В. М. Пивоев (отв редактор), М. П. Бархота, Д. Д. Бреннон «Свое» icon

В. М. Пивоев (отв редактор), М. П. Бархота, Д. Д. Бреннон «Свое»



Смотрите также:
В. М. Пивоев (отв редактор), М. П. Бархота, Д. Д. Бреннон «Свое»...
В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое»...
В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое»...
В. М. Пивоев (отв редактор), М. П. Бархота, М. Ю. Ошуков...
В. В. Селиванов (Санкт-Петербург) «свое»...
В. М. Пивоев (отв ред.), А. М. Пашков, М. В. Пулькин...
В. М. Пивоев (отв ред.), А. М. Пашков, М. В. Пулькин...
Э. П. Кругляков отв редактор...
Введение пятая научная конференция продолжает обсуждение теоретических и практических проблем...
Современная геополитическая ситуация на северном кавказе: проблемы региональной геостратегии...
Введение седьмая Межвузовская научная конференция продолжает обсуждение проблем межкультурного...
Введение седьмая Межвузовская научная конференция продолжает обсуждение проблем межкультурного...



страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8
вернуться в начало
скачать
^

И. А. Кюршунова


(Карельский педагогический университет)


«СВОЕ» И «ЧУЖОЕ» В АНТРОПОНИМИЧЕСКОЙ СИСТЕМЕ

XV—XVII вв.


В антропонимии Карелии XV—XVII вв. наблюдаются явления, характерные для всей территории Руси того времени, — сосущество-вание исконно славянских (некалендарных) личных имен и византийско-греческих (календарных). Искусственно введенные еще в XI веке в антропонимикон славян заимствованные личные имена к XVII—XVIII вв. постепенно вытесняют привычные с древнейших времен некалендарные личные имена.

«Победа» календарных имен была предрешена, так как известно, что введение нового именника поддерживалось и проводилось церковью и государством. Но никакое искусственное введение имен не стало бы возможным, если бы не внутриономастические проблемы, которые возникли к тому времени в системе личных имен. Так, наличие групп некалендарных имен было постоянным по всей территории Руси того времени. Сюда относятся: 1) названия детей по порядку рождения; 2) именования, указывающие на время рождения; 3) названия, ука-зывающие на отношение родителей к факту появления ребенка; 4) на-звания, характеризующие внешний вид новорожденного; 5) определя-ющие черты характера, проявляющиеся с детства; 6) разнообразные названия, выполнявшие охранную или пожелательные функции.

Список имен, входящих в эти группы, был ограниченным: по предварительным подсчетам около 300 именований могло быть в прошлом дано ребенку при рождении. Среди них лишь около 100 использовались постоянно в именнике донациональной Руси (Первой, Второй, Поздей; Падора, Зима, Подосенко; Бажен, Ждан, Неждан; Беляй, Кроха, Худяк; Безсон, Гневаш, Будай и т.д.). Закрытость списка приводила к тому, что в именнике развивалась тезоименность. Так, в документах Карелии XV-XVII вв. употребляются Истома – 76 раз, Нечай – 58, Ждан – 8, Будай – 6 и т.д. Преодолением тезоименности было выражение особого отношения к новорожденному через создание деминутивно-квалитативных форм именования. Ср. в документах Карелии образования от именования Пятой и Бурой:


Пятуня

Пятуша
^

Пятой Пятута


Пятуха

Пятка




Бурко
^

Бурой Бурец Буроха



П
Поздейко

Позд- Поздей Поздеец


Поздыш

рактически каждое некалендарное личное имя имело деминутивную форму. Этим самым создавалась добавочная коннотация имени. Вероятно, в прошлом с целью избежать тезоименности при наречении в некоторых случаях сразу использовался деминутив1. Исходная форма как бы отторгалась системой, ср. именования с корневым ономастическим элементом Позд-:

Вероятно, тезоименность в сфере некалендарных личных имен способствовала включению в именник календарных антропонимов, которым долгое время сопротивлялись наши предки.

Некалендарные личные имена начинают выполнять несвойственную им до этого времени функцию прозвищ, которые в прошлом служили дополнительной характеристикой лица. Они, в отличие от личных некалендарных имен, присваивались уже взрослому человеку, и отражали: 1) местожительство; 2) род занятий; 3) морально-этические качества; 4) внешние особенности лица, проявившиеся позднее. Они не обладали развитой системой деривации, в структуре именования занимали постпозицию по отношению к личному имени и некалендарному (Третьяк Скоморох, крестьянин, п. Пиркинический, 1563 г.), и календарному (Игнатко Стрелок, грамота, 1598 г.). Исчезающая грань между некалендарным личным именем и прозвищем привела к появлению конструкций типа — Петр, прозвище Волк (староста, п. Шуньгский, 1666/67 гг.); Мишка, прозвище Рябина (п. Кижский, 1666/67 гг.), а также к появлению двойных имен типа — Иван Вязга Офонасьев сын Сукова (правая грамота, 1538/39 гг.), где разграничения между личными именами определяется только позицией.

Кроме того, усвоению имен, чуждых ономастической системе Руси прошлого, способствовал уже имеющийся опыт. Так, иноязычные имена тюркские, татарские, скандинавские по происхождению существовали в ономастиконе славян с самой глубокой древности. Особенно часто заимствование собственного имени происходило там, где Русь имела контакты с неславянским населением. Для территории Карелии такими именами стали имена прибалтийско-финские, саамские. Однако в отличие от христианского именника, иносистемность которого распознавалась не только на фонетическом, морфологическом уровне, но и на семантическом, прибалтийско-финские имена ощущались как родные, поскольку их усвоение начиналось еще на до-ономастическом уровне. Вероятно, не случайно у большей части усвоенных славянами прибалтийско-финских апеллятивов появляется связанное с названием лица переносное значение, которое свидетельствует о глубоком внедрении слова в лексико-семантическую систему принимающего языка. Например, именование Кубач, отмеченное в документах Карелии 1496 г., зафиксировано в качестве апеллятива в документах древнерусского языка в значении ‘сноп; большая связка соломы из нескольких обмолоченных снопов’2. Это значение известно и современным русским говорам Карелии, а также новгородским, псковским, ленинградским, калининским3. Слово заимствовано из карел. kubo, фин. kupo ‘сноп, связка’4. Русские говоры развивают и переносное значение ‘полная женщина’: «А Марина вышла замуж, вон кубача какая» (Прион.5). Возможно, в прошлом существовал мотив именования ‘полный человек', способствовавший появлению данного именования. Подобное наблюдаем у таких имен, как Васюк Кережа (п. Веницкий, 1563 г.); Кубаско Лутьянов (п. Вытегорский, 1563 г.), Пакуля, крестьянин, (Кемская и Подужемская вол., 1591 г.), Шаньга, крестьянин (п. Выгозерский, 1563 г.) и др.

Результатом включения разнообразных по происхождению имен в антропонимикон Карелии XV—XVII вв. явилось появление самых разных структурных именований лиц, соединяющих в одном именовании разносистемные компоненты, ср.:

Н
календарное имя

икифорко Орел Яковлев сын Лембитова, кемлянин (данная, 1571 г.)



прибалтийско-финское имя



некалендарное имя




О том, что некалендарные имена, прозвища, прибалтийско-финские имена являлись фактом ономастической системы, в современной антропонимической системе напоминают фамилии и посессивные ойконимы.


Н. В. Маркова

(Петрозаводский университет)


^ К ВОПРОСУ О ЯЗЫКОВОМ ВЗАИМОДЕЙСТВИИ НА УРОВНЕ СИНТАКСИСА


Русские говоры Карелии представляют огромный интерес для исследователей, занимающихся процессами языкового взаимодействия, поскольку находятся в постоянном непосредственном контакте с прибалтийско-финскими языками.

С XIX в. активно изучается русская диалектная лексика финского происхождения (работы Я. К. Грота, М. П. Веске, Н. Лескова, J. Kalima, Л. П. Якубинского, V. Kiparsky, Ф. П. Филина, В. В. Сенкевич-Гудко-вой, И. И. Сало, М. Э. Куусинена, Т. Г. Доля, В. С. Сухановой, М. Я. Кривонкиной, О. В. Ткаченко, А. С. Мызникова и многих других).

Во второй половине ХХ в. к вопросу о возможном влиянии на русские говоры со стороны прибалтийско-финских языков на синтаксическом уровне неизменно обращаются исследователи, работающие на территории онежских говоров (А. А. Шахматов, Ф. П. Филин, Н. А. Ме-щерский, В. И. Дементьева, В. И. Трубинский и др.).

Проблема проницаемости синтаксической системы для иноязычного влияния обсуждается историками русского языка и диалектологами. Так, Б. А. Ларин объяснение одной славяно-балто-финской изоглоссы с номинативной формой объекта находит в общем субстрате — говорах племен, живших на территории современных латышей, литовцев, эстонцев, финнов и русских. V. Kiparsky и G. Decsy в отношении типологически сходных конструкций с номинативным объектом в латышском, литовском, эстонском языках и севернорусских говорах (типа трава косить) говорят о поддерживающем влиянии со стороны финских языков на эту, по их предположению, общеиндоевропейскую конструкцию. Несколько позже A. Timberlake высказывает гипотезу о заимствовании этими языками финской конструкции с номинативной формой объекта.

И. Б. Кузьмина на основании исследований по разным языкам (М. А. Новгородова — по русским и латвийским говорам, О. Н. Шуле- не — по русским и литовским и др.) говорит о проницаемости синтаксической системы для иноязычного влияния как в структурном плане (появление новых структур — синтаксических кáлек, консервация архаических структур, если в системе другого языка для них имеются типологические параллели), так и в функциональном плане (факты функционального сближения отдельных звеньев разных синтаксических систем, характеризующихся типологическим сходством). И современные онежские говоры, находящиеся в постоянном контакте с карельским и вепсским языками, характеризуются рядом синтаксических особенностей, представляющих собой, по-видимому, результат иноязычного влияния как в структурном, так и в функциональном плане.

В структурном плане достаточно ощутимое влияние синтаксис онежских говоров испытывает со стороны финского пассива и партитива.

Сохраненние конструкций типа косить/кошу трава в современных онежских говорах, которые входят в зону наиболее частотного употребления глагольных конструкций с номинативной формой объекта, возможно при поддерживающем влиянии со стороны финских конструкций с номинативным объектом при инфинитиве — независимом и зависимом.

Здесь же наиболее активным оказывается квазипассивный оборот типа у меня уйдено, у него жененось. Страдательные причастия образовываются свободно как от переходных, так и от непереходных и даже от возвратных глаголов, и обладают перфектным значением. Сопоставление с аналогичными финскими конструкциями так же допускает идею влияния со стороны финских пассивных конструкций.

Широкое употребление в онежских говорах конструкций с родительным падежом субъекта и объекта (типа мужиков ходит, собирать грибов) I. Vahros и G. Descy не без оснований связывают с влиянием финского партитива. Примером калькирования, вероятно, является оборот посватать жены/дочери (ср.: kosia tytarta).

В функциональном же плане обращает на себя внимание выделение односоставных неопределенно-личных и определенно-личных предложений с номинативной формой объекта (косят трава и коси трава) в северо-западной части онежских говоров, что составляет некоторое отличие в реализации этой конструкции здесь и, в то же время, сближает русские конструкции с так называемыми пассивными финскими, где пассивная форма глагола выражает действие неопределенного лица.

Что касается причастных севернорусских и финских конструкций, то по отношению к ним представляется продуктивным подход с позиций типологической конвергенции, высказанный Я. В. Калиновой.

Очень употребительный родительный падеж субъекта в глагольных конструкциях приобретает, кроме значения большого количества, значение неопределенного количества, что в семантическом плане сближает русскую диалектную конструкцию и партитивную финскую (например: есть здесь медведей, только мало).

Итак, современные русские говоры Карелии представляют собой богатейший материал для исследователей в области взаимовлияния языков, о чем говорил А. А. Шахматов: «Что до иноязычных влияний на великорусские говоры, то их место можно обнаружить на окраинах, преимущественно, вероятно, в среде обрусевших финнов».


СОДЕРЖАНИЕ



Предисловие . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

3

Пивоев В. М. Структура и функции культурной идентификации .

4

Колосова С. Г. Современная российская таможня как символ границы между «своим» и «чужим» . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


6

Неёлов Е. М. К интерпретации оппозиции «свой/чужой» (примирение непримиримого) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


10

Орфинский В. П. Несинхронность эволюционных преобразований как ключ к расшифровке этнической специфики деревянного зодчества Карелии . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .



12

Лойтер С. М. Судьба фольклорного краеведения в Карелии . . . . .

14

Пашков А. М. Карелы глазами русских исследователей и краеведов Олонецкой губернии XIX в. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


16

Волохова В. В. Шотландские металлурги в Петрозаводске: проблемы ассимиляции . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


21

Ружинская И. Н. «Свои» и «чужие» духовные пастыри в борьбе за души старообрядцев ( на примере Олонецкой губернии сер. 19 века ) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .



24

Штепа В. В. «Свои среди чужих, чужие среди своих» (Парадоксы этнокультурной идентичности поморских староверов) . .


28

Сузи В. Н. Коллизия «чужой среди своих» как проблема человеческого бытия и перспективы ее разрешения . . . . . . . . . . . . . .


31

Балашова Г. М. Некоторые особенности нетрадиционных религий и культов . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


35

Пальчун М. И. «Свое» и «чужое» в представлениях о загробном мире некоторых народов Европейского Севера . . . . . . . . . . . .


37

Семеновкер В. Н. Федор Лидваль — шведский архитектор рус-ского модерна . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


40

Калинин Е. С. «Свои — чужие» в современных пластических искусствах . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


43

Ершов В. П. Доска для иконы (к вопросу о породе дерева, используемого для изготовления досок для икон) . . . . . . . . . . . . .


47

Ижикова Н. В. Карелы в Карелии: некоторые аспекты этноидентификации . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


50

Веригина А. М. «Свои — чужие» памятники культуры . . . . . . . . .

54



Калашник Е. Г. Регионально-культурная ментальность как важнейший фактор региональной культурной идентификации . . .



56

Яловицына С. Э. Особенности народной психологии и быта приграничного населения (на примере «корельских приходов») . .


58

Ганькова З. А. Особенности темперамента и склонностей к способам взаимодействия с миром у студентов русского и финно-угорских этносов . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .



61

Heikkinen K. The finnishe people in Russia, the russian people in Finland — to whom alien and whom own ones? . . . . . . . . . . . . . .


66

Давыдова О. Русский финн — финский русский (анализ миграции финнов и членов их семей из Республики Карелия в Финляндию) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .



70

Бреннон Д. Д. «Свое» и «чужое»: добровольная благотворительность как способ самореализации . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


72

Баранова И. Н. Поэзия Р. Тагора, М. Басё, Р. Бёрнса в музыке петербургского композитора Татьяны Ворониной . . . . . . . . . .


73

Горная И. Н. Поэтика северной природы в финской вокальной лирике ХХ века . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


76

Купец Л. А. Облик античности в «эротических» романсах Э. Грига и Я. Сибелиуса . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


83

Копосова И. В. «Свое» и «чужое» слово в Четвертой симфонии Калеви Ахо . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


85

Краснопольская Т. В. Динамические аспекты оппозиции «свое/ чужое» . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


87

Карнышева Т. В. «Свое — чужое» в певческой традиции современного села . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


90

Ковыршина Ю. И. «Свое» и «чужое» в напевах северно-русских былин (на примере кенозерской традиции) . . . . . . . . . . . . . . . .


92

Михайлова Н. С. «Свое—чужое» в современном этновоспитании (на примере музыкальной культуры финно-угорских народов)


96

Скорина Е. Г. Образ автора в романсах Яна Сибелиуса (ор. 35) .

98

Неёлова М. Е. Социальный аспект оппозиции «свой/чужой»: мировые посредники 1860 — начала 1870-х гг. в России (на примере Олонецкой губернии) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .



99

Анищенко В. С. Трансформация репрезентаций населения Карелии в условиях 20-х годов ХХ века . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


102

Хакамиес П. Зарождение культуры на Карельском перешейке после второй мировой войны . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


105

Скорик А. В. «Эстетический пессимизм» К. Леонтьева: pro et contra . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


106

Бархота М. П. «Свои» и «чужие» в жизни и творчестве Тэффи . .

108

Михайлова Л. П. Зоны проникновения неславянской лексики в русские говоры Карелии . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


112

Приображенский А. В. Отражение языкового контактирования в названиях сельскохозяйственных угодий Водлозерья . . . . . . .


115

Кюршунова И. А. «Свое» и «чужое» в антропонимической системе XV — XVII вв. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


118

Маркова Н. В. К вопросу о языковом взаимодействии на уровне синтаксиса . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


122








Научное издание


^ «СВОЕ» И «ЧУЖОЕ» В КУЛЬТУРЕ НАРОДОВ

ЕВРОПЕЙСКОГО СЕВЕРА


(Материалы 3-й международной научной конференции)


Отв. за выпуск М. П. Бархота


Компьютерная верстка и оформление обложки В. М. Пивоева


ЛР № 040110 от 10.11.1996.

Гигиенический сертификат № 10.КЦ.34.953.П.00136.03.99 от 05.03.99.

Подписано к печати 28.02.01. Формат 60х86 1/16. Бумага офсетная.

Гарнитура Times New Roman. Уч.-изд. л. 8. Усл. кр.-отт. 32.

Тираж 200 экз. Изд. № 36.


Петрозаводский государственный университета

185640, Петрозаводск, пр. Ленина, 33


Отпечатано с оригинал-макета в типографии Издательства

Петрозаводского государственного университета


1 См.: The Cambridge Dictionary of Philosophy. Cambridge, 1998. P. 358.

2 См.: Пивоев В. М. «Свое» и «чужое» в этнической и национальной культуре // «Свое» и «чужое» в культуре. Петрозаводск, 1998. С. 16.

1 Неёлов Е. М. К интерпретации оппозиции «свой» и «чужой» (на примере русской волшебной сказки) // «Свое» и «чужое» в культуре народов Европейского Севера. Петрозаводск, 1999. С. 19.

2 Там же.

3 Логинов С. Черный смерч. М., 2000. С. 391.

4 Памятники литературы Древней Руси. Конец XV — первая половина XVI в. М., 1984. С. 644.

5 Булгаков М. Мастер и Маргарита // Булгаков М. Собр. соч.: В 5 т. М., 1990. Т. 5. С. 372.

1 См.: Пути советского краеведения. М., 1928.

1 Кеппен Петр Иванович (1793—1864) — русский демограф и картограф, академик (1832), автор «Этнографической карты Европейской России» (1852).

2 Ласточкин А. А. (1802—1870) — учитель петрозаводской гимназии, краевед, автор исследования «Корелы, обитающие в Олонецкой губернии» (1853).

3 Петров К. М. (1836 — после 1898) — учитель петрозаводской гимназии, краевед, автор очерка «Олонецкие корелы» (1867).

4 Иванов А. И. (1820—1890) — петрозаводский чиновник и краевед, автор работы «Повенецкие корелы».

1 Из Нагорной проповеди (Мф. гл. 5): «43. Вы слышали, что сказано: люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего. 44. А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас, 45. да будете сынами Отца вашего Небесного, ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных. 46. Ибо если вы будете любить любящих вас, какая вам награда? Не то же ли делают и мытари? 47. И если вы приветствуете только братьев ваших, что особенного делаете? Не так же ли поступают и язычники? 48. Итак, будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный».

1 Тарасов О. Ю. Икона и благочестие. М., 1995; Ершов В. П. Богоматерь и Никола в иконах-примитивах «Избранные святые» // Православие в Карелии. Петрозаводск, 2000. С. 117—122; Королюк В. Д. К вопросу об изучении русского народного творчества // Советская этнография. 1971. № 3.

2 Тарасов О. Ю. Икона и благочестие. С. 170.

3 Ильина И. В. Коми-карельские параллели в религиозно-магических представлениях о ели // Карелы: этнос, язык, культура, экономика. Проблемы и пути развития в условиях совершенствования межнациональных отношений в СССР. Петрозаводск, 1989. С. 53.

4 Конкка У. С. Поэзия печали. Петрозаводск, 1992. С. 87.

5 Косменко А. П. Традиционный орнамент финно-язычных народов Северо-Западной России (рукопись). Петрозаводск, 1999. С. 316.

6 Конкка А. П. Карельское и восточно-финское карсикко в кругу религиозно-магических представлений, связанных с деревом // Культурные процессы в Карелии. Петрозаводск, 1986. С. 88.

7 Косменко А. П. Традиционный орнамент финно-язычных народов Северо-Западной России. С. 188.

8 Там же. С. 9.

9 Там же. С. 322.

10 Библейская флора. М., 1912. С. 156.

1 Федеральная культурная политика в России: Сб. документов и материалов. 1991—1996. М., 1996. С. 11.

2 Клементьев Е. И. Карелы: этнографический очерк. Петрозаводск, 1991. С. 48.

3 Ерасов Б. С. Социальная культурология. В 2-х ч. М., 1994. Ч. 2. С. 189.

4 Пивоев В. М. Философия культуры. Петрозаводск, 2000. Ч. 1. С. 88.

5 Пивоев В. М. Философия культуры. Ч. 2. С. 94.

6 Каргин А. С. Народная художественная культура. М., 1997. С. 170.

1 См. подробнее: Артановский С. На перекрестке идей и цивилизаций. СПб., 1994. С. 160.

1 Бердяев Н. А. Судьба России. М., 1990. С. 43.

1 «Корельские приходы» принадлежали ко второму благочинию Кемского уезда, который в свою очередь относился к ведению Епископа Архангельского и Холмогорского.

2 Архангельские Епархиальные Ведомости, 1895. № 4.

3 Архангельские Епархиальные Ведомости. 1908. № 7.

 Работа выполнена при поддержке гранта РГНФ № 01-06-49001 а/с.

1 Способности и склонности / Отв. ред. Э. А. Голубева. М. 1989. С. 153.

2 Нормативные данные по американской популяции взяты из кн.: Бурлачук Л. Ф., Морозов С. М. Словарь-справочник по психодиагностике. СПб., 1999. Данные округлены, читать – «около».

3 Наши данные полученных 16-ти типов по методике Майерс-Бриггс. Данные округлены, читать – «около».

1 Гессе Г. Магия книги. М., 1990. С. 146.

2 Там же. С. 147.

1 Варпио Ю. Страна полярной звезды. СПб., 1998. С. 11.

2 Там же.

3 Холл Дж. Словарь сюжетов и символов в искусстве. М., 1999. С. 616.

4 Тавастшерна Э. Сибелиус. Ч. 1. М., 1981. С. 219.

5 Там же. С. 147.

6 Там же. С. 189.

7 Свой романс на этот же стихотворный текст создал и Ю. Килпинен (1892 — 1959).

8 Веселовский А. Н. Из истории эпитета // Веселовский А. Н. Историческая поэтика. М., 1989. С. 67.

9 Брагинская Н. В. Календарь // Мифы народов мира: Энциклопедия. М., 1991. Т. 1. С. 164.

10 Примечательно, что «Старую осеннюю песню» Куулы, «Осень» Мадетойи и С. Палмгрена объединяет одна скорбная тональность си минор, а «Осенний вечер» Сибелиуса, хотя и начинается в ре-диез миноре, всё же модулирует в си минор.

11 Многие финские композиторы оставили проникновенные высказывания о природе, выразительно обозначив ее роль в музыкальном творчестве. Куула подробно описал свою фольклорную экспедицию в Остроботнию, во время которой он с особой силой ощутил всю грандиозность представшей перед ним природы. Он признается: «шум моря, волны будят во мне что-то неизведанное… Я никому не говорил о тех скалах, о том море, которое меня вдохновляло, удивляло» (цит. по: Elmgren-Heinonen T. Toivo Kuula. Porvoo, 1983. S. 116). Так, Палмгрен в своих мемуарах писал: «…впоследствии я познакомился с озерными пейзажами — с темными, густыми борами… Везде, где я ни бывал в годы странствования по родной стране, моя музыкальная фантазия обогащалась новыми впечатлениями природы, решающим образом повлиявшими на весь ход моего музыкального развития и на мое творчество» (цит. по: Мякинен Т. Палмгрен, Куула и Мадетоя // Мякинен Т., Нумми С. Musica fennica. Хельсинки, 1965. С. 47).

12 Веселовский А. Н. Три главы исторической поэтики // Веселовский А. Н. Историческая поэтика. М., 1989. С. 208.

13 Финляндия в ХIХ столетии, изображенная в словах и картинах финляндскими писателями и художниками. СПб., 1894. С. 61.

14 По наблюдению Т. Мякинена, «чувство природы, свойственное северянину, резкие контрасты между бурей и идиллической лирикой — вот свойства, связывающие Сибелиуса с его скандинавским музыкальным окружением» (см.: Мякинен Т. Сибелиус и наше время // Мякинен Т., Нумми С. Musica fennica. Хельсинки, 1965. С. 36).

1 Коргузалов В. В. Напевы обонежской эпической традиции // Русский фольклор: Материалы и исследования. Т. XXVII: Межэтнические фольклорные связи. СПб., 1993.

2 Васильева Е. Е. Вепсская мелострофа в междужанровых отношениях причетной традиции // Симпозиум — 79 по прибалтийско-финской филологии. 22—24 мая 1979 г.: Сборник докладов. Петрозаводск, 1979. С. 125—130.

3 Краснопольская Т. В. Опыт сравнения модификаций традиционных песенных форм и мотивов архитектурного декора // Народное зодчество: Сборник научных трудов. Петрозаводск, 1992. С. 191—200; Краснопольская Т.В. Этническая идентификация музыкальных записей из районов со смешанным населением //Фольклор. Комплексная текстология. М., 1998. С. 122—131.

4 См.: Орфинский В. П. К вопросу о типологии этнокультурных контактов в сфере архитектуры (на примере Российского Севера) //Фольклорная культура и ее межэтнические связи в комплексном освещении. Петрозаводск, 1997. С. 92—110; Орфинский В. П. Деревянное зодчество Заонежья в свете этнокультурных контактов русского и прибалтийско-финского населения края // Рябининские чтения — 95. Петрозаводск, 1997.

5 ФА ПГК № 256/5939; 257/5940.

6 См.: Добровольский Б. М. Цепная строфика русских народных песен // Русский фольклор: Материалы и исследования. Т. Х: Специфика фольклорных жанров. М.; Л., 1966. С. 240.

7 См.: Песни Карельского края (сост. и автор вст. ст. Т. В. Краснопольская; ред. Б. Добро-вольский). Петрозаводск, 1977; №125.

8 ФА ПГК. № 258/5959.

1 НА РК. Ф. 24. Оп. 1. Д. 1/4. Л. 11об.—12.

2 Там же.

3 Ерошкин Н. П. История государственных учреждений дореволюционной России. М., 1983. С. 228.

4 Филиппов Р. В. Реформа 1861 г. в Олонецкой губернии. Петрозаводск, 1961. С. 82.

5 См.: НА РК. Ф. 24. Оп. 8. Д. 9/214.

6 См.: НА РК. Ф. 24. Оп. 1. Д. 12/306.

7 НА РК. Ф. 24. Оп. 1. Д. 1/4. Л. 11.

1 ЦГА РК. Ф. 3. Оп. 1. Д. 4/39. Л. 14 об.

2 Там же. Ф. 480. Оп. 1. Д. 2/3. Л. 17 об.

3 Там же. Ф. 689. Оп. 1. Д. 10/98. Л. 7 об.

4 Там же. Л. 35.

5 Там же.

6 ГАОПДФ. Ф. 3. Оп. 3. Д. 151. Л. 104.

7 Там же. Ф. 3. Оп. 3. Д. 28. Л. 7.

1 Бубрих Д. В. Происхождение карельского народа. Петрозаводск, 1947.

2 Попов А. И. Географические названия: Введение в топонимику. М., Л., 1965.

3 Матвеев А. К. Субстратная топонимика Русского Севера // Вопросы языкознания. 1964, № 2. С. 64—83.

4 Муллонен И. И. Заметки о топонимии Водлозерья // Природное и культурное наследие Водлозерского национального парка. Петрозаводск, 1995. С. 192—197.

5 Водлозерские сёла обозначаются в тексте сокращениями: Бостилово (Б), Вама (В), Варишпельда (Вп), Гольницы (Гц), Гостьнаволок (Гл), Гумарнаволок (Гн), Загорье (З), Куганаволок (К), Калакунда (Кд), Канзанаволок (Кн), Кевасалма (Кс), Келкозеро (Кл), Колгостров (Кв), Коскосалма (Км), Маткалахта (Мл), Охтомостров (О), Пелгостров (П), Пога (Пг), Пильмасозеро (Пм), Половина (Пн), Путилово (Пт), Рагуново (Р), Рахкойла (Рх), Чуяла (Ч).

6 Толстой Н. И. Славянская географическая терминология. М., 1969.

7 Словарь русских говоров Карелии и сопредельных областей. Вып. 1. СПб., 1994. С. 96.

8 Словарь русских народных говоров. М.; Л., 1966-1992. Вып. 3. С. 96.

9 ПОС II: С. 113.

10 Мамонтова Н. Н., Муллонен И. И. Прибалтийско-финская географическая лексика Карелии. Петрозаводск, 1991. С. 86—87.

1 Адаптации календарных личных имен, которые уже в XV—XVII вв. составляют основу антропонимии Руси, также помогают деминутивно-квалитативные формы: использование «родного» словообразовательного форманта служит как бы проводником в иную ономастическую систему.

2 Словарь русского языка XI-XVII вв. M., 1992. Вып. 8. С. 102.

3 Словарь русских народных говоров. М.; Л., 1966-1992. Вып. 15. С. 380; Словарь русских говоров Карелии и сопредельных областей. СПб., 1994. Т. 3. С. 45.

4 Фасмер М. Этимологический словарь русского языка: В 4-х т. 2-е изд. М., 1986—1987. Т. 2. С. 395—396.

5 Словарь русских говоров Карелии и сопредельных областей. Т. 3. С. 45.




оставить комментарий
страница8/8
Дата07.12.2011
Размер1,74 Mb.
ТипИсследование, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх