Судебная экспертиза в гражданском, арбитражном, административном и уголовном процессе icon

Судебная экспертиза в гражданском, арбитражном, административном и уголовном процессе


4 чел. помогло.
Смотрите также:
Список литературы, справочников приобретенных в 2008 2009 году...
Учебно-методический комплекс по дисциплине «Судебная экспертиза» для специальности 030501...
Программа дисциплины «Судебная экспертиза» для специальности 030501...
Учебно-методический комплекс по дисциплине судебно-медицинская экспертиза в уголовном и...
Исследование доказательств в ходе судебного следствия в суде первой инстанции в российском...
Лекция гпс судебная защита прав участников рынка ценных бумаг...
Программа дисциплины «Пересмотр судебных актов (в гражданском...
«Допустимость доказательств в гражданском и арбитражном процессах»...
Судебно-психологическая экспертиза в уголовном и гражданском процессах...
От: Юрисконсульта 3-й категории зао «ИнфоКом» И. О. Кузенковой Относительно...
«Апелляционное производство в арбитражном процессе» Автор работы...
Производство следствия в уголовном судопроизводстве кыргызской республики...



Загрузка...
страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24
вернуться в начало
скачать
Глава 4. Судебный эксперт, его процессуальный статус и компетенция


Судебный эксперт - это лицо, обладающее специальными знаниями и назначенное судом в порядке, установленном процессуальным законодательством (ст. 79 ГПК, 55 АПК, 57 УПК, 25.9 КоАП) для производства судебной экспертизы и дачи заключения. Таким образом, закон не требует, чтобы судебная экспертиза в обязательном порядке выполнялась сотрудниками государственных экспертных учреждений. В качестве эксперта может быть вызвано любое лицо, обладающее необходимыми для дачи заключения знаниями. Судебные экспертизы производятся экспертами государственных и негосударственных экспертных учреждений, сотрудниками неэкспертных учреждений, частными экспертами либо иными специалистами.

Государственным судебным экспертом, производящим судебную экспертизу в порядке исполнения своих должностных обязанностей, может быть только аттестованный сотрудник государственного судебно-экспертного учреждения*(63), а именно: судебно-экспертных учреждений Минюста России; экспертно-криминалистических подразделений МВД России; судебно-медицинских и судебно-психиатрических учреждений Минздрава; судебно-медицинских лабораторий Минобороны России; экспертно-криминалистических служб; экспертных подразделений ФСБ России и других государственных судебно-экспертных учреждений, создаваемых в порядке, определенном ФЗ ГСЭД, федеральными органами исполнительной власти или органами исполнительной власти субъектов РФ.

Помимо государственных судебных экспертов судебные экспертизы, согласно ст. 41 ФЗ ГСЭД, процессуальным кодексам и КоАП, могут производить и иные лица, обладающие специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющиеся государственными судебными экспертами, и вызванные для дачи заключения. Такими судебными экспертами могут являться:

а) пенсионеры, в прошлом сотрудники государственных экспертных учреждений;

б) частные эксперты-профессионалы, у которых эта деятельность является основной;

в) эксперты - сотрудники негосударственных судебно-экспертных учреждений;

г) сотрудники неэкспертных организаций, являющиеся специалистами в необходимой области знания*(64).

Действующее законодательство предъявляет к эксперту серьезные требования*(65), которые практически аналогичны во всех кодифицированных законах и в ФЗ ГСЭД. Рассмотрим эти требования подробнее.


^ Обязанности и ответственность судебного эксперта


1. Согласно ч. 1 ст. 85 ГПК, судебный эксперт обязан принять к производству порученную ему судом экспертизу и провести полное исследование представленных материалов и документов; дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам и направить его в суд, назначивший экспертизу; явиться по вызову суда для личного участия в судебном заседании и ответить на вопросы, связанные с проведенным исследованием и данным им заключением. В случае если поставленные вопросы выходят за пределы специальных знаний эксперта либо материалы и документы непригодны или недостаточны для проведения исследовании и дачи заключения, эксперт обязан направить в суд, назначивший экспертизу, мотивированное сообщение в письменной форме о невозможности дать заключение.

Та же позиция законодателя отражена в ст. 16 ФЗ ГСЭД. Но помимо перечисленных выше условий невозможности для эксперта дать заключение в ней присутствуют еще два: если эксперту отказано в получении дополнительных материалов и если современный уровень развития науки не позволяет ответить на поставленные вопросы.

Заметим, что именно в ФЗ ГСЭД и ГПК обязанности эксперта обозначены наиболее категорично. В АПК и КоАП также указывается, что эксперт обязан явиться по вызову суда (ст. 55 АПК), судьи, органа, должностного лица, в производстве которых находится дело об административном правонарушении (ст. 25.9 КоАП) и дать объективное заключение по поставленным вопросам. Однако отказ от производства экспертизы законодатель уже относит к правам, но не к обязанностям эксперта. Правда такое право предоставляется эксперту опять-таки только в случае, если ответы на заданные вопросы выходят за пределы его специальных знаний, а также если представленные материалы недостаточны для дачи заключения.

Наиболее прогрессивным нам представляется подход к этому вопросу в УПК, где вообще отсутствует упоминание об обязанностях судебного эксперта, а в ст. 57 отмечается, что эксперт делать вправе (ч. 3), а что не вправе (ч. 4).

Заметим, что ранее в ст. 82 УПК РСФСР говорилось именно об обязанностях эксперта явиться по вызову лица, производящего дознание, следователя, прокурора и суда и дать объективное заключение по поставленным перед ним вопросам, а если поставленный вопрос выходит за пределы специальных знаний эксперта или представленные ему материалы недостаточны для дачи заключения, эксперт в письменной форме должен сообщить органу, назначившему экспертизу, о невозможности дать заключение.

К сожалению, эта норма, не соответствующая, по нашему мнению, концепции правового государства, перекочевала без какой-либо модификации в новые ГПК, АПК и КоАП. Более того, согласно ч. 6 ст. 25.9 КоАП, за отказ или уклонение от исполнения этих обязанностей эксперт несет административную ответственность, "предусмотренную настоящим Кодексом".

Правда, норма, предусматривающая административную ответственность, в КоАП отсутствует.

Наличие норм, регламентирующих обязанности эксперта в процессуальных кодексах РСФСР (УПК, ГПК, КоАП), не вызывало удивления, но в современных условиях эти нормы явно устарели, поскольку нарушают права человека и противоречат Конституции РФ.

Согласно новому процессуальному законодательству судебный эксперт уже не несет ответственности за отказ от дачи заключения, но в ч. 1 ст. 85 ГПК, ч. 4 ст. 55 АПК, п. 6 ч. 3 ст. 57 и ч. 5 ст. 199 УПК ч. 4 ст. 25.9 КоАП и абз. 4 ч. 1 ст. 16 ФЗ ГСЭД дан исчерпывающий перечень случаев, когда эксперт вправе отказаться от производства экспертизы, а именно: если поставленные вопросы выходят за пределы его специальных знаний, а также в случаях, если представленных ему материалов недостаточно для дачи заключения.

Как нам представляется, нормы законов должны быть откорректированы в плане отмены этого перечня, поскольку принуждение лиц, обладающих специальными знаниями, к производству экспертизы против их желания противоречит российскому законодательству и принципам правового государства.

В самом деле, если экспертиза назначается судебному эксперту - сотруднику экспертного учреждения, в должностные обязанности которого, согласно подписанному им трудовому договору (контракту), входит производство судебных экспертиз, то зачем нужна законодательная регламентация обязанности явиться и дать заключение? Думается, что в этом случае не оправдана и административная ответственность за отказ явиться по вызову должностного лица, осуществляющего производство по делу, и дать заключение, поскольку в контракте заранее оговорена ответственность данного лица за неисполнение требований контракта, и в этом случае в соответствии с трудовым законодательством (ст. 57 Трудового кодекса РФ) сотрудник судебно-экспертного учреждения подлежит дисциплинарной ответственности. Перечень дисциплинарных взысканий для судебного эксперта, как и для любого гражданина РФ, указан в ст. 192 Трудового кодекса РФ.

Что касается частных экспертов, т.е. лиц, производящих экспертные исследования вне экспертных учреждений, а в настоящее время большое количество экспертиз, особенно в гражданском и арбитражном процессе выполняется именно частными экспертами, то они вообще не обязаны производить экспертизу и давать заключение. Принуждение лиц, обладающих специальными знаниями, к производству экспертизы против их желания противоречит ст. 37 Конституции РФ, согласно которой принудительный труд в Российской Федерации запрещен, а также ст. 4 "Запрещение принудительного труда" Трудового кодекса РФ.

2. Об обязанности эксперта направить в суд мотивированное сообщение в письменной форме о невозможности дать заключение говорится только в абз. 2 ч. 1 ст. 85 ГПК и абз. 4 ч. 1 ст. 16 ФЗ ГСЭД. Безусловно, если экспертиза производится вне экспертного учреждения, эксперт должен сам сообщить о невозможности ее проведения. Вероятно, учитывая это обстоятельство, законодатель в новом УПК нигде не упоминает об обязанности эксперта письменно сообщать органу или лицу, назначившему экспертизу, о невозможности ее производства. В экспертном учреждении письменное сообщение о невозможности дать заключение должно быть направлено экспертом руководителю этого учреждения, который, в свою очередь, поручает производство экспертизы другому эксперту, привлекает сторонних специалистов или уведомляет орган или лицо, назначившее судебную экспертизу, о невозможности ее производства. Независимость эксперта не будет ущемлена, если предоставить ему право, в случае несогласия с решением руководителя экспертного учреждения, довести свое мнение до сведения лица или органа, назначивших экспертизу.

3. Обязанностью судебного эксперта, согласно абз. 5 ч. 1 ФЗ ГСЭД, является не разглашать сведения, которые стали ему известны в связи с производством судебной экспертизы, в том числе сведения, которые могут ограничить конституционные права граждан, а также сведения, составляющие государственную, коммерческую или иную охраняемую законом тайну. Аналогичный запрет имеется в ч. 2 ст. 85 ГПК.

Думается, что законодатель излишне категоричен. Необходимо было бы указать, что конкретно понимается под разглашением, и предусмотреть условия, когда такое разглашение недопустимо. Является ли, например, разглашением сведений представление экспертом копий заключений в квалификационную комиссию при очередной аттестации? Распространяется ли требование о неразглашении на членов комиссии, если материалы поступили от частного эксперта, а экспертизы производились им по делу об административном правонарушении или в арбитражном процессе, где нет таких ограничений? Очевидно, что для урегулирования этих противоречий необходимо уточнение нормы ФЗ ГСЭД и разработка целого ряда подзаконных нормативных актов.

Наиболее четко данный вопрос урегулирован в УПК, где указывается, что эксперт не вправе разглашать данные предварительного расследования, ставшие известными ему в связи с участием в уголовном деле в качестве эксперта, если он был об этом заранее предупрежден (п. 5 ч. 4 ст. 57, ст. 161 УПК). За разглашение этих сведений он может быть привлечен к уголовной ответственности по ст. 310 УК.

К числу сведений, огласка которых может привести к нарушению конституционных прав граждан, относятся, прежде всего, данные, полученные в ходе судебно-медицинской и судебно-психиатрической экспертиз. Разглашение информации о выявленных при производстве экспертиз этих родов болезнях или беременности может привести к нарушению прав граждан на охрану достоинства личности, неприкосновенности частной жизни, личной и семейной тайны, защиты чести и доброго имени, гарантированных Конституцией РФ (ст. 23). Недопустимо предавать огласке сведения, полученные при судебной технико-криминалистической экспертизе документов, почерковедческой и автороведческой экспертизе и касающиеся содержания личных документов (писем, завещаний, дневников, ценных бумаг и проч.). Не подлежат разглашению и сведения, почерпнутые из фонограмм или видеофонограмм, исследуемых в ходе судебной фоноскопической экспертизы; электронные документы и иная компьютерная информация (например, содержание баз данных, коды доступа, пароли и проч.), полученная в результате осуществления судебной компьютерно-технической экспертизы.

Информация содержит коммерческую или иную тайну в случае, если имеет действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности ее третьим лицам (ст. 139 ГК). Подобная информация защищается способами, предусмотренными ст. 12 ГК и другими правовыми актами, в частности Федеральным законом от 20 февраля 1995 г. N 24-ФЗ "Об информации, информатизации и защите информации".

Государственные судебные эксперты целого ряда государственных судебно-экспертных учреждений являются одновременно военнослужащими, сотрудниками органов внутренних дел, таможенных органов, иных воинских формирований РФ. Поэтому их с полным основанием можно отнести к категории должностных лиц, в том смысле, как это понимается в УК и КоАП. Таким образом, они должны признаваться субъектами должностных преступлений, а также подлежать административной ответственности за административные правонарушения, связанные с неисполнением либо ненадлежащим исполнением их служебных обязанностей.

За незаконное получение, разглашение или использование сведений, составляющих коммерческую или банковскую тайну, судебный эксперт может быть привлечен к уголовной ответственности согласно ст. 183 УК РФ.

При производстве судебных экспертиз самых различных родов и видов могут возникнуть проблемы охраны государственной тайны. Это могут быть судебно-баллистическая или взрывотехническая экспертизы, назначаемые, например, следователями прокуратуры или ФСБ при расследовании террористических актов, судебные инженерно-технологические и экономические экспертизы, минералогические экспертизы, связанные с добычей, передачей и потреблением платины, металлов платиновой группы, природных алмазов, а также других стратегических видов полезных ископаемых, и многие иные судебные экспертизы в соответствии с Перечнем сведений, составляющих государственную тайну*(66). Отнесение сведений к государственной тайне осуществляется в соответствии с их отраслевой, ведомственной или программно-целевой принадлежностью, а также в соответствии с законом*(67). При этом необходимо учитывать, что законодатель дает исчерпывающий перечень данных, не подлежащих отнесению к государственной тайне и засекречиванию. К ним относятся сведения:

1) о чрезвычайных происшествиях и катастрофах, угрожающих безопасности и здоровью граждан, и их последствиях, а также о стихийных бедствиях, их официальных прогнозах и последствиях;

2) о состоянии экологии, здравоохранения, санитарии, демографии, образования, культуры, сельского хозяйства, а также о состоянии преступности;

3) о привилегиях, компенсациях и льготах, предоставляемых государством гражданам, должностным лицам, предприятиям, учреждениям и организациям;

4) о фактах нарушения прав и свобод человека и гражданина;

5) о размерах золотого запаса и государственных валютных резервах Российской Федерации;

6) о состоянии здоровья высших должностных лиц Российской Федерации;

7) о фактах нарушения законности органами государственной власти и их должностными лицами.

Должностные лица, принявшие решения о засекречивании перечисленных сведений либо о включении их в этих целях в носители сведений, составляющих государственную тайну, несут уголовную, административную или дисциплинарную ответственность в зависимости от причиненного обществу, государству и гражданам материального и морального ущерба.

Коль скоро законодатель вменяет эксперту в обязанность не разглашать сведения, составляющие государственную тайну, следовательно, судебный эксперт является лицом, допускаемым к государственной тайне. Причем законодатель оговаривает условия допуска к государственной тайне должностных лиц и граждан*(68). Допуск должностных лиц и граждан РФ к государственной тайне осуществляется в добровольном порядке и предусматривает:

1) принятие на себя обязательств перед государством по нераспространению доверенных им сведений, составляющих государственную тайну;

2) согласие на частичные, временные ограничения их прав*(69);

3) письменное согласие на проведение в отношении их полномочными органами проверочных мероприятий;

4) определение видов, размеров и порядка предоставления льгот, предусмотренных Законом о государственной тайне;

5) ознакомление с нормами законодательства РФ о государственной тайне, предусматривающими ответственность за его нарушение;

6) принятие решения руководителем органа государственной власти, предприятия, учреждения или организации (государственного экспертного учреждения) о допуске оформляемого лица к сведениям, составляющим государственную тайну.

Для должностных лиц и граждан, допущенных к государственной тайне на постоянной основе, устанавливаются процентные надбавки к заработной плате в зависимости от степени секретности сведений, к которым они имеют доступ; преимущественное право при прочих равных условиях на оставление на работе при проведении органами государственной власти, предприятиями, учреждениями и организациями организационных и (или) штатных мероприятий.

Государственные судебные эксперты ряда экспертных учреждений имеют статус должностных лиц, остальные (например, сотрудники судебно-экспертных учреждений Министерства юстиции РФ) при решении вопроса о допуске к сведениям, содержащим государственную тайну, выступают как граждане. Заметим, что при допуске к государственной тайне эти лица могут быть временно ограничены в своих правах*(70). Эти ограничения могут касаться права:

1) выезда за границу на срок, оговоренный в трудовом договоре (контракте) при оформлении допуска гражданина к государственной тайне;

2) на распространение сведений, составляющих государственную тайну, полученных при производстве судебной экспертизы;

3) на неприкосновенность частной жизни при проведении проверочных мероприятий в период оформления допуска к государственной тайне.

Руководители судебно-экспертных учреждений несут персональную ответственность за создание таких условий, при которых судебные эксперты знакомятся только с теми сведениями, составляющими государственную тайну, и в таких объемах, которые необходимы экспертам для выполнения их должностных (функциональных) обязанностей*(71).

Государственные судебные эксперты, как должностные лица и граждане, виновные в нарушении законодательства РФ о государственной тайне, несут уголовную, административную, гражданско-правовую или дисциплинарную ответственность в соответствии с действующим законодательством*(72).

4. Законодатель устанавливает (ч. 2 ст. 80 ГПК, ч. 5 ст. 55 АПК, ч. 5 ст. 57 УПК) уголовную ответственность, предусмотренную ст. 307 УК, или административную ответственность (ч. 3 ст. 25.9 КоАП), предусмотренную ст. 17.9 КоАП за дачу заведомо ложного экспертного заключения.

В советском уголовно-процессуальном законодательстве традиционно присутствовала норма, предписывающая при назначении каждой экспертизы предупреждать эксперта об ответственности за дачу заведомо ложного заключения и отбирать об этом подписку. В новом процессуальном законодательстве эта норма несколько видоизменена, хотя, по сути, она сохранилась. Если судебная экспертиза производится в экспертном учреждении, законодатель теперь обязывает руководителя этого учреждения предупредить эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения и отобрать у него об этом подписку. Если же экспертиза назначается конкретному эксперту, то его об ответственности предупреждает субъект, назначивший экспертизу (ч. 2 ст. 80 ГПК; абз. 3 ч. 4 ст. 82 АПК; ч. 3 ст. 25.9 КоАП; ст. 14 ФЗ ГСЭД). Исключение составляет ч. 2 ст. 199 УПК, где указывается, что после получения от следователя постановления о назначении судебной экспертизы и материалов, необходимых для ее производства, руководитель экспертного учреждения, за исключением руководителя государственного судебно-экспертного учреждения, разъясняет эксперту его права и ответственность, предусмотренные ст. 57 УПК. Но это вовсе не означает, что государственный судебный эксперт не дает в каждом заключении подписки, что он предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Напротив, в п. 5 ч. 1 ст. 204 УПК подчеркивается, что эта подписка является обязательным атрибутом экспертного заключения.

Представляется, что данная норма, оправданная для лиц, привлекаемых к производству судебных экспертиз впервые или изредка и не являющихся сотрудниками экспертных учреждений, вполне правомерна (по аналогии с предупреждением свидетеля об ответственности за дачу заведомо ложных показаний). Однако для судебных экспертов, имеющих экспертное образование и сертифицированных квалификационными комиссиями, а ведь согласно ФЗ ГСЭД только такие специалисты могут привлекаться к производству судебных экспертиз, излишне постоянно повторять эту процедуру. Ее можно заменить, например, присягой судебного эксперта, даваемой при получении диплома о высшем экспертном образовании или квалификационного свидетельства на право производства судебных экспертиз. Заметим, что многие государственные судебные эксперты, являясь сотрудниками Вооруженных Сил РФ, других войск и воинских формирований, приносят присягу, поступая на службу. В текст этой присяги могли бы быть внесены коррективы, касающиеся судебных экспертов.

5. Лицо, выступающее в роли эксперта, обязано сообщить субъекту, назначившему экспертизу, об обстоятельствах, исключающих возможность его участия в данном деле, при наличии таких обстоятельств. Согласно нормам процессуального законодательства судебный эксперт подлежит отводу, если он хотя бы косвенно заинтересован в исходе дела; является родственником сторон, других лиц, участвующих в деле, или представителей; находится или находился в служебной или иной зависимости от сторон, других лиц, участвующих в деле, или представителей; или имеются иные обстоятельства, вызывающие сомнение в его беспристрастности (ст. 18 ГПК; 23 АПК; 70 УПК; 25.12 КоАП). Заметим, что, согласно новому гражданскому и уголовному процессуальному законодательству, предыдущее участие эксперта в деле в качестве специалиста не является основанием его отвода.

Основанием для отвода эксперта в арбитражном процессе является проведение им ревизии или проверки, материалы которых стали поводом для обращения в арбитражный суд или используются при рассмотрении дела (абз. 2 ч. 1 ст. 23 АПК). Фактически ревизия или проверка - это предварительное исследование, произведенное специалистом, хотя процессуальная фигура специалиста в арбитражном процессе отсутствует.

В производстве по делам об административных правонарушениях, если лицо участвовало в деле в качестве специалиста, оно не может в дальнейшем быть экспертом по данному делу.

То есть законодатель фактически перенес в новые АПК и КоАП норму УПК РСФСР (п. За ч. 1 ст. 67), которая многие годы вызывала возражения процессуалистов и криминалистов*(73) и, наконец, была отменена в УПК. Вряд ли такой механический перенос является прогрессивным. В настоящее время можно считать доказанным и обоснованным на практике, что если специалист участвует в собирании объектов, могущих стать впоследствии вещественными доказательствами, зная, что производство экспертизы может быть поручено ему, он работает гораздо ответственнее и скрупулезнее. Поэтому представляется, что эти нормы АПК и КоАП нуждаются в изменении.

Участие эксперта при предыдущем рассмотрении данного дела в качестве эксперта не является основанием для его отвода. Однако УПК предусматривает возможность отвода эксперта, если обнаружится его некомпетентность (п. 3 ч. 2 ст. 70 УПК).

Компетенция эксперта (от лат. compete - соответствовать, быть годным) может рассматриваться в двух аспектах*(74). Во-первых, это круг полномочий, права и обязанности эксперта, которые определены процессуальными кодексами и КоАП. Во-вторых, это комплекс знаний в области теории, методики и практики судебной экспертизы определенного рода, вида.

Различают объективную компетенцию, т.е. объем знаний, которыми должен владеть эксперт, и субъективную компетенцию - степень, в которой конкретный эксперт владеет этими знаниями. Субъективную компетенцию часто называют компетентностью эксперта. Она определяется его образовательным уровнем, специальной экспертной подготовкой, стажем экспертной работы, опытом в решении аналогичных экспертных задач, индивидуальными способностями. Согласно ст. 13 ФЗ ГСЭД компетентность государственного судебного эксперта проверяется и удостоверяется экспертно-квалификационными комиссиями*(75).

В других кодифицированных законах пункт об отводе эксперта, в случае, когда обнаружится его некомпетентность, отсутствует. Ряд ученых-процессуалистов, например авторы комментария к АПК РФ 1995 г., полагают, что это обосновано, поскольку лицо, которое не обладает специальными знаниями, если даже будет призвано в качестве эксперта, вряд ли сможет представить арбитражному суду квалифицированное заключение. Кроме этого, заключение эксперта, как одно из доказательств, подлежит оценке наряду с другими доказательствами и не будет принято судом при недостаточной обоснованности. Они же уповают на то, что эксперт сам может отказаться от дачи заключения, если он не обладает необходимыми знаниями*(76).

С этим трудно согласиться. Вопрос о том, насколько квалифицированно составлено заключение, т.е. вопрос об оценке заключения эксперта, весьма сложен, поскольку судьи не обладают специальными знаниями и им трудно в современных условиях научно-технической революции, когда экспертные методики все усложняются и усложняются, глубоко разобраться в экспертных технологиях. Судьи оценивают заключение эксперта в основном по формальным признакам*(77). Что касается отказа эксперта от производства экспертизы, то он может добросовестно заблуждаться и не видеть своих ошибок. Поэтому представляется, что, если некомпетентность эксперта обнаружена еще на начальном этапе при назначении экспертизы, должна быть обеспечена возможность его отвода.

6. Судебный эксперт не вправе без ведома следователя и суда вступать в личные контакты с участниками процесса по вопросам, связанным с производством судебной экспертизы, самостоятельно собирать материалы для экспертного исследования.

Чтобы не возникло сомнений в беспристрастности и объективности судебного эксперта, его личные контакты с потерпевшим, подозреваемым, обвиняемым, сторонами и другими участниками процесса должны ограничиваться строгими процессуальными рамками. Так, например, согласно УПК (п. 3 ч. 3 ст. 57) эксперт может принимать участие в процессуальных действиях и задавать вопросы, относящиеся к предмету судебной экспертизы. Более того, законодатель прямо указывает, что без ведома следователя и суда эксперт не вправе вести переговоры с участниками уголовного судопроизводства по вопросам, связанным с производством судебной экспертизы (п. 1 ч. 4 ст. 57). В гражданском и арбитражном процессе эксперт контактирует со сторонами и их представителями, только участвуя в заседаниях суда, задавая вопросы, относящиеся к предмету экспертизы (ч. 3 ст. 85 ГПК, ч. 3 ст. 55 АПК).

Аналогичная норма (п. 2 ч. 5 ст. 25.9) имеется и в КоАП: с разрешения судьи, должностного лица, лица, председательствующего в заседании коллегиального органа, в производстве которых находится дело об административном правонарушении, эксперт может задавать вопросы, относящиеся к предмету экспертизы, лицу, в отношении которого ведется производство по делу, потерпевшему и свидетелям.

Если эксперт путем контактов с лицами, проходящими по делу, собирает материалы для производства судебной экспертизы, заключение такой экспертизы впоследствии должно быть исключено из числа доказательств.

Так, например, судом рассматривалось гражданское дело о возмещении ущерба в результате пожара на даче. В ходе судебного разбирательства была назначена электротехническая экспертиза для установления, находился ли аппарат электрозащиты в исправном состоянии. Однако, поскольку при производстве осмотра этот автоматический выключатель не был изъят и приобщен к материалам дела, эксперт обратился непосредственно к ответчику, в помещении которого был установлен этот аппарат электрозащиты. Ответчик предоставил в распоряжение эксперта автоматический выключатель, который и был исследован. Эксперт сделал вывод, что прибор исправен, но истец заявил ходатайство о признании недопустимым и исключении заключения эксперта из числа доказательств. Суд удовлетворил ходатайство.

Самостоятельным сбором материалов для экспертизы является и анализ экспертом всех материалов дела. Эксперт вправе знакомиться с материалами дела, относящимися к предмету экспертизы. Но эти материалы должны быть отобраны следователем, судом, органом, рассматривающим дело об административном правонарушении. В случае, когда представленных материалов недостаточно, эксперт имеет право запросить недостающие. Но право эксперта знакомиться с материалами дела ограничено предметом экспертизы. Эксперт не имеет права подменять субъектов, назначивших экспертизу, и заниматься анализом материалов дела, собирая доказательства, выбирая, что ему исследовать, например анализировать свидетельские показания, иначе могут возникнуть сомнения в объективности и обоснованности заключения. К сожалению, на практике это происходит достаточно часто.

Рассматривая вопрос об ограничении прав судебного эксперта, следует остановиться еще на одной проблеме, решения которой требует следственная и судебная, да и экспертная практика. Речь идет о праве эксперта в некоторых случаях собирать вещественные доказательства. Типичной, например, является ситуация с исследованием микроколичеств веществ и материалов, называемых в криминалистике микрообъектами. По существующей практике субъект, назначающий экспертизу, например, для установления факта контактного взаимодействия, обоснованно предполагая, что на тех или иных предметах имеются микрообъекты, прежде всего, задает вопрос: имеются ли на представленных для исследования предметах волокна, микрочастицы лакокрасочного покрытия, металла и проч.? Аналогичные вопросы задаются иногда при необходимости обнаружения невидимых следов рук на изъятых предметах.

Эксперт в ходе экспертного осмотра представленных предметов и при обнаружении микрообъектов (следов) фиксирует этот факт в своем заключении. Обнаруженные микрообъекты, приобретающие значение вещественных доказательств, подвергаются дальнейшему экспертному исследованию для решения других вопросов экспертного задания. Таким образом, эксперт фактически собирает (обнаруживает, фиксирует, изымает) доказательства, на что у него нет права согласно букве закона. К подобным действиям эксперта, явно выходящим за пределы его компетенции, следователь и суд относятся весьма снисходительно. По мнению Л.В. Виницкого, осмотр предметов - вероятных носителей микрообъектов - должен производиться по месту их обнаружения, как правило, при осмотре, с участием специалиста. Микрообъекты, которые по своим характеристикам могут быть обнаружены и индивидуализированы в ходе такого осмотра, подробно описываются в протоколе осмотра и впоследствии приобщаются к делу в качестве вещественных доказательств. Те же микрообъекты, которые не могут быть обнаружены при осмотре, но наличие которых обоснованно предполагается, обнаруживаются на предметах-носителях в лабораторных условиях в ходе дополнительного следственного осмотра следователем с обязательным участием специалиста.

Именно следователь составляет протокол об их обнаружении, в котором фиксируются их индивидуализирующие признаки*(78).

Предложенное Виницким решение действительно соответствует действующему законодательству и исключает его нарушение, но с точки зрения практики оно весьма трудно реализуемо. Во-первых, обнаружение микрообъектов в лабораторных условиях намного результативнее. Во-вторых, это процесс длительный, он может продолжаться несколько дней кряду, поэтому нереально постоянное присутствие следователя или судьи.

Не предоставляя эксперту права собирать доказательства, действующий уголовно-процессуальный закон в то же время содержит отступления от этого правила при производстве судебно-медицинского освидетельствования как разновидности судебно-медицинской экспертизы, осуществляемого единолично экспертом.

На основании вышеизложенного полагаем, что эксперту должно предоставляться право собирать доказательства при исследовании предметов - возможных носителей микрообъектов - и при производстве некоторых видов экспертиз. Кстати, законодатель уже сделал шаг на этом пути, установив в ч. 4 ст. 202 УПК, что если получение образцов для сравнительного исследования является частью судебной экспертизы, то оно производится экспертом. В этом случае сведения о производстве указанного действия эксперт отражает в своем заключении.

Законодатель запрещает эксперту без разрешения дознавателя, следователя, суда, лица, рассматривающего дело об административном правонарушении, проводить исследования, могущие повлечь полное или частичное уничтожение объектов либо изменение их внешнего вида или основных свойств. Обязанность судебного эксперта обеспечить сохранность представленных объектов исследований и материалов дела корреспондируется с требованиями законодателя уничтожать объекты исследований либо существенно изменять их свойства только с разрешения органа или лица, назначивших судебную экспертизу.

Как было показано в главе 3, методов, полностью или частично видоизменяющих объект, абсолютное большинство. Однако эти изменения могут затрагивать или не затрагивать именно те характеристики объекта, которые делают его вещественным доказательством по делу.

Резюмируя вышеизложенное, полагаем, что требование закона о сохранности объектов экспертного исследования следует интерпретировать как стремление эксперта сделать все возможное в данной ситуации, чтобы сохранить неизменным либо сам объект, либо, если это невозможно, те его свойства и признаки, которые позволят в дальнейшем получить представление об объекте и вновь подвергнуть его исследованию при производстве повторной или дополнительной судебной экспертизы.

Законодатель (ст. 41 ФЗ ГСЭД) распространил на судебно-экспертную деятельность частных экспертов и сотрудников негосударственных экспертных учреждений действие ряда статей ФЗ ГСЭД*(79), где упоминаются исключительно государственные судебные эксперты. При этом он действовал далеко не всегда логично. Рассмотрим эти статьи по порядку. Неясно, почему на негосударственных экспертов не распространяются требования ст. 3 "Правовая основа государственной судебно-экспертной деятельности". Разве для негосударственной судебно-экспертной деятельности должна быть иная правовая основа, чем для государственной (Конституция РФ, ФЗ ГСЭД, ГПК, АПК, УПК, КоАП, Таможенный кодекс РФ, Налоговый кодекс РФ, законодательство РФ о здравоохранении, другие федеральные законы)? Исключение могут составлять только ведомственные нормативные акты, но об этом можно было бы упомянуть в законе. Аналогичная ситуация наблюдается и в отношении ст. 5, посвященной соблюдению законности при осуществлении государственной судебно-экспертной деятельности. А что, негосударственный эксперт не должен руководствоваться законом в своей деятельности, и нарушение закона не влечет за собой ответственности? Но согласно ст. 41 действие ст. 5, как и ст. 3, на лиц, не являющихся государственными судебными экспертами, не распространяется.

Наименования ст. 4 и ст. 6 также могут быть откорректированы за счет исключения слова "государственный": "Принципы судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации"; "Соблюдение прав и свобод человека и гражданина, прав юридического лица при осуществлении судебно-экспертной деятельности".

Статья 16, посвященная обязанностям эксперта, несмотря на указание законодателя, никак не применима в полном объеме к частному эксперту или сотруднику негосударственного экспертного учреждения.

Нестыковки начинаются уже с первой части. Частный эксперт не обязан "принять к производству порученную ему руководителем соответствующего государственного судебно-экспертного учреждения судебную экспертизу". Не распространяются на частного эксперта и ограничения его прав, связанные с принятием поручений о производстве судебной экспертизы непосредственно от каких-либо органов или лиц, а уж тем более запрет осуществлять судебно-экспертную деятельность в качестве негосударственного эксперта. Ведь он и есть негосударственный эксперт.

Если частный эксперт взялся за производство экспертизы и в его адрес вынесено постановление или определение суда, он обязан:

- не разглашать сведения, которые стали ему известны в связи с производством судебной экспертизы, в том числе сведения, которые могут ограничить конституционные права граждан, а также сведения, составляющие государственную, коммерческую или иную охраняемую законом тайну;

- обеспечить сохранность представленных объектов исследований и материалов дела;

- исполнять обязанности, предусмотренные соответствующим процессуальным законодательством.


^ Независимость судебного эксперта


В ст. 7 ФЗ ГСЭД законодатель подчеркивает, что при производстве судебной экспертизы эксперт независим от органа или лица, назначивших судебную экспертизу, сторон и других лиц, заинтересованных в исходе дела, т.е. фактически важнейшей стороной независимости эксперта является его процессуальная самостоятельность, которая гарантируется порядком назначения и производства судебной экспертизы, а также обеспечивается возможностью его отвода. Является ли судебный эксперт государственным экспертом, сотрудником негосударственного экспертного учреждения или частным экспертом, он дает заключение от своего имени и несет за данное им заключение личную ответственность.

Судебный эксперт независим в выборе методов, средств и методик экспертного исследования, необходимых, с его точки зрения, для изучения данных конкретных объектов экспертизы. Руководитель экспертного учреждения может рекомендовать эксперту воспользоваться тем или иным методом, средством, применить ту или иную методику, однако право выбора остается за экспертом.

Воздействие на эксперта со стороны лиц, участвующих в деле, и иных лиц не допускается. Лица, виновные в оказании воздействия на эксперта, подлежат уголовной ответственности (ст. 302 УК).

Однако на самостоятельность суждений эксперта, на независимость судебной экспертизы влияют многие факторы и одних процессуальных требований явно недостаточно. Государственные судебно-экспертные учреждения зачастую подчиняются тем же органам исполнительной власти, что и следственные аппараты, органы дознания, например, в Министерстве внутренних дел, Федеральной таможенной службе, Федеральной службе безопасности. Такая ситуация, безусловно, отрицательно влияет на независимость как судебного эксперта, так и экспертного учреждения в целом. В реальной жизни существует множество способов оказания давления на эксперта или руководителя судебно-экспертного учреждения. Руководитель экспертного учреждения может, например, по указанию кого-то из вышестоящих начальников передать производство экспертизы другому эксперту, если вывод, сделанный первоначально назначенным экспертом, кого-то не устраивает. По закону первый эксперт может выступить со своим особым мнением, но, будучи сотрудником военизированного подразделения, где его судьба существенным образом зависит от старших начальников, сделает ли он это? Ответ далеко не однозначен!

Напрашивается решение о выделении государственных экспертных учреждений и создании государственной судебно-экспертной службы, не связанной с органами дознания и предварительного расследования. Строго говоря, такая службы давно существует - это судебно-экспертные учреждения Министерства юстиции РФ. Казалось бы, для обеспечения независимости судебной экспертизы все государственные экспертные учреждения следовало бы сосредоточить именно под эгидой Минюста России. Но практика показывает, что во многих случаях оторванность судебно-экспертной службы от органов дознания и следственных аппаратов приносит значительно больше вреда, чем пользы. Теряется оперативность применения специальных знаний, определяющая зачастую весь успех раскрытия и расследования преступления в целом. Да и вообще, строго говоря, возможна ли абсолютная независимость? Ведь реально далеко не всегда могут избежать постороннего влияния даже судьи, на независимость которых прямо указано в Конституции*(80) и в специальном законе*(81), где даются гарантии независимости судьи.

С другой стороны, реальная независимость негосударственных судебно-экспертных учреждений, частных экспертов, несмотря на то, что многие из них именуют себя независимыми, далеко не всегда имеет место. В некоторых случаях экспертный вывод может находиться в прямой зависимости от суммы гонорара за проведенное исследование. Представляется, что некорректно называть судебные экспертизы, производимые в негосударственных экспертных учреждениях, независимыми, а частных экспертов - независимыми экспертами, поскольку отсюда следует, что в государственных экспертных учреждениях выполняют "зависимые" экспертизы.

Как нам представляется, выход не в обеспечении абсолютной независимости эксперта, которая, как и любая абстракция, в условиях реального социума недостижима, хотя к ней, конечно, надо стремиться, а в возможности проведения альтернативных судебных экспертиз, в конкуренции государственных и негосударственных экспертных учреждений.

Независимость судебного эксперта обусловливается, кроме того, одинаковым уровнем требований к профессиональной подготовке государственных и негосударственных экспертов. В ст. 13 ФЗ ГСЭД устанавливается порядок определения уровня профессиональной подготовки экспертов и аттестации их на право самостоятельного производства судебной экспертизы. С этой целью в ряде федеральных органов исполнительной власти созданы и функционируют экспертно-квалификационные комиссии. Причем через каждые пять лет эксперт должен подтверждать уровень своего профессионализма в указанных комиссиях. К сожалению, пока эти комиссии производят аттестацию и выдают квалификационные свидетельства только государственным судебным экспертам данного ведомства. Реальная независимость эксперта возможна только при условии единых квалификационных требований к государственным судебным экспертам всех ведомств, судебным экспертам негосударственных экспертных учреждений и частным экспертам. Это возможно при законодательном закреплении условий осуществления негосударственной судебно-экспертной деятельности, предусматривающем создание независимых вневедомственных экспертно-квалификационных комиссий, единых для государственных и негосударственных судебных экспертов.


^ Права судебного эксперта


Согласно ст. 17 ФЗ ГСЭД эксперт вправе:

1) ходатайствовать перед руководителем соответствующего государственного судебно-экспертного учреждения о привлечении к производству судебной экспертизы других экспертов, если это необходимо для проведения исследований и дачи заключения;

2) делать подлежащие занесению в протокол следственного действия или судебного заседания заявления по поводу неправильного истолкования участниками процесса его заключения или показаний;

3) обжаловать в установленном законом порядке действия органа или лица, назначивших судебную экспертизу, если они нарушают права эксперта.

Необходимость в предоставлении эксперту права ходатайствовать перед руководителем экспертного учреждения о привлечении к производству судебной экспертизы других экспертов обусловлена целым рядом факторов:

а) при производстве многообъектной экспертизы число однородных объектов исследования может быть столь велико, что экспертное исследование невозможно выполнить в установленный срок;

б) еще до начала экспертизы или уже в ходе ее производства выясняется, что необходимо применить методы, которыми сам эксперт не владеет, или использовать приборы и оборудование, отсутствующие в данном экспертном учреждении, т.е. речь идет о комплексном исследовании;

в) в ходе исследования или до его начала эксперт понимает, что часть вопросов может быть решена только при производстве комплексной экспертизы;

г) эксперт решает воспользоваться правом расширить перечень вопросов, имеющих значение для доказывания (законодатель предоставляет это право эксперту в соответствующих статьях процессуальных кодеков*(82)), на которые могут быть даны ответы, но при этом ему может понадобиться помощь других экспертов.

Важность экспертной инициативы в вопросе о привлечении к выполнению судебной экспертизы других экспертов подтверждается ч. 3 ст. 85 ГПК и п. 2 ч. 3 ст. 57 УПК, указывающих, что эксперт имеет право ходатайствовать о привлечении к производству судебной экспертизы других экспертов, но, тем не менее, в АПК и КоАП такая норма отсутствует. Однако следует подчеркнуть, что в тех случаях, когда эксперт не считает себя компетентным разрешать вопросы экспертизы, он должен не ходатайствовать о привлечении дополнительно других экспертов, а вообще отказаться от ее производства.

Поскольку суд, прокурор, следователь, дознаватель, подсудимый, обвиняемый, истец, ответчик, представители сторон и иные участники процесса могут неправильно истолковать заключение эксперта или его показания при допросе, законодатель в ФЗ ГСЭД предоставляет судебному эксперту право делать заявления. Эта норма представляется нам вполне логичной, однако ни в одном из процессуальных кодексов РФ судебный эксперт не наделен таким правом.

Как известно, заявление - это официальное обращение гражданина или нескольких лиц в государственный орган или орган местного самоуправления, администрацию учреждения, организации или к должностному лицу, не связанное, в отличие от жалобы, с нарушением его прав и законных интересов и не содержащее просьбы устранить такое нарушение, а направленное на реализацию прав и интересов заявителя или на устранение тех или иных недостатков в деятельности предприятий, учреждений, организаций. Заявление может быть подано в письменной и устной форме*(83).

Отметим, что свои возражения эксперт может изложить в процессе его допроса следователем и судом (ст. 205, 282 УПК). При этом согласно ч. 6 ст. 166 УПК эксперт имеет право делать подлежащие внесению в протокол следственного действия замечания о его дополнении и уточнении. Все внесенные замечания о дополнении и уточнении протокола должны быть оговорены и удостоверены его подписью. Однако формально, коль скоро уголовно-процессуальным законом эксперту не предоставлено право делать заявления, эти возражения заявлением не являются и могут быть оставлены без рассмотрения. К тому же инициатива в производстве допроса эксперта принадлежит следователю или суду.

С другой стороны, эксперт не вправе изложить свои возражения по поводу неправильного истолкования его заключения или показаний при допросе в виде ходатайства, поскольку, согласно процессуальному законодательству, он может заявлять ходатайства только о предоставлении дополнительных материалов, необходимых для дачи заключения, либо привлечении к производству судебной экспертизы других экспертов. Обжаловать неправильное истолкование заключения эксперт также не может, поскольку его права как эксперта не ограничиваются.

Таким образом, имеет место явная нестыковка законодательных актов. Нормы новых процессуальных кодексов и КоАП косвенно отменяют норму ФЗ ГСЭД. Как нам представляется, следует дополнить перечень прав эксперта, изложенных в процессуальных кодексах и КоАП, нормой, предусматривающей право эксперта делать подлежащие занесению в протокол следственного действия или судебного заседания заявления по поводу неправильного истолкования участниками процесса его заключения или показаний.

Рассмотрим далее иные права, предоставляемые эксперту процессуальным законодательством (ч. 3 ст. 85 ГПК, ч. 3 ст. 55 АПК, ч. 3 ст. 57 УПК, ч. 5 ст. 25.9 КоАП). Во всех этих нормах, как уже упоминалось выше, содержится указание на право эксперта знакомиться с материалами дела, относящимися к предмету судебной экспертизы, и при определенных условиях отказаться от производства экспертизы. Помимо этого судебный эксперт имеет право:

1) ходатайствовать о предоставлении ему дополнительных материалов, необходимых для дачи заключения;

2) участвовать с разрешения дознавателя, следователя, прокурора, должностного лица, лица, председательствующего в заседании коллегиального органа, в производстве которых находится дело об административном правонарушении, и суда в процессуальных действиях и задавать вопросы, относящиеся к предмету судебной экспертизы;

3) давать заключение в пределах своей компетенции, в том числе по вопросам, хотя и не указанным в постановлении (определении) о назначении судебной экспертизы, но имеющим отношение к предмету экспертного исследования;

4) приносить жалобы на действия (бездействие) и решения дознавателя, следователя, прокурора и суда, ограничивающие его права.

Статья 16 ФЗ ГСЭД ограничивает права государственного судебного эксперта, запрещая ему принимать поручения о производстве судебной экспертизы непосредственно от каких-либо органов или лиц, за исключением руководителя государственного судебно-экспертного учреждения. Отсюда следует, что суд, следователь, дознаватель, должностное лицо или орган, рассматривающие дело об административном правонарушении, не могут при назначении экспертизы выбрать эксперта по своему усмотрению, а вправе выбирать только государственное экспертное учреждение. Такое ограничение представляется нам неправомерным, оно может привести к нарушению прав подозреваемого и обвиняемого и противоречит нормам процессуальных кодексов и КоАП.

Ведь, например, согласно п. 3 ч. 1 ст. 198 УПК, при назначении и производстве судебной экспертизы подозреваемый, обвиняемый, его защитник вправе ходатайствовать о привлечении в качестве экспертов указанных ими лиц. Если постановление не может быть вынесено в адрес конкретного лица, решение об удовлетворении ходатайства подозреваемого или обвиняемого фактически принимает руководитель экспертного учреждения, не наделенный законодателем такими полномочиями.

Аналогичные нарушения закона могут возникнуть и при назначении судебных экспертиз по делам об административных правонарушениях. Как следует из ч. 1 ст. 25.9. КоАП, в качестве эксперта может быть привлечено любое не заинтересованное в исходе дела совершеннолетнее лицо, обладающее специальными познаниями в науке, технике, искусстве или ремесле, достаточными для проведения экспертизы и дачи экспертного заключения. Причем, согласно ч. 4 ст. 26.4 КоАП, лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, и потерпевший имеют право просить о привлечении в качестве эксперта указанных ими лиц. Такие же права предоставлены лицам, участвующим в деле, как в гражданском (абз. 2 ч. 2 ст. 79 ГПК), так и в арбитражном (ч. 3 ст. 82 АПК) процессе. Все эти права граждан могут быть нарушены, как представляется, без достаточных оснований.

Вспомним, что по Конституции (ст. 55) в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина. Эти права и свободы могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. В данном случае норма федерального закона ограничивает права граждан явно без соответствующих оснований, поскольку неясно, с чем связан фактический запрет для суда, следователя, дознавателя, органа, рассматривающего дело об административном правонарушении, обратиться с постановлением или определением о назначении судебной экспертизы непосредственно к государственному судебному эксперту.

Другое ограничение прав государственного эксперта связано с лишением его возможности осуществлять судебно-экспертную деятельность в качестве негосударственного эксперта, хотя процессуальные кодексы и КоАП не содержат подобных оснований для отвода эксперта. Это фактически означает для государственного эксперта невозможность работы по совместительству, хотя согласно ст. 98 Трудового кодекса РФ работник имеет право заключить трудовой договор с другим работодателем для работы на условиях внешнего совместительства. Исключения могут устанавливаться только федеральным законом.

Проанализируем, насколько это ограничение обосновано. Как известно, любые запреты затрудняют развитие соответствующей отрасли знаний. Обеспеченность сферы судопроизводства квалифицированными экспертными кадрами в Российской Федерации явно недостаточна. Наиболее благополучно дело обстоит с экспертами так называемых традиционных криминалистических экспертиз, которые ранее и составляли основной контингент сотрудников государственных экспертных учреждений. В последние годы ситуация резко изменилась, все чаще назначаются судебные экспертизы других родов и видов, особенно при производстве по гражданским делам. Однако большинство государственных экспертных учреждений, имея ведомственную принадлежность, в своей деятельности сохраняют ведомственную направленность.

В то же время число экспертов, например, судебно-бухгалтерских, пожарно-технических или автотехнических экспертиз в Российской Федерации невелико, что негативно влияет на возможность их состязательности в суде, создает проблемы при назначении комиссионных, комплексных и повторных экспертиз. Причем, как показывает практика, данный запрет направлен именно против наиболее уважаемых и опытных экспертов, которых обычно приглашают лично, а не как сотрудников экспертного учреждения. Не имея возможности заниматься судебно-экспертной деятельностью в свободное от основной работы время, наиболее опытные кадры просто уходят из государственных экспертных учреждений, где к тому же заработная плата весьма невелика.

Данная норма, введение которой осуществлялось, видимо, с благой целью - закрепить экспертные кадры, способствовать сосредоточению их усилий исключительно на выполнении экспертиз, назначаемых в государственное экспертное учреждение, привела к обратному результату - оттоку наиболее квалифицированных экспертов из государственных экспертных учреждений, снижению качества судебных экспертиз.

Работа в государственных экспертных учреждениях в принципе не является государственной службой, ибо в соответствии с действующим до февраля 2005 г. Федеральным законом "Об основах государственной службы Российской Федерации" государственный судебный эксперт не является государственным служащим. Исключение составляют государственные эксперты, работающие в государственных экспертных учреждениях Министерства обороны и других ведомств, работа в которых соответствующими законами признается особыми видами государственной службы. На этих лиц распространяются ограничения, связанные с государственной службой, а именно заниматься другой оплачиваемой деятельностью, кроме педагогической, научной и иной творческой деятельности (п. 1 ч. 1 ст. 11 названного Закона).

Согласно сменяющему его с 1 февраля 2005 г. Федеральному закону от 27 июля 2004 г. N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" (ч. 2 ст. 14) гражданский служащий вправе с предварительным уведомлением руководителя выполнять иную оплачиваемую работу, если это не влечет за собой конфликт интересов.

Таким образом, сотрудники государственных экспертных учреждений должны иметь все права на совместительство, предоставляемые им Трудовым кодексом РФ (ст. 98).


^ Подготовка судебных экспертов и повышение их квалификации


Профессиональные и квалификационные требования, предъявляемые к судебному эксперту, сформулированы в ст. 13 ФЗ ГСЭД. Законодатель указывает, что должность эксперта в государственных судебно-экспертных учреждениях может занимать гражданин РФ, имеющий высшее профессиональное образование и прошедший последующую подготовку по конкретной экспертной специальности в порядке, установленном нормативными правовыми актами соответствующих федеральных органов исполнительной власти. Должность эксперта в экспертных подразделениях федерального органа исполнительной власти в области внутренних дел может также занимать гражданин РФ, имеющий среднее специальное экспертное образование.

Представляется, что квалификационные требования к негосударственным экспертам, касающиеся их образования и подготовки, должны быть такими же.

В течение многих лет судебных экспертов практически всех родов и видов экспертиз (за исключением специалистов в области судебной медицины и судебной психиатрии, которых выпускают соответствующие кафедры медицинских высших учебных заведений) готовили путем переподготовки лиц, имеющих как естественно-научное, так и юридическое образование. В результате этой переподготовки они получали так называемый допуск - квалификационное свидетельство на право производства экспертиз данного рода (вида).

Для самостоятельной подготовки вновь принятых сотрудников, не имеющих права производства экспертиз, составлялся индивидуальный план, который утверждался руководителем судебно-экспертного учреждения, в соответствии с программой подготовки экспертов данного ведомства. За стажером, не имеющим экспертной подготовки, закреплялся эксперт-наставник из числа наиболее опытных работников. Наставник должен был оказывать вновь поступившему сотруднику методическую помощь в освоении теоретического курса и приобретении практических навыков работы с приборами и оборудованием, контролировать выполнение индивидуального плана подготовки, привлекать обучающегося к производству экспертиз и исследований, участию в следственных действиях в качестве специалиста. Заключение эксперта подписывалось наставником и обучающимся экспертом-стажером.

Необходимость в квалифицированных экспертных кадрах была столь велика, что существовали ускоренные варианты подготовки и переподготовки экспертов-криминалистов в учебных центрах и на курсах, которые организовывались в основном в органах внутренних дел различных уровней, при экспертных подразделениях и высших учебных заведениях МВД России, имеющих материально-техническую базу и штат преподавателей. Еще одна форма подготовки экспертов - это стажировка на факультетах повышения квалификации высших учебных заведений в форме краткосрочного обучения в течение 40 дней для лиц, имеющих высшее образование. Слушатели изучали теоретические вопросы, выполняли восемь контрольных экспертиз, сдавали экзамены и получали право на самостоятельную работу.

До 1996 г. единственным высшим учебным заведением, где осуществлялась подготовка экспертов с высшим образованием, причем только в области традиционных криминалистических экспертиз, являлся Факультет экспертов-криминалистов (ФЭК) Волгоградской академии МВД России (ранее - Высшей следственной школы МВД СССР). Заметим, что выпускники получали диплом о высшем юридическом образовании и свидетельства на право производства криминалистических экспертиз, поэтому естественно, что во главу угла ставили юридическую подготовку, которая, бесспорно, очень важна, и изучение криминалистики, собственных криминалистических методов исследования, поскольку экспертизы традиционно называются криминалистическими. Экспертов со средним специальным образованием готовили школы милиции.

Но в судебной экспертизе, включая и ее традиционные роды: баллистическую, трасологическую и другие, ведущую роль начали играть методы естественно-научного и технического происхождения. Слушателей пытались обучать естественно-научным методам экспертного исследования. Однако вследствие отсутствия у них базовых естественных и технических знаний эта затея была обречена на провал. Подготовленные таким образом специалисты могли только заимствовать из других областей какие-то технические решения, компилировать, но не создавать что-то новое. На начальном этапе становления судебной экспертизы такие работы были необходимы и играли роль проводников новых разрабатываемых "большой" наукой методов и аппаратуры. К сожалению, зачастую они так и не продвинулись дальше простого описания возможностей тех или иных общеэкспертных методов до создания конкретных методик исследования вещественных доказательств. В результате многие эффективные и информативные общеэкспертные методы оставались невостребованными, увеличение технической оснащенности экспертных учреждений не вызывало сколько-нибудь заметного повышения доказательственного значения экспертных выводов.

С другой стороны, физики, химики, биологи, инженеры и другие специалисты с естественно-научным или техническим базовым образованием, которые привлекаются на работу в судебно-экспертные учреждения, не знают даже основ материального и процессуального права, криминалистики и теории судебной экспертизы. Обычно они являются специалистами в очень узких областях, и полученные в вузах знания используются ими только на 20-30%. Стажировки и курсы, с помощью которых их обучали основам процессуального права и криминалистики, не дают необходимых глубоких знаний. Юридические знания и общая правовая культура, насущно необходимые судебным экспертам в повседневной деятельности, приобретаются ими только через несколько лет практической работы. В результате допускаются многочисленные экспертные ошибки и упущения.

Юристы, которые все еще переквалифицируются в судебных экспертов, сталкиваются с еще большими трудностями, поскольку, как мы уже упоминали выше, не имеют базовых знаний для работы с все усложняющейся экспертной техникой.

Безусловно, качество подготовки судебных экспертов путем индивидуальных и групповых стажировок и краткосрочных курсов не может сравниться с систематическим образованием, получаемым в высшем учебном заведении. Еще большие сомнения вызывает качество подготовки экспертов со средним специальным образованием. Практика показывает, что уровень экспертных заключений таких экспертов весьма невысок, они содержат много ошибок. Пока в некоторых судебно-экспертных учреждениях еще работают эксперты со средним специальным образованием, производящие только традиционные криминалистические экспертизы. Однако их подготовка прекращена.

С 1996 г. ФЭК Волгоградской академии и Саратовский юридический институт МВД России, а с 1999 г. и Московский университет МВД России начали готовить судебных экспертов со специализацией эксперт-криминалист.

К настоящему времени завершилась давняя дискуссия о необходимости профильной подготовки судебных экспертов только с высшим образованием. В государственном реестре появилась новая специальность для специалистов с высшим образованием - судебная экспертиза*(84). С 2000 г. действует Государственный образовательный стандарт высшего профессионального образования по специальности 350600 - Судебная экспертиза. Выпускникам вузов по этой специальности с 2003 г. присваивается квалификация - судебный эксперт.

Для координации действий научно-педагогической общественности вузов и представителей учреждений и организаций по обеспечению качества и развития содержания профессионального образования, прогнозирования перспективных направлений и научно-методического обеспечения процесса подготовки специалистов в области судебной экспертизы на базе Саратовского юридического института МВД РФ создано Учебно-методическое объединение образовательных учреждений профессионального образования в области судебной экспертизы Министерства образования и науки РФ.

Сейчас в высших учебных заведениях МВД России, о которых идет речь, готовят в рамках пятилетней формы обучения экспертов "традиционных" криминалистических экспертиз, получающих по окончании вуза диплом о высшем экспертном образовании и допуски на право производства семи родов экспертиз: трасологических, дактилоскопических, баллистических, холодного оружия, портретных, почерковедческих, технико-криминалистических экспертиз документов. Хотя реально выпускник может овладеть производством экспертиз двух, максимум трех, родов.

Единство интегрированной природы всех видов судебных экспертиз и представления об общеэкспертных методах исследования вещественных доказательств позволило создать предпосылки для выработки единого подхода к подготовке судебных экспертов разных специализаций в рамках вузовского образования. С этой целью разработан новый Государственный образовательный стандарт, предусматривающий унифицированный подход к изучаемым общепрофессиональным дисциплинам, дифференцированное определение дисциплин специализации в зависимости от родов судебных экспертиз.

Практическая реализация данной концепции подготовки судебных экспертов в области судебных инженерно-технических экспертиз (пожарно-технической, автотехнической и взрыво-технической) реализована в Московском государственном техническом университете (МГТУ) им. Н.Э. Баумана. Университет обладает уникальной технической базой и имеет также юридический центр, где дается как первоначальное, так и второе юридическое образование. В 2003 г. в МГТУ осуществлен первый выпуск судебных экспертов инженерно-технических экспертиз с высшим образованием, в 2004 г. - выпуск судебных экспертов в области компьютерно-технической экспертизы.

Лицензии на право обучения производству судебных экспертиз получены Волгоградским государственным университетом (судебные экспертизы веществ и материалов), Московской государственной юридической академией (судебно-экономические экспертизы) и некоторыми другими вузами. Однако потребность в судебных экспертах столь высока, что еще долгое время, очевидно, будет осуществляться и обучение экспертов путем переподготовки иных специалистов.

Но высшее судебно-экспертное образование - это условие необходимое, но недостаточное для подтверждения экспертной квалификации. Согласно ч. 2 ст. 13 ФЗ ГСЭД для государственных судебных экспертов определение уровня профессиональной подготовки и аттестация на право самостоятельного производства судебной экспертизы осуществляются экспертно-квалификационными комиссиями в порядке, установленном нормативными правовыми актами соответствующих федеральных органов исполнительной власти. Причем уровень профессиональной подготовки экспертов подлежит пересмотру указанными комиссиями каждые пять лет.

Приказом Министерства юстиции РФ утверждено специальное положение об аттестации работников судебно-экспертных учреждений Минюста России на право самостоятельного производства судебной экспертизы*(85). Положение устанавливает порядок аттестации работников на право самостоятельного производства судебной экспертизы в судебно-экспертных учреждениях (СЭУ) Минюста России с целью определения их уровня профессиональной подготовленности для производства судебных экспертиз. Для аттестации работников на право самостоятельного производства судебной экспертизы и его продления образуются Центральная экспертно-квалификационная комиссия в Российском федеральном центре судебных экспертиз (РФЦСЭ) и Зональные экспертно-квалификационные комиссии в региональных центрах судебной экспертизы (РЦСЭ) и центральных лабораториях судебной экспертизы (ЦЛСЭ).

В соответствии с Положением право самостоятельного производства судебной экспертизы в СЭУ Министерства юстиции РФ присваивается работникам судебно-экспертных учреждений, имеющим высшее профессиональное образование, прошедшим подготовку по конкретной экспертной специальности в одном из СЭУ Министерства юстиции РФ и обладающим специальными знаниями, необходимыми для производства конкретных родов (видов) судебных экспертиз. Судебный эксперт должен знать действующее законодательство по вопросам судебной экспертизы, ведомственные нормативные акты, регулирующие экспертную деятельность, теоретические основы судебной экспертизы в целом и конкретного ее рода (вида), современные методы и методики производства экспертиз по своей экспертной специальности и владеть ими. Право самостоятельного производства судебной экспертизы в СЭУ Минюста России присваивается сроком на пять лет. Через каждые пять лет экспертно-квалификационной комиссией рассматривается вопрос о его продлении.

Центральная экспертно-квалификационная комиссия присваивает и продлевает право самостоятельного производства судебной экспертизы:

1) работникам РФЦСЭ;

2) начальникам РЦСЭ, ЦЛСЭ и ЛСЭ;

3) заместителям начальников и руководителям структурных подразделений РЦСЭ, ЦЛСЭ;

4) работникам экспертных учреждений, прошедшим обучение в РФЦСЭ;

5) работникам СЭУ, если соответствующая Зональная экспертно-квалификационная комиссия по тем или иным причинам не может присвоить или продлить право самостоятельного производства судебной экспертизы по конкретной специальности.

Зональная экспертно-квалификационная комиссия присваивает и продлевает право самостоятельного производства судебной экспертизы:

1) работникам РЦСЭ, ЦЛСЭ;

2) заместителям начальников, руководителям структурных подразделений и иногородних отделов (групп), работникам зональных лабораторий судебной экспертизы;

3) работникам экспертных учреждений, прошедшим обучение в РЦСЭ, ЦЛСЭ;

4) работникам экспертных учреждений, если экспертно-квалификационная комиссия РФЦСЭ либо соответствующих РЦСЭ, ЦЛСЭ по тем или иным причинам не может присвоить право самостоятельного производства судебной экспертизы по конкретной специальности.

В РФЦСЭ, РЦСЭ, ЦЛСЭ создается по одной экспертно-квалификационной комиссии, в которой образуются секции по отдельным родам (видам) судебных экспертиз либо конкретным экспертным направлениям. Структура и персональный состав экспертно-квалификационной комиссии с распределением обязанностей утверждается Министерством юстиции РФ по представлению руководителя соответствующего СЭУ. В состав экспертно-квалификационной комиссии входят: руководитель СЭУ - председатель комиссии, заместитель руководителя - заместитель председателя комиссии, секретарь комиссии, руководители экспертных подразделений, наиболее опытные эксперты по конкретному роду (виду) судебной экспертизы или экспертному направлению. В комиссии должно быть не менее двух человек, обладающих познаниями в области той экспертной специальности, по которой присваивается право самостоятельного производства судебной экспертизы. В состав комиссии могут быть включены представители экспертных служб иных министерств и ведомств, научных учреждений и высших учебных заведений.

В представлении на работника СЭУ, направляемого на аттестацию на право самостоятельного производства судебной экспертизы, подписанном руководителем соответствующего СЭУ (структурного подразделения) с проставлением даты, указываются фамилия, имя, отчество, год рождения, образование, специальность по образованию, стаж работы в экспертном учреждении, занимаемая должность, полученная экспертная подготовка аттестуемого работника, а также дается оценка его деятельности как специалиста в соответствующей области судебной экспертизы. К представлению прилагается не менее пяти наблюдательных производств по экспертизам, выполненным сотрудником совместно с экспертом-наставником либо под его контролем.

Материалы, представленные для аттестации на право самостоятельного производства судебной экспертизы, рассматриваются экспертно-квалификационной комиссией в месячный срок. Работник, в отношении которого рассматривается вопрос аттестации на право самостоятельного производства судебной экспертизы, приглашается на заседание комиссии. Вопрос о продлении судебному эксперту права самостоятельного производства судебной экспертизы при наличии положительных рецензий на экспертные заключения (не менее пяти) может быть рассмотрен комиссией заочно.

В процессе заседания комиссия изучает представленные на ее рассмотрение материалы, предлагает претенденту ответить на вопросы по конкретной экспертной специальности, теоретическим основам судебной экспертизы, нормам процессуального законодательства и ведомственным нормативным актам, регулирующим экспертную деятельность, после чего дает оценку уровню его специальных познаний. Решение принимается комиссией в отсутствии претендента на основе коллективного обсуждения открытым голосованием большинством голосов. Отрицательное решение экспертно-квалификационной комиссии должно быть мотивированным, причем вопрос о присвоении права самостоятельного производства судебной экспертизы данному работнику вновь может быть рассмотрен не ранее чем через шесть месяцев в общем порядке.

О ходе заседания экспертно-аттестационной комиссии ведется протокол, который подписывается председателем и секретарем. На каждого работника, который прошел аттестацию на право самостоятельного производства судебной экспертизы, заполняется Карточка судебного эксперта в двух экземплярах. Один экземпляр карточки помещается в картотеку комиссии, второй - направляется в Отдел экспертных учреждений Минюста России для централизованного учета. В соответствии с решением экспертно-квалификационной комиссии работнику выдается Свидетельство об аттестации на право самостоятельного производства судебной экспертизы, которое подписывается председателем и секретарем комиссии и заверяется печатью выдавшего свидетельство судебно-экспертного учреждения.

Судебному эксперту, прошедшему аттестацию на право самостоятельного производства судебной экспертизы по определенной экспертной специальности и получившему подготовку по другой (другим) экспертной специальности, решением соответствующей экспертно-квалификационной комиссии присваивается право самостоятельного производства судебной экспертизы по дополнительной экспертной специальности (нескольким специальностям одновременно).

Вопрос о внеочередной аттестации работника судебно-экспертного учреждения на право самостоятельного производства судебной экспертизы рассматривается Центральной или Зональной экспертно-квалификационной комиссией, проводившей предыдущую аттестацию работника, по мотивированному представлению руководителя СЭУ, в случае нарушений аттестованным работником требований и норм действующего законодательства и ведомственных нормативных правовых актов, регулирующих экспертную деятельность, могущих повлечь за собой нанесение ущерба правам и законным интересам граждан. К представлению руководителя СЭУ должны быть приложены пять наблюдательных производств по экспертизам и другие документы, подтверждающие наличие оснований для постановки вопроса о внеочередной аттестации работника.

Не будучи продленным или по результатам досрочной аттестации, свидетельство о присвоении права самостоятельного производства судебной экспертизы утрачивает силу и подлежит возврату в экспертно-квалификационную комиссию.

Решение Зональной экспертно-квалификационной комиссии может быть обжаловано работником СЭУ в Центральную экспертно-квалификационную комиссию. Центральная экспертно-квалификационная комиссия при рассмотрении жалобы истребует из Зональной экспертно-квалификационной комиссии все необходимые материалы, а из судебно-экспертного учреждения - не менее пяти наблюдательных производств по экспертизам, выполненным данным работником, и организует их рецензирование. На заседание приглашается работник СЭУ, подавший жалобу. В случае отказа последнего прибыть на заседание комиссии без уважительной причины вопрос может быть рассмотрен в его отсутствие. При наличии всех необходимых материалов жалоба должна быть рассмотрена в месячный срок. Решение комиссии вручается (направляется) лицу, подавшему жалобу. Решение Центральной экспертно-квалификационной комиссии может быть обжаловано в суд.

Рассмотрим далее, как регламентированы вопросы экспертной аттестации в нормативных актах МВД России.

Приказом МВД России от 31 марта 1997 г. N 190 "О реорганизации Экспертно-квалификационной комиссии МВД России" в целях улучшения системы профессиональной подготовки, переподготовки, повышения квалификации экспертных кадров и совершенствования порядка выдачи свидетельств на право производства экспертиз Экспертно-квалификационная комиссия МВД России, образованная в соответствии с приказом МВД России от 24 декабря 1992 г. N 474, преобразована в Центральную экспертно-квалификационную комиссию МВД России. Этим же приказом предписано реорганизовать и привести в соответствие с утвержденным приказом положением "О Центральной экспертно-квалификационной комиссии МВД России" региональные экспертно-квалификационные комиссии.

В положении указывается, что Центральная экспертно-квалификационная комиссия является головным органом МВД России по вопросам предоставления прав производства экспертиз в системе, осуществляющей профессиональную подготовку, переподготовку и повышение квалификации экспертных кадров в рамках экспертно-криминалистической деятельности МВД. Комиссия создается при Экспертно-криминалистическом центре (ЭКЦ) МВД России, реорганизуется и упраздняется министром внутренних дел РФ. Председателем Центральной комиссии является начальник ЭКЦ МВД России. Кроме него в состав комиссии входят: первый заместитель начальника ЭКЦ МВД России, начальник организационно-методического управления, начальник научно-исследовательской лаборатории ЭКЦ МВД России и начальники отделов ЭКЦ МВД России, в которых производятся те или иные виды судебных экспертиз. Основными задачами комиссии являются:

1) решение вопросов о предоставлении или лишении экспертов органов внутренних дел РФ прав на производство ими судебных экспертиз;

2) координация и контроль деятельности экспертно-квалификационных комиссий МВД, ГУВД, УВД субъектов РФ, УВДТ, УВД (ОВД), Управления режимных объектов МВД России, оказание им практической и методической помощи;

3) анализ и обобщение состояния использования современных научно обоснованных методик исследования вещественных доказательств в практике производства экспертиз и исследований, внедренных в работу экспертно-криминалистических подразделений.

Центральная комиссия предоставляет (отказывает в предоставлении) право на производство экспертиз сотрудникам экспертно-криминалистических подразделений (ЭКП), в том числе работающим пенсионерам, и выдает свидетельство, удостоверяющее их право заниматься производством экспертиз в период работы в экспертно-криминалистическом подразделении. Причем, если сотрудник ЭКП переводится в другие службы органов внутренних дел, министерства и иные федеральные органы исполнительной власти РФ, не имеющие структур, связанных с экспертной деятельностью, а также при увольнении из органов внутренних дел или лишении права производства экспертиз, свидетельство подлежит изъятию и дальнейшему хранению в его личном деле. В полномочия Центральной комиссии входит также восстановление права производства экспертиз сотрудникам экспертно-криминалистических подразделений, имеющим перерыв в экспертной работе менее пяти лет.

Центральная комиссия создает и упраздняет региональные комиссии, для которых ее решения обязательны, она вправе отменить решения региональных комиссий при наличии для этого достаточных оснований.

При аттестации судебного эксперта на право производства экспертиз в Центральную (региональную) экспертно-квалификационную комиссию МВД России направляются следующие материалы:

1) ходатайство руководства ЭКП;

2) сведения о данном сотруднике ЭКП;

3) заключение о прохождении стажировки претендента на право производства экспертиз;

4) протокол заседания экзаменационной комиссии МВД России, ГУВД, УВД субъектов РФ, УВДТ, УВД (ОВД), Управления режимных объектов МВД России;

5) копии не менее пяти заключений с фототаблицами по каждому виду судебных экспертиз, на получение права производства которых претендует сотрудник;

6) ранее выданное свидетельство на право производства экспертиз (если таковое имеется).

При рассмотрении вопроса о предоставлении права производства экспертиз учитывается стаж работы в должности эксперта, наличие специального образования, навыки владения методиками данного вида экспертизы и умение использовать соответствующие технические средства, приборы и оборудование. Принимается во внимание качество экспертного заключения (полнота, последовательность, грамотность, качество иллюстративных материалов).

Положением "О свидетельстве на право производства экспертиз сотрудниками экспертно-криминалистических подразделений органов внутренних дел Российской Федерации", утвержденным уже упомянутым приказом МВД РФ от 31 марта 1997 г. N 190, определен статус этого документа. По положению свидетельство является именным документом, удостоверяющим право на производство криминалистических экспертиз, имеет единую для всех ЭКП МВД России форму и реквизиты. Оно выдается не только экспертам органов внутренних дел РФ, но и работающим в качестве экспертов пенсионерам; экспертам иных федеральных органов исполнительной власти, в структуре которых имеются экспертные (научно-технические) подразделения, например экспертам Федеральной таможенной службы. Свидетельство может выдаваться экспертам правоохранительных органов государств СНГ в соответствии с предусматривающими это международными договорами.

Как нам представляется, данное положение должно быть скорректировано, поскольку в нем недостаточно отражены вопросы получения экспертами высшего специального образования, а также соотношения свидетельства на право производства экспертиз и диплома о высшем образовании по специальности "судебная экспертиза". В настоящее время основным документом, подтверждающим квалификацию эксперта, является ведомственное свидетельство. Изъятие его по всем основаниям, кроме лишения лица права производства экспертиз вследствие профессиональной непригодности, фактически означает запрет на профессию и противоречит ст. 37 Конституции РФ.

Кроме того, такое изъятие создает предпосылки возможного давления на государственного судебного эксперта, желающего, например, уйти на пенсию и продолжить работу не в ЭКП ОВД, а в качестве частного эксперта или сотрудника негосударственного экспертного учреждения. Заметим, что пенсионерам, работающим в государственных экспертных учреждениях даже других ведомств, свидетельство оставляют, т.е. они имеют преимущество.

Однако если рассматривать вопрос с другой стороны, очевидно, что, поскольку свидетельство является ведомственным, у ведомства существует право выдавать его только своим сотрудникам (приравненным к ним лицам) и отзывать в соответствии с действующими ведомственными нормативными актами.

Сложности возникают и при переходе судебного эксперта из государственного экспертного учреждения одного ведомства в другое, поскольку в этом случае формально эксперт должен пройти аттестацию по новому месту работы, несмотря на предыдущий опыт и большой стаж экспертной работы.

Система экспертной аттестации кандидатов в эксперты в экспертно-криминалистических службах таможенных органов очень похожа на систему аттестации в ЭКП органов внутренних дел*(86) и направлена на:

а) выполнение единообразных требований ко всем экспертам, производящим экспертизы в таможенных целях;

б) обеспечение доверия к деятельности экспертов на основе подтверждения и официального признания уровня их компетентности самостоятельно выполнять экспертизы в определенной области аттестации;

в) создание условий для взаимного признания результатов экспертной деятельности аттестованных экспертов, а также для взаимного признания дипломов и свидетельств по аттестации экспертов в одной области экспертизы различных федеральных органов исполнительной власти.

Для осуществления аттестации экспертов создаются Главная экспертная комиссия в управлении и экспертные комиссии в службах.

1. Аттестация экспертов включает:

1) подготовку кандидата в эксперты;

2) аттестацию и переаттестацию кандидата в эксперты в соответствии с требованиями, предъявляемыми настоящим Положением;

3) выдачу экспертного свидетельства на право самостоятельного производства экспертиз по направлениям деятельности.

2. Эксперт, проводящий исследования в таможенных целях, должен:

1) обладать знаниями и опытом работы в одной или нескольких областях судебной экспертизы, а также личными качествами, обеспечивающими способность выполнять возложенные на него задачи;

2) иметь высшее профессиональное образование по профилю экспертной деятельности;

3) иметь стаж практической работы в соответствующей области знания не менее трех лет или в управлении (службе) не менее трех месяцев и пройти испытательный срок службы в таможенных органах;

4) знать предъявляемые к нему квалификационные требования, уметь провести анализ документов, представленных таможенным органом или заявителем, и принять по ним решение;

5) исследовать товар (объект) по методикам, аттестованным и утвержденным в соответствии с установленным порядком;

6) отобрать образцы (пробы) для исследования на основании знания правил отбора образцов (проб) и выполнения методик отбора, аттестованных и утвержденных в соответствии с установленным порядком;

7) оформить соответствующие документы по результатам исследований;

8) разрабатывать при необходимости методики исследования товаров (объектов) на основе общих требований к таким методикам, установленным стандартами ГОСТ Р, ISO, ASTM;

9) обеспечивать объективность, всесторонность и полноту исследований, а также достоверность результатов своей деятельности;

10) обеспечивать конфиденциальность полученной в результате исследований информации;

11) докладывать своему непосредственному начальнику о недопустимых случаях воздействия каких-либо лиц на эксперта, поскольку не допускается воздействие на эксперта каких-либо лиц и организаций в целях получения заключения в пользу какого-либо из участников процесса или в интересах других лиц;

12) соблюдать во всех случаях этические нормы, быть доброжелательным и уравновешенным.

3. Специальная подготовка кандидатов в эксперты, в том числе стажировка, осуществляется в организациях по профилю специализации эксперта, в том числе Минюст России, МВД России и ФТС России. В процессе подготовки кандидата в эксперты он должен принимать участие в выполнении всех работ, предусмотренных процедурами экспертно-исследовательской деятельности.

4. Для проведения аттестации экспертов в службах создаются приказами начальников региональных таможенных управлений экспертные комиссии. Кандидат в эксперты представляет в экспертную комиссию следующие документы:

1) представление начальника службы и выписку из протокола заседания экспертной комиссии;

2) приложение к представлению, состоящее из списка проведенных за период подготовки экспертно-исследовательских работ (не менее 20), копий экспертных заключений и актов экспертизы (исследования), выполненных кандидатом в эксперты совместно с наставником либо под его контролем по назначению таможенного органа, отзывов наставников на экспертные заключения кандидата в эксперты и копий наблюдательных производств по экспертизам, выполненных наставником (если таковые назначались);

3) сводную справку кандидата в эксперты (приложение 11).

5. Аттестация экспертов предусматривает следующие этапы:

1) проверка секретарем комиссии представленных документов на комплектность;

2) анализ экспертной комиссией представленных сведений на достоверность и соответствие установленным требованиям;

3) проведение собеседования с кандидатом в эксперты (при необходимости).

6. Материалы, представленные для аттестации экспертов, комиссия рассматривает в месячный срок. Вопрос о присвоении или продлении должностному лицу или работнику управления или службы права самостоятельного производства экспертиз при наличии положительных отзывов на экспертные заключения комиссия может рассмотреть заочно. При положительном решении Главной экспертной комиссии эксперту выдается экспертное свидетельство установленного образца (приложение 11) сроком на пять лет. По истечении срока действия экспертного свидетельства эксперт проходит переаттестацию в соответствии с установленным порядком.

7. Досрочная переаттестация эксперта проводится, если:

1) экспертные работы не осуществлялись им в течение года;

2) в экспертную комиссию поступило заявление об отрицательной характеристике деятельности эксперта или нарушении правил производства экспертиз от непосредственного начальника или таможенного органа;

3) экспертом в соответствии с выполняемыми им должностными обязанностями совершено правонарушение, ответственность за которое предусмотрена законодательством РФ.

При наличии заявления эксперта о расширении области производства экспертиз проводится аттестация с целью получения нового экспертного свидетельства.

Другим документом, подтверждающим квалификацию эксперта, является диплом о высшем экспертном образовании. Этот документ, даже если он получен в ведомственном высшем учебном заведении, например, МВД России, согласно п. 4 ст. 7 Федерального закона от 22 августа 1996 г. N 125-ФЗ "О высшем и послевузовском профессиональном образовании", может быть отозван государственным органом управления образованием, утвердившим председателя государственной аттестационной комиссии, только в случае, если по вине обучающегося нарушен установленный порядок выдачи документов государственного образца о высшем профессиональном образовании. Следовательно, диплом эксперта остается в его распоряжении независимо от места работы или службы. Однако дипломированные судебные эксперты все равно обязаны пройти аттестацию и получить свидетельство на право производства экспертиз. В их распоряжении, таким образом, оказывается сразу два документа, соотношение которых не урегулированы нормативными актами. При оценке экспертного заключения все это неизбежно создает трудности и противоречия.

Сама аттестация судебных экспертов, вне всякого сомнения, необходима, но ее порядок, по нашему мнению, должен быть пересмотрен. Представляется, что решением вопроса было бы создание независимых вневедомственных экспертно-квалификационных комиссий, единых для государственных и негосударственных судебных экспертов, которые каждые пять лет подтверждали (либо не подтверждали) бы квалификацию эксперта. При поступлении на работу (службу) в государственное экспертное учреждение дипломированный эксперт должен был бы предъявить заключение такой комиссии. Окончившие вузы по специальности "судебная экспертиза", прежде чем быть допущенными к самостоятельной экспертной деятельности, должны получить в этой комиссии подтверждение своей квалификации с выдачей свидетельства.

В перспективе, по мере подготовки судебных экспертов с высшим экспертным образованием, свидетельства на право производства экспертиз должны постепенно заменяться дипломами о высшем образовании, как это имеет место по всем остальным специальностям. На переходный период, по нашему мнению, эти свидетельства не могут иметь чисто ведомственной принадлежности. Решение вопроса о возможности сотрудника занимать в государственном экспертном учреждении экспертную должность (эксперт, старший эксперт, главный эксперт) должно приниматься по результатам очередной служебной аттестации или при замещении должности по конкурсу.

Аттестация для сотрудников государственных судебно-экспертных учреждений может рассматриваться и в другом аспекте. Как уже упоминалось выше, большинство государственных судебных экспертов являются сотрудниками органов, на которые распространяются специальные законы и положения о службе. Эти государственные эксперты проходят еще и аттестацию согласно нормативным актам соответствующих ведомств.

Государственные судебные эксперты МВД России являются сотрудниками милиции, и их служебная деятельность регламентируется Законом РФ от 18 апреля 1991 г. N 1026-1 "О милиции" и положением "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации"*(87). В соответствии с этими нормативными актами эксперты - сотрудники милиции, помимо экспертной подготовки должны пройти профессиональную подготовку и поддерживать ее на необходимом уровне. Согласно ст. 7 Положения эта подготовка, помимо обучения в учебных заведениях, включает специальное первоначальное обучение, периодическую проверку на пригодность к действиям в условиях, связанных с применением физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия, повышение квалификации и переподготовку. В целях определения служебного соответствия сотрудника органов внутренних дел предъявляемым требованиям проводится его аттестация (ст. 17 Положения). Судебный эксперт, заключивший контракт о службе в органах внутренних дел на определенный срок, проходит аттестацию при его продлении, а сотрудник, заключивший контракт на неопределенный срок, - каждые пять лет службы. Кроме того, аттестация осуществляется при представлении к назначению на вышестоящую должность, при перемещении на нижестоящую должность или в другую службу (подразделение) органов внутренних дел.

Государственные судебные эксперты Центра судебно-медицинских и криминалистических экспертиз и судебно-медицинских лабораторий Минобороны России являются лицами среднего и старшего начальствующего состава Российской армии, поэтому их аттестация как военнослужащих производится согласно положению "О порядке прохождения военной службы*(88). Аттестация судебного эксперта как военнослужащего, порядок которой регламентируется ст. 26 Положения, производится в целях определения его соответствия занимаемой воинской должности и перспектив дальнейшего служебного использования. Эксперты - военнослужащие, проходящие военную службу по контракту, аттестуются не менее чем за четыре месяца до истечения срока военной службы, но не реже чем через каждые пять лет прохождения военной службы, а также по окончании военно-учебного заведения, адъюнктуры, военной докторантуры. В случае необходимости руководитель федерального органа исполнительной власти, в котором предусмотрена военная служба, вправе назначить время и порядок проведения аттестации всех военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, или отдельных их категорий.

Для проведения аттестации, а также решения иных вопросов прохождения военной службы в воинских частях создаются аттестационные комиссии, подотчетные командиру воинской части, в которой она создана. В Министерстве обороны РФ (федеральном органе исполнительной власти, в котором предусмотрена военная служба) создается центральная аттестационная комиссия (ст. 27 Положения).

Судебные эксперты - сотрудники экспертно-криминалистических служб ФТС являются должностными лицами таможенных органов, поскольку занимают в них должности, которым присвоены специальные звания. Как и другие сотрудники таможенных органов, судебные эксперты проходят специальную аттестацию*(89) для решения вопросов о соответствии сотрудника таможенного органа занимаемой должности. Аттестация проводится не чаще одного раза в два года, но не реже одного раза в четыре года. Досрочная аттестация сотрудника таможенного органа может быть проведена по согласованию с начальником вышестоящего таможенного органа. Параллельно каждые пять лет должна производиться аттестация экспертов экспертно-криминалистических служб таможенных органов в целях организации их допуска к самостоятельной экспертной деятельности*(90). Аналогично решается вопрос с аттестацией в экспертных подразделениях ФСБ России.

Отсюда можно сделать заключение, что эксперты государственных судебно-экспертных учреждений, имеющие специальные звания, а таких большинство, в разные сроки проходят две аттестации, причем требования этих аттестаций часто не совпадают. Более того, опытный судебный эксперт, овладевший многими методиками исследования вещественных доказательств, может иметь не очень крепкое здоровье, плохо выполнять нормативы по стрельбе или физической подготовке. Если бы этот эксперт работал в государственном судебно-экспертном учреждении Минюста России или Росздрава, указанные недостатки не имели бы никакого значения и не мешали бы его служебной карьере. Таким образом, нарушается декларируемый ФЗ ГСЭД принцип об одинаковых требованиях ко всем государственным судебным экспертам, независимо от их ведомственной принадлежности.






оставить комментарий
страница3/24
Дата13.03.2012
Размер7.85 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24
хорошо
  2
отлично
  12
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх