Что такое наша работа? Это законный повод каждый день уйти из дома, чтобы отдохнуть от семьи, а потом, вернувшись, жаловаться домочадцам, как там было тяжело icon

Что такое наша работа? Это законный повод каждый день уйти из дома, чтобы отдохнуть от семьи, а потом, вернувшись, жаловаться домочадцам, как там было тяжело


Смотрите также:
Е. В. Постоевой Религиозно-философская публицистика Л. Н. Толстого...
Школа станет делом всей моей жизни...
Тексты к уроку...
1. Язык как средство коммуникации в ряду культурно и социально значимых средств человеческого...
Дипломная работа...
Времена года. Стихотворения школьников...
Курсовая работа на тему: «Внутренняя сила что это такое и как ее обрести»...
Илья  Варшавский Ключик...
Хв : Ну что ж, я попытаюсь ответить на все твои вопросы. Садись и слушай...
Книга вторая
Бежаницы историко-географический очерк Издательский дом "Стерх"...
“Как я провел лето”. Рад, что вы готовы к нему, но отложим это на день...



Загрузка...
страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   47
скачать
Сергей Ачильдиев


Век-волкодав


Что наша жизнь?..


Что такое наша работа? Это законный повод каждый день уйти из дома, чтобы отдохнуть от семьи, а потом, вернувшись, жаловаться домочадцам, как там было тяжело.

Что такое наш трудовой коллектив? Это самый важный фактор в условиях работы. Важнее нагрузки, ответственности и даже заработка с персональными надбавками. Это наша вторая семья, в том числе для тех, у кого, кроме законной супруги (супруга), на стороне есть третья семья.

Что такое наша коммунальная квартира? Это существование в форме общинно-родового строя в ХХI веке от Рождества Христова.

Что такое наша отдельная квартира? Это одиночество среди близких, где в действительности твое самое родное существо – телевизор.

Что такое наша дружба? Это гарантия поддержки, которую не способно нам обеспечить государство. Чаще материальной, но также моральной и чисто практической. Только наш человек, услышав, что вчера друг по пьянке упал и сломал ногу, бросает все неотложные дела и мчится на противоположный конец города, чтобы купить несчастному «мерзавчик» на опохмелку и кусок колбасы с хлебом на закуску.

Что такое наша близкая дружба? Это возможность излить на другого все свои страхи, обиды, унижения, грехи, боли, пережитые унижения и несбывшиеся мечты. Ни один священник и психотерапевт этого бы не выдержали. Но близкий друг выдерживает, потому что исповедь обильно запивается водкой и закуривается никак не меньше, чем пачкой сигарет.

Что такое наш автомобиль? Это наша самая настоящая любовь, не показная, даже тайная. Кто еще выносил нас из самых опасных ситуаций, которые мы сами же по своей глупости и создавали, а после даже не требовал благодарности? Кто еще давал нам возможность ощутить всю прелесть тепла в мороз и сухости в проливной дождь? И где еще мы можем найти место, чтобы, наконец, побыть в одиночестве? А кроме того, наш автомобиль – это безмолвный свидетель наших мелочных амбиций и жалкого тщеславия в решении глобальной проблемы «кто тут у нас на дороге главный?».

Что такое наша дача? Это наше место лучшего отдыха, куда свозят из домашней квартиры все, что жалко выбросить на помойку, где обитают в самом затрапезном виде и пашут на огороде от темнадцати до темнадцати, как прóклятые.

Что такое наша баня? Это вершина нашего наслаждения. Вместо того чтобы тихо-мирно помыться, мы залезаем в парилку на самую верхотуру, лупим себя веником почем зря и, дойдя до состояния клинической смерти, из последних сил ухаем в прорубь, где в конце концов и оживаем.

Что такое наше застолье? Это наш важный элемент духовного общения, когда люди садятся обедать в три часа пополудни и вываливаются из-за стола в три часа ночи, выпив и съев столько, сколько среднестатическому европейцу не осилить и за неделю.

А что такое Новый Год? Это наше вечное ожидание, что жизнь (так ее растак!), наконец, получшеет до того, что станет совсем другой, но мы при этом останемся теми же, какими были с рождения. Вот за это и выпьем с лучшими друзьями водочки, шампанского и снова водочки, и снова водочки, и снова водочки. И протокуем за новогодним столом всю ночь. А первого пойдем в баньку и попаримся. А второго погрузимся в машину и покатим на дачу, чтобы там, глубоко-глубоко вдохнув свежий морозный воздух, ощутить, как этот мощный глоток охлаждает воспаленные куревом бронхи и ударяет в голову долгожданным отрезвлением.

2010


^ Это мы, Господи!


Маятник свободы


В начале 1990-х чуть не вся страна пребывала в массовой эйфории: наконец-то, мы свободны и теперь заживём спокойно, достойно и счастливо — демократически, как на Западе! Но сегодня, всего через пятнадцать лет после победы над коммунистическим режимом, слово «свобода» упоминается не чаще, чем какая-нибудь «трансцендентальность», а про демократию частенько говорят с презрением и брезгливостью — «дерьмократия». Стоит ли удивляться, что, по данным «Левада-центра», 57 процентов россиян считают, будто свободы у нас и так уже достаточно, а 24 процента — что её даже слишком много.


— …Да, я — кандидат наук, вузовский преподаватель с тридцатилетним стажем, — совершенно свободен! Я свободен от денег, потому что мою мизерную зарплату трудно назвать деньгами. Свободен от медицинского обслуживания, потому что на платные услуги у меня, естественно, средств нет, а, как говорится, даром лечишься — даром и лечишься. Еще, по той же причине, я свободен от поездок за границу, отдыха на курортах, хождения в театры и на концерты, регулярных покупок новых книг… Видимо, это и есть демократия?!

Участники телевизионного ток-шоу, сидевшие в центре за круглым столом, крайне возмутились этим жалким интеллигентом из массовки:

— Свобода — это прежде всего ответственность за самого себя!

— Если недовольны зарплатой, идите работать в коммерческую структуру!

— Свобода в том и состоит, что она даёт человеку много возможностей, только ими надо захотеть воспользоваться, а не лить крокодиловы слёзы!

И лишь один сказал:

— Я вам сочувствую. Вы попали под каток истории. А что касается демократии и свободы, ни того, ни другого у нас по-настоящему ещё не было.

Наше телевидение, конечно, тоже совершенно свободно, поскольку любое другое, как говорил известный советский диссидент Александр Есенин-Вольпин, у нас попросту запрещено. Но свободно до известной степени: отчаянные вопли бедняков на телеэкране нынче не в моде. Поэтому перед выходом в эфир весь этот кусок благополучно вырезали.

А жаль… На мой взгляд, все — и вузовский преподаватель, и его оппоненты — абсолютно правы. Особенно тот, что говорил про каток истории. Могу даже добавить: катку этому ещё катить и катить.

И тем не менее кое с чем готов поспорить. Часто свобода воспринимается как удовлетворение насущных потребностей. Между тем кормёжка, отдых, крыша над головой, лечение — всё это есть и на скотном дворе, и в отдельные периоды существовало в Советском Союзе, хотя никогда не отличалось хорошим качеством и всеобщей доступностью. Истинная свобода — понятие более высокое.

В разные времена и разными людьми эта философская категория трактовалось по-разному. Великая французская революция поставила свободу в один ряд с равенством и братством. Марксизм определял её как осознанную необходимость. В иные эпохи понимание свободы обретало даже совершенно абсурдистские черты. К примеру, 27 января 1924 года, в день похорон главы советского правительства, на Красной площади Москвы красовался лозунг: «Могила Ленина — колыбель свободы всего человечества».

Однако по-настоящему глубинное значение испокон веков имели два идеала свободы, свойственные народам, которые принадлежат к двум цивилизационным моделям человечества — восточной и западной.

Восточный идеал сформулирован в Бхагавадгите, одной из позднейших книг Махабхараты: «Когда через дебри заблуждений пройдёт твой разум, ты достигнешь свободы от предписаний закона». Это идеал внутренней свободы, который нетрудно отыскать в любой из восточных религий — буддизме, конфуцианстве, ламаизме, синтоизме… Западный идеал вырос из первых монотеистических религий — иудаизма и христианства. Для иудеев идеалом свободы стал Исход из египетского плена, для христиан — принцип равенства всех перед Богом, ибо для Него нет ни эллина, ни иудея; а поскольку Бог есть высший закон, то принцип предполагает и общее равенство перед земными, государственными законами. Этот идеал свободы предполагает также признание социальных прав личности, разнообразие выбора, ответственность за себя, своих близких и общество в целом.

Несмотря на то, что значительная часть территории России расположена в Азии и несколько десятков миллионов наших граждан исповедуют восточные религии, большинство российской нации — христиане или люди, воспитанные в христианской культуре. Именно западное представление о свободе зафиксировано в нашей Конституции и законодательстве. Поэтому мы в общем и целом прежде всего европейцы.

Свобода — опять-таки в западном её понимании — для каждого государства в целом величина постоянная. Весь вопрос в том, кому она принадлежит: властителю и его клике, олигархам, военной хунте или — народу? Это своего рода закон сообщающихся сосудов: если из одной ёмкости жидкость вытекает, то непременно втекает в другую.

В России, увы, почти вся свобода и почти всегда была сконцентрирована в руках высшей власти. И власть делала всё, что «похощет»: разоряла дотла города, вела кровавые войны, расстреливала, вешала и нещадно порола собственный народ, сгоняла крестьян в колхозы, устраивала массовые голодоморы, запрещала генетику и кибернетику как «буржуазные лженауки»… Пётр Чаадаев, первый наш философ, саркастически заметил: «Посмотрите на свободного человека в России! Между ним и крепостным нет никакой видимой разницы». Однажды, при Павле I, дошло даже до того, что власть запретила само слово «свобода». Все наши правители — цари, императоры, генсеки — были полностью развращены собственной свободой и боялись только дворцовых переворотов. А ещё — народных бунтов, которые были так же беспощадны, как, впрочем, и бессмысленны.

«Жалкая нация! Нация рабов, — снизу доверху, все сплошь рабы...», — с горечью воскликнул когда-то Николай Чернышевский. Но так уж устроен человек, что хоть в чём-то он должен найти хотя бы крохотный глоток свободы. И наши предки находили такие глотки в гибельном бою или на дуэли: перед лицом смерти над человеком не властны ни царь, ни жандармы — только Бог. А кроме того — в протяжных, рвущих душу песнях, в анекдотах, в двойной (чаще воровской) жизни, в пьяных загулах…

Извращённое понятие свободы не могло не исказить наше видение общей философской картины социального устройства. Особенно губительно это проявлялось в те моменты истории, когда мы вырывались из собачника отечественного деспотизма: в 1860-е годы, с началом реформ Александра II, в феврале 1917-го, после падения царского самодержавия, а потом в начале 1990-х, когда рухнул коммунистический режим. И всякий раз мы не знали толком, что делать со свалившейся на нас волей.

Ещё XIX век породил в России два уродливых явления борьбы за свободу. Один — нечаевщина, которая продолжилась в террористической партии «Народная воля», убившей Александра II, а затем в большевистской партии, захватившей власть в октябре 1917 года и закабалившей страну сильней, чем когда-либо прежде. Другой — анархизм, который провозгласил полное — и, конечно, немедленное — разрушение любых государственных институтов. Давным-давно, в 1862 году, профессор Санкт-Петебургского университета Александр Никитенко, один из умнейших людей своего времени, записал в своём дневнике: «Тирания свободы не менее опасна и пагубна, как и тирания деспотизма». Но лозунг «Анархия — мать порядка!» вплоть до наших дней многим кажется очень соблазнительным.

На исходе минувшего столетия мы счастливо избежали и диктатуры, и анархии. Хотя и то и другое явственно витало в воздухе. Партия «бывших» дважды — в августе 1991-го и в октябре 1993-го — пыталась повернуть страну вспять, убеждая народ в старом российском поверье: будто назад — это и значит вперёд. Слава Богу, не получилось. А почти одновременно давал себя знать неоанархизм: всяк, кто силен, творил, что хотел — стрелял в ближнего своего, обворовывал государство, богател за счёт бедных; и всё это уже превращалось в норму бытия.

В начале нынешнего века «разгульная» демократия сменилась у нас «управляемой», а совсем недавно была предпринята попытка сделать её вдобавок «суверенной».

Либеральная интеллигенция критиковала два последних термина на все лады, а попутно — строительство властных вертикалей с полномочными представителями президента, отказ от выборности губернаторов, недостатки и упущения судебной реформы, взятие под контроль электронных СМИ... Одновременно западные страны то и дело нетерпеливо покрикивали на нас за малейший огрех в строительстве гражданского общества.

Чаще всего и те, и другие были правы; если не по форме, так по содержанию. Но лучше ещё раз вспомним, чем обернулось недовольство «слишком медленными» реформами, которые проводило правительство Александра II, а заодно — что свои нынешние оплоты демократии Запад возводил не в полтора десятилетия, а на протяжении долгих веков, точней — выстрадал в муках тоже не очень-то благостной истории.

…Свобода — это всегда маятник, который качается то вправо, то влево. Помню, в самый разгар горбачёвской перестройки некий читатель написал в газету письмо (тогда читательские письма публиковались в прессе простынями): что может гарантировать нам невозвращение обратно, в тоталитарный кошмар? Вопрос этот всегда актуален. Как и ответ: единственная гарантия — мы сами, защищающие свою свободу каждый день и каждую минуту, когда отстаиваем свои права перед чиновником, работодателем, продавцом, сантехником и далее по нескончаемому списку. Только — прости, Господи! — не с криком, руганью и кулаками, а на основании законодательства. Потому что истинная свобода — та, что подкреплена законом, а та, что зиждется на произволе («чего хочу, то и ворочу!»), — воля-вольная, помесь пугачёвщины с «калашниковым».

2006






оставить комментарий
страница1/47
Дата04.03.2012
Размер3,78 Mb.
ТипЗакон, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   47
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх