Кавказу («Кавказские Альпы»), пишет по истечении ста лет после первой экспедиции на Эльбрус:

«... от Харбаза до Теплого Нарзана можно с большим трудом пробраться по тропе, идущей по его левому берегу, при этом во многих местах всякий след тропы исчезает, и ущелье становится проходимым только для балкарских охотников. Поэтому без балкарца- проводника здесь идти не следует. Нужно сказать, что эта часть долины Малки от сел. Хабаз до Теплого Нарзана является одним из любопытнейших горных ущелий.» (ук. р. с.136). Выходит, что даже в XX веке эту местность знали только представители карачаево-балкаского народа.

В Российских источниках часто упоминается граница «до черных гор», общепринятое географическое обозначение тех времен «лесистого хребта», известное даже студентам первокурсникам. Но местные картографы отожествляют эту границу со скалистым хребтом. Трудно назвать это заблуждением. Считаю, что это именно тот случай, когда желаемое преподносят как действительное. Географическое расположение крепостей на кавказской линии известна: Грозный, Владикавказ, Нальчик, Баксан и т.д. Приведем копию одного документа:

«Высочайшее соизволение на переселение кавказской линии к черным горам.

Командиру отдельного Кавказского корпуса, господину генералу от инфантерии Ермолову.

^ Соглашаясь в полной мере с причинами, изложенными в рапорте Вашем от 28 прошедшего июля, по коим перенесение части нынешней Кавказской линии к подошве, так называемых, Черных гор, от Владикавказа до Кубани.....» (141, С.171).

С. Броневский: «Кабарда лежит против Моздока и Георгиевска параллельно на полдень, по рекам: Тереку, Череку, Нальчику, Чегему, Баксану и Малке; простирается в ширину от 30 до 80 верст до Черных гор» (37,с.73). Сведения о расстоянии в длину приводит Иоганн Густав Гербер – немец, российский разведчик (1760г.). «Черкесы живут в Кабардинской земле, которая делится на верхнею и нижнею. Обе земли невелики, их свободно можно переехать от одного края до другого в 4 дня...». В данном случае важно отметить, учитывая выше приведенное сведения о расстояние(30-80 верст) и время пути, это равнинная область нынешней КБР. В Ермоловский период территория Балкари и Карачая не входили в состав земель России, южная граница Кабарды подходила «к самой подошве Черных гор».(38, с.14). Во всех известных документах «черные горы» отмечены как конец южных рубежей Кабарды и России.

Это утверждал и Басият Шаханов «граница между территорией пяти горских обществ и территорией Кабарды существовала до утверждения в крае русских». (Т.Биттирова «Избранная публицистика», Нальчик, 1991г.)

Граница между Балкарией, Карачаем и Кабардой часто менялась, и зависела от

политической ситуации в регионе. Первый этап - полная гегемония Крыма и Турции на равнинах Северного Кавказа. Второй этап - начало усиление России и строительство русских крепостей на Тереке и Каспии. Возвышения Кабарды, на которую опиралась царское правительство, оказывая ей военную и экономическую помощь. С падением Крымского ханства Россия больше не нуждалась в помощи Кабарды, как и ее расширении. Это отметил Т.Х.Кумыков:

«^ Начало XIX века характеризуется дальнейшим расширением и укреплением колониальной позиции царизма на Северном Кавказе... Под постройку крепостей и под русские и казачьи поселения нужен был определенный земельный фонд, но его не было. Поэтому царизм усиленно начал экспроприировать земли у кабардинцев, ограничивая, таким образом, их владения... Царизм, проводя антинародную политику в земельном вопросе, заселяя лучшие уголки окраин колонизаторскими элементами, оттеснял местные национальные массы в худшие районы и вызывал национальную рознь.» (115, с.41) Под худшими районами подразумевается предгорья Северного Кавказа, территория, веками принадлежавшая балкарцам и карачаевцам. Видимо стоит напомнить, что именно при помощи России кабардинцы приобрели эти земли когда-то. А с другой стороны, ради чего Россия в течение стольких лет тратила огромные средства на овладение Северным Кавказом? В отличие от Крыма, российские власти, чтобы укрепить свои позиции в регионе, решили заселить эти земли казаками, что нарушило веками устоявшиеся этнические границы.

Об этом же свидетельствует и арабская надпись на камне 1715 года, которую прочитал Л.И.Лавров, где отмечается, что балкарские князья Урусбиевы имели свои земли в урочище Кашхатау.(16). Ещё ранее русские послы в Грузию Толочанов и Иевлев в 1654 году отдохнули «в городке Басият (родовое имя балкарских князей, - Н.Б.), находящемся у слияния реки Сюген-су (т. е. Псыгансу, Сукансу – Н.Б) и Черек и только на следующий день прибыли в Болкары».(17). Значит еще в те времена, у слияния этих рек находился балкарский городок Басиат.

Прибыв в Балкарское общество, послы в своих путевых заметках отметили: «^ Сии владельцы (балкарские – Н.Б.) встретили нас очень дружелюбно, хоть и оказались не под государевой рукой... сие нас очень удивило т.к. кабардинцы давно под государевой рукой».(18). Этот документ весьма примечателен тем, что до приезда в Балкарию послы были убеждены со слов кабардинских князей. (которые почему-то не сопроводили послов до Балкарии. Н.Б.). в том, что балкарцы были под властью Кабарды, а побывав в Балкарии, они убедились в обратном и удивились. В другом архивном документе сказано: «С балкарцев никакой дани не получают». (ЦГВИА, ф.1345,оп.2, д.282, л.52об.)

«^ Карачаевцы имеют свое управление и совершенно непокорны». («Россия и Северный Кавказ в XVI-XIX веках. М., 1998г.). Об этом писал в начале XXв. Генерал Дельпоцио «Балкарцы, карачаевцы, осетины, абазинцы, ингуши и карабулаки – есть люди вольные». Далее генерал уточняет, что с недавних времен некоторые народы стали платить подати, «но сие единственно последовало от силы оружия российского и покровительства им, кабардинцам, данного, и когда еще российское правительство не имело современного сведения о состоянии вольности тех народов». (Л.И.Лавров. «Карачай и Балкария», с.93)

Кабардинские князья Магомед Атажукин и Адильгирей Гилякстанов, а также кумыкский шамхал Алиш Хамзин в отношении карачаевцев, балкарцев и осетин сообщили российскому правительству: «Оные горские народы, как и выше написано, ни под чьею протекциею не состоят и никому ими действительно овладеть невозможно, затем, что живут в крепких и непроходимых местах». («Русско-осетинские отношения в XVIII веке». Сборник документов. Т. 1, г. Орженикидзе,1976г. с.38)

В другом донесении эти авторы пишут в Коллегию иностранных дел России письмо следующего содержания. Речь идет о различных горских народах – в том числе, и о пяти балкарских «волостях», из которых только «некоторые ... дают малую подать вышеопиописанному Магомету Кургокину и Арсланбеку Кайтукину для того, что оные, приезжая в Кабарду, покупают соль, также хлеба и рыбы по несколько, а особливо в кабардинских угодьях, через несколько месяцев скот свой пасут, а когда у них в горах хлеб и трава родится довольная, и тогда оные соль покупают в Грузии и в горах, отъезжая в дальние места, достают воды и из оной варят и скоты свои из гор не выгоняют, и сами в Кабарду уже не ездят, и кабардинцев к себе не пускают, за что с ними бывают ссоры и драки» (108, С.37)

В данном случае под «малой податью» подразумевается выпас скота на равнине; из текста предельно ясно, что ни о какой зависимости речи нет.

«^ Чегемские татары (балкарцы) половина была покорена прежде русскими и имела аманатчиков, другая же, столь же сильная, находилась не под зависимостью нашей (российской; Н.Б.) приставшая к одному старшине Кучуку Каншавову, который имел тесную связь с карачаевцами, заграничными жителями, и часто допускал закубанцев проходить через свои земли и доставлял способ им делать набеги в Кабарде осенью прошлого года, от него силою взят сын его малолетний в аманаты, а сам с народом на верность подданства приведен с приличными для правительства российского условиями» (29, с. 131)

Один из первых исследователей истории балкарцев Н.А. Караулов писал: «Имея только один выход из каждого ущелья на равнину, причем иногда даже совершенно недоступный в половодье (Чегемское ущелье), народ этот (балкарцы) имел мало общения с населяющей равнину Кабардой, еще не так давно враждовавшей с болкарами... Со стороны равнины у выходов своих ущелий болкары поставили башни и с успехом отражали всякую попытку кабардинцев проникнуть в горы.. Болкары заселяют свои ущелья сплошь и других народностей между ними нет. Они часто воевали с кабардинцами, а также часто делали набеги за главный хребет в Сванетию, откуда всегда привозили много добычи»(27,с133).

Теперь представьте, сколько путешественников и картографов XVII-XVIII вв., не посетив Балкарию и Карачай, так и остались в неведении, поверив хвастливым словам кабардинских князей? Последние, находясь под протекцией Российской империи, умело использовали своё привилегированное положение, часто вводя в заблуждение различных русских чиновников, послов, да и самих русских царей. В этот реестр можно включить султана Турции и хана Крыма.

«Кабардинские князья не раз приводили ханских сборщиков дани («семенов») в горские селения. Но как свидетельствует фольклор и предания эти народов, если непрошеным гостям нужно было больше, чем обычное гостеприимство, то такие визиты всегда заканчивались для них трагически. Собственно, неизвестны факты серьезных попыток ханов распространить свою власть дальше Кабарды, которая, как хотели утвердить российские власти, «положение свое имеет почти в смежности с кубанскими народами» (28, с.12) В сохранившихся исторических песнях карачаево-балкарского народа отражены неоднократные попытки завоевания Балкарии и Карачая ханами Крыма, и все они закончились неудачно.

В.Батчаев приводит следующий документ: «Кабардинцы утверждают, что чегемцы были сильный народ. А черкесы...., долго вели с ними войну, и в помощь кабардинцам пришел со своим войском Шамхал Тарковский, властитель Дагестанский. В оную войну было побито много кабардинских узденей....» (107,С.144) В данном контексте важно отметить, что даже при военной помощи одного из самых влиятельных на Кавказе феодальных образований Дагестана, кабардинские князья не сумели совладать с одним балкарским обществом.

Подобный конфликт возник между Асланбеком Кайтукиным – одним из лидеров Большой Кабарды, и верховным олием Балкарии - Сосраном Абаевым. Основной причиной обострения отношений явилось то, что летом 1720 года в Кабарду вторгся Саадат-Гирей с войском, состоявшим не только из татар, но также из темиргоевцев, бесланеевцев, казаков некрасовцев и др. В Кабарде к хану примкнула группа местных феодалов. Кайтукин укрылся в «городке Черек» («меж гор местности Кашкатау») на территории Балкарии и находился там в осаде около трех лет. На протяжении этого времени Кайтукин подвергался постоянным нападениям не только татар, но и местных противников князя (107, с.146) Северная граница Балкарии в течение трех лет представляло полигон военных действий. Видимо, такое соседство не устраивало Сосрана Абаева, как и других балкарских князей. Есть основания считать, что какая-то часть балкарцев и карачаевцев примкнула к Саадат-Гирею. «..також татары кабардинские, которые отложились от нас, с ним заодно держат». (КРО, Том 2, с.25). Именно к этому периоду относится документ о разграничении земель между Балкарией, Кабардой и Крымом. ( Холамский камень-Н.Б.) Это предание сохранилось в устной форме у балкарцев и дигорцев (одну версию опубликовал Мисосот Абаев в парижском журнале «Мусульманин») В.Батчаев считает: «Достоверность самого события можно констатировать с полной уверенностью хотя бы потому, что столь популярное предание никак не могло возникнуть «на пустом месте». Но главное все же не это. Важнее то, что о каком-то конфликте с горцами упоминается и в письмах самого Кайтукина. И хотя в интересующей нас части вся информация сводится буквально к одной- двум фразам, она существенно дополняет приведенные выше сведения устной традиции (поскольку, как я полагаю, в обоих источниках речь идет об одном и том же конфликте)»

В августе 1720г. Кайтукин в письме Петру I упоминает «




Скачать 2,72 Mb.
оставить комментарий
страница3/18
Дата29.09.2011
Размер2,72 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   18
плохо
  6
отлично
  3
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх