Г. М. Прошанский классификация проективных методов icon

Г. М. Прошанский классификация проективных методов


Смотрите также:
Темы для самостоятельного изучения...
6 Основы технических измерений. Размерные цепи Лекция 10 Понятие об измерениях и их единицах...
Методические основы урока.(Прием, система методов, сущность метода...
План Определение и классификация методов объёмного анализа   Протолитометрия...
Учебная программа дисциплины Методология и методы психолого-педагогических исследований...
План: Классификация методов управления Основные механизмы корпоративного управления >...
Предмет психологии. Психика человека. Специфика психического отражения...
Список экзаменационных вопросов по дисциплине «Технология производства оснастки и машин»...
Задачи нелинейной и дискретной оптимизации. Методы решения...
1. Основные понятия маркетинга...
1. Понятие «метод обучения». Классификация методов обучения...
Классификация организационных форм обучения...



страницы: 1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   ...   26
вернуться в начало


Рис. 21. Несдерживаемые, свободно проявляющиеся влечения

на рисунке пальцами

Нарисован делинквентной пятнадцатилетней девочкой, иллюстрирует несдерживаемую «экспансию», неограниченность, свободно проявляющиеся влечения.

опыт — физический, кинестетический, интеллектуальный и эмоциональ­ный — то, что изображено в цвете и пространстве. Это интеграция внут­ренних чувств и внешнего опыта. Чем более глубоко прочувствован опыт, тем более близкая коммуникация достигнута. Это как раз тот тип комму­никации, который обеспечивается рисованием пальцами и которую те­рапевт должен установить с субъектом, чтобы эффективно включить рисование пальцами в общую терапевтическую ситуацию.

Рисование пальцами имеет терапевтическую функцию помощи в эмоциональной подготовке к вербальному и интеллектуальному приня­тию инсайта. Язык — самое сильное терапевтическое средство, но оно эффективно только тогда, когда субъект может воспользоваться как кон­кретными, так и абстрактными его смыслами. Рисование пальцами по­зволяет задействовать скрытный материал, который привлекает эмоцио­нальный опыт. Такое «отыгрывание» или «отрисовывание» прокладывает дорогу для вербальной «проработки» проблем субъекта.

Этот процесс может быть наглядно проиллюстрирован случаем. Б. Р., женщины двадцати семи лет.

Б. Р. пришла в клинику с соматическими симптомами: неспособ­ность глотать твердую пищу, тошнота, негнущаяся шея, бессонница. В ходе терапии выяснилось, что одним из аспектов ее проблемы была про­фессиональная адаптация. Она была пианисткой, но собственное испол-

ненис ее не устраивало, поэтому она оставила свое занятие. Терапевт выяс­нила, что многие страхи пациентки были спровоцированы, действиями, которые, как она знала, ее мать могла не одобрить. Мать, которой Б. Р. восхищалась, как очень умелой женщиной, пыталась вселить в нее сильное стремление к совершенству. Страх провала при достижении совершенства был источником ее профессиональных трудностей.

Когда ее чувство неудачи становилось особенно сильным, она изоб­ражала рисунки, содержащие три абстрактных фигуры, и затем проводи­ла четкий, широкий, жирный мазок, отделяющий одну от двух других. После этого у него появлялись признаки избавления от напряжения. Она использовала удовлетворенные,-поглаживающие жесты и нежные мазки. Когда ее спросили, что обозначают две и одна фигуры (см. ритм количе­ства), она сказала, что одна фигура слева это ее мать. А две другие она обозначила как своего отца и саму себя.

Как выяснилось позже, через этот рисунок она начала осознавать свое желание избавить себя от сдерживающего ее .влияния матери, хотя во время рисования это и не было вербализовано. Последующие интервью сделали возможной проработку этой проблемы, и после этого она стала готовой принять данную выше интерпретацию. Способность освободиться от сдерживающего влияния избавили ее от психосоматических симпто­мов.

Перед рисованием терапевт пыталась подвести обсуждение к воп­росу взаимоотношений, но пациентка абсолютно не желала признавать их имеющими отношение к делу. Она не была способна этого принять. Но в процессе рисования пальцами она смогла открыто встретиться с личностно-эмопиональной проблемой, которую до этого была не готова воспринять. Проблема дозрела до «разговорного» уровня после заверше­ния рисунка. Приняв эмоциональное содержание, она была готова рас­ширить свое вербальное сознавание.

Другая функция терапевтического процесса, которую может взять на себя методика рисования пальцами, — это катарсис. Часто субъект позволяет себе «отыграть» или «отрисовать» свою враждебность в ситуа­ции рисования.

Сопротивление, которое считается частью терапевтического про­цесса, может проявить себя в неспособности субъекта выдавать такой материал, как сны, фантазии и свободные ассоциации. Рисование паль­цами может играть вспомогательную роль в нахождении пациентом спо­соба преодоления сопротивления.

Методику рисования пальцами также успешно используют в каче­стве «барометра» терапевтического процесса, помогающего терапевту интерпретировать и выстраивать терапевтические тактики.

^ РЕЗЮМЕ И ОЦЕНКА

В цели этой работы не входило поднять технику рисования пальца­ми над другими методиками. Однако нам кажется, что рисование паль­цами, являясь диагностическим дополнением к другим проективным методам, предоставляет специфические данные, полезные с терапевти-



Рис. 22. Рисунок пальцами, иллюстрирующий деструктивное сопротивление

ческой точки зрения. Как динамический инструмент она имеет уникаль­ное преимущество, т.к. может быть задействована как часть терапии.

Итак, подведем итоги касательно основных, вкратце упомянутых преимуществ и характеристиках этого метода.

А. Рисование пальцами предоставляет наиболее подлинную проекцию личности. Как задание, относительно свободное от моторных ограниче­ний, социального давления, рисование пальцами обеспечивает мини­мальную вероятность неудачи. Это веселое занятие, и оно способствует установлению контакта. Полное отвержение задания бывает редко.

Как исполнительная методика, рисование пальцами не зависит от языкового фактора. Она вызывает сильные эмоции, сопровождаемые спон­танными вербализациями, что легко дает толчок продуцированию фан­тазий, подлинным проекциям личности на пластичном поле.

Б. Рисование пальцами — очень гибкая диагностическая методика. Посредством метода процессуального анализа, наблюдая каждый пред­принимаемый субъектом шаг на пути к конечному продукту, экспери­ментатор способен прийти к пониманию концептуальной картины мира испытуемого, его изменения в эмоциональном плане и символического значения содержания.

Методика рисования пальцами достаточно чувствительна к пока­зателям эмоционального роста, поэтому повторное ее использование в течение длительных периодов времени особенно полезно в процессе те­рапии. Один субъект может нарисовать любое количество изображений, проблема эквивалентных форм при этом не стоит.

Интерпретация различных категорий, таких как использование пространства, цвет, мазки, близка к предлагаемой в других проективных методиках, таких как рисование карандашами или тест Роршаха.

В жестах субъекта мы видим прямое выражение его текущих чувств. Понятие ритма дает нам истинно индивидуальную картину характерных

особенностей субъекта при подходе к заданию, что проливает свет на стиль его жизни. В ритмической организации количества рисование паль­цами может дать клиницисту графическую картину субъективного опыта индивида в структуре семейных отношений.

В. Рисование пальцами является эффективным инструментом как часть терапевтической ситуации. Ситуация рисования позволяет быстро перемещаться от терапии к диагностике и наоборот. Задание создает уни­кальный опыт, который может извлечь и позволяет эмоционально «от­рисовать» прежде закрытый материал. Это часто стимулирует субъект принять инсайт на сознательно вербальном уровне, что до того было невозможно. В некоторых случаях «рисованные сны» могут помочь субъекту воспринять свою проблему; он может почувствовать свое сопротивление и его причины. Это может открыть дорогу для дальнейшего продолжения плодотворной терапевтической работы.

Здесь мы ознакомились только с одним подходом к личности, ко­торый включен в эшелон проективных методик. Эти методики основыва­ются на аналогичных фундаментальных положениях и в некоторых слу­чаях запускают один тот же концептуально-терминологический аппарат.

Мы часто пытались соотнести исследования рисования пальцами с другими связанными с этой методиками. Важное значение имеет опреде­ление дальнейших взаимоотношений между различными видами данных, полученных по разным проективным методикам. Гипотеза, лежащая в ос­нове проективных методов, будет подтверждена в той степени, в которой будет найдена согласованность между ними. Методика рисования пальца­ми может считаться подходящей под определение проективных методик в целом в той степени, в которой ее данные согласуются с данными других методик, особенно в отношении диагностических, критериев.

Г. М. Прошанский

^ ПРОЕКТИВНОЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ЦВЕТА

ТЕСТ ЛЮШЕРА, ТЕСТ ЦВЕТНЫХ ПИРАМИД, VAT'60, MDDT и др.

Ранее в этой книге была сделана попытка сформулировать класси­фикацию проективных методик по трем признакам. Один из них (пер­вый) — это стимул. В других местах обсуждалось понятие структуры в отношении проективного стимула. Совершенно неструктурированное визуальное предъявление может быть получено только после полного устранения формы. Остается цвет. Поэтому если нам необходим неструк­турированный стимул для проективного исследования личности, то цвет как раз и будет решением этой проблемы. Цвет, конечно же, является неотъемлемым элементом теста Роршаха и мозаичного теста, но в обоих этих методиках равное или наибольшее внимание уделяется иным аспек­там реакций. В этой статье собраны краткие описания ряда известных и не очень методик, все из них основаны на эксплицитном или имплицит­ном выборе цвета.

Мы не будем пытаться обсуждать другие формы реакций на цвет. Много уже было написано, часто на спекулятивном или даже метафизи­ческом уровне, о влиянии цвета на человека и животных. Такие работы способствуют недоверию, с которым обычно говорят о «цвете и лично­сти». Другой существенный момент состоит в том, что многие ранние исследования предпочтения цветов были основаны на произвольном выборе, во многих случаях сами цвета даже не предъявляли, только на­зывали. Психологический анализ аспекта цветовых ощущений отличает яркость и насыщенность от оттенка, переменной, по которой мы обыч­но даем названия цветам. Различные люди по-разному представляют, какое название (как в коннотативном, так и в денотативном смысле) пред­ставляет какой цвет. Первое (то есть ассоциации индивида, связанные с различными цветами) можно достаточно легко изучить, последнее ме­нее пригодно для экспериментального подхода, и, насколько автору было известно, вообще редко используется, кроме как в отношении к цвето­вой слепоте. Очевидно, что любая техника, имеющая своей целью свя­зать впечатление или применение цвета с личностью, должна использо­вать контролируемые предъявления, предпочтительно распределенные по оценкам Мюнселля (Munsell) или другой соответствующей системе. Можно ли обойтись без этого в тех случаях, когда цвет играет второсте­пенную роль, или же использовать как одну из изучаемых переменных, остается спорным вопросом.

^ ТЕСТ ЛЮШЕРА

МАТЕРИАЛ и ПРИМЕНЕНИЕ

Цвета предъявляются на карточках с матовой поверхностью, по размеру немного больше, чем обычные игральные карты. Номера на об­ратной стороне карточек соответствуют цветам следующим образом;

0 серый: нейтральный серый.

1 синий: очень темный, ненасыщенный синий.

2 зеленый: очень темный, голубовато-зеленый.

3 красный: насыщенный алый, описанный, самим Люшером

как «оранжево-красный».

4 желтый: ярко-желтый с очень легким зеленоватым оттенком.

5 фиолетовый: скорее, пурпурный, как красная анилиновая краска.

6 коричневый: не яркий, немного красноватый коричневый.

7 черный.

Руководство к применению: разложить карточки в случайном поряд­ке полукругом, объяснить испытуемому, что ему надо выбрать цвет, ко­торый ему больше всего нравится. Особо отмечается, что сам выбор не должен ни от чего зависеть, например от цвета одежды. Выбранная кар­точка откладывается в сторону цветной стороной вниз, цвет выбирается еше раз, и карточка снова откладывается и так далее, пока все цвета не будут проранжированы и записаны. Затем карточки перемешиваются, выкладываются заново, и процедура повторяется. Второе ранжирование не должно зависеть от первого, то есть испытуемый не должен пытаться воспроизвести его или преднамеренно изменить.

ОЦЕНКА и ИНТЕРПРЕТАЦИЯ

Интерпретация во многом основывается на тех позициях, которые занимают цвета в последовательности выборов. Эти позиции определяют то, что Люшер называл «функциями», связанными с аспектами пережи­ваний индивида или жизненной ситуацией. Способ, по которому выбо­ры связываются с функциями, различается в зависимости от того, было ли ранжирование единственным или двойным, как рекомендуется. В пер­вом случае, то есть при единственном ранжировании, система гораздо более простая. Знаками «+», «х», «=» и «—» обозначаются цвета в парах в порядке ранжирования, как в данном примере:

1 5036724

+ + X X - =

Эти знаки используются для обозначения функций, интерпрети­руемых следующим образом:

Функция «+» сильное предпочтение «Желанные цели»

Функция «х» предпочтение «Существующая ситуация»

Функция «=» безразличие «Сдерживаемые характеристики»

Функция «—» антипатия или отказ «Подавленные характеристики»

В дополнение первый и последний выборы также группируются „вместе, чтобы получить так называемую функцию «+ —», так сказать, связанную с «актуальной проблемой».

Если же делается и второе ранжирование, то знаки распределяют­ся иначе:



Все случаи двух соседствующих цветов в обоих цветовых распреде­лениях, обводятся, как показано выше. Соседство может сохранить по­рядок выборов, как в случаях с 1 и 5, 5 и 0, или же порядок может стать обратным, как в случае с 3 и 6 в первом ранжировании, которые ставят­ся как 6 и 3 во втором. Затем по «группам» (парам) или единичным номерам распределяются знаки: «+»-— для первого выбора, «х» — для второго п «—» — для последнего; знак «—» ставится у всех сохранившихся групп или единичных номеров. Отметим, что когда группы частично со­впадают, то номер, появляющийся для обоих, принадлежит двум «фун­кциональным» группам.

Люшер полагает, что второе ранжирование более «спонтанно» и, следовательно, более валидно по сравнению с первым. Таким образом, вышеизложенный «отбор» будет записываться так:

+ 1 +5; х5хО;=6 =3; -2 =4; -7; +1 -7.

Интерпретация проводится с помощью «интерпретационных таб­лиц», которые содержатся в руководстве. Эти таблицы разъясняются для получения «значения» каждого из паттернов. Из руководства не вполне понятно, должен ли быть использован материал первого ранжирования. В данном примере это будет так:

+ 1+5; х5хО; =3=6; =7; -2-4;

в конце +1 —2 и +1 —4.

Краткое изложение теории Люшера вы можете найти ниже. Необ­ходимо отметить, что синий, зеленый, красный и желтый (пронумеро­ванные соответственно 1, 2, 3 и 4) называются «основными» цветами, а другие — «добавочными». Утверждается, что хорошо приспособленный индивид в целом должен отдавать предпочтение психологическим ос­новным или «базовым» цветам, а не «дополнительным» — «ахроматичес­ким» — черному, серому и коричневому. Считается, что отказ от основ-

ных цветов является показателем тревожности; соответственно любой ос­новной цвет (1, 2, 3, или 4), появляющийся на одной из последних трех позиций, отмечается буквой А (первая буква слова «anxiety» (англ.) — тревожность), любой цвет, следующий за этим, отмечается также. Счита­ется, что «компенсация» тревожности проявляется в предпочтении ахро­матических цветов: ахроматический цвет (6, 7 или 0), появляющийся на одной из первых трех позиций, отмечается буквой С (первая буква слова «compensation» (англ,) — компенсация), таким же образом отмечаются цвета, стоящие до этого.

«Интенсивность», или «компенсация» тревожности отмечается вос­клицательными знаками: один для основного цвета на шестой позиции, два на седьмой и три на восьмой; так же и для ахроматических цветов на третьей, второй и первой позициях соответственно. Общее количество восклицательных знаков в одном ранжировании (максимум 12) исполь­зуется как показатель плохой адаптации. Если во втором ранжировании их меньше, чем в первом, это свидетельство хорошего прогноза. На при­мере 1000 «нормальных» взрослых показано, что среднее количество вос­клицательных знаков примерно равно 2—3, а в более чем 25 % случаев их вообще не было.

Далее классифицируются «функциональные группы» (или «выбо­ры цветов», то есть единичные цвета или пары) на основании той степе­ни, в которой они «психологически желательны». Это обозначается звез­дочкой с максимальным значением три. Чем больше звездочек, тем мень­шая «желательность». Говоря в общем, ахроматические цвета в позиции «+» и основные цвета в позиции «—» увеличивают «нежелательность», но так же справедливо и то, что «нежелательность» показывает отклоне­ние от нормы. Приводимые цифры, охватывающие процентное отноше­ние всех «+» и «—» выборов, взяты из результатов 36892 тестов, прове­денных на студентах мужского пола в возрасте 20—30 лет. Порядок встре­чаемости «+» выборов был следующим: красный, зеленый, голубой, фи­олетовый, желтый, коричневый, черный. Причем фиолетовый, являю­щийся «основным» цветом, выбирался более часто, чем желтый, и это отражено в распределении звездочек. Однако фиолетовый к желтый ме­няются местами в частоте «—» выборов.

ОБОСНОВАНИЕ

Мы уже ссылались на предположение, что «основные» цвета «дол­жны» предпочитаться. Особые значения приписываются отдельным цве­там: для черного («отказ» или «отречение») и серого («невключенность»); они, как и следовало ожидать, редко сопряжены с функциональным значением «желанные цели», и, таким образом, предпочитаются людь­ми, чья приспособленность или жизненная ситуация, так иди иначе, не удовлетворены. Некоторые показатели значения, приписываемые сохра­няющимся цветам, вы сможете найти ниже в таблице 6 вместе с атрибу­тами из другого источника.

Лтошер также посвящает раздел своей книги описанию «структур­ного значения» «цветовых пар». Может показаться, что слишком многое

выводится из связи двух цветов, почти равнозначной динамической инте­ракции, благодаря соседству в пространстве или последовательности во времени. Хотя определенный элемент последнего и задействован, в виду того что выборы были сделаны один за другим, мы должны помнить, что связь цветов, образующих пару, произвольно определяется правилами, лежащими в основе распределения знаков, особенно в случае кодиро­вания единичного ранжирования. Можно отметить, однако, что Клар (Klar) в своей последней статье предполагает, что проводить два ран­жирования — это нормальная практика: «Каждый тестируемый, — пи­шет Клар, — совершает выбор дважды для того, чтобы могли быть сфор­мированы «группы».

Большинство подробностей значений, приписываемых каждому цвету, унаследованы из убеждения Люшера в том, что различные цвета определенным образом связаны с конкретными основными категория­ми поведения. Эти категории представлены в виде двойной дихотомии: с одной стороны, это «автономия» и «гетерономия», с другой — «актив­ность» и «пассивность». Последние термины, возможно, некорректны, и Люшер иногда заменял «активный» на «эксцентричный», а «пассивный» на «сосредоточенный», В дальнейшем он говорил, что экстраверсия и интроверсия имеют близкое сходство с этой дифференциацией, но не соответствуют ему полностью. Эксцентричный индивид взаимодействует со средой, «влияя на нее или используя ее стимулы». Для сосредоточен­ного индивида среда представляет собой расширение «я». Различие меж­ду «автономией» и «гетерономией» лучше всего объяснить, если срав­нить его с различием между «причиной» и «следствием», что наиболее подходит к тому, что обычно понимается под «активностью» и «пассив­ностью».

Таким образом, в целом основные цвета классифицируются в рам­ках данных понятий следующим образом:



Автономный

Гетерономный

Эксцентричный (активный)

Красный

Желтый

Сосредоточенный

(пассивный)

Зеленый

Синий

Зиув (Zeeuw) очень жестко критиковал Люшера за то, что отнесе­ние цветов к категориям поведения чисто интуитивно и не основывается на «межиндивидуальной идентичности восприятия цвета». Все же более спорным остается приписывание значения позициям континуума выбо­ра, как было замечено ранее. Можно еще принять в общих чертах значи­тельность первого и последних выборов, но нет никакого рационального объяснения приравнивания «х»-функций к «существующей ситуации» (однако см. далее). Функции «=» иногда называются «безразличием», и в этом свете тот факт, что правила кодирования иногда делают категорию довольно обширной, приобретает смысл. С другой стороны, приписывание автором к этой категории значения «сдерживаемых характеристик» или «поведения, не подходящего к существующей ситуации», кажется необоснованным.

Некоторыми университетами были проведены несколько экспери­ментальных исследований. Приведем два примера.

1) В исследовании визуального восприятия, осуществленного в Эдинбургском университете, тест Люшера был проведен на семидесяти испытуемых студенческого возраста. Изучение «х»-функций выявило ряд значительных корреляций с релевантными шкалами: 16-факторным оп­росником и опросником динамической личности Крайгера (Crygier's Dynamic Personslity Inventory), обеспечив таким образом, эмпиричес­кую поддержку взаимосвязи «х»-функции и «действительным положе­нием дел».

2) Более полная информация получена из исследования, прове­денного Доу (Dow) в Абердине под руководством Бурсилла (Bursill). Критериальные группы состояли из двадцати сильно тревожных и двад­цати слабо тревожных индивидов, отобранных по результатам вторич­ных факторов шестнадцатифакторного опросника 16 РН 319 студенток медицинского колледжа. Отбор был затем подтвержден шкалой Тейло­ра на проявление тревожности. Средняя люшеровская оценка тревож­ности для двух групп составляла 3,65 и 0,55 соответственно — разница существенная, если применить проверку / на уровне 0,001. Так как рас­пределение оценок по Люшеру для слабо тревожной группы имело явно J-образную форму, то полученная информация была оформлена следу­ющим образом:



Шкала Тейлора на

проявление тревожности





Тревожный

Нетревожный

Всего

Оценка

0-1 4

17

21

тревожности по Люшеру

2-8 16

3

19



Всего 20

20

40

Проверка через хи-квадрат показала, что такое распределение также приводит к результатам, стоящим значительно дальше уровня 0,001.

Другие гипотезы, проверенные Доу и Бурсиллом, в основном свя­занные со «значениями» особых цветовых выборов, не подтвердились,

Нам кажется, что по крайней мере некоторые из претензий, предъявленных тесту Люшера, заслуживают дальнейшего рассмотрения.

^ «ПОЛНАЯ» ВЕРСИЯ ТЕСТА ЛЮШЕРА

Имеющиеся в нашем распоряжении источники «полной версии» теста Люшера на английском языке упоминают 73 цвета, расположен­ных на семи полосах, Но это заблуждение, как станет очевидно из даль­нейшего описания: количество различных цветов гораздо меньше, число 73 показывает количество цветных квадратиков, предъявляемых в раз­личных комбинациях. Но полос действительно семь:

1. Серая полоса, состоящая из черного, белого и трех оттенков серо­го.

2. Восьмицветная полоса, содержащая восемь цветов, из которых состоит сокращенная версия теста.

3. Полоса четырех основных цветов: синий, желтый, красный и зе­леный на восьмицветной панели представлены в парах в шести возможных сочетаниях.

4. Синяя полоса.

5. Зеленая полоса.

6. Красная полоса.

1. Желтая полоса.

На каждой из последних четырех полос основной цвет представлен вместе с тремя вариантами, созданными с помощью примеси трех дру­гих цветов. Четыре варианта в каждом случае представлены парами, так же как и в случае с полосой, состоящей из четырех основных цветов.

Цветовые стимулы представляют собой квадратики со стороной 28 мм. Каждая полоса представлена на отдельной странице в брошюре. На полосе 1 квадратики расположены в шахматном порядке, на других полосах — бок о бок в парах. Работа облегчается лекалом.

Клар в своей неопубликованной работе предполагает, что пред­почтительнее начинать с восьмицветной, а не серой полосы, так как «многолетний опыт показал, что большинство людей более легко реаги­руют на цвет, а не на оттенки серого». Звучит это крайне разумно, так как это нововведение также служит для отделения восьмицветного зада­ния от спаренных сравнений основных цветов. Клар далее рекомендует повторять восьмицветное задание в конце теста.

Так как цветовые стимулы нельзя взять в руки, как в сокращенной версии, то процесс ранжирования очень затруден. Предъявляя восьмицветную полосу, испытуемого просят выбрать пять цветов в порядке убы­вания, а последние три в обратном порядке. Вдобавок к этому «можно поставить запятую между теми цветами, которые нравятся больше всего, и теми, которые просто нравятся, а точка с запятой между ними и теми, которые нравятся меньше всего».

Для серой панели задание несколько проще: испытуемого просят выбрать три цвета, а затем выбрать тот, который ему «меньше всего нра­вится». Для аналитических целей первые два выбора помечаются знаком «+», а последний — знаком «—». Объяснение предпочтений в рамках се­рой полосы довольно непонятны: использование этой полосы связано с «настроением», но складывается впечатление, что этой полосе уделяется относительно мало внимания.

При предъявлении полос 3—7 «неполные» (то есть несогласованные) выборы, приводящие к связанным категориям, устраняются повторным предъявлением серий. (Но такое редко бывает необходимым.) На этих по­лосах каждый цветовой стимул различается буквенным символом, опреде­ляющим, какой цвет был добавлен, если, конечно, это не сам чистый цвет. Люшер связывал каждый из них с «функциональной структурой», в рамках которой проводится большая часть интерпретаций, не таких, как при восьмицветном выборе. Эти символы и их значения собраны в таблице 5, вместе с более полным определением того типа информации, который дает каж­дая полоса. Это английская версия в переводе Клара.

Таблица 5 Полная версия теста Люшера: «функциональные струкуры»

Синий I «идеальное инвестирование» «позиция по направлению

к другим»

Зеленый D «защитный» «самоуважение и сила воли»

Красный О «агрессивный» «состояние стимуляции

и влечения» .

Желтый Р «проективный» «ожидания и взаимоотноше-

ние с окружающим миром субъекта»

Некоторые отдельные слова могут озадачить читателя, или даже показаться неверными. Под термином «инвестирование» следует пони­мать «катексис». В немецком тексте так же используется много разговор­ных слов для объяснения трех других терминов: «Р — «Erwartung» (ожи­дание); D — «Selbstbehauptung» (самоуважение); О — «Trieb» (влечение). Сумма выборов вычисляется для каждой из этих функциональных струк­тур и обозначается «+» или «—», если стоит намного выше или ниже нормы. Заметим, что, как и в случае с тестом цветовой пирамиды, кото­рая будет описываться далее, руководство дает очень полную статисти­ческую информацию.

Наконец, выборы на полосе 3 (четыре основных цвета) связны с углами куба, различные грани и диагонали которого используются как основа для последующей интерпретации, особенно в отношении пока­заний для терапии.

^ ТЕСТ ЦВЕТНЫХ ПИРАМИД (ТЦП) THE COLOR PYRAMID TEST (CPT)

На первый взгляд кажется, что данная техника представляет собой нечто среднее между тестом Люшера и Тестом мозаики Лоуэнфельд (Lowenfeld). Главное отличие от первого состоит в том, что в случае с цветной пирамидой тестируемый действительно использует цвета, а не просто выражает предпочтение, а от последнего -- что конструкция, которую необходимо собрать испытуемому, не свободная, а, наоборот, очень четко определена. Другие важные отличия станут нам понятны в процессе дальнейшего описания, а пока отметим, что цветная пирамида представляет собой еще один пример техники континентального евро­пейского происхождения, которой пришлось долго ждать, пока о ней узнают в англоговорящих странах.

Первым эту технику сформулировал Макс Пфистер (Max Pfister) в 1950 г., но принципиально развил ее Роберт Хайсс (Robert Heiss) из университета Фрайбурга. Она стала предметом статьи в Psychological Bulletin

в 1963 г., а английский текст был издан годом позже. Уходя корнями в континентальные рассуждения о цвете, унаследованные из работ Гете, цветная пирамида в то же время представляет эмпирический подход и отдает дань уважения статистическим проверкам, что полностью соот­ветствует психометрическим стандартам.

МАТЕРИАЛ и ЗАДАНИЕ

Пирамида; дающая название тесту, изображена в уменьшенном виде на схемах 1 и 2. Тестируемому необходимо построить три «краси­вых» и три «некрасивых» пирамиды, заполнив 15 пустых мест 1-дюймо­выми (=25 см) квадратиками, выбираемыми из двадцати четырех цветов («оттенков»). Все оттенки четко определены по оценкам Мюнселля. Име­ется 15 квадратиков каждого оттенка, так что вся пирамида может быть составлена из одного цвета, если только испытуемый захочет этого. Рас­пределение оттенков на десять основных «цветов» или «цветовых групп» показано в скобках в следующем списке:

1. Красный (4) 6. Пурпурный (3)

2. Оранжевый (2) 7. Коричневый (2)

3. Желтый (2) 8. Белый (1)

4. Зеленый (4) 9. Серый (1)

5. Синий (4) 0. Черный (1)

В версии, состоящей из четырнадцати оттенков, — два красных, зеленых, синих и коричневых и по одному всех остальных цветов. Также использовались другие сокращенные варианты, включая десятицветовой набор, содержащий по одному каждого из десяти основных цветов.

Цветные квадратики предъявляются в любом порядке таким обра­зом, чтобы был виден каждый оттенок. Дается инструкция работать столько, сколько будет нужно до тех пор, пока не наступит уверенность в том, что пирамида получается «настолько красивая, насколько это воз­можно». Использованные квадратики убираются, как только пирамида закончена. После построения трех «красивых» пирамид инструкция ме­няется, теперь тестируемого просят сделать пирамиду как можно более некрасивую. И строятся еще три пирамиды.

ЗАПИСЬ и ПОДСЧЕТ БААЛОВ

После завершения каждой пирамиды использованные квадратики записываются при помощи цифровых кодов в порядке убывания на спе­циальном бланке. В ряд записываются номера квадратиков каждого оттен­ка, использованного во всех пирамидах, а также номера каждого цвета.

Из последнего получается ранговый порядок цветов, где отдельно указан порядок частоты использования в красивых и некрасивых пира­мидах. Если вычесть одно из другого, то получится «цветовые D-баллы», таким образом, отрицательный балл определяет цвет, который исполь­зовался менее часто в красивых пирамидах, чем в некрасивых. То же самое можно сделать при желании и для частоты встречаемости оттен­ков, получив «оттеночные D-баллы».

Синий

I

«идеальное инвестирование»

«позиция по направлению







к другим»

Зеленый

D

«защитный»

«самоуважение и сила воли»

Красный

О

«агрессивный»

«состояние стимуляции







и влечения» .

Желтый

Р

«проективный»

«ожидания и взаимоотноше-







ние с окружающим миром субъекта»

Но самый важный суммарный балл вычисляется по «формуле пос­ледовательности». Это четырехзначный код, полученный при подсчете количества цветов, встречающихся во всех трех пирамидах определенно­го типа, в двух пирамидах, в одной и ни в одной. Применяются следую­щие символы и названия:

CS — сумма константов: количество цветов, использованных в трех пирамидах.

MiS — сумма минимальных изменений: количество цветов, исполь­зованных в двух пирамидах.

MaS — сумма максимальных изменений: количество цветов, ис­пользованных в одной пирамиде.

AS — сумма уклонений: количество цветов, совсем не использо­ванных.

Считается, что общее использование определенных групп цветов имеет интерпретативное значение. Для этого применяется словосочета­ние «цветовой синдром», но оно является неправильным, так как цвета, сгруппированные по определенному синдрому, не обязательно исполь­зуются один в связи с другим. Выделяются следующие принципиальные синдромы:

нормальный синдром (Nsyn): красный, зеленый, синий;

стимулирующий синдром (Ssyn): красный, оранжевый, желтый;

агрессивный (драйв) синдром (Dsyn): желтый, зеленый, коричне­вый;

ахроматический синдром (Ssyn): белый, серый, черный.

Описанные до этого переменные касались цветового выбора. Шай и Хайсс (Shaie and Heiss) отмечают, что некоторые из тех, кто пользует­ся данной техникой, считают, что этого достаточно для расширенной интерпретации теста. Рассмотрение формы и «структуры», говорят они, приводит к определенному количеству субъективных суждений, которых те стремятся избежать. Как бы то ни было, эти авторы предлагают систе­му, в отношении которой они приписывают потенциально высокое еди­нодушие между исследователями. Так как следовать этой системе, не ссы­лаясь на иллюстрации очень сложно, то мы приведем ее лишь в общих чертах. Однако, по-видимому, действительно важно принимать во вни­мание формы элементов, особенно при сравнении красивых и некраси­вых пирамид, так как представления индивида о «красивом» и «некраси­вом» могут больше зависеть от учета расположения цвета или оттенка, чем от его стимульных характеристик.

Различаются три основных «структурных категории», или типа пат­терна. Их можно определить по-разному, вероятно, проще всего это оп­ределять исходя из того, как индивид обходится со структурой поля пи­рамидальной формы, в рамках которого ему приходится действовать. Сама форма пирамиды может быть: 1) проигнорирована, 2) использована лишь как серии рядов или «слоев» или 3) использована в рамках симметрии по вертикальной оси, от вершины до середины основания.

Считается, что паттерны первого типа имеют цветовое доминиро­вание, и им дано общее название — «ковер». Выбор неудачный, так как

в понятие о ковре большинство людей включают повторяющийся, даже симметричный рисунок. Выделяется четыре подтипа, в каждом из кото­рых цветовая гармония является доминирующим принципом в структу­ре, не имея ничего, кроме элементарной симметрии.

Вторая группа описывается как зависящая в основном от «цветово­го разделения» (мы не нашли ни одного более или менее ясного опреде­ления этого термина ни в одном из источников). Основной чертой, по-видимому, является то, что каждый ряд, какими бы характеристиками он не обладал, не зависит от структуры других. Опять же выделяются четыре подтипа.

В паттернах третьей группы типичным случаем является симметрия относительно осей, как уже упоминалось выше. Среди особых случаев есть, однако, «лестничная структура», характеризующаяся диагональ­ными рядами, и «асимметричная динамика», при которой один или два треугольника расположены асимметрично на каком-либо расстоянии от главной конфигурации. Третий особый тип — пирамида-«ореол» — луч­ше всего может быть описан в терминах «границ» и «ядра».

Двенадцать подтипов отмечаются двухзначными кодами; три ос­новных типа обозначаются символами С для «коврового типа» («carpet»), L для «слоеного типа» («layer») и S (которую можно расшифровать и как «структура», и как «симметрия»). Эти буквы занимают вторую позицию, а на первой — номера от 1 до 12. Подобным образом «симметричная структура», паттерн третьей группы, помимо отмеченных специальных случаев, обозначается как 9S. Можно отметить, что симметрия засчиты­вается, даже если она удалена от средней линии, а не связана с осями пирамиды. Шай и Хайсс составили таблицу, где приводятся все возмож­ные варианты симметрии.

Последняя категория, «показатель уровня формы», основывается на охвате трех типов формы, обнаруженных в каждой совокупности трех пирамид. Показатель составляет шкалу из семи пунктов, разделенную от О до 6, и получается благодаря приписыванию 0 каждому С-паттерну, 1 каждому L-паттерну и 2 каждому S-паттерну.

Далее вы поймете, что анализ информации, полученной при про­ведении Теста цветной пирамиды, по своей сложности приближается к анализу теста Роршаха. Также станет очевидно, что относительно мало внимания уделяется оттенкам, особенно в случае с красным, где самый темный оттенок ('Red 4': оценка Мюнселля 2,5 RP 2/8) гораздо больше похож на темно-коричневый или темно-пурпурный. Шай и Хайсс отме­чают, что факторные исследования обращают внимание на важность положения континуума светлый—темный, но основные принципы ин­терпретации, не менее, чем принципы оценки, мало обращаются к от­дельным оттенкам.

^ НОРМЫ И ИНТЕРПРЕТАЦИЯ

Несмотря на явно холистический подход, который Тест цветных пирамид разделяет с известными проективными методиками, ее авторы утверждают, что он также подходит и для статистического описания личности. Тенденции развития можно также проследить с помощью исполь­зования экстенсивных таблиц, где указаны нормативные стены. Они были основаны на случаях 75 мальчиков и 75 девочек 6—8 лет, а позже на случаях 50 мальчиков и 50 девочек 17—18 лет. Выработаны также нормы на 300 взрослых немцах. Учтены такие переменные, как выбор оттенка, выбор цвета, «синдромы» и формула последовательности отдельно для каждой красивой и некрасивой пирамиды. В дополнение приводятся нор­мы D-баллов для оттенка, цвета и последовательности отдельно для маль­чиков и девочек от 6 до 18 лет.

Нам кажется, самое время отметить, что во всех источниках очень мало говорится о разнице между «красивой» пирамидой и «некрасивой» пирамидой, хотя система D-баллов, конечно же, предназначена для того, чтобы пролить свет на эту разницу. Нужно также отметить, что задание построить «некрасивую» пирамиду — это нововведение с 1955 г., а все работы, проведенные до этого времени, включая развитие Хайссом ос­новной идеи Пфистера, имеют дело только с «красивыми» пирамидами. Шай и Хайсс опубликовали описание разницы между «красивыми» и «не­красивыми» пирамидами на трех страницах, где они выразили следующее:

«От нормально функционирующего человека, который вниматель­но выслушал инструкцию, ожидается, что его стеновые оценки, если их сравнить с соответствующим нормативом, должны сохранять костнантность от одной инструкции к другой. Но это не всегда так...»

Почему питаются такие ожидания совсем не ясно, и авторы про­должают выдвигать гипотезы; например, что красивая пирамида пред­ставляет собой «внешнюю» или «активную» личностную структуру, тог­да как некрасивая связывается со всем скрытым или «содержащимся в резерве». По-видимому, это не соответствует смыслу термина «сумма уклонений», который используется в формуле последовательности, ког­да из некрасивой пирамиды исключается предпочитаемый цвет. И на­оборот, «константный» выбор цвета для некрасивой пирамиды, по-ви­димому, предполагает отказ от того, что бы этот цвет ни означал.

Для использования различных паттернов формы оценки не указы­ваются, приводится их процент встречаемости среди взрослого населе­ния. Встречаемость основных типов: С — 20%, L — 28%, S — 52%. Вообще считается, что С-паттерны характерны для незрелых личностей; L-пат-терны отражают расчлененность внутреннего опыта и ригидность; S-пат-терны, судя по процентному соотношению, являются «модальной реак­цией хорошо приспособленных взрослых». Определенные типы конф­ликтов или других проблем иногда связывают с подтипами S-категории. Дальнейшие исследования, проведенные Шаем, с использованием только красивых пирамид, подтвердили выдвинутое им предположение, что уровень формы растет вместе с возрастом и что пациенты психиатричес­ких клиник и преступники имеют более низкий уровень формы по срав­нению с нормальными индивидами того же возраста.

Заслуживает особого упоминания С-паттерн под названием «рва­ный ковер». Свое имя он получил из-за присутствия в рисунке «ковра»

белых квадратов, которые никак не гармонируют со структурой, которая могла бы быть различимой. Говорится, что это довольно редкое явление, которое неизбежно является показателем личностных нарушений.

Некоторые идеи интерпретации особых выборов цвета вы найдете в таблице 6, в которой сравнивается атрибуция «значений» цветов, взя­тых из различных источников. В стандартной литературе о методике «Цвет­ная пирамида» Пфистер осуждается за то, что его интерпретации выбо­ров цвета основывались на интуиции и фольклоре. Однако оказывается, что атрибуции Пфистера очень схожи с теми, что получил Хайсс и его коллеги, используя теоретическую модель, основанную на концепциях потенциала возбуждения, тонусной оценке и аффективном содержании. Была утверждена конструктная валидность по экспериментальным обра­щениям с аффектом, используя стимулирующие и галлюциногенные препараты, и в свете корреляций с оценками 16-факторного опросника. Данные о совпадающей валидности из исследования различных диагно­зов психиатрических групп признаются как «нечто неясное», но утверж­дается, что предпочтение коричневого, пурпурного или белого является возможным симптоматическим показателем.

Шай и Хайсс также приводят результаты анализа дискриминантных функций, направленного на предсказание оценок каждого из 22 признаков в «области нормальных черт» Кэтелла на основе: 1) «оттеночных оценок», 2) оценок «цвета» и «последовательности» и 3) D-оценок. Под «оттеночными оценками» понимаются стеновые оценки, соответ­ствующие количеству выборов определенного оттенка, отдельно для кра­сивых и некрасивых пирамид; таким образом, существует 48 «оттеночных оценок» и соответственно 48 предсказывающих переменных. Так же дело обстоит и с «оценками цвета» (20 «оценок» и 20 предсказывающих переменных). «Оценки последовательности» показывают количество цве­тов, характерных для каждой позиции в «формуле последовательности»; опять же здесь красивые и некрасивые пирамиды рассматриваются по отдельности. D-оценки подразумевают «D-оттенок» — из общего числа использованных оттенков, они также переведены в стены.

Все имеющиеся корреляции высоки — до 0,99. Авторы признают, что достаточно большое количество предсказательных переменных (по отношению к количеству тестируемых в каждой группе) могут представ­лять некоторые ложные переменные.

Возвращаясь к другим аспектам интерпретации, можно немного поработать с цветовыми синдромами. Нормальный синдром (Nsyn) гово­рит почти полностью сам за себя. Состоит он из наиболее часто исполь­зуемых цветов: красного, зеленого и синего; эти же цвета чаще всего избираются и в тесте Люшера. Считается, что высокая оценка по нор­мальному синдрому свидетельствует о конформности, а низкая — об индивидуализме и «пониженном контроле». Синдром стимуляции (Syn) основывается на «сильно возбуждающих» цветах: красном, оранжевом и желтом, и связывается с экстраверсией, так же как и в тесте Роршаха. Агрессивный (драйв) синдром (Dsyri) гораздо сложнее описать, основы­ваясь на входящих в него цветах — желтом, зеленом и коричневом, но

его интерпретация опять же определяется его названием. Ахроматичес­кий синдром (Asyn), как и стимулирующий синдром, имеет аналогии в тесте Роршаха. Белый, серый и черный — это те цвета, которые выбира­ются наиболее редко, поэтому данный синдром связывается с патологи­ей в смысле статистики, также считается, что он является показателем торможения, вытеснения или «отказа». Шай и Хайсс еще добавляют «Син­дром спутанности» (Tsyn), подразумевающий чрезмерное предпочтение какого-либо из цветов, что они считают отражающим эмоциональное или какое-то другое расстройство. Однако следует заметить, что «спутан­ный» синдром отличается от других синдромов тем, что он не имеет конкретных цветов и что он может быть только «высоким», тогда как все протоколы методики цветовой пирамиды могут быть оценены по другим синдромам.

Чрезмерное использование (или полное уклонение) одного или более цветов также будет видно в формуле последовательности. Несмот­ря на то что нормативные стены для формулы последовательности даны на основе отдельных «сумм» (то есть позиций в самой формуле), интер­претация основывается в основном на учете общего паттерна. Здесь опять же принципы анализа слишком сложны, чтобы разбирать их в этой кни­ге, но главные концепции — это ширина цветового выбора и выражен­ность тенденции к переменам. А те области личностного функциониро­вания, с которыми они связываются, — это в широком смысле эмоцио­нальная реактивность и эмоциональный контроль.

Мы уже упоминали о важности различных категорий (или паттер­нов) формы для интерпретации, включая индекс уровня формы. Ничего не было сказано об интерпретации D-оценок, и, действительно, в стан­дартных текстах, как ни странно, не упоминается об этом ничего опре­деленного. Мы говорим «как ни странно», потому что если задание на создание «некрасивых» пирамид и вносит что-нибудь в процедуру, кро­ме дополнительной информации того же типа, что и «красивые» пира­миды, то, по-видимому, D-оценки, а не сырые оценки данного зада­ния, будут связаны как раз с тем, в чем мы будем искать этот самый вклад. С другой стороны, различные испытуемые имеют свое понятие термина «некрасивый», так что, возможно, совсем неразумно ожидать, что должно появиться стандартное объяснение D-оценок.

Для того чтобы этот момент стал понятен (как и все остальные), читателю предлагается, прежде чем продолжить дальнейшее изучение, провести Тест цветных пирамид на самом себе. Материал относительно недорогой; а в отсутствии подлинного материала можно обойтись бу­мажными квадратиками десяти «цветов» (то есть проигнорировать «от­тенки»). В крайнем случае можно даже воспользоваться цветными каран­дашами и раскрашивать сами пирамиды, но необходимо заметить, что в таком случае произойдет довольно значительное уклонение от первона­чальной процедуры, которая предусматривает возможность изменений положений каких-либо цветов пирамиды, если испытуемый ею недово­лен. В любом случае читатель может затем произвести оценку по образцу, содержащемуся на схеме 1.





оставить комментарий
страница17/26
Дата07.12.2011
Размер8.06 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   ...   26
отлично
  2
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2014
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх