Курс лекций Чепик, Ю. И., Психология больного ребенка: курс лекций/В. И. Дунай, Ю. И. Чепик. Минск: бгу, 2008. 127 с. Психология больного ребенка icon

Курс лекций Чепик, Ю. И., Психология больного ребенка: курс лекций/В. И. Дунай, Ю. И. Чепик. Минск: бгу, 2008. 127 с. Психология больного ребенка



Смотрите также:
Учебно-методический комплекс к дисциплине психология одаренного ребенка специальности...
Учебно-методический комплекс к дисциплине «психология одаренного ребенка»...
Курс лекций Минск, 2004 удк ббк б 24...
Методическое пособие для студентов медицинских вузов...
Курс лекций подготовлен в соответствии с Государственным образовательным стандартом высшего...
Курс лекций по дисциплине история экономических учений москва 2008...
Введение в курс пропедевтики детских болезней...
Введение в курс пропедевтики детских болезней...
Курс лекций для студентов специальности 032301- «Регионоведение»...
Курс лекций ульяновск 2008 удк 620. 2(075. 8)...
Курс лекций ульяновск 2008 удк 620. 2(075. 8)...
Курс лекций по дисциплине история экономики москва 2008...



страницы: 1   2   3   4   5   6
вернуться в начало
скачать

^ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ СОПРОВОЖДЕНИЕ РОДИТЕЛЕЙ БОЛЬНОГО РЕБЕНКА


Психологический климат семьи, где есть тяжелобольной ребенок, во многом определяется эмоциональным состоянием родителей, их способностью преодолевать стрессы. Болезнь, входя в дом, меняет отношения между родителями и больным ребенком, между родителями и другими детьми в семье, а также между супругами.

Реакции родителей на диагноз «инвалид» весьма индивидуальны и могут отличаться силой и характером проявлений, но вместе с тем в состоянии родителей есть и существенное сходство. Родители чувствуют себя подавленными, выбитыми их обычной жизненной колеи. Первая реакция на поставленный диагноз - ощущение вины, чувство несправедливости, тревога за будущее. Семейный стресс, вызванный тяжелой болезнью ребенка, усугубляется и другими причинами. Это и уменьшение бюджета семьи, так как часто один из родителей вынужден оставить работу. В связи с этим нарушаются и социальные связи и контакты. У всех родителей наблюдается повышенная ранимость и впечатлительность, высокая тревожность, болезненное самолюбие. Отмечается личная дисгармония, потребность в самореализации, трудности в социальной адаптации, стремление к сотрудничеству и поиску признания.

Анализируя динамику психологических особенностей родителей детей-инвалидов, можно отметить следующее, что на первом году опеки мы фиксируем именно эти признаки, в дальнейшем они изменяются.

Одной из проблем является проблема общения тяжелобольного ребенка с родителями. Часто взаимодействие родителей с тяжелобольным ребенком строится по типу гиперпротекции и воспитания в «культе болезни». В первом случае характерным является чрезмерная опека родителей больного ребенка, строгий контроль и наличие системы запретов, когда ребенок освобождается от ряда обязанностей и лишен возможности самостоятельно действовать. Поскольку тяжелое заболевание ребенка часто не позволяет ему проявить в полной мере свое несогласие с родителями, единственным способом поведения ребенка остается уход в себя. Особенно в подростковом возрасте мы много встречаем детей замкнутых, предпочитающих одиночество общению с другими людьми, когда никто не может вторгнуться в его внутренний мир, если подросток сам не пожелает. Воспитание в культе болезни отличается тем, что все родительское внимание сосредоточено на болезни, и ребенок считает, что болезнь дает ему особые права, и все должны идти ему навстречу, выполняя любые его желания.

Эта неправильная установка родителей легко формирует эгоистичное отношение к жизни у ребенка, когда ему кажется, что все должны его жалеть и помогать ему.

Часто родители больного ребенка слишком сосредоточены на симптомах болезни, опасаясь ухудшения состояния и совершенно забывают о том, что их ребенок личность: он уникален и замечателен. Задача психолога – помощь родителям в поиске более конструктивных тактик взаимодействия с ребенком, способствующих его развитию.

В ситуации тяжелой болезни ребенка, достаточно часто приходится сталкиваться с проблемой неполной семьи (как правило, есть только мать). Отец может отсутствовать по разным причинам: умер, в разводе и совместно не проживает, или в разводе и живет вместе с семьей. Часто причиной развода является алкоголизм отца, что соответственно влияет на морально-психологический климат в семье.

Наиболее частыми проблемами семей, имеющих тяжелобольного ребенка, родители называют финансовые проблемы, материальные затруднения. Причиной такого явления является то, что один из членов семьи (чаще мать) не работает, находясь дома по уходу за ребенком. А если еще она и в разводе, и алименты ребенку выплачиваются не регулярно, и кроме больного ребенка-инвалида есть и здоровый ребенок несовершеннолетнего возраста, то семья находится просто в бедственном положении.

Особенностью родителей детей - инвалидов является их повышенная тревожность, связанная с будущим. Она включает тревогу за здоровье больного ребенка, здорового ребенка в семье, их собственного здоровья, а также генерализованную тревогу и чувство неуверенности, страха за завтрашний день. Часто их взгляды пессимистичны, а также они затрудняются представить свое будущее.

Острой психологической проблемой, часто встречающейся у родителей, является наличие чувства вины, связанной с болезнью ребенка. Реакция самообвинения сопряжена с неуверенностью и мнительностью, а также высокой чувствительностью к определенным событиям. Родители с готовностью воспроизводят события жизни, связанные с началом заболевания ребенка, подробно рассказывают об этом моменте, как бы для себя отвечая на вопрос: Не виноват(а) ли я в том, что мой ребенок заболел:? Все ли я сделал(а) для моего ребенка ?

Многие родители отмечают наличие трудностей в воспитании детей в семье и часто обращаются к социальному работнику с просьбой повлиять на ребенка так, чтобы он стал «хорошим» для мамы-папы. И тогда социальный работник, изучая причины появления проблемы и анализируя трудные ситуации, помогает родителям правильно строить взаимоотношения с ребенком. Кроме того, в связи с личностной невостребованностью и отсутствием самореализации в обществе, многие родители детей-инвалидов переживают чувство неполноценности. Большинство из них живут замкнуто, изолированно от общества и чувствуют одиночество. В тех же семьях, где присутствуют множественные связи с различными социальными институтами, эмоциональное состояние и психическое здоровье членов семьи намного лучше, чем в первом случае. Как показывает опыт, семьи, находящиеся под опекой Хосписа в течение длительного времени (более года), изменяют свой социальный статус: семья становится открытой системой, родители меньше страдают от одиночества, невостребованности.

Когда в жизнь вторгается серьезная болезнь, отношения между ребенком и его родителями вертятся вокруг одного – возможной смерти. Крепкий союз между терапевтом ребенка и родителями уменьшает страх и оптимизирует работу. Терапевт должен выступать посредником между ними, и его сотрудничество является обязательным.

Поскольку ребенок ежедневно сталкивается с физическими и эмоциональными стрессами, родители должны уметь поддержать ребенка, и их роль в этом не может быть переоценена.

Работая с обеими сторонами диады «ребенок — родители», психолог намного лучше понимает ситуацию и видит те проблемы, с которыми должен справиться ребенок. Поскольку рамки конфиденциальности в таких случаях не так отчетливы как при традиционной психотерапии, психолог должен объяснить ребенку, какую информацию будут знать его родители. Многие дети чувствуют облегчение, когда знают, что их отношения с психологом остаются совершенно личными.

^ Можно привести некоторые примеры взаимоотношений психолога и членов семьи в ситуации тяжелой болезни.

Мать четырехлетнего мальчика постоянно между приемами писала психологу письма. Она рассказывала обо всем, что происходило с момента последней встречи с врачом. Вот пример одного из таких писем: «Он кричит, что мы не позволяем ему ничего делать, потому что он болен. Это не правда. Мы ограничиваем его только тогда, когда он себя плохо чувствует. Он ненавидит себя за то, что он болен. Он говорит, что он ненавидит весь мир. Временами у нас всех возникают похожие чувства. Сейчас, когда он расстроен, он не ищет во мне никакого утешения. Он уходит к себе в комнату, закрывает дверь и хочет, чтобы его оставили одного. Если я вхожу в комнату, то он кричит «Убирайся» или «Оставь меня в покое». Он закрывается от меня. ПОЧЕМУ? Он все еще задает вопросы о смерти. Он хочет знать, будем ли мы плакать, когда он умрет. Мы пытаемся честно отвечать на его вопросы. Он еще более требовательный, чем когда-либо. Я говорю ему: «Пойми, не ты болен, больна только твоя кровь». Интересен случай с десятилетним мальчиком, который индивидуально встречался с психологом и не был против общения психолога со своими родителями. Мальчик знал, что эти встречи касались только его болезни. Однажды, когда его мать была расстроена чем-то, что было совершенно не связано с болезнью самого ребенка, то он посоветовал ей поговорить с другим психологом в клинике.

У ребенка может быть усилено чувство, что психолог «принадлежит» только ему. Например, ребенок может показать родителям комнату психолога, укрепляя таким образом «чувство территориальности». Если к психотерапевту ребенок приходит с желанием скорее начать прием, то специалист не должен уделять много времени на общение с родителями, лучше будет все детально обсудить с ними после встречи.

Если с семьей работают два терапевта, то терапевт ребенка должен взять инициативу создания контакта со стороной родителей. Он должен быть уверен, что терапевт родителей предупреждает его о значительных улучшениях в работе с родителями, он должен сам информировать терапевта родителей о прогрессе ребенка, а также планировать редкие совместные встречи с целью прямого контакта между всеми взрослыми в данной группе.

Сфера, глубина, интенсивность работы с родителями могут сильно варьироваться от сконцентрированности на вопросах помощи ребенку до более традиционной индивидуальной или групповой психотерапии. По какой бы схеме не строилась работа с данным ребенком и его семьей, реакция родителей на болезнь ребенка и воздействие болезни на брак и семью должны быть основными темами. Даже если родители оказались в очень тяжелой ситуации, они должны найти в себе силы заботиться об еще более уязвимом ребенке, хотя это достаточно серьезный вызов психической устойчивости.

Психолог содействует и помогает взаимодействию родителей с медицинским персоналом. Путем моделирования и повторения, родители учатся более корректно формулировать вопросы и чувствовать себя уверенно при высказывании своих тревог. Во многих случаях, терапевт, являясь членом междисциплинарной команды, может присутствовать при таких беседах. Кроме того, терапевт может раскрыть часть информации, полученной в результате индивидуальной терапевтической работы с родителями, но только после их согласия и в том случае, если она непосредственно связана с заботой и уходом о ребенке. Данная информация может включать в себя: эмоциональное состояние ребенка и его семьи, наличие стрессовых ситуаций несвязанных с болезнью, рекомендации по терапии. Так как терапевт непосредственно вовлечен в общение между родителями и медицинской командой, он играет важную роль в интеграции различных аспектов заботы о ребенке.

Психолог также может улучшить понимание родителями своего ребенка. Оттачивая свои навыки наблюдения и осмысления, они становятся значимыми помощниками в терапевтическом процессе. На начальной стадии родители склонны к простому пересказу разговоров или событий, ожидая совета от самого терапевта. Однако в процессе психотерапевтической работы они постепенно начинают давать свои интерпретации происходящему и предлагать способы решения проблемных ситуаций. Владея информацией о ходе терапии ребенка, родители намного глубже осознают переживания своего сына или дочери. Также важно чтобы терапевт объяснил необходимость наличия у ребенка какого-либо игрушечного предмета или животного на протяжении всего периода терапии. Если родители понимают роль игрушки как «Alter ego» (другое Я), тогда они могут эффективно использовать ее в процессе общения с ребенком. Введение еще одного объекта в процесс общения ребенка и родителей позволяет расширить область обсуждаемой информации и включить терапию в повседневную жизнь.

Обучение технике релаксации - значительная помощь родителям в их уходе за ребенком. Данные методики могут стать огромным подспорьем в родительской заботе о ребенке дома. Любые, даже самые простые приемы, которым может обучить психотерапевт, станут сильным противоядием родительской беспомощности.

Семейная терапия может играть главную роль в поддержке и укреплении семьи, ведь влияние болезни ребенка на его родителей отрицать невозможно. Семейная терапия не мешает и не противоречит индивидуальной психотерапии. Наоборот, она утверждает ценность семьи как единицы целостной и способствует ее укреплению.


Лекция 13


^ ОСОБЕННОСТИ ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО СОПРОВОЖДЕНИЯ РОДИТЕЛЕЙ В СИТУАЦИИ, СВЯЗАННОЙ С УТРАТОЙ РЕБЕНКА

В больнице, где ребенку предстоит провести определенную часть жизни, решаются важные медицинские задачи, не отрицающие значения психических процессов, происходящих с родителями. Тем не менее, в тех случаях, когда борьба с недугом проиграна, на передний план выступают особые проблемы родителей, которые любят ребенка так сильно, что не могут признать существование ужасного заболевания. Собственный практический, временами болезненный опыт, который коснулся нас за годы работы в детском хосписе и ожоговой реанимации свидетельствует о том, что все происходящее с родителями в этот период, оказывает серьезное влияние на качество жизни ребенка. Эти процессы затрагивают чувства, физическое состояние ребенка, а также влияют на тех, кто находится рядом с семьей часами, неделями, иногда годами.

Метафорически это можно представить в виде камня, брошенного в заводь, и образовавшего круги. Те из них, что особенно четко обозначатся на водной глади и затем на постоянно убывающей глубине, по-прежнему будут расходиться от камня. Один камешек способен всколыхнуть поверхность воды на большом расстоянии. Так же происходит, когда у ребенка обнаруживают неизлечимое заболевание. Те, кто находился ближе всех к ребенку, будут глубоко потрясены, и будут особенно нуждаться в помощи, чтобы как-то перестроить свою жизнь и найти возможность жить дальше, осознав факт этого горестного события. В образе кругов, расходящихся от камня и поражающих воду рябью, можно видеть то влияние, которое неизлечимая болезнь и утрата ребенка оказывает на его окружение. Этот процесс затронет значительно больше людей, чем непосредственно только семью. Круги будут расходиться наружу, в окружение, где ребенок жил. Этим специфическим процессам, происходящим с родителями от момента постановки неизлечимого диагноза ребенку, вплоть до терминальной стадии заболевания, посвящены наши наблюдения и опыт, которыми мы хотим поделиться

Шок. После травмирующих событий, которые в сфере оказания помощи тяжелобольному ребенку и его семье связаны, в основном, с уведомлением об угрожающем жизни заболевании или с предстоящей потерей любимого человека, на первом плане находится, тяжелая действительность.

Одной из первых реакций родителей на информацию о диагнозе или неблагоприятном прогнозе лечения, является шок. Шок выступает психологической защитой перед внезапно обрушившимся горем. Одной из реакций родителей при таких обстоятельствах, бывает агрессия, так как тот, кто приносит плохие новости часто становиться мишенью родительского гнева. Для начинающих специалистов, работающих с неизлечимо больными детьми, важным уроком является понимание того, что в течение периода шока одной из основных человеческих реакций может быть агрессия, направленная на них, какими бы невиновными они не были.

Это совершенно естественная тенденция обвинять кого-то за новости, относительно того, что у ребенка серьезный дефект или заболевание, влекущее летальный исход. Врачи и психологи нередко бывают атакованы очень разгневанными матерями или отцами, и это является немедленным следствием на преподнесение плохих новостей, как бы деликатно это не было сделано.

Психологическое состояние родителей в этот период проявляется в форме эмоциональной разбитости, подавленности, которая обычно болезненно очевидна, хотя и не во всех случаях. Застывание, охлаждение, отсутствие чувств, прилив скорби или безразличие являются следствием тяжелой предшествующей фазы шока.

Больной и его близкие, сталкиваясь с окончательным уходом, вынуждены принять как необратимый процесс - утрату всего знакомого и любимого. Тяжело больной ребенок или подросток меняет предполагаемый порядок устройства жизни в семье. В нормальном ходе событий ожидаемым является период смены ролей, когда дети будут ухаживать за своими больными родителями. Семейные функции и привычный уклад жизни нарушены - не только время укорочено, но и его порядок разбит. Подавляющим чувством родителей в этот период является чувство, как будто кто-то или что-то вырывает ребенка из жизни прочь. Попытка осознать и принять происходящее малоэффективна, поскольку психологическое отделение еще не фактическое - реальной утраты не произошло. Тяжелая болезнь ребенка, особенно подростка, который только что начинает осознавать самостоятельное существование, часто признается родителями самой сложной и нелогичной, как если бы это «движение вперед» было собрано и потом остановлено.

Наряду с этим, в сознании родителей то и дело возникают картины из прошлого, которые отображают предшествовавшее данному событию время с его позитивно-эмоциональной ориентацией на будущее и, тем самым, заставляют снова и снова болезненно переживать тяжесть происходящего во всей его глубине. Само травмирующее событие, как, например, информация о неизлечимом диагнозе или неблагоприятном прогнозе лечения, сознательно или неосознанно многократно переживается в форме быстротечных воспоминаний, внедряющихся в сознание, страшных снов или других отягощающих психических реакций. Реальная действительность зачастую воспринимается как будто за пеленой тумана. Человек становится ко всему безразличным и часто не видит для себя лично больше никаких перспектив. Типичными в такой ситуации являются вопросы: «Почему это случилось именно со мной, с моей семьей?». «В чем смысл этих страданий?». На эти вопросы часто даются деструктивные ответы, еще больше ожесточающие родителей и затрудняющие поиск новых жизненных перспектив.

Возможность открыто показать свой страх и другие чувства, а также поощрение этого тем более важны, что они зачастую позволяют избежать разрушительных последствий травматических событий. Злость является защитной реакцией, имеющей важное значение лишь временно, и, как правило, не бывает долгосрочной формой поведения. Находящиеся под злостью более дифференцированные чувства проявляются очень медленно, но без допустимости именно такого поведения- злости и чувства страха, невозможны внутренние перемены в направлении восприятия реальной ситуации жизни.

^ Отрицание неблагоприятного диагноза. Многие родители будут говорить: «Не говорите нам ничего! », однако для некоторых из них пройдет много часов и существует много различных реакций на передачу информации о плохих новостях. Присутствие в это время терапевта, его стабильность, могут предотвратить аффективное опустошение (сильный страх, сильная злоба) или многократное повторение отрицания, придать ощущение защищенности и безопасности в ситуации, в которой человек чувствует себя «покинутым богом и людьми». Время от времени, когда родители говорят - «ничего не говорите мне» это как - бы означает, что я действительно знаю горькую правду, но я в праве надеяться, что люди, работающие в этой сфере, смогут сообщить об этом наилучшим образом. Мы все, конечно, имеем различные навыки в области преподнесения «плохих новостей» и всегда существует кто-то, кто делает это лучше.

Надежда на магические лекарства. Часто случается, что в связи с отрицанием диагноза у родителей появляется тенденция «идти и покупать чудодейственные лекарства». К сожалению, это иногда делает родителей уязвимыми для посягательств со стороны псевдоцелителей, экстрасенсов или делает их «простачками», поддающимися внушению популярной прессы относительно того, что где-то еще есть необыкновенные лекарства, имеющие репутацию магических.

То, что это находит отклик у отчаявшихся родителей в такой ситуации - естественно и легко объяснимо. Обычно в таких обстоятельствах профессионалам сложно оставаться реалистичными, чтобы это не выглядело бессердечным или жестоким. Никто не вправе запретить родителям ребенка надеяться или бороться, и все же мы, к примеру, стараемся разуверить таких родственников, так как видим, что это приносит огромный вред пациентам и их близким. Такие беседы с родителями ребенка не имеют цель – очернить подлинные, хорошо продуманные испытания новых способов лечения, но являются попыткой оградить родителей от ложных надежд и от ситуации, когда они становятся еще более открытыми для удара.

^ Отрицание ребенка родителями. На этом непростом этапе клиническая картина свидетельствует о личностном регрессе и регрессе отношений. Личностные силы иссякают, обнаруживается крайняя беспомощность, теряется способность к сублимации, а также дифференцированному восприятию, место которого занимает примитивная форма восприятия окружающей действительности. Событие излагается лишь как факт, безучастно и механически. Иногда случается, что отвергание ребенка происходит не только родителями, но и докторами и медсестрами в клинике, поскольку они чувствуют, что утрачивают роль в курировании неизлечимого заболевания.

^ Отрицание предлагаемой помощи. В процессе осмысления происходящего, у многих родителей наступает момент, когда они отвергают предлагаемую им и их ребенку помощь. Родителей могут раздражать ненужные, излишние, с их позиции, советы, что, естественно, предполагает их право на отказ, как один из способов пройти через горе своим путем. Обычно это выражается в форме высказываний: «Нам не нужна ваша помощь, мы справимся сами!» «Врачи не вылечили нашего ребенка, чем нам поможет психолог?» «Мы все равно поправимся, вы еще погуляете на свадьбе нашего сына!!»

Давать время и поощрять выражение чувств важно в этот период, но при этом следует помнить, что семья не должна принудительно вовлекаться в процесс опеки над нею. Заботиться и сопровождать родителей в данном случае означает дать пространство и право выхода всем противоречивым чувствам и реакциям, погашающим друг друга, а также показать понимание нормальности происходящего. Тем, кому будет позволено выразить свою тоску, свои чувства вины, отчаяния и гнева, может легче примириться с судьбой.

^ Психологические потребности родителей: на что обратить внимание. На потребности родителей оказывают влияние различные факторы, основными из которых можно признать личные свойства характера, особенности родственных взаимоотношений и специфические механизмы психологической защиты личности.

В процессе обеспечения эмоциональной поддержки полезно задавать следующие вопросы. Имеется ли у родителей страх диагноза, ухудшения состояния ребенка, образа смерти, зависимости от наркотиков? Как проявляет себя вина, отягощаемая прошлым опытом жизни, имеют ли место гнев, потеря достоинства, ощущение утраты привычных вещей, потеря независимости? Присутствует ли неуверенность, пролонгированная тревога о будущем семьи? Каковы особенности депрессии, как следствия всех этих размышлений и чувств?

При общении с пациентом и его близкими, следует с уважением относиться к системе жизненных ценностей семьи. В независимости от того, насколько мы можем быть не согласны с тем, как семья ведет себя в данной ситуации, не следует давать непродуманных советов. Не стоит излишне реагировать и на то, насколько непродуктивными, с нашей позиции, кажутся отношения в этой ситуации. Эти отношения вырабатываются годами, и могут быть важным элементом семейной истории, частью которой психотерапевт не является.

Время, когда семья расстается с ребенком особенно драгоценно, потому, что оно слишком быстротечно. Их любовь – это самое важное, что может быть сейчас для ребенка.

Родителям, находящимся в кризисной ситуации, жизнь которых в это время так непредсказуема, необходимо знать, что они могут на кого-то или на что-то рассчитывать.

Хотя мы и не даем ложных надежд о возможно более долгом сроке жизни, мы обычно даем надежду на качество жизни в оставшееся время. Мы можем заверить семью в том, что мы не покинем ребенка, и будем осуществлять сопровождение и поддержку. Жизнь неизлечимо больного и его семьи чаще всего лишена разнообразия, поэтому каждый контакт извне принимает пропорции и важность гораздо больше обычного.

Существуют факторы, которые могут помочь и способствовать лучшей адаптации родителей в этой ситуации. Для этого необходимо:

  • использовать подход, когда ребенок является центром заботы,

  • обращаться с родителями, как важными, ключевыми членами профессиональной команды, заботящейся о ребенке,

  • вовлекать родителей в процесс принятия решения и распределения ответственности относительно лечения ребенка так длительно, как это только возможно,

  • честно отвечать на вопросы родителей, смягчать жесткую правду, но не приукрашать ложь,

  • применять терпение и настойчивость, давать родителям время, быть готовыми к тому, что некоторые объяснения происходящего могут повторяться снова и снова,

  • способствовать уверенности родителей в том, что вся, касающаяся их семьи информация, конфиденциальна,

  • снижать уровень страха смерти,

  • анализировать обстоятельства, затягивающие процесс горевания,

  • не поддерживать потребность пребывать в одиночестве, хотя если родители пожелают, пространство и время для уединение должны быть обеспечены,

  • обдумывать духовные потребности пациента и его близких,

  • уважать культурные и религиозные особенности семьи,

  • заверять семью в том, что им будет предложена поддержка в случае утраты,

  • не позволять профессиональному процессу вторгаться в проявление сильных чувств между любящими людьми,

  • осторожно расспрашивать родителей об их воле и незавершенных делах,

  • использовать опыт групповых переживаний,

  • признавать важность достижений семьи,

  • постоянно повышать профессиональное образование.

Существуют очевидные примеры великолепных семей, чья любовь к их детям преодолела все сложности до конца, в результате чего ребенок ушел, окруженный огромной любовью. Очень важным наблюдением является то, что во многих подобных семьях больной ребенок и его родители могут быть моделью поведения для других, обогащать живых и живущих людей, и вообще являться счастливыми воспоминаниями для друзей, и для тех, кто ухаживал за их ребенком.


Литература:


  1. «Паллиативная помощь для детей: основные понятия, принципы, рекомендации». ОБО «Белорусский детский хоспис», Минск 2004

  2. «Леб - система» Издательство БелАПДИ , «Открытые двери» - Минск 1997

  3. Выготский Л. С. Проблемы дефектологии. М., 1994.

  4. Гарбузов В. И. Практическая психотерапия. СПб.: Сфера, 1994.

  5. Гурьева В. А. Психогенные расстройства у детей и подростков. М.: Крона пресс 1996 , 206 с.

  6. Детская психоневрология / Под. Ред. Л. А. Булаховой. Кшв: Здоров'я, 2001.

  7. Дробинская А. О. Школьные трудности нестандартных детей. М: Школа-Пресс,
    1999.

  8. Ефимов Ю. А. Диагностика предболезненных явлений психосоматических расстройств у детей: Дисс. 1994.

  9. Захаров А. И. Неврозы у детей и подростков. Л.: Медицина, 1988.

  10. Здоровье. Развитие. Личность /Под ред. Г. Н. Сердюковской. М.: Медицина, 1990.

  11. Игумнов С. А. Клиническая психотерапия детей и подростков. Минск: Беларуская
    навука, 1999.

  12. Иовчук Н. М., Северный А. А. Депрессия у детей и подростков. М.: Школа-пресс,
    1999.

  13. Исаев Д. Н.. Психопрофилактика в практике педиатра. Л.: Медицина, 1984.

  14. Исаев Д.Н. Детская медицинская психология.Психологическая педиатрия.-СПб.:Речь, 2004, 66-70 с., 89-91

  15. Исаев Д. Н. Медико-психологические аспекты психосоматических заболеваний и
    внутренняя картина болезни в детском возрасте // Психиатрические аспекты педиатрии. Л., 1985. С. 7-92.

  16. Исаев Д. Н. Психосоматический подход к изучению заболеваний у детей и подрос­тков. 8-й Всес. съезд невропатол. и психиат. М., 1988. С. 197-198.

  17. Абрамова Г. С, Юдиц Ю. А. Психология в медицине. М.: Кафедра-М, 1998. 272 с.

  18. Авдеева Е. Г. Психоневрологические и психологические особенности детей с пато­логией органов пищеварения // Педиатрия. 1993. № 1. С. 99—102.

  19. Аверин В. А. Психология детей и подростков. СПб.: СПбПМИ, 1994.

  20. Антропов Ю. Ф., Шевченко Ю. С. Психосоматические расстройства и патологичес­кие привычные действия у детей и подростков. М.: ИИП, 1999.

  21. Астапов В. М. Тревожность у детей. М., 2001.

  22. Баль Л. В. От 8 до 17 или что думают о здоровье наши дети. М.: ТЦ СФЕРА, 1999.
    224 с

  23. Баркан А. И. Динамика функциональных параметров при адаптации детей к школь­
    ному учреждению, школе и больнице: Автореф. дисс. докт. мед. наук. М., 1988.
    45 с.

  24. Белоусов Ю. В., Скумин В. А. Психотерапевтические аспекты реабилитации детей с
    хроническими заболеваниями пищеварительной системы // Педиатрия. 1986. № 8.
    С. 46-49.

  25. Бехтерев В. М. Об отношении между психическими и нервными болезнями // Обозрение психиатрии, неврологии и экспериментальной психологии. 1908. № 1. С.

  26. Брязгунов И. П. Между здоровьем и болезнью. М., 1995. 224 с.

  27. БурлачукЛ. Ф., Коржова Е. Ю. Психология жизненных ситуаций. М, 1998. 262 с.

  28. Буторина Н. Е. и др. Особенности нервно-психических расстройств при ожоговой
    болезни у детей и подростков //Актуальные проблемы соматопсихиатрии и психосоматики. М., 1990. С. 38-40.

  29. Бурлачук Л. Ф., Морозов С. М. Словарь-справочник по психодиагностике. СПб.:
    Питер, 1999.

  30. Чепик Ю.И.Особенности психологического сопровождения родителей неизлечимо больных детей // М: Семейная психология и семейная психиатрия №2, 2006 г.70-78

  31. Горе ребёнка, как помочь ребенку, у которого умер один из родителей //3 . Пэррол Изарес, Психология эмоций, Москва-Харьков-Минск, 2000

  32. Исаев Д.Н. «Психосоматическая медицина детского возраста» СПб., 1996

  33. Бобров Н. «Сашенька. Последний год (записки отца)» //Человек 1999 № №4-6

  34. Hilfswerk Austria Сборник «Руководство по паллиативному уходу за неизлечимо
    больными детьми», Минск, 1999

  35. Hostler Sh. L. The development of the Childs' concept of death//The child and
    Peath St. Louis, 1978

  36. Bluebond - Langer M. Meanings of death to children//New meanings of death New
    York 1977

  37. Caring for Dying Children and Their Families//Chapman and Hall London, 1994

  38. Davies B. Long-term outcomes of adolescent sibling bereavement//Journal
    of Adolescent Research, 1998




оставить комментарий
страница6/6
Дата09.04.2012
Размер1,47 Mb.
ТипРеферат, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6
отлично
  4
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх