Царь есть раб истории. (Толстой) icon

Царь есть раб истории. (Толстой)


Смотрите также:
А. К. Толстой «И. С. Аксакову». «Судя меня довольно строго…»...
Joanna Falkowska, studentka V roku filologii sp lingwistyka stosowana...
Геродот об истории египта (отрывки)...
Смысловая точность речи. Выбор слова слово – основа для понимания текста...
Сценарий нового года 9...
А. К. Толстой А. К. Смерть Иоанна Грозного. Царь Федор Иоаннович...
Л. Н. Толстой "Война и мир"...
1. Иван IV (Грозный) первый Российский царь...
26. Научна орг-ция оплаты труда(ОТ) базируется на 6 принципах...
"Воцарившийся раб и есть хам",- предсказывает Д. С. Мережковский. Назовите произведение...
Родился в усадьбе Ясная Поляна. Среди предков писателя по отцовской линии сподвижник Петра I п...
И. В. Гете Технология это логика фактов, создаваемых трудовой деятельностью людей...



Загрузка...
страницы:   1   2   3
скачать
СЮРПЛЯС

В России столб стоит,

А на столбе… (Пушкин)

Царь есть раб истории. (Толстой)

Спонтанно действующий человек часто

действует мифологически. (Пятигорский)

Действующие лица:

Александр Семенович

Гриша

Костя

Ёкка

Ёлкин

Николай-с-половиной

Петр-с-четвертью

Киров-с-нами

Действие первое

Картина первая.

Крыша здания Главного штаба на Дворцовой площади в Санкт-Петербурге. На крыше дымовая труба и слуховое окно, из которого вылезает Александр Семенович в черной одежде.

^ АЛЕКСАНДР СЕМЕНОВИЧ (далее АС): Вознесся выше я башкою…

Встает, на плече у него висит моток веревки с небольшим якорем, в руках он держит ножны с самурайским мечом. Накидывает перевязь ножен на другое плечо, вынимает меч из ножен, указывает им вдаль.

Выше Александровского столба!.. вознесся бы. Если бы лифт был. Но его нету, пришлось по лестнице тащиться. Какое уж вознесение…Се ля травай - такая работа.

^ Подходит к рампе.

Ого!.. Сегодня Нева с утра была в тумане. К вечеру туман вышел из берегов и затопил весь город. Одно лишь Адмиралтейство выплыло – но… без шпиля! И странен был его вид, как новое явление призрака Летучего Голландца, несомого не ветром, но самою

судьбой…

^ Голосом экскурсовода.

Примечательно, что шпиль колокольни Петропавловского собора прекрасно был виден с этой стороны Невы и светло сиял, яко луч божий среди потопа, в то время как самый собор в противуположность Адмиралтейству виден не был вовсе! Не знак ли это? А если знак, то чего?

^ Своим голосом.

А колонна - поглядите на колонну! - от нее осталась лишь верхняя площадка с цоколем и крестом, как… как… как плот с обломком мачты - плот "Медузы"! - с лишь несколькими уцелевшими после крушения этого корабля… Уце… Что?! Что такое?! А где ж уцелевший? То есть, император… Александр?! То есть, ангел! Уле-тел?.. Спокойно, спокойно, Шурик, не верь виденьям, закрой глаза, вот так, успокойся…

^ Закрывает глаза ладонью.

Теперь медленно-медленно открой и … Нету!!! О-ля-ля! То есть, ой-е-ей… то есть, ай-я-я-я-яй что делается! - это ж снова, значит, смылся…

^ Голосом экскурсовода.

Существует миф, что лик сего ангела есть лицо императора Александра Первого, добровольно ушедшего от власти, сбросив ее с плеч, как слишком тяжкую ношу для ега ангельских крыл, и отправившегося в места отдаленные от столицы молиться за Россию, за грядущую участь ея в коварном окияне мирском…

Сделана же колонна сия была в ознаменование победы над французами в войне 12-го года и - по образцу Вандомской, что в Париже на одноименной площади, а на вершине колонны той - Наполеон Бонапарт! - побежденный русским народом под водительством Александра.

^ Далее своим голосом.

И что теперь? Может это от тумана, а? Может - может рассеется, и все придет в порядок, как раньше?.. Вот в Лондоне, там ведь тоже колонна, не с императором, так с адмиралом - Нельсоном - на площади, на Трафальгарской, в честь морских побед. И тож туман не редкость. Там такое бывает, интересно? Хотя куда им… Королевство, понимаешь!

Декламирует.

Был туман. И в тумане - наподобье загробных теней - в двух шагах от французов прошли англичане, не заметив чужих кораблей. Нельсон нервничал: он проморгал Бонапарта, мчался к Александрии, топтался у стен Сиракуз, слишком много азарта он вложил в это дело: упущен француз. А представьте себе: в эту ночь никакого тумана! Флот французский опознан, расстрелян, развеян, разбит. И тогда - ничего от безумного шага и плана, никаких пирамид. Вообще… ничего.

^ Вкладывает меч в ножны.

Гуще и гуще… Все! - теперь и креста не видно. Какая уж тут работа: техника безопасности не позволяет. Надо сваливать.

Пытается влезть в слуховое окно, но ножны мешают. Снимает перевязь с ножнами, кладет их на крышу, вползает в окошко. Тем временем из дымовой трубы на крышу вылазит черная фигура и подбирает ножны с мечом.

АС (из окошка): Эй! А ну положь!.. Дай сюда!

ЁККА: Пошел к черту!

Пихает ногою голову Алксандра Семеныча в слуховое окно, подбегает к трубе, залезает на нее.

АС: А ну верни!

ЁККА: Для дела экспроприирую… временно!

^ Бросает ножны с мечом в трубу.

АС: Че-го?!

ЁККА: Санегапад, санегапа-ад…

Прыгает туда же.

АС: Вот-те раз: баба!

Выползает из окошка, доползает до трубы, заглядывает внутрь ее.

Или ведьма?

Картина вторая

Комната в Пожарной части Государственного Эрмитажа, в ней камин и две двери: центральная и боковая. У стены стол с канцелярскими принадлежностями и огнетушитель. В боковую дверь входит Николай-с-половиной.

НИКОЛАЙ-С-ПОЛОВИНОЙ (далее НСП): Сегодня хар-рошая погода!

Достает из кармана тетрадь и карандаш, пишет в тетради.

The-wea-ther-is fine… to-day.

^ Выходит из комнаты в центральную дверь. За сценой слышен скрип и скрежет, затем из боковой двери появляются двое пожарных, таща за собою ванну на колесиках.

КОСТЯ: Стоп! Приехали.

ГРИША: Уф-ф… Ну и куда ее?

КОСТЯ: А прям тут пусть стоит.

ГРИША: Посредине?

КОСТЯ: Ага.

ГРИША: Мешать будет. Каждый раз ее обходить, что ли?

КОСТЯ: Ничего, обогнем как-нибудь, зато историческую правду соблюдем.

КОСТЯ: Так… история ж не волк, правды не просит!

ГРИША: Чего?

КОСТЯ: На хрен нам история, тем паче такая старая.

ГРИША: Нам-то? На всякий пожарный. И не старая, а древняя… Без истории, думаешь, лучше?

КОСТЯ: Не всякий пожарный - пожарный…

ГРИША: Случай - всякий. Давай без казуистики: поставил цель - пали.

КОСТЯ: Какую цель еще?

^ ГРИША: О!

Кивает на ванну.

КОСТЯ: Умаялись все, пока ставили: тяжела ты, ванна… Мономаха! Ха-ха.

ГРИША: Насчет Мономаха не скажу, а Катарина купалась.

КОСТЯ: Что за Катерина?

ГРИША: Секунда. По-латыни если.

КОСТЯ: Секунда-то?

ГРИША: Царей, вишь, принято по-латински обзывать, рексами там да регинами.

КОСТЯ: За что ж по собачьи-то?

ГРИША: Да не по-собачьи, а по-латыни: рекс переводится как король, а регина значит королева. Регина Катарина Секунда - Вторая, то есть.

КОСТЯ: Царица? Наша Катька что ль?!

ГРИША: Ну.

КОСТЯ: Та, что супруга грохнула, а потом с Потомкиным спуталась?

ГРИША: Или сначала, не важно. Важно, что императрица. Видишь вензель?

^ Показывает на стенку ванны.

"Е" - "2"… Императорская!

КОСТЯ: Е4… Чугунная она, а не императорская.

ГРИША: Отчего ж чугунная…

КОСТЯ: А должна быть золотая!

ГРИША: А-а. Так она и есть золотая.

КОСТЯ: Золотая… но из чугуна?

ГРИША: Не-а, из золота.

КОСТЯ: Из золота - со свалки?

ГРИША: Не со свалки, из подвала. Царского!

КОСТЯ: Ты ж говорил, со свалки она?

ГРИША: Я… временно, в целях конспирации, деформировал информацию.

КОСТЯ: Врал, то есть?

ГРИША: Но-но, пожарные не врут, мы всегда должны говорить правду.

КОСТЯ: Опять историческую?

ГРИША: Истинную!.. Иначе нам в критический момент веры не будет, а без веры все сгорит синим пламенем.

КОСТЯ: А с временной ложью, значит, не сгорит?

ГРИША: Ты что - мюллер, допрос мне чинить? Сказано “временно”, значит временно. Сам подумай, разве мог я сказать, что вот царскую сантехнику в дворцовом подвале нашел, да еще из чистого золота? А если б ты, скажем, жене своей проболтался? Да от нее вмиг ни кусочка бы не осталось!

КОСТЯ: От жены?

ГРИША: От ванны!

КОСТЯ: Это верно… Хотя, зря ты меня болтуном обзываешь, насчет тайны я сейф – государственной.

ГРИША: А жена отмычка, да?

КОСТЯ: Жена, жена пущай дома сидит, а сейф - я тоись - сам себе хозяин: что хочу, то и… Погоди, погоди-ка, ты что, правда ее здесь нашел, на дворцовой территории?

ГРИША: Откопал! Об-наружил…

КОСТЯ: В подвале, из которого тащили, что ли?

ГРИША: Вот этими руками.

КОСТЯ: Этими? Отчего ж не лопатой?

ГРИША: Экой ты непонятливый - руками, руками, чтоб шуму не слышно было: вдруг налетишь лопатой-то на кирпич какой, а кто-нибудь и услышит, да полюбопытствует, что это пожарный, вместо того чтобы небрежно, понимаешь, фланировать, озирая катакомбы в поисках незапланированного огня и дыма - землю роет! Вот так… Пришлось руками.

КОСТЯ: И что?

ГРИША: Что?

КОСТЯ: Клад, значит, вырыл?

ГРИША: Вырыть вырыл, но не так все просто...

Замолкает.

КОСТЯ: Говори уж, раз начал - друг я тебе, или нет?

ГРИША: Я и говорю… Тут издалека надо, начинать рассказ-то!

КОСТЯ: Так самое время - впереди ночь дежурства, смена-т только в девять, так что давай, не томи!

ГРИША: С чего б лучше начать-то…

КОСТЯ: А с любого места, я понятливый.

ГРИША: Ну, в общем, иду я как-то подвалами с проверкой, и посветил фонариком в темное, значит, место - ниша в стенке там была - а на стенке вдруг вижу: крест!.. Небольшой такой, в стиле барокко, намалеванный.

КОСТЯ: Крест! А раньше-то что ж не видел: у тебя ведь маршрут всегда один и тот же?

ГРИША: В том и дело, что не видел, в первый раз увидал: не было его раньше!

КОСТЯ: Не может быть…

ГРИША: Может - не может! Слушать будешь, или говорить?

КОСТЯ: Буду слушать, буду - только сперва проверю…

ГРИША: Чего?

КОСТЯ: Состав. Сос-тав-чик...

^ Ковыряет ванну ногтем.

ГРИША: Проверю… Учил бы химию в школе, по тяжести понял бы из какого металла предмет.

КОСТЯ: Химия тож предмет… нелегкий, чтоб на него здоровье зазря! А вдруг свинец? Что-то не соскребается, кожура-то.

ГРИША: Так я ванну акрилом для верности выкрасил, а то мало ли кто блеск драгметалла узрит, она ведь покарябана вся была.

КОСТЯ: Вся?

ГРИША: Местами почти вся.

КОСТЯ: Ох! - ноготь сломал…

ГРИША: Может тебе рашпиль поднести?

КОСТЯ: Да иди ты… Ножницы лучше подкинь, вон на столе.

^ Гриша берет со стола ножницы, подает Косте.

ГРИША: Кромсай...

КОСТЯ: Во-от… Во! Гляди - блестит! Желтенькое!

ГРИША: А ты, фома, не верил.

КОСТЯ: Верю! Теперь - верую!

ГРИША: Тсс… Не ори так, охрана сбежится.

КОСТЯ: Да, делиться придется… А не хочется!

ГРИША: Ты что, на золото позарился?

КОСТЯ: А то. Смори - дым!!!

^ Из ванны постепенно выползает дым, пожарные молча какое-то время наблюдают процесс, затем ретируются к стене, у которой стоит огнетушитель.

ГРИША: На туман больше похоже…

^ Из дыма восстает фигура, пожарные прижимаются к стене.

КОСТЯ (шепотом): Что это?!

ГРИША (шепотом): Реакция…

КОСТЯ: Какая еще...

ГРИША: Химическая?

ПЕТР-С-ЧЕТВЕРТЬЮ (далее ПСЧ): Вас-с?

КОСТЯ: Нас?!

ПСЧ: Нихт, не вас. Ми спрашиваль, што ви говориль.

КОСТЯ: Ничего! Ты…. вы кто такой?!

ПСЧ: Ми ист дер тсарь.

ГРИША: Ой-е-ей…

КОСТЯ: Кто-кто? Псарь?!

ГРИША: Ца-арь…

ПСЧ: Тсарь-тсарь, император-батьюшка! Карл Петер…

КОСТЯ: Рубенс?!

ПСЧ: Пошто Рубенс? - Ульрих!

ГРИША: Немец…

ПСЧ: Немец - нихт, рюсски - яя!

КОСТЯ: Вы?!

ПСЧ: Яя!.. Пеотр - mit Viertel!

ГРИША: Бат-тюшки-и…

КОСТЯ: Что за фертель еще?

ПСЧ: Мой батюшки - полрюсски, мой матушки - полнемецки, здесь, в Рюссия, ихь рюсски - рюсски царь Пеотр Теодорович… С четвертушкин!

КОСТЯ: Царь! Мат-тушки-и…

ПСЧ (Косте): Дайт мне ручка.

КОСТЯ: Что?!

ГРИША: Ручку просит…

КОСТЯ: А-а…

Достает из-за пазухи ручку.

Шариковая пойдет?

ПСЧ: Шарикова? Собачкова?.. Нихт собачка - ваш ручка.

КОСТЯ: Твою… Другой нету!

ПСЧ: Ручка, опереть сепя.

ГРИША: Он про твою руку говорит - из ванны чтоб выбраться!

ПСЧ: Яя!

КОСТЯ: Мою? Ни за что!

^ Отступает, выставив перед собой ножницы.

ПСЧ: За што?

ГРИША: Нате, ваше четверичество.

Гриша подходит и протягивает Петру-с-четвертью руку, тот, опираясь на нее, выходит из ванны. Дым рассеивается.

ПСЧ: Плагодарстфую тепя.

ГРИША: Всегда готов-с!

Салютует.

ПСЧ: Будь…

Косте.

А ти?

^ КОСТЯ: Я?!

ПСЧ: Яя, ти.

КОСТЯ: Чего я-то? Это вот он штуковину эту выкопал, а я здесь не при чем! – так, подсобил малость.

ПСЧ: Подсопил?

КОСТЯ: Тащить досюдова - и только!

ПСЧ: И Толька?

ГРИША: Ваше высочество, это я…
ПСЧ: Ти Толька?

ГРИША: Я - Гришка…

ПСЧ: А-а - ти ковырять фанночка!

ГРИША: Ковырял? Нет, я откапывал…

ПСЧ: А ковыряль?

^ Кивает на Костю.

Толька?

КОСТЯ: Не ковырял я!

ПСЧ: Покажь ручка.

КОСТЯ: Не покажу!

ПСЧ: Не покажет?!

КОСТЯ: Да не ковырял я! А так токо… проверил, не запачкалась ли…

ПСЧ: Яя! - тфой ковыряль! Тогда тфой гофорить сфой желаний!

ГРИША: Что?

КОСТЯ: Чего?

ПСЧ: Гофорить зафетный фаш желаний, шнель!.. У тфой есть айн минут.

КОСТЯ: У мой... чего есть?!

ПСЧ: Тфой нихт понимай рюсски язык, или тфой тупой?

ГРИША: Он тебя про твое заветное желание спрашивает, обалдуй. Есть у тебя мечта или нет?

КОСТЯ: А чего ему…

ГРИША: Видно, исполнить хочет… За освобождение из лампы - тьфу! - из ванны этой.

ПСЧ: Гут.

КОСТЯ: Мое?!

ГРИША: Быстро думай: минута идет!

ПСЧ: Яя.

КОСТЯ: Желанье?!

ГРИША: Ну!..

КОСТЯ: Тогда хочу… хочу…

ПСЧ: Фюнф, фир…

КОСТЯ: Хочу?

ПСЧ: Драй… цвай…

ГРИША: Ну же!

КОСТЯ: Гейшу хочу!

ПСЧ: Принято.

ГРИША: Идиот… Не мог ничего лучше придумать?

КОСТЯ: А что лучше-то? Идио-от! - тоже нашелся Достоевский…

ГРИША: Ну, Достоевский - не Достоевский, а уж заветное желание на бабу не променял бы!

ПСЧ: Ну, я пошоль… Ауфвидерзеен!

^ Идет к боковой двери.

КОСТЯ: Ку-уда! А гейша?!

ПСЧ: Будет гейша. Запаздыват маленько.

КОСТЯ: Опаздывает? Какая же это тогда гейша - должна по первому желанию!..

ГРИША: Первое и есть.

ПСЧ: По спецификации время отклика фюнф минут.

Петр-с-четвертью выходит в боковую дверь. Слышится грохот, из камина выползает фигура в черном платье: Ёкка. На пояснице у нее большой алый бант, на ногах ботинки на толстой подошве, на носу узкие синие очки, а в руках - ножны с мечом.

КОСТЯ: Ого!

ГРИША: Ух ты-ы!

ЁККА: У! сволочи высокомордные… Враги народа!

КОСТЯ: Что такое?

ГРИША: Видимо она…

КОСТЯ: Она?

ГРИША: Она, гейша.

КОСТЯ: Да ты что!

ГРИША: Видишь бантик?

ЁККА: Эй, мужики, что за базар?!

^ Встает на ноги, отряхивается, накидывает перевязь ножен с мечом на шею.

КОСТЯ: Базар? Ты кто - гейша, мать твою?!

ГРИША: Ты бы помягче, женщина ведь…

ЁККА: Нету тут женщин!

КОСТЯ: Нету? А ты…

ЁККА: Товарищ!

^ Протягивает Косте руку.

Товарищ Ёкка.

Костя с опаской пожимает руку. Ёкка и Гриша тоже жмут руки.

ЁККА: Ёкка.

ГРИША: Гриша… Григорий.

КОСТЯ: Гейша - товарищ?

^ Смотрит на свою замаранную сажей руку.

А чего черная такая?

ГРИША: Не видишь, девушка… пардон - товарищ - из камина только…

ЁККА: Я не из камина.

КОСТЯ: А… откуда же?

ЁККА: Из “Черного передела”.

Пауза.

ГРИША: Вот оно что...

ЁККА: Что, не ждали?

КОСТЯ: А… чего это - черный передел?

ЁККА: Как чего?! Подпольная организация, за освобождение народа! Вместо бывшей “Земли и воли”.

ГРИША: А-а… Добро… пожаловать.

КОСТЯ: Мы вообще-то звали того…

ЁККА: Чего?

КОСТЯ: Гейшу.

ЁККА: Куда я попала?! Вы кто здесь?

КОСТЯ: Мы?

ГРИША: Мы местные. Пожарные мы здесь! В музее…

ЁККА: Музе-е? Это - музей?!

КОСТЯ: Так ить… Эрмитаж, вроде. Зимний!

ЁККА: Наконец-то!

КОСТЯ: Что наконец-то?

ЁККА: В десятку - в самое логово!

ГРИША: Логово?

КОСТЯ: Чье?!

ЁККА: Чье надо… Вы вот что, покажите-ка мне, где здесь вход в царские покои. Знаете?

КОСТЯ: Мы?

ЁККА: Здесь кто-то еще есть?

ГРИША: Нет.

КОСТЯ: Был один, да вышел…

ЁККА: Кто вышел, куда?

КОСТЯ: Да царь…

ЁККА: Пся крев!.. Давно? – куда, спрашиваю?!

КОСТЯ: Щас токо… Туда вот вышел, наверно, пока вы тут из камина… В ту дверь!

^ Кивает на центральную дверь.

Или в ту…

Кивает на боковую дверь.

ЁККА: Так куда все же, ну?

ГРИША: Туда-туда.

Указывает на центральную.

ЁККА: Ну, смотрите… А то ведь вернусь.

^ Полуобнажает меч.

КОСТЯ: Век воли не видать!

ГРИША: И земли!..

ЁККА: Ладно, верю.

Щелкает мечом о ножны.

ГРИША: Простите, а зачем вам это?

Кивает на меч.

ЁККА: Клинок-то? Для верности. Эт-те не “бульдог” короткоствольный, осечки не даст. Ну, с богом…

^ Выбегает в центральную дверь, волоча ножны с мечом за собою.

КОСТЯ: Уф-ф! Взмок как в бане.

ГРИША: Не взмокнешь тут…

КОСТЯ: Да уж, запарочка! - то желанье в айн минут, то мечом под носом клацают… И все это в родной пожарной части!

ГРИША: Родной? А ты, кстати, знаешь, где находишься?

КОСТЯ: Я-то? Что за вопрос - тута! - где и ты: на посту… где и должон! А что?

ГРИША: Тебя ж на прошлом дежурстве не было, поменялся с Надькой, а тут как раз архитекторша местная заходила, искала следы прошлого.

КОСТЯ: Нашла?

ГРИША: Нет. Но сказала, придет еще - в мыльню…

КОСТЯ: Какую мыльню?

ГРИША: Эту вот. Помещение вот это мыльней Катарины Секунды было - баней, ущучил?

КОСТЯ: Здесь? Стран-но.

ГРИША: И чего странного?

КОСТЯ: Странно, что прям под церковью - баня. Другого места не нашлось?

ГРИША: Напротив! Думаю, умышленно ее сюда запихнули: где ж и очищаться, как не под богом. Особенно если на душе грех…

КОСТЯ: Грех?

ГРИША: А кто мужа грохнул?

КОСТЯ: Да… уж.

ГРИША: Да уж…

КОСТЯ: Уж да-а, что тут скажешь… Слышь, а этот - царь-то, он же вроде туда пошел, а барышню ты в другую сторону послал, или я спутал чего?

ГРИША: Не спутал. Не хватало нам тут мокрухи еще. В бане… Пускай тетка прогуляется, а мы пока сделаем то, зачем пришли.

КОСТЯ: Что?

ГРИША: Не догадываешься?

КОСТЯ: Ванну что ль распилим?!

ГРИША: Ха-ха. И что дальше?

КОСТЯ: А дальше - в сумки и…

ГРИША: И в охрану сдавать понесем? Она ж начеку!.. Я же говорил: не все так просто.

КОСТЯ: Да-а, охрана - зверь…

ГРИША: Никакой охраны - и никакого пиленья! Мы здесь не для того, мы здесь… Ч-ч! слышишь?

^ В комнату из боковой двери входит Николай-с-половиной, в руках он держит поллитру.

НСП: Гуд ивнинг. Зевэзаризфайнтудэй, изнтыт?

КОСТЯ: Есытыс…

ГРИША: Ш-шит!

НСП: Что вы имеете против наших погод?

ГРИША: Против погод… нафинг. А вы, икскьюзми, что тут потеряли? На пожарном нашем боевом посту?

НСП: Так, погулять вышел. Погода сегодня…

ГРИША: Про погоду слышали, предъявите-ка лучше документы, гражданин: пропуск, или что у вас там?

НСП: Начальство нужно в лицо знать.

КОСТЯ: Начальство?

ГРИША (Косте): Шойгу, что ли…

Приглядывается.

КОСТЯ: Шойгу? С поллитрой?!

НСП: К тому же я у майсэлф дома, поэтому какие могут быть документы.

КОСТЯ: Где это вы у майселф - здесь?

НСП: И здесь и дальше: до Охотских морей.

ГРИША: Ну-ка, ну-ка…

КОСТЯ: Сергей Кужугетович?

НСП: Что? Вы мне?

КОСТЯ: Вам. Вы ведь Шойгу?

НСП: Чего я?!

ГРИША: Отстань, не он это: тот на коне должен…

НСП: Куда?

КОСТЯ: Тогда кто?

НСП: Если вы обо мне, то я Александрович. И не Сергей, а Николай - with a half!

ГРИША: Опять про погоду, что ли?

НСП: Не про погоду я, а про одну вторую…

КОСТЯ: И этот цифрованный!

НСП: С половинкой, то есть.

КОСТЯ: Чего?

НСП: Во!

^ Николай-с-половиной машет поллитрой.

ГРИША: Так это ж!..

КОСТЯ: Вы что, тоже из ванны?

ГРИША: Он?

КОСТЯ (Николаю): Вы – вышли-с?

НСП: Мы?.. Мы вышли из рода Романовых! Царь мы - император всея…

КОСТЯ: И этот туда же!

ГРИША (Косте): Да нет, погоди, мы же все время здесь были…

Николаю.

Вы сейчас вот откуда пришли в комнату эту?

НСП: Из… соседней. А вы не больны?

ГРИША: Никак нет, ваше высокородство!

КОСТЯ (Грише): Ты че, поверил ему?

ГРИША: Ес-с!

^ Из центральной двери появляется Ёкка.

ЁККА: Ага-а! Думали, провели меня?! - меня не проведе-ошь… Вот значит он где.

НСП: Кто это?

ЁККА: Считай - Немезида. От меня не спря-ячешься! И гориллы твои не помогут.

КОСТЯ: Гориллы??

ГРИША: Это мы гориллы, помолчи…

НСП: Гориллы?

ЁККА: Вот эти… пожа-арные!- я жандармов в любой одежке узнаю! Который землей божился, а?! Ладно, не до вас сейчас…

^ Идет к Николаю.

Ну, молись, щас я с тобой расквитаюсь!

Берется за рукоять меча.

За все.

НСП: За что?!

ЁККА: За черные субботы!

НСП: Субботы?.. Ничего не знаю про субботы!

ЁККА: Врешь. Тебя о чем народ просил, а?!

КОСТЯ: Народ?

ГРИША: Тс-с!

^ За рукав тянет Костю к стене, заходя потихоньку в тыл гейше.

НСП: Народ?! Какой народ…

ЁККА: Твой, собственный! Народ просил тебя установить в Питере пятидневную рабочую неделю - а ты?

КОСТЯ: А он?

ГРИША: Ч-ч!

НСП: А я?

ЁККА: Взял да и выпорол мирную демонстрацию - включая бомжей и гастарбайтеров! Пре-датель…

НСП: Ай донт андестенд ю!

^ Поворачивается спиной к Вере - лицом к ванне, снова наполняющейся дымом. Гриша берет в руки стоящий у стены баллон огнетушителя.

ЁККА: Смерть предателям!!!

Николай-с-половиной, пытаясь сбежать, шагает в ванну. Гейша с трудом обнажает меч.

КОСТЯ: Мамочки!..

^ Гриша поднимает баллон над собою, балансирует с ним к Вере и опускает на ее затылок. Николай тонет в дыму ванны.

ЁККА: Раздватричетыре… шесть…

Шатается, падает в ванну и тонет в дыму вслед за Николаем. Оброненный ею меч остается лежать на полу.

КОСТЯ: Вышел зайчик… волка съесть.

ГРИША: Вот такие вот страсти-мордасти…

^ Бросает огнетушитель на пол.

Пустой, кстати… А был бы полный, я б и не управился!

КОСТЯ: Гриш?.. А Гриш…

ГРИША: Чего тебе?

КОСТЯ: Который час?

ГРИША: Что?

КОСТЯ: Время скока?

ГРИША: Не знаю… ночь еще.

КОСТЯ: Слушай, а мы…

ГРИША: Чего мы?

КОСТЯ: Мы что, для этого сюда ванну-то перли?

ГРИША: Для чего этого?

КОСТЯ: Для всего… вот этого.

^ Жесты.

ГРИША: Не знаю… может быть, может…

КОСТЯ: Плохо.

Гриша поднимает меч с пола.

ГРИША: Вродь настоящий… Почему?

КОСТЯ: А что - это все понарошку было, что ли?!

ГРИША: Нет - почему плохо?

КОСТЯ: А ничего хорошего потому что.

ГРИША: Так уж ничего?

КОСТЯ: Да как-то не заметил.

ГРИША: А это?

^ Протягивает Косте меч.

По-японски сечешь?

КОСТЯ: Я что, головорез?!

ГРИША: Я имел в виду, в иероглифах что-нибудь смыслишь - вон их тут сколько, держи.

^ Передает меч Косте, тот опасливо держит его на вытянутых руках.

КОСТЯ: Далековато, не разгляжу что-то.

В камине слышится шум, из камина вылезает черная фигура Александра Семеновича.

АС: Здрасьте… А-а, вот он где!

КОСТЯ: Упс! Когда же это кончится-то?

^ Грише.

Это-то кто?

ГРИША: Кто ж их всех знает…

Александру Семенычу.

Здорово. Вам кого?

АС: Мне - меч.

ГРИША: А-а…

КОСТЯ: А больше ничего не надо?

АС: Нет.

КОСТЯ: Почему ж? – не стесняйтесь, сегодня у нас ночь открытых дверей: кто зайдет, тому зараз и подарки!

АС: Чужого не надо, только свое.

ГРИША: А-а…

КОСТЯ: А-а!

АС: Ага.

ГРИША: Твой, значит?

АС: Мой.

КОСТЯ: Чем докажешь?

АС: Барышню видели? Такая… очковая. Типа хакамадо.

^ Оттягивает трико на ляжке.

КОСТЯ: Типа чего?

АС: В шмотках японских.

ГРИША: Была барышня…

КОСТЯ: Типа.

ГРИША: Да сплыла: пошла купаться и - утонула.

^ Жест в сторону ванны.

АС: Да?!

КОСТЯ: Типа.

ГРИША: Зачем она тебе?

АС: Она меч у меня сперла, на крыше, пока я дело делал…

КОСТЯ: Что за дело, интересно?

АС: Дымоход, понятно, чистил. Верней, собирался чистить: на Главном штабе, на крыше. Трубочист я, не видите?

Демонстрирует веревку с якорем.

КОСТЯ: Видим-видим…

ГРИША: Что на ниндзю похож. Почему ночью-то - чистишь? А?

^ КОСТЯ: А?!

АС: Днем на крыше жарко, раскаленная она: жарища-то какая стоит! Заказчик не против.

ГРИША: А ты, значит, подрядчик.

АС: Вы что, не верите? Наряд показать?

ГРИША: Верим… И тебе, и наряду твоему.

^ Указывает на одежду Александра Семеныча.

Одно не понятно.

АС: Одно?

ГРИША: Одно. Почему с оружием ходишь. Да еще на работе.

КОСТЯ: Итого, два!

АС: Разъясню…

КОСТЯ: Уж пожалуйста!

АС: Меч этот, видите ли, шибко древний: был он дан моему далекому предку самим императором Тягомоту за одну секретную услугу, и по уговору не должен находиться ни в чьих руках, кроме упомянутого предка или его прямого наследника! Инакое положение вещей, собственно одной вещи, чревато последствиями.

КОСТЯ (отстраняясь еще далее от меча): Какими же?!

АС: Любыми… Точно неизвестно. Инструкция к мечу утеряна, поэтому приходиться с ним обращаться с утроенной осторожностью, в частности, практически не выпускать из рук. Вот этих!

^ Показывает свои черные ладони.

К тому же, сами понимаете, вещь жутко ценная… Кстати, у меня и разрешение на нее есть, на ношение.

Извлекает из одежки бумажку.

Вот!

КОСТЯ: Гриша…

ГРИША: Че?

КОСТЯ: Отдай ему эту штуковину!

ГРИША: Так просто и отдать?

КОСТЯ: Не просто: меньше оружия - меньше крови… У нас тут, по крайности!

ГРИША: А мне и не жалко. Тем более, если разрешение…

^ Александру Семенычу.

Забирай!

Костя подносит меч Александру Семеновичу, тот берет меч.

АС: А ножны?

КОСТЯ: Ножны у барышни остались.

АС: Жаль, часть предмета…

ГРИША: Извини.

АС: Чего уж - и на том спасибочки! Пойду пошукаю остатнее.

^ Идет к камину.

Фамильное…

ГРИША: Эй, мужик!

АС: Да?

ГРИША: А что за у тебя за фамилия-то?

АС: Обыкновенная - Рыбников.

Уползает в камин.

КОСТЯ: Ишь, как черт из… в табакерку. Рыбников!

ГРИША: Монтажники, они все Рыбниковы. В смысле, высотники…

КОСТЯ: А эта штука-то ого-го - тяжеленная, ажно руки вон все дрожат.

^ Присаживается на край ванны, вытягивает руки перед собой.

Ты ему поверил, а?

ГРИША: Ничуть: не похож он на трубочиста.

КОСТЯ: Он и на Рыбникова не похож... И зачем ему тогда оружие на работе? Холодное, понимаешь.

ГРИША: Такая, видно, работа… горячая.

КОСТЯ: Горя-ячая…

ГРИША: Прегорячая…

КОСТЯ: Пить хочется... Водки бы! От трясения рук…

Закрывает глаза, пытается пальцем правой руки дотронуться до кончика носа, промахивается. То же с левой рукой. Из боковой двери выходит Петр-с-четвертью с маленькой в руках.

ПСЧ: Шнапс не подошоль?

^ КОСТЯ: У!..

Пугаясь, отшатывается, падает в ванну. Ванна наполняется туманом.

ПСЧ: Куда пошоль?

ГРИША: Ты ж сам оттуда, разве не знаешь?!

ПСЧ: Есть варианты.

ГРИША: Тогда кто ж знает? Хотя… щас проверим.

^ Указывает на бутылку.

Шнапс, говоришь? Дай-ка глотнуть.

ПСЧ: На.

Отдает маленькую Грише, тот делает глоток из горлышка, возвращает бутылку.

ГРИША: Поехали!

Шагает в ванну, утопая в тумане.

ПСЧ: Маленький собачка с большой злость грыз кость.

^ Делает глоток из бутылки.

Большой собачка приходиль, к маленькой собачка говориль: “Маленький собачка, зачем ти с такой большой злость грызешь кость?”

^ Ещё глоток.

Маленький собачка отвечаль: “Мне хозяин даваль!”

Шатаясь, выходит в центральную дверь.

Интермедия

Дуэт Николая-с-половиной и Ёлкина на мотив "Комсомольцев-добровольцев".

НСП:

Как стояли, так пусть и стоят

Эти вещи, не надо местами

Их менять. Я педант, ретроград,

Консерватор и трус, между на-ми.

ВМЕСТЕ:

Комсомольцы-добровольцы,

Мы сильны нашей верною дружбой.

Сквозь огонь мы пройдем, если нужно

Открывать молодые пути-и.

НСП:

Лишь бы все оставалось, как есть.

А чтоб все оставалось, не надо

К верхней полке за вазочкой лезть: -

Пусть стоит неприметно для взгляда.

Хорошо, что не вижу узор

И огранку; сложилась привычка.

Ты скажи мне, что я рутинер.

Разве это обидная кли-чка?

ВМЕСТЕ:

Комсомольцы-добровольцы,

Надо верить, любить беззаветно,

Видеть солнце порой предрассветной -

Только так можно счастье найти-и.

НСП:

И ни слова про доблесть и честь!

В этой жизни, над смертным обрывом,

Лишь бы все оставалось, как есть:

Тень с мерцаньем и блеск с пере-ли-вом.

Только дай победить февралю -

И октябрь заберется под шторку...

ЁЛКИН (декламирует): Революционерку люблю, экстремистку люблю, фантазерку!

Действие второе

Картина первая

Треугольная комната в Главном Штабе. В одной ее стене находится окно, в другой дверь. Третья стена – зрительный зал, с зеркалом у рампы (стекло прозрачное). В углу мраморный бюст на консоли. Посередине комнаты в кресле храпит Костя, на лице у него военная шляпа-двууголка. Шляпа падает на пол, Костя просыпается.

КОСТЯ: Ох-о-хо! Хорошо как дремлется-то… Который же теперь час?

^ Замечает шляпу на полу, подбирает ее.

Тю-у! Откуда этакая штуковина... здесь.

Оглядывает комнату.

Где вот только?

Встает.

Что за каморка, куда забрел? На открытие, что ль, ходил… или на закрытие? Ходил, ходил и - зашел…

^ Подходит к двери, дергает ручку.

И закрыл…

Шарит в карманах.

И без ключа!

Стучит в дверь.

Э-эй! Есть там кто? Нет? Ау-у!.. Значица, нет… Значица, заперт. Кем же, интересно?

^ Идет к окну, открывает его, выглядывает наружу.

Ночь, что ли? Ишь туманище какой, аж свет фонаря еле угадывается! Да-а… дислокация на местности не удалась - за отсутствием местности. Надо звякнуть.

^ Достает из кармана мобильник.

Черт!.. как нарочно… Точнее, как всегда: как позарез, так разряжен! А может и вправду - нарочно?! А?

Подходит к зеркалу, сквозь него смотрит в зал, надевает шляпу.

Хорош… пугало. На кого-то похоже вроде?

^ Прикладывает два пальца к шляпе, салютуя. Дверь со скрипом приотворяется.

Ох!.. Кто там?!

Дверь приотворяется еще немного.

Эй!

Пауза.

Есть там кто?

Крадется к двери, берется за ручку - дверь резко распахивается и бьет Костю в лоб.

Костя хлопается на задницу, сидит на полу обалдевший. Дверь закрывается.

Mon chapeau…

^ Подбирает двууголку с пола, надевает. Ползет к зеркалу, глядит в него, стоя на четвереньках.

De beaux hommes!

В окно на веревке влетает Александр Семенович с мечом в руке. Приземлившись, салютует Косте мечом.

АС: Les munitions des pieces de positions sont epuisees, sire!

КОСТЯ: Quoi?

^ Отползает к двери.

Ты че? - говори по-французски!

АС: Говорю, батарейных снарядов больше нет, ваше величество!

КОСТЯ: Велите привезти из резервов.

АС: Есть!

^ Идет к окну. Дверь распахивается, снова ударяя Костю по голове. Входит Ёкка с наганом наизготовку, на ее шее болтается перевязь с ножнами.

ЁККА: Всем стоять!

КОСТЯ (прижимая ладонь ко лбу): С-стою…

^ Александр Семеныч оборачивается к двери.

ЁККА (обращаясь к АС): Саблю роняй на пол.

АС: Quoi?

ЁККА: Быстро!

Семеныч бросает меч на пол.

И хенде…

АС: Что?

ЁККА: Хох!

АС: Яволь.

^ Поднимает руки.

ЁККА: Теперь медленно - медленно! - залазишь на подоконник…

Тот лезет.

И быстро прыгаешь.

АС: В смысле – в…

ЁККА: Туда, туда.

АС: А…

ЁККА: Я сказала - быстро. Ну?!

АС: Лады.

^ Прыгает на веревку, ползет по ней вверх, исчезая из виду. Ёкка подбирает меч с пола, поворачивается к Косте.

ЁККА: Ты кто будешь? Заложник?

КОСТЯ: I do not understand you.

ЁККА: I say, who are you?

КОСТЯ: Я-то?.. Вице-адмирал флота ее императорского величества королевы английской Горацио Нельсон!

ЁККА: Сбрендил… Пытали его, что ли… Тебя пытали?

КОСТЯ: Меня? Пытали.

^ Поглаживает ушибленный лоб.

ЁККА: Кто?

В окне промелькивает летящий вниз вместе с канатом Александр Семеныч.

АС: А-а-а-а!..

ЁККА (кивая головой на окно): Этот?

КОСТЯ: Не-е.

ЁККА: А кто?

КОСТЯ: Кто-кто… дед Пихто!

ЁККА: Пиночет, что ли? Ты двигаться можешь? Давай помогу в кресла сесть.

^ Вкладывает меч в ножны, помогает Косте сесть в кресло.

Ну, так лучше? Нормалек?

КОСТЯ: Нормалек. Коньяку бы тяпнуть.

ЁККА: Коньяку?

КОСТЯ: Или граппы!

ЁККА (приглядываясь к Косте): Слышь, что это за шляпа у тебя - подозрительной формы? Прусацкая?!

^ Костя снимает шляпу, оценивает, энергично плющит ее в треуголку.

КОСТЯ: Так ить местная! Фигурально…

Руками указывает на комнату.

Изнтыт?

ЁККА: Ну ты… смотри.

КОСТЯ: Шляпам свойствено!

ЁККА: Чего?

КОСТЯ: Того – трансформироваться, перерождаться!

ЁККА: Не пори чушь, шляпа есть шляпа, а вот хозяева шляп, бывает, те еще трансформеры попадаются: сегодня наши, а завтра - вашим!

КОСТЯ: Не, я не трансформерец, я - трафальгарец, герой Трафальгарской баталии! В Лондоне бывать приходилось - на площади с колонной?

^ Прикрывает рукой один глаз.

ЁККА: Чего мне там делать, я ж не Герцен! Но похож, похож… А ты, ежели трафальгарец, трубочиста зачем в кубрик впустил?

КОСТЯ: Которого это?

ЁККА: Что в иллюминатор сиганул.

^ Кивает на окно.

КОСТЯ: Того не пускал, тот сам влетел в иллюминатор… Как ядро! Вот, ранил мя.

Указывает на ладонь, прикрывающую глаз.

ЁККА: А говоришь, не пытал он!

КОСТЯ: Не, ранил токо.

ЁККА: Чего ему надо было здесь?

КОСТЯ: Ему? Ему… здесь не знаю.

ЁККА: Как не знашь? Спрашивал он тебя о чем?

Костя : Спрашивал! Говорит, я тебя - спрашиваю, говорит!

ЁККА: Ну и?

КОСТЯ: И… все.

ЁККА: О чем - о чем?!

КОСТЯ: Не помню… Голова трешшыт! Контуженый я… Вроде про снаряды что-то? Или про погоды?

ЁККА: Снаряды? Какие снаряды?

КОСТЯ: Праздничные, наверно, для фейерверхов. Седни ж Двацтретьефевраля - le jour du Defenseur de la Patrie, День защитника Родины!

ЁККА: Родины? От кого ж?

КОСТЯ: От… отечества?!

ЁККА (в сторону): Совсем сбрендил инвалид застенков.

^ Оглядывает стены.

Слушай, друг Горацио, а чего это кубрик твой формы такой… нетрадиционной?

КОСТЯ: Такыть, мой кубрик, он олвэз в носу корабля разлагается!.. Чтоб видать было, куда плывешь.

ЁККА: И куда?

КОСТЯ: Что куда?

ЁККА: Куда - плывешь?

^ Костя встает с кресла, подходит к зеркалу.

КОСТЯ: Плывем - вперед! Домой…

Указывает пальцем в зеркало.

ЁККА: Хочешь сказать - туда?!

Смотрит в зеркало, рукою указывает в противоположный ему угол.

Так?

КОСТЯ: Я и говорю - туда!

^ Тычет в зеркало.

ЁККА (в зал): Зеркало на корабле - беда-а…

КОСТЯ: А я думал, женщина.

ЁККА: Женщина, как видишь, и в штабе не беда - скорее победа! А уж на корабле и подавно польза одна.

КОСТЯ: Каком это “в штабе”?

ЁККА: В этом вот!

^ Поворачивается вокруг себя.

Военно-мирском!

КОСТЯ: Докажи.

ЁККА: Доказать? Чего доказать?

КОСТЯ: Что польза.

ЁККА: Тебе?

КОСТЯ: Адмиралу! - вице…

ЁККА: Гуд.

^ Обнажает меч, вытягивает руку с мечом в сторону двери.

Ну-ка, давай… вали отсель! Очисть помещение!

КОСТЯ: Не понял.

ЁККА: Вали, говорю, отсюда - путь свободен! А я тут останусь за капитана. И за адмирала тож. Посмотрим тогда, кто лучше управится - с ситуацией…

КОСТЯ: Ситуация - здесь, а там - (показывает на дверь) - темно! Хоть второй глаз

выколи!

ЁККА: Темно – везде. Гляди…

^ Снимает очки, достает алый бант с поясницы и закрывает им себе глаза.

Видал?

КОСТЯ: Не-а.

ЁККА: Зря…

Начинает вслепую делать фехтовальные па во все стороны, сшибает шляпу с головы Кости.

КОСТЯ: Аh! Voila une belle mort… Чертова кукла!

^ По стенке выбирается из комнаты, притворяя за собой дверь. Фехтовальный экзерсис продолжается. Через некоторое время в дверь заглядывает голова Ёлкина.

ЁЛКИН: Бог помощь.

ЁККА: Ась? Кто здесь?!

^ Сдергивает бант с лица.

ЁЛКИН: Это я, Ёлкин.

ЁККА: Чей ты?

ЁЛКИН: Свой я. А Ёлкин это фамилия у меня.

ЁККА: Ёлкин? Какого хрена?!

ЁЛКИН: Я думал у вас тут вечеринка, вот зашел, а то скучно.

ЁККА: Чего тебе скучно?

ЁЛКИН: Пиво скучно одному пить!

ЁККА: Пиво? Ты что, министерский?

ЁЛКИН: Какой я?

ЁККА: Служишь, спрашиваю, здесь, в зданьи Главштаба - в Министерстве иностранных дел?

ЁЛКИН: Упаси господи! Я свободный художник, питерский, ничего иностранного!

ЁККА: А в штабе что тогда делаешь?

ЁЛКИН: Работаю…

ЁККА: Что-о?

ЁЛКИН: На себя работаю, на себя! Без всяких министерств! Выставку вот свою монтирую, завтра открывается - здесь, на третьем этаже, в соседних комнатах.

ЁККА: Врешь небось.

ЁЛКИН: У меня вобла есть. Золотая!

ЁККА: Какая?!

ЁЛКИН: Во.

^ В дверь просовывается рука с воблой.

Выставочный экземпляр - экспонат, то есть.

ЁККА: Зажрались, гады… Уже и вобла у них из золота!

Срезает воблу взмахом меча. В руке у Ёлкина остается хвост.

ЁЛКИН: Ух, ты!

Исчезает за дверью. Ёкка поднимает воблу.

ЁККА: И впрямь золото... Сдам в скупку, куплю патронов: на всех гадов хватит!

^ Прячет воблу в карман. Подбирает с полу шляпу, вертит на острие меча, выбрасывает ее в окно. Выглядывает из окна.

Как же все затуманилось вдруг... как высоко я зашла! Теперь какой-нибудь…

^ Читает табличку с подписью на консоли под мраморным бюстом.

“Филипп Ара-витянин”...

Обнимает бюст.

Мне ближе, черт возьми, чем мальчик во дворе.

^ Кричит в окно.

Мальчик! Ау!.. Нету мальчика.

Дверь распахивается, появляется Ёлкин: на носу пенсне, на плечи накинута черная кожанка.

ЁЛКИН: Звали кого-то, товарищ?

ЁККА: Я? Да... То есть, нет.

ЁЛКИН: Если вы на прием, то очередь на лестнице – там, на нижней площадке.

^ Показывает в сторону двери и вниз.

ЁККА: Прием? Что за прием?

ЁЛКИН: Мой. Отвечаю, так сказать, на вопросы граждан - и без всяких посредников, заметьте! А вот холодное оружие придется сдать, таков порядок - при входе, дежурному.

ЁККА: Сдам, не впервой, а… вы-то кто такой здесь?

ЁЛКИН: Здесь-то?

ЁККА: Ну да – иси.

ЁЛКИН: И тут, и еси… Урицкий!

ЁККА: Урицкий? Фабрикант!

ЁЛКИН: Какой к черту еще фабрикант?

ЁККА: Табачный…

ЁЛКИН: Обижаете, я председатель Петроградской ЧК. Чекист я!

^ Вытаскивает из-за пояса маузер, встает в позу чекиста.

Узнаете?

ЁККА: А-а… узнаю, теперь - узнала! Ты не председатель, ты переодетый император!

ЁЛКИН: Кто я?!

ЁККА: Сбежать хотел? Думал, поверю в бутафорию?! Да я вас как облупленных!.. тир-ранов!..

^ Мечом выбивает из руки Ёлкина маузер.

ЁЛКИН: Да я…

ЁККА: Я ття узна-ала - ты Филипп Араб, солдатский император! Твой кабинетишко?

Кивает на бюст.

ЁЛКИН: Арап?!

ЁККА: Похо-ож… Пр-ре-датель ты солдатский, а не император!!!

ЁЛКИН: Что ты несешь! - я Ёлкин же! Ёлкин я, а не арап-предатель!

ЁККА: Мне все равно, какой ты фамилии, хоть Керенский! Главно, что тиран и изверг трудового народа! Молись, гад…

ЁЛКИН: Стой! - я зеленый!

ЁККА: Чего?.. Какой ты?

ЁЛКИН: Зеленый! Борюсь за экологию… этой, как ее… культурной среды обитания! За кикимор, леших там всяких… И за деревья - в городе! А кожанку с волыной я тута в кладовке нашел, в ей с 18-го года не прибирались: видать, все, что осталось от товарища Урицкого… Шутил я!

ЁККА: Вреш-шь…

ЁЛКИН: Не вру! Ну совсем разве немножко… актерствую!

ЁККА: Не-множ-ко?!

ЁЛКИН: Воблу я хотел вернуть! Все ж драгметалл…

ЁККА: Врешь, не вернешь!

^ Тычет в грудь Ёлкина мечом. Ёлкин падает.

Вот теперь зеленый…

Ёкка вкладывает в ножны.

И немного - красный.

Подбирает упавшее с носа Ёлкина пенсне и водружает себе на нос вместо синих очков.

Какая ясность... Вот это оптика! Гораздо, гораздо яснее.

^ Надевает синие очки на нос Ёлкина.

Ё-олкин!

Прячет маузер в платье.

Ваше слово, товарищ Маузер!

Разбег - рандат - и арапское сальто в окно.

Картина вторая.

Полутемное помещение, посередине его - столб. В углу винтовая лесенка, по ней спускается Гриша.

ГРИША: Где ж тут выключатель?

^ Идет вдоль стены на ощупь.

Здесь что, вообще нету освещения? Что ж это за помещение такое? Случись пожар - как кнопку пожарной сигнализации найдешь? Непорядок.

^ Отходит от стен и идет к центру помещения, задевает рукой столб.

Эт-то что еще…

Ощупывает столб.

Колонна, что ли?.. Нетвердая какая-то колонна. Или не колонна?

СТОЛБ: Ой!

ГРИША: Ай!

Отскакивает.

Что такое?!

СТОЛБ: Не щекотись…

ГРИША: Кто тут?!

СТОЛБ: Тут... я.

ГРИША: Где?!

СТОЛБ: Внутри... наверно...

ГРИША: Внутри-и…

Столб: Внутри… чего-то. Друг, а друг?

ГРИША: Чего? Ты меня?!

СТОЛБ: Наверно, если ты один там – снаружи!

ГРИША: Сна… я не знаю, где я, темно тут.

СТОЛБ: Да-а? Внутри тоже - темно-о! Ну так что?

ГРИША: Что что?

СТОЛБ: Как что - может вынешь меня отсюда!

ГРИША: То есть?

СТОЛБ: Или оттуда - я не знаю, а?

ГРИША: Так ить… и я не знаю. О! - щас я фонарик в мобильнике включу!

В зал.

Нам спецмобильники недавно выдали светозвуководопылегазопуленепромокаемые! Для обследования темных мест Зимнего. Фонарь в мобиле тоже имеется, да как-то пользоваться особо неприходилось, один раз разве… Правда, фонарик несильный, в один светодиод. Ну-ка…

^ Включает слабенький свет.

Пылищи тута… Ой-ей!

СТОЛБ: Что такое?

ГРИША: Ты что ж в этом столбике, что ли, заключен?!

СТОЛБ: Столбике?!

ГРИША: Или трубе...

СТОЛБ: Трубе-е-е???

ГРИША: Или не трубе... Давай лучше – в столбике, а? Чисто для определенности.

СТОЛБ: Да мне без разницы. Только устал я тут – спеленутым-то!

ГРИША: Представляю. Как ты дышишь-то?

СТОЛБ: Хорошо… дышу…

^ Дышит.

ГРИША: Ладно, не дыши.

Гриша поднимает луч фонарика на уровень лица и освещает лицо Николая-с-половиной в дырке на столбе.

ГРИША: О, и ты здесь! Здорово!

НСП: Гуд ивнинг. Мы знакомые?

ГРИША: Еще бы: я ж тебя нынче от гейши спас - в пожчасти нашей! Помнишь, как она на тебя с ятаганом-то кинулась? А я ее по башке огнетушителем и…

НСП: Риали?

ГРИША: А то не риали! Она ж тебя клонировал б - надвое! Самураи, они такие.

НСП: Самураи?!

ГРИША: Самураи, гейши - в общем, камикадзе! Слушай, ты как в это-то влез, а?

^ Хлопает по столбу.

НСП: Да я… не помню я. Помню - сперва дым какой-то, а потом темнота… и все. Кстати, ты меня признал вроде - кто я, не подскажешь?

ГРИША: Ты-то?

НСП: Ну да, я-то.

ГРИША: Ты должен говорить: “мы-то”!

НСП: Я?! Зачем?

ГРИША: Потому что ты - Вы, то есть - царь!

НСП: Ми? Уай?!

ГРИША: Николай, потому что... Мы, Николай!

НСП: Бать-тюш-ки!

ГРИША: Что, не веришь?

НСП: Верю... верю… и чувствую... Что царь!

ГРИША: То-то.

НСП: Так освободи нас: разве пристало царю в такой позиции?

ГРИША: Да-а, позиция аховая…

НСП: Скорее шаховая!

ГРИША: Хорошо, попробую.

^ Обходит вокруг столба.

А как?

НСП: А мы знаем?

ГРИША: Погодите-ка…

Светит вверх.

Ого-го!

НСП: Что, что такое?

ГРИША: Столбик-то, говорю, ого-го какой! Где кончается - и не видно… Мощности фонарика во всяком случае не хватает, чтоб верх разглядеть.

НСП: Он в потолок не упирается, что ль?

ГРИША: Не-а.

НСП: Сворачивает?!

ГРИША: Да нет, пока не сворачивает… Потолка, понимаешь, тоже - не видать! Тут, может, прожектор нужен…

НСП: А может порвать столбец, а? Он вроде мягкой какой, хоть и тесной.

ГРИША: Ага, может бутафорский…

^ Гриша тычет в столб кулаком.

Папье-маше?

НСП: Тише ты!

ГРИША: Пардон!.. Вроде как из клеенки… Или из портянки, тоись, из портьеры.

НСП: Рви!

ГРИША: Поберегись...

Берется за края отверстия у лица Николая-с-половиной, разрывает поверхностный слой столба до полу и далее разматывает часть столба округ фигуры Николая, пока тот не освобождается. Николай-с-половиной делает шаг вперед, столб без нижней части уходит вверх.

НСП: Ух, застоялся!

Разминается.

ГРИША: Да, местечко вы застолбили - пардон!.. не слишком оживленное. Смотрите, столб-то не падает, висит! - значит держится за что-то… И потолок, стало быть, - есть!

НСП: Не обязательно.

ГРИША: Чего не обязательно?

НСП: Может оно не нуждается в потолке.

ГРИША: А как же…

НСП: А само себе.

ГРИША: В антигравитацию, честно скажу, не верю.

НСП: Вера и есть.

ГРИША: Вы о какой вере?

НСП: Антигравитация. Ты сам-то откуда будешь?

ГРИША: Оттуда.

^ Светит фонариком вверх.

По лесенке спустился, по винтовой.

НСП: А она? - ведет откуда?

ГРИША: А из… так вроде оттуда же, откуда и вы со мною - из ванны!

НСП: Откуда мы? Ты бредишь?!

ГРИША: В караулке пожарной службы-то дворца, где мы с вами встретились в первый раз, ванна такая была – помните?

НСП: Нет. И?

ГРИША: Ну мы в ванну эту и шаганули, оба: сперва вы, а я за вами, в туман!

НСП: Туман… И что дальше?!

ГРИША: И все. Дальше я по лесенке спускаюсь сюда вот, а вы - дальше - уже здесь!.. стоите, пардон, ожидаете.

НСП: Событий много, но туманно как-то всё. Спускался-то долго?

ГРИША: До-олго! Аж голова чуть не отвалилась - от кружения.

НСП: Посвети-ка по сторонам, оглядеться.

ГРИША: Сильвупле.

Светит.

Ле мюр! Стены. Одни стены.

НСП: Не узнаю, что за рум такая… Освети-ка лестницу.

ГРИША: Вон она, вуаля.

Светит.

В пол упирается. А вверху - не углядеть…

НСП: Винтовых в Зимнем немного - две-три, не больше: Первобытная и… и… Но эта не Первобытная, у Первобытной окошки в стенке пробиты.

ГРИША: Точно.

НСП: А ты почем знаешь?

ГРИША: По службе. Я ж здесь работаю - по пожарам! Должон знать все закоулки.

НСП: Брандмейстер, что ли?

ГРИША: Бранд… майор! Еще есть винтовая со второго этажа в подвал, которая у павлина. Узенькая такая, как эта.

НСП: Но не в Зимнем, а в Малом уже – после перехода.

ГРИША: Да, может и не она это: если там чердак.

^ Смотрит вверх.

Или крыша.

НСП: Или?!

ГРИША: Может пойдем?-те…

НСП: Куда?

ГРИША: По винтовой, опять туда - ввысь…

НСП: А если там этот, с саблей наголо?

ГРИША: Гейша?

НСП: Самурай!

ГРИША: Не, его, то есть, ее там нет, то есть, она может и есть, да только без сабли, саблю трубочист забрал.

НСП: Вот как?

ГРИША: Да, тоже свалился… на наши головы.

НСП: Бог ты мой - откуда?!

ГРИША: С крыши, вроде: из камина вышел.

НСП: Годдэмит!

ГРИША: И ушел - в камин...

НСП: И зачем же сабля трубочисту?

ГРИША: Зачем! Психология трубочиста - дело темное, изучена мало…

НСП: Может фальшивый он, а сам тоже самурай, или того хуже - террорист!

ГРИША: Так он сказал евоный меч это, фамильный, ценный, из рук, грит, не выпущу больше, а то ходят гейши всякие, потом раритеты пропадают… Может, пойдем все же?

НСП: Бесполезно. Я узнал.

ГРИША: Что такое?

НСП: Это.

^ Поднимает обрывок столба.

ГРИША: Столб?

НСП: Не столб…

ГРИША: Трубу?

НСП: И не трубу.

ГРИША: Что же?

НСП: Хранилище.

Обводит рукой помещение.

ГРИША: Хранили-ще?

НСП: Хранилище - знамен.

Демонстрирует обрывок.

^ ГРИША: А?

НСП: Обрывок... знамени империи!

Прячет обрывок за пазуху.

ГРИША: Вот-те на! Это что ж, флаг свернутый?

НСП: Не флаг - знамя. А я древком, значит, того… был. Стержнем!

ГРИША: Стержнем?!

НСП: Устоем, так сказать.

ГРИША: Не может быть!

НСП: Но есть.

ГРИША: Такое здоровенное - знамя?

НСП: Можно сказать, бесконечное… По вышине. Чем древнее - тем выше… Абсолют!

^ Указывает на лестницу.

Посему подниматься бессмысленно: над нами и знаменем лишь Господь Бог.

ГРИША: Так все под ним…

Свет фонарика гаснет.

Черт!.. Все, конец света.

НСП: Что?!

ГРИША: Аккумулятор разрядился. Так что остались мы впотьмах… Теперь темнее даже, чем было! Чего ж, кстати, окошек-то не прорубили в хранилище? На таком месте и сэкономили.

НСП: В таком месте окошек не положено: для пущей сохранности.

ГРИША: Чтоб не пролез никто в окошко?

НСП: Чтоб меньше свету.

ГРИША: А-а, радиации, значит, от солнечной! Чтоб не выцвело… И как же тогда отсюда...

^ Слышен шорох.

Эй?! Чего такое?.. Ау! Ца-арь!.. Ваше высочество! Это вы? Где вы?!

Шорох. Пауза.

Та-а-ак, смылся никак. Вот те и царь… Ежкин дом! У меня ж спички должны быть - пожарный да без спичек!

^ Пауза.

Ага!

Зажигает спичку, оглядывается вокруг.

Точно: убег. Самодержец... “Бесполезно подыма-аться, господь бо-ог!” Ан поднялся, как приспичило. И даж без поллитры!.. Что ж, пойдем по следу.

^ Направляется к лестнице, спичка гаснет.

Картина третья.

Восточная галерея в Зимнем дворце. Посередине задника – дверь, по бокам от нее портреты царей и две пустые рамы. Из разных кулис поочередно выходят Петр-с-четвертью и Николай-с-половиной.

ПСЧ: Кис-кис, кис-кис-кис! Пигалька-а! Куда же она пропасть? Першпектив прямой и ясный, а как под земля прова… хотя внизу айн этаж! Может через вентиляций слиняль? Вона отдушины какия - тут и собачка Баскервиль пролезать легко. Киса-киса!.. Кто это там прется?

^ Останавливается около рамы, висящей справа от двери, заходит за нее, образуя поясной портрет. Николай доходит до него, останавливается. На шее у него висит бинокль.

НСП: Вот и выбрался!.. на свет божий.

^ Смотрит в зал.

Хотя и здесь не заря.

Смотрит в зал в бинокль.

Когда же рассвет-то?

Вынимает записную книжку. Пишет, артикулируя.

Ночь бы-ла длин-ной… длинной как…

^ Смотрит по сторонам.

Восточный коридор.

Прячет книжку в карман, поворачивается к раме с Петром-с-четвертью.

Привет дедушка… То есть, прадедушка… нет - пра-пра-дедушка!

^ Берет в руки бинокль и смотрит в даль коридора.

Куда ж Трезорка-то запропастился? Всегда ведь тут ночью пасся…

Сморит в другой конец коридора.

Загулял псина - а еще английский бульдог! Может во двор прыганул?

^ Смотрит в бинокль в зал.

Не, это навряд ли. Один раз было, больше и не пытался: сильно, видимо, долбанулся об брусчатку-то. Хорошо еще крепкой комплекции: не француз какой - чистопородный англичанин! А “французы” - у них только морда страшная, а так хилые, тонколапые.

^ Слышен шум шагов.

Кто бы это? Уж верно не Трезор…

Заходит за высокую раму слева от двери, образуя портрет в рост. Поправляет медали на груди. Дверь распахивается, входит Ёлкин на коньках, на носу - синие очки.

ЁЛКИН: Елки-палки, что ж такое?! – не успеешь с девушкой познакомиться, как она тебя враз и обчистит: и золотишко, и оружие, и очками не побрезгует! Не-ет, пора завязывать с выставочной самодеятельностью, завести глянцевый журнальчик, да стричь купоны с него - тоись, купюры. И никаких, понимаешь, драгоценностей, никакой движимости с недвижимостью - только деньги! В чистом виде!.. Блин, куда эт я вышел? Шишел-мышел…

^ Закрывает дверь. Озирает портреты по бокам двери.

Шишел и - мышел! В коридорчик… То есть, галерейку. Продвинутую. Типа VIP. Отшень важныя парсуны! Значит вот где я - в Зимнем… а шел по коридору в Главном Штабе! По длинному-длинному-длинному… Это что же уже переход между штабом и дворцом проложили? Верно, Колхаус отчебучил. Ну, голландцы! Мало им Новой Голландии, так они и сюда добрались, блин. Хотя удобно, конечно: чем в тумане-то брести, али еще в какую мокредь… А погоды у нас и впрямь - голландские! Только хуже.

^ Слышны далекие раскаты грома.

О! Гром! И это зимою-то... Хоть-хотя какая это зима: каток площадной и тот пришлось искусственно морозить… Да-а, искусство, что ни говори, сильная вещь! А в условиях поголовной грамотности важнейшим, как говаривал немецкий шпион, для нас является что? Неправильно, не кино - кино оно для неграмотных является… В общем что является, то и является. Уж не живопись!

^ Опирается рукою на раму, в которой стоит Николай-с-половиной.

НСП: Осторожней, пожалуйста.

ЁЛКИН (отпрыгивая): Ой-ей!

НСП: Упасть может, рама.

ЁЛКИН: Ты!.. что ты тут?! - людей пугаешь!

НСП: Икскьюзми.

ЁЛКИН: Ща коньки отброшу - вот тебе и икс! Это ж надо так спрятаться! Ты ж в музее, а не в засаде в лесу, чтоб выскакивать… Охра-анник!

НСП: Я не охранник.

ЁЛКИН: Ну уборщик!

НСП: И не ну-уборщик.

ЁЛКИН: А кто ж ты тогда тут?!

НСП: Живу я здесь.

ЁЛКИН: Серьезно? Это что, уже гостиницу устроили из… И почем переночевать?

НСП: Нипочем, это моя собственная, э-э, жилплощадь.

ЁЛКИН: Всё.

НСП: Что?

ЁЛКИН: Всё, говорю. Теперь, значит, всё приватизировано. Это последнее, что оставалось… Ты олигарх, что ли?

НСП: Олигарх?!

ЁЛКИН: Стоп! Не говори фамилию, я сам догадаюсь - ты… Романовский! Угадал?

НСП: Почти.

ЁЛКИН: Что почти?

НСП: Романов я.

ЁЛКИН: А-а… тоже знакомая, вроде. Фамилия. Из Москвы, что ль, будешь?

НСП: В каком-то роде.

ЁЛКИН: Ясно. А чего регалий понавесил - обживаешь царизм? Вживаешься в обстановочку?

^ Кивает на медали на мундире Николая.

Не густо.

НСП: Чем богаты… Вы не представились.

ЁЛКИН: Я? Да ну! Ёлкин.

НСП: Просто Ёлкин?

ЁЛКИН: А что мне Елкин-Палкиным быть, что ли? Не Голенищевы, чтоб в Кутузовы рядится!

НСП: А имя-отчество у вас есть?

ЁЛКИН: Само собою… Я думал у олигархов так принято: просто Ёлкин там, или Вован…

НСП: Вы - Вован?

ЁЛКИН: Упаси господи! Толян Иваныч, то есть, Анатолий Иванович.

НСП: Николай-с-половиной.

ПСЧ (из рамы): Пе-отр-с-четверть.

ЁЛКИН: Ёлки зеленые!..

^ Семенит на коньках от стены к рампе, теряет равновесие и падает со сцены в зал.

ПСЧ: Вас ист дас? Чего с ним такой?

Выходит из-за рамы. Появляются руки Ёлкина, хватаются за край сцены.

НСП: Пугливый.

Подходит к рампе, протягивает Ёлкину руку.

Давай руку.

ЁЛКИН: Не… не дам!

НСП: А что так?

ЁЛКИН: Да так надежнее… пока.

НСП: Ты не бойся, Толян, это родственник мой, он всегда ночью на моцион выходит – размяться.

ЁЛКИН: А чего из картины!

НСП: Откуда ж ему еще, если у него столь живописная персона - парсуна словом. Вери импотент.

ПСЧ: Яя, парсун!

ЁЛКИН: А парсуна, так че базарит?!

НСП: Вы ошибаетесь, за базар у нас тут комендант отвечает.

ЁЛКИН: Все, больше не могу… руку дай! Слышь?!

НСП: Вот же она.

^ Вытаскивает Ёлкина на сцену. Тот сидит на полу, не встает.

Вставайте, господин Ёлкин.

ЁЛКИН: Спасибо, не хочется… Так устойчивей.

ПСЧ: На вас кроффь?

ЁЛКИН: На мне? Чья?!

НСП: Должно быть, ваша: вы поранились?

^ ЁЛКИН: Я?!

ПСЧ: Яя.

ЁЛКИН: Я… почти, можно сказать, убит! Чуть вот коньки не отбросил…

НСП: Зачем?

ПСЧ: Кем-чем?

ЁЛКИН: Да тетка одна тут - там, тоись… (жест) сумасшедшая бегает. Совсем буйная! Как что не по ней, так сразу железякой - вжик! - и насквозь… Видали скоко крови повытекло? И это только из одной бутылки!

НСП: Вы донор?

ЁЛКИН: Я - художник! Классик можно сказать живой… пока опять же. Подкатил, понимаешь, к девушке - то есть, зашел знакомство свесть, ну и прихватил с собою пинту темного, чтоб было вокруг чего собраться, понимаешь, а она!.. Еле выжил, короче. Опасные, понимаешь, связи!

ПСЧ: А я нихьт, не выжиль.

ЁЛКИН: Чего… он?

НСП: Да ничего, болтает, старенький уже.

ЁЛКИН: Старенький? Он-то?.. Сколько ж ему?

НСП: Кто ж упомнит-то? Что-то четвертью.

Жест.

ЁЛКИН: Ребята, слышь, я лучше пойду - домой, спать лягу. А то мне чтой-то не по себе, кидает седни меня: то вбок, вишь ли, то напротив - вниз…

НСП: В какой низ??

ЁЛКИН: В этот вот - сюда вот.

^ Стучит кулаком по полу. Ему вторит стук в дверь. Все застывают. Ёлкин опять стучит. Стук в дверь повторяется.

ПСЧ: Што там?

ЁЛКИН: Может эхо?

НСП: Кам ин!

^ Дверь открывается, за нею стоит Ёкка: меч в ножнах висит на шее, в руках по пистолету, на носу пенсне.

ЁЛКИН: Дежа.

ПСЧ: Што?

ЁЛКИН: Виделись: об ней я говорил. Достучался…

ЁККА: Бон нюи!

ЁЛКИН: Бон, бон. Какими судьбами?

ЁККА: Не судьбами - следами. Твоими… кровавыми!

НСП: Опя-ять она с лезвиём! Да, история повторяется…

ЁЛКИН: Я ж говорил - сумасшечая!

^ Николай-с-половиной двигается потихоньку к коробке ручной пожарной сигнализации на стене.

ПСЧ: Кто с мечом к нам придьет…

ЁЛКИН: Тому бог подает. Ты за этим, да? На, возьми…

^ Кладет на пол синие очки и толкает их в сторону Ёкки.

ЁККА: Жив еще, братишка?

Давит очки ногою. Николай давит на кнопку пожарной сигнализации.

ЁЛКИН: Зачем же так с предметом… необходимости.

ЁККА: Обойдешься.

^ Стреляет, не оборачиваясь, из “бульдога” в Николая.

Пиф-паф!

Николай-с-половиной падает.

ПСЧ: Пошто?!

Ёкка стреляет в Петра-с-четвертью из маузера.

Паф-пиф!

Петр сползает вниз по раме.

ЁЛКИН: Ребята!..

^ Пытается уползти. Ёкка бросает пистолеты, обнажает меч.

ЁККА: Куда, змееныш?

ЁЛКИН: Только не этим! Второй резни не перенесу - иммунитет не осилит!

ЁККА: А ты верь в него, вдруг да выдюжит.

ЁЛКИН: Без антибиотиков?!

ЁККА (вынимая из-за пазухи пачку пластырей и поднимая ее над головой, обращается к залу): Уважаемые господа! Вашему вниманию предлагается всегда нужный под рукой в дальних и близких поездках антисептический пластырь: всего десять рублей за пять штук - дешевле не бывает. Всякое может случиться, пластырь всегда пригодится!

ЁЛКИН: Я бы купил!

^ Протягивает деньги.

ЁККА: Правильное решение. Держи…

Пока идет продажа, из зрительного зала на сцену вылезает Александр Семенович с ластами на ногах и брандспойтом в руках.

АС: А вот и я... Поспел!

ЁЛКИН: Что за фрукт еще?

ЁККА: Овощ…

Движется на Александра Семеныча, тот открывает вентиль на шланге, и Ёкку силой “водяной струи” вышвыривает за дверь. Меч и пенсне остаются лежать на полу. Ёлкин подбирает меч, закрывает двери и использует меч в качестве засова. Александр Ссеменович отключает “воду”.

АС: Только дай победить февралю - и октябрь заберется под шторку…

ЁЛКИН: Ты о чем, друг?

АС: Революционерку люблю, онибабу люблю, фантазерку!

ЁЛКИН: Кого ты любишь, какую бабу?!

АС: Онибабу - ведьму японскую: я за экстремизм в творчестве.

ЁЛКИН: И при чем здесь творчество?!

АС: При всем, что творится.

ЁЛКИН: А-а... А что творится-то?

АС: Видал, что натворила?

^ Показывает на царей на полу.

ЁЛКИН: Видал я это творчество в… в любом случае с меня на сегодня достаточно!

АС: Ошибаешься, это только начало, впереди… как впереди: там чудеса, там…

ЁЛКИН: Стоп-стоп-стоп! - не торопись, друг, не на пожаре…

АС: На пожаре! На чем же еще? Сам ведь на кнопку жал - пожарного вызова.

^ Указывает на коробку ручного извещателя.

ЁЛКИН: Не жал - не жал: это вот он, в медалях, ка-ак нажмет - так и!.. и…

АС: Ясно. А говоришь - не пожар!

ЁЛКИН: Без огня-то?

АС: И дым без огня случается…

^ Трясет ластами, стряхивая с них “воду”.

ЁЛКИН: Слушай, что-то не шибко ты на пожарного… Ты, вообще, откуда свалился такой - лапчатый?

АС: Откуда всегда: с крыши.

^ Показывает вниз, в зал.

ЁЛКИН: Теперь что, пожарные вместо каланчи на крышах дежурят?

АС: Не знаю.

ЁЛКИН: Где дежуришь, не знаешь?

АС: Я и не дежурю: пускай пожарные дежурят - где хотят.

ЁЛКИН: Так ты… не пожарный?!

АС: Еще чего!

ЁЛКИН: Кто ж ты тогда, что с крыши? Шостакович?!

АС: По паспорту – нет, не Шостакович, а по роду занятий… тоже не композитор.

ЁЛКИН: Тоже?!

АС: Свободный трубочист я.

ЁЛКИН: Вот теперь все ясно - трубочист! И тож свободный! Теперь все встало на свои места: пожара нет, пожарных - тоже! И двое свободных!

^ Демонстрирует залу свои коньки и ласты Александра Семеновича.

Что ж ты не за свой инструмент хватаешься, трубочист не по паспорту?

Пинает коньком пожарную кишку.

АС: Пришлось. Ты думаешь, легко родину спасать, а?

^ ЁЛКИН: А?

АС: И Бе сидели на трубе - знаешь, что потом было?

ЁЛКИН: А - упало…

АС: Верно. А Бе?

ЁЛКИН: Пропало?

АС: Нет!

ЁЛКИН: Что?!

АС: Тоже упало.

ЁЛКИН: Да ну?

АС: Грохнулось.

ЁЛКИН: Это мы щас о чем с тобой, э-э, размышляем, не подскажешь?

АС: О них, о пожарных: что-то я их здесь не вижу!

ЁЛКИН: Подумаешь, я вот их вообще никогда не видел – живьем. Только в кино там, или машина пожарная мимо промчится, а чтоб вот так, рядом, как тебя сейчас…

АС: Зато я видал, как сейчас! Нынешней ночью: сидят у себя в дежурке, антиквариат разглядывают, а случился пожар, так недосуг – спят уже!

ЁЛКИН: Этой ночью? А чего ты к ним…

АС: Случайно: в камин свалился. Я и не знаком с ними.

ЁЛКИН: Откуда ж… свалился-то?

АС: Я ж говорил уже: с крыши.

ЁЛКИН: С крыши - в камин?!

АС: На крыше, то есть, труба, так я в трубу нырнул.

ЁЛКИН: Сам?!

АС: Пришлось… А в трубу нырять последнее дело: никогда не знаешь во что грохнешься.

ЁЛКИН: И часто у тебя так?

АС: Когда как. С полуночи уже второй раз.

ЁЛКИН: С какой полуночи?

АС: С этой же! Второй-то раз меня баба эта из окошка выбросила.

^ Кивает на дверь.

Я, правда, подстраховался – за канат схватился, да страховка тоже, понимаешь, не всегда срабатывает: перетерся он, что ли… Пришлось парашют задействовать!

ЁЛКИН: Ну ты вра-ать!

НСП (с полу): Не врет он.

ЁЛКИН: Упс!

ПСЧ (с полу же): Точно так и было.

ЁЛКИН: Упс-упс!.. Промахнулась?!

АС: Кто?

ЁЛКИН: Баба…

^ Указывает на лежащих.

ПСЧ: Как же! Еще как попала!

НСП: Прям в душу!

АС: Что?

ЁЛКИН: Кому?

ПСЧ: Нам!

НСП: Плюнула!

АС: Плю...

НСП: Плюмбумом!

ПСЧ: Ну.

^ Ёлкин поднимает с пола пистолеты.

ЁЛКИН: Гляди-к - стволы-то на предохране!

Обращаясь к Николаю с Петром

Чего ж вы падали тогда, партизаны?

ПСЧ: А ты что хотел, чтоб в нас стреляли, а мы улыбались?

НСП: Хочешь жить - сперва падай, потом думай!

АС: Ну думаем-то мы всегда потом…

Ёлкин поднимает с полу и надевает уроненное Ёккой пенсне, преображаясь в “Урицкого”. Затем снимает пистолеты с предохранителей и наставляет стволы на Николая иПетра.

ЁЛКИН: А теперь признавайтесь, кто вы такие взаправду.

ПСЧ: А ты начальник, чтоб командовать?

ЁЛКИН: Что ж, представлюсь: начальник Петроградской ЧК граф Урицкой.

НСП: Дзержинский-то куда девался?

ЁЛКИН: Разговорчики!

^ Обращается к Николаю-с-половиной.

Начнем с тебя - фамилия!

НСП: Ну Розенкранц.

ЁЛКИН: Без кликух давай, настоящую фамилию!

НСП: Пардон: Шингарёв.

АС: Знакомое что-то… Вы не альпинист?

НСП: Завзятый! Мы с не вами на Китайскую стену лазали?

АС: Вряд ли: на ней труб нету.

^ Жест.

ЁЛКИН: Тихо!

Обращается к Петру, тряся пистолетом.

Твоя очередь.

ПСЧ: Пистолет очередями не стреляет…

ЁЛКИН: Фамилию говори!

ПСЧ: Предположим, Гинденсбург.

АС: Человек и аэростат?

ЁЛКИН: Предположим?!

ПСЧ: Да был вроде такой…

ЁЛКИН: Что-о?!

ПСЧ: Человечик.

ЁЛКИН: Свою фамилию говори!

ПСЧ: Я думал любую…

ЁЛКИН: Ну?!

ПСЧ: По папе я Протопопов.

ЁЛКИН: Стал быть, тоже буржуй. Ну и чего тут делаем, ась?

НСП: Как что - живем!

ПСЧ: Проживаем. И работаем!

ЁЛКИН: Оба, стало, министры?

АС: Какие министры?

ЁЛКИН: Временные, какие ж еще - недобитки керенские!

ПСЧ: Стрелять-то будешь, или только болтать?

ЁЛКИН: Ты мне?

ПСЧ: Сперфа стрелять - потом больтать.

НСП: Присоединяюсь к мнению предыдущего оратора!

Ёлкину.

Тебе он.

ЁЛКИН: Ну вы даете...

ПСЧ: Даешь власть эстетам!

НСП: Да здравствует диктатура антиквариата! Ур-ра!

^ Николай-с-половиной бросается на Ёлкина, Петр-с-четвертью кидается к дверям, пытается вытащить меч.

ЁЛКИН: Стой, стреляю!

Стреляет в Николая, то падает. Петр вытаскивает меч из двери, оборачивается к Ёлкину.

ПСЧ: Всех не перестреляешь!

^ Елкин стреляет в Петра, тот тоже падает.

ЁЛКИН: Перестрелял…

АС (подбираясь к мечу): Уверен?

ЁЛКИН: Если не считать тебя…

АС (дотягиваясь до меча): А контрольный выстрел?

ЁЛКИН: Это пожалуйста.

^ Стреляет, не оборачиваясь, в Александра Семеныча.

АС: Ах!

Падает, смежает очи. Ёлкин проверяет обойму маузера и крутит барабан “бульдога”.

ЁЛКИН: Пусто. Пусто.

^ Сует пистолеты за пояс. Затем поднимает меч, распахивает ногой двери, выходит в них. Двери закрываются.

ПСЧ (приподнимаясь на локте и обращаясь к Николаю): Неужто он его грохнул?

НСП: Ща поглядим.

^ Подползает к Семенычу, оглядывает его, трясет за плечо.

Раны не видно, но валяется как тюфяк.

ПСЧ: Тюфяк?

НСП: Тюфяком…

ПСЧ (лежа на боку): У тебя портянки есть?

НСП: Только в сапогах, чистых нету.

ПСЧ: В самый раз. Сыми одну и дай нюхнуть…

НСП: Зачем тебе?!

ПСЧ: Не мне - контуженому! Вместо нашатыря.

НСП: А-а.

^ Снимает, машет портянкой у носа Александра Семеновича.

АС (открывая глаза): Что?! Газовая атака?! Иприт!

ПСЧ: Та нет, никакой атаки, сплошная медпомощь.

НСП: “Красная Москва”!

ПСЧ: Что?!

АС: Какая?!

НСП: Красная… Духи! А чего такого? - я всегда одорирую портянки жениными духами.

ПСЧ: Предупреждать надо, а то вдруг аллергия…

^ Обращаясь к Александру Семенычу.

Оклемался, лазарь?

АС: Я?.. Я в лазарете?

НСП: Ты в гостях…

АС: У кого?

ПСЧ: У нас.

АС: А вы кто такие?

ПСЧ: Этруски мы.

НСП: Кто… мы?

ПСЧ: Древние жители Апеннинского полуострова, в простонародье именуемого сапогом.

АС: Ах вот откель такие портянки!

^ Указывает на портянку в руке Николая-с-половиной.

Эта, пожалуй, уж слишком древняя. Вонючая…

НСП: Ароматная! Это ты на пожаре угорел, вот вкус и извратился.

ПСЧ: И нюх.

^ Николай-с-половиной накручивает портянку на ногу, надевает сапог.

АС: А что, где-то пожар?

ПСЧ: Да, здесь.

АС: Где ж?!

Озирается.

НСП: Был да весь вышел.

ПСЧ: Мышел-шишел… Ты ж его потушил!

АС: Я?!

ПСЧ: Ты. Вон и брандспойт твой. Герой! Николаша, дай-ко ему медальку, какая покрасивше, вона у тебя сколько.

НСП: Мало.

ПСЧ: Цельных четыре!

НСП: Так три-то - кресты!

ПСЧ: Так ты себе новую выпишешь…

НСП: Тогда… тогда - на.

^ Отцепляет от мундира медаль, прикалывает на грудь Александра Семеныча.

АС (пытаясь встать): Служу Советскому Союзу!

НСП: Да ты лежи, лежи.

ПСЧ: Может ему еще нюхнуть? А то невесть кому служит…

АС: Только не портянку!

^ Вскакивает на ласты, хватается рукой за свое плечо.

Ой!.. Плечо отламывается!

НСП: Эт Ёлкин тебя, знать, пулей в плечо саданул.

АС: Пулей?.. Во мне пуля?!

ПСЧ: Вряд ли, отскочила должно.

АС: Отскочила? Пули не резиновые!

ПСЧ: Эта – резиновая. Глянь, какая гильза скругленная: с фасочкой!

^ Бросает с полу гильзу в Александра Семеныча.

НСП (в зал, указывая на Семеныча): А он, лопух, шлёп на пол - и лежит скучает.

АС: Да ну вас! В следующий раз будет пожар - на кнопку не жмите, все одно не приду, спасатесь сами!.. А где меч мой?

ПСЧ: Твой?

АС: А то чей.

ПСЧ: Ми думаль, што Ёккин, девушкин с мечом.

АС: Мой! А она - воровка!

НСП: Тогда твой убег.

АС: Опять?

ПСЧ: То есть сызнова: с Ёлкин.

АС: Ай-яй!

^ Шлепает к дверям, распахивает их, исчезает. Двери закрываются.

ПСЧ: Ну во-от, когда теперь еще гости…

НСП: И не говори. Чего делать-то будем: ночь впереди еще длинная?

ПСЧ: А давай сыграем во что-нибудь.

НСП: Опять что ль в прятки? Я же все твои тайники наперед знаю!

ПСЧ: Ну, можно в…

НСП: И в это уж сто раз переиграли!

ПСЧ: “Метро”-то?

НСП: Как это?

ПСЧ: Видишь двери? Когда они откроются, то значит прибыл поезд, а как закроются - значит напротив!

НСП: Напротив чего?

ПСЧ: Напротив нас с тобою - значит поезд следует дальше, отправляется. Ну?

НСП: Отправляется? И что - мы-то?

ПСЧ: А мы - здесь: неотправленные.

^ Хлопает по полу.

На перроне!

НСП: У меня плоскостопие…

ПСЧ: И что с того?

НСП: Я долго на перроне стоять не могу.

ПСЧ: Так ложись!

^ Снова хлопает по полу. Николай ложится на бок а-ля пирующий этруск.

НСП: Лег, и что дальше?

ПСЧ: Готов?

НСП: Погодь-ка.

Подносит к глазам бинокль.

Теперь готов.

ПСЧ: А дальше - поехали!

^ Хлопает в ладоши.

Двери ат-крываются!

Двери распахиваются, входит заторможенный Гриша, останавливается в поисках сидячего места. На голове Гриши зимняя сувенирная шапка, в руках у него табличка с надписью "НЕ ПРИСЛОНЯТЬСЯ".

ПСЧ: Двери закрываются!

^ Двери закрываются, Гриша вешает табличку на дверную ручку, оборачивается, смотрит в зал.

ГРИША: Сво-бод-ных мест нет.

Жест держания за поручень. Гриша шатается от “движения” поезда.

НСП: Эко его колбасит-то.

ПСЧ: Это ж тот, что в пожарке крутился?

НСП: Он, Григорий. И не только в пожарке…

ПСЧ: Что-то не припомню.

НСП: Тебя там не было – в знаменной. А меня судьба забросила, понимаешь.

Грише.

Ну-ка, Григорий-свет-Васильич, поведай-ка нам о себе.

ГРИША: Гри-го-рий хороший.

ПСЧ: Нет, ты давай конкретно.

НСП: И поподробней!

ГРИША: Гри-го-рий оплатил проход за пределы пропускных пунктов, предъявил на контрольном пункте в развернутом виде проездной билет и документ, дающий право на проезд.

НСП: Молодца!

ПСЧ: Гляди-ка ты…

ГРИША: Гри-го-рий провез багаж, размер которого находился в пределах от 121 до 200 см и длинномерный предмет, длина которого от 151 до 220 см, отдельно за каждое место. Багаж был упакован, увязан, закреплен так, что исключил возможность травмирования пассажиров. Количество провозимых мест багажа разрешенного размера подлежало оплате и было не более двух на одного Григория.

ПСЧ: Неплохо излагает, да?

ГРИША: За-тем он прошел к эскалаторам и платформам через автоматические контрольные пункты, немедленно сообщил дежурному по станции о падении людей, вещей и предметов на пути станции.

НСП: Это он о нас, что ли?

ПСЧ: Не исключено.

Грише.

Давай дальше.

ГРИША: В свя-зи с возникновением задымлений и пожара, Григорий немедленно известил дежурного по станции и машиниста поезда по связи “пассажир-машинист”.

НСП: Врет, это я на кнопку жал.

ПСЧ: Ч-ч!

ГРИША: Об-на-ружив безнадзорную вещь и предмет в вагоне и на станции, он немедленно сообщил об этом машинисту поезда, дежурному по станции и работнику милиции, не предприняв самостоятельных действий по их удалению.

^ Указывает на валяющийся на полу брандспойт.

НСП: Вот это верно.

ГРИША: Поль-зуясь эскалатором Григорий стоял справа по направлению движения, держался за поручень, прошел с левой стороны и не задержался при сходе с эскалатора. Малолетних детей Григорий держал за руку и на руках и следил за их поведением на эскалаторе. Он не прислонился и не прислонил багаж к неподвижным частям эскалатора, не заступил за ограничительные линии на ступенях эскалатора, поднял хозяйственную сумку-тележку при входе на эскалатор и сходе с него и проконтролировал багаж с целью недопущения его самопроизвольного перемещения.

ПСЧ: Что за багаж интересно?

НСП: А я все ж того - переместился!

ГРИША: Гри-горий находился на платформе станции, равномерно разместившись по длине платформы в ожидании поезда, а при остановке поезда освободил место у дверей вагона для свободного выхода пассажира…

^ Встает сбоку от двери.

НСП: Ёлкина!

ГРИША: На-хо-дясь в поезде, Григорий уступил место инвалиду, лицу преклонного возраста, беременной женщине и пассажиру с детьми. Он не прислонился к двери вагона и не мешал входу и выходу пассажира, держался за поручень и при подъезде к станции

назначения подготовился к выходу из вагона.

НСП: Короче, Котовский!

ГРИША: В РЕ-ЗУЛЬ-ТА-ТЕ, Григорий бесплатно провез одного ребенка в возрасте до 7 лет, лыжи, детский велосипед, коляску, санки и рыболовную удочку.

ПСЧ: Удочка-то ему зачем?

НСП: Еще короче!

ГРИША (скороговоркой): Еще Гри-горий бесплатно провез мелкий садовый инвентарь, размеры которого не превысили 220 см, также бесплатно он провез мелкое домашнее животное и птицу в клетке, комнатно-декоративную собаку и кошку в контейнере, размеры которого не превысили 120 см (сумма измерений по длине, ширине, высоте) и исключил самопроизвольный выход животных на территорию метрополитена.

НСП: Так вот отчего Трезорки-то нету!

ПСЧ: Унд Пигалька - капут.

ГРИША: Вдо-ба-вок, Григорий воспользовался по необходимости медицинской помощью медпункта, расположенного на станции метрополитена.

^ Снимает шапку, под ней забинтованная голова.

НСП: Кто ж его так?

ПСЧ: Видать защемило… дверьми.

Грише.

“Площадь Урицкого”. Следующая станция – “Гардеробная”.

Двери открываются. За ними стоит босой Костя в расстегнутом фраке.

ГРИША: Мо-я ос-та-новка.

^ Выходит в двери. Костя входит, толкнув Гришу, садится на пол, закуривает.

НСП: А это что за босяк?

ПСЧ: Не признал? Это ж Костька, который водки просил.

НСП: Рыбак?

^ Жест питья из горлышка.

ПСЧ: Да не, тоже из местных. Ща мы его привлечем - к следствию!

НСП: А можно теперь я, а?

ПСЧ: Валяй.

НСП (складывая руки рупором): Осторожно! Двери закрываются.

Косте.

Поведай-ка нам, Константин, о себе, о своем житье-бытье.

^ Костя не реагирует. Потом бросает окурок в сторону лежащих.

Чего он, не слышит что ли?

ПСЧ: Слышит, но не внемлет. Ты приказывай, а не проси.

НСП: А ну колись, бомжара! – чего сюда забрел?!

КОСТЯ: Ай донт андестенд ю, козлы.

НСП: Смир-рна!

^ Замахивается биноклем, как гранатой.

Откуда-куда-зачем?!

Костя ложится по стойке “смирно”, скороговоркой а-ля тележурналюга докладывает.

КОСТЯ: Константин-распил-спиртной-напиток, вошел на станцию и проехал в поезде в нетрезвом состоянии, а также в состоянии наркотического и токсического опьянения. Закурил на станции, в переходе и вагоне метрополитена, и вошел на станцию с мороженым, а также с багажом и в одежде, которая могла испачкать пассажира, вагон, сооружение и устройство станции.

НСП: Не трындычи!

^ Костя не реагирует на замечание.

КОСТЯ: Константин-прошел-и-находился-на-станции-без-обуви. Он прошел через ручной контрольный пункт с действующими проездными документами на основе магнитных карт, с проездными билетами и документами, не дающими право на проезд по метрополитену, а также использовал для прохода через турникет жетон неустановленной формы и осуществил несанкционированный проход через автоматический контрольный пункт, разграничительный барьер и канат.

^ Прыгает со сцены в зал.

Он провез громоздкий багаж, сумма измерений которого по длине, ширине и высоте, а для рулона - по высоте и двум его диаметрам или осям в основании превышает 200 см.

ПСЧ: Рулон?

НСП: Был такой…

КОСТЯ: А также багаж, который привел к травмированию пассажира при транспортировке на эскалаторе: линолеум, рубероид, металлическую сетку в рулонах, тяжелый металлический профиль.

НСП: Скорее уж фас!

КОСТЯ: Константин использовал для транспортировки багажа колесные средства, которые не соответствовали требованиям: ширина обода колеса была менее 22 мм, а опорный штырь оканчивался шаром диаметром менее 20 мм.

НСП: Довольно!

КОСТЯ: Константин самовольно проник в кабину вагона, на путь метрополитена, в служебное и производственное помещение, в киоск вентиляционной шахты, тоннель и на огражденную территорию, а также на другой объект метрополите-е-ена.

НСП: Он остановится когда-нибудь?

ПСЧ: Зануда…

КОСТЯ: Он нанес ущерб зданию, сооружению, оборудованию вагона, эскалатора и станции. Войдя без разрешения на неработающий эскалатор и облокотясь, поставил вещи на поручень эс-ка-ла-то-ра! Затем снял резиновые поручни, бросил предмет, побежал по эскалатору, сел на ступенях эскалатора…

^ Впрыгивает на сцену.

И без надобности воспользовался выключателем с надписью “стоп” на балюстраде эскалатора.

НСП: Стоп!

КОСТЯ: Константин провез легковоспламеняющееся…

НСП: Стоп же!

КОСТЯ: Отравляющее, токсичное, ядовитое вещество, предмет и жидкость, бытовой газовый баллон. Он воспользовался открытым огнем, пиротехническим устройством:

фейерверком и петардой!

Пантомима.

Провез огнестрельное оружие, колющее, режущее и легко бьющееся, лыжи и конек без чехла и надлежащей упаковки, а также животное вне специального контейнера, размеры которого превысили 220 см.

ПСЧ: Пигалька?!

НСП: Двухметровая-то? Она ж не крокодил у тебя!

КОСТЯ (не обращая них внимания): Константин засорил и загрязнил вестибюль, переход и платформу станции, салона вагона, пути, эскалатора. Затем он подложил предмет на пути метрополитена и осуществил фото-, кино- и видеосъемку без письменного разрешения администрации метрополитена. Нанес надписи в вестибюле, переходе станции и в вагоне поезда.

^ Достает из кармана баллончик с краской и малюет граффити на дверях.

Затем побежал по платформе, не соблюдая направления движения, установленные информационными указателями, и воспрепятствовал организованному пассажиропотоку. Потом Константин зашел за ограничительную линию у края платформы до полной остановки поезда…

НСП: Осторожно! Двери открываются!

^ Двери медленно начинают открываться.

КОСТЯ: Вошел в салон вагона после объявления “Осторожно! Двери закрываются”, а также вошел и вышел до полного открытия двери вагона.

^ Манипулирует дверьми.

Константин открывал дверь вагона во время движения поезда, препятствовал их открытию и закрытию на остановках, задерживал отправление поезда со станции. Без надобности пользовался связью пассажир-машинист в вагоне поезда. Передвигался на роликовой доске, коньках и аналогичном спортивном средстве. Он ездил на мотоцикле, велосипеде, самокате и другом подобном транспортном средстве. Затем прослушал аудиотехнику через громкоговорители, используя средство звукоусиления и сыграл на музыкальном инструменте.

^ Вынимает губную гармонь, выдает музыкальный пассаж.

НСП: Хочу чаю.

ПСЧ: И я скучаю…

КОСТЯ: Еще Константин осуществил после соответствующего предупреждения посадку и поездку в поезде, следующем далее без пассажиров, и -

В РЕЗУЛЬТАТЕ понес ответственность за нарушение Правил пользования Ленинградско-Петербургским метрополитеном, повлекшее наложение взыскания в соответствии с действующим законодательством.

ПСЧ: Хорош!.. плохиш.

^ Обращается к Николаю.

Дай-ко и ему медальку.

НСП: Одни ж кресты остались!

ПСЧ: Тем более дай.

НСП: Жалко.

ПСЧ: Чего жалеть-то - ты ж их не на поле боя добыл! А себе новый выпишешь.

НСП: И медаль.

ПСЧ: Хоть две…

^ Николай отцепляет крест со своей груди и прицепляет его на грудь Кости.

НСП: Молодца!

КОСТЯ: После получения предупреждения и уплаты штрафа, из-за невозможности устранить нарушение на месте, Константин удалился с территории метрополитена. Удаление с территории метрополитена…

^ Петр и Николай берут Костю под руки, ведут к дверям и выталкивают Костю за двери, закрывая их.

КОСТЯ (из-за двери): Произвелось сотрудниками УВД по охране метрополитена при исполнении ими служебных обязанностей!

НСП: Уф-ф! Наконец-то…

ПСЧ: Избавились!

НСП: Да-а, сильно расплодилась мифология, подземная-то.

ПСЧ: Ничо, к утру выветрится.

НСП: Слышь, а ты этому зануде сколько желаний исполнил?

ПСЧ: Этому? Одно.

НСП: А что так - мало-то?

ПСЧ: Так он об остатних двух и не догадывается.

НСП: Неграмотный он, что ли, сказок не читал?

ПСЧ: Может и читал… да забыл! Сказка вещь непостоянная: одна в ухо влетает - другая вылетает. Пошли отсюда, что ли?

НСП: Пошли…

^ Расходятся в разные кулисы.

ПСЧ (оглядываясь): Эй, ты куда потопал-то?

НСП: Пойду кофия из автомата выпью.

ПСЧ: А-а. А я лучше чаю - в буфете!




оставить комментарий
страница1/3
Дата19.03.2012
Размер0,75 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх