Гороховские чтения icon

Гороховские чтения


2 чел. помогло.

Смотрите также:
Педагогического опыта: «Работа по совершенствованию техники чтения Флягина В. Ф....
Задачи акции в целом были выполнены...
Н. Носов «Приключения Незнайки и его друзей»...
В. А. Сухомлинский «Сердце отдаю детям» Каждый ученик начальной школы должен овладеть прочным и...
-
Итоги исследований. Программы З. П. Гурьян...
Интернет-ресурсы для детского чтения...
Интернет-ресурсы для детского чтения...
Программа детского чтения для учащихся 1-4 классов Составитель: Марина Владимировна зеленина...
-
Список литературы...
«детство, опалённое войной»...



страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22
вернуться в начало
скачать

^ ТОПОНИМИЧЕСКИЕ БИЛИНГВЫ НА КАРТЕ ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ1


Люди пишут, а время стирает,

Все стирает, что может стереть.

Но скажи — если слух умирает,

Разве должен и звук умереть?

^ С. Маршак


С географией Уралу повезло: подобен древнему двуликому Янусу — одна сторона смотрит в Азию, другая — в Европу во все века. Через горы и перевалы, долины и леса, по полям и рекам с древности проложили дороги. Все побывали тут: приходили, селились и уходили. И оставили заброшенные копи чудские, могильники, черепки и «автографы» на дорогах — в именах гор, рек, озер, болот, дорог, в этнографии башкир на Южном Урале.

Кто наследил? Об этом, пожалуй, лучше всех рассказывают топонимы, особенно топонимические билингвы — названия на двух языках соседних природных объектов.

Самыми старыми дорогами служили реки с волоками; на эту тему исследования провел А. П. Афанасьев. Самыми «говорливыми» оказались имена водных источников — консервантов истории — и горы на берегах. Самые старые названия крупных рек сохранили притоки притоков, малютки.

В истории формирования башкир не без помощи топонимики специалисты насчитали девять языковых пластов. Самый древний, самый продолжительный и многослойный — индоевропейский. Последними из европейцев были иранцы, саки, до IV—VII веков нашей эры. Только самые древние иранцы могли наименовать захоронения предшественников, с общим названием андроновцы (арии), озеро Хахлан, река Кокуй. Потомками северных иранцев принято считать жителей Памира, Афганистана. Часть их ушла на закат солнца и в сторону южную; часть вошла в состав пришлых тюркских племен и составила мощный корень башкирского этноса. Об этом напоминают сотни топонимов и особенно топонимические билингвы.

Самоназвание башкорд — башкир имеет более десяти версий, и все на основе тюркских слов со спорными выводами. Наличие у башкирского этноса курдского следа можно объяснить этнонимом через слова из языка с загадочной историей курдов Туркмении. Они потомки древних иранцев и металлургов. У них баш означает «хороший»; корд (курд) — самоназвание; в иранских языках основное значение «железо», «кузнец». В начале XVIII века башкиры, как и курды, умели выплавлять из руды горы Магнитной сталь. Иранское железо (в форме кöрт) усвоили и уральские языки (Туркин). Очевидно, с ним связано у башкир диалектное слово корд — «волк», то есть «железный > зубастый»?

Так называемые волчьи ямы «проявляют любовь» к древним копям не случайно. В древности, покидая Челябинскую область по одной из южных веток Скифской дороги, путники знакомились с хребтом Ажигардак (Аджигардак). На хребте стоит гора Шалама, с нее на север, в Сим, стекает одноименная река; ее тезка течет в южном направлении в реку Ук. В языке пушту (афгани), консервативном иранском языке, слово шала означает «ложбина», «лощина», «впадина», «низина», «русло»; в других иранских языках слова челе, чель — «узкий проход», «сухое русло», «приток» и т. д.; ма — «сок», «вода». Перед въездом в горы путники знакомились с речкой Челябкой, притоком реки Миасс («долина проходной речки»: от аб — «вода», «речка»; ка — «долина»; чалаб — «круглая глубокая впадина с весенней, дождевой водой»), а затем — с рекой Ашик, Селянка (у башкир диалектное селябэ — «неглубокая широкая яма»). Челябинск называли ямой мои предки, потомки первопоселенцев. Челябинск прописался в созвездии семи дорог; у иранцев много городов типа Чалабе, Чалабзард, Чалебаг и т. д. В древности тюрки сделали кальку (перевод) с топонимов Шалама Ажигардак (ажиг, ашик — «перевал»; ардак — пассивное причастие от глагольной основы ар — «передвигаться по местности»). Здесь же река Сим принимает реку Ашу; у нее притоки Точильный и прибрежная гора Жерновая (иранское ас — «жернов» и так далее наследило). Знали иранцы в этой местности про горный хрусталь — санга и наименовали речку Санга).

Имеются в области Боровые речки, озера; одно Боровое имеет соседа — озеро Бакшан; в пушту бак — «лес», «чаща»; -шан является суффиксом; со словом бак много загадочных для тюрок названий. У пуштунов есть еще одно слово бак — «страх», и страшные топонимы часто встречаются в лесных местах.

Река Зингейка имеет на левобережье приток Каменный Дол; это дословный перевод имени реки (санг, занг, синг — «камень» и т. п.; ка — «долина», «река», «дно», «почва»). По тюркской версии зинге — «невестка», «сноха», «сестричка» — обзавелась русским окончанием.

Кара, речка под именем Черная, впадает в реку Миасс; пуштунская и башкирская версии совпадают полностью.

Тождество наблюдается и в отношении озер и рек: Аккуль, Ак-Елга (Белое озеро, Белая река от ак — «белая»; елга — «река», «долина»; куль — «озеро»; у пуштунов и памирцев дополнительные значения «луг», «пастбище», «водоем»).

Вас-Елга — река, правый приток реки Большой Ик. В атласе «Челябинская область» (2010) — уже Веселка, правый приток реки Уй (Уий); исток недалеко от горы Алтын-Таш. Уий и Вас — варианты одного и того же слова у индогерманцев и индоиранцев. Сюда же следует отнести и реку Веселку (Веселовку), правый приток реки Ай; в ее долине с середины XVIII века велась добыча железной и медной руды. «Наследили» и металлурги эпохи бронзы — на реке Багаряк у горы Виськовка (Васьковка, Веськовка). В реку Юрюзань впадает ручей Васьковка, рядом с ним речка Мися, а речки с основой мис, мий демонстрируют любовь к рудным же местам. И не случайно: в индогерманских языках вас и мис родом от одного слова bhа, bhe — «нагревать», «сиять», «светить». В Афганистане живут порядочные консерваторы тохары, у которых существует слово вас — «золото». Оно в медно-каменном веке проникло во многие языки и зазвучало по-разному и со множеством значений.

Ицыл — гора, хребет с гребнем. В источниках известны варианты Исил, Исим, Иссыл, Исыл. На склонах многочисленные курумники; сложен из кварцитов, кристаллических сланцев, шеллитов и прочих крепких, твердых и абразивных пород, за что и получил название. На юге продолжением Ицыла является гора Острая. Очевидно, Ицыл образует билингву на русском и пуштунском языке. Звук «ц» в названии отражает свистящий звук у башкир (и у некоторых иранцев). Этимологической базой являются пуштунские слова ас (жернов), асил (твердый, прочный; копье; стрела; осока). У русских оно сохранилось в словах острие, острый; у башкир — в диалектном ос (вершина, верх).

Кокуй — речка, правый приток Течи. Вытекала из озера Могильного. Топонимическая билингва. В устье стояла деревня Кокуй (Могильная) Теченской слободы, там остались памятники андроновской культуры. Где Кокуй (Кукуй), там и наследили андроновцы, включая Памир. Есть Кокуи в Сибири, в Предуралье, на Волге, и везде — древние захоронения андроновцев. В Челябинской области Кокуев несколько: озера, речки; еще больше их на карте 1800 года. Вместе с топонимами Хахлан, Коклан, Кокан, Кукан, Кукай, Хоклан, Кукланкуль образуют топонимический ряд. По документам удалось проследить переход гидронима Хахлан (Хохлан) в Коклан, Куклан, начиная с 1695 года. Наличие топонимической пары Кокуй — Могильное и древних захоронений позволяет при трактовке названий использовать иранские слова. Это пуштунское хах — «зарытый», «закопанный», «похороненный»; персидское хак — «прах»; «могила»; «почва, земля, грунт»; «страна». Суффикс относительного прилагательного -ай, -уй (и -ан) образовали топоним Кокуй, Кукан; суффикс обладания, вместилища –лан — слово «кладбище» — каклан. Кладбищам более трех тысяч лет. В окончаниях -ан является суффиксом обладания, вместилища.

Спорный лог; правый приток реки Куросан, озеро Спорное; Спорная Ляга и еще косой десяток Спорных оврагов, речек, озер, горок, хуторов на просторах области. Вероятно, малая часть отражает споры по земельным вопросам. Впрочем, многие названия появились на свободных землях, обычно в лесной или лесостепной местности. Это неслучайное явление. Не являются ли они переводом старых названий типа Балашта, Баласда? У башкир есть слово болашты, булашты со значением «спорное». В кыпчакских языках звук «а» русские слышат как «о». Поэтому исторически в топонимах могло сохраниться скифское (осетинское) слово балаш — «густой лес»; не отсюда ли тяготение «спорных» названий к лесным местам, сохранившимся до сих пор или бывшим таковыми в недалеком прошлом?

Сугояк. Озера в Красноармейском районе; одно имеет соседа — озеро Песочное, другое — Кумляк, которое в переводе с древнетюркского означает Песочное, Песчаное. Песком озера и местность не обижены. Название североиранское, в переводе с пушту — «песочное», «песчаное», от слова шага — «песок» с суффиксом -ак в башкирском произношении. В источниках с 1730-х годов оба озера имеют до десяти вариантов названия; оба образовали топонимические билингвы.

Озеро Тургояк. Про красоту местности, чистоту воды, целебный воздух, отвесные крутики на берегах написано много. Есть и река Тургояк, левый приток Караболки; топоним известен с 1707 года. И соседнее озеро Инышка на карте конца XVIII века названо Тургаяк. В источниках 1761 года и более поздних записан вариант — Тургаяк. За отвесные местами берега, за крутики озеро нарекли в древности арийские, индоиранские племена. Почти отвесные кручи обрамляют гору Тург на границе Таджикистана с Афганистаном, на Памире. У памирцев и афганцев, прямых потомков ариев, сохранилось слово tor, tur — «острие», «пик», «верх», «верхний»; со звонким суффиксом -к; у ягнобцев бытует слово tork — «верх», «макушка». Географический термин тур сохранился в именах гор Касатур, Белятур, Селятур; общее для иранских языков со слово тар — в названиях многих гор, рек, урочищ. Популярные суффиксы -ак, -ай превратили слово тур, турк в прилагательное с признаками относительности и ласки. Тургайак (Тургаяк в русской записи) — Крутиковое — нарекли озеро саки, скифы, массагеты или более древние арийские племена.

Уржумка. Это названия горы, железнодорожной станции, двух речек на территории Златоуста и возле него; в Башкирии такое же название — Уржум — имеют три деревни; Уржумкой называют и правый приток Вятки. В окрестностях железнодорожной станции Уржумка на высоте 550 метров, в лесах, начинается река Уржумка длиной 6,3 километра; в километре от горы Уржумка, в златоустовском поселке Дегтярка впадает в Балашиху, немного не добежав до реки Ай. Исток правого одноименного притока река Сыростан длиной три километра начинается недалеко от той же железнодорожной станции Уржумка, имеет восточное направление. Составители «Словаря топонимов Башкирской АССР» бытующее мнение о происхождении гидронима Уржумка («вижу белку», от марийских ур — «белка», ужаш — «видеть») как явно народную версию забытого названия даже не упоминают. Топонимисты выявили закономерность: если две реки текут с водораздела в разные стороны и имеют одинаковое название, то в долинах рек в древности проходил путь с волоком, и дорогу не забывали в последующие времена.

Иногда в роли «тезок» выступают горы, озера, болота, а речку переименовали. Такие билингвы не являются редкостью на карте области. Название из арийского прошлого Урала. Слово ор, ур означало «дерево», «хвойное дерево»; обе речки текут в лесной глухомани и в дорожной по сей день местности. В языке пушту слово йун — «движение», «прохождение». Течение (реки) имеет общую базу со словом гам, гама — «шаг», и со славянским жена, гена — «гнать», со словами гон, прогон.

Чередования звуков «н» с «м» — обычное явление во всех языках. Нельзя исключать и наличие суффикса прилагательного -жан, жэн или -ган. Окончание -ка может быть как русским, так и иранским словом со значением «земля», «долина», «поверхность», «дно». Осетинское слово балаш — «густой лес» (основа названия реки Балашихи; название для Уржумки старое или новое?) — по одной из версий можно считать скифским переводом (калькой) древнего названия Уржумка. По другой версии, на востоке водораздела имя реки Атлян (в нее впадает река Сыростан), которое можно считать булгарским наследием, означает «проходная» и новое название. Уржумки могут иметь и лесную, и дорожную «начинку».

Чебаркуль, озеро, подарившее в 1736 году свое имя крепости (ныне город Чебаркуль). Имеет двух соседей с названием Баляш. С конца XVII века у крепости и озера зафиксировано свыше десяти вариантов названия (Свар, Чвар, Чебар, Чебаркул(ь) и т. д.). Озер Чебаркуль несколько. У горы Чебарты через озеро и болото протекает речка Чебарты. Чебаркули и созвучные им топонимы «прописались» на огромной территории. Трактовка на Урале одна — тюркская, означает «пестрое озеро». Вариант Чубаркул является редким именем — Красавец. В Казахстане ближе к Уралу и Каспию прописались Чубарые степи. Название их выводят через казахское слово шубар — березово-осиновые колки. В названиях Сибири предпочтение отдают географическому термину чубур — густой лес. От загадочного термина до древнего иранского слова чуб — «дерево», «древесина», «дрова» — всего один шаг через суффикс -ар/ер и самостоятельное слово со значением «земля», «почва», «прах». Ну как тут не вспомнить немецкое слово erde — «земля»? А сакский вариант популярного суффикса -ак, превратившегося в суффиксы -ук, -юг, -ат, позволяют понять усвоение тюрками еще в булгаро- хазарские времена от индоевропейцев. Топонимы действительно «тяготеют» к густым лесам, в прошлом или в наши дни. Памятники скифскому периоду на Урале. В осетинском языке, наследнике скифского, слово балаш означает «густой лес». Названия образовали топонимическую билингву — пару одинаковых по смыслу названий на разных языках.

И таких пар на карте области несколько десятков. Самые лучшие трактовки у загадочных и спорных названий получаются от слов из языка пушту (афгани) и из памирских языков. Счет названий идет на тысячи.


ПРИМЕЧАНИЯ


1 Статья написана с использованием следующих материалов: Афанасьев А. П. Исторические, географические и топонимические аспекты изучения древних водно-волоковых путей // Вопросы географии. № 110; Топонимика на службе географии. М., 1979; Кузеев Р. Г. Происхождение башкирского народа: этнический состав, история расселения. Л., 1974; Андреев М. С., Пещерева Е. И. Ягнобские тексты. М.; Л., 1957; Асланов М. Г. Пушту-русский словарь. М., 1985; Бакаев Ч. Х. Говор туркменских курдов. М., 1962; Дворянкова Н. А. Язык пушту. М., 1960; Зарубин И. И. Шугнанские тексты и словарь. М.; Л., 1960; Иванов В. В. Тохарские языки. М., 1952; Миллер Б. В. Персидско-русский словарь. М., 1960; Поздеев В. В. Южноуральская топонимика. Челябинск, 2008; Розова Л. И. Словарь географических терминов и других слов, формирующих топонимию Таджикской ССР. М., 1975; Русско-башкирский словарь водных объектов республики Башкортостан. Уфа, 2005; Савина В. И. Словарь географических терминов и других слов, формирующих топонимию Ирана. М., 1971; Туркин А. Топонимика и история коми языка // Советское финноугроведение. 1983. № 3.

Е. М. Есикова

Челябинский областной краеведческий музей, г. Челябинск


^ ПРАВОСЛАВНЫЕ ОБЩЕСТВА ЧЕЛЯБИНСКА

(конец XIX — начало XX века)


Во второй половине XIX — начале ХХ века Челябинск в церковно-административном отношении входил в состав обширной Оренбургской епархии, охватывающей Оренбургскую губернию, Тургайскую и Уральскую области.

В Оренбургской епархии в конце XIX века в русле правительственной политики Александра III по русификации и христианизации окраин империи1 и согласно общероссийской церковной тенденции создания епархиальных и приходских братств и обществ2 стали активно создаваться различные общества церковно-просветительского характера. В 1886 году было создано Оренбургское Михаило-Архангельское братство3. В 1887 году в слободе Куртамыш Челябинского уезда было открыто с целью просветительской и благотворительной работы братство во имя святых Кирилла и Мефодия4. К 1902 году учреждены миссионерские братства на приходах в Александровском, Жуковском, Михайловском, Затобольском поселках, в городах Актюбинск и Иргиз. Деятельность братств была направлена на «созидание миссионерского направления в г. Актюбинске и его уезде»5.

Челябинск также не остался в стороне от этих событий церковной жизни епархии. В городе в 1903 году при Христорождественском соборе было учреждено общество хоругвеносцев. Христорождественский собор был заложен 23 марта 1748 года и стал первой каменной церковью города. Имел два придела: правый в честь святителя Николая и левый в честь апостола Иоанна Богослова. С 1914 года являлся кафедральным (с момента появления епископской викариатской кафедры в Челябинске).

Целью общества хоругвеносцев являлась забота о «благолепии храмов Божиих в городе и о благочинии среди богомольцев во время Богослужения»6. На цель общества указывает его название. Хоругви являлись важными предметами богослужения, на крестных ходах их как священные знамена несли церковнослужители и прихожане. На хоругвях обычно изображались Спаситель, Божия Матерь и особо чтимые святые и праздники.

По сообщению благочинного челябинских церквей протоиерея Митрофана Кремлева, инициатива учреждения общества хоругвеносцев исходила от жителей города. За образец в его организации было взято одноименное общество при Омском Успенском кафедральном соборе7.

В общество пожелали вступить сорок жителей Челябинска:

Баев Иван Дмитриевич;

Бакуев Петр Денисович;

Батраков Андрей Максимович;

Беляевский Павел Васильевич;

Боровинский Иван Николаевич;

Бухарин Александр Степанович;

Валаков Никита Ефимович;

Варнавин Павел Васильевич;

Дмитриев Валентин Васильевич;

Иванов Михаил Павлович;

Катков А. А.;

Катков Иван Андреевич;

Кедров Николай Афанасьевич;

Колбин Василий Михайлович;

Круглов Павел Васильевич;

Культин Яков Андреевич;

Лебедев Петр Иванович;

Лебедев Степан Петрович

Лямин Иван Ларионович;

Павлов Гавриил Васильевич;

Пахомов Афанасий Михайлович;

Пентегов Аркадий Андреевич;

Пентегов Евгений Андреевич;

Петров Никита Иванович;

Пономарев Андрей Иванович;

Пономарев Федор Егорович;

Семеин Александр Александрович;

Соболев Андрей Васильевич;

Сотпев Иван Евстигнеевич;

Степанов Павел Степанович;

Столбов Нмиколай Сергеевич;

Тарасов Александр Алексеевич;

Токарев Петр Павлович;

Филиппов Федор Васильевич;

Хованов;

Холодов Андрей Петрович;

Чикин Александр Андреевич;

Шапошников Иван Николаевич;

Шапошников Николай Иванович;

Шпагин Степан Андреевич8.

Активно в Челябинске работало общеепархиальное церковно-просветительское общество — Михаило-Архангельское братство. Братство было учреждено при архиерейской кафедре в Оренбурге в день празднования Собора Архангела Михаила и прочих небесных сил бесплотных (8 ноября) и названо в честь Архангела Михаила. Деятельность братства, особенно в первый год своей деятельности, подробно освещалась в «Оренбургских епархиальных ведомостях», где печатались устав братства, его состав, списки лиц, не сделавших членских взносов, журналы совета братства, годовые отчеты (которые печатались и отдельными брошюрами), а также обширные проповеди, беседы, духовные стихи, посвященные покровителю братства — Архангелу Михаилу.

Цели деятельности братства определялись в его уставе — это забота о распространении и утверждении православной веры между старообрядцами и иноверцами, обитающими в пределах Оренбургской епархии; также задачи братства были обозначены в архиерейском отчете по епархии за 1887 год9. Для достижения цели братство планировало открывать и содержать миссии, миссионерские церкви, школы и библиотеки; издавать и распространять в народе православные книги, брошюры и печатные листы на русском и местных инородческих языках; оказывать пособие и покровительство инородцам и старообрядцам, обращающимся в православие10. Приходские церкви епархии, в том числе челябинские, участвовали в этой работе, отчисляя взносы на нужды братства11.

В Челябинске братство организовывало внебогослужебные беседы и религиозно-нравственные чтения в храмах. Лекторами на этих собеседованиях были священнослужители — члены братства. Каждая беседа начиналась, сопровождалась и оканчивалась всенародным пением молитв. Содержанием собеседований служили поучения на воскресные и праздничные дни, катехизические поучения о вере, беседы о житиях святых, празднуемых в ближайшее время от дня собеседования, объяснения богослужений и молитвословий, постов. Проводились эти беседы и чтения по воскресным и праздничным дням, после окончания торжественных вечерен. Начало беседы оповещалось благовестом, редкими ударами в большой колокол. Посещаемость бесед и чтений колебалась по разным церквам, а также в зависимости от времени церковного года (наибольшая посещаемость — во время Великого поста) — от 10–20 до 200–300 человек12.

Дополнительно к вышеперечисленным беседам в Челябинске в здании солдатских казарм проводились священнослужителями городских храмов еще и народные духовно-нравственные чтения. Они проходили с 17 до 19 часов и посвящались объяснению воскресных и праздничных текстов из Евангелия и Апостола, праздничным событиям в жизни церкви и житиям святых13.

Деятельность православных обществ в Челябинске — хоругвеносцев при Челябинском Христорождественском соборе и Михаило-Архангельского братства — имела церковно-просветительский характер и была направлена на укрепление православного благочестия и нравственности среди жителей Челябинска.


ПРИМЕЧАНИЯ


1 Дякин В. С. Национальный вопрос во внутренней политике царизма (XIX в.) // Вопр. истории. 1995. № 9. С. 130—142; Полунов А. Ю. Церковь, власть и общество в России (1880-е — первая половина 1890-х годов) // Там же. 1997. № 11. С. 125—136.

2 Нечаева М. Ю. Единение во имя Христа: Православные общественные организации Среднего Урала середины XIX — начала XX веков. Екатеринбург, 2008. С. 67, 119, 167; Федорова Ю. С. Социальная деятельность братства святых Кирилла и Мефодия на территории Оренбургской Епархии во второй половине XIX — начале XX в. // Православная культура на Урале: контексты истории и современность. Челябинск, 2006. С. 250—254, 250.

3 Чернавский Н. М. Оренбургская епархия в прошлом и настоящем. Т. 1. Оренбург, 1900. С. 345.

4 ГАОО, ф. 173, оп. 3, д. 5383, л. 1—3.

5 Там же, ф. 175, оп. 1, д. 25а, л. 56 об., 84; П. Д-ов. Открытие Владимирского Братства при Актюбинском миссионерском стане // Оренбург. епархиал. ведомости. 1903. № 19. Неоф. ч. С. 672—675.

6 ГАОО, ф. 173, оп. 4, д. 7227, л. 1.

7 Там же, л. 1, 4.

8 Там же, л. 2 об., 3.

9 Там же, оп. 5, д. 10562, л. 56.

10 Устав Оренбургского Михаило-Архангельского Братства // Оренбург. епархиал. ведомости. 1888. № 4. Неоф. ч. С. 100.

11 ОГАЧО, ф. И-68, оп. 1, д. 16, л. 28; ф. И-71, оп. 1, д. 1, л. 44; ф. И-73, оп. 1, д. 2, л. 501, 505.

12 Отчет о деятельности Оренбургского Михаило-Архангельского Братства за седьмой год его существования, с 8 ноября 1892 г. по 8 ноября 1893 г. Оренбург, 1893. С. 6—11.

13 Там же. С. 16–17; Отчет о деятельности Оренбургского Михаило-Архангельского Братства за одиннадцатый год его существования, с 8 ноября 1896 г. по 8 ноября 1897 г. // Оренбург. епархиал. ведомости. 1898. № 20. Неоф. ч. С. 779—780.

М. И. Роднов

Институт истории, языка и литературы

Уфимского научного центра РАН, г. Уфа


^ ЧЕЛЯБИНСКИЕ ПОМЕЩИКИ: К 150-ЛЕТИЮ ОТМЕНЫ КРЕПОСТНОГО ПРАВА


Уральские горы были естественной границей распространения помещичьего хозяйства, дальше на восток лежала бескрайняя и свободная Сибирь. Поэтому в уральской историографии «обыкновенные» помещики-дворяне крайне редко являются объектом изучения, в отличие от горнозаводчиков. Так, в советской истории Урала вообще ничего не говорится о зауральских помещиках1. В недавно изданном в Челябинске учебном пособии есть раздел «Помещичье хозяйство Урала», где упоминаются помещичьи хозяйства «на восточном склоне Урала — в Екатеринбургском уезде»2. Но дворянские имения существовали и в южном Зауралье, в пределах Челябинского и Троицкого уездов.

В наиболее подробном в историографии исследовании Б. С. Давлетбаева приводятся различные итоговые данные о крепостном населении Челябинского и Троицкого уездов3. Автор подсчитал по уставным грамотам, хранящимся в Уфимском архиве, что, по ревизии 1858 года, в Челябинском уезде было 22 души дворовых и 840 крепостных крестьян, привел сведения о механизме выкупа4, встречаются в его монографии и факты по казенным крестьянам Челябинского уезда5. Но среди конкретных примеров Давлетбаев не рассматривает ни одного помещичьего хозяйства из Челябинского уезда, что не удивительно, основное внимание уделено западным уездам с многочисленными дворянскими имениями, зауральская «окраина» была представлена единичными хозяйствами. Во второй половине XIX века челябинские помещики практически полностью исчезают, что также не способствовало интересу историков к их судьбе.

Но накануне отмены крепостного права, в феврале — марте 1861 года, в единственной газете края «Оренбургских губернских ведомостях» публиковались полные списки помещичьих имений по уездам тогдашней Оренбургской губернии, из которых можно узнать обо всех дворянских хозяйствах, существовавших в южном Зауралье в канун Великой реформы6.

В Челябинском уезде в первом стане господину Портнягину принадлежала деревня Федоровка из 16 дворов, где проживали 48 мужчин и 67 женщин. В имении насчитывалось 1265 десятин земли. Дворовых людей не имелось, значит, усадьба у Портнягина тоже отсутствовала, а управлял имением опекун Андреев. То есть финансовое состояние помещика было неважным. Федоровка была приписана к соборной церкви города Челябы, в 17 верстах от которой она и располагалась. Это было единственное дворянское поместье в первом стане.

В третьем стане Челябинского уезда располагались в 1861 году четыре имения. При сельце Окунево (Мировичево тож) находились два небольших владения общей площадью 205 десятин. Госпоже Галкиной принадлежал всего-навсего один двор, где проживали 5 мужчин и 12 женщин крепостных, а княгине Кугушевой там же принадлежало 7 душ дворовых (3 мужчины и 4 женщины). Вероятно, это результат раздела единого участка, усадьба досталась Кугушевой, которая, видимо, там и проживала, раз в газете указано, что «управляет сама владелица». Жители были приписаны к Петропавловской церкви села Маслейского, что лежало в 6 верстах.

Кроме того, при сельце Благовещенском господа Авдеевы имели в собственности 129 десятин земли, 5 дворов крепостных крестьян (16 мужчин и 18 женщин), дворовых не имелось, значит,усадьба отсутствовала. Управлял всеми делами староста, а крестьяне состояли в прихожанах церкви села Карачельского (10 верст от имения). И существовал еще хутор Бороздны, названный по имени владельца, площадью лишь 40 десятин, на котором стоял один двор (2 мужчины, 5 женщин) дворовых крепостных людей. Управлял сам владелец, а молиться приходилось ходить за 30 верст в церковь станицы Усть-Уйской. Фактически это маленькие частные владения с крайне небольшим числом крепостных, помещичьими имениями они числились только на бумаге.

Настоящие поместья находились в четвертом стане Челябинского уезда. При деревне Долгая лежали земли Авдеевых (1178 десятин), на которых стояли 32 двора крепостных крестьян (85 мужчин и 86 женщин), дворовых (и усадьбы) не было. Управлял имением староста, а приписаны сельчане были к церкви села Петровского, что находилось в 7 верстах.

К этой же церкви принадлежало население и двух следующих поместий, находившихся в 4,5 верстах от Петровского. Дворянке Разгильдяевой принадлежало сельцо Елизаветинское — 829 десятин, 24 двора, 67 мужчин и 85 женщин, без усадьбы, но управляла сама владелица. А в собственности наследников Степового находилась деревня Васильевка (1263 десятины, 20 дворов, 63 мужчины и 66 женщин крепостных). Здесь числились дворовые люди — 18 мужчин и 28 женщин, значит, стояла немаленькая усадьба. Управлял всеми делами вольнонаемный Виноградов.

Наконец, само село Петровское представляло собой имение дворян по фамилии Качки. Им принадлежали 8842 десятины земли, 204 двора крепостных крестьян (581 мужчина и 616 женщин). «Управляют сами владельцы» — указано в ведомости. Это было единственное крупное имение в Челябинском уезде, хотя дворовые (прислуга) не отмечены. Возможно, их обязанности исполняли рядовые сельчане.

В Троицком уезде (первый стан) располагалось несколько дворянских имений. Наследникам Ахматова принадлежали сельцо Новокумляцкое (132 вора, 366 мужчин, 444 женщины крепостных крестьян, дворовых не было) и в двух верстах от нее деревня Старокумляцкая (45 дворов, 93 мужчины и 118 женщин крепостных, дворовых — 12 мужчин и 15 женщин). Общая площадь поместья составляла 774 десятины. В деревне Старокумляцкой на 1861 год проживал отставной майор Черемисинов, которому принадлежало 50 десятин, 4 двора крепостных (12 мужчин, 15 женщин), без дворовых, хотя указано, что «помещик находится в имении». В Новокумляцком имелась церковь. Хозяйство наследников Ахматова находилось «в опекунском управлении».

Сельцо Кабанское (81 двор, 4650 десятин) принадлежало двум дамам: Эпанешниковой (310 мужчин, 368 женщин крепостных) и Скарятиновой (дворовых — 1 мужчина, 2 женщины, крепостных — 2 мужчины, 3 женщины). В версте лежал выселок Кабанский дворянки Лосенковой (2398 десятин, 21 двор, 53 мужчины и 63 женщины крепостных). Первым имением управлял сын владелицы, а последнее находилось в опекунском управлении. Население было приписано к церкви Верхнеувельской станицы (Варламово тож), что в 17 верстах от Кабанского.

Последней помещицей являлась графиня Мордвинова, которой принадлежали две деревни в Троицком уезде: Николаевка (10 032 ¾ десятины, 169 дворов, крепостных 604 мужчины и 632 женщины) и Мордвиновка (10 832 ¾ десятины, 128 дворов, крепостных 517 мужчин, 498 женщин). Дворовых не имелось, усадьбы хозяйской, видимо, тоже, а управлял имением подпоручик Фон-дер-Бриген. Жители Николаевки относились к церкви Кичигинской станицы (лежала в 7 верстах), а крестьяне из Мордвиновки за 12 верст ходили на службу в храм села Писклово Челябинского уезда.

Таким образом, перечень помещичьих имений южного Зауралья на 1861 год показывает, что здесь существовали единичные хозяйственные комплексы дворян-помещиков (дворян Качки в Челябинском, Эпанешниковой и графини Мордвиновой в Троицком уездах), остальные являли собой малопоместные владения, неслучайно многие из них находились в опеке. В многоземельных зауральских уездах Оренбургской губернии среди свободного зажиточного крестьянства и казачества дворянские поместья были обречены, не могли выдержать конкуренции и после ликвидации крепостничества быстро исчезли.


ПРИМЕЧАНИЯ


1 История Урала в период капитализма. М., 1990. С. 43—51.

2 История Урала, XIX век — 1914 год. Челябинск, 2007. С. 176.

3 Давлетбаев Б. С. Крестьянская реформа 1861 года в Башкирии. М., 1983. С. 14, 15, 43, 45, 47, 48, 53, 57, 58, 61, 68, 119, 120.

4 Там же. С. 47, 64—65.

5 Там же. С. 137.

6 Оренбург. губерн. ведомости. 1861. 4 марта. Часть официальная. Приложение к № 9. Ведомость о помещичьих имениях Троицкого, Челябинского уездов.





оставить комментарий
страница3/22
Дата04.03.2012
Размер6,87 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22
плохо
  1
отлично
  7
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх