Учебно-методический комплекс форма обучения очно-заочная и заочная Специальность 030501 «Юриспруденция» Направление 030500. 62 «Юриспруденция» icon

Учебно-методический комплекс форма обучения очно-заочная и заочная Специальность 030501 «Юриспруденция» Направление 030500. 62 «Юриспруденция»


1 чел. помогло.
Смотрите также:
Учебно-методический комплекс форма обучения очно-заочная Специальность 030501 «Юриспруденция»...
Учебно-методический комплекс форма обучения очно-заочная и заочная Специальность 030501...
Учебно-методический комплекс по дисциплине опд. Ф...
Учебно-методический комплекс заочная форма обучения (специальность 030501...
Учебно-методический комплекс...
Учебно-методический комплекс по дисциплине опд. В...
Учебно-методический комплекс заочная форма обучения (специальность 030501...
Учебно-методический комплекс дисциплины введение в специальность (код и название дисциплины по...
Учебно-методический комплекс заочная форма обучения (специальность 030501...
Учебно-методический комплекс дисциплины теория экономических информационных систем...
Учебно-методический комплекс дисциплины практикум по экономическим пакетам прикладных программ...
Учебно-методический комплекс по дисциплине опд. Ф...



Загрузка...
страницы: 1   2   3   4   5   6   7
вернуться в начало
скачать
3. Башкортостан в составе монгольских государств.

XIII век знаменуется завоевательными походами монгол. По мнению Л.Н. Гумилева, «монголо-башкирская война тянулась 14 лет... Башкиры неоднократно выигрывали сражения и, наконец, заключили договор о дружбе и союзе, после чего мон­голы объединились с башкирами для дальнейших завоеваний»47. Анализ источников позволяет сделать вывод, что отношение башкир к монголам было различным. Западная группа башкир, входящая в состав Волжской Булгарии, упорно сопротивлялась, но с падением Биляра и других городов вынуждена была признать свою зависимость. Основная же часть башкир, входящая в состав родоплеменной федерации, возглавляемой Муйтен бием, добровольно вошла в состав Монгольского государства.48 Согласно грамоте Чингисхана Муйтен бий и его потомки получили право на терри­торию, которая в целом повторяла границы исторического Башкортостана.49

Главную опору государства Муйтен бия составляли родоплеменные организации Бурзян, Кипчак, Тунгаур (Усерган) и Тамъян..50 Состав данных доминирующих родоплеменных организаций позволяет сделать вывод, что Муйтен бий возглавлял ту же организацию, которую в более ранний период (предположительно в IX - XI веках)51 возглавлял Масем хан.52 Следует отметить, что родоплеменная федерация юго-восточных башкир в том же составе существовала вплоть до вхождения в состав Московского государства и на переговорах была представлена единым посольством.53 Таким образом, именно о данной организации можно судить как о национальном государстве башкир, память о которой сохранилась в форме легенд о «Bashkort il'e» (Держава башкир), ядром которой была федерация семи племен (ете ырыу)54. Наивысшего расцвета оно достигло в период до вхождения в состав Монгольского государства, то есть в правление Муйтен бия.

После образования Золотой Орды (ХIII-ХIV вв.) башкиры сохранили политическую автономию. Имена башкирских ханов зафиксированы в текстах надгробий XIV века. В них например, упомянуты Байджура-хан в районе устья р. Караидель, Тугаш-хан на р. Ик и другие55.

В первой половине ХIV века хан Узбек принимает ислам, что определяет культурную идентичность населения государства. Ислам распространяется и в Башкортостане, хотя первоначальное знакомство с ним у башкир состоялось еще в X веке. В середине же столетия произошла гражданская война – «Великая замятня», что привело к дезинтеграции державы. В конце XIV века происходит война среднеазиатского эмира Тимура с золотоордынским ханом Тохтамышем, и территория Башкортостана становится ареной военных действий. В 1391 г., опустошая все на своем пути, здесь прошли обе враждебные армии, и 18 июня 1391 г. в западной части Башкортостана, в местно­сти Кундурча, разыгралось крупное сражение, закончившееся поражением Тохтамыша. По всей видимости, именно с данными событиями связано разрушение средневековых городов башкир, известных еще с IX века.56

После распада Золотой Орды башкирские бии, тарханы находились в сложной вассальной зависимости от сюзеренов Казанского, Сибирского ханств и Ногайской Орды. Анализ источников позволяет сделать вывод о том, что, находясь в вассальных отношениях со своими сюзеренами, башкирские бии – тарханы в качестве глав родоплеменных организаций обладали относи­тельным суверенитетом. Они собирали налоги для своих сюзеренов, в не­обходимых случаях со своими дружинами поддерживали их военные походы и активно участвовали в политической жизни государств, в которые входили, поддерживали тех или иных ханов (например, башкирский бий Кара-Килембет, являлся главой правительства в Казанском ханстве конца XV века, при ханах - марионетках)57; наиболее боеспособную часть орд многих ханов (в частности сибирских) составляли башкирские воины. Таким образом, существовавшие отношения нельзя реконструировать в рамках примитивной схемы угнетения-подчинения. Ни Казанское, ни Сибирское ханства, ни Ногайская Орда не смогли создать целостную администрацию своих опорных пунк­тов. В целом башкиры находились под юрисдикцией своих племенных лидеров и, тем не менее, вели борьбу за свою полную независимость.

Эта борьба стала одним из важных факторов создания государственных организаций, которые можно рассматривать как конфедерации или государства - родоплеменные федерации. По имеющимся источникам, наиболее устойчивым из всех государственных организаций башкирского народа оказалось Табынское ханство, а также вышеупомянутая федерация юго-восточных башкир. Табынское ханство также сохранилось бла­годаря признанию вассальной зависимости от монголо-татар; в XIV в. в его состав входили 17 родоплеменных организаций.

К моменту вхождения в состав Московского государства Башкортостан не представлял со­бой единого политического целого. Об этом свидетельствует также добровольное и поэтапное принятие башкирскими племенами рус­ского подданства в 1555-1557 годах.


4. Башкортостан в составе Московского государства.

Вопрос о вхождении Башкортостана в состав Русского государства в

исторической науке является дискуссионным. Нет единого мнения о характере и датировке вхождения. Одни исследователи считают, что вхождение было добровольным, другие, напротив, утверждают, что Башкортостан был завоеван царизмом, и что этот процесс затянулся на многие годы.

Составлению объективной картины вхождения затрудняет определенный евроцентризм исследователей. Он выражается в трактовке исторических событий только с точки зрения Русского государства.

По мнению русских, восстание со стороны тех, кто уже однажды принес присягу верности, было свидетельством измены. Для башкир же восстание являлось их неотъемлемым правом. В 1557 году некоторые предводители добровольно приняли русское подданство. Они полагали, что были так же вольны расторгнуть это воссоединение, что было обычным для кочевых народов региона.

Вопрос о характере вхождения Башкортостана в состав Московского государства необходимо рассматривать с двух точек зрения: Московского правительства и башкир.

Концепция насильственного присоединения - завоевания Башкортостана Русским государством наиболее полно разработана Алтоном С. Доннелли в его труде «The Russian Conquest of Bashkiria 1552-1740. A Case Study in Imperialism by Alton S. Donnelly»58. В концепции завоевания основной упор делается на фактическую сторону действий русского правительства по отношению к башкирам и башкирскому краю. Формально-юридическое признание башкирами сюзеренитета Москвы не отрицается,59 но оно считается лишь первой фазой русского завоевания и аннексии края. Исследователь считает, что лишь с установлением полного административного контроля завершается процесс вхождения башкир в состав Русского государства. Период же 1552-1740 годов представляется как череда пограничных войн направленных на завоевание края.

Несомненно, положительной стороной его труда является констатация вышеуказанного различия государственно-правовых взглядов башкир и Московского правительства. Однако анализ исторических событий показывает, что вплоть до восшествия на престол Петра I Россия была восточно-ориентированной державой, и без сомнения была знакома с правовой системой обществ региона. Поэтому, следует считать, что башкирские и русские дипломаты, обговаривая условия вхождения башкирских племен в состав Московского государства, говорили на одном юридическом языке. В пользу данного утверждения свидетельствует и тот факт, что ряд войн-восстаний (например, 1661-1664, 1681-1684 годов) заканчивались не насильственным подавлением, а переговорами в ходе которых, центральное правительство, подтверждало условия вхождения башкирских племен в состав Московского государства, тем самым, признавая неправомерность своих действий. И все же, восточно-деспотическому государству, каковым являлось Московское царство, а затем и Российская империя60 правовые традиции родоплеменных обществ, сохраняющие суверенитет за каждой родоплеменной организацией, были чужды и непонятны, нарушали основополагающий принцип самодержавия. И потому, государство стремилось поглотить и заменить собственным бюрократическим аппаратом родоплеменную организацию подвластных обществ.

Таким образом, следует различать формально-юридическое вхождение в состав государства и установление полного административного контроля государства.

Рассмотрим характер вхождения башкир в состав Московского государства с формально-юридической точки зрения.

Как уже отмечалось, сторонники концепции завоевания считают, что с формальной точки зрения вхождение было переменой башкирами вассалитета. В настоящее время следует считать доказанным, что с формально - юридической точки зрения принятие башкирами российского подданства было со стороны башкирских племен осознанным добровольным актом.61 Принятие подданства сопровождалось «условиями» вхождения. Они включали в себя обязанности сторон, которые корреспондировали права противоположной стороны. Условия вхождения находили отражение в царских жалованных грамотах, и иных документах. В целом, следует выделять следующие условия вхождения:

1. башкиры сохраняли вотчинное право на землю;

2. сохранялась автономия башкир;

3. сохранялись религия, обычаи и обряды;

4. башкиры обязывались уплачивать четко определенный ясак;

5. башкиры обязывались нести военную службу и охранять восточные границы России.

Именно данные условия вхождения являются основным аргументом сторонников концепции добровольного вхождения, поскольку очевидно, что завоеванному народу нет необходимости сохранять перечисленные права.62 Наличие условий позволяет также констатировать договорную основу процесса вхождения. Российское государство часто использовало мирный способ расширения своих территориальных границ путем заключения различных договоров и соглашений.63

Особенностью отношений башкир и Московского государства было то, что башкирские племена выступали в роли коллективного вассала. Данное утверждение подтверждает тот факт, что земли Московское правительство «жаловало» в вотчинное владение, то есть в качестве субъекта правоотношения выступали те родоплеменные подразделения, которые и становились собственниками земли. Следует также отметить расхождение правовых взглядов башкир и русского правительства в отношении собственности на землю. Русское правительство в полном соответствии с правовыми воззрениями восточного государства считало себя верховным собственником всех башкирских земель. Башкиры никогда не признавали данного права и считали, что единственным собственником является конкретное родоплеменное образование. Данное различие в правовых взглядах выражалось и в том, что официально русское правительство считало, что «жалует», а башкиры - просто подтверждает право на землю. В дальнейшем данные расхождения привели к многочисленным выступлениям и восстаниям башкир.

Таким образом, вхождение башкирских племен в состав Московского государства было:

1. поэтапным;

2. добровольным;

3. осуществлено в форме вассалитета. 64

Как было показано выше, вхождение и последующая интеграция башкир в государственную систему России не единственный в мировой истории пример интеграции родоплеменно организованного общества в традиционное государство.

При рассмотрении аналогичных процессов (половцы в Венгрии, донские казаки в России, тюрки в танском Китае) можно увидеть общую закономерность. В государственно-правовом аспекте она заключается в том, что в процессе интеграции родоплеменно организованных обществ в традиционные государства, наличествуют и выделяются три основных этапа: автономности, сословного статуса и унифицированного правового положения общества. Последний, третий этап характеризуется полным «растворением» общества в государственной системе.

^ Особенности организации управления. Итак, характер вхождения башкир в состав Русского государства определил особенности организации управления башкирским краем. Вместе с тем организация управления башкирским краем трансформировалась в соответствии с общими изменениями государственного механизма и процессом постепенного поглощения/ замены родоплеменной организации государственной. Данный процесс сопровождался систематическими злоупотреблениями со стороны представителей царской администрации и попытками ущемления прав местного населения и попытками христианизации мусульман, что башкирами воспринималось резко негативно, и это предопределило череду кровопролитных восстаний-войн. Таким образом, история управления башкирским краем по содержанию есть история установления центральным правительством полного контроля над регионом (движение то автономии через сословный статус к централизации и унифицированному правовому положению), а по форме - история государственного механизма (государственных органов).

К сожалению в науке истории государства и права вопрос управления башкирским краем не ставился в качестве предмета специального исследования. Однако отдельные этапы развития управления и государственного механизма подвергались изучению и научному анализу, что будет показано ниже.

Учитывая вышеизложенное, в истории организации управления башкирским краем следует выделить периоды:

1. Период автономности башкир (вторая половина XVI - XVII).

2. Сословный период (1798-1863).

3. Унифицированного правового положения (1863-1917).

Объективно переход от автономии к сословному статусу связан с наибольшим ущемлением и потерей прав и свобод, определенной ломкой родоплеменной структуры. Как уже отмечалось, данный факт вызвал мощнейшее сопротивление общества в целом, что выразилось в многочисленных войнах-восстаниях. Исторический процесс перехода от автономности к сословному статусу был столь длительным (XVIII век) и сложным, что позволяет выделить его в особый этап истории организации управления. За начальную дату «переходного» периода можно условно принять 1662 год - дату первого крупного выступления башкир против политики центра, нарушавшего автономию башкир и условия вхождения.

До середины XVII века, практически целое столетие, центральное правительство не нарушало условий вхождения башкир в состав Московского государства. В некоторой степени это связано с тем, что сложная внутри и внешнеполитическая обстановка (Смутное время и последующий восстановительный период) не позволяло государству отвлекать ресурсы на более полную интеграцию новоприобретенных территорий.

По условиям вхождения башкирские племена сохранили автономию. Политическую автономию, вытекающую из статуса вассалитета, не следует отождествлять с местным (внутренним) самоуправлением. Автономия выражалась в частности, в военных кампаниях, которые башкиры самостоятельно (без санкции центрального правительства) проводили против соседних народов (казахов и калмыков). Данные степные войны имели важное значение для башкир: как политическое (консолидация структуры), так и экономическое (контроль над кочевьями, прямое обогащение за счет трофеев). Как известно, отстаивание своих прав на военную добычу и спорные с калмыками территории наряду с захватом башкирских земель под строительство Закамской линии крепостей и попытки насильственной христианизации вынудило башкир пойти на вооруженное выступление против центрального правительства в 1662 году.65

Соблюдение Московским правительством условий вхождения башкир, важнейшим из которых в политическом плане было сохранение автономии и позволяет назвать указанный период (вторая половина XVI – 1662 год), периодом автономности башкир.

Система государственного управления строилась соответственно правовому положению башкирского края и общества. Но ее развитие где то отставало, где то опережало процесс интеграции башкир в государственный механизм, что связано с ее ролью инструмента в политике центра.

^ Воеводская система управления. Первой формой государственного управления башкирским краем явилась воеводская система управления. Введенная с 90 –х годов XVI века она сохранила господствующую роль до 1708 года. До 1590 года башкирский край в административном отношении подчинялся власти Казанского наместника, а с введением воеводской системы правления – Приказу Казанского дворца. Со строительством в 1574-1586 годах города Уфы66 башкирский край выделяется в особую административно-территориальную еденицу – Уфимский уезд. И в 1590 году в Уфу направляется первый уфимский воевода Михаил Александрович Нагой.

Должность воевод была учреждена правительством для контроля над органами местного губного и земского самоуправления. Необходимость данного контроля показали события Смутного времени и восстания Болотникова в ходе которых отдельные регионы страны зачастую выступали против центрального правительства. Воеводы назначались Разрядным приказом из числа бояр и дворян и утверждались Боярской думой.

Подчинялся воевода тому приказу, в ведении которого находился город или уезд, где надлежало ему служить. В больших городах назначались несколько воевод, но один из них считался главным. Они получали от казны жалование, ибо принцип кормления был отменен (но также не существовало никаких санкций за принятие различного рода «подношений» и «подарков», так что должность воеводы, как и другие государственные должности сулило при должном «усердии» чиновника хорошее материальное обогащение).

Одна из главных задач воевод состояла в обеспечении финансового контроля. Они производили учет количества земли и доходности земельных участков всех хозяйств. Сборы государственных налогов непосредственно проводили выборные старосты и целовальники, но надзор над ними осуществляли воеводы.

Важной государственной функцией воевод был набор на военную службу служилых людей из дворян и детей боярских. Воевода составлял на них списки, вел учет, проводил военные смотры, проверял готовность к службе. По требованию Разрядного приказа воевода направлял военнослужащих на места службы. Он ведал также стрельцами и пушкарями, наблюдал за состоянием крепостей.

При воеводе имелась специальная приказная изба, которую возглавлял дьяк. В ней велись все дела по управлению городом и уездом. При избе были различные мелкие чиновники: приставы, недельщики, сторожа. Они исполняли приказы воеводы. В процессе деятельности воевод им все в большей степени подчинялись губные и земские органы, особенно по военным и и полицейским вопросам.67

Таково было положение воевод в целом по России. Как видим, воеводы являясь представителями центрального правительства осуществляли прежде всего всего надзорные и военные функции.

Функционирование воеводской системы управления в башкирском крае имело ряд особенностей. По даному вопросу в целом верным является замечание Рахматуллина У.Х., утверждающего, что «отличалась от общероссийской не система управления, а социальный статус собственно башкирского населения»68. Вследствии автономности башкир и пограничного положения края основными функциями уфимских воевод стали дипломатические (можно сказать, что Уфа в XVI – XVIII веках являлась центром дипломатической деятельности в отношении народов Сибири, Казахстана и Средней Азии), наряду с военными и фискальными (надзор за сбором ясака, который осуществляли специальные чиновники: прибыльщики, целовальники, а в последующем, после возмущения башкир многочисленными злоупотреблениями – волостные старшины). Поскольку воеводы вынуждено отошли от гражданских дел, рычаги хозяйственно-административного управления (которое охватывало только пришлое население и территории вокруг городов) переходят в компетенцию подьячих Уфимской приказной избы.

В данный период политика правительства по отношению к башкирам была очень осторожной, поскольку по мнению исследователей, центральная власть прекрасно осознавала, что в любой момент башкирские племена могут отказаться от российского сюзеренитета.69 Соответственно уфимские власти на которых лежала ответственность за обеспечение лояльности башкир не вмешивались во внутренние дела края, и, через своих тайных агентов-информаторов следили за внутриполитической обстановкой в волостях.

Воеводы самостоятельно, согласуясь с инструкциями, содержащимися в данных им наказах, проводили государственную политику в крае, осуществляли переговоры с соседними народами, выступали участниками и организаторами военных кампаний.

Воеводы назначались в среднем на 1-3 года (в связи с конкуренцией на занятие должности и соображениями по обеспечению лояльности воевод: за короткий срок воеводы «не успевали слишком сблизиться с народом или войти в сношение с неприятелем»70) по собственному желанию. Иногда назначение на уфимское воеводство происходило согласно принципу «ссылки на воеводство» (М. Нагой, А. Власьев и др.)71. Назначением на удаленный от центра край устранялись политические противники режима. Всего с 1590 по 1708 было назначено 55, а сменились 51 воевода (некоторые из воевод назначались на два и более срока).72

^ Эволюция системы органов управления краем в 1662-1798 гг. Эволюция системы органов государственного управления в крае отражала изменение отношения верховной власти к башкирам. Хронологически реорганизация управления краем имела следующий вид:

1708 - 1712/1715 - период нахождения в составе Казанской губернии, образованной в результате реформ Петра I. Воеводскую и приказную администрацию заменяет провинциальная канцелярия, но должность воеводы остается, как и объем его прав и обязанностей.73

1712 - 1715 - образование на территории Уфимского уезда самостоятельной провинции.

1728 - 1731 - нахождение в особом ведомстве Сената. Данный факт свидетельствует о признании правительством «особого» правового положения башкир.74

1731 - 1734 (официально до 1737 года) - формальное подчинение Казанской губернии.

1734 - 1741 (1742) - управление краем Оренбургской Комиссией (Экспедицией) и Башкирской Комиссией. Оба органа, действуя от имени Сената, имели чрезвычайные полномочия и выполняли роль коалиционного правительства. В подчинении Комиссии Башкирских дел находились также Казанская и Астраханская губернии. Комиссии осуществляли военно-дипломатические и администратовно-хозяйственные функции.

1737 - образование Исетской провинции. Таким образом, к 1740 году часть Башкортостана (западнее старой Закамской линии) входила в Казанскую губернию, северная - в состав Пермской губернии, основная -Уфимской провинции (территории Ногайской и Осинской дороги), состоящей из Осинского и Уфимского уездов, и, - Исетской провинции (территории Сибирской дороги), состоящей из Исетского, Окуневского и Шадринского уездов.

1741 - 1744 - нахождение в особом ведомстве Сената.

1744 - образование Оренбургской губернии (в составе Оренбургской, Уфимской и Исетской провинций) и начало распространения губернской системы управления.

1781 - преобразование Оренбургской губернии в Уфимское наместничество, состоящей из Оренбургской (Оренбургский, Верхнеуральский, Бузулукский, Сергиевский и Троицкий уезды) и Уфимской (Уфимский, Бирский, Мензелинский, Бугульминский, Бугуруслановский, Белебеевский, Стерлитамакский и Челябинский уезды) областей.75 Наместник (генерал - губернатор) обладал всей полнотой власти (военной и гражданской) на территории наместничества. В его подчинении находился гражданский губернатор.

1789 - реформа системы местного управления башкир. Все башкиры разделяются на 103 юрты без учета родоплеменной принадлежности во главе с юртовыми старшинами. Волостное самоуправление сохраняется.

1796 – преобразование Уфимского наместничества в Оренбургскую губернию. Ликвидируется деление на области, а также Белебеевский, Бугуруслановский и Сергиевский уезды. Система управления (генерал и гражданский губернаторы) остается прежней.

1798 - введение кантонной системы управления краем.


5. Башкирские войны-восстания.

Период с 1662 по 1798 гг. является самым драматичным для башкирского народа. Именно события данного времени позволяли В.Н. Витевскому утверждать, что «дорогой ценой приобрела себе этот край Россия, много, даже очень много было пролито инородческой и русской крови на этом пространстве, прежде чем оно было включено в состав Русского государства. Более двух веков, с небольшими перерывами, продолжалась упорная борьба русского правительства с инородческим населением этого края, особенно с главными обитателями его – башкирами»76. 

Феномен башкирских войн-восстаний XVII – XVIII вв. всегда был объектом пристального внимания историков, и ему посвящено достаточно много научных трудов77.  К сожалению, в государственно-правовой науке данный вопрос не ставился в качестве объекта исследования, как и особый «переходный» период 1662 – 1798 гг. в истории башкирского народа.

В течение 1662 – 1798 гг. произошло 6 войн-восстаний: 1) 1662 – 1664; 2) 1681 – 1684; 3) 1704 – 1711; 4) 1735 – 1740; 5) 1755 – 1756; 6) 1773 – 1775.

Первые войны-восстания (1662 – 1664, 1681 – 1684, 1704 – 1711 гг.) заканчивались мирными переговорами (в ходе которых подтверждались условия вхождения башкир в состав Московского государства), что объясняется не только слабостью правительства в регионе, но и военной мощью башкир (исследователи считают, что в XVI – XVII вв. русское войско не достигло еще военного уровня конных кочевников)78.

С укреплением Российского государства изменяется отношение правительства к башкирам.

В период с 1736 по 1755 гг. были приняты десятки указов, в которых четко вырисовываются основные направления политики правительства в Башкирии. Издаются указы, прямо нарушающие условия вхождения башкир в состав Московского государства и направленные на ущемление их прав и свобод. Так, согласно указу «О мерах к совершенному прекращению бунта башкирцев и о запрещении им генеральных сборов без присутствия военных чинов» от 9 июня 1737 г.79 значительно ограничивается и ставится под контроль правительственных чиновников деятельность всебашкирских йыйынов.  По указу же «О непроведении переписи башкир...» от 5 мая 1739 г.80 настоятельно рекомендовалось прекратить практику избрания челобитчиков от всего народа и отправлять их от каждой волости отдельно. Данные меры являются первым шагом к ликвидации политической автономии и ломке традиционной политической системы башкир.

Начинается массовый противоправный захват башкирских земель. Указ «О недержании беглецов и о наказаниях башкирцев...» от 11 февраля 1736 г.81 снятием запрета на куплю-продажу башкирских земель фактически легализирует неправовые (с точки зрения законодательства) захваты земель под заводы и т. д. Также, согласно данному указу, башкирские земли, занимаемые арендаторами-мещеряками и иными верными народами, переходили в их собственность.

По мнению А.И. Акманова, специально исследовавшего вопрос земельной политики государства в крае, Указ от 11 февраля 1736 г. не отменял вотчинное право башкир на землю, но существенно его ограничивал. Это стало нарушением жалованных грамот Ивана Грозного. Таким образом, была создана правовая основа для массового изъятия башкирских вотчин. Захват земли стал осуществляться не только путем основания крепостей, заводов, раздачи переселенцам из центральных районов, но и в форме усиления общего контроля государства над всей территорией края. Некоторые совместные владения башкирских волостей, или «дорог», расположенные преимущественно на окраинах Башкирии квалифицировались как «пустолежащие», «празднолежащие». С этого времени в официальной документации относительно части башкирской территории появляется термин «казенная земля». <...> Таким образом, 30 – 90-е гг. XVIII в. составляют новый этап земельной политики русского царизма в крае, который привел к крупным социально-экономическим и политическим сдвигам. Несмотря на сохранение вотчинного права, башкиры потеряли свыше 50% своих владений»82.  С правовой точки зрения показательны именно данные изменения понимания правительством правового статуса Башкирского края. Башкирам как народу фактически отказывается в праве на собственную территорию, то есть башкиры теряют правосубъектность и автономию.

Башкирам запрещается иметь кузницы и огнестрельное оружие, запрещается также ввоз и продажа им любого оружия83.  В итоге, использовавшие в военных действиях еще в 1662 г. пушки и имеющие в каждом дворе «пансер, копье, лук, и сабель, також де ружье...»,84  к 1812 г. башкирские воины вынуждены были сражаться архаическим оружием, показывая при этом чудеса храбрости и героизма.

Но наиболее реакционным указом, изданным в ходе данной войны-восстания является указ «О посылке войск в Башкирию и скорейшем прекращении башкирского бунта» от 16 февраля 1736 г. Указом было предписано, что войскам следует осуществлять погромы и сжигание деревень «в марте и апреле месяцах, покаместь башкиры и лошади безкормы», а «пойманных бунтовщиков казнить смертию, а прочих ... сослать в ссылку; годных в службу – в Остзейские полки и во флот, а негодных – в работу в Рогервик, а малолетних ребят и женский пол для поселения в русские города раздать»85. 

Данные указы были направлены также на дальнейшее разделение пришлого населения от башкир и их противопоставление. В этих целях, во-первых, поощряли тех служилых мещеряков, которые, сохраняя верность царскому правительству, принимали участие в подавлении башкирских восстаний. Им башкирские земли предоставлялись бесплатно, навечно и безоброчно. Во-вторых, тептяри и бобыли, по примеру мещеряков, подлежали «отрешению от башкирского послушания»и освобождались от оплаты оброка башкирам-вотчинникам. Они должны были платить только прежний ясак в казну. В-третьих, новокрещеные за верность определялись в казацкую службу и освобождались от ясака. В-четвертых, башкиры с казанскими татарами могли войти в сватовство только по разрешению казанского губернатора. За каждую свадьбу в пользу казны брали по лошади драгунской, а с тех лиц, которые женились без позволения, брали по три лошади драгунской. В-пятых, сохранившие верность татарские мурзы освобождались от корабельной работы и подушного платежа, а поддержавшие башкир казанские ясашные татары несли тяготы корабельной службы и подушной подати.

На основании указа «О посылке войск в Башкирию и скорейшем прекращении башкирского бунта» от 11 февраля 1736 г., наряду с регулярными правительственными войсками, для подавления башкирского восстания 1735 – 1741 гг. были укомплектованы карательные отряды из числа служилых мещеряков, казанских мурз и татар, калмыков, яицких казаков и дворцовых крестьян.

В пунктах 4 и 5 Указа от 11 февраля 1736 г. был подтвержден запрет иметь башкирам ружья и содержать кузницы. Лицам, задержавшим башкир с ружьем, полагалась лошадь пойманного, а виновные подлежали ссылке.

Вышеназванным указом (пункт 13) было ограничено и самоуправление башкир. В каждой волости вместо волостных старост избирались два или три старшины, которые должны были исполнять свои обязанности поочередно. Старшины несли ответственность за преступления башкир волости. Йыйыны позволялось проводить всего один раз в год с разрешения царской администрации только в местности у речки Чесноковка (под Уфой).

Пункт 14 рассматриваемого указа регулировал и духовную жизнь. В каждой дороге позволялось быть только по одному ахуну, всего четыре. Ахуны назначались на должность царской администрацией и при этом приносили особую присягу на верность властям. Им запрещалось обращение в мусульманскую религию лиц из других вер. Строительство школ и мечетей позволялось только на основе особых указов.

На основе Указа Сената от 17 марта 1738 г. мещеряки, как сословие в целом, «за их нынешнюю верность» могли владеть в дальнейшем башкирскими землями, которыми они в тот период пользовались безоброчно в пользу вотчинников-башкир86. 

Правительство особо следило, чтобы башкиры не смогли «плутовские свои замыслы разсевать в жилищах <…> верноподданных казанских мурз и татар»87.  В этих целях в указе от 26 сентября 1755 г. в целях «усмирения и искоренения <…> злодействующих башкирцов» на добровольной основе был создан из числа служилых мурз и казанских татар отряд в количестве 5 000 человек. Им было позволено оставить у себя и также продавать внутри России «…взятые в плен малолетные и женский пол» и «имения» башкир88. 

Итак, причиной многочисленных конфликтов явились грубые нарушения центральным правительством условий вхождения башкир в состав Русского государства, выразившиеся в различных противоправных действиях (увеличение фискального бремени, изъятие земель, попытки насильственной христианизации и др.).

В русле целенаправленной, документально регламентированной политики, физическому уничтожению подвергались не только непосредственные участники военных действий, но и гражданское население, осуществлялась принудительная раздача детей и т.д., и т.п. – практически все действия в современном праве входящие в состав международного преступления геноцид.89 Следует отметить, что последствия данной политики до сих пор тяжело сказываются на демографическом положении башкир.

Необходимо подчеркнуть, что геноцид осуществлялся не (только) в результате «эксцесса исполнителя» – самостоятельных действий российских войск, а в качестве государственной политики, санкционированной высшим руководством государства. К примеру, согласно Указу «О посылке войск в Башкирию и скорейшем прекращении башкирского бунта» от 16 февраля 1736 года был предписано, что войскам следует осуществлять погромы и сжигание деревень «в марте и апреле месяцах, покаместь башкиры и лошади безкормы», а «пойманных бунтовщиков казнить смертию, а прочих ... сослать в ссылку; годных в службу – в остзейские полки и во флот, а негодных – в работу в Рогервик, а малолетних ребят и женский пол для поселения в русские города раздать».90

Во исполнение Указа правительственные войска в ходе военных действий уничтожали как вооруженные силы башкир, так и мирное население, сжигали деревни, конфисковывали скот и запасы продовольствия. Точно оценить потери башкир не представляется возможным, можно говорить лишь о приблизительных цифрах. По неполным данным, лишь в ходе борьбы 1735 – 1740 годов башкиры потеряли свыше 40 тысяч человек (не считая погибших от голода).91 Но данная цифра сильно занижена. В известном докладе 1739 года императрице Татищев – глава Оренбургской комиссии доносил: «две опаснейшия – Казанская и Нагайская дороги так разорены, что едва половина осталась, а протчия – Уфимская (Осинская – авт.) и Сибирская дороги – хотя не столько людей пропало, однако ж у всех лошади и скот пропали, деревни позжены, и, не имея пропитания, многие з голоду померли».92 Таким образом, кроме огромных людских потерь, башкиры понесли катастрофические материальные потери. Например, лишь с июня по сентябрь 1740 года в Сибирской и Ногайской дорогах правительственные войска сжигают 725 деревень93 (для сравнения: в 1743 году в Сибирской и Ногайской дорогах насчитывалось всего 578 деревень)94. То есть, по крайней мере 90 тысяч башкир (если считать, что в каждой деревне проживало 120 человек) остались без крова и средств к существованию. В результате действий правительственных войск в Башкортостане разразился страшный голод. По донесениям русских офицеров командованию следовало, что башкиры «от голоду мрут, а оставшиеся собак и кошек едят, а и того им недостанет, и за безсилием и отчаянием принуждены мертвых бросать».95

Было также широко распространены казни башкир, вернувшихся в Ислам после насильственное крещения, через публичное сожжение. Так, 14 марта 1739 года генерал Соймонов подписал конфирмацию по делу Кисябики Байрасовой: «Пойманную башкирку, которая была крещена и дано ей имя Катерина, за три в Башкирию побега и что она, оставя Закон Христианский, обасурманилась, за оное извольте приказать на страх другим казнить смертию – сжечь, дабы впредь, на то смотря, другие казнились»96.

Геноцид осуществлялся и иными способами. Например, организация пограничной службы башкир, по суждениям Кириллова, должна была привести к ограничению рождаемости: «жены без плода останутца, а кого убьют, тот и вовсе не возвратитца»97.

6. Развитие права башкир в средневековье.

В ранний период обычное право башкир входило в скифо-сарматскую правовую семью, которая в целом представляло право высокорангового, чрезвычайно милитаризованного общества.

Из общих элементов права указанных обществ необходимо отметить правовое значение института клятвы, которая имела исключительный характер от Дуная до Монголии. Изначально клятва носила сакрально-правовой характер, существовали специальные боги (имеется гипотеза, что Tangre первоначально также являлся богом правосудия, договора и клятвы, аналогично Митре). Так у скифов клятва приносилась «царскими огнями», в случае оспаривании клятвы, либо вне связи с конкретным случаем дело рассматривала коллегия жрецов: в случае если обвиняемый отказывался в нарушении клятвы либо даче ложной клятвы, то следовало разбирательство с участием вдвое большего количества жрецов. В случае обвинительного вердикта обвиняемый умерщвлялся, в случае оправдательного казни подвергались члены первой коллегии. Собственно разбирательство носило сугубо сакральный, иррациональный характер (гадание), однако ордалии по отношению к непосредственно обвиняемому не применялись. Однако уже к эпохе Тюркского каганата, в связи с утверждением принципа тура – «правдивости», сложно обнаружить элементы сакральной легитимизации, специального института жрецов, соответствующих практик и проч., любая ложь вне зависимости от клятвы либо присяги стала носить характер правонарушения. Необходимо отметить, что именно c данной длительной историей развития норм, связанных с институтом клятвы и общим принципом правдивости связаны, к примеру, позднейшие суровые санкции Ясы за обман доверившегося и т.п.

В раннем средневековье рациональное мировоззрение еще не обладало мощным культурно-цивилизационным фундаментом, поэтому право обществ эпохи Осевого времени было ориентировано на последовательную защиту собственной концептуальной системы. Прежде всего, преследовались различные формы низкорангового поведения. Так, по свидетельству Геродота, «скифы презирают эллинов за вакхическое исступление. Они говорят, что не подобает выдумать бога, который приводит людей в безумие…». Более того, скифы казнили собственного царя Скила за участие в оргиях совместно с греками, по заключению античного историка: «вот таким образом скифы охраняют свои обычаи, а тех, кто перенимает чужеземные законы, вот так наказывают…» (IV, 80). Даже в VIII веке низкоранговое поведение преследовалось в одном ряду с такими серьезными видами правонарушений как клевета и ложь.

В целом, необходимо отметить сохранение древних ранговых норм (табу), прежде всего, относительно запрета употребления крови не прошедшим инициацию (в форме убийства врага) членам общества. Так, Геродот отмечает: «(IV) 64. Военные обычаи у скифов следующие. Когда скиф убивает первого врага, он пьет кровь. 66. Раз в год правитель в своем округе приготовляет сосуд для смешения вина. Из этого сосуда пьют только те, кто убил врага. Те же, кому не довелось еще убить врага, не могут пить вина из этого сосуда, а должны сидеть в стороне, как опозоренные. Для скифов это постыднее всего…». Данная норма генетически восходит к ранговой норме, изложенной в «Урал-батыре»:

Из крови той питье готовят

Пока не подросли их дети

Пока на зверей не стали охотиться сами

Сыновьям они запрещали (…)

Пить кровь (…)

Как известно, Шульген нарушает данную норму обычного права, что в конечном итоге обуславливает его изгнание из общины. Урал в качестве условия возвращения требует убийства врага, что придало бы Шульгену полноправный статус:

Если батыром хочешь стать

Вместе с другими жить, благоустраивая страну,

То считай врагами тех,

Кто стал врагом для людей.

3800. Заполни озеро кровью врагов

И, сочтя ее за воду, омой свое лицо.

Также длительное время сохранялись древние нормы в отношении, к примеру, таких институтов, как кровная месть. Так, следует полагать, у башкир еще в IX-XIII веках исполнение карымты требовало с формальной точки зрения сжигания лица либо его «варки в котле»98. Указанная форма, безусловно, носит крайне архаичный характер, поскольку уже реформы Заратустры были направлены против «варящих трупы».

Начиная с середины I тыс. можно вести речь уже о «зрелом» обычном праве, многие нормы которого, несмотря на влияние других правовых систем, в частности мусульманского права, являлись действующим правом башкирского общества вплоть до XX века. Основной чертой зрелого обычного права является рационализм: прецедент, не удовлетворяющий требованиям времени, мог быть пересмотрен, апелляция к традиции либо сакральным источникам не являлась достаточной и требовала, в том числе, и рационального обоснования.

В доисламский период правосудие у башкир осуществлялось на основе обычного права преимущественно Советами старейшин родоплеменных организаций. Старейшина (аксакал) – являлся носителем сложного комплекса норм обычного права, обычаев и традиций народа, его ритуальной практики, то есть всего наследия предков. И потому решения старейшин имели непререкаемый авторитет.

Ряд дел мог рассматривать глава государства либо отдельной родоплеменной организации – хан или бей. Однако решения главы, как правило, не имели того авторитета, который принимали решения старейшин.

Регулированию нормами обычного права были подвержены практически все публичные общественные отношения. Йыйын (народное собрание) – являлся высшим органом родоплеменной организации, народа (всебашкирские йыйыны проводились в местности Сиснакау, под Уфой). На них решались все значимые вопросы (войны и мира, избрание правителя и т.д.), осуществлялось правосудие. Существовала норма, согласно которой, правитель должен был следовать установлениям своей страны. Следует отметить некоторое различие между идеей права и фактическим применением норм права. Правители могли нарушать те или иные нормы, но данные действия расценивались как произвол. Естественно, формальной процедуры лишения полномочий правителя, его переизбрания не существовало, – титул хана или бия был пожизненным. Но в действительности возможности главы племени или рода были достаточно ограниченны. Он не мог не считаться ни с йыйынами, ни с Советом старейшин, в котором были представлены наиболее влиятельные члены возглавляемой им организации. Совет старейшин принимал участие в решении текущих дел и осуществлял правосудие. В непосредственном подчинении у правителя находилась только его дружина, и с ее мнением он также должен был считаться. Тем более он не мог как-то изменять нормы обычного права. Как считает проф. Г. Мальцев: «В ранних государствах, развившихся из союза племен или общин, ни сам царь, ни кто-либо другой по его поручению не мог отменять норм обычного права и обычаев вообще, потому что они, как считали люди, идут от далеких предков, освященных религией, и, самое главное, относятся к тому социальному уровню (племени, общине), которые действуют на основе достаточно широко самоуправления».99

Суверенитет же, согласно обычному праву принадлежал родоплеменной организации высшего порядка (далее – племени), то есть, не входящей в состав других родоплеменных организаций. Он выражался, прежде всего, в институте йыйынов и праве на землю. Верховным собственником земли считалось племя, земля же, как определенная территория, считалась основой существования племени, его «опорой». Все члены племени считались сособственниками общеплеменной земли, и ни при каких обстоятельствах (например, при утрате владения по тем или иным причинам) не теряли права на нее. При вхождении в состав различных государств, башкирские племена сохраняли внутреннюю автономию и собственность на землю, что со стороны верховного суверена оформлялось как акт признания данных прав («дарение» башкирских земель Муйтен бию Чингисханом; договорные грамоты русских царей). Суверенитет выражался также и в праве на выход из состава государства (перемену суверена) при ущемлении им прав народа (например, избрание Карасакала ханом с правовой точки зрения означала отказ от русского подданства и создание суверенного государства).

Среди институтов обычного права, регулирующих хозяйственные отношения, можно выделить хаун, уму, внутриродовую взаимопомощь.

Хаун («надой» – башк.) заключался в праве использования молока коровы или кобылицы сородича при материальных затруднениях. Его надо отличать от внутриродовой взаимопомощи, когда скот передавался в полную собственность. При хауне собственником переданного скота оставался его прежний владелец, и скот в дальнейшем подлежал возвращению. Однако поскольку часто быстрый возврат скота был невозможен, между собственником и «хаунщиком» возникали своеобразные отношения клиентелы. Своеобразие данных отношений в том, что они, как правило, приобретали традиционную родоплеменную форму («патрон» становился главой состоящего из его окружения и клиентов родового подразделения).

Ума – помощь сородичу при выполнении работ, требующих значительных трудовых затрат за угощение. С помощью данного «нерыночного» института социально незащищенные слои общества могли без особых финансовых затрат оперативно производить необходимые работы (например, постройку дома, забой скота, сенокосные работы).

Нормой обычного права была и внутриродовая взаимопомощь. При падеже скота при джуте или другим причинам, приведшим к разорению, каждый башкир мог рассчитывать на помощь сородичей. Как правило, он наделялся достаточным количеством скота, чтобы вести свое хозяйство. При аналогичном случае он также был обязан участвовать в восстановлении хозяйства пострадавшего сородича. Выбор применения норм хауна или внутриродовой взаимопомощи определялся многими обстоятельствами. «Хаунщиками» становились больше новопринятые члены рода, лица, не могущие вести отдельное хозяйство. А внутриродовая взаимопомощь в первую очередь оказывалась коренным сородичам, пользующимся определенным уважением и оказавшимся в затруднительном положении именно благодаря случаю.

Одними из первых общеправовому регулированию были подвергнуты семейно-брачные отношения. Норма о недопустимости брака между родственниками вплоть до седьмого колена исходит из глубокой древности. Данная норма не потеряла своего авторитета, башкиры и сегодня стараются избегать близкородственных браков, но в прошлом соблюдение ее было обязательным.

Еще одна древняя норма – правило левирата (женитьба младшего брата на вдове умершего старшего брата), которое позволяло роду сохранить женщину (так она могла вернуться в род отца) и тем самым не ослабляться,

Правовое положение женщины в башкирском обществе во многом определялось сильным остаточным влиянием матриархата. Мифология, дошедшие до наших дней игры и обычаи, содержащие скрытую сакральную подоплеку, свидетельствуют о высоком статусе женщины. Например, во время празднования древнего праздника Хабантуй женщины обливали водой мужчин, «символизируя и показывая, что женщины в обществе выше мужчин, как Небо – Хауа возвышается над землей Ер – Ир, которого она, женщина, питает в детстве своим молоком, как небо питает дождем Землю».100 Еще З. Валиди участвовал в народной игре, в которой джигит на своем коне пытается настичь девушку -всадницу, если ему это удается, он получает право на поцелуй, если же нет - то удар камчой по спине,101 Он же отмечал, что: «Обычаи башкир и мишаров аула заметно отличались. Башкирские девушки, к примеру, ходили с открытым лицом, повадками были схожи с джигитами и ездили верхом, <...>Махуб боролась с желающими взять в жены парнями и отвергала побежденных...»,102 Обычай упомянутой борьбы в прошлом, был, по-видимому, более распространен и выполнял сакральные функции (он упоминается во многих легендах, например в эпосе «Акбузат» Наркас говорит Хаубану, что: «Хоть девушка я, но матерью// Смелой, как мужчина, рождена,// На всей Уральской земле// Многих батыров повидала я.// Яика, деда твоего,// В единоборстве одолела я.,.»103).

Женщина всегда занимала довольно высокое место в обществе как мать, жена и как член общества. Известно, что башкирки участвовали вместе с мужчинами в военных походах (показательны слова Маян своему отцу в легенде «Маянхылыу и Марган»: «Называться мужчиной - // Не черта батыра,// А длинноволосой девушкой - // Не черта слабака»104, которыми она отстаивает свое право возглавить войско). Женщины могли возглавлять племенные союзы и государственные объединения. Общеизвестна царица сако-массагетов Томирис, которая в 512 году отразила экспансию персов.105 Историк А. Асфандияров в доказательство активного участия башкирских женщин в общественной жизни приводит следующие факты. Так, согласно легенде борьбу против монголов, после смерти Сураман батыра, возглавила его жена. Женщины и в годы восстаний были в первых рядах повстанцев: например, в ходе башкирского восстания 1735-1740 гг. были взяты в плен с оружием в руках Ш. Кусимова, Ф. Биктимирова, сестры Бикбаевы...106

О терпимом обращении башкир с женами пишут и русские ученые. По словам Никольского, отношение башкир к своим женам «скорее можно назвать гуманным». Он писал, что башкир относится к своей жене мягко и почти никогда не бьет ее107. Назаров же писал: «Нравственное положение женщины в семье довольно сносно, так как коренной обычай башкир запрещает не только бить, даже грубо обходиться с женой. В противном случае она может обращаться за помощью к своим родным и аксакалам»108.

Брак башкиры заключали по сватовству и путем умыкания. Умыкание без согласия девушки грозило местью со стороны ее родственников и практиковалось редко. Умыкание с согласия сторон было двух видов: по сговору влюбленных (в этом случае родственники девушки или другая заинтересованная сторона могла требовать возвращения похищенной), или фиктивное умыкание, которое применялось, чтобы обойти обычай уплаты калыма.

Брак по сватовству имел несколько форм. Основными были калымный брак и брак путем колыбельного сватовства. Путем борьбы батыров, представляющих обе стороны, определялись некоторые условия брака (допустимость привода второй жены, свобода в выборе размера приданного). Брак считался заключенным после проведенного свадебного ритуала. Институт калыма достаточно сложен, он постоянно эволюционировал. Его нельзя рассматривать как примитивную «куплю – продажу» женщины. Он возник еще в первобытной эпохе в виде дарообмена. Но, видимо уже со времени прекращения существования общины, значительная часть калыма стала возвращаться в виде приданого. Как считает С. Абашин «граница между калымом и махром отсутствует, точно также как отсутствует граница между калымом и приданым...»109. Размер калыма варьировался в зависимости от материального состояния сторон. До его полной или частичной уплаты молодая жена оставалась в доме отца, но муж мог тайно посещать ее. При переезде в дом мужа до полного уплата калыма, отец всегда имел право вернуть дочь к себе. Приданое считалось собственностью жены. Левират и сорорат (женитьба на младшей сестре умершей невесты) применялся, как правило, по согласию сторон110. Вообще, общим правилом было то, что «девушки вступали в брак уже взрослыми, сами выбирали себе мужей»111. Есть основания полагать, что в древности практиковался ритуальный «священный» брак. О нем упоминается в эпосе «Урал-батыр»: «Дочь падишаха, проходя по рядам,// Всех егетов перебрала, <…>// Наконец она к Уралу// Приблизилась, говорят. <…>// Взяла в руку яблоко она,// Подарила ему, говорят. <…>// «Он зятем падишаха стал!» -// Закричали так, зашумели все...»112.

Развод мог быть инициирован любой из сторон. Наиболее распространенными формами развода были талак и хулла (хлюг). Данные формы развода содержатся в шариате, но их содержание отражают обычно - правовые нормы, сложившиеся до распространения ислама. Развод талак производился по инициативе мужчины путем троекратного произношения слова «талак» («быть свободным» – арабск.). Однако калым, как правило, не возвращался. При разводе хулла («пустота, вакантность» - арабск.), который происходил по инициативе женщины, жена уплачивала свой махр (калым) или часть приданного за развод. Основанием для развода со стороны мужчины служили неповиновение жены или невыполнение ею супружеских обязанностей. Со стороны жены могли быть жестокое обращение, не обеспечение мужем продуктами питания, одеждой или невыплата калыма, положенного по брачному договору.113

В башкирском обществе доминировали моногамные семьи (так, по материалам VII ревизии 9 башкирских уездов многобрачных семей 12,5 процентов)114. Полигамия была распространена главным образом среди элиты общества – как атрибут статуса; левират также предполагал многобрачие. В общем, ислам не оказал существенного влияния на жизнь башкир, а нормы шариата зачастую игнорировались. Например, не соблюдался верхний предел количества жен.

Последствием брака была экономическая самостоятельность молодой семьи. Не случайно, с башкирского языка брак переводится как «обзаведение домом».

Ответственность за противоправные деяния зависела от их квалификации согласно нормам обычного права. Например, угон скота у чужого племени (с точки зрения современного права – разбой), который совершался соплеменниками с согласия племени, вел к ответной акции – барымте с потерпевшей стороны. Субъектами правоотношения в данном случае выступали племена. «Криминальная» же кража или разбой считались антисоциальными явлениями и вели, в зависимости от тяжести преступления, от общественного порицания до смертной казни. Специфика обычного права в его процессуальном характере. Главное - восстановление справедливости, а не исполнение каких-нибудь материальных норм. Поэтому санкции не носили твердо установленный характер, в то же время соблюдение установленной процедуры считалось обязательным. Следует отметить, что у башкир преступность не носила распространенный характер.

Карымта и барымта – два универсальных, межотраслевых института обычного права, которые играли важную роль в организации правопорядка. Их объединяет то, что оба они основывались на принципе талиона. Карымта – кровная месть убийце и/или его родственникам/роду со стороны родственников/сородичей убитого. Это древнейший обычай, отдельные случаи применения которого можно встретить и в наши дни. Необходимо подчеркнуть, что карымта это не столько право, сколько обязанность. Неисполнение карымты считалось позором, говорить же о замене карымты выкупом – платой у башкир вообще не приходится. Процесс замены кровной мести вирой обычно происходит при юридической фиксации неравенства обществе. Башкирские же аристократы хотя и имели особый статус, общим правилом была норма, гласящая, что и хан должен следовать установлениям своей страны.

Барымта – набег на враждебное племя с целью захвата материальных ценностей. Совершенная барымта предполагала ответную акцию потерпевшей стороны. Барымта могла совершаться и по отношению к другим народам (в таких случаях барымта часто превращалась в крупномасштабную военную акцию). Участие в барымте формально считалось добровольным. Но общественная мораль осуждала «уклонистов», удачная же барымта сулила военные трофеи. Таким образом, участие в барымте считалось престижным; мужчины, исполняя социальную роль воинов, доказывали свой полноправный статус. Каждый имел право на долю в добыче, предводитель имел право на лучшую долю и право распределения. Однако основной функцией барымты являлось не улучшение материального благополучия племени/рода (что, впрочем, тоже было важно). Барымта прежде всего служила единению племени (в мирное время все общественно значимые задачи решались на уровне родов, функции же племени были незначительны), амбициозные главы племен имели возможность укрепить свою власть и влияние, организуя удачные военные акции. Невозможность племени ответа на барымту означала о прекращении его существования как дееспособной организации.

Особенность норм обычного права заключается в том, что они воспринимались обществом как воплощение высшей справедливости, мировой закон. Поэтому процедура осуществления акта правосудия также имеет свою специфику. Так, если квалификация деяния не вызывала сомнений (например при карымте), то соответствующие субъекты при наличии возможности сами осуществляли акт правосудия. Также никогда не требовалось определенного решения Совета старейшин для участия в уме итп, поскольку норма обычного права здесь очевидна. Однако когда возникал вопрос о квалификации деяния согласно нормам обычного права или о применении конкурирующих норм, то данные споры и рассматривал Совет старейшин. Сам процесс носил открытый и состязательный характер.

Необходимо добавить, что в городах башкир существовало особое торговое право. Через регион проходил северный маршрут Великого шелкового пути, арабские же источники отмечают, что у башкир в северной части реки Агидель существовал «большой и порядочный город Гурхан», в котором «в отличие от других тюрков, делают красивые и качественные предметы искусства, седла и оружие…», наконец в восьми днях дороги от башкирского же города Немжан в горах Ирандека «более 1000 человек заняты плавкой меди в печах. Плавленая медь отправляется на продажу в Хорезм и Ташкент. Добытые здесь лисьи и бобровые меха доставляются в сторону Хазарского моря…» (Идриси), то есть, башкиры активно участвовали в международной торговле. Кроме того, в Булгарском государстве, где торговля также была широко развита, крупнейшим городом считался Биляр, построенный башкирским племенем Bular. К сожаленью, до нас не дошли первоисточники, но наличие определенных правовых норм касающихся торговли, банковского дела и т.п., не вызывает сомнений.

Согласно же арабским источникам: «и если человек из их числа [из мусульман] захочет совершить переезд, а у него станут некоторые из его верблюдов или его лошадей, или он нуждается в деньгах, то он оставляет ставших [животных] у своего друга-тюрка, берет его верблюдов, его лошадей и то, что ему нужно и отправляется. Когда же он возвратится с дороги, в которую он отправился, он возместит ему его деньги и возвратит ему его верблюдов и его лошадей. И точно так же, если проедет мимо тюрка человек, которого он не знает, [и] потом [вдруг] скажет ему: «Я твой гость, и я хочу получить часть твоих верблюдов, твоих лошадей и твоих дирхемов», - он вручит ему то, что он хочет. Если же купец умрет в дороге и караван будет возвращаться, то тюрок встретит их и окажет: «Где мой гость?» И если скажут: «Он умер», то он заставит караван разгрузиться. Потом он пойдет к самому знатному купцу, которого он среди них увидит, развяжет на его глазах его вещи, и возьмет из его дирхемов столько, сколько ему следует с того купца, без лишнего зернышка. И так же он возьмет лошадей и верблюдов и скажет: «Это твой двоюродный брат, и ты более всего обязан уплатить за него». А если он убежал, то он [тюрок] сделает то же самое и скажет ему [второму купцу]: «Это такой же мусульманин, как и ты, возьми же ты с него». А если этот мусульманин не даст согласия [возместить долг] за его гостя на большой дороге, то он [тюрок] спросит о его бегстве, где он находится, и если его направят к нему, то он проедет в поисках его расстояние [многих] дней пути, пока не прибудет к нему и не заберет у него того, что ему принадлежит, а также того, что он [иной раз] дарит ему» (Ибн Фадлан). Таким образом, можно сделать вывод о том, что на основе развития принципа тура и правового статуса гостя фактически осуществлялись сделки по хранению, кредиту и т.д.

Правовая система Золотой Орды. В 1206 г. на берегу Онона был созван всемонгольский курултай, на котором Темучин был провозглашен великим ханом монгол с титулом Чингисхан. Одновременно на Великом курултае в том же году был принята Великая Яса Чингисхана – Их засаг. По повелению Чингисхана с 1189 г. его указы, наряду с нормами обычного права ставшими основой Их засаг, фиксировались, хранение сборника Засаг доверялось самому старшему из монгольских князей.

Коренным значением слова Засаг является понятие «исправить». Толковый словарь ХШ века трактует это слово следующим образом: «плохое исправить на хорошее», «решать небесные дела».

Яса – тюркская форма монгольского слова Джасак, что буквально означает закон, свод постановлений, обнародованный Чингисханом при избрании его великим ханом на Курултае в 1206 г. В словаре древнего тюркского языка встречается слово Иасак, которое имеет очень широкий смысл. Оно означает запрещение, восстановление правового акта и порядка, штраф, наказание, повинность, заем под залог, военный порядок.

По данным Рашид-ад-Дина, первоисточник закона Великая Яса состоял в 1218 г. из 64 пунктов. В настоящее время, по данным монгольских ученых, существует новый вариант закона Великая Яса, состоящий из более 200 положений и пунктов,115 которые обычно начинались так: «Под вечным и всесильным небом (фрагмент 2-й ханской грамоты)». Наказ Чингисхана, имеющий характер учения (фрагмент 6-й), гласил: «Князья должны собираться каждый год для слушания учений, после возвращения должны самостоятельно следовать правилам. Если на словах следуют моим наказам, а вдали от меня на деле нарушают и изменяют, то им запрещается управлять государством».

Анализ многих фрагментов закона показывает высокий уровень гуманности и правосознания средневековых монгол. Например, 40 статей закона имели предостерегающий (предупредительный) характер. Одна из статей гласила следующее: «Если преступник не задержан на месте преступления, то его нельзя наказывать». Также закон утверждал, что «нельзя подвергать наказанию того, кто не дал показания», «нельзя брать показания от преступника под страхом».

Конечно, смертная казнь применялась как санкция достаточно часто, однако было известно и откуп от казни за убийство, кражу и за некоторые более мелкие преступления и проступки. Необходимо отметить, что Яса не знает увечащих наказаний и квалифицированной смертной казни.

В целом о содержании Великой Ясы можно сказать, что в нее входили пять основных групп постановлений. 1. Постановления, содержащие нормы административного права. 2. Постановления, содержащие нормы военного права. 3. Постановления, содержащие нормы уголовного права. 4. Постановления, содержащие нормы частного права. 5. Постановления, содержащие специфические нормы обычного права.116

Естественно, что нормы Великой Ясы применялись только в военных отрядах непосредственно входивших в войско ордынцев, в городах, находящихся под управлением ханов. Именно в таком плане следует понимать указание Юлиана о том, что судопроизводство среди башкир велось монголо-татарами.117 Сами же башкиры в повседневной жизни руководствовались своим обычным правом.

^ Мусульманское право. С исламом башкиры были знакомы еще с Х века - с принятием мусульманства Булгаром. Но широкое распространение ислам получает лишь с XIV века, после принятия в 1313 году Узбеком, ханом Золотой Орды ислама. Принятие ислама означает и принятие в той или иной степени шариата - права мусульман.

Но прежде чем перейти к рассмотрению особенностей применения шариата в башкирском обществе, представляется необходимым дать краткую характеристику мусульманского права.

Мусульманское право характеризует переплетение правовых норм и религии. По мнению Р. Давида,118 мусульманское право содержит очень мало императивных положений и представляет широкие возможности свободной инициативе. В качестве основных черт этого права он выделяет его казуистичность, архаический характер ряда институтов и отсутствие систематизации.

Мусульманское право имеет четыре источника права. Важнейшим из них считается Коран – священная книга мусульман, состоящая из притч, молитв и проповедей, приписываемых пророку Мухаммеду. Коран состоит из 114 глав (сур), разделенных на 6219 стихов (аятов). Большая часть Корана имеет мифологический характер, и лишь до 500 стихов содержат предписания верующим - шары, или шариат, относящиеся к правилам поведения мусульман. Шар, или шариат, означает в переводе «путь следования» и составляет то, что называют мусульманским правом. Однако содержащиеся в Коране положения юридического характера явно недостаточны в силу отражения в нем раннефеодальных отношений. В связи с этим в качестве следующего авторитетного источника права выступает Сунна. Сунна (священное предание) состоит из многочисленных рассказов (хадисов) о суждениях и поступках самого Мухаммеда. В Сунне содержатся нормы брачного и наследственного, доказательственного и судебного права и т.д.

Третий источник мусульманского права - иджма, которая рассматривается как «общее согласие мусульманской общины». Как гласит один из адатов: «То, что мусульмане считают справедливым, справедливо в глазах Аллаха». Такое положение позволяло и сейчас позволяет докторам ислама создавать новые правовые нормы, приспособленные к меняющимся условиям жизни. Для того чтобы обычай, традиция, практика стали нормой права - иджмой - необходимо единогласное мнение знатоков ислама.

Четвертым источником права является кийас, или суждение по аналогии. Согласно кийасу правило, установленное в Коране, Сунне или иджме, может быть применено к делу, которое прямо не предусмотрено в этих источниках права.

Мусульманское право допускает и местные обычаи, прямо не противоречащие его принципам. Либеральное отношение ислама к обычаям местного населения, по мнению Рене Давида, способствовало широкому распространению ислама во всем мире119.

В шариате достаточно широкое развитие получили такие институты гражданского права, как право собственности, договорное право, семейное и наследственное право, В нем подробно разработан вопрос о гражданской дееспособности, которая рассматривается в качестве необходимого условия для приобретения имущественных прав. Факт достижения совершеннолетия в каждом отдельном случае устанавливался судьей,

Обязательства по мусульманскому праву делятся на возмездные и безвозмездные, двусторонние и многосторонние, срочные и бессрочные. Договор по шариату рассматривается как правовая и одновременно как божественная связь, В качестве иллюстрации приведем выдержки из Корана. Так, в Аятах 282, 283 Суры 2 говорится:

«О, вы, которые уверовали! Если берете в долг между собой на определенный срок, то записывайте это. И пусть записывает между вами писец по справедливости. <…> И ставьте свидетелей, когда уславливаетесь между собой, и не должно причинять неприятности писцу и свидетелю; а если сделаете, то это распутство у вас. И бойтесь Аллаха; поистине, Аллах вас учит, и Аллах знает о всякой вещи!120

Брак по шариату рассматривается как религиозная обязанность каждого мусульманина. Необходимым условием для вступления в брак для мужчины является достижение возраста половой зрелости. Коран признает, что мусульманин может иметь до четырех жен одновременно, при условии предоставления каждой из жен имущества, жилища и одежды в соответствии с его положением. Коран достаточно подробно определяет поводы к разводу и его процедуру. В тех случаях, когда муж имел физические недостатки, не выполнял супружеских обязанностей, жестоко обращался с женой или не выделял средств на ее содержание, жена могла обратиться в суд с иском на расторжение брака.

По шариату наследованию подлежат только имущественные права. Обязанности умершего не могут переходить на наследников. В первую очередь наследство получали дети умершего, затем его братья, дяди и т.д. Наследство открывалось только после покрытия расходов, связанных с погребением умершего, и уплаты всех его долгов.

Мусульманские правоведы все преступления разделяют на три группы. К первой относятся посягательства на права мусульманской общины, а именно: отступничество от ислама, преступления против порядка управления, кражи, употребление спиртных напитков, прелюбодеяние, а также ложное обвинение в последнем. Прелюбодеяние считалось доказанным только при показаниях трех свидетелей.

Вторую группу составляют противоправные действия, посягающие на права отдельных лиц. Нормы, регулирующие их, носят бланкетный характер и обращаются к обычному праву. Так, за убийство или смертельное ранение шариат допускал кровную месть со стороны потерпевших. Шариат предусматривает и возможность замены кровной мести денежным выкупом, если родственники убитого прощали преступника. За нанесение телесных повреждений ответственность возникала по принципу талиона (см. Суру 5, Аят 49).

Третью группу преступлений составляют такие действия, как оскорбления, хулиганство, растрата государственных средств, азартные игры и т.д.

Наказания по шариату носили публичный и устрашающий характер. Существовали такие виды смертной казни, как повешение, четвертование, утопление, убийство битием камнями. У воров отсекали пальцы и руки. Широко применялось и тюремное заключение. Мусульманское право знает и имущественные санкции (конфискации, штрафы), а также ссылку и высылку.

Говоря об уголовном праве, заложенных пророком Мухаммедом в Коране, следует иметь в виду, что оно, возникнув в VII веке отличалось высокой степенью гуманности сравнительно с современным ему уголовным правом других государств. Вполне естественно, по истечении 14 столетий, многие положения уголовного права по шариату устарели. Но в тот период, когда каждый человек выступал в защиту своих интересов, осуществляя самосуд, Мухаммед старался передать правосудие в руки государства, образованного из разрозненных арабских племен. В основу законоположений в Коране лежат принцип равновесия между преступлением и возмездием: ст.33 «Убийства, совершаемые вами жестокий грех»; «Не убивайте человека, ибо Аллах запретил вам это, исключая справедливые причины. По отношению к несправедливо убитому мы дает власть его ближнему, но чтобы этот не преступал в убийстве предела; он отмщен, так как тому воздано по закону» (Кор.XVII). Как видно, Мухаммед стремился предотвратить убийства среди своих последователей и в этом вопросе требовал полной справедливости. В целом в основании некоторых видов наказаний по шариату лежит принцип воздаяния преступнику за совершенное им зло и восстановления равновесия в нравственном мире, в основании других – устрашение, и третьих – принцип возмещения понесенного потерпевшим ущерба.

Мусульманское судопроизводство отличает простота, оперативность при рассмотрении дел и доведение до минимума формальностей. Судья одновременно выполняет функции и судебного пристава (судоисполнителя), то есть доводит принятое решение или приговор до исполнения. Дела, как гражданские, так и уголовные могут быть возбуждены исключительно по заявлению истца или потерпевшего. Процесс носит состязательный характер.

Шариатные суды по-видимому возникли в башкирском крае после утверждения ислама среди башкир. Однако мусульманство в Башкортостане не смогло пустить в мировоззрении народа таких глубоких корней, как это наблюдалось, например, у народов Средней Азии. Русский писатель Вл.Даль в журнале министерства иностранных дел в 1834 г. отмечал, что у башкир обыкновенная клятва перед Кораном менее значительна, чем у других магометан, но зато клятва на могиле (родителей), даваемая у них, весьма уважаема. Долгое время ислам сосуществовал с традиционными верованиями башкир, с культом Тенгри.

Башкиры никогда не были фанатиками ислама и многие нормы шариата не применялись. Например, не практиковались членовредительные наказания, положение женщины, как уже отмечалось, заметно отличалось даже по сравнению с соседними мусульманскими народами - татарами и др. В этом отношении заслуживает внимания функционирование у башкир института заключения брака с отменительным условием. Суть его заключается в оговорении башкиркой условий, при наступлении которых она имела право безоговорочно и окончательно развестись с мужем. Как правило, такими условиями являлись: 1) жестокое обращение мужа; 2) более чем двухлетнее отсутствие мужа; 3) вступление во второй брак мужа без ее согласия; 4) неисполнение мужем своих обязанностей, прелюбодеяние и другие. Эти условия при заключении брака записывались либо в книгу актов состояний, либо письменно оформлялись как обязательства мужа перед женой и вручались жене при вступлении в брак. Они назывались разводными письмами и при наступлении хотя бы одного из оговоренных условий, башкирка имела право требовать развода через шариатный суд. Хотя свободы расторжения брака по инициативе жены вообще противоречила духу общеимперского законодательства и шариату, тем не менее, шариатный суд в случае нарушения указанных «в разводном письме» условий, тут же расторгал брак.121

Таким образом, шариатные суды при отправлении правосудия у башкир по вопросам семейно-брачных отношений были вынуждены руководствоваться нормами обычного права башкир.

^ Законодательство России о правовом статусе башкир и переселенцев. Нормативные акты дореволюционной России, касающиеся правового статуса башкир и переселенцев в башкирский край в соответствии с развитием государственно-правовой системы можно разделить на следующие этапы:

– законодательство периода соблюдения условий вхождения башкирских племен в состав Московского государства (XVI-XVII);

– законодательство Российской империи, направленное на колонизацию края и подавление башкир (XVII – I половина XIX вв.);

– законодательство периода буржуазно-либеральной эволюции российской государственно-правовой системы (II половина XIX - начало XX вв.).

Согласно условиям Соглашений башкиры обладали землей на праве вотчинной собственности, что неоднократно подтверждалось в нормативных актах дореволюционной России (в Соборном Уложении 1649 г., именных указах Царя Московского государства в дальнейшем – императора России, в указах Сената) и просуществовало в различных модификациях вплоть до принятия Декрета о Земле от 27 октября 1917 г.

В целом институт вотчинного права на землю у башкир восходит к нормам обычного права и его содержание составляют права башкир по владению, распоряжению и пользованию своими землями. Предметом правового регулирования вотчинного землепользования башкир после вхождения в Московское государство являлись земельные отношения, складывающиеся:

а) внутри башкирского общества,

б) между башкирским обществом и государством,

в) между башкирами-вотчинниками и различными категориями пришлого населения в башкирский край (припущенниками).

По нормам обычного международного права тех времен в качестве гарантий вотчинного землепользования выступали уплата ясака и несение военной службы в пользу того государства, с которым башкиры находились в отношении вассалитета. Поэтому башкиры любые действия правительства по земле, ясака, другими видами налогов воспринимали как покушение на их права на вотчинное землевладение, и они вызывали недовольство и выступления коренного населения. К примеру, наряду с другими одной из причин восстания башкир 1755-56 гг. явился Указ Сената от 16 марта 1754 г. «О снятии ясака с башкирцев, мещеряков и татар, между ими живущих по продаже у них вместо сево соли из казны».122

В качестве субъекта вотчинного землевладения выступал в целом башкирский род (племя), который представлял землевладельческую единицу. Формально юридически все башкиры данного рода (племени) обладали одинаковыми правами на родоплеменную территорию, в пределах которой были образованы волости. В делах правительственных учреждений волости обозначались по названиям башкирских родов и племен (напр., Бурзянская волость, Усерчинская волость, Тамьянская и т.п.).

Царское правительство в проведении своей политики в башкирском крае в рассматриваемый период прежде всего опиралось на башкирскую аристократию, основную часть которой составляли тарханы. Звание тархана было наследственным и личным. Первыми тарханами от царского правительства стали башкирские бии, участвовавшие в переговорах о присоединении. В последующие годы тарханское звание присуждалось за военную и дипломатическую службу.

В состав башкирской знати входили также старосты, старшины, сотники и батыры. Староста являлся главой самоуправляющейся башкирской волости до конца первой трети XVIII в., затем его стали именовать старшиной. В связи с военной службой башкир и с традициями деления сформированного из башкир войска на сотни и пятидесятки, существовали должности сотника, пятидесятника, которые занимали либо богатые башкиры, либо батыры. Как правило, старосты и сотники по своему происхождению были потомками биев. В повседневной жизни башкиры называли старост и сотников словом «бий».

Тарханы, старосты, старшины в русских источниках назывались «лучшими башкирами» и были освобождены от уплаты ясака. Они отвечали за своевременное внесение податей в казну, распределяли земельные угодья внутри общины.

В башкирском обществе аристократия не владела землей отдельно от рода (племени), общины. Тарханы, старосты, старшины, сотники и рядовые башкиры являлись совместными владельцами волостной общинной территории. В связи с этим в башкирском обществе юридически не было феодальной ренты и феодальных повинностей в пользу «лучших башкир». Определенные привилегии существовали в форме преимущественного владения, пользования и распоряжения общинными землями башкирской аристократией. Например, тарханы имели преимущественное право владеть и пользоваться любыми землями в пределах волости. По имеющимся сведениям башкиры жили очень зажиточно. Так, некоторые тарханы владели стадами, насчитывающими несколько тысяч лошадей. Именно по поголовью скота можно приблизительно оценить богатство башкирской знати, стоящей на разных уровнях феодальной иерархии. Тархан владел в среднем одной тысячей лошадей, имел столько же баранов и несколько сотен голов крупного рогатого скота, не считая коз, а если он жил на юге Башкирии, то содержал еще и верблюдов. Батыру принадлежало не менее 500-1000 голов лошадей, у менее знатных предводителей их было от 100 до 500, а бараны и крупный рогатый скот находились приблизительно в равных пропорциях по отношению к общему поголовью животных. Старшины, приравненные к тарханам, занимали промежуточное положение между тарханами и батырами. Башкиры занимались и торговлей, продавая мед, воск, пушнину и скот.

К верхам башкирского общества относилось и мусульманское духовенство. Оно состояло из служителей религиозного культа: мулл, шейхов (миссионеры, проповедники), шейхзаде (сыновья, ученики шейха), имамов, хаджи (лица, совершившие паломничество в Мекку) и хафизов (про­фессиональные чтецы Корана). Они освобождались от уплаты ясака и несения военной службы.

Основную массу башкирского общества составляли рядовые общинники, в русских источниках их называют «черными людьми». Вся тяжесть повинностей ложилась на них. Они несли также военную службу и занимались подводной гоньбой.

Башкиры платили в казну два вида поземельных налогов: ясак за вотчинное землевладение и за пользование особо выгодными угодьями.

Военную службу башкиры несли полностью за свой счет. Каждый воин должен был иметь несколько боевых лошадей, оружие, обмундиро­вание. Ежегодно башкиры находились на сторожевой службе. Жалованья за военную службу башкиры не получали.

Подводная гоньба заключалась в перевозке башкирами на своих ло­шадях сборщиков ясака и представителей администрации. Башкиры также отвечали за состояние дорог.

Башкиры-вотчинники составляли особое сословие и находились в привилегированном положении. По мнению исследователя Рахматуллина У.Х., они владели несравненно большими земельными пространствами, нежели нормы владений не только крестьян, но и российских дворян XVII в.123, и конечно, не были строго ограничены в распоряжении волостными землями.

Правовое положение местного населения в рассматриваемый период определялся «именными» указами царя и Сената, принимаемыми, как правило, на основе «челобитья» башкир. В них главным образом подтверждались условия принятия башкирами подданства Московского государства.

Рассмотрим в качестве примера именной Указ Императорского Величества от 27 июля 1728 г. «Башкирцам всех дорог и волостей, батырам и старшинам и всем ясачным людям»124. Данный Указ прежде всего был принят «по челобитью присланных… выборных челобитчиков, башкирца Яркея Янгурина и его товарищей».

Во-вторых, данным указом башкирский край, выводился из-под юрисдикции Казанского губернатора и был передан «в особливое ведомство <…> Сената» и в качестве представителя его направлял в Башкирию бригадира-воеводу Петра Бутурлина.

В-третьих, Петру Бутурлину и предписывалось «башкирцам и прочим иноверцам никакого озлобления и обид и налог отнюдь никому никаким не чинить и нападками взятков ни с кого никакими мерами не брать и подчиненных своих до того не допускать»125.

В-четвертых, в нем регулировались вопросы сбора ясака у башкир и самое главное, при этом указ предписывал «… во всем поступать по данным Вам от предков наших Великих Государей жалованным грамотам (курсив – З.Е., А.Е.), а сверх положенного на вас башкирцев ясака никаких других подателей не спрашивать и тот ясак собирать по срокам»126.

В-пятых, данный указ разрешал башкирам «для челобитья» и «всяким своим нуждам» приезжать в Москву или в Сенат и обязывал воеводу снабжать башкир «проезжими письмами за своею рукою, а воспрещения в том <…> не чинить»127.

Указ завершается наказом башкирам «служить нам верно, как деды и отцы ваши служили», «беглых русских, мордвы, чуваш и черемис» и других подданных России «не принимать», а беглецов приводить в Уфу и передать бригадиру и воеводе.

Аналогично комплекс вопросов решали и сенатские указы. К примеру, в Указе Сената от 31 мая 1734 года были регулированы следующие вопросы:

- об отдаче башкирцам рыбных ловел по рекам Белой и Каме, с положением на них оброка;

- о провозе башкирцам для себя Илецкой соли и о продаже им оной русским;

- о дозволении Уфимским иноверным народам разбираться третейским судом и мириться добровольно;

- о переписи тептярей и бобылей и о положении в оклад неплатящих податей;

- об описи башкирских земель;

- о записи данных башкирцам и мещерякам тарханах грамот в особую книгу в Уфимской канцелярии;

- о вспоможении башкирцам в поимке воров;

- о положении в ясак детей, отделившихся от отцов и от семейств их;

- о неотправлении в ссылку пойманных воров без суда.

Наличие огромных территорий в Башкортостане способствовало притоку пришлого населения. Первыми пришельцами в Башкортостане были стрелецкие сотни. Они вместе с воеводой Михаилом Нагим были отправлены в Уфу на службу в 1586 г. В последующие годы в связи со строительством новых крепостей, заводов, монастырей появились помещики, дворяне и христианское население.

Русское трудовое население состояло из государственных, дворцовых, крепостных и монастырских крестьян, а также посадских людей. Башкирские земли также заселялись в явочном порядке беглыми крепостными крестьянами из центральных уездов России. Потом они легализовались местной администрацией. В XVI веке русские воины, бежавшие на юг Башкирии образовали яицкое казачество, официальное признание которого относится к 1736 году. Хотя Соборное Уложение боярам, дворянам и всем другим категориям подданных России запрещало совершать всякие земельные сделки с башкирами, тем не менее башкиры могли сдать свои владения в аренду и получать за это плату. Реализация данного права привела к образованию института припуска и целого сословия припущенников.

В этническом отношении припущенники были казанские татары, чуваши, мордва, мишары, марийцы и покинувшие по разным причинам свои родовые угодья башкиры. В составе припущенников были представлены различные сословия: служилые татары и мишары, ясачные крестьяне, бобыли и тептяри.

Значительный слой среди башкирских припущенников занимали тептяри и бобыли. Отметим, что в исторической литературе нет единого мнения в понимании истоков и условий формирования тептяро-бобыльского населения. Данная проблема не является предметом нашего исследования. Но все исследователи сходятся в том, что тептяро-бобыльское население было безземельным и за пользование земельными угодьями либо регулярно вносило в казну башкирский ясак за владельцев земли, либо «гоняло подводы» за башкир, либо бесплатно и вне очереди осуществляло помол башкирского хлеба, либо выполняло «мирские повинности» за вотчинников. После отмены в 1754 г. с башкир ясака припущенники платили денежный оброк башкирам. Кроме ежегодного оброка практиковалась единовременная оплата вотчинникам в момент заключения договора об аренде-припуске.

Обращая внимание на это обстоятельство, французский исследователь Р. Портель писал, что: «у башкир имелись своеобразные илоты в виде тептярей и бобылей…».128 По мнению А. Чулошникова тептяри и бобыли находились в полукрепостной зависимости от башкир-вотчинников.129

Особое место занимали мишари и служилые татары. В 70-х гг. XVII в. царское правительство переселило в Башкортостан для несения службы по 100 семей мишарских и татарских феодалов. Они жаловались поместным окладом от 60 до 120 четвертей пашенной земли и соответствующим количеством сенокосов и были освобождены от уплаты ясака.

Царское правительство, основной заботой которого в XVIII в. являлось подавление непрерывных башкирских восстаний, для подавления вооруженной борьбы коренного населения искало себе опору среди пришлого населения. Предоставляя различные льготы (раздача земли, освобождение от некоторых налогов мишарям и тептярям) правительству и местной русской администрации удалось настроить их против башкир. К примеру, в 1734 году тептяри и бобыли переписываются и формируют особое сословие и освобождаются от уплаты оброка в пользу башкир-вотчинников.


Вопросы для самопроверки


    1. В состав каких государств входили территории исторического Башкортостана? В формировании каких государств принимали участие башкиры?

    2. Назовите основные теории происхождение этнонима «Bashqort»?

    3. На каких условиях башкиры приняли подданство Московского государства?

    4. Какие обязательства брало на себя Московское государство?

    5. В какой форме было осуществлено вхождение башкир в состав Московского государства?

    6. Периодизация истории организации управления Башкирским краем.

    7. Особенности функционирования воеводской системы управления Башкирским краем?


Литература для самостоятельного изучения:


Абдулатипов Р.Г., Болтенкова Л.Ф, Россия. В чем суть твоего бытия? –М., 1994.-

Андреевский А.Д. История управления в России. Собр. Соч.. - Т.2. – СПб., 1899.

Акманов И.Г. Башкирские восстания XVII – первой трети XVIII в. - Уфа, 1978.

Акманов А.И. Земельная политика царского правительства в Башкирии. - Уфа, 2000.

Аннинский С.А. Известия венгерских миссионеров ХIII-ХIV вв. О татарах и Восточной Европе. Исторический архив. Т.III. - М.-Л., 1940.

Артамонов М.И. История хазар. – Л., 1962.

Асфандияров А.З. Башкирские источники ХVI – IХ вв. О добровольном присоединении края к русскому государству //Историческое значение добровольного присоединения Башкирии к Русскому государству. – Уфа, 1982.

Асфандияров А.З. Семья и брак у башкир в ХVIII – первой половине ХIХ в.

Башкирский народный эпос. – М., 1977.

Башкирское народное творчество. Исторический эпос. – Уфа, 1999.

Башкирские родословные. – Уфа, 2002.

Биишев А.Г. Еще раз об этнониме башкорт //Проблема общности алтайских языков.

Бикбулатов Н.В, Этноним башкорт// Башкирская этнонимия. – Уфа, 1987.

Бичурин Н.Я. Собрание сведений о народах, обитавших в средней Азии в древние времена. – М.-Л., 1950-1953. – Т.1.

Боровкова Л.А. Царства «Западного края» во II-I веках до н.э. (восточный Туркестан и Бувье Ажан. - М. Аттила бич Божий. – М., 2003. – С. 271. - М., 2001.

Валиди З. Воспоминания. – Уфа, 1994.

Витевский В.Н., Неплюев Н.И. Оренбургский рай в прежнем его составе до 1758 г. Т.1. –Казань, 1897.

Галлямов С. Великий Хау-Бен. – Уфа, 1997.

Гумилев Л.Н. Древние тюрки. – М., 1993.

Гумилев Л.Н. Удельно-лествичная система у тюрок в ХI-VIII веках (к вопросу о ранних формах государственности) //СЭ. – 1959. - №3.

Гумилев Л.Н. Древняя Русь и Великая Степь. – М., 1989.

Добросмыслов А.И. Башкирские бунты в 1735, 1736 и 1737 годах //Труды Оренбургской ученой архивной комиссии. Вып. 8. Оренбург, 1900;

Кляшторный С.Г. Древнетюркские рунические памятники. – М., 1964. и далее История Башкортостана с древнейших времен до 1917 г. – Уфа, 1991. Ч.1. История государства и права СССР. – Ч.1./Под ред. Чистякова О.И. Мартынова И.Д. – М., 1985.

История Сибири. – Л., 1968.

История Казахской ССР. – Алма-Ата, 1977.

История Уфы. – Уфа, 1981.

Калинина Т.М. Сведения ранних ученых арабского халифата. – М., 1988.

Кестлер А. Тринадцатое колено. Крушение империи хазар и ее наследие. – СПб, 2001.

Клюкин И.Н. Новые данные о племени толисов и тардушей//Вестник Дальневосточного отделения академии наук СССР. – 1932. - №1-2.

Кононов А.Н. Опыт анализа термина Турк //СЭ. – 1947. - №1. – С. 81.

Константин Багрянородный. Об управлении империей. Текст перевод.

Комментарий /Под ред. Г.Г. Литаврина, А.П. Новосельцева. – М., 1991.

Кузеев Р.Г. Происхождение башкирского народа. Этнический состав, история расселения. – М., 1974.

Кусимова Т.Х. В мире имен. – Уфа, 1991.

Мальцев Г.В. О происхождении и ранних формах права и государства. – М., 2000.

Мажитов И, Султанова А. Указ.соч.

Назаров И.К. Этнография башкир /Этнографическое обозрение. – СПб. – 1890. - №1.

Никольский Д.Л. Из поездки к лесным башкирам /Землеведение. Т. IV. – СПб., 1895.

Очерки из истории Башкирской АССР. Т.I Ч. I. – Уфа, 1956. Порталь Роже Башкирия в ХVII-ХVIII веках. – Уфа, 2000.

Рахматуллин У.Х. Население Башкирии в ХVII-ХVIII вв. – М.:«Наука», 1988.

Рене Давид. Основные правовые системы современности. – М., 1988. Рычков П.И. История Оренбургская. – Оренбург, 1896.

Рязановский В.А. Великая яса Чингисхана. Харбин, 1933.

Соловьев С.М. История России с древнейших времен. Кн.6-8, 10. Т. 11-16, 19-20. – М., 1961-1963.

Умурзаков Г.Х. Древние башкиры. Некоторые вопросы истории. – Уфа, 1991.

Усманов А.Н. Присоединение Башкирии к Московскому государству.

Шандуллина Л.И. Брак и развод по мусульманскому праву. В Кн.: Арабские страны. История. – М., 1963.

Янгузин Р.З. Этнография башкир. – Уфа, 2002.


Тесты


1. Расцвет Империи гуннов:

а) II в. д.э.

б) II в. н.э.

в) VI в. н.э.

г) Х в. н.э.


2. Хазарский каганат

а) государство, состоящее только представителей тюркских народов;

б) государство, где основной религией был только ислам;

в) государство, основанное только башкирскими племенами;

г) полиэтничное, много конфессиональное государство.


3. Табынское ханство

а) государство-вассал хазарского каганата

б) родоплеменной союз Юго-восточных башкирских племен;

в) государственное образование в составе Дешт и Кипчак

г) союзник казахского ханства «Младший жуз»


4. Ислам был принят в башкирском обществе

а) в VII в.;

б) в Х в.;

в) в ХII в.;

г) в ХIV в.


5. Правосудие с применением норм шариата осуществлял:

а) бий;

б) хафиз;

в) кадый;

г) тархан.


6. В начале ХVI в. башкиры:

а) находились в составе Казанского ханства;

б) находились в составе Сибирского ханства;

в) находились в составе Ногайской орды;

г) находились в отношениях вассалитета – сюзеренитета с этими государствами.


7. Вхождение башкир в состав Московского государства состоялась:

а) в результате военного вторжения войск Ивана Грозного;

б) сговора верхушки башкирского общества с Иваном Грозным;

в) волеизъявления башкирских племен и родов:

г) решения Всебашкирского йыйына.


8. Воевода

а) главнокомандующий русских войск, направленных на насильственное присоединение Башкирии к России;

б) лицо, избранное населением Уфимского уезда для управления башкирским краем;

в) должностное лицо, назначенное царем для управления Уфимском уездом;

г) лицо, направленное для строительства крепости «Уфа».


9. Расцвет Тюркского каганата:

а) II в.;

б) IV в.;

в) VI в.;

г) VIII в.


10. Волжская Булгария была разгромлена:

а) Аттилой - царем гуннов;

б) военной экспедицией из Багдада, где принимал участие Ибн-Фадлан;

в) Новгородской республикой;

г) Монголо-татарами.


11. Держава «Башкорт иле» (Масем-хана)

а) государство северо-западных башкир;

б) союз семи племени юго-восточных башкир;

в) часть Булгарского государства;

г) Вассал империи гуннов.

12. В башкирском обществе действовало:

а) римское право;

б) обычное право;

в) законы Хаммурапи;

г) Законы ХII таблиц.


13. Значимые вопросы древние башкиры решали:

а) на референдумах;

б) на йыйынах;

в) на совете батыров и тарханов;

г) в мечетях.


14. В судопроизводстве с применением норм обычного права принимали участие:

а) прокурор;

б) адвокат;

в) лица духовного звания;

г) заинтересованные стороны.


15. Вхождение башкир в состав Московского государства происходило:

а) в ХII в.;

б) в ХIV в.;

в) в ХVI в.;

г) в ХVIII в.


16. Первой системой государственного управления башкирским краем была:

а) губернская;

б) кантонная;

в) воеводская;

г) районная.


Раздел IV





оставить комментарий
страница3/7
З.И. составитель
Дата04.03.2012
Размер2,38 Mb.
ТипУчебно-методический комплекс, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7
отлично
  2
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх