С. Е. Метелёв международная трудовая миграция в условиях глобализации и нелегальная миграция в россии icon

С. Е. Метелёв международная трудовая миграция в условиях глобализации и нелегальная миграция в россии


Смотрите также:
С. Е. Метелёв международная трудовая миграция и ее роль в современном мире...
С. Е. Метелёв международная трудовая миграция и регулирование миграционных процессов...
Реферат на тему: «Международная миграция рабочей силы»...
С. Е. Метелёв миграция населения и изменение места россии на мировом рынке труда в условиях...
Доклад Тема: Миграция рабочей силы...
Э. Д. Рубинская Международная миграция рабочей силы и ее особенности в России...
А. Я. Лившин, А. Ю. Полунов, А. В. Каширова, Е. В. Батоврина...
Международная миграция рабочей силы в системе...
А. Д. Некипелов Оприроде социального выбора...
Реферат по дисциплине «Микроэкономика» на тему «Миграция рабочей силы»...
Сборник статей оглавление трудовая миграция в Европе: страны-поставщики и импортеры...
Трудовая миграция в современной России...



Загрузка...
страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8
скачать
С.Е. Метелёв


МЕЖДУНАРОДНАЯ ТРУДОВАЯ МИГРАЦИЯ В УСЛОВИЯХ ГЛОБАЛИЗАЦИИ И НЕЛЕГАЛЬНАЯ МИГРАЦИЯ В РОССИИ


Монография


ББК 65


Рецензенты:


Бирюков В.В., доктор экономических наук, профессор

Карпов В.В., доктор экономических наук, профессор

Могилевич М.В., доктор экономических наук, профессор


Метелев С.Е. Международная трудовая миграция в условиях глобализации и нелегальная миграция в России. М., 2006. - с.


ISBN


Рассмотрены тенденции международной трудовой миграции; показаны причины и последствия изменений, которые происходят в международном обмене трудовыми ресурсами в современном глобализирующем мире. Раскрыта роль России на мировом рынке труда и влияние нелегальной миграции на осуществление социально-экономических изменений, происходящих в российском обществе, рассмотрены направления повышения результативности политики противодействия нелегальной миграции и предупреждения криминальной миграции.

Монография представляет интерес для экономистов, демографов и социологов, а также специалистам в области социальной и миграционной политики.


© Метелев С.Е., 2006


ПРЕДИСЛОВИЕ

Глава 1. МЕЖДУНАРОДНАЯ ТРУДОВАЯ МИГРАЦИЯ И ЕЕ РОЛЬ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ

Глава 2. МЕСТО РОССИИ НА МИРОВОМ РЫНКЕ ТРУДА И ФОРМИРОВАНИИ ПОТОКОВ НЕЛЕГАЛЬНОЙ МИГРАЦИИ

Глава 3. НЕЛЕГАЛЬНАЯ МИГРАЦИЯ И КРИМИНАЛИЗАЦИЯ РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА

Глава 4. НЕЛЕГАЛЬНАЯ МИГРАЦИЯ И МИГРАЦИОННАЯ ПОЛИТИКА В ПОСТСОВЕТСКОЙ РОССИИ

Библиографический список.

Приложения

ПРЕДИСЛОВИЕ



Бурные изменения, происходящие в мировом сообществе на рубеже ХХ-ХХI веков, привели к активизации международных процессов трудовой миграции. В современных условиях международная миграция населения играет всевозрастающую роль в развитии стран, оказывая при этом на них весьма противоречивое влияние. Превращение человеческих ресурсов в ключевой источник социально-экономического развития государств, усиливает значимость изучения миграционных проблем, однако в ходе поиска учеными путей изменения парадигмы устройства жизнедеятельности отдельных стран и мирового сообщества, отвечающей угрозам и вызовам постиндустриальной эпохи, в настоящее время сложилась явная недооценка роли миграционных процессов и нелегальной миграции, непосредственно оказывающих огромное воздействие на формирование новых факторов экономического роста.

В настоящее время все больше представителей разных научных школ приходят к выводу о повышении роли международной миграции в развитии национальных экономик, однако сложившиеся подходы остаются весьма противоречивыми и не позволяют удовлетворительно решать возникающие при этом многочисленные вопросы. В связи с этим важным представляется рассмотрение вопросов, связанных с определением особенностей, перспектив и направлений развития международных процессов трудовой миграции в развитых странах мира и в России. В современных условиях возникает настоятельная потребность исследования тенденций международной трудовой миграции в контексте глобализации; участия России в мировых миграционных процессах; взаимосвязей экономической и нелегальной миграции в современной России; а также нелегальной миграции и латентной занятости. Кроме того, необходимо внести изменения в миграционную политику на основе разработки эффективных мер по противодействию нелегальной миграции с учетом меняющихся внутренних и внешних условия развития России.

Важно принимать во внимание и то обстоятельство, что осуществление карди­нальных политических и экономических реформ в России привело к активизации перемещения криминальных элемен­тов как внутри страны, так и за ее пределами. Организованные преступные формирования и отдель­ные правонарушители использовали и продолжают интен­сивно эксплуатировать благоприятную для развития пре­ступности социальную обстановку. Криминалитет значи­тельно укрепил и расширил межрегиональные, установил международные связи, экстенсифицировал и интенсифици­ровал криминальные операции, освоил новое криминологи­ческое пространство, распространил свое влияние на целые сферы экономики, открыто заявил о себе в политике. Все это привело к оживлению миграционных потоков в целях пре­ступной деятельности (криминальной миграции). Крими­нальная миграция объективно вызывается необходимостью установления и поддержания взаимосвязей и взаимодействия между различными преступными организациями и сообще­ствами, управления сложной системой криминального биз­неса, современной динамикой политических, экономических, социально-демографических, социально-психологических процессов, происходящих в мире в целом и в России, в час­тности.

Конечно, криминальная миграция существовала и раньше, проявляясь, например, в деятельности преступни­ков-гастролеров. Но, во-первых, она не имела настоящего размаха и такой, как сейчас, интенсивности и общественной опасности. Во-вторых, криминальная миграция была и ос­тается малоизученным явлением. Между тем, ее развитие характеризуется закономерностями, знание которых необ­ходимо для повышения эффективности деятельности по борь­бе с преступностью. Малоисследованными остаются вопросы эмиграции и иммиграции преступников, информация по ним скудная, ее анализ осуществляется недостаточно систематически и компетентно.

Появление новых государств на территории бывше­го Советского Союза с различным уровнем социально-эко­номической жизни вызвал поток мигрантов (включая бежен­цев), часть которых мигрирует с целью совершения преступ­лений. При этом существуют опасения, что этот процесс не протекает стихийно, а осуществляется при организующем влиянии криминальных структур. Эти опасения подтверж­даются тем фактом, что если правоохранительные органы вновь возникших государств плохо сотрудничают между собой, то преступники ранее имевшиеся связи не только не растеряли, но даже укрепили и расширили. Более того, миг­рация криминальных элементов приобрела транснациональ­ный характер, о чем свидетельствуют многочисленные зару­бежные публикации по деятельности "русской мафии". В настоящее время в городах России появилось много иностранцев, сре­ди которых имеется достаточно большое количество лиц, совершающих преступления (как в отношении своих соотечественников, так и россиян). В связи с этим требуется разработка мер предупрежде­ния криминальной миграции. Все это явилось основанием для подготовки данной работы.


^

1.1 Миграция населения, ее виды и формы


Глубокие изменения, происходящие в мире на рубеже XX- XXI веков и связанные с резким возрастанием роли науки, образования, технологического прогресса в развитии национальных экономик существенно усиливают значение тех факторов, которые влияют на изменение характера человеческой деятельности. При этом в современных условиях важнейшими факторами, определяющими динамику социально-экономических процессов, выступают мобильность и миграция населения.

Мобильность населения является весьма широкой его характеристикой, отражающей сложные и противоречивые процессы изменения положения людей в связи с их движением, продвижения и перемещения. При этом, например, К. Маркс под мобильностью понимал всестороннюю подвижность работников [156, с. 489]. Некоторые ученные указывают на то, что мобильность – это не только пространственное перемещение индивида, но и качественное его изменение, а трудовая мобильность – это подвижность работников, их перемещение по рабочим местам [175, с.78], другие предлагают связывать мобильность с любым изменением в положении человека [175, с.10].

Т.И. Заславской и Л.Л. Рыбаковским было обращено внимание на то, что в литературе встречаются три толкования термина «мобильность». В связи с этим они писали, что в одних случаях он рассматривается как синоним слова «перемещение», в других как общее понятие для обозначения потенциальной и реальной миграции, в третьих – как потенциальная готовность населения к изменению своего территориального статуса. Не связывая себя ранее опубликованными работами, мы хотели бы высказаться в пользу последнего толкования, предпочтительность которого – в четком разграничении психологической готовности к перемещению и фактического перемещения [83, с. 64].

Постановка вопроса о целесообразности четкого разграничения готовности населения к перемещению и фактического перемещения нашло свое дальнейшее обоснование в теории трехстадийности миграционного процесса и на данное основе получено широкое признание в настоящее время. В связи с этим мобильность рассматривается как потенциальная способность работника совершать необходимые перемещения под воздействием каких-либо причин, это подвижность, способность к быстрому передвижению [211, c. 28].

Миграция населения и трудовых ресурсов выступают как процессы, складывающиеся на основе территориальной мобильности. Миграция населения означает перемещение, переселение (например, населения внутри страны или из одной страны в другую…) [193, с. 332]. Она играет особую роль в социально-экономической жизни общества и выступает таким процессом, который с одной стороны, весьма чувствителен к изменениям в жизни общества, а с другой стороны – в свою очередь является важным фактором, оказывающим значительное влияние на формирование динамических и структурных параметров данных изменений.

Миграция населения, по мнению И.С. Масловой, является объективным процессом перемещения кадров, который неразрывно связан с развитием производительных сил и производственных отношений [158, с. 13-14]. Вместе с тем, как отмечает В.И. Переведенцев, миграция населения представляет собой «одно из условий нормального функционирования общества, с помощью которого может быть достигнуто оптимальное размещение трудовых ресурсов на территории страны, которое способствует выравниванию уровней экономического развития регионов, преодолению социально – экономических и культурно – бытовых различий между городом и селом и т.д.» [193, с. 114]. Следует принимать во внимание и то обстоятельство, что «мигранты, стремящиеся к знаниям, едут ближе к культурным центрам, а желающие повысить свое материальное благосостояние, едут в районы, где больше ценится рабочая сила и есть возможность подзаработать» [64, с. 7].

Внешне миграция населения выступает как достаточно простое явление, которое складывается на поверхности социально-экономической жизни. Однако, «… чем проще и однозначнее определяется то или иное явление, тем сложнее и многообразнее бывают его связи с окружающим миром и, следовательно, труднее исследование» [170, с. 13]. При анализе миграции населения не всегда четко различают ее как некоторый процесс территориального перемещения людей и как тот или иной результат осуществления последнего. В связи с этим ряд исследователей, справедливо указывая на данное обстоятельство, отмечают, что миграцией населения часто называют сам процесс миграции, то, что лучше все-таки назвать «территориальным перераспределением населения»: явление здесь подменяется одной его стороной, а миграция как процесс перемещения – итогами процесса. Это ведет к смещению понятий и серьезным ошибкам [168, с. 10].

Миграция населения представляет собой сложное социально-экономическое явление, которое противоречивым образом связано с различными сторонами хозяйственной и социально-политической жизни общества, формированием и проявлением тенденций их изменения. При этом в ходе исследования миграции возникает необходимость разграничения и рассмотрения двух ее аспектов. Во-первых, в узком смысле миграция выступает как законченный вид территориального перемещения, который связан со сменой постоянного места жительства, при этом миграция означает переселение. Во-вторых, миграцию можно интерпретировать как переселение в самом широком смысле слова. В данном контексте миграция характеризует любое территориальное перемещение, совершающееся между разными населенными пунктами одной или нескольких административно-территориальных единиц независимо от продолжительности, регулярности и целевой направленности [167, с. 25].

Многогранность процесса миграции и сложившиеся в связи с этим расхождения в теоретических подходах к его исследованию приводят к формированию различных его трактовок. Так, в демографическом энциклопедическом словаре указывается, что миграция (от латинского - переселение) – это перемещение людей (мигрантов) через границы тех или иных территорий с переменой места жительства навсегда или на более или менее длительное время [63, с. 251]. В Федеральной миграционной программе миграция определяется как «перемещение по различным причинам людей через границы тех или иных территориальных образований в целях постоянного или временного изменения места жительства» [254, с. 13]. В кратком словаре по социологии под редакцией Д.М. Гвишиани миграция характеризуется как социально-экономический и демографический процесс, представляющий собой совокупность перемещений, совершаемых людьми между странами, районами, поселениями [133, с. 159].

В настоящее время встречаются различные интерпретации понятия миграция, в которых акцентируется внимание на разных аспектах данного социально-экономического явления. При этом, например, А.С. Ахиезер исходит из того, что миграция населения представляет собой изменяющийся по своей важности элемент образа жизни, форму деятельности, характеризующий ценности части населения, его групп, связанные с временной или постоянной сменой мест проживания и труда, а также насильственное переселение людей [8, с.18]. В.И. Староверов отмечает, что

«миграции населения – это изменение положения людей в географическом пространстве в связи с постоянным или временным переходом из одной социально – экономической общности в другую, с возвращением в общность или с изменением пространственного перемещения общности в целом» [240, с. 26]. Многие ученные обращают внимание на то обстоятельство, что миграция осуществляется на основе смены места жительства и места приложения труда. В связи с этим Г.С. Вечканов рассматривает миграцию как «…свободную смены места жительства. и места приложения труда в сочетании личных, коллективных и общественных интересов» [31, с.33]. Кроме того, существуют и более расширенная трактовка миграции населения. Например, М.В. Курман, исходя из анализа проблем текучести рабочей силы, предлагает рассмотреть текучесть кадров как один из видов миграции [149]. В современной литературе весьма широкое распространение получило представление о том, что миграция характеризует перемещение населения, вызванное сменой места жительства. Так, Т.И. Заславская, указывает, что миграция населения – это «процесс, включающий перемену места жительства, то есть переезд из одних населенных пунктов в другие» [170, с. 11]. Вместе с тем иногда встречаются в работах, связанных с исследованием отдельных видов миграции, в зависимости от изучаемого предмета более узкое ее понимание.

Миграция населения как специфическое социально-экономическое явление, выступает сложным и противоречивым по своему характеру и последствиям осуществления. В связи с этим выделяются четыре подхода к определению миграции [211, с.31-32]. Миграция – это своеобразная подвижность населения, его перемещение внутри страны с последующим отраслевым, территориальным, профессиональным и социальным перераспределением. Миграция – это совокупность механических, профессиональных и отраслевых перемещений и изменений пространственного положения мигрантов относительно территориально закрепленных структур населения. Миграция – это массовый, в количественном отношении, и сложный, в структурном отношении, социально-демографический процесс. Миграция - это фактически любое перемещение в пространстве и способ массового реагирования населения на сложившуюся ситуацию. Рассмотрение различных точек зрения на определение термина «миграция населения», позволяет сделать следующие выводы: во-первых, столь разнообразные варианты определений миграции вполне объяснимы ее многофакторностью, тем, что ее толкование определяется конкретными проявлениями и это отражается на научных подходах; во-вторых, большинство исследователей миграции основными сущностными признаками выбирают следующие: пересечение мигрантами границ территориальных образований или внутрипоселенные перемещения; срок пребывания на территории; наличие или отсутствие причин или целей переселения.

Перемещение людей из одного места в другое, образующее миграцию, относится к различным категориям населения. Перемещение без перемены постоянного места жительства образует миграцию наличного населения, с переменой мес­та жительства - миграцию как постоянного, так и налично­го населения. В последнем случае могут не совпадать про­цессы миграции постоянного и наличного населения. Напри­мер, устройство на постоянное место жительства в какой-либо местности определенного числа людей, проживающих временно на данной территории, приведет лишь к измене­нию численности постоянного населения, в то время как чис­ленность наличного населения не изменится. В данном слу­чае миграция наличного населения опережает миграцию по­стоянного населения. Поэтому нередко в местах притока миг­рантов образуется значительное число лиц, временно про­живающих на данной территории, а в местах их выхода - временно отсутствующих [24, с. 106-107].

Одним из основных признаков миграции является пе­ресечение административных границ (государства, области, населенного пункта и т.д.). На этой основе выделяют, преж­де всего, внешнюю миграцию (эмиграцию и иммиграцию) и внутреннюю. Внешняя миграция связана с пересечением государственной границы; она получила название международ­ной миграции и ее подразделяют на межконтинентальную и внутриконтинентальную. Внутренняя миграция связана с пе­ремещениями населения внутри одной страны. Различают сельскую (село - город), городскую (город - село), межго­родскую (город - город) и межсельскую (село - село) мигра­цию [63, с. 251].

По временным параметрам миграцию подразделяют на постоянную (безвозвратную), временную, сезонную и маятниковую. Безвозвратной считается такая миграция, когда че­ловек навсегда меняет постоянное место жительства. При временной миграции человек переселяется на какой-либо достаточно длительный, но ограниченный пери­од, причем нередко срок бывает заранее определен. Приме­ром временной миграции может служить переселение на не­сколько лет для работы по контракту. Сезонной миграцией называются ежегодные переме­щения в определенные месяцы. К сезонным миграциям мож­но отнести, например, посещение курортов. Маятниковые миграции - это регулярные поездки на работу или учебу за пределы своего населенного пункта с постоянным возвращением домой. Маятниковые миграции обычно совершаются, когда место работы или учебы нахо­дится в другом населенном пункте, но до него достаточно близко, что позволяет совершать каждодневные (или почти каждодневные) перемещения [143, c. 26].

По способу реализации миграция населения делится на организованную (осуществляемую при участии государ­ственных и общественных органов) и неорганизованную, индивидуальную, самодеятельную, которая производится си­лами и на средства самих мигрантов [134, c. 160]. В демографической литературе миграция также разграничивается по причинам переселения. К миграциям по социально-экономическим причинам относят переселения в поисках работы, лучших заработков, свободных сельскохозяйственных земель, с целью улучшить условия жизни, приобрести более высокий статус. Под миграциями по политическим причинам пони­мают бегство от идеологических, расовых, религиозных и прочих притеснений, а также репатриацию. Военными причинами вызываются эвакуация, реэва­куация, депортация. Наконец, различают добровольную миграцию, ког­да люди сами принимают решение о своем переезде, и при­нудительную, когда перемещение осуществляется независи­мо от их желания [143, c. 27].

Процесс миграции населения включает в себя следу­ющие стадии: подготовительная стадия, собственно мигра­цию, адаптацию к новым условиям жизнедеятельности, иден­тификацию [134, c. 160]. На первой стадии складывается процесс формирования территориальной подвижности населения. На второй стадии происходит процесс переселения населения. На заключительной стадии осуществляется процесс адаптации мигрантов к новому месту. Для характеристики миграционного процесса большое значение имеет выявление сущности миграционной мобильности.

Достаточно часто миграцию населения интерпретируют как территориальную мобильность. Однако более убедительной представляется позиция тех авторов, которые указывают на то, что миграцию не следует отождествлять с территориальной мобильностью. Под мобильностью понимается подвижность, способность к быстрому передвижению. Подвижность является общим определением различных видов перемещения, чаще всего рассматривается как синоним переселения, также может выступать как общее понятие реальной и потенциальной миграции. Подвижность – это потенциальная готовность населения к изменению своего территориального статуса, и это понимание подвижности предпочтительнее. Тогда под миграцией населения будет пониматься территориальное перемещение, а под подвижностью - способность к миграции, то есть потенциальная миграционная активность. Величина мобильности всегда в 2-3 раза выше, чем величина реальных миграций. Следовательно, территориальная мобильность более широкое понятие, чем миграция, и включает в себя любые территориальные перемещения, в том числе не относящиеся к миграции (например, лечение и отдых). Это следует учитывать при оценке миграционного потенциала тех или иных регионов-доноров (обычно миграционный потенциал завышают, так как отождествляют проективное поведение, то есть установки на миграцию с ее реальным проявлением). В основной стадии миграционного процесса происходит реализация миграционной подвижности населения. Совокупность переселений, совершающихся в определенное время в рамках той или иной территориальной системы, является миграционным потоком. Структуру миграционных потоков можно расчленить по полу и возрасту, семейному положению, национальности, профессии и т.д. Миграционный поток структурируется также в зависимости от географии районов выхода и мест вселения, от типов поселений. Третья стадия подвижность. Ее начало состоит в превращении мигранта в новосела, а затем переход новосела в состав старожилов [211, с. 32-33].

В современном глобализованном мире важным фактором социально-экономического развития все большего числа стран становится международная миграция населения, способствующая формированию гибкого рынка труда, приобщению развивающихся стран к достижениям мирового научно-технического и общественного процесса, более рационального использования трудовых ресурсов, взаимодействию и взаимообогащению мировых цивилизаций. В настоящее время в различных странах утвердились разные подходы к определению признаков международной миграции, в основе которых лежат расхождения в интерпретации продолжительности пребывания и цели приезда. В связи с этим возникли разные способы регистрации мигрантов и несопоставимость данных национальных статистических организаций, что существенно осложняет исследование процессов международной миграции, ее причины и факторов формирования, механизма реализации и последствий осуществления.

Проблемы формирования и внедрения в практику международной статистики общего подхода активно разрабатывались на протяжении нескольких десятилетий представителями разных структур организации объединенных наций. Так, еще в 1932 г. в решении Международной конференции по миграционной статистике, организованной МОТ, указывалось, что «в принципе каждый акт отъезда из одной страны в другую на определенное время, за исключением туристических поездок, должен быть включен в статику миграции». Для разграничения постоянной и временной миграции на этой конференции было предложено, что «при отъезде на срок один год и более миграция должна рассматриваться как постоянная», а «при отъезде на срок менее одного года миграция должна считаться временной, при этом приграничная миграция не учитывается» [17]. Вместе с тем критерий продолжительности пребывания является весьма ограниченным и не позволяет удовлетворительно определять некоторые категории мигрантов, например, сезонные мигранты-работники могут находиться в стране назначения более короткий срок, чем туристы или командировочные.

В связи с этим в рекомендациях по улучшению международной статистики, разработанных ООН в 1953 г., указывалось на важность учета цели пребывания для различия «временных мигрантов» и обычных посетителей. К числу «временных мигрантов» были отнесены лица, не являющиеся постоянными жителями, которые намереваются выполнить определенную работу в течение одного года или менее, и которая оплачивается в стране их пребывания. Их иждивенцев предлагалось рассматривать как «посетителей». Вместе с тем обращалось внимание на то, что «различия между странами по протяженности и географической природе границ, масштабам миграции, национальному законодательству, относящемуся к контролю за миграцией, и другие факторы не позволяют сформулировать набор даже минимальных стандартов, которые все страны могли бы полностью и немедленно применить. В целях формирования более унифицированного подхода к классификации международных мигрантов в докладе ООН 1976 г. на основе исследования и обобщения национальных вариантов были выработаны новые рекомендации. При этом указывалось на то, что «важным осложняющим фактором в разработке удовлетворительных определений мигрантов является тесная взаимосвязь между этим термином и понятием постоянного жительства в стране». Однако относительно постоянного жительства «нет единого мнения среди стран даже в отношении минимального периода присутствия в стране, необходимого для констатации факта постоянного проживания». В связи с этим определение мигранта, основанное на категориях постоянного и непостоянного жителя, оказались затруднительным и выработанные рекомендации не нашли широкого применения [92, c. 12 – 13].

В 1990-х годах МОТ в рамках масштабного проекта по трудящимся мигрантам, осуществлявшегося в 22 странах были проанализированы сложившиеся в этих странах концепции международной миграции и состояние миграционной статистики. Выработанные при этом рекомендации были ориентированны не только на формирование более универсальных критериев определения международных мигрантов и принципов их регистрации, но и включили в себя предложения по использованию имеющейся статистики для достижения совместимости данных. Для этого рекомендовано сопровождать публикацию статистических данных описанием соответствующих понятий, определений, указывая особенности, характерные для отдельных стран, и групп лиц, исключенных из статистики [17].

В настоящее время в научной литературе не утвердилось единое определение понятия международной миграции. Весьма широкое распространение получило определение, предложенное В.А. Ионцевым, в рамках которого международная миграция описывается на основе включения в нее практически всех видов перемещений через государственные границы, в том числе туристические поездки и поездки приграничных рабочих, которые ООН исключает из понятия миграции. Так, он указывает, что «международная миграция населения представляет собой территориальные (пространственные) передвижения людей через государственные границы, связаннее с изменением постоянного места жительства и гражданства, обусловленным различными факторами (семейными, национальными, политическими и другими) или с пребыванием в стране въезда, имеющим долгосрочный (более 1 года), сезонный и маятниковый характер, а также с циркулярными поездками на работу, отдых, лечение и тому подобное. Главными отличительными признаками международной миграции населения по сравнению с внутренней миграцией являются: государственная граница, ее пересечение и соответствующий государственный контроль как за фактом самого передвижения через границу (и в стране выезда, и особенно в стране въезда), так и за последующим пребыванием в стране въезда, особенно в связи с трудоустройством и поступлением на учебу и стажировку» [100, с.29]. Приведенное определение, как отмечает И.В. Ивахнюк, раскрывая верно понятие международной миграции в ее современном понимании, отмечается лишь одним «недостатком» - излишней многословностью. Для того чтобы этого избежать, можно ограничится самым общим определением понятия международный мигрант, не раскрывая ни факторов, ни продолжительности отъезда. Международный мигрант – это лицо, совершающее межгосударственное территориальное передвижение (международную миграцию) с целью смены места жительства и работы, навсегда или на определенный срок (от 1 дня до нескольких лет). Более четко может быть дано определение международной трудовой миграции, поскольку в основу этого понятия положен определяющий признак – продажа мигрантом своей рабочей силы. Международная трудовая миграция - это миграция, связанная с пересечением государственной границы с целью продажи своей рабочей силы в стране въезда на определенный срок (от 1 дня до нескольких лет) [92, c. 14].

Формы международной миграции могут быть квалифицированны по различным признакам. К их числу относятся такие как продолжительность и причинность, возвратность – безвозвратность, добровольность - вынужденность, легальность-нелегальность и другие. Характеристика разнообразных потоков международной миграции может быть в значительной степени получена на основе использования других критериев – продолжительность и причинность [92, с.15-16], при этом среди потоков международной миграции можно выделить нелегальную, которая собственно, и является предметом анализа в данной работе (приложение 1).

Международная трудовая миграция является важнейшей составляющей международной миграции населения и характеризуется такими чертами как добровольность, временность/возвратность и экономическая мотивация. Трудовой мигрант – это человек, которые перемещается в другую страну с целью найма на работу к иностранному физическому или юридическому лицу. Согласно разработкам Международной организации труда выделяют несколько основных категорий мигрантов:

  1. сезонные рабочие – мигранты – люди, работающие в государстве, не являющемся их собственным государством, в течение некоторой части года, потому что работа, которую они выполняют, зависит от сезонных условий;

  2. трудящиеся мигранты, связанные с реализацией проекта - трудящиеся мигранты, допущенные в государство трудоустройства на определенный период для работы исключительно по определенному проекту;

  3. трудящиеся мигранты, работающие по контракту, который устанавливает ограничения по сроку занятости и по типу работы, выполняемой мигрантом;

  4. временные трудящиеся мигранты – люди, допущенные в страну, не являющуюся их собственной страной, для выполнения в течение ограниченного срока определенной профессиональной деятельности. Они могут менять работодателей и возобновлять разрешение на работу без необходимости выезда из страны трудоустройства;

  5. обосновавшиеся трудящиеся мигранты - трудящиеся мигранты, которым после пребывания в стране трудоустройства в течение нескольких лет предоставляется разрешение на проживание (вид на жительство) в этой стране с неопределенным сроком и разрешение на работу без особых ограничений. Обосновавшимся трудящимся мигрантам не требуется выезжать из страны трудоустройства, когда у них нет работы, и им обычно предоставляется право воссоединения с членами семьи при выполнении некоторых условий, касающихся обеспеченности работой и жильем;

  6. высококвалифицированные трудящиеся мигранты - трудящиеся мигранты, которым благодаря их квалификации предоставляется режим благоприятствования при допуске в страну, не являющуюся их собственной страной, и, следовательно, на них распространяется меньше ограничений, касающихся сроков пребывания, перемены места работы и воссоединения семьи [17, с.36].

Трудящийся мигрант может оказаться наемным работником, как на законном основании, так и на незаконном. В связи с этим при анализе международной трудовой миграции важно учитывать наличие большой группы лиц, которые формально переместились в другую страну не с целью найма на работу и не являются трудящимися мигрантами, но могут стать наемными работниками в стране пребывания. К ним относятся – иностранные стажеры, туристы, иностранные студенты и беженцы. Таким образом, для анализа реальной ситуации, складывающейся в экономике той или иной страны, в том числе на рынке трудовых ресурсов, важно принимать во внимание весьма широкий спектр международных мигрантов, которые способны участвовать в экономической деятельности.

Сложность анализа международной миграции в значительной степени состоит в высокой эластичности составляющих ее видов и форм. Дело в том, что мигранты могут менять свой статус в связи с меняющимися условиями жизни мигрантов, социально-экономическими и политическими изменениями в странах въезда и выезда и т.д. Лица, выехавшие в другую страну на постоянное место жительства как эмигранты, могут изменить свое решение, не преуспев в стране въезда, и вернуться на родину. Законно пребывающие и работающие в стране трудоустройства трудовые мигранты могут в какой-то момент превратиться в незаконных мигрантов, если они, например, останутся в стране сверх разрешенного срока или попытаются сменить место работы при том, что это не разрешено контрактом. Наоборот, нелегально находящиеся в стране иммигранты могут приобрести легальный статус в результате государственной компании по легализации (миграционной амнистии). К сожалению, статистика международной миграции практически не учитывает такого рода факты, и выводы исследователей основываются часто на умозрительных заключениях [92, с. 30].

В настоящее время почти каждый международный мигрант является потенциальным работником, это относится и к нелегальным мигрантам. С развитием мировой экономики происходят сложные изменения в структуре миграционных потоков. При этом, например, природа туристических поездок в Восточной Европе претерпела радикальные перемены. Так, многие российские «челноки», используя туристические поездки, осуществляют свою коммерческую деятельность в Польше, Греции, Италии, Турции и других странах. Вместе с тем многие мигранты, которые незаконно остаются в России, используют туристические визы для въезда в страну.

Для анализа влияния международной миграции на демографические процессы той или иной страны важное значение имеет установление численности международных мигрантов, проживающих в данной стране. Если в методиках статистического учета перемещений международных мигрантов в различных странах наблюдаются существенные расхождения, то подходы, используемые многими странами при определении показателя численности международных мигрантов, проживающих в стране, являются достаточно близкими. При этом к иммигрантам обычно относятся лица, которые проживают постоянно (не менее одного года) на территории данной страны и родились в другой стране. В данном случае критерий гражданства во внимание не принимается, так как оно может быть приобретено в любое время. Вместе с тем методика расчета и этого показателя активно обсуждается специалистами в целях ее дальнейшего уточнения.


^

1.2 Концептуальные аспекты анализа международных миграционных процессов


Рост народонаселения складывается в результате сложной взаимосвязи процессов его воспроизводства и перемещения (перераспределения). Экономический рост различных стран во многом зависит от того, как решаются проблемы формирования их человеческого потенциала, связанные с развитием демографических и миграционных процессов. При этом обеспечение сбалансированного роста народонаселения и производства продукции и услуг Т. Мальтус и неомальтузианцы (П. Бутуль, Н. Чемберлен, У. Фогт и др.) предлагают осуществлять путем ограничения прироста населения. Ч. Дарвин и сторонники его теории эволюции (дарвинизма) – на основе реализации принципов естественного отбора. Однако в рамках данных альтернативных подходов, сложившимися одними из первых в социально – экономической науке, не удается удовлетворять интерпретировать динамику демографических и миграционных потоков из – за противоречивости и многофакторности их формирования.

Миграция населения и миграционная политика в значительной степени связана с процессами демографического роста населения отдельных стран и мира в целом. Их интерпретация обычно осуществляется на основе теории демографического перехода, которая широко используется, в частности, демографами ООН. В соответствии с данной концепцией все страны переходят – от высокой рождаемости и смертности к низкой. Этот переход обусловлен движением от традиционного (доиндустриального) к современному (индустриальному и постиндустриальному) обществу. Вместе с тем существует большое количество фактов и теоретических аргументов, которые ставят под сомнение значительные возможно ее применение.

Так, теория демографического перехода предполагает, что «до современной демографической революции воспроизводственный процесс всегда сопровождается частыми, резкими, кратковременными колебаниями, «демократическими кризисами», катастрофически нарушавшими его течение.…Колебания есть и сейчас, но они… лишены резкости, внезапности и частоты которые делали столь лихорадочным течение процесса воспроизводства населения традиционного типа. Для ряда стран дело обстоит именно так» [34, с. 249]. Однако Россия, Украина, Белоруссия, Польша, Германия уже на индустриальном периоде своего развития пережили мощные демографические кризисы, вызванные войнами, геноцидом, массовыми репрессиями. В соответствии с теорией демографического перехода, снижение рождаемости является, прежде всего, результат увеличения индивидуальной свободы. Однако, например, в Китае 70-х – начале 80-х годов было быстрое снижение рождаемости, но оно стало во многом результатом демографической политики, ограничивающей свободу личности. Основанный на теории демографического перехода демографический прогноз ООН, опубликованный в 1988 г., предусматривал в 2005 г. увеличение средней продолжительности жизни в СССР до 70,4 лет у мужчин и 78,2 года – у женщин. Но он оказался чрезмерно оптимистичным.

Сами по себе подобные факты, как отмечает М.А.Клупт, еще не являются опровержением теории. Неточность отдельных положений всегда может быть исправлена, а ошибочные прогнозы могут делаться и на основе верных теорий. Однако они являются симптомами глубинных изъянов теории демографического перехода [122, с. 39].

Во-первых, главным детерминантом рождаемости и смертности в теории демографического перехода выступает процесс модернизации, под которым понимается усиление автономии индивида, ослабление его зависимости от общины и семьи, рационализация мышления и образа жизни, индустриализация, урбанизация, развитие гражданского общества. Процесс определен столь широко, сто становится плохим предиктором, ибо сама модернизация оказывается следствием других макроисторических процессов – взаимовлияния Запада и Востока, волнообразного усиления агрессивного национализма, периодического чередования времен политической стабильности и смуты. Вследствие усредненного характера общемировых тенденций прогноз процесса модернизации на мировом уровне оказывается более или менее возможным. Но на уровне отдельной страны течение процесса модернизации и вытекающие отсюда демографические последствия оказываются практически непредсказуемыми. Вряд ли возможно было, например, предсказать, оставаясь в рамках теории демографического перехода, усиление исламских влияний, политический кризис и связанное с ним повышение рождаемости в Таджикистане начала 90-х годов.

Во-вторых, процесс модернизации, даже столь широко определенный, не является все же единственным детерминантом рождаемости и смертности. Менее масштабные процессы – циклические спады и подъемы национальной экономики, демографическая политика, осуществляемая правительством, - лишь легкая зыбь в океане мировой истории, однако и они влияют на ход воспроизводства населения.

В-третьих, и это, быть может, самое главное, внутренние пороки теории демографического перехода связаны с историко-философскими предпосылками, на которые она более или менее явно опирается. Любая теория, претендующая на объяснение демографической истории, неизбежно находится между полюсами всемирно – исторической и культурно - исторической концепций в философии истории. Первая из них, более всего известна у нас по трудам Гегеля и Маркса, трактует историю как всемирный процесс перехода от низших форм общественного развития к высшим. Поскольку именно этой концепции придерживалось как официальное обществоведение, так и его наиболее известные оппоненты в бывшем официальное обществоведение, так и его наиболее известные оппоненты в бывшем СССР, противостоящая ей культурно – историческая традиция, трактующая мир как совокупность автономно развивающихся культурных областей («обществ» в терминологии А.Тойнби), оставалась как бы в тени - по крайней мере, до дискуссий вокруг работ нашего земляка Л.Н.Гумилева. всемирно – историческая концепция европоцентрична, тогда как культурно – историческая склоняется к тому, что «общество», именуемое нами «западным», проявляет тенденцию к постоянному расширению, однако за все время существования… так и не добилось доминирующего положения в мире во всех трех планах – экономическом, политическом и культурном» [249, с. 34]. Теория демографического перехода выстроена в рамках всемирно – исторической концепции и уже в силу этого переоценивает влияние Запада на Восток и недооценивает различие между Западом, Россией и Востоком. Именно, в этом лежит глубинный источник неудач теории демографического перехода. Вследствие всего вышесказанного теория демографического перехода оказывается плохим подспорьем для демографического прогнозирования на уровне страны.

Сложность процессов миграции населения, причин, мотивов и последствий их осуществления способствовало появлению многообразных теорий. Одна из наиболее полных в российской научной литературе классификаций основных научных подходов в изучении миграции населения представлена в работе В.А. Ионцева [100]. И.В. Ивахнюк на основе этой классификации выделил теории, имеющие отношение к международной трудовой миграции, показав, как мировая общественная мысль объясняет возникновение и развитие миграционных потоков, изменение их структуры и т. д. Исходя из этого, можно выделить следующие теории [92].

В рамках неоклассической экономической теории международная миграция объясняется экономическим неравновесием и неравенством между странами, в частности, в уровнях зарплаты. В связи с этим возникает движение рабочей силы из стран с низкой оплатой труда страны с высокой заработной платой, что обеспечивает реализацию саморегулирующей функции мирового рынка труда. Экономический рост и усиление эмиграции в странах выезда постепенно уменьшают разрыв в уровнях заработной платы и стимулы для миграции. Бывшая страна-экспортер рабочей силы может превратиться в чистого импортера трудовых ресурсов. Теория неоклассической экономики исходит из того, что трудовые ресурсы в странах выезда и странах въезда абсолютно взаимозаменяемы и рыночным механизмом поддерживается полная занятость во время процесса миграции, что обычно не соответствует действительности.

^ Теория человеческого капитала основывается на микроэкономическом подходе; она акцентирует внимание на то, что человеческий капитал представляет собой результат инвестиций в его образование, квалификацию, здоровье и т. д. Миграция может быть способом инвестиций в его «человеческий капитал», если выгоды от миграции превысят ее издержки. Теория человеческого капитала, помимо экономических (денежных) выгод и издержек миграции, принимает во внимание также психологические издержки (например, потерю общения с друзьями и родными, издержки поддержания связи с родственниками, которые остались дома), а также влияние таких нематериальных факторов как климат, доступ к культуре и общественным благам более высокого уровня и т.д. которые обычно остаются вне поля зрения неоклассической экономических теорий миграции.

^ Новая экономическая теория миграции стремится осуществить синтез микро- и макроподходов. Она исходит из того, что решения о миграции принимаются не отдельными индивидуумами, а коллективно членами домохозяйств или семьей. Целью выезда членов семьи на работу за границу является не только максимизация ожидаемого дохода, связанного, в частности, с денежными переводами трудящихся-мигрантов, но и минимизация рисков, связанных с недостаточным развитием в своей стране рынков труда, страхования, фьючерсов и кредитов. При этом минимизация рисков для семьи может быть более сильным стимулом для международной миграции, чем существование разницы в заработной плате. В этой теории подчеркиваются взаимосвязь международной трудовой миграции с развитием: успешное экономическое развитие в стране выезда может выступать не столько тормозом, сколько стимулом международной миграции, поскольку оно несет в себе дополнительные возможности для капиталовложений в местную экономику.

В теории общественного капитала обращается внимание на наличие в странах въезда относительно большого числа ранее приехавших мигрантов, которые уже создали определенные схемы внедрения в общество принимающих стран, в местный рынок труда. «Общественным капиталом» мигрантов могут являться также различные государственные, общественные и коммерческие институты., выступающие посредниками между странами, где есть спрос на иностранную рабочую силу, и странами, где наблюдается ее избыток. Все это облегчает для потенциальных мигрантов как принятие решения о миграции, так и обустройство в стране назначения.

^ Теория экономики семейной миграции объясняет причины и направления миграции с точки зрения семьи. Предполагается, что взрослые члены семьи могут по-разному оценивать будущие дивиденды от миграции. Оптимальная стратегия семейной пары зависит от степени корреляции преимуществ, которые видят от миграции муж и жена. Эта теория стремиться соединить в себе экономический, социальный, психологический подходы.

^ Теория сегментированного (двойного) рынка труда интерпретирует международную трудовую миграцию как результат действия структурный факторов, в частности, постоянного спроса на иностранную рабочую силу, характерного для экономически развитых стран. Раздвоение рынков рабочей силы возникает на постиндустриальных этапах экономического развития в ведущих странах мировой экономики. Если рабочие места в первичном секторе обеспечивают стабильную работу и высокую оплату труда для национальной рабочей силы, то вторичный сектор предлагает низкую оплату, отсутствие стабильности и скромные возможности профессионального роста, отталкивая тем самым национальную рабочую силу и порождая структурный спрос на рабочих-мигрантов. Процесс раздвоения рынка труда весьма актуален для мировых мегаполисов.

В теории мирового рынка труда указывается на то, что мировой рынок труда, не имея четко обозначенных территориальных (географических) границ, формируется и функционирует в результате экспорта и импорта рабочей силы. При этом международная миграция трудовых ресурсов определяется не только спросом и предложением рабочей силы в тех или иных регионах /странах мира и различиями в уровнях заработной платы, но и мировой динамикой в политических и других процессах.

^ Теория мировых систем (мирового хозяйства) исходит из того, что миграция чаще возникает между бывшими колониальными державами и их колониями. Этому способствуют культурные, исторические, языковые, административные и т.п. связи между ними. Приникая в развивающиеся регионы (страны), расширяющийся мировой рынок действует как катализатор для международной миграции. Процесс миграции увязывается с развитием мировой транспортной сети, средств связи, которые облегчают международные передвижения людей.

В теории нового международного экономического порядка указывается на важность разработки «механизма более полной и справедливой компенсации» развивающимся странам эмиграции со стороны развитых стран иммиграции за использование иностранной рабочей силы, в первую очередь, высококвалифицированной, т.е. той, на подготовку которой были затрачены значительные средства. В отличие от других теорий международной трудовой миграции, которые обычно исходят из определяющей роли спроса на рабочую силу на мировом рынке труда, эта концепция делает акцент на предложении иностранной рабочей силы, ее качественных характеристиках и последствиях миграции для стран-доноров.

^ Теория «процветания» или «технологического развития» рассматривает рост населения благом для развития как на страновом, так и на глобальном уровнях. Миграционный прирост несет в себе существенный положительный импульс для экономического и демографического развития принимающей страны. Как иммигранты, так и временные трудовые мигранты далеко перекрывают стоимость социальных услуг, которыми они пользуются, ценностью того, что они сами производят, потребляют и выплачивают в виде налогов. Таким образом, наличие значительного числа мигрантов может являться условием процветания принимающего общества.

В теории «притяжения-выталкивания» (pull-push) миграция интерпретируется как функция относительной привлекательности стран въезда и выезда, а наличие препятствий, возрастающих с увеличение расстояния между этими странами, - в качестве ограничения миграционных процессов. В странах выезда выделяется определяющая для миграционного решения роль «выталкивающих» факторов, а в странах въезда - соответственно роль»притягивающих» факторов. При этом решение о миграции определяется субъективным индивидуальным восприятием данных факторов потенциальным мигрантом.

В теории миграционных сетей основополагающим является понятие «сообщество мигрантов», которое включает в себя межличностные отношения, связывающие мигрантов, бывших мигрантов, потенциальных мигрантов в странах выезда и въезда и охватывающие не только родственные, но и дружеские связи и отношения, обусловленные таким фактором, как мигранты-земляки. Формирование миграционной сети, начало которой кладут «мигранты-первопроходцы», облегчает процесс миграции для последующих волн. В результате по прохождении некого критического порога социальная миграционная структура автономно поддерживает миграционный процесс.

^ Теория кумулятивной причинности выступает развитием теории миграционных сетей. В ней отмечается, что с течением времени процесс распространения миграционных сетей становится самовоспроизводящим, поскольку факт миграции способствует созданию социальной инфраструктуры, стимулирующей дальнейшее миграционное движение. В результате миграционные потоки приобретают сильную внутреннюю инерцию, что позволяет им сопротивляться манипуляциям ограниченной иммиграционной политики.

^ Теория миграционных систем основывается на системном подходе, призванном объединить различные концепции объяснения международной миграции и доказать, что миграционные потоки между странами выезда и определенными странами въезда детерминированы различными факторами. Поскольку формирование устойчивых миграционных потоков создает некое единое пространство (миграционную систему), включающие страны выезды и въезда; для понимания ее динамики необходимо рассматривать систему в целом. При этом географическая близость может играть значительную роль, но не является обязательным условием. Определенные страны могут составлять часть глобальной миграционной системы.

Как справедливо отмечает И.В. Ивахнюк, в утвердившихся теориях выделяются совершенно разные, подчас противоречащие друг другу факторы в качестве определяющей причины международной миграции. Дело, видимо, заключается в том, что сама миграция является многообразным по своей природе явлением, которое может анализироваться под разными углами зрения. Поиск объединяющей парадигмы должен быть многоуровневым, комплексным, междисциплинарным. Применяя тот или иной научный подход к объяснению причин и последствий международной миграции или создавая обобщающую теорию, следует всегда ожидать, как мудро предсказал Э. Ли, «появления многих исключений, так как миграция – это комплексное явление, и оно с трудом укладывается в схемы» [92, с. 75].

Альтернативные подходы, которые используются для анализа демографии и миграции, с некоторым уточнением и корректировкой могут стать основой концепций международной миграции в постсоциалистических странах. Вместе с тем специалисты вынуждены констатировать весьма ограниченные объяснительные способности конкурирующих подходов. При построении теории постсоветской трансформации международной миграции возникают трудности как в уяснении общих представлений о взаимодействии социоструктурных переменных, так и в понимании влияния национальных особенностей на развитие процессов легальной и нелегальной миграции, причин и последствий влияния на них динамики институциональных изменений в России. В настоящее время сложилось широкое поле для дискуссий относительно измерителей и индикаторов процессов демографии и миграции, влияния стартовых условий, особенностей прошлого и культуры России на роль этнических групп, общества и государства в данных процессах.

В начале ХХ в. Россия, как и другие страны мирового сообщества, сталкивается с качественно новыми, все более трудными социально-экономическими проблемами, обусловленными демографическими и миграционными факторами. Несмотря на наличие огромного потока публикаций, посвященных обоснованию путей их решения, обращает на себя внимание то обстоятельство, что множество используемых разнообразных теоретических подходов уже не дают ожидаемых и желаемых результатов. Накопленного и достигнутого явно недостаточно для того, чтобы утверждать о разработке теории, адекватно описывающей самобытное развитие национальных экономик с учетом действия демографических и миграционных факторов и позволяющей устанавливать действительные причины их хозяйственных неудач и успехов. Особую актуальность решение данной проблемы приобретает для нашей страны, поскольку лишь на данной основе возможна успешная разработка приоритетов и путей обеспечения устойчивого ее развития и повышения конкурентоспособности национального хозяйства. Это предполагает формирование более адекватных представлений о взаимосвязях процессов структурирования хозяйственного строя страны и его трансформации с демографическими и миграционными процессами.

Как отмечает В.Т. Рязанов, анализ особенностей формирования хозяйственного строя в конкретных национально-государственных образованиях представляет собой важное средство приближения теории к экономической реальности, которое создает лучшие возможности выявления причин эффективной и неэффективной работы тех или иных национальных моделей экономики в мировом хозяйстве. При этом он полагает, что экономический строй (в равной мере можно использовать такие синонимы, как устройство, порядок) прежде всего следует рассматривать как способ упорядочения, организации и самоорганизации хозяйственной жизни в любом государстве. Экономический строй в этом случае должен оцениваться не как статическая, а динамическая система, которой присущи историзм и принцип развития, неустойчивость и неравновесность, вероятностный характер и непредсказуемость [226, с.271-272].

Исходя из этого В.Т. Рязанов указывает на важность адекватного отражения в экономическом строе действия широкого спектра факторов. Во-первых, экономический строй раскрывает не только формационные, но и цивилизационные особенности общественно-экономического устройства каждой страны. Это дает возможность для углубленного подхода к определению экономического строя каждой страны на базе синтеза формационных и цивилизационных свойств, значительно расширяя границы в проведении его типологии. Во-вторых, при такой трактовке экономического строя важна его непосредственная привязка к конкретной стране (или группе стран). Он не просто характеризует способ упорядочения (организации и самоорганизации) хозяйственной жизни каждого государства, но и является одновременно способом адаптации производства и обмена, всей системы хозяйствования к внутренней и внешней среде воспроизводственной деятельности человека и общества. Иначе говоря, находится под воздействием самого широкого спектра объективных и субъективных причин, внутренних и внешних факторов. Поэтому важно при анализе хозяйственного строя не ограничиваться узкими экономическими рамками и представлениями об экономике как самодостаточной системе[226, с.288-289].

Для разработки эффективной экономической и миграционной политики весьма важно, чтобы конкурирующие теории, сложившиеся в рамках разных парадигм, были упорядочены и структурированы, поскольку существующие (фрагментарные) направления в экономической науке не могут дать ответа на многие сложные проблемы развития национальных хозяйств экономики. Исследование своеобразия социально-экономической динамики страны и международных процессов миграции предполагает использование определенной методологии, которая позволяла бы, с одной стороны, определять особенности структурирования потоков международной миграции, с другой – описывать специфику механизмов данного конструирования, связывая их с определенными социально-экономическими и культурно-историческими условиями. Оно должно исходить из того аспекта развития национального хозяйства, который связан с детерминирующим действием структурообразующих факторов, скрыто влияющих на ход социально-экономических процессов. Занимая определенное место в социально-экономической структуре разные группы хозяйствующих субъектов как системные образования на основе своих особых позиций, встроены в сети социально-экономических связей и исходя из этого взаимодействуют между собой. Освобождение утвердившихся концепций от абсолютизации роли отдельных структурообразующих факторов и выработка более универсального и динамичного подхода предполагает анализ распределения их позиций в социально-экономическом пространстве-времени как результата сложного и многопланового процесса взаимодействия разных детерминант.

Люди действуют в заданных, заставаемых ими структурных условиях развития экономики, при огромном влиянии с их стороны. Но, осуществляя социально-экономические действия, они также оказывают то или иное преобразующее влияние на сложившейся экономический строй, его отдельные структурные конфигурации, создавая новые структурные условия для последующей хозяйственной деятельности. Поэтому более поздние модели развития национальной экономики и движения потоков международной миграции могут быть объяснены через более ранние социально-экономические действия людей. Вместе с тем, развитие национальной экономики представляет собой двунаправленный процесс, имеющий свои корни в истории страны, и выступает как результат структурной детерминации и генезиса структур национального хозяйства.

Хозяйственный строй страны является регулятором процесса использования природных, производственных, трудовых ресурсов и выпуска национального продукта в соответствии с общественными потребностями. Он характеризует сложную совокупность взаимосвязей и взаимозависимостей хозяйствующих субъектов, различающихся местом в общественном разделении труда и в социально-классовой структуре, располагаемыми ресурсами, ценностями, потребностями и интересами. Формирование данных взаимосвязей и взаимозависимостей определяется своеобразием множества структурных условий развития национальной экономики. Последние выражают действие совокупности скрыто детерминирующих факторов, которые позволяют выявить ход экономических процессов, наблюдаемых во внешней стороне хозяйственной жизни. Экономический строй как сложная совокупность структурных условий хозяйствования отличается такой многомерностью, которая крайне затрудняет его системное изучение. Не случайно многие исследования посвящаются его отдельным аспектам, таким как экономико-географическим, технико-экономическим, политико-экономическим, экономико-культурным и т.д. Каждая из таких частных проекций национального хозяйства выражает его специфическое качество как целого, некоторую свойственную ему конфигурацию экономической структуры.

Экономический строй страны может быть представлен в виде вектора, имеющего соответствующие координаты в многомерном социально-экономическом пространстве-времени. Для описания многомерной динамики национального хозяйства целесообразно использовать следующую совокупность важнейших структурных условий экономической деятельности людей и связанную с ними совокупность проекций экономического строя, характеризующих сложившиеся в ходе исторического развития страны национальные особенности методов хозяйствования и отношения, связанные с использованием национальных ресурсов, производством, распределением, обменом и потреблением хозяйственных благ. Во-первых, ресурсные условия (природные, материально-производственные и трудовые ресурсы) и возникающие на их основе в национальном хозяйстве технико-экономические отношения, которые характеризуют технико-производственную его структуру, непосредственно связанную с достигнутым уровнем развития производительных сил и выступающую в виде совокупности некоторых технологических укладов (доиндустриальные, раннеиндустриальные, индустриальные, позднеиндустриальные, постиндустриальные). Во-вторых, социокультурные условия, в рамках которых утвердились хозяйственные традиции, убеждения и стереотипы мышления. Сложившиеся в связи с этим особенности экономической культуры определяют специфические способы решения жизненно важных проблем развития национального хозяйства. В-третьих, властно-иерархические условия хозяйственной жизни общества и соответствующая им система власти и прав собственности, которая регулирует доступ к ресурсам и богатству и определяет формирование экономических основ распределения доходов, социально-классовой структуры и структуры хозяйственных интересов. В-четвертых, организационно-институциональные условия развития национальной экономики, которые характеризуют утвердившиеся формальные и неформальные правила поведения хозяйственных субъектов, возникшие в данной политико-правовой среде. В-пятых, наряду с социально-экономическим пространством универсальным контекстом хозяйственной жизни общества является время. В каждой стране возникают своеобразные ритмы экономической жизни, самобытный поток реки национального времени, характеризующий особенности решения экономических проблем взаимосвязи прошлого, настоящего и будущего.

Выделение предложенной системы координат социально-экономического пространства-времени позволяет избежать односторонности моделирования системообразующих структур экономического строя страны, абсолютизации институционалистких, демографических, технократических, модернистких, культурологических, кратократических, геократических и хронократических версий социоэкономической динамики. Корректная её интерпретация должна принимать во внимание взаимную детерминацию каждого измерения экономического строя, каждого его структурного образования, их взаимная связанность не является жесткой, в реальной хозяйственной жизни общества могут возникнуть разные типы макроструктурных противоречий, деформаций и ассиметрий. Вместе с тем, в силу плюралистичности социально-экономической реальности в поведении людей обнаруживается внутренняя противоречивость занимаемых позиций, что становится источником проблем и конфликтов. Кроме того, использование разных временных шкал позволяет учитывать своеобразие взаимодействия структурных детерминат в рамках данного исторического периода, принимая во внимание особенности внутренних и внешних угроз и вызовов времени. Современный мир продемонстрировал огромные расхождения в социально-экономической динамике различных стран, что свидетельствует о резком возрастании цивилизационных факторов в развитии национальных хозяйств и существенно повышает значимость разработки теории, более адекватно описывающей данные изменения.

В настоящее время в рамках либерального подхода к интерпретации социально-экономического развития страны и динамики потоков международной миграции культурно-исторический контекст той или иной страны часто рассматривается как «довесок», поскольку институты рассматриваются как более важные для экономического развития, нежели культура. При этом один из основоположников концепции экономического империализма Г.С. Беккер утверждает, что экономический подход уникален по своей мощи и способности интегрировать разнообразные формы человеческой деятельности, дает целостную и унифицированную схему для понимания человеческого поведения, именно он является всеобъемлющим. Предположения о максимализирующем поведении, рыночном равновесии и стабильности предпочтений образуют сердцевину концепции экономического империализма. Г.С. Беккер отмечает, что «представление о широкой приложимости экономического подхода находит поддержку в обильной научной литературе, появившейся за последние двадцать лет, в которой экономический подход используется для анализа, можно сказать безгранично разнообразного множества проблем, в том числе развития языка (Marschak, 1965), посещаемости церквей (Azzi and Ehrenberg, 1975), политической деятельности (Buchanan and Tullok, 1962; Stigler, 1975), правовой системы (Posner, 1973; Becker and Landes, 1974), вымирания животных (Smith, 1975), самоубийств (Hamermesh and Soss, 1974), альтруизма и социальных взаимодействий (Becker, 1974, 1976; Hirshleifer, 1977) а также брака и разводов (Schults, 1974; Landes and Michael, 1977)» [13, с.31].

Выход из кризиса традиционных подходов многие исследователи видят в создании новой концепции, которая может соединить экономические и духовно-нравственные компоненты. При этом М.Бюшер указывает, что проблемы экономической этики затрагивают самую суть экономических построений. Он отмечает, что в настоящее время сложились концептуальные подходы, для которых характерна связь с коррективной, функциональной и интегративной этикой. Представители первого направления связывают реализацию моральных принципов в сфере экономики с авторитарным путем, разрабатывая четкую иерархическую систему (это философы, политологи и др., которые относятся к экономической науке или принципиально критически, или принципиально одобрительно). Сторонники второго направления видят в этике средство получения выгоды рациональным экономическим субъектом, на этику смотрят как на долгосрочный платеж и средство снижения трансакционных издержек. Такой подход присущ в основном представителям новой институциональной школы. Представители третьего подхода обращают внимание на нормативные основы экономической науки и сосредотачиваются на этическом измерении в рамках экономической науки, а также истории экономической мысли и в социально-политической структуре экономических явлений. Это направление характеризуется критическим отношением к квазинаучной методологии экономики. Подвергая ее сомнению, сторонники этого подхода стремятся расширить сферу исследования хозяйства в свой анализ внеэкономические предпосылки протекающих в нем процессов. Кредо этого направления: реконструировать этические и социальные основания экономики в их историческом развитии и определить происходящие общественные сдвиги для того, чтобы найти доктрину, соответствующую социальным условиям [26, с.135-136].

Отказ от логоцентристских концепций в пользу плюрализма не может быть основанием для отрицания наличия сложных отношений соподчиненности между отдельными сферами социально-экономической жизни, хотя каждая из них обладает относительной автономией и развивается по своей логике. Интегрированность разных её сфер означает, что все они направляются некоторой системообразующей структурой, которая выступает как уникальный вектор, формирующий общие ориентиры изменения разных составляющих хозяйственного строя и в свою очередь испытывает их влияние. Складывающиеся в масштабах общества в национальном хозяйстве взаимодействия экономических субъектов и их групп процессы их мобильности и межгосударственной миграции выражают в рамках культурно-исторического контекста единство процессов ценностно-смыслового восприятия ими хозяйственной действительности и выработки на основе опыта социально-экономических мер, с помощью которых реализуются утвердившиеся в обществе этико-экономические ориентиры.

Выработка плюралистического подхода к описанию процессов взаимодействия системообразующих структур хозяйственного строя предполагает необходимость учёта особенностей их роли в данных процессов. Складывающаяся на основе разделения общественного труда в реальной действительности национальная экономика функционирует и развивается как целостная и противоречиво устроенная система, которая адаптируется к меняющемуся миру, обеспечивая всегда реализацию некоторой совокупности принципов организации хозяйственной жизни общества, что позволяет поддерживать хозяйственный порядок и мобильность трудовых ресурсов, ограничивая развитие дезинтеграционных процессов, способных вызывать распад общества. При этом в хозяйственной системе складывается противоречивый синтез универсалистских и партикуляристских связей (макрохозяйственных и локально-групповых норм), на основе которых осуществляется реализация, прежде всего таких фундаментальных принципов как достижение определенного уровня единства общего и частного блага, справедливости устройства экономики, равенства и неравенства социально-экономического положение людей, регламентации и свободы, сотрудничества и состязательности (конкуренции), доверия и легитимности общественных институтов.

Осмысление устройства национального хозяйства как целостного образования неизбежно предполагает уяснение уникальной роли, соотношений и соподчиненности нравственно-этических макрорегуряторов, на основе которых формируется, воспроизводятся и развиваются свойственные данной стране хозяйственные процессы. Для этого важно пересмотреть утвердившиеся представления о роли нравственно-этических норм, отказаться от сведения их к частным формам проявления, регулирующим лишь отдельные сферы общества, и признать экономико-этические нормы в качестве особых структурообразующих элементов хозяйственного строя, его ключевых регуляторов. Феномены общественное блага (добра) и ущерба (зла) являются наиболее универсальными ценностными измерителями социально-экономических и миграционных процессов. Их содержание не сводится к сугубо этическому значению и далеко выходит за его пределы. На их основе формируется многомерная система координат, с помощью которой определяются необходимые и желательные изменения культурных и институциональных оснований экономики, структурных и воспроизводственно-технологических ее пропорций, динамических и структурных параметров международных потоков трудовой миграции. Ориентация на достижение общего блага создает предпосылки для устранения одностороннего доминирования отдельных сегментов и структур национального хозяйства в ущерб национальным интересам; она выступает системообразующей сердцевиной формирования хозяйственного устройства общества и миграционных процессов. Складывающее в данный период конкретно-историческое понимание общего блага пронизывает так или иначе все проблемные ситуации, на его основе осуществляется оценка соответствия сложившегося потока событий благоприятному направлению его развития, измерение общественной полезности разноплановых социально-экономических и миграционных процессов, взвешивание и сопоставление положительных и отрицательных эффектов.

Получившие широкое распространение подходы ограничивают сферу распространения нравственно-этических ориентаций лишь локальным (межличностным) уровнем и не принимает во внимание возникновение макронорм, которое выступают фундаментальными макродетерминантами деятельности экономических субъектов; разработки социально-экономических проектов, процессуальных и институциональных решений. На этой основе часто справедливость отождествляется с одной из его форм проявления, например, равенством или уравнительностью или справедливость и равенство противопоставляются свободе и праву и т.д.

Хозяйственный строй складывается в процессе сложного взаимодействия социально-экономических групп, различающихся культурно-ценностными ориентирами и властно-ролевыми позициями. Способы распределения прав собственности на хозяйственные ресурсы и присвоения доходов, обусловливающие формирование тех или иных стратефикационных систем, призваны поддерживать целостность национальной экономики и являться действенным средством повышения общественного благосостояния, если они неудовлетворительно выполняют своё назначение, то это вызывает рост напряженности, стагнацию и деградацию экономики. Реализация конкретно исторических требований справедливого устройства национального хозяйства предполагает достижения сбалансированности интересов разных этносоциальных групп, рациональное сочетание элементов равенства и неравенства, сотрудничества и состязательности, регламентации и свободы. Сложность динамики социально-экономических процессов приводит к необходимости формирования хозяйственных систем, в которых сочетаются разные дистрибутивные принципы - распределение по потребностям, по заслугам, по рангу, по способностям, по закону, на основе спроса и предложения, уравнительности и т. д.

Конструирование теоретических представлений, адекватных экономической реальности, потребовало отказа от заблуждений монистических концепций, которые видят критерий адекватности в чистоте используемых системных принципов, формируя на данной основе доктрины либо тотального регулирования экономики либо государством, либо рынком. При этом возникает возможность освободиться от ошибок, свойственным двум крайностям экономического утопизма – ошибочной веры во всемогущество как централизованного планированного хозяйства, так самоуравновешивающегося рынка. Как отмечает Н.Ф. Тофалль, из истории известно, что чисто капиталистическое общество, построенное исключительно на частной собствен­ности, максимизации прибыли, полезности и рыночно-ценовой координации, без каких-либо гарантий со стороны государства в области правового порядка и определенных мер социальной безопасности, пока еще не стало реальностью. Как модель общества чистая модель рыночного хозяйства и капитализма обладает утопическими, контрфактическими чертами, она сама является социальной утопией. Координация индивидуальных действий на рынке должна происходить в определенных социальных рамках, которые не определяются адекватно условиями этой координации — частной собственностью, максимизацией прибыли и полезности, ценовой системой рынка, — а, скорее, предполагают их [237, с.95-96].

Для компенсации недостатков рыночного процесса и создания противовеса возникающих при этом негативных эффектов необходимо формирование нерыночных инструментов, например, в таких областях как доступность капитала для малого и среднего бизнеса, экология и охрана окружающей среды, социальная сфера и социальная безопасность. В современном рыночном хозяйстве правительство должно уравновешивать индивидуальные экономические интересы, заключающиеся в экономическом росте и потреблении, с одной стороны, и защиту и сохранение природы, с другой стороны. Государство, далее, должно уравновешивать требования экономической свободы, эффективности и роста, с одной стороны, и потреб­ность в социальной справедливости при распределении дохо­дов и богатств и в социальной безопасности, с другой стороны. Оно должно уравновешивать права на собственность старых владельцев и наследников капитала и права новых предпринимателей на то, чтобы иметь доступ к капиталу, необходи­мому для их предприятий, и т.д. С этой точки зрения, рынок создает постоянную этическую и политическую задачу урав­новешивания для тех, кто действует на рынке, и для тех, кто несет ответственность за действия правительства, за его экономическое и политическое вмешательство в рыночную экономику. Вместе с тем при экономическом конструировании важно учитывать и то обстоятельство, что при принятии правительством решений, основанных на заблуждениях относительно экономической реальности, могут происходить так же провалы государства. Они способны оказывать даже более значительное воздействие на экономику, чем провалы рынка [237, с.87].

Государство, отмечал Н.А. Бердяев, принудительно поддерживая минимум добра и справедливости, никогда не делает этого из любви к добру и из доброты, доброта чужда государству, оно делает это потому, что без минимума добра и справедливости наступит хаос [16, с.172]. Для получения поддержки своих действий со стороны экономических субъектов и населения государство должно использовать такие методы, которые формируют у людей убеждения в том, что они позволяют достаточно эффективно и справедливо решать социально-экономические и миграционные проблемы, соответствия действий властей нравственно-этическим ценностям граждан выражается в их легитимности.

Траектория социально-экономической динамики страны и потоков международной миграции во многом зависит от культурно-ценностных ориентаций людей и институционального устройства общества. При этом важнейшим фактором является доверие, которое возникает в процессе взаимодействия людей и опосредовано общественными институтами. Институциональное устройство общества характеризуется двумя взаимосвязанными аспектами – эффективностью и справедливостью, уровень их реализации определяет доверие людей к общественным институтам и их легитимность. На этой основе в результате борьбы различных этно - социальных сил складываемый вектор трансформации общественных институтов, а также характер и темпы социально-экономической динамики (рис. 1.3.1).

Культурно - ценностные системы выступают уникальным фактором, формирующим неординарные особенности хозяйственной деятельности людей, самобытность хозяйственного строя и путей развития международной трудовой миграции. Для обеспечения устойчивости его развития, изменения миграционных, технологических, властно - структурных и институциональных параметров, вызванные использованием государством тех или иных социально-экономических методов регулирования, не должны выходить за критические пределы, которые способны вызвать разрушение фундаментальных оснований национального хозяйства. Последние, прежде всего, определяются национальными особенностями культурно-ценностных традиций, формирующих представления людей об уровне и легитимности институтов, без достижения его минимального уровня невозможно поддержание устойчивых вертикальных и горизонтальных связей в национальной экономике, социоэкономических взаимодействий различных групп населения страны.





Рис. 1.3.1. Трансформация социально-экономических институтов


^

1.3 Международная трудовая миграция в контексте глобализации


При анализе тенденций изменения потоков международной трудовой миграции, их причин и последствий важно принимать во внимание то обстоятельство, что процессы международной миграции и международной трудовой миграции тесно связаны между собой. При этом из того, что следует понимать под международной трудовой миграцией, являются ли ее непременными признаками, скажем, добровольность и возвратность, и обязательным ли должен быть факт продажи рабочей силы мигранта в стране въезда, выстраиваются разные временные критерии возникновения трудовой миграции в стране. Полярные точки зрения, между которыми заключается еще множество позиций, следующие. Во – первых, при наиболее расширительном толковании вопроса международная трудовая миграция ассоциируется с любыми перемещениями людей через границы государств, которые сопровождаются их трудовой деятельностью на новом месте. Во – вторых, наиболее «узкий» подход связывает начало международной трудовой миграции с формированием мирового рынка труда, в соответствии с закономерностями которого происходит перелив рабочей силы из стран с излишним предложением труда в страны, предъявляющие спрос на дополнительную рабочую силы. При этом важно, чтобы сформировались условия, обеспечивающие механизм перемещения рабочей силы, в частности, современные виды транспорта. В таком случае явление международной трудовой миграции соотносится лишь с 1960-ми гг. [ 92, с.32].

Перемещение людей по планете является важнейшей частью человеческой истории. При этом на начальных ее этапах особую значимость имели природные ресурсы и военно-политические факторы миграции. Вместе с тем постепенно усиливалась роль и демографо-экологических причин, связанных со снижением смертности и повышением темпов роста населения. В XX в. массовые масштабы приобрела миграция, обусловленная экономическими мотивами и основанная на принятии добровольных решений о переезде в целях повышения качества и уровня своей жизни.

Как отмечает П. Стокер, мощный импульс на начальном этапе международной миграции рабочей силы происходил со времен работорговли, связанной с колониальными завоеваниями европейцев, т.е. середины XV в. В этот период недостаток рабочей силы в некоторых странах компенсировался ввозом рабов из колоний. С середины XVI в. британскими, португальским, французскими морскими суднами была обеспечена регулярная доставка дешевой африканской рабочей силы в Новый Свет – Бразилию, страны Карибского бассейна, в Северную Америку – для работы на плантациях. За несколько столетий из Африки было вывезено около 15 млн. человек, многие из которых не добрались до места. Из тех же, кто достиг восточных берегов Атлантики, половина умирали в течение первых пяти лет работы там. В настоящее время более 40 млн. человек в странах Северной и Южной Америки, а также государствах Карибского бассейна являются потомками африканских рабов [243, с. 11-13].

Технологические и общественные перемены в XVIII - XIX вв. привели к радикальному изменению экономического роста, его темпов и качества, параметров демографических и миграционных процессов. Во второй половине XVIII в. в Великобритании темпы роста производительности труда были примерно 0,5% в год, а в 1820-1870 гг. – 1,5%. Во второй половине XIX в. наиболее высокими темпами начинает развиваться США – 2-3% в год.

Реализованная в США социально – экономическая и технологическая стратегия развития страны позволила в начале XX в. опередить по производительности все страны мира, в том числе и Германию, которая по уровню урбанизации в 1910 г. превосходила США в 1,4 раза. С повышением производительности существенно улучшаются условия жизни людей. Средняя продолжительность предстоящей жизни в ведущих странах Западной Европы возрастает за 1800 - 1913 гг. примерно в 1,5 раза - с 33 до 50 лет. В ходе становления индустриального общества стремительное развитие получил вторичный сектор - обрабатывающая промышленность, происходит насыщение базовых традиционных потребностей населения, возникают широкие возможности для развития сферы услуг. В 1870 г. в США 50% трудовых ресурсов было занято в сельском хозяйстве, 24% - в промышленности, 26% - в сфере услуг. Важным фактором, определяющим динамику социально - политических и технико-экономических изменений, становится развитие системы образования. Время, расходуемое на обучение в ведущих странах Западное Европы, увеличилось за 1800-1913 гг. примерно в 4 раза (или с 1.8 до 7.1 лет) [228, с.37].

Волны модернизационных изменений, связанные с переходом от аграрной эпохи к индустриальной, способствовало не только повышению

темпов экономического роста, но и усилению дифференциации стран по

уровню экономического развития (табл. 1.3.1) и динамики демографических процессов, что, в свою очередь, оказало существенное влияние на формирование волн между народных потоков миграции населения.

Возникающий в данных условиях экономический рост при всем многообразии траекторий развития национальных хозяйств характеризовался наличием некоторых общих закономерностей, проявляющихся в динамике социально-экономических и демографических переменных. Так, он сопровождается в ходе индустриализации экономики радикальными изменениями в структуре занятости и снижением доли сельского хозяйства в ВВП, развитием процесса в урбанизации и повышение уровня образования, ростом реальных доходов и продолжительности жизни населения, а также демографическим переходом (снижение смертности приводит к росту населения и формирующаяся тенденция сохранения рождаемости вызывает уменьшение темпов роста населения). Кроме того, изменяется и структура ВВП, происходит увеличение доли сбережений, инвестиций, государственных расходов и экспорта в ВВП в связи с развитием международных экономических связей. В раннеиндустриальной модели экономического развития на начальном этапе индустриализации происходило усиление дифференциации доходов, которая в дальнейшем обычно постепенно уменьшилась (см. табл. 1.3.2).


^ Таблица 1.3.1.

Динамика ВВП на душу населения за 1000-1998 гг.

(международные доллары 1990 г.)[276]

Регионы

1000 г.

1500 г.

1820 г.

1870 г.

1913 г.

1950 г.

1973 г.

1998 г.

Мировая экономика в целом

В том числе:

Западная Европа

Другие развитые страны западного типа, включая США

Япония

Азия, исключая Японию

Латинская Америка

Восточная Европа и СССР/Россия

Африка

Разрыв между крайними регионами

435


400


400

425

450


400

400

416

1, 1:1


565


774


400

500

572


416

483

400

2:1


667


1232


1201

669

575


665

667

418

3:1


867


1974


2431

737

543


698

917

444

5:1


1510


3473


5257

1387

640


1511

1501

585

9:1


2114


4594


9288

1926

635


2554

2601

852

15:1


4104


11534


16172

11439

1231


4531

5729

1365

13:1


5709


17921


26146

20413

2936


5795

4354

1368

19:1



Современный экономический рост, отмечает Е.Гайдар, обеспечивает повышение душевого ВВП от доиндустриального уровня (ниже 100 долл/чел в ценах 1964 г., 450 долл/чел в ценах 1994 г.) до уровня V высокоразвитых государств (ВВП на душу населения выше 1000 долл/чел в год в ценах 1964 г., 4500 долл/чел в ценах 1994 г.) сопровождается ростом доли сбережений в ВВП (с 10,3% до 23,3%), увеличением государственной нагрузки на экономику (доля государственных доходов возрастает с 12,5% ВВП до 30,7 ВВП), повышением уровня образования (доля охваченных среднем образованием возрастает с 24,4% до 86,3%). Параллельно снижаются доли первичного сектора (сельское и лесное хозяйство) в структуре производства (с 52,2% до 12,7%) и занятости (с 12,8% до 15,9), растет доля городского населения (с 12,8% до 65,8%). Экономика становится более открытой (рост доли экспорта в ВВП с 17,2% до 24,9%),а в структуре экспорта происходит радикальное изменение (доля экспорта обрабатывающих отраслей в ВВП возрастает с 1,1% до 13,1%). Радикально меняется демографический режим, снижаются показатели рождаемости (с 45,9% до 19,1%) и смертности (с 20,9% до 9,7%), темпы прироста населения. На ранних стадиях индустриализации показатели неравенства возрастают, достигая максимума в группах стран с доходом на душу населения в диапазоне 200-300 долл/чел (в ценах 1964 г.), затем начинают снижаться. Подобные же закономерности можно подтвердить и данными о соответствующих параметрах по странам во времени. Разумеется, конкретные страновые траектории развития различаются. Но для подавляющего большинства из них, задав ограниченное количество параметров, можно получить удовлетворительное представление об остальных[41,с.21-25].

Развитие мирового хозяйства, мировых рынков трудовых и финансовых ресурсов, международных экономических связей и международных процессов миграции населения осуществлялось в XVIII -начале XX вв. неравномерно, волнами. Которые исходили из эпицентра революционного взрыва и постепенно ослабевали по мере удаления от него в пространстве и во времени. Массовая миграция населения в Европе возникла в XIX в. в условиях промышленного переворота и глубоких социально-экономических и демографических трансформаций. При этом волны модернизационных изменений сопровождались формированием волн масштабных миграционных оттоков трудовых ресурсов.

^ Таблица 1.3.2

Показатели социально - экономического развития стран с разным уровнем

душевого ВВП [61, с.22-23].

Процесс

Годовой ВВП в расчете на душу населения, в долларах США, цены 1964г.1


Низкодоходные страны

Среднедоходные

Высокодоходные


-'• 1 OOS

$100

$200

$300

$400

$500

$800

$1000

-1000$

1. Накопление (% к ВВП)

а)сбережения

10,3

13,5

17,1

19

20.2

21

22,6

23,3

")"• "V

2j,j

б)инвестиции

13,6

15,8

18,8

20,3

21,3

22

23,4

24

23.4

в)приток капитала

3,2

2,3

1,6

1,2

1

0,9

0,6

0,6 ] 0.1

2. Государственные доходы (% к ВВП)

а)гос. доходы в целом

12,5

15,3

18,1

20.2

21,9

23,4

26,8

28,7

30.7

б)налоговые доходы

10,6

12,9

15,3

17,3

18,9

20,3

23,6

25.4

28.2

3. Образование

а) расходы на образование (% к ВВП)

2,6

3,3

3,3

3,4

3,5

3,7

4,1

4,3

3,9

б) дол я охваченных средним образованием (% соответствующей возрастной группе)

24,4

37,5

54,9

63,7

69,4

73,5

81

84,2

86,3

4. Структура внутреннего спроса (% к ВВП)

а)частное потребление

77,9

72

68,6

66,7

65,4

64,5

62,5

61,7

62,4

о)гос. потребление

11,9

13,7

13,4

13,5

13,6

13,8

14,4

14,8

14.2

в) потребление продуктов питания

41,4

39,2

31,5

27,5

24,8

22,9

19,1

17,5

16,7

5. Структура внешней торговли (% к ВВП)

а) экспорт

17.2

19,5

21,8

23

23,8

24,4

25,5

26

24,9

б)экспорт сырья

13

13,7

13,6

13,1

12,5

12

10,5

9,6

5,8

в)экспорт продукции

1,1

1,9

3,4

4,6

5,6

6,5

8,6

9,7

13,1

г)экспорт услуг

2,8

3,1

4,2

4,8

5,1

5,3

5,6

5,7

5,9

д)импорт

20,5

21.8

23,4

24,3

24,9

25,4

26,3

26,7

25

6. Распределение трудовых ресурсов (% к ВВП)

а)первичный сектор

71,2

65,8

55,7

48,9

43,8

39,5

30

25,2

15.9

б)промышленный сектор (включая переработку)

7,8

9,1

16.4

20,6

23,5

25.8

30,3

32.5

36,8

в)сектор услуг

21

25,1

27,9

30,4

32,7

34,7

39,6

42,3

47,3

7. Урбанизация (% к ВВП)




12,8

22

36,2

43,9

49

52,7

60,1

63,4

65,8



8. Распределение доходов (%)

а) самые высокие 20%

50,2

54,!

55,7

55,4

54,7

53,8

51,1

49,4

45.8

б) самые низкие 40%

15,8

14

12,9

12,7

12,8

13

13,8

14,3

15,3

9. Демографические изменения

а) коэффициент

рождаемости

45,9


44.6

37.7

33,8

3,1

29,1

24,9

22,9

19,1

б)коэффициент

смертности

20.9


18,6

13,5

11,4

!0,3

9,7

9,1

9

9,7

1 Для рассматриваемого периода 1950-1970 гг. до 100 долл/чел. в ценах 1964 г. соответствовало до 450 дол л/чел, в ценах 1994 г. Далее соответственно: до 200 долл/чел. -до 900 долл/чел. - до 1350 долл/чел.. до 400 долл/чел. -до 1800 долл/чел., до 500 долл/чел. -- до 2250 долл/чел, до 800 долл/чел. - до 3600 долл/чел., до 1000 долл/чел - до 4500 долл/чел., свыше 1000 долл/чел - свыше 4500 долл/чел.

Данные по странам не взвешенные, душевой ВВП рассчитан на основе текущих валютных курсов.

Как отмечает Д. Массей, в Европе волна индустриализации шла от Англии в 1830-х гг. до Франции и Германии в 1840-х гг., а затем в 1850 гг. на восток - в Россию -Польшу и на юг - в Австро-Венгрию и Италию, в 1860-х гг. она достигла Испании, Швейцарии и Швеции, а затем и других стран Южной Европы.

За ней шла волна массовой эмиграции, которая достигала своего пика примерно через 20-30 лет после начала индустриализации. За 1846-1920 гг. из Европы выехало более 44 млн. человек.

Этот поток были приостановлен первой мировой войной, а позже - принятием в США первых ограничивающих иммиграцию законов, депрессией 1930-х гг., а также Второй мировой войной. Наибольшее число уехавших наблюдалось в Великобритании (41% от численности населения на 1900 г.), Норвегии (36%), Португалии (29%), Италии (28%). Всего из Европы выехало почти 15% населения. Всего за 1846-1939 гг. около 60 млн. человек выехало из Европы. Они направлялись в США (38 млн.), Канаду (7 млн.), Аргентину (7 млн.), Бразилию (4,6 млн.), Австралию, Новую Зеландию и Южную Африку (2,5 млн.) [243, с. 16].

Сложившиеся на основе индустриальной модели развития стран структурно - циклические изменения стали определяющими факторами формирования миграционных потоков. При этом в годы подъема наблюдалось увеличение потока мигрантов, а в годы кризиса и депрессии -его уменьшение или реэмиграция. Вместе с тем на масштабы и направленность миграционных потоков существенное влияние стала оказывать миграционная политика государств, которые весьма активно начали вводить иммиграционные ограничения.

Миграция из Европы в XIX в. и в начале XX в. имела в основном безвозвратный характер. После второй мировой войны ситуация в Европе кардинально меняется, она превращается из региона массового оттока населения в регион мощного притяжения мигрантов. В результате неравномерного развития мировой экономики, осуществления структурных изменений в европейских странах в пользу технологических прогрессивных отраслей и под влиянием демографических факторов в 1950-е годы преобладали миграционные потоки, складывающиеся в рамках европейских стран. Но уже в 1960-е годы западноевропейские страны начинают проводить политику, ориентированную на активное привлечение мигрантов из неевропейских стран. При этом, если доля иностранного населения в западноевропейских странах за 1970-1980 гг. увеличились с 2,2 до 3,1%, то в ФРГ она возросла с 4,9 до 7,6% (с 3,0 млн. чел. до 4,7 млн. чел.), во Франции с 5,3 до 6,8% (с 2,6 млн. чел. до 3,7 млн. чел.) [см. табл. 1.3.3].


^ Таблица 1.3.3

Численность и доля иностранного населения

в западноевропейских странах [92, с. 42]



Страна

1950 г.

1970 г.

1980 г.




тыс. чел.

%

тыс. чел.

%

тыс. чел.

%

Австрия

323

4,7

212

2,8

303

4,0

Бельгия

368

4,3

696

2,8

886

9,0

Великобритания

-

-

-

-

2137

3,9

Греция

31

0,4

93

1,1

60

0,7

Дания

-

-

-

-

102

2,0

Ирландия

-

-

-

-

69

2,0

Испания

93

0,3

291

0.9

418

1,1

Италия

47

0,1

-

-

312

0,5

Лихтенштейн

3

19,6

7

36,0

9

36,1

Люксембург

29

9,9

63

18,4

96

26,4

Нидерланды

104

1,1

255

2,0

547

3,9

Норвегия

16

0,5

-

-

91

2,2 '

Португалия

21

0,3

-

-

64

0,6

Финляндия

11

0,3

6

0,1

12

0,3

Франция

1765

4,1

2621

5,3

3680

6,8

ФРГ

568

1,1

2977

4,9

4667

7,6

Швеция

124

1,8

411

5,3

406

4,9

Швейцария

285

6,1

1080

17,2

926

14,7

ВСЕГО

5100

1,3

10200

2.2

15000

3,1


Импорт дешевой рабочей силы, во-первых, позволял использовать ее
на вредных и тяжелых работах и коренному населению западноевропейских
стран занимать возникавшие рабочие места в передовых отраслях, что
соответствовало полученному ими образованию и их представлениям о
престижности труда. Во-вторых, дешевизна иностранной рабочей силы
создавала условия для быстрого роста «опорных отраслей» экономики:
электроэнергетики, химической промышленности, сталелитейного
производства, автомобильной индустрии, горнодобывающей

промышленности. В производстве (промышленности, строительстве) была сконцентрирована основная масса иностранных рабочих. Наконец, присутствие иностранной рабочей силы создавало «конъюнктурную резервную армию труда», что давало возможность крупному частному капиталу добиваться экономии фонда заработной платы и средств на социальное страхование. В отношении Германии, например, не будет преувеличением сказать, что с экономической и социальной точки зрения иностранные наемные рабочие были опорой немецкого «экономического чуда», которое позволило стране в кратчайшие сроки не только восстановить разрушенное войной хозяйство, но вырваться в ряд передовых мировых держав [92, с. 40].

Переход к постиндустриальному обществу, начавшийся в западноевропейских странах в 1970-е годы, сопровождался активным применением достижений научно-технической революции в производство и сферу услуг, внедрением трудосберегающих и ресурсосберегающих технологий, усложнением труда во всех отраслях экономики и качественным изменением ситуации на рынках труда. В данных условиях во многих государствах формируется мнение о нецелесообразности массового импорта неквалифицированной рабочей силы и в связи с этим стратегия иммиграционной политики переориентируется на формирование благоприятных условий для повышения конкурентоспособности национального хозяйства при активном использовании ограничительных мер. Однако они оказались недостаточно эффективными, и способствовали появлению массового потока нелегальных мигрантов. Наличие иностранной рабочей силы на рынках труда европейских стран превратилось из временного и несущественного фактора в ключевой фактор, определяющий динамические и структурные изменения процессов их социально-экономического развития.

Так, во Франции с конца 70-х годов началось ужесточение законодательства в отношении иностранцев, понятие «рабочий иммигрант»

сменилось «поколением иммигрантов», экономический подход к решению этой проблемы обрел политическую и социально-культурную составляющую. Закон Бонне 1980 г. изменил статус иммигранта (если раньше он был иностранным рабочим, то теперь становился иностранным резидентом), усилил контроль над пребыванием приезжих во Франции, разрешил выдворение за незаконное проникновение в страну. Принципиально важным стало принятие в августе 1993 г. закона Паскуа, который, по сути, был направлен на лишение иностранцев права на постоянное пребывание во Франции (на достижение «нулевой иммиграции»). Он усложнил получение разрешения на пребывание в стране некоторым категориям детей иностранцев, студентам и иностранным супругам французов. Были расширены права администрации в отказе на просьбы о политическом убежище и т.п. Следующим шагом стало принятие в 1998 г. законов Гигу о гражданстве и Шевенмана об иммиграции. Эти законы разрабатывались при участии известного французского политолога Патрика Вейля, на которого правительство возложило задачу разработать «жесткое, но достойное» законодательство в области иммиграции. Речь шла не об отмене законов Паскуа, а о более прагматичной их реализации. Декларируемые права на воссоединение семей, на убежище должны были осуществляться эффективнее. Приоткрылись границы для студентов, научных работников, был ослаблен чрезмерный контроль за смешанными браками, при этом усилены меры по выдворению из страны нелегалов и правонарушителей. В целом концепция сотрудничества вместо миграции является сегодня во Франции принципиальной. На это, в частности, был направлен закон Шевенмана 1998 г., главная идея которого - помощь другим странам в подготовке необходимых кадров специалистов, исследователей, студентов на условиях ограниченного срока пребывания во Франции с тем, чтобы затем они возвращались на родину и способствовали ее экономическому развитию и тесным связям с Францией. При этом в силу исторических причин, общего культурного наследия страны Магриба стали фаворитами этого сотрудничества [244, с. 68].

В период глобальных изменений вместе с возрастанием роли миграции населения в мире все более сложным становится вопрос о ее последствиях для стран, принимающих мигрантов. Массовый приток иностранцев помогает решать многим западноевропейским странам демографическую проблему. Но вклад иммигрантов в экономическое развитие является дискуссионным. Многие из иммигрантов инициативны и предприимчивы, они открывают свои предприятия и создают рабочие места. Вместе с тем существуют серьезные исследования, которые на примере США и западных стран доказывают, что альтернативой трудовой миграции является сотрудничество, торговая открытость, частные инвестиции в отношениях со странами Третьего мира, создание в них рабочих мест в сфере туризма, сервиса, в сельском хозяйстве: «Если вы не хотите помидоров из Марокко, вы получите марокканцев». Кроме того, возникают сложные этно­социальные последствия и социально-культурные проблемы интеграции мигрантов при сохранении ими национально-культурной идентичности всех этнических групп. Высоким является уровень преступности среди мигрантов. В 1999 г. иностранцы составляли 23,6% (12500 человек) заключенных во французских тюрьмах, что в пропорциональном отношении в пять раз больше аналогичных показателей для французов: 46,7% заключенных - выходцы из стран Магриба, 15,2% - из остальной части Африки, 8,9% - из Азии, 3,5% из Америки и 25,2% европейцы. Потенциальную угрозу единству французского общества, его идентичности и безопасности несет сложный процесс интеграции иммигрантов, особенно мусульманского населения. Массовый приток иностранцев, в основном из афро - азиатских государств, с иной культурой, укладом, религией, образом мышления, образованием обострил прежде всего социальные проблемы, поставил под угрозу национально - культурное своеобразие европейцев, а в последнее время, в связи с ростом исламского экстремизма и терроризма, и безопасность государств. Практически во всех странах Европы идеи синтеза и многообразия культуры сегодня сменились стремлением к «жесткой интеграции» мигрантов в европейское общество на условиях компромисса: с соблюдением их гражданских прав в том объеме, в котором они не вступают в противоречие с национальными интересами и культурными традициями принимающих государств [244, с. 67].

Международная миграция населения является сложным социально-экономическим процессом. В современных условиях она играет всевозрастающую роль в развитии стран, оказывая при этом на них весьма противоречивое влияние. Превращение человеческих ресурсов в ключевой источник социально-экономического развития государств, усиливает значимость изучения миграционных проблем, однако в ходе поиска учеными путей изменения парадигмы устройства жизнедеятельности отдельных стран и мирового сообщества, отвечающей угрозам и вызовам постиндустриальной эпохи, в настоящее время сложилась явная недооценка роли демографических изменений, непосредственно оказывающих огромное воздействие на формирование новых факторов экономического роста.

В современных условиях международные миграционные потоки населения складываются под влиянием разнообразных причин, основными среди которых являются экономические и социальные (перемещения в поисках работы, получение образования, в связи с замужеством и т.п.). Существенную значимость приобрели также политические, национальные, религиозные, военные, экономические и другие причины. В результате усиления их влияния значительно увеличилось число перемещений людей, связанных с постоянным или временным изменение места жительства по независящим от них причинам. Важно учитывать, что миграционные потоки формируются в условиях резкого изменения численности населения нашей планеты. Так, за 1900-2000 гг. эта численность увеличилась с 1,6 млрд. чел. до 6 млрд. чел. и по расчетам экспертов ООН к 2050 г. она достигнет 9 млрд. чел. (приложение 2). Данный процесс можно охарактеризовать как демографическую революцию, которая крайне противоречивым образом оказывается связана с разрешением насущных проблем. При этом на фоне значительного роста численности населения, сложившегося, прежде всего в странах третьего мира, в России возникла особая ситуация, вызванная незавершенностью адаптации воспроизводства населения и процессом его старения в связи с действием разнообразных исторических, экономических и социально-политических факторов.

Глубокие изменения, происходящие в мире в конце XX в. и связанные с формированием в ведущих странах мира постиндустриального общества, осуществлением либеральных реформ и демократических изменений в постсоциалистических и развивающихся странах, обусловили возникновение качественно нового этапа в развитии международных процессов миграции [92; 102; 196].

В современных условиях усиление роли глобализационных факторов в движении международных потоков миграции осуществляется на основе вовлечения в них народов бывшего Советского Союза, стран Восточной и Центральной Европы и появления огромного по масштабам численности мигрантов - около 200 млн. человек (эта цифра отражает число лиц, родившихся за рубежом, а также число беженцев). Общее число лиц в той или иной форме, включенных в миграционные потоки с учетом нелегальных мигрантов превысило 1 млрд. человек к 2004 г. [103]. Международные миграционные потоки превратились в глобальное явление, оказывающее воздействие на все стороны жизни мирового сообщества.

Качественно меняется структура международных потоков миграции населения в результате повышения доли в общем числе мигрирующих профессионально подготовленных специалистов с более высоким уровнем образования, включая потенциально перспективных специалистов. Проводимая развитыми странами миграционная политика приводит к оттоку интеллектуального потенциала из развивающихся стран. По оценкам экспертов ООН только их финансовые потери за последние 30 лет превысили 60 млрд. долларов.

Усиливающаяся в условиях глобализации динамизация процессов международной миграции населения оказывает весьма противоречивое воздействие на социально-экономическое развитие современных государств. С одной стороны, она приводит к росту предложения рабочей силы и конкуренции на рынках труда, увеличению объемов валового внутреннего продукта и снижению уровня цен, повышению эффективности использования рабочей силы и требований к наемному работнику, подстегивая рост профессиональной и образовательной подготовки, способствует повышению конкурентоспособности национальной экономики. В связи с этим появляется необходимость в изменении системы образования и профессиональной подготовки кадров, ее адаптированию к меняющимся условиям. С другой стороны, миграция населения способна оказать существенное влияние на формирование дисбаланса на рынке труда, вызывая рост безработицы, снижение уровня оплаты труда и ухудшение социально-экономического положения коренных жителей данного региона. Эти и другие проблемы, связанные с миграцией населения, должны найти адекватное отражение в системе мер государственной миграционной политики. Однако разработка данной системы мер во многом затрудняется формированием в значительных масштабах нелегальной миграции.

Возрастание масштабов нелегальной миграции является важнейшей отличительной особенностью современных процессов, международной миграции населения. В настоящее время согласно данных МОТ в мире не контролируется около трети потока международной миграции. Это обусловлено как развитием глобализационных процессов, которые сопровождаются возрастанием мобильности населения и все большего числа людей в международном перемещении, так и ростом ограничений и запретов на пути легальных форм миграции во многих странах, наиболее привлекательных для мигрантов. Ситуация в значительной степени осложняется тем, что потоки международной миграции остаются трудно контролируемыми и введение ограничительных мер в отношении легальных мигрантов, обычно сопровождаются лишь ростом масштабов нелегальной миграции.

Глобализация мировой экономики в современных условиях происходит вследствие стремительного роста объемов транснационального перемещения производительного и финансового капиталов. Формирование глобального рынка трудовых ресурсов осуществляется с некоторым отставанием, в то же время сам процесс глобализации в значительной степени зарождался на основе активизации международных потоков миграции населения, его перемещение в различные регионы мира [98]. Это во многом обусловлено тем, что в условиях формирования постиндустриального общества и возрастания значимости для политики ведущих стран мира социальных параметров, правящие силы все большее внимание уделяют вопросам повышения качества человеческого капитала как решающему фактору конкурентоспособности национального хозяйства и поддержания социально приемлемого уровня безработицы и дифференциации доходов населения, межэтнических взаимоотношений и доверия к общественным институтам. В результате в конце XX в. радикально меняются приоритеты миграционной политики развитых стран, которые формируют различные барьеры, существенно затрудняющие проникновение иностранцев на их рынке трудовых ресурсов. Международные миграционные потоки в настоящее время продолжают формироваться преимущественно за счет населения развивающихся стран. Основным мотивом перемещения мигрантов является стремление обеспечить себе и своим близким более высокий уровень жизни, который в ведущих странах мира в десятки раз выше, чем в других странах.

Массовое привлечение иностранцев позволило развитым странам удовлетворять спрос на дешевую рабочую силу, осуществляя трудоустройство работников в непривлекательных сегментах экономики, а также сглаживать остроту демографической ситуации, однако одновременно возникло огромное количество других сложных социально - экономических проблем. Дело в том, что в развитых государствах образовались обширные этнические анклавы в виде замкнутых структур, представители которых достаточно активно стали претендовать на изменение их социально - экономического и политического положения и отношения к ним общества. Кроме того, мигранты способствовали бурному распространению теневой экономики, криминальных структур и экстремистских организаций, что создавало мощные угрозы национальной безопасности. «Состояние рынка труда стало выступать важнейшим внутренним фактором национальной экономической безопасности, поэтому по мере формирования мирового хозяйства и развития его глобализации миграция рабочей силы на мировом рынке труда становится все более регулируемой национальными государственными институтами» [98, с. 258].

В современном мире значительно возрастает роль международной миграции в демографическом развитии ведущих стран. В условиях сохранения относительно высоких темпов роста населения в развивающихся странах и прогрессирующего старения населения в развитых странах, у последних возникает потребность пополнения рынка труда за счет международных мигрантов для снижения коэффициента демографической нагрузки. Так, в 1990 - е годы около 90% общего прироста населения в Европе было получено за счет чистой миграции (почти в 50% в 1970 е годы) в США - 40%, Австралии - 50% [103, № 1]. Кроме того, происходит феминизация процесса международной миграции.

Важным фактором, определяющим изменение динамических и структурных параметров потоков международной миграции является существенное увеличение масштабов и пространственных границ вынужденной миграции в результате формирования мощных очагов военно - политической напряженности, этнических конфликтов и экологических катастроф. В 1990 - е годы их число в Азии возросло в 1,5 раза, в Африке – в 4 раза, в Европе - в 10 раз. Так, европейские страны за этот период приняли в общей сложности около 5 млн. вынужденных мигрантов, с подобными масштабами вынужденных переселенцев данные страны не сталкивались со времен Второй мировой войны [227].


^

2.1. Участие России в мировых миграционных процессах


Формирование потоков международной миграции в России определялось особенностью взаимодействия внутренних и внешних детерминант ее социально – экономического развития и выражает сложное сочетание долгосрочных, среднесрочных и краткосрочных факторов, настоящего с прошлым и будущим. В связи с этим сложившиеся в современных условиях тенденции международной миграции имеют свои глубокие исторические основания. Вместе с тем при анализе современных процессов международного миграционного обмена нашей страны с иностранными государствами важно учитывать, что они имеют двойственную природу, соединяя в себе процессы миграционного обмена, во – первых, со странами дальнего зарубежья, и, во – вторых, со странами ближнего зарубежья, которые до момента распада Советского Союза являлись внутригосударственными, и которые во многом определяют масштабы и характер в целом данных миграционных процессов.

История Российского государства во многом выступает как многовековой процесс непрерывного освоения и колонизации земель, прилегавших к Московскому княжеству, который осуществлялся на основе преобладания мирных способов заселения земель и в отличии от истории колонизации ряда других стран не сопровождался уничтожением или масштабной гибелью коренного населения. Начало массовой международной миграции в России приходится на первую половину XVII в. Значительный поток эмигрантов из Европы, который нес с собой достижения европейской культуры, сложился в связи со страшными последствиями тридцатилетней войны Протестанской унии и Католической лиги в 1618–1648 гг., когда большая часть населения Германии, Чехии и других стран была перебита или вымерла (только в Чехии население сократилось с 3 млн. человек до 800 тыс. человек), а численность населения Германии уменьшилась в 4,5 раза. XVIII в. стал для России во многом переломным, происходившие в данный период изменения в российском обществе были противоречивыми, они соединяли в себе элементы его модернизации, развития внутренней и внешней торговли с усилением центральной власти и крепостной зависимости населения. При численности населения страны в XVII в. увеличилась почти в 3 раза, а территория – в 2 раза. Экономика страны по уровню своего развития приближается к ведущим странам мира, во многом устраняется существенный разрыв, сложившийся в прошлом.

Динамика социально – экономических и миграционных процессов в Российской империи во многом складывалась как следствие постоянного поиска способов адаптации крупномасштабного государства к изменяющейся внутренней и внешней среде, меры сочетания государственного принуждения и свободы деятельности представителей разных социальных групп. В XVIII в. развитие российского общества осуществлялось на основе доставшегося от Московского государства наследия и под влиянием принципиально новых факторов, которые были вызваны глубокими изменениями внутренних и внешних условий. Важнейшее значение приобретали факторы, связанные с демографическим взрывом, урбанизацией, промышленным переворотом и переходом к новым технологиям, что требовало от государства и общества выбора новых приоритетов и способов реформирования всех сфер социально – экономической жизни, а также выработки адекватной угрозам и вызовам времени миграционной политике.

Новые и еще более мощные волны миграционных потоков в России возникли в XVIII в. благодаря политики Петра I и Екатерины II, которая была направлена на привлечение иностранных специалистов и ученых из Европы для заселения иностранцами (немцами) пустующих земель юга и Поволжья (во второй половине XVIII в.), в 1763 г. была образована первая в мире государственная служба по миграции (Канцелярия опекунства иностранцев). В XIX в. численность немецкой общины продолжала пополняться как за счет миграции, так и за счет естественного прироста: по данным первой всероссийской переписи населения 1897 г. в стране насчитывалось 1,8 млн. лиц немецкой национальности (77 % из них приходилось на крестьян). На Дальнем Востоке во второй половине XIX и начале XX в. в значительных количествах селились корейцы и китайцы, бежавшие от голода, стихийных бедствий из своих стран. Особенно много корейцев переселилось в Россию после 1910 г., когда Япония аннексировала территорию Кореи. В 1915 г. на Дальнем Востоке насчитывалось более 60 тыс. корейских поселенцев, а к 1925 г. их численность достигла 150 тыс. человек, которые стремились в Россию на постоянное жительство и были нацелены на интеграцию в российское общество. В начале XX в. доля иммигрантов в населении российского Дальнего Востока достигла 15%. Лица еврейской национальности в значительном числе оказались в России не за счет иммиграции, а в результате разделов Польского государства между Россией, Пруссией и Австро-Венгрией и присоединения к России части польской территории, населенной евреями, что было закреплено Венским конгрессом 1885 г. Еще в начале 1776 г. в России насчитывалось, по оценкам, всего 7 человек еврейской национальности, в то время как в Польше более 577 тыс. [100, с. 190]. В целом чистая миграция в Россию с начала XIX в. до 1916 г. составила чуть более 4 млн. человек, оказав значительное влияние на развитие некоторых регионов Поволжья, Юга России, Дальнего Востока [103, № 1, с.51].

Мощный цивилизационный подъем, сложившийся в мире в условиях Великих географических открытий сопровождался образованием крупных колониальных империй. Российское государство, руководствуясь геополитическими и экономическими интересами, осуществляло территориальную экспансию, при этом существенно возрастали как территориальные размеры, так и численность населения. Однако во времена петровских реформ население страны сократилось примерно на треть. В послепетровские времена его численность быстро увеличивается. Так, за 1724 – 1782 гг. население возросло с 13 млн. человек до 19 млн. чел., или в 1,5 раза, в последующие годы его темпы роста существенно повышаются: за 1782-1851 гг. население увеличилось до 44 млн. человек, или в 2,5 раза. Урбанизационные процессы в России опережали стремительный демографический рост, но проходили с заметным отставанием от западноевропейских стран. Городское население с 1782 г. по 1812 г. увеличилось в 3,4 раза и его доля возросла с 3,1 до 4,4 % или в 1,4 раза. В первой половине XIX в. доля городского населения повысилась до 7,8 % в 1851 г., или почти в 1,8 раза, для этого потребовалось увеличить его численность за 1812-1851 гг. в 2,6 раза [171, с. 27, 84].

Индустриализация в России опиралась не только на собственный кадровый потенциал. По исследованию И. Янжула, среди действительных членов Академии наук в XVIII в. было 68,2% принятых на работу иностранных граждан, в XIX в. и начале XX в. вплоть до 1912 г. – 26,5 % [294], а в 1865 году – 12,4 %, в 1896 году – 11,3 % в 1911 году – 6,1 % [275].

Реформирование российского общества во второй половине XIX - начале XX в.в. происходило в условиях бурного демографического роста, что вызвало сложные социоструктурные изменения. За 1851–1897 гг. численность населения страны увеличилась с 64 до 129 млн. человек, или в 2 раза, городское население в результате бурного роста промышленности и торговли – в 3,3 раза, доля городского населения в общей его численности повысилась с 7,8 до 13 %, или в 1,7 раза [39, с. 27, 84]. В первые 15 лет XX в. население страны возросло еще на треть, а городское население – в 1,6 раза. За 1860 – 1913 гг. Россия увеличила национальный доход на душу населения примерно в 1,5 раза, но существенного сдвига по этому показателю в мировом контексте не было, разрыв с ведущими странами мира остался примерно на том же уровне. Индустриализация страны происходила за счет сдерживания роста доходов основной массы населения, уровень жизни народа повышался медленно. Так, средняя продолжительность предстоящей жизни при рождении в России возросла за 1870 – 1913 гг. на 3 года, или в 1,1 раза (с 31 до 34 лет), а в ведущих странах Западной Европы – на 12,2 лет, или в 1,3 раза (с 37,3 до 49,5 лет) [162, с.37; 163, с. 145].

В дореволюционный период происходило активное расселение различных народов и, прежде всего, русского на присоединяемые территории. Существенно поток переселенцев увеличился во второй половине XIX в., особенно интенсивно происходило заселение Сибири и Дальнего Востока, куда за 1900 – 1914 гг. переехало 4,5 млн. человек. В целом в досоветский период явно преобладала центробежная тенденция перемещения населения из центральных районов России на колонизируемые территории. В связи с этим за 1796 – 1916 гг. из европейских районов России на ее окраины переселилось около 12,6 млн. человек, в том числе в образующие ныне государства нового зарубежья – 7 млн., из которых 80 % составили русские [180; 108; 109].

До начала промышленного переворота эмиграция из России была небольшой. Но с конца XIX в. ситуация радикально меняется: в условиях стремительного демографического роста, отставания процессов модернизации экономики от стран – лидеров, разорения крестьянства и репрессивной политики в отношении национальных меньшинств, формируется значительный поток эмигрантов из России. Всего миграционный поток населения из страны за 1897 – 1916 гг. составил 865 тыс. человек. При этом, за 1899 – 1913 гг. только в США из России эмигрировали 2,4 млн. человек (41% из них – евреи, 29 – поляки, 9 – литовцы и латыши, 7 – финны и эстонцы, 7 – русские, 6 – немцы и др.). В это же время получила развитие трудовая миграция из России, причем этот относительно короткий отрезок времени, предшествовавший началу Первой мировой войны, является уникальным в миграционной истории России по масштабам временной трудовой миграции. Только в Германию в 1910 – 1913 гг. ежегодно прибывали на срок до 10,5 месяцев до 300 тыс. россиян, что составляло около 70 % всех иностранных рабочих в германском сельском хозяйстве. Таким образом, в конце XIX – начале XX вв. Россия превратилась в важного международного участника миграционных процессов, поставляя неквалифицированную рабочую силу в западные страны (табл. 2.1.1). Первая мировая война и Гражданская война вызвали волну эмиграции из России, связанную, прежде всего, с военно – политическими обстоятельствами. Всего за 1917 – 1925 гг. более 2,5 млн. человек выехали в Западную Европу, США и другие страны дальнего зарубежья, при этом негативные последствия данной волны эмиграции для страны во многом усиливались тем, что она лишилась большой части интеллектуального потенциала. В дальнейшем возможности легального выезда из Советского союза резко сокращаются. Однако по некоторым оценкам за 1926 -1938 гг. страну покинуло около 250 тыс. человек. Вторая мировая война вызвала мощную волну принудительной миграции, в результате за границей оказалось 4,2 млн. советских граждан (в том числе 2,7 млн. гражданских лиц и 1,5 млн. военнослужащих), из которых примерно 620 тыс. человек не возвратились в СССР [103, № 1, с. 52].

В советский период даже при существовании жесткого контроля над международными миграционными процессами страна вынуждена была участвовать как в мирохозяйственных связях, так и в международном обмене мигрантами. Так, по оценкам некоторых экспертов в 1970 - 1980 – е годы за пределами Советского Союза ежегодно работали в социалистических и развивающихся странах в среднем около 300 тыс. человек, которые принимали участие в строительстве и эксплуатации различных объектов гражданского и военного назначения. Вместе с тем в СССР поступали и трудовые мигранты из других стран, прежде всего, из стран – членов СЭВ. Так, в 1990 г. в Советском Союзе находилось около 200 тыс. граждан социалистических стран, которые были заняты в лесной и автомобильной промышленности, строительстве нефте – и газопроводов, других сферах [219, с. 145].


^ Таблица 2.1.1

Компоненты изменения численности населения России (тыс. чел.) [103, № 2, с.75]


Периоды, годы



Численность населения на конец периода, года, тыс. чел.



Общий прирост (убыль), тыс.



в том числе

Естественный прирост, тыс.

Миграционный прирост, тыс. **)

1897*

67473

-

-

-

1897-1916

91000

23527

24392

-865

1917-1926

93600

2600

5100

-2500

1927-1940

111359

17759

16960

799

1941-1945

97547

-13812

-9953

-3859

1946-1950

102945

5398

6505

-1107

1951-1955

112266

9321

9991

-670

1956-1960

120766

8500

9283

-783

1961-1965

127189

6423

6944

-521

1966-1970

130704

3515

4107

-592

1971-1975

134690

3986

4180

-195

1976-1980

139028

4338

3731

607

1981-1985

143835

4807

3938

869

1986-1991

148704

4869

3759

- 1110

1917-1991

148704

57704

64545

-6841***

1992

148750

46

-207

253

1993

148452

-298

-738

440

1994

148393

-59

-869

810

1995

148063

-330

-•833

503

1996

147591

-472

-816

344

1997

147191

-400

-750

350

1998

146771

-420

-705

285

1999

146003

-768

-923

155

2000

145263

-740

-954

214

2001

144392

-871

-943

72

2002

143534

-858

-935

77

2003****

142682

-852

-887

35

1992-2003

142682

-6022

-9560

3538

^ На начало года. С учетом сальдо миграции со странами дальнего зарубежья, которое в 1927-1940 гг. и 1951-1987 гг. было относительно небольшим, (например, в 1986г. оно равнялось 2,3 тыс. человек, против - 20.4 в 1989 г., 102,5 тыс. в 1990 г.). Наиболее значимым оно было в 1917-1925 гг., когда более, 2,5 млн. человек эмигрировало в Западную Европу, США и другие страны дальнего зарубежья. *** Из них почти 3,6 млн. человек приходится на дальнее зарубе­жье: **** На 1 января 2004 г. по данным Госкомстата РФ (с учетом прошедшей переписи , населения в 2002 г.), численность постоянного населения России составила 144,1 млн. человек.


1970–е гг. были отмечены появлением потока эмигрантов, выезжавших по израильской визе. Всего за 1971-1986 гг. из СССР эмигрировало примерно 360 тыс. человек, 80 % из которых были лица еврейской национальности, направлявшиеся не столько в Израиль, сколько в США и частично в Канаду, где они автоматически получали статус беженцев. Таким образом, история миграционного обмена России с другими государствами свидетельствует о том, что на протяжении многих веков Россия была активным участником мировых миграционных процессов, и в разных формах - добровольной и вынужденной, нелегальной – миграции, которые были обусловлены, прежде всего, экономическими и военно – политическими факторами [103, № 1, с. 52].

Глубокие социально – экономические преобразования, которые происходили в стране в условиях жесткого противостояния со странами Запада и связанные с попытками сокращения экономического отставания от стран – лидеров и формирование советской модели индустриального общества, способствовали появлению многообразных форм миграционных потоков, сохранению центробежных тенденций движения населения из центра России на ее окраины. Однако одновременно с этим формировались и заметные центростремительные тенденции, которые в послевоенный период усиливались, в результате с середины 1970 –х годов вектор межреспубликанского перемещения в Советском Союзе меняется и у России появляется положительное сальдо межреспубликанских миграций. Осуществление форсированной индустриализации страны и кардинальных изменений в размещении производительных сил происходило на основе бурного роста старых и новых городов, освоения целинных земель при массовом перераспределении трудовых ресурсов в различных организационных формах при активном использовании добровольных и принудительных методов регулирования миграции населения.

При этом большую роль играло насильственное перемещение людей со своих мест проживания и направление их на строительство крупных промышленных объектов и освоение новых районов как в Сибири и на Дальнем Востоке, так и на Европейском и Азиатском Севере, Прибалтике, Закавказье и Средней Азии. Кроме того, в дальнейшем значительное влияние на миграционный обмен России с бывшими союзными республиками оказала депортация в 1930 -1940-е годы немцев из Поволжья в Казахстан, татар, чеченцев, ингушей, корейцев и других народов из мест их постоянного проживания.

Советская модель индустриального развития, несмотря на все ее недостатки позволила использовать в определенной мере временные преимущества командной экономики, обеспечивая относительно высокие темпы ее роста. Как отмечает В.А. Мельянцев, российские и зарубежные исследователи в целом сходятся во мнении, что благодаря огромным усилиям и немалым жертвам Советский Союз действительно догнал или почти догнал страны Запада в отдельных областях технико – технологического и военного развития, а также в сфере образования, средней продолжительности жизни и науки. Вместе с тем, продолжается дискуссия по поводу темпов, пропорций и основных факторов роста. Основная оценка макроэкономических итогов роста советской экономики вряд ли вообще возможна, ибо в отсутствие свободного рынка и конкуренции экономический рост и цены на товары и услуги весьма слабо корректировались платежеспособным спросом. Ряд зарубежных ученых, получив доступ к ранее закрытым архивным материалам СССР, уточнили устоявшиеся оценки динамики советского ВВП в сторону повышения. В частности, за период первых пятилеток (1928 – 1940), по которому велась особенно жаркая дискуссия, среднегодовые темпы прироста ВВП составили, по данным Нэддисона 5,3 %, Харрисона 5,9 %, а Алена – даже 6,3 %. Эти показатели существенно выше, чем ранее сделанные оценки К. Кларка и А. Бергсона (3-4% в год) [163].

По оценкам зарубежных экспертов среднегодовые темпы прироста ВВП на душу населения в СССР за 1950-1970 гг. были выше, чем в развитых странах с рыночной экономикой, и существенно превышали показатели США. Так, в СССР они составили в 1950 – е годы 3,5 против 1,6 % в США, в 60 –е годы – 3,6 против 2,5 % в США (рассчитано по [93]). При этом более быстрыми темпами происходило социально – экономическое развитие союзных республик. Ситуация резко изменяется в последующем, в 1970 – е годы эти темпы уменьшаются в СССР до 1,3 %, а в 1980 – е – до 0,8 %, в то время как в США они возрастают до 1,6 – 1,7 %, а в развитых странах с рыночной экономикой – до 2,1 – 2,3 %. В послевоенные десятилетия отраслевая структура занятости в СССР приближается к структуре занятости в США. К 1970 г. продолжительность жизни в стране повышается до 70 лет и достигает уровня стран ОЭСР. СССР по индексу развития человеческого потенциала (ИРЧП) занимал 20-е место в мире и примерно такое же по уровню ВВП на душу населения, но в 1990 г. по этому индексу уже опустился на 34 место среди 174 стран.

Вместе с тем изъяны советской модели экономического развития и свойственные ей противоречия начинают уже в 1970 –е годы оказывать свое влияние как на изменение динамических и структурных параметров национального хозяйства, так и на динамику миграционных потоков. Так, в 1970 – е годы в силу прежде всего причин этнического характера все более начинает возрастать центростремительный миграционный поток русского населения из республик Закавказья и других регионов в связи с тем, что подготовленные кадры коренных национальностей начинают все более занимать ведущие позиции в социально – экономической жизни на своих территориях. В 1980 – е годы данный поток приобретает решающее значение, кроме того, формируется и отток титульных национальностей. Вместе с тем всего за советский период общий поток мигрантов из России в бывшие республики Советского Союза составил примерно 4 млн. человек.

В развитии международной миграции населения в России с 1990 – х годов страны ближнего и дальнего зарубежья играют разную роль. С образованием новых государств на территории бывшего Советского Союза миграционный обмен России с бывшими союзными республиками превратился в международный и стал формироваться под влиянием изменившихся политико – правовых и социально – экономических условий. Иммиграционные потоки в Россию в новых условиях начали образовываться во многом за счет этнических русских стран ближнего зарубежья, а также из граждан других национальностей в связи с резким ухудшением в этих странах экономической ситуации, возрастанием социально – политической напряженности и обострением конфликтов на национальной основе при проведении на государственном уровне политики этнической нетерпимости и выталкивание из стран лиц некоренной национальности, преимущественно русских. Всего за 1992 – 2001 гг. из бывших союзных республик в Россию въехало 6,4 млн. человек, более двух третьих из которых являлись этническими русскими. В начале 1990 – х гг. в странах ближнего зарубежья оказались примерно 38 млн. человек, имеющих исторические корни в России, из которых 25,3 – этнические русские, 12,7 млн. – представители других национальностей РФ [104, с. 378]. По оценке И.Г. Ушкалова, реальные намерения иммигрировать в Россию имели около 50 % из них [252, с. 84].

Формированию иммиграционных потоков в Россию, с одной стороны, способствовали такие факторы, как «прозрачность» границ со странами ближнего зарубежья, наличие огромного числа связей (родственных, профессиональных, личностных, деловых и т.д.), с другой стороны, эти потоки сдерживает недостаточная правовая регламентация взаимоотношений стран ближнего зарубежья с Россией и изъяны ее миграционной политики.

Значение массовой миграции населения в Россию, которая сложилась в 1990 – х гг. (в среднем по 1 млн. человек ежегодно), невозможно недооценить – она стала существенным фактором политического, экономического и демографического развития страны. Политически важным является превращение России в иммиграционный центр, готовый принять миллионы своих соотечественников, оказавшихся в «вынужденной эмиграции». Экономическая выгода России заключается в приобретении дополнительной рабочей силы, преимущественно квалифицированной, зачастую получившей образование и квалификацию в прошлом именно в российских университетах и учебных заведениях, так что хотя бы частично она может компенсировать экономические потери от «утечки российских умов». Если же речь не идет о высококвалифицированных кадрах, иммигранты могут быть эффективно использованы для «людских вливаний» в обезлюдевшие районы Центрального Нечерноземья, северных районов, Сибири. Демографические преимущества массовой иммиграции в Россию из стран ближнего зарубежья наиболее очевидны. В условиях демографического кризиса и высокой естественной убыли населения, которая за 1992 – 2002 гг. составила 7,7 млн. человек, миграционный приток более чем наполовину компенсировал эту убыль и фактически получил такую роль в демографическом развитии страны, какую он никогда не имел ранее [103, № 2, c.66].

Уровень эмиграции из России в 1990 –е годы существенно возрос по сравнению с советским периодом (табл. 2.1.2 - 2.1.3) как под влиянием либерализации миграционного процесса, так и в связи с резким ухудшением социально – экономической ситуации в стране в условиях осуществления радикально – либеральных реформ и углублением экономического кризиса, снижением уровня жизни населения и роста безработицы. В данных условиях важным фактором, сдерживающим увеличение эмиграционных потоков, явилась проводимая развитыми странами ограничительная миграционная политика. Однако при этом некоторые государства проводили открытую иммиграционную политику в отношении отдельных этнических групп, что и определило формирование основных эмиграционных потоков из России. Так, в 1990 – годы выехало из страны 900 тыс. человек, из них в Германию - около 60 %, в Израиль – 20 %, США (имеющие большую еврейскую диаспору) – около 10 %.

В последние годы эмиграционные потоки из России претерпевают существенные изменения, значительно меняется их этническая структура и географическая направленность. В сферу российской эмиграции все больше вовлекаются другие развитые страны (Австралия, Канада, Финляндия, Италия, Великобритания и т.д.) При этом резко возрастает доля русских эмигрантов и уменьшается среди формирующихся ранее эмигрантов доля немцев и евреев. Так, в середине 1990 – х годов немцы составляли почти половину эмигрантов из России, а евреи – более десятой их части, в начале XXI в. доля русских эмигрантов увеличилась в 1,5 раза, а доля немцев и евреев среди эмигрантов уменьшилась соответственно примерно в 1,5 раза. При этом происходило значительное повышение доли русских в эмиграционном потоке из России и в такие страны как Германия, Израиль и США. Изменения этнической структуры эмиграции и ее географической направленности обусловлены тем, что с одной стороны, исчерпывается ограниченный потенциал эмиграции этнических групп, для которых существует более свободный режим въезда в отдельный страны, с другой стороны, пройден тот период времени, который позволил высшим слоям общества приобрести существенный капитал. В условиях сохраняющейся в России социально – политической и экономической неопределенности многие их представители стремятся сменить место жительства, приобретая недвижимость и организуя бизнес за границей. Кроме того, временная миграция российских граждан в зарубежные страны часто используется ими для выявления возможностей смены своего места жительства.

Оттоки населения из России в зарубежные страны в современных условиях оказывают весьма негативное влияние на ее социально–экономическую динамику в краткосрочном и особенно в долгосрочном периодах. Во – первых, эмиграция почти 1 млн. человек за прошедший период существенно ухудшает сложную демографическую ситуацию, возникшую в нашей стране. Во – вторых, огромные потери появляются из –за «утечки умов» и «утечки капиталов» за границу. Так, по данным ректора МГУ академика В.А. Садовничего, отток дипломированных специалистов из России за последние два года составил 100 тыс. человек, что говорит о том, что проблема «утечки умов» в начале нового столетия еще более обострилась и нельзя недооценивать ее пагубные последствия для современного этапа развития страны. Утрата человеческого капитала становится реальной угрозой для существования целых отраслей фундаментальной науки и технического прогресса, а, в конечном счете, для национальной безопасности


^ Таблица 2.1.2


Динамика внешней безвозвратной миграции в России в 1990 – 2001 гг.

(в тыс. человек) [103, №2, с.65]


^ Направление миграционных потоков

Год

1990

1991

1992

1993

1994

1995

1996

1997

1998

1999

2000

2001

Прибыло - всего

В том числе стран:

ближнего зарубежья

дальнего зарубежья

913,2

692,2

926,0

923,3

1146,7

842,1

633,6

584,6

498,8

369,6

359,3

193,4





































912,0

690,9

924,3

920,0

1142,4

839,7

631,2

581,0

494,8

366,7

350,3

186,2

1,2

1,3

1,7

2,4

3,3

2,4

2,4

3,6

3,2

2,9

9,0

7,2

Выбыло – всего

В том числе в страны:

Ближнего зарубежья

Дальнего зарубежья

729,5

675,5

673,1

483,0

337,1

339,6

290,0

235,6

213,3

215,0

145,7

121,1





































625,8

587,1

562,8

369,2

231,7

229,3

191,4

151,2

133,0

129,7

83,4

62,5

103,7

88,4

110,3

113,8

105,4

110,3

-98,6

-84,4

80,3

85,3

62,2

58,6

Сальдо миграции

В том числе со странами:

Ближнего зарубежья

Дальнего зарубежья

183,7

16,7

252,9

440,3

809,6

502,5

343,6

349,0

284,7

154,6

213,6

72,3





































286,2

103,8

361,5

551,7

910,7

610,4

439,8

429,8

361,8

237,0

266,8

123,7

-102,5

-87,1

-108,6

-11,4

-102,1

-107,9

-96,2

-80,8

-77,1

-82,4

-53,2

-51,4


^ Таблица 2.1.3


Эмиграция в России в страны дальнего зарубежья по национальным группам,

1993 – 2000 гг. [103, №2, с.65]


^ Этническая группа

1993

1994

1995

1996

1997

1998

1999

2000




%




%




%




%




%




%




%




%

Русские

21,3

18,7

24,1

22,8

28,8

26,1

29,2

29,5

29,8

35,3

29,3

36,4

34,5

40,4

25,8

41,5

Немцы

47,5

41,7

47,1

44,6

51,3

46,5

38,6

39,1

30,0

35,5

28,3

35,2

28,0

32,8

22,6

36,2

Евреи

14,0

12,4

13,6

12,8

12,8

11,6

12,5

12,6

9,5

11,4

7,3

9,3

9,0

10,7

4,5

7,2

Другие


31,0

27,2

20,6

19,8

17,4

15,8

18,3

17,8

15,1

17,8

15,4

19,1

13,8

16,1

9,4

19,1

всего

113,8

100,0

105,4

100,0

110,3

100,0

98,6

100,0

84,4

100,0

80,3

1000

85,3

100,0

62,3

100


страны. Помимо «утечки умов», эмиграция из России сопряжена с «утечкой капиталов». Не затрагивая вопрос о незаконном вывозе капитала из России, можно приблизительно оценить – поскольку статистика такого рода отсутствует – вывоз капитала легальными эмигрантами. За последние 10 лет из России эмигрировали около 300 тыс. семей. В среднем на каждую семью пришлось по 100 тыс. долларов (накопления, деньги за квартиры, дачи, мебель и т.д.). Таким образом, по самым скромным оценкам, за эти годы было вывезено выезжающими из России на постоянное место жительства порядка 30 млрд. долларов. При этом не принималось во внимание, что иммигранты – инвесторы, например, которые пользуются режимом наибольшего благоприятствования при въезде в большинство развитых стран, должны только прямых вложений в экономику принимающей страны сделать в размере 150 – 250 тыс. долларов (в зависимости от иммиграционного кодекса страны) [103, № 2, с. 67-68].

^

2.2. Экономическая и нелегальная миграция в современной России


С превращением России в страну, открытую для остального мира, качественно меняется ее роль в международной экономической миграции, связанная с международным трудовым обменом, бизнес - миграцией и т.д. Активно включаясь в процесс международной экономической миграции, наша страна выступила как принимающая сторона, привлекая экономических мигрантов из стран ближнего и дальнего зарубежья, а также - направляющей стороной, посылающей своих экономических мигрантов в зарубежные страны.

В 1990-е годы Россия становится крупным мировым центром притяжения трудовых ресурсов, которые направляются прежде всех из стран ближнего зарубежья. Этому способствует формирование более высокого уровня доходов по сравнению со многими соседними странами, а также складывающаяся ситуация на рынке труда, наличие значительного спроса на низкооплачиваемую рабочую силу, готовую выполнять непрестижную работу и трудиться в сложных условиях.

Уровень ВВП на душу населения в России, по данным Госкомстата РФ, составлял в 1996 г. 6742 долл., что было в 2 раза больше, чем на Украине (3325 долл.), в 3 раза больше, чем в Молдове (2100 долл.), в 5 раз больше, чем в Таджикистане, соответственно, и более высоким был уровень оплаты труда. Вместе с тем и при наличии безработицы в России число зарегистрированных в службах занятости свободных рабочих мест в целом по России составляло около 800 тыс. вакансий. Ситуацию на рынке труда и обусловило во многом то обстоятельство, что произошло следующее распределение иностранной рабочей силы, привлекаемой в Россию: 39,3 % - в строительстве, 12,5 – в промышленности, 11,4 – в сельском хозяйстве, 12,1 % - в торговле. Постепенно все большее число российских регионов начинало привлекать иностранную рабочую силу. Так, за 1994 – 2000 г.г. число территориальных единиц Российской Федерации, на предприятиях и организациях которых были заняты трудящиеся – мигранты, увеличилось с 23 до 83 (из 89 территориальных единиц РФ) [251, с.82-83]. Вместе с тем официальные данные о потоке иностранной рабочей силы в нашу страну в силу своеобразия нынешней социально-экономической ситуации и обширного теневого сектора национальной экономики весьма неадекватно отражают реально сложившуюся его величину.

Поток трудовой миграции из России формировался как под влиянием резко возросших гарантированных прав свободного выезда за границу, так и в связи с резким ухудшением социально-экономической ситуации в стране в 1990-е годы. За 1995-2001 гг. порядка 150 тыс. российских граждан были трудоустроены за рубежом при посредничестве официальных российских посреднических организаций. Эта цифра, однако, имеет мало общего с реальным числом российских трудовых мигрантов и может служить лишь отправной точкой анализа, поскольку в поле зрения официальной статистики попадают лишь два канала зарубежного трудоустройства россиян: (1) те, кто выезжают в соответствии с межгосударственными соглашениями для осуществления строительных, монтажных, изыскательных и других работ; (2) и трудоустроенные через сеть посреднических фирм, имеющих федеральную лицензию на право заниматься деятельностью по трудоустройству российских граждан за рубежом. «В тени» остается большая часть трудовых мигрантов, которые самостоятельно – через личные связи, по рекомендации, через иностранные рекрутинговые фирмы, через Интернет – заключают трудовые контракты с иностранными работодателями. Кроме того, естественно, не попадают в официальную статистику нелегально трудоустроенные в зарубежных странах. В общей сложности, по оценкам экспертов, за рубежом работают не менее 500 тыс. российских граждан (и это самая скромная оценка) [103, № 1, с.70].

Вовлечение российских граждан в международную трудовую миграцию приводит к появлению весьма противоречивых последствий. Так, с одной стороны, оно расширяет их возможности улучшать свое благосостояние, с другой стороны, способствует ухудшению демографической ситуации, «утечки умов» и «утечки капиталов» из страны.

Важнейшей отличительной особенностью экономической миграции 1990-х годов была массовая миграция российских мелкооптовых торговцев-челноков, возникшая как реакция населения на глубокие изменения в структуре занятости и резкое сокращение количества рабочих мест на предприятиях государственного сектора, и, прежде всего предприятиях оборонного комплекса. По оценкам некоторых экспертов в середине 1990-х годов данный вид бизнеса обеспечил трудоустройство (часто на нелегальной основе) около 30 млн. чел., а его ежегодный товарооборот составил 15 млрд. долл. Российский «челночный» бизнес оказал существенное влияние на социально-экономическое развитие, как России, так и целого ряда других стран (Турция, Польша, Китай, Греция и т.д.). Постепенно данный вид бизнеса утратил свой массовый характер, сыграв важную роль в образовании стартового капитала для развития малого и среднего предпринимательства.

Активное включение России в международные миграционные потоки вызвало разнообразные и труднопредсказуемые последствия, к числу последних следует отнести и ёё превращение в евразийский центр транзитной миграции, в основном – нелегальной миграции.

Переправка нелегалов через Россию в больших масштабах обусловлена высокой прибыльностью данного вида бизнеса; особым географическим положением страны, которое является удобным для формирования многочисленных явных и скрытых транзитных каналов для перемещения мигрантов из азиатских и африканских стран, которые направляются в государства ЕС; «прозрачностью» российских границ со странами СНГ; несовершенством российского законодательства; значительными размерами теневого рынка труда, позволяющими трудоустраиваться большому числу нелегалов.

Превращение России в крупный международный перевалочный пункт транзитных мигрантов имеет различные и весьма значительные негативные последствия, отрицательно сказывается на ее международном имидже и способствует криминализации различных сторон жизни российского общества, распространению наркомании и других болезней. Наличие достаточного жесткого режима выезда из России и слабого контроля на границах со многими странами СНГ, прежде всего с Казахстаном (через границы с которым переправляется до 90 % всех незаконных мигрантов) и Украиной, привело к тому, что в стране в настоящее время «застряли» только по статистике МВД около 300 тыс. транзитных мигрантов из различных стран Азии и Африки. Кроме того, явно несвоевременное введение безвизового въезда в Россию граждан из Китая вызвало появление мощного потока мигрантов, часть которых рассматривают нашу страну в качестве транзитного места для достижения западноевропейских государств.

Действия правоохранительных органов России, направленные на пресечение деятельности организованных преступных группировок, специализирующихся на переправке нелегальных мигрантов, в настоящее время не дают должного эффекта, необходима реализация международных программ совместно с европейскими странами и соглашений в данной сфере, ориентированных на действенную борьбу с нелегальной миграцией.

Распад Советского Союза и форсированная реализация в России неолибиральных реформ вызвали стремительное включение ёё в мирохозяйственные связи и международный рынок труда в качестве одного из ведущих импортеров трудовых ресурсов. Вместе с тем по своему качественному составу направляющийся в Россию иммиграционный поток существенно отличался в худшую сторону от эмиграционного потока. На российский рынок в значительной степени поступали низкоквалифицированная рабочая сила, напротив, эмиграция российских граждан за границу во многом сопровождалось оттоком специалистов более высокой квалификации, которые из-за низкой цены их труда находили сферы трудоустройства в развитых государствах Запада. Низкая эффективность внешней миграционной политики страны в данный период была обусловлена как выбором модели макроэкономической политики, так и просчетами, возникшими в ходе осуществления конкретных мероприятий данной политики.

За 1992-2002 г.г. валовая миграция с учетом российских граждан, выезжающих за рубеж, и граждан зарубежных стран, въезжающих в Россию, около 10 млн. чел. (табл.2.2.1). Миграционное сальдо в этот период являлось положительными составило более 3,5 млн. человек, наибольшее его значение было достигнуто в 1994 г. – 810 тыс.человек, а в дальнейшем оно стало существенно уменьшатся и в 2002 г. составило уже 78 тыс. чел. и было в 10,4 раза меньше, чем в 1994 г. Формирование положительного сальдо миграционного потока обеспечивалось за счет выезда в Россию иммигрантов из стран бывшего СССР, их общее превышение над выезжавшими из нее в данные страны за 1992-2002 г.г. составило 4,4 млн. человек; максимальное его значение возникло также в 1994 г. – 915 тыс. чел. и к 2002 г. оно снизилось до 124 тыс. человек или в 7,4 раза по сравнению с 1994 г. Иная ситуация возникла в международном обмене мигрантами России со странами дальнего зарубежья. Миграционное сальдо с данными странами было отрицательным и за 1992 – 2002 г.г. составило 1,2 млн. человек.

Мощная волна миграции, возникшая в России в 1990-е годы и обусловленная сложными геополитическими, социально экономическими и демографическими причинами, вывела ее в число ведущих центров мировой иммиграции. Так, в среднем за 1992 – 2002 г.г. ежегодный поток прибывших в США из зарубежных стран иммигрантов составил 925 тыс. человек, в Германию – 865 тыс.человек или 93,5% от уровня США, в России - 609 тыс.человек или 65,8 % от уровня США [220; 221; 62].


К числу основных факторов, способствующих превращению России в одну из трех ведущих стран мировой иммиграции относятся следующие [196, с. 79]:

- геополитическое переустройство постсоветского пространства, изменение национально-политической ориентации в государствах старого и нового зарубежья;

развал в республиках бывшего СССР крупных промышленных предприятий (особенно в высокотехнологичных отраслях), на которых работало в основном русскоязычное население;


Таблица 2

Международная миграция населения в России, тыс. человек [196]






1992 г

1993 г

1994 г

1995 г

1996г

1997 г

1998г

1999г

2000г

2001г

2002г

Всего в

1992-2002 гг.

1. Прибыло (всего)

926

923

1147

842

632

598

514

380

359

193

185

6700

а) в том числе из СНГ и стран Балтии

926

923

1146

841

631

583

495

367

350

186

177

6625

2. Выбыло (всего)

673

483

337

340

288

233

213

215

146

121

107

3158

б) в том числе в СНГ и страны Балтии

570

369

232

229

191

149

133

130

83

63

53

2205

1 - 2

253

440

810

502

343

365

301

165

213

72

78

3542

1 + 2

1599

1406

1484

1182

920

831

727

595

505

314

292

9855

а – б

356

554

914

612

440

434

362

237

267

123

124

4420

а/1 (%)

100.0

99.96

99.97

99.93

99.93

97.52

96.35

96.56

97.48

96.26

96.05

98.9

в/2 (5)

84.7

76.4

68.7

67.5

66.4

64.1

62.3

60.3

57.3

51.6

49.6

70.0



- более прочное экономическое положение и более высокий уровень жизни в России по сравнению со странами СНГ, Азии, Африки, Ближнего и Среднего Востока.. В 2002 г. среднемесячная заработная плата (при paсчете по обменным курсам) в Азербайджане равнялась 64,8 долл., Армении - 46.1, в Белоруссии – 106,2, в Грузии – 46,3, в Казахстане – 132,8, в Киргизии – 34,5, в Молдавии – 50,2; в Таджикистане - 12.4, в Украине – 70,5, в России 141.2 долл. [236].

- развитие в результате экономических реформ на российском рынке труда альтернативных форм занятости, связанных с расширением частного сектора, индивидуальной трудовой деятельности, смешанных форм собственности с участием иностранного капитала [196].

Как показывает анализ иммиграционных потоков в Россию, в конце ХХ – начале ХХI вв. их развитие характеризовалось формированием следующих тенденций. Во-первых, мощная волна иммиграции иностранных граждан из стран ближнего и дальнего зарубежья достигла своего пика в 1994 -1,147 тыс.человек и в последующие годы ее уровень начал существенно снижаться – до 185 тыс.чел. в 2002 г., что в 6,2 раза меньше уровня 1994 г. При этом согласно официальным статистическим данным всего за 1992 – 2002 гг. в Россию иммигрировало 6,7 млн.человек. Во-вторых, основным источником формирования потока иммигрантов в Россию явились страны СНГ и Балтии. Так, в период с 1992 г. по 2002 г. они составляли 98,9 % всех прибывших в страну иностранных граждан – иммигрантов. При этом в 1992 - 1996 гг. их удельный вес в общем потоке иммигрантов достигал почти 100 %, а в последующие годы произошло его некоторое снижение – с 99,9 %, в 1996 г. до 96,1 % в 2002 г.; одновременно увеличилась доля иммигрантов из стран дальнего зарубежья – с 0,1 % в 1996 г. до 3,9 % в 2002 г. Кроме того, за 1992-2000 гг. доля иммигрантов их стран СНГ увеличилась в общем числе иммигрантов из зарубежным стран с 92,8 до 95%. В-третьих, сложилось существенное расхождение между географической структурой иммигрантов из зарубежных стран и структурой иностранной рабочей силы, занятой в российской экономике и официально регистрируемой. Так, если в период 1992-2002 гг. иммиграционный поток в Россию в определяющей степени образовался за счет населения стран СНГ и Балтии, то в совокупной величине иностранной рабочей силы, используемой в России, доля мигрантов из бывших республик Советского Союза в среднем составляло лишь 49 %, а на долю иностранных граждан, прибывших из стран дальнего зарубежья, приходилось 51 % от общего числа трудящихся мигрантов из зарубежных стран. Во многом это обусловлено тем, что в иммиграционном потоке лиц из стан дальнего зарубежья в большей мере входит представители экономически активного населения; кроме того, у эмигрантов из стран СНГ и Балтии возникает меньше затруднений устраиваться нелегально на работу, чем другим эмигрантам.

По официальным данным, в притоке иммигрантов в Россию из стран СНГ в годы реформ преобладали в основном жители Казахстана, Украины, Узбекистана, Киргизии, Грузии, Молда­вии и Туркменистана, а из стран дальнего зарубе­жья - Китая, Турции, КНДР и республик бывшей СФРЮ. В территориальном paзрезе основная часть - более 1/3 иностранной рабочей силы сконцентри­рована в центральном регионе, из них в Москве и Московской области - свыше 1/4, в Ханты-Ман­сийском и Ямало-Ненецком автономных округах - около 1/5, в Белгородской области - более 5%, Приморском (около 5%) и Краснодарском краях (3.5%). Официально отраслевая структура иност­ранной рабочей силы в России в 2002 г. была сле­дующей: промышленность - 22.5% (в 1995 г. -25.8%), сельское хозяйство - 12.6 (14.7), строи­тельство-7.6 (9.3), транспорт-6.5 (6.6), торговля и общественное питание - 14.9% (10.1%). Как показывает мировая практика, для стра­ны-реципиента рост иммиграции имеет положи­тельные и отрицательные стороны. Для России положительным являлось то, что за счет иност­ранных граждан была в значительной мере реше­на проблема нехватки рабочей силы в трудодефицитных отраслях экономики и регионах страны (нефте- и газодобыча в Западной Сибири, содер­жание и развитие инфраструктуры в городах-ме­гаполисах). Кроме того, миграционный приток из-за рубежа позволил более чем наполовину компенсировать естественную убыль населения России 1992-2002 гг.[196, с.77].

Мощные потоки международного обмена России мигрантами с зарубежными странами, сложившиеся в конце ХХ – начале ХХI вв., по мнению многих экспертов вызвали такие экономические и социально-политические издержки, которые существенно превысили те выгоды, которые принесли они нашей стране. Наиболее весомый вклад в формировании этих издержек внесла нелегальная иммиграция. Характер международной миграции, а также сложившаяся социально-экономическая и политико-правовая ситуация в стране такова, что существуют огромное расхождение в оценках экспертов относительно масштабов нелегальной миграции. Так, по данным Федеральной миграционной службы МВД России, Госкомстата, пограничной и налоговой служб, в стране нелегально проживает от 3 до 10 млн. граждан, прежде всего из республик СНГ, Китая, Вьетнама, КНДР, Афганистана, африканских государств.

К числу важнейших негативных последствий нелегальной миграции в Россию в современных условиях могут быть отнесены прежде всего следующие.

Эмиграционные потоки из России, сложившиеся в конце ХХ – начале ХХI вв., количественно и качественно существенно отличались от иммиграционных потоков в страну. Наибольшего своего уровня волна совокупного эмиграционного потока из России достигла в 1992 г. – 673 млн. чел., в последующие годы ее уровень стал снижать до 107 тыс. человек в 2002 г., что в 6,4 раза меньше уровня 1992 г. Всего за 1992 – 2002 г.г. эмигрировало из страны 3,2 млн. человек и среднегодовой уровень эмиграции составил 291 тыс. человек. При этом число выбывших из России в страны СНГ и Балтии за 1992 – 2002 г.г. составило 2,2 млн. человек или 70,0 % общего количества эмигрировавших из страны; в то же время за данный период доля эмигрантов в страны дальнего зарубежья в общем их количестве увеличилась с 15,3 до 50,4 % за счет соответствующего сокращения доли эмигрантов в страны СНГ и Балтии – с 84,7 до 49,6 %.

Со второй половины 1990-х годов основные направления трудовой миграции граждан России начинают все в большей степени коррелировать с общими направлениями международных потоков трудовых мигрантов – в страны Западной Европы (в значительной мере – в Германию) и Северную Америку. Важным фактором, обусловливающим формирование масштабных негативных последствий для России от трудовой эмиграции, является повышение среди трудовых мигрантов доли ученых, квалифицированного медицинского персо­нала, инженерно-технических работников, программистов, потенциальных специалистов - аспи­рантов, студентов, стажеров. По имеющимся данным, они составляют до 1/3 всех эмигрантов, и убытки, связанные с "утечкой умов", оцениваются специалистами в 45 млрд. долл. в год. Притом почти 90% российских эмигрантов трудоустраи­ваются за рубежом самостоятельно, что не пред­полагает для них социальных гарантий и отчисле­ний в российский бюджет [219].

^

2.3. Нелегальная миграция и латентная занятость


Усиливающее давление нелегальной миграции, являющееся одной из основных особенностей современного международного обмена мигрантами приводит к расширению «теневых» процессов в различных сферах российского общества, вызывая целый ряд весьма болезненных социально – политических и экономических последствий. После распада Советского Союза, как отмечает Е.С. Красинец, борьба с незаконной миграцией стала важнейшей задачей миграционной политики в России. Противодействие нелегальной миграции, минимизация и предупреждение ее негативных последствий требует всестороннего и глубокого исследования этого явления, подкрепленного основательной информацией о его важнейших характеристиках и динамике. Однако, несмотря на рост масштабов нелегальной миграции и усиление обеспокоенности за ее последствия, она считается слабо изученной. До сих пор нет четкого понимания роли латентной иммиграции в экономике и ее влияния на рынок труда и систему занятости населения. Со все большей остротой встает вопрос о латентной миграции и незаконной занятости иностранных граждан в приграничных территориях. Всесторонняя информация, необходимая для принятия решений органами государственной власти и управления, по – прежнему, асимметрична потребностям в ней [186, с.36].

К незаконным мигрантам в России относятся лица, въехавшие на ее территорию из других стран и при этом нарушившие правила въезда, либо правила пребывания в стране; важной формой нарушения правил пребывания в России является незаконная (нелегальная) занятость (см. табл. 2.3.1.). Среди нелегальных иммигрантов можно выделить следующие группы:

  • иностранные граждане, попадающие на территорию России нелегально, минуя паспортный и иммиграционный контроль, по недействительным документам;

  • иностранцы из стран дальнего зарубежья, пребывающие в Россию легально, но с иной целью, нежели указана при их оформлении (чаще всего с целью занятия челночным или иным бизнесом, либо незаконной экономической деятельностью, включая криминальную);

  • иностранные граждане из дальнего и ближнего зарубежья и лица без гражданства, прибывшие в Россию в поисках убежища и не получившие статус беженца;

  • транзитные мигранты с просроченными визами, въехавшие в Россию легально с конкретной целью проследовать в другие страны;

  • иностранные граждане, включая граждан стран СНГ, обучавшиеся ранее в учебных заведениях России и после завершения учебы не пожелавшие вернуться на родину в силу различных обстоятельств;

  • иностранные граждане, включая граждан стран СНГ, не прошедшие на российской территории в установленные законодательством сроки регистрацию по месту жительства или пребывания;

  • иностранные граждане, включая граждан стран СНГ, работающие с нарушением установленных российским законодательством правил занятости, в том числе работающие по межгосударственным соглашениям и контрактам, срок действия которых уже истек. Это люди, не имеющие возможности выехать из страны, или люди, не желающие этого делать [186, с.78-79].



^ Таблица 2.3.1


Структура незаконной миграции в России [186, с. 12]




Нелегальный въезд




Минуя пункты пограничного контроля



  • самостоятельно

  • с помощью местных жителей

  • с помощью сограждан, легально проживающих в стране

  • с помощью организованных преступных группировок






Незаконная занятость


Незаконный выезд в страны следования



^ Через пункты пограничного контроля

  • с недействительными документами






Легальный въезд



  • туризм

  • служебные поездки

  • по частным приглашениям

  • на учебу

  • по трудовым контрактам

  • для транзитного проезда

  • обращение о предоставлении убежища




Нелегальное пребывание

  • Несоответствие целей пребывания заявленным при въезде

  • Нарушение правил пребывания

  • Нарушение сроков пребывания


Легальное пребывание






  • Продление визы

  • Изменение статуса

  • Фиктивный брак























^ Таблица 2.3.2

Количественные характеристики незаконной миграции в России,

тысяч человек [186, с. 18]




1998

1999

2000

Лица, незаконно пребывающие в стране

750-1000

750-1000

1300-1500

Лица, не пропущенные через государственную границу

(1996-35 170; 1997-36772)

37,423

41,547

Более75,5

Лица, задержанные на границе

4,577

2,649 / 1,928

4,300

2,282 / 2,018

6,801

3,997 / 2,804

Лица, задержанные за незаконное пребывание в стране

Нет данных

150,000

Депортированные лица

24,900 / 4,000

24,300 / 3,400

21,100 / 2,700

Официальные оценки общей численности лиц, незаконно пребывающих в России, часто варьируют в диапазоне от 0,5% до примерно 1% населения (см. табл. 2.3.2). При изучении процессов нелегальной миграции возникают существенные затруднения, поскольку нелегальные мигранты, обычно, стремятся избежать любых форм, связанных с учетом их пребывания, перемещением и хозяйственной деятельностью. При этом исследователи сходятся в том, что официальная статистика притока иностранных граждан в Россию лишь в незначительной степени отражает реальную картину из-за огромных масштабов нелегальной миграции, которая осуществляется в скрытой, не регистрируемой форме. Экспертные оценки общей численности нелегальных мигрантов варьируются от 1 до 10% от общей численности населения нашей страны. Десятикратная разница в оценках свидетельствует не просто о сложности количественного определения явления, которое по своей природе носит скрытый подпольный характер, но также о том, что у служб, призванных заниматься борьбой с незаконной миграцией, отсутствует сколько-нибудь четкое представление о масштабах явления, что уже само по себе таит высокую вероятность неудачи этой борьбы. Представляется, что основной причиной такой неопределенности оценок является отсутствие скоординированности в работе разных ведомств, которые пользуются принципиально различными методами сбора данных, не обмениваются информацией, а иногда жертвуют точностью данных во имя ведомственных интересов. Наиболее вероятной представляется оценка общей численности нелегальных мигрантов в России в 4-5 млн. человек. Подавляющее большинство из них, если не по форме, то, по сути, являются трудовыми ми фантам и, поскольку, какова бы ни была их цель прибытия в Россию (транзит в Западную Европу, вынужденная миграция, собственно нелегальная трудовая миграция), они в поисках средств к жизни ищут возможности трудоустройства, причем чаще всего в неформальном, теневом секторе экономики [92, с.237; 185, с.37].

Значительное преобладание в трудовой миграции «нелегальной составляющей» во многом обусловливается своеобразием сложившейся модели социально-экономической трансформации, способствующей формированию в российской экономике обширного теневого сектора, в котором производится примерно четверть валового внутреннего продукта (ВВП) и занято 15-30% от общего числа работающих. Незаконные мигранты в большей степени заняты в тех отраслях национальной экономики, в которых значительна доля теневого сегмента. Так, в настоящее время около половины иностранных рабочих занято в строительстве, в торговле - шестая часть, в промышленности - десятая часть, в меньшей степени они заняты в сфере бытового обслуживания, сельского хозяйства, на транспорте, здравоохранении, лесном хозяйстве, культуре и др. отраслях. Другим важным фактором, способствующим росту масштабов потока нелегальных мигрантов, является сложившиеся недостатки в законодательной базе и практике, регламентирующей и контролирующей движение данного потока. Миграция, с одной стороны, зависит во многом от хозяйственного строя и особенностей его теневого сектора, с другой стороны, она оказывает на них активное влияние.

Экономический строй страны как системно-целостное образование призван способствовать адаптации хозяйствующих субъектов к изменяющимся условиям и получению на основе согласования и интегрирования их деятельности макроэффекта от комбинированного использования национальных ресурсов, который больше суммы отдельных результатов их применения без разделения труда хозяйствующих субъектов и институциональным макроорганизатором. Иностранные граждане как рядовые субъекты национальной экономики стремятся в границах имеющихся у них хозяйственных ресурсов и свободы изменять социально-экономические практики в соответствии со своими интересами. Они могут по разному относиться к старым правилам, поддерживать и выполнять их, безразлично относиться к ним и нарушать при низком уровне государственного контроля, выступать с разнообразными протестными действиями. Хотя субъекты нижнего уровня экономики обладают ограниченными ресурсами и пределами свободы, но их действия носят массовый характер, выполняя роль обратной связи, непосредственно осуществляя хозяйственную деятельность, простые люди оказывают огромное влияние на ход социально-экономических событий. Поскольку их действие непосредственно основано, прежде всего, на реализации личных интересов, то государство при выборе методов регулирования экономики и преобразования институтов должна согласовать их с состоянием общественного мнения разных этносоциальных групп.

Прошедший век продемонстрировал огромное и всевозрастающее влияние культурных и институциональных факторов на траекторию движения национальных хозяйств и миграционных потоков. В связи с этим в современных условиях усиливается внимание исследователей к изучению данного контекста хозяйственной реальности. Однако утвердившиеся конкурирующие концепции остаются неудовлетворительными и явно нуждаются в глубоком переосмыслении, необходима выработка новых идей и подходов, которые позволяют создавать более универсальные и реалистические конструкции, интерпретирующие противоречивую динамику социально-экономических и миграционных процессов исходя из той роли, которую выполняют в системных преобразованиях культурные и институциональные факторы.

Сложная связь культурных и институциональных переменных, обусловливающих динамику процессов модернизации национальных хозяйств, формирования теневой экономики и нелегальной миграции, нашла определенное отражение в конкурирующих экономико-культурных и экономико-правовых теориях. В связи с этим данные альтернативные подходы весьма широко используются при описании модернизационных изменений и выработке программ проведения экономических реформ. Так, представители экономико-культурных теорий, такие как Г. Мюрдаль, Дж. Скотт и Т. Шульц, обратили внимание на наличие мощных культурных барьеров, которые вызваны глубокими противоречиями между традиционными ценностями и идеалами модернизации, разрешение которых по их мнению возможно лишь при медленном изменении ситуации, прежде всего, в результате роста качества человеческого капитала.

Дело в том, что сложившиеся в условиях длительного времени культура бедности способствует выработке хозяйственной модели поведения людей, которое ориентировано на решение вопросов выживания, привычке покорного отношения к окружающему миру и административно – бюрократическим методам правления, получающим широкое распространение при слабости рыночно-демократических институтов. При этом интересы предпринимателей и населения оказываются слабо защищены от действия властьимущих, которые выборочно используют демократические процедуры, что еще больше затрудняет решение насущных проблем. «Бизнесменам приходится прокладывать себе путь сквозь джунгли административных мер», устанавливая неформальные связи с чиновниками для получения на основе коррупции особых льгот и привилегий [176, с.132]. Трудности поиска путей решения накопившихся социально-экономических проблем усугубляются тем, что правящие круги не понимают всей сложности ситуации, при которой сознание населения ориентировано на сохранение традиционного уклада жизни, различных форм нелегальной экономики и нелегальной занятости и не подготовлено к участию в глубоких преобразованиях. Их заявления о проведении справедливых реформ в интересах общества остаются декларациями, фактически реализуются лишь половинчатые меры, которые не приводят к «уменьшению экономического неравенства и ослаблению концентрации экономической власти» [176, с.181]. При этом выгодами экономического роста не могут воспользоваться большинство населения, возникает модель экономического роста без развития.

Вместе с тем, сложивший во второй половине XX века цивилизованный ренессанс явно указывает на ошибочность рассмотрения социокультурных факторов как неких неизменных констант, обусловливающих неизбежно экономическую отсталость всех мировых цивилизаций кроме западной. В связи с этим в настоящее время благодаря работам таких ученных, как Р. Коуз, Д. Норт, Р. Познер, Э. де Сото и других, значительную популярность приобрело такое направление неоинституционализма, в рамках которого особое внимание уделяется проблемам изменения экономико-правовых форм. Для этого активно привлекаются такие категории, как «право собственности» и «трансакционные издержки». Как отмечает Э. де Сото, в экономически отсталых странах институты в большей степени являются не инструментом развития общества, а принципиальным препятствием такому развитию. «Предпринимательские ресурсы страны могут проявиться лишь тогда, когда это позволяют господствующие институты. Достаточно взглянуть на перуанцев, обреченных в своей стране на бедность и прозябание, но достигших успеха в других странах, где их деятельность ограждена соответствующими институтами» [60, с.42].

В национальной экономике со слабым уровнем развития рыночно-демократических институтов и господством административно-бюрократических методов регулирования, возникает высокий уровень трансакционных издержек, который подавляет хозяйственную деятельность и способствует резкому разрастанию теневого сектора, активному привлечению нелегальных мигрантов и нерациональному использованию ресурсов, но в данных условиях появляется видимость, что причиной дефектов хозяйственного строя являются изъяны национальной культуры и природная лень населения. При этом возникает порочный круг (рис. 2.3.1). Рост нелегальных мигрантов и теневого сектора приводит к сокращению легального сектора, увеличению налогового пресса и оттоку капитала за границу, в связи с этим теневой бизнес становится более выгодным, а крупные компании стремятся добиться для себя финансовых льгот и привилегий, ограничивающих конкуренцию, так как для них труднее скрывать свою деятельность.



Увеличение нелегальных мигрантов



Рост теневого сектора экономики





Сокращение легального сектора экономики




оставить комментарий
страница1/8
Дата07.12.2011
Размер3.06 Mb.
ТипМонография, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8
отлично
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх