«Историческое и национальное в романе М. И. Ошарова «Большой аргиш» Вагенлийтер Татьяна Андреевна icon

«Историческое и национальное в романе М. И. Ошарова «Большой аргиш» Вагенлийтер Татьяна Андреевна


Смотрите также:
О проведении аукциона...
Уроки с использованием игровых ситуаций...
Урок Выполнила Штырля Татьяна Андреевна Тема: поэты Зауралья о Родине, о времени, о себе...
Муниципального  дошкольного  образовательного  учреждения ...
Муниципального  дошкольного  образовательного  учреждения ...
Учебное пособие для 10 класса в двух частях. Автор Ю. В. Лебедев, 2002 год...
Национальный вопрос, централизация и русская социал-демократия...
Интервью окончено. 19...
Доклад на Всероссийской Научно-практической конференции «Историческое образование в России:...
Доклад на Первой Всероссийской научно-практической конференции «Историческое образование в...
Доклад на Первой Всероссийской научно-практической конференции «Историческое образование в...
20 апреля Экскурсия в Дом-музей Ф. М. Достоевского 30 Утреннее заседание 10...



Министерство образования и науки РФ

Управление образования администрации Ленинского района

Муниципальное образовательное учреждение

«Средняя общеобразовательная школа № 148»


Номинация «Литературное краеведение».


Тема: «Историческое и национальное

в романе М.И. Ошарова «Большой аргиш»


Выполнила: Вагенлийтер Татьяна Андреевна,

06.06.1991 года рождения,

паспорт 0404 938417, выданный УВД

Ленинского района г.Красноярска 21.06.2005г.

Домашний адрес:

660124, г.Красноярск, ул.Борисевича, д.13, кв.89,

т.8-923-345-35-75.

МОУ «Средняя общеобразовательная школа№148»,

11классА, структурное подразделение МОУ

СОШ№148 -

«Литературно-краеведческий музей «Наследие»,

660124, г.Красноярск,ул.Борисевича, д.23,

т.8(3912)2-66-95-16.

Руководитель: Боковикова Татьяна

Александровна, учитель русского

языка и литературы (высшая категория),

руководитель структурного подразделения

МОУ СОШ №148 «Литературно-краеведческий

музей «Наследие»,

д.т.8(3912)2-68-51-02, 8-902-918-35-03.


Красноярск, 2008 год.

ВСТУПЛЕНИЕ.


Региональная специфика литературы Красноярского края, нашей “малой родины”, предполагает изучение историко-литературного материала “… в строгой хронологической последовательности…, углубленный литературоведческий анализ произведения на основе рассмотрения творческого метода писателей, особенностей их мастерства и стиля …”, что и отличает историко-литературный аспект исследования от краеведческого, ставшего традиционным при изучении литературы областей”.

. Обратившись к понятию “региональный”, мы узнали, что regionalis (местный, областной) относящийся к какой-либо определенной территории – району, области. Регионализм же в литературе – это, по мнению доктора филологических наук, профессора Б.А.Чмыхало, “необходимо присущее литературному процессу качество, связанное с его локализацией». 2

Именно локализации мы обязаны возникновением “культурных гнезд” (Н.К. Пиксанов) в Сибири: Иркутск, Томск, Красноярск, Омск, Барнаул и др., но не следует ограничиваться рассмотрением творчества писателя применительно к какому- либо “культурному гнезду”, ибо это понятие может свести нас к литературно- краеведческому походу в изучении региональной литературы, которому мы предпочитаем поход историко-литературный.

Регионализм в Сибири в качестве существенного фактора истории русской литературы сформировался к началу XX века. Именно в это время в Сибири, кроме уже существовавших 460 газет, появились журналы: “Сибирский наблюдатель”, “Молодая Сибирь”, “Сибирская новь”, “Думы”, “Сибирский журнал для всех”, “Сибирские записки” и многие другие.

Чаяния и надежды различных слоев населения Сибири” отразилась в произведениях Г. Гребенщикова, Г. Вяткина, И. Гольдберга, Ф. Березовского, В. Шишкова, и этот ряд можно продолжить.

В “Истории русской литературы” (т.10, 1954г.) говорится о заслугах писателей-областников: “Сибиряки открывали новый мир – жизнь и быт сибирской таежной деревни, с ее особенным укладом, с жестокими, подчас страшными нравами и обычаями”.

Отбывавший сибирскую ссылку писатель – публицист В.Г. Короленко был убежден, что рассказывающий о жизни народов Сибири должен совмещать в одном лице этнографа, который гарантировал бы точность передачи облика национальной культуры, и художника, который доводил бы этот рассказ до степени словесного искусства.




Ю.С. Постнов. Литература Сибири как предмет исследования.

Красноярск,1977. 2 Б.А. Чмыхало. Молодая Сибирь. Красноярск, 1992.


“Художественное освоение русских окраин присуще и собирателю поэтических народных преданий, автору художественно своеобразного романа о представителях малой народности-эвенков – “Большой аргиш” (“Большое кочевье”), М.И. Ошарову.

Наша цель – анализ исторического и национального факторов в литературном материале романа М. Ошарова.

На примере эвенкийских родов, Молошко, Хорболя и их потомков, автор показывает судьбу народа, картину разложения общинно-родового строя, и не только под влиянием надвигающегося русского капитализма, но и сил внутренних, обусловленных ростом самосознания человека.

М. И. Ошаров поэтически выразил мысль о правах человека на внутреннюю свободу, на решительный протест против изживших себя норм и правил.

Специфика подхода к прочтению произведений о малых народностях заключается в невозможности подхода к их жизни с мерками классового общества, так как жизнь народов окраин России удивительно самобытна. Центр страны и ее окраина удалены друг от друга не только в географическом, но во временном и социально-культурном пространстве. Когда в начале 17 века русские “служивые люди” впервые встретились с “инородцами”, проживающими по рекам Нижняя и Верхняя Тунгуски (отсюда и первоначальное название народа - “тунгусы”), то те жили в другой общественно-политической формации – общинно-родовой. Проходили века, но мало что менялось. Вот как об этом пишет автор северных рассказов и романа “Угрюм-река” Вячеслав Шишков: “Бой у них лучной (пальма), все рогатины костяные, лес и дрова секут и юрты (чумы) рубят каменными и костяными топорами”.1

Самобытность произведений о Севере заключается в их этнографизме. Не избежал этого в последнее предреволюционное десятилетие ни В.Шишков с его внедрением капиталистических отношений, ни в более поздний период, в 30-е годы 20 века, М. Ошаров – пропагандист идей социализма среди северян. “Северная” тема рассматривается, безусловно, каждым по-своему, но сближает их понимание жизни малых народов, их душевных качеств, а самое главное – не покровительственное отношение как к “младшему брату”, а взаимоотношения на равных.

Обратимся к В. Шишкову: «…многие из них (тунгусов) отличаются замечательной своей нежной душой, склонной к поэзии. Люди тайги, мало обращающиеся с людьми другой расы, не низкопоклонны, отважны, горды, гостеприимны, чисты». Простые русские люди несли северному народу более высокую культуру, новые орудия труда, новые товары. Но шли и любители легкой наживы, которые спаивали народ, а по царскому указу облагали непосильным «ясаном» (налогом). В годы Советской власти эвенков с детства отучали от стойбищ, забирая детей в интернаты.


Культурно-экономическая справка.

Эвенкийский автономный округ образован в 1930году, площадь -767,6 тыс. км 2, население - 20 тысяч человек: русские, эвенки, якуты. Центр – пгт.Тура. Расположен на Средне-Сибирском плоскогорье. Главные реки: Нижняя и Подкаменная Тунгуски (приложение 2). Главные отрасли хозяйства: пушной промысел, оленеводство, звероводство. Добывают графит, шпат. Развито судоходство в летнее время, когда в Эвенкию завозят продукты питания и все необходимое для нормальной жизни. В Эвенкийском национальном округе эвенков всего 2 тысячи человек, в других местах Сибири и Дальнего Востока – 28 тысяч человек.


Стоит только удивляться, что на территории, вмещающей Англию и Францию вместе взятые, проживает немногим более 20 тысяч человек, а коренного населения - и того меньше.

Страшный мор - оспа - охватил Эвенкию в XIX веке. Вымирали целые рода. Люди садились в нарты (приложение 3), погоняли оленей и неслись, куда глаза глядят от смерти, но она настигала, и они умирали прямо на нартах. А в 1908 году на территории Эвенкии упал Тунгусский метеорит, который уничтожил все живое вокруг. Вот как описывают увиденное очевидцы: «Давно это было, тар эчеле - великий шаман Магды - гача, разгневавшись на непокорный род, наслал на эвенков огненных птиц - Агды. И они сожгли тайгу, ягельники (ягель - мох для оленей). Полыхали небо и земля, метались ослепшие олени и люди, погибли многие».

Итак, об этом народе нам рассказал в своем романе Михаил Иванович Ошаров (1894 - 1937гг.). (Приложение 4). Жизнь и деятельность писателя примечательна тем, что он долго - более 12 лет - жил и трудился среди народов сибирского Севера. «Когда я поехал на Енисейский Север, - рассказывал М. Ошаров, - мне было 24 года, а вернулся с Севера в 1932 году. Работал в должности инструктора Туруханского Союза кооперативов, проводил экономическое и бытовое обследование народов, вел культурно-просветительскую работу, жил в чумах». О его сердечном отношении к эвенкам до сих пор ходят рассказы. «Большой Ошар» - так любовно его называли эвенки. Такое же название и у романа об этом человеке, написанном Жоресом Трошевым.


М. Ошаров родился в Красноярском крае в семье сибирского казака. С 13 лет стал работать по найму - молотобойцем, батраком; поступил в Канское реальное училище, затем - в Московский коммерческий институт. Поучиться удалось недолго: мобилизовали в царскую армию. В Москве Ошаров посещает вечерний Народный университет Шанявского. Когда в 1919 году он попадает на Север, то оказывается вполне подготовленным для многостороннего изучения жизни, быта и культуры кочевых народов. В течение десятилетия он без устали собирает богатейший фольклор северных народов. Так в 1935 году появляется сборник «Северные сказки», живейший интерес к которому проявил М. Горький. Писать Ошаров начал в 1923г. В журнале за 1925г. «Сибирь» опубликован его первый рассказ «Компас». С 1924 по 1928год он много и упорно работал над повестью «Звено могил», которая вошла как I часть романа «Большой аргиш», II часть - «Бали», III часть - «Сауд» (но ее рукопись в 1937 году бесследно исчезла).

В романе «Большой аргиш» М. Ошаров создал живые и оригинальные характеры жителей далекой тундры, с достоверностью рассказал о зреющих противоречиях в их среде, поэтически выразил мысль о правах человека на внутреннюю свободу, на свободу чувств и мыслей, затронул вопрос о правах человека на решительный протест против уже изживших себя норм и правил общежития.

Эвенки - народ необыкновенно поэтичный. И повесть «Звено могил» начинается с эвенкийской народной легенды о мамонте Сэли и змее Чжябдаре, повествующей о том, как появились на земле Эвенкия и ее народ.

«Давно это было. Совсем давно. Когда большая вода заливает всю сушу, и только маленькие лоскутки земли чуть-чуть приподнимались над широкой водной гладью, обратился эвенк к верховному божеству, Амаке, дать его народу побольше земли. Услышал эти слова гулявший неподалеку мамонт, разбудил ленивого змея, и началась работа. Сэли шел, не уставая и не останавливаясь, на ходу всаживая свои могучие бивни в лоскутья суши и морское дно, и разрывал их, отбрасывая в стороны землю и камни, нагромождая утёсы и волнистые цепи гор.

Не останавливаясь, полз за ним и Чжябдар, приминая развороченную мамонтом землю и оставляя за собой гладкий след, ту землю, по которой так изнывал человек. А земля заросла смолистой тайгой, распушилась травами, окуталась мхами, опоясалась реками, засинела горными далями, закурилась туманами. Есть теперь, где пастись оленьим стадам, кочевать эвенкам, чтобы всегда были сыты и сами они, и их быстроногие олени».

Эта легенда доказывает, что эвенкам было присуще анималистическое мышление, когда животные наделялись «необыкновенными свойствами и даже обожествлялись». Еще одним подтверждением этого является, пожалуй, самый экзотический обряд над убитым Микпанчой медведем - чуки.

«Микпанча развернул задние лапы медведя, подправил огнивом лезвие ножа и сделал им продольный надрез вдоль паха. Вырезав два куска жира, он поднес его Шиктолок и улыбнулся:

  • Ты, Шиктолок, - лучший охотник, и тебе, как лучшему, я подаю жир!

  • Жир мне подает лучший охотник - это верно, я съем его, не стыдясь,-сказалаона.
    -Срежь-ка мне палочки, я буду жарить куски.

Микпанча содрал шкуру с медведя, отрезал его голову ножом. После этого они долго сидели вдвоем у огня, топили и ели вкусный жир...

Затем Микпанча на высоте своего роста обтесал с трех сторон молодую сосенку и на грани затесов сделал две засечки. Осторожно вынув из черепа медведя глаза, он повесил их за жилки на приготовленные засечки.

-Микпанча,зачем ты это сделал?

-Чтобы медведи не могли хорошо видеть человека. Теперь они будут видеть, но не будут знать, в какой стороне от них человек. Прямо вешать нельзя. Меня научил этому отец Калтына и научил чуки. Отец мой был труслив, он никогда не убивал медведей. Амурча, кажется, трусливее отца...»

Итак, мы знакомимся с героями произведения. Для лучшего понимания взаимоотношений двух больших родов, Молошко и Хорболя, молодые люди которых полюбили друг друга, мы представили на схеме, где обозначены связи этих семей (Приложение 5).

Трудолюбивы, но бедны эвенки. И, на первый взгляд, кажется, что все они одинаково беззащитны и равны перед матушкой-природой, перед тяжелыми климатическими условиями Севера. Но нет, и здесь уже заметно социальное неравенство и расслоение. На широкой Кимчу стоят лабазы богатого эвенка по имени Молошко... В наследство от своего отца он получил большое оленное хозяйство... При умелом чередовании пастбищ олени Молошко всегда были сыты, жирны и много крупнее соседних оленей... Зная силу и буйный нрав оленей Молошко, соседи сами удерживали свои стада от вторжений в его привольные угодья. Так леса Кимчу и её притоков стали заповедником именитого Куркогира (название одного из эвенкийских родов).

Действие романа разворачивается на фоне суровой природы Эвенкии (Приложение 6): «Уже потянули холодные ветры и зашушукались встрепанные кедрачи, уже сгустками крови ложился красный, скоробленный осенью лист на землю, и сквозь ободранные ветви тайги глядело в просинь холодеющее небо»... Или проиллюстрируем такое описание: «Дальше по склону горы, где как будто рвалась полоса зари, виднелся берег реки Ирикты и на нем - опрокинутые лодки».

Мы говорили о легенде, но не менее поэтичны и песни эвенков. На их фоне происходит драматическое действие повести. Каждая из песен как бы оттеняет происходящее. Так знакомство Микпанчи и Шиктолок начинается с песни девушки у общего костра:

Спешите, подруги и парни, на берег, ведь летняя ночь коротка!

Ехорье!

Спешите скорее на игры и

песни,

Пока не проснулась

тайга.

Ехорье!

Спешите, спешите, чтоб дольше Могли мы попеть, поплясать у костра.

Ехорье!

Спешите и вы, старики и старухи. Пока еще в силах ходить!

Ехорье!

Рассвет недалек.

А поднимется солнце, всем нам работу найдет

Ехорье!

Мужчинам придется доделывать лодки, А девушкам, сесть за шитье!

Ехорье! Сцена сватовства Амурчи и Шиктолок передает обычаи эвенков.

Сватовство же сопровождается пением свахи и ответами отца невесты:

Амурча у нас охотник,
Бьет стрелой любого зверя... Шиктолок моя не хуже, •--..

Ее руки знают все. Гости дружно подхватывают:

Шонюко,шонюко! Зарождение чувства любви Микпанчи передано в его песне:

Глаза моей Шиктолок

Чернее потухших углей,

Как только завижу я их,

То слепну от их черноты.

Ей же он посвящает еще одну песню: «Снег выпал сегодня глубокий». .

А о таком интересном явлении, как шаманизм (приложение 7), повествуется в песне эвенков: «Камень, камень - юрта духов...»

Камень, камень - юрта духов,

Никому не видных духов.

Лишь шаман да его харги (духи)

Видят их, где захотят...

Много духов идет к нам!

Много зла несут они!

«Шаман грозно вырывает из ножен нож и зловеще чертит им воздух вокруг себя... Всю ночь бесновался Огняча, кричал, говорил разные заклинания... и только через три ночи на четвертую успокоился», и началось толкование его вещих снов.

Очень часто в литературе о Севере шаманизм рассматривается как

шарлатанство, а шаманов называют «кликушами» и «бесноватыми». М.И.Ошаров видел в них сильных личностей, притягивающих к себе народ и являющихся своеобразным культурным центром, а также катализатором народной мудрости и вековых традиций. Они умели лечить и людей и животных, изготавливали снадобья, обладали, безусловно, и умением гипнотизировать окружающих. Эти знания и умения передавались, как правило, по наследству. Так Огняча получил от своей бабушки Тыдякк семиконечный бубен, «шайтанскую узду, чтобы сдерживать свою дикую силу в период чрезмерного подъема, когда он шаманил как одержимый. Наконец, у него было гэсо - палка из кости мамонта с резной ящерицей наверху».

Исследователь биографии и творчества Михаила Ивановича Ошарова Жорес Трошев в романе «Большой Ошар» рассказывает о трогательной и трагичной любви Михи (Михаила Ошарова) и шаманки Соргок. Ее он называет великой врачевательницей, хранительницей фольклора, народных традиций, человеком, бескорыстно любящим свой народ.

Именно во власти шаманов было развязывание или прекращение междоусобных войн: «...в бескрайней эвенкийской тайге навсегда затихли войны, наступили дни покоя и мира».

И началась, пусть тяжелая, но мирная трудовая жизнь. Для упрочения славного рода Куркогиров Молошко нужны были дети. Вековые традиции предусматривали и разрешали определенные действия мужчине - эвенку, дабы не замер род на корню, не опустел его чум. Законы, апологетом которых был суд старейшин, мунняк, разрешали многоженство, а также покупку детей у более бедных эвенков, но только девочек, мальчики же должны были оставаться в семье, пусть даже самой бедной.

Взял Молошко в семью, кроме старшей жены, еще двух женщин, выменял на оленей двух девочек. Любимая жена Чикулек принесла ему двух мальчиков и двух девочек, и не прервалась ниточка, окреп род Молошко. И вот старшая, Чирокчана, собирается выходить замуж. Быт эвенков, их украшения, изготовление наряда невесты вносят яркий северный колорит в это произведение.

Суд (мунняк) - единственный институт власти, поддерживающий законы предков. Он не навязан народу извне, а является для них «осознанной необходимостью». Потому-то не раз исследователи отмечали свободолюбие, отсутствие рабской покорности, доверчивость, доброту этого народа.

На родовой суд (балягу) съезжались со всех окрестных стойбищ. Шулинга (старейшина) находился в огромном, специально срубленном чуме, человек на 100-120, он занимал почетное место, дабы вершить правый суд, постоянно обращаясь к мнению народа. Люди из народа выступали и в роли наказывающих (чаще всего порка прутом), специальных исполнителей приговора не было, и в роли поддерживающих шулингу. О роли баляги в жизни эвенков сам шулинга говорит так: «Вы принесли с собой свои обиды. Вы их копили долго, а сегодня расскажите о них всем. Народ послушает и правильно рассудит ваши дела». А дальше следуют слова мудрого старейшины, в которых кладезь народной мудрости: «Народа стыдиться — бесстыдство держать в своем чуме. Шулинги бояться - правду схоронить. Баляга строга, но сердце народное чисто».

Родовой суд защищает веками сложившиеся традиции. Так, например, М. Ошаров описывает сцену наказания молодого эвенка, отказавшегося выплатить тори (выкуп за невесту) своему тестю. И хотя в семье уже двое малышей, тесть настаивает на передаче оленей в его стадо. Но зять, человек бедный, вместо оленей предлагает соболей. Шулинга приказывает выпороть виновника «до руки», это означает, что прут должен обломиться с голую спину виновного. Истязание начинается, но вдруг взмолился сам жалобщик: ему жалко зятя, и он предлагает для избиения свою спину. А суд продолжается... Интересен еще один обычай. Шулинга видит, что человек виноват, но предлагает самому народу судить его. Пусть каждый из собравшихся протянет виновнику руку, этим как бы прощая его, сколько же присутствующих этого не сделают, столько ударов прутом и зарабатывает провинившийся.

Тем не менее, суд стоит на страже родоплеменных обычаев. Уже в самом размещении народа в чуме чувствуется зачатки социального неравенства: «Старейшина занял свое место в глубине чума, прямо против двери. По обе стороны от него, подвертывая под себя ноги, садились друг возле друга богатые люди, за ними шли бедные и, наконец, у самых дверей разместилась голытьба».

Но социальное неравенство заключается не только в делении на бедных и богатых, но и в подчинении младших старшим, женщин - мужчинам. И не только сын должен подчиняться отцу, но и младший брат - старшему. А если старший жесток и глуп? Тогда может произойти трагедия.

Эвенкийскими Ромео и Джульеттой называют Микпанчу и Шиктолок. Жизни во лжи, обмане они предпочли смерть. Их любовь вспыхивает, как «звезда в ковше Большой Медведицы», с первого взгляда, но Шиктолок уготована участь стать женой старшего брата своего возлюбленного - Амурчи. Основная причина невозможности быть вместе заключалась в отсутствии права у молодых людей мыслить самостоятельно, а, следовательно, любить. Законы общинно-родового строя предполагают как подчинение младших старшим, так и женщины - отцу, брату.

Микпанча - один из первых восстает против сложившихся устоев. Толчком явилось решение отца обменять свою дочь Токтэму на невесту для Амурчи (данниллян), дабы не платить выкуп. Чувства Токтэмы, конечно, не учитывались, и ее решили выдать замуж за брата Шиктолок - Лербо. Микпанча настраивает сестру против отца. И когда Молошко пытается наказать сына,тот отвечает: схватывает и отводит руку отца, что является непростительным неповиновением, бунтом. По приказу Молошко, старший брат связывает и порет Микпанчу. Но конфликт наметился, и дальше он будет все более и более углубляться.

Общинно-родовые отношения требуют, чтобы во главе стоял старший по возрасту, а не лучший по уму и по своим душевным качествам. Умирает Молошко, и старший брат, ленивый, неопрятный,глупый, слабый физически Амурча становится во главе рода. Он во всем старается подчеркнуть свое превосходство, и конфликт усугубляется ситуацией, сложившейся в семье.

Незаконнорожденный бедняк по кличке Богыдя сватается к их сестре Чирокчане. Микнанча влюблен сам и, понимая силу любви, не хочет мешать счастью сестры. Амурча же мечтает о богатом тори; он противится замужеству сестры, блюдя престиж древнего рода. Но справиться с Микпанчой физически он не может и обращается к суду старейшин. Бунт Микпанчи против веками сложившихся устоев так изумляет судью, что тот не может найти ему способ наказания и отпускает домой. Ослушавшись старшего брата, Микпанча отдает без тори свою сестру за Богыдю. И целых два месяца две молодые пары наслаждаются счастьем. Ни один из них не шлет проклятий Амурче, что говорит о высоких нравственных качествах этих людей. Но возвращается Амурча и руку с пальмой (короткая пика) заносит на Богыдю, Микпанча ставит брата на место.

Для Шиктолок же возвращение мужа - трагедия. Она уходит из стойбища. От неминуемой смерти, от лап медведя, ее спасает Микпанча. Они разделывают тушу медведя и прячут его голову, так как, по поверью, в ней заключено их счастье. и отдавать его нельзя. Сидя у костра, молодые люди мечтают о счастье, но жить во лжи они не могут. Решение принимает Амурча, как более сильный и мужественный, но и для Шиктолок это избавление от мук душевных: «...в руках Микпанчи сверкнула крепко зажатая пальма, и Шиктолок с выражением удивления, облегченно охнув, упала на траву. Она не видела, как Микпанча перевернул в руках ту же пальму и острым концом поставил ее на грудь. Он отбежал от Шиктолок на несколько шагов и, не отнимая от груди пальмы, бросился с нею на толстое дерево рядом. В мозг впилась острая боль, и Микпанча, раскинув руки, упал мертвым вблизи Шиктолок».

А был ли выход у влюбленных? Скорее всего, нет. Общинно-родовые отношения предполагают проживание сообща, одним родом; семья (муж, жена, мети) еше не выделилась в отдельный социальный институт. В крайне тяжелых климатических, социальных и бытовых условиях не возможно аргишить (кочевать) вдвоем. Все равно одним - не выжить. Поэтому-то мысль об отделении от рода Молошко у влюбленных просто не возникает, она и так тождественна мысли о самоубийстве. И хотя они еще скованы родовыми предрассудками и не видят реальных путей к своему счастью, но их самоубийство - это уже молчаливый протест против гнета господствовавших родовых отношений, это - вызов им.

Закономерность такого показа обусловливается тем, что писатель действительно изучил жизнь северных народов. «Большой аргиш» М.И. Ошарова - реалистический роман, глубоко и верно раскрывающий характер и нравы народов Севера, показывающий бесправие, забитость этих народов, их борьбу с реакционными силами и силами природы. Главное достоинство романа - его народность.Народность- потому, что ведущие герои его - рядовые представители одной весьма отсталой этнографической группы Российского государства, и потому, что от начала до конца произведение пронизано уважением и любовью к этим людям, и, наконец, потому, что глубокую гуманистическую заинтересованность в их судьбах писатель выразил средствами, почерпнутыми из оригинальной, подлинно народной поэзии, ранее неизвестной русскому человеку. Так под влиянием лучших традиций народа, поэтических преданий о красоте и силе человека происходит духовный рост молодых эвенков.

Суровая таежная жизнь кочевников во всем ее своеобразии проходит перед нами. Мы узнаем не только о том, как готовят эвенки пищу, шьют одежду, делают хозяйственную утварь, какие у них приемы охоты на зверя, на птицу, как развито рыболовство, а узнаем и о культуре народа, о его знании родной природы, знакомимся с его песнями и сказками, бесчисленными пословицами и поговорками, с приметами и преданиями. Михаил Иванович Ошаров собрал воедино исключительный по богатству этнографический материал, обобщил и осмыслил его как художник.

Художественный метод писателя отличается глубоким проникновением в духовную жизнь героев, стремлением к детализации и документальной точности. Но точность и подробность воспроизведения этнографических особенностей народа оправданы не научными, а художественными целями. Именно это отметил Максим Горький в письме к писателю В. Зарубину: «... У Ошарова этнография так плотно сращена со всей тканью романа, что я затрудняюсь: что и где можно сократить? И даже возникает сомнение: надо ли сокращать, как будто надо, но жалко».

Авторитетная оценка М. Горьким данного произведения сыграла, безусловно, положительную роль в его дальнейшей судьбе. Роман, был задуман как трилогия, но увидели свет только первые две части: «Звено могил» и «Бали». Третья часть, «Сауд», была завершена, но исчезла в хранилищах НКВД в 1937 году, так судьба произведения и судьба писателя соединились. В 1937 году Михаил Иванович Ошаров был репрессирован и расстрелян, хотя во всех биографических исследованиях год его смерти обозначен как 1943.


Заключение.

Теоретики сибирской литературы XIX века Г. Н. Потанин и Н. М. Ядринцев выделили чисто «сибирский» историко-этнографический подход в изучении литературы. Они считали, что необходимо особое «чувство Сибири», которым не могут обладать «пришлые» литераторы. Но «сибирская литература пошла, по общему для всей русской литературы пути»1, а литературно-исторический аспект изучения произведений предполагает не только исторический подход к действительности, так как «нельзя выделять и абсолютизировать какую-то одну сторону литературного процесса»)», но и единство творческих принципов писателя: эстетический идеал, положительный герой, жизненный процесс, народ как движущая сила этого процесса.

Именно эти принципы присутствуют в романе М. И. Ошарова «Большой аргиш», так как несмотря на отображение жизни весьма обособленной этнографической группы населения России, произведению присуща истинная народность, которая заключена не только в бытописании национальных меньшинств, а в том внутреннем, особенном духе народа, его культуре, его мировоззрении.


Данная работа может быть использована при проведении экскурсии «Эвенкия далёкая и близкая» (приложение 8), на уроках спецкурса «Литературное наследие Сибири» в 10-11 классах, на уроках введения литературы национально-регионального компонента во 2-9 классах.


Библиография.

  1. Большой энциклопедический словарь. М.: Просвещение, 1982.

  2. Б. Жеребцов.О сибирской литературной традиции. Наблюдения и заметки.
    М.: Наука, 1980.

  3. История русской литературы. М.: Прсвещение, т. 10, 1954.

  4. М. Ошаров. Большой аргиш. Красноярское книжное издательство,1977.

  5. Ю.С.Постнов. Литература Сибири как предмет исследования,
    Красноярск, 1977.

  6. Русско – эвенкийский словарь. М.: Русский язык, 1988.

  7. Ж. Трошев. Большой Ошар. Красноярское книжное издательство, 1987.

  8. В. Шишков. Северные рассказы. Угрюм-река. Красноярск, 1967.


9. Б. А. Чмыхало. Молодая Сибирь. Красноярск, 1992.


1 В.Шишков. Северные рассказы. Красноярское книжное издательство. 1967,стр.19.







Скачать 201.43 Kb.
оставить комментарий
Вагенлийтер Татьяна Андреевна
Дата23.01.2012
Размер201.43 Kb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх