О. Л. Лейбович, доктор исторических наук, профессор icon

О. Л. Лейбович, доктор исторических наук, профессор


2 чел. помогло.

Смотрите также:
«Пушка»
Программа дисциплины этнология Цикл гсэ специальность: 02. 07. 00. История...
И. Р. Чикалова (главный редактор); доктор исторических наук, профессор...
«Слово о полку игореве» в свете подлинного историзма...
C тановление и развитие аптечной службы в россии в ХVI начале ХХ вв...
C тановление и развитие российской фармации в ХVI начале ХХ вв...
Методические рекомендации по курсу историография истории россии для студентов...
Н. И. Платунов доктор исторических наук, профессор, г. Брянск > Н. И...
Академик раен, доктор исторических наук, профессор...
Учебное пособие Ижевск 2007 удк 21(07) ббк 86. 212. 01 Я7...
Региональная общественная организация ученых...
Региональная общественная организация ученых...



страницы: 1   ...   21   22   23   24   25   26   27   28   ...   95
вернуться в начало
скачать

№ 50
Письмо П.Е. Мальцева3 родным
в д. Усть Пожва Чермозского района Молотовской области
об условиях его жизни после возвращения из плена



18 января 1947 г.

г. Сталинград


18го I/47 г.

Привет из Сталинграда!

Добрый день, здравствуйте, мои дорогие мамаша, братик Гаврил, сестры Нина и Огруня и Верона. Шлю я вам свой сердечный привет и желаю всего наилучшего [в] вашей жизни.

Во-первых, я хочу вам сообщить, что я получил письмо 18 I/47 г., за которое сердечно благодарю. Я прочитал ваше письмо. И вы живете неважно, но хотя у вас есть картошка, зато хорошо. Может, как-нибудь проживете зиму, а весной будет лучше.

А у нас [в] Сталинграде жизнь очень стала плохая: все дорого, насчет продуктов очень трудно. Я вам писал в одном письме, [что] мука один пуд стоит 1200 руб. Вот такая цена у нас: булка хлеба полтора килограмма стоит 85,90 руб. Но я хлеб не покупаю, только живу на пайке1 … Полкило сахару, шестьсот грамм растительного масла – и вот и мой паек на месяц. Этого пайка только хватает самое большее на 10 дней. Остальные 20 дней зубы вешал на крючок. Если с базару питаться, то нужно много денег. Но, браток, я еще ноги волочу немного. Не знаю, что дальше будет. У нас уже много [человек] опухли, 4 человека померли с нашего брата. Если переживем эту зиму, то будем долго жить и помнить 47 г. Дорогой братик, вы на меня не обижайся, что я вам не помогаю деньгами. Я очень мало зарабатываю. [В] последний месяц декабрь заработал 320 руб., и вот мой заработок.

На этом писать кончаю. Пока до свидания. Остаюсь жив, здоров, и того и вам желаю. И жму крепко руку от Шуры. Я письма не получаю, а домой нас не распускают2

Пиши ответ. Жду как соловей весны.

Д. 3023. Л. 12 – 12 об. Подлинник. Рукопись.

22 июля 1941 г.

№ 51
Из протокола допроса С.К. Поносова3,
рядового 51 го стрелкового полка 112 й стрелковой дивизии,
в Пермско Ильинском РО МГБ Молотовской области



30 марта 1948 г.

с. Ильинское

Пермско-Ильинского района

Молотовской области


Я, нач. Перм[ско]-Ильинского РО МГБ лейтенант Овчинников, допросил:

Поносов Степан Кузьмич, 1914 года рожд., урож. д. Королево Богородского с/сов. П[ермско]-Ильинского р-на Молот[овской] обл., образов[ание] 4 кл., б/п, русский, не судим, работает шофером П.-Ильинского райпромкомбината, проживает [в] с. Ильинское, Октябрьский переулок, [д.] № 10.

Об ответственности за ложное показание предупрежден по ст. 95 УК РСФСР

^ Поносов

Вопрос: Когда и каким РВК вы были призваны в РККА?

Ответ: Я был мобилизован в Советскую Армию 23 июня 1941 года П.-Ильинским РВК.

Вопрос: Где проходили военную службу в период нахождения в Советской Армии до немецкого пленения?

Ответ: Вначале я был направлен в гор. Молотов, 51-й стр. полк, 112-й стр. дивизия, с которой сразу же был направлен под г. Витебск. В этой дивизии я служил до 22 июля 1941 года, в этот день я и попал в плен.

Вопрос: При каких обстоятельствах вы попали в плен?

Ответ: Под городом Невель 22 июля 1941 года наша дивизия попала в окружение к немцам. При попытке выйти из окружения, в котором мы находились около 10 суток, немцы нас пленили.

Вопрос: Расскажите подробно, где находились в плену и чем занимались?

Ответ: Как только я попал в плен, нас сразу направили в г. Себеж, там пробыли дней пять, там погрузили в вагоны и направили в Литву в г. Каунас. Тут мы только сделали пересадку из вагона в вагон на другой поезд и направили [нас] в Восточную Пруссию в г. Рибендроба. Туда мы прибыли в конце августа 1941 года. Там нас поместили в лагерь военнопленных, и находились [мы там] до января 1942 года. В этом лагере ничего не делали, на работы почти не посылали. В этом лагере я заболел тифом, и нас, тифозных, в количестве 12 тысяч направили в Литву в гор. Станислав1 и поместили в лагерь в землянки. И там я пролежал до мая месяца 1942 года. [Потом] из нас отобрали 250 человек, которые уже выздоровели. Нас направили в гор. Тильзит (Германия) и поместили в лагерь. Тут я прожил до августа 1942 года.

Из этого лагеря мы двое с товарищем, [которого звали] Ниронов Григорий, 1918 года рождения, совершили побег и дошли до гор. Тавроги. Там нас задержала немецкая полиция и снова направила в г. Тильзит. За этот побег [нам] дали по 14 суток карцера. После отбытия наказания направили в штрафной лагерь Алленштейн, центральный лагерь Восточной Пруссии, и тут я пробыл почти всю зиму.

И к весне 1943 года нас в количестве 10 человек направили на работу к помещику на полевые работы. Оттуда мы с этим же Нироновым снова совершили побег и, пройдя километров 20, нас снова задержали и направили в штрафной лагерь г. Кенигсберг, отбыв за этот побег 30 суток. В этом лагере я пробыл до конца февраля или начала марта, точно не помню, 1944 года. В этом лагере на работу нас никуда не направляли, как штрафников.

В марте месяце 1944 года нас, штрафников, в количестве 250 человек направили в Вост[очную] Пруссию на рытье дзотов, и пробыли мы тут до 5 мая 1944 года. И в этом месте войска Советской Армии нас освободили.

Вопрос: Вы допрашивались немецкими властями?

Ответ: Да, сразу же после пленения нас допрашивали, интересуясь, какие машины находятся на вооружении Советской Армии, какой системы. Я об этом им ничего не говорил, отвечая, что машины вами взяты, и они у вас на лицо, а других машин я не знаю.

Вопрос: Где находились после освобождения вас из плена?

Ответ: После освобождения нас направили в тыл Сов. Армии, заменили одежды, сделали санобработку и тогда направили на фильтрацию контрразведки. После фильтрации зачислили в Советскую Армию, и меня зачислили в 735-ю стр. бриг. шофером. В ней я пробыл до января 1945 года, потом перевели в военную комендатуру шофером в г. Штелькмюнде, потом переехали в г. Фельдберг. И в этой комендатуре я прослужил до дня демобилизации, т. е. [до] 10 декабря 1945 года. […]1

Протокол с моих слов написан верно, мне прочитан вслух, к сему подписуюсь

^ Поносов


Допросил: Нач. П.-Ильинского РО МГБ

лейтенант Овчинников

Д. 3813. Л. 3 – 4 об. Подлинник. Рукопись.

22 июля 1941 г.

№ 52
Протокол допроса Х.Ф. Бирюковой2, старшей медсестры
медико санитарного батальона 112 й стрелковой дивизии,
в отделе контрразведки «Смерш»
1 й Горьковской запасной стрелковой дивизии



6 февраля 1946 г.


Я, оперуполномоченной ОКР «Смерш» л-т Васильев, допросил бывшую военнопленную Бирюкову Христину Филипповну.

Об ответственности за дачу ложных показаний по ст. 95 УК РСФСР предупреждена

Бирюкова

Вопрос: Находясь в плену, Вы меняли свою фамилию, имя или отчество?

^ Ответ: Находясь в плену, я своей фамилии, имени и отчества не меняла. Биографические данные о себе показывала правильные.

Вопрос: Уточните обстоятельства Вашего пленения.

Ответ: В июле 1941 года 112-я стрелковая дивизия, в санбате которой я служила в должности старшей сестры приемо-сортировочного пункта, с боями отходила с территории Латвии. 20 июля 1941 года мы находились в районе города Невель Великолукской области. Начальник медсанбата военврач 2 ранга т. Коб1 собрал медперсонал и объявил 20 июля 1941 года, что дивизия находится в окружении. [Он] поставил задачу эвакуировать всех тяжело раненых бойцов и офицеров, а самим выходить из окружения. 22 июля 1941 года при отходе примерно в 14 километрах от г. Невель мы были окончательно окружены немцами и взяты в плен.

Вопрос: Где Вы находились и чем занимались, будучи в плену?

Ответ: После пленения меня и медсестру Ульянову Феклу вместе с ранеными бойцами и офицерами, находящимися в нашем медсанбате, доставили на автомашинах в г. Пустошка Калининской области и поместили в лазарет для военнопленных, где я работала по обслуживанию раненых. 4 августа 1941 года в составе 350 – 400 человек раненых вместе с медперсоналом, в том числе и я, были отправлены эшелоном в г. Каунас (Литва). Здесь нас также поместили в лазарет для военнопленных, где я работала медсестрой хирургического отделения.

23 или 25 августа 1941 года меня и Ульянову из лазарета забрали и под конвоем отвели в лазарет для немецких раненых солдат в этом же городе. Нас заставили работать в качестве уборщиц. Помещались мы в отдельной комнате, которая на ночь замыкалась. Позднее в этот лазарет для работы в кочегарке стали приводить двух советских военнопленных – Соколаева Павла и Гавриш Григория. Мы стали готовиться к побегу. Через жену командира Красной Армии, которая нас навещала, достали гражданскую одежду, и 23 октября 1942 года [мы] четверо бежали из лазарета.

Вопрос: Работая в немецком лазарете, Вы получали заработную плату и в каком размере?

^ Ответ: Заработную плату в немецком лазарете я не получала.

Вопрос: Продолжайте Ваши показания.

Ответ: В побеге вместе с Соколаевым Павлом, Гавриш Григорием и Букасточкиной Антониной (фамилия ее не настоящая, а измененная, настоящей фамилии ее я не знаю) я находилась до 4 ноября 1942 года. 4 ноября 1942 года около ст. Сморгони мы были задержаны литовской полицией и обратно доставлены в г. Каунас, где через два дня, после допросов в гестапо, [нас] посадили в тюрьму.

Вопрос: При вызове на допросы в гестапо какие Вам задавали вопросы, какие Вы дали показания?

Ответ: На допросе меня спрашивали о моих биографических данных, а главный вопрос, что они добивались, где и как мы достали гражданскую одежду. Биографические данные о себе я давала правильные; в отношении приобретения гражданской одежды я показывала, что таковую мы украли у литовцев. Все три допроса были повторением и попыткой добиться от меня показаний, где была приобретена одежда, и кто содействовал побегу.

Вопрос: Продолжайте Ваши показания.

Ответ: В тюрьме меня держали до 4 декабря 1942 года, после чего всех четырех нас перевели в лазарет военнопленных, где я работала медсестрой. 28 июня 1943 года весь женский медсостав в количестве 23 человек перевезли в г. Вильно и поместили за отказ работать в швейных мастерских в тюрьму, где [я] находилась до 6 мая 1944 года. Нас привлекали на различные черновые работы. 6 мая 1944 [г.] меня и одного врача – Некрасову Зою Васильевну – направили в концлагерь [в] м-ко Самонини в 50 километрах от города Каунас. Я работала в качестве медицинской сестры на амбулаторном приеме в лагере военнопленных, работавших на торфоразработках.

18 июля 1944 г. нас доставили в г. Бад-Орб (Германия), так как в это время к Каунасу подходили части Красной Армии. Я работала в лазарете сестрой терапевтического отделения. 15 сентября 1944 года меня и двух еще женщин – Некрасову Зою Васильевну, Коровникову Валентину – вывезли в г. Ганау, где также [я] работала в лазарете в должности медсестры и два с половиной месяца болела. При бомбежке города Ганау я и военнопленный Сидоров Иван и в/врач Некрасова сбежали из лазарета. После побега мы скрывались в лесу до 31 марта 1945 года, когда нас освободили американские войска.

Вопрос: Где Вы находились и сколько времени проживали на территории, занятой американскими войсками?

Ответ: На территории, занятой американскими войсками, я проживала в г. Ганау с 1 апреля по 15 апреля, в г. Фульда – с 18 апреля по 3 июня 1945 года на сборных пунктах советских граждан.

Вопрос: Находясь в плену, в каких Вы состояли партиях или группах?

^ Ответ: Ни в каких партиях или группах я не состояла.

Вопрос: Вам предлагали вступить на службу в немецкую армию или РОА?

Ответ: Мне лично вступить в немецкую армию или РОА не предлагали.

Вопрос: Кого Вы знаете из предателей и изменников Родине и немецких пособников?

^ Ответ: Назвать фамилии лиц, пособничавших немцам, не могу, так как не помню их фамилии.

Вопрос: Что Вы можете дополнить к своим показаниям?

Ответ: Дополнить к своим показаниям я больше ничего не могу.

Протокол с моих слов записан правильно и мне зачитан

Бирюкова1


Допросил: оперуполномоченный ОКР «Смерш» 1-й ГЗСД

лейтенант Васильев

Д. 1270. Л. 2 – 4. Подлинник. Рукопись.

23 июля 1941 г.




Скачать 11,72 Mb.
оставить комментарий
страница25/95
Дата02.12.2011
Размер11,72 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   ...   21   22   23   24   25   26   27   28   ...   95
отлично
  7
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх