Семантико-стилистические особенности антропонимикона пьес н. В. Гоголя и а. П. Чехова 10. 02. 01. русский язык icon

Семантико-стилистические особенности антропонимикона пьес н. В. Гоголя и а. П. Чехова 10. 02. 01. русский язык


Смотрите также:
Задачи: Рассмотреть особенности применения такого средства создания художественного образа...
Семантико-прагматический потенциал некодифицированного слова в публицистике постсоветской эпохи...
Культурологические аспекты перевода македонской драмы на русский язык (на материале пьес Горана...
Тест по творчеству А. П. Чехова Часть А...
Конспект урока практикума русского языка в 4-ом классе по учебнику А. В...
Учебно-методический комплекс по дисциплине...
Учебно-методический комплекс для студентов II III курсов филологического факультета по...
Городская научно-практическая конференция «Поиск и творчество» Лингвистические особенности...
Предметный курс «Русский язык». Авторы: В. Г. Горецкий,В. А. Кирюшкин, Л. А...
Программа вступительного экзамена в магистратуру направление подготовки...
Наименование программы, автор Вкаких классах реализуется Русский язык...
Билет Современный русский язык это национальный язык великого русского народа...



Загрузка...
скачать
На правах рукописи




ДОНЧЕНКО АНАСТАСИЯ СЕРГЕЕВНА


СЕМАНТИКО-СТИЛИСТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ АНТРОПОНИМИКОНА ПЬЕС Н.В. ГОГОЛЯ И А.П. ЧЕХОВА


10.02.01. – русский язык


Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук


Москва

2011

Работа выполнена на кафедре современного русского языка

Московского государственного областного университета


Научный руководитель: Халикова Наталья Владимировна,

доктор филологических наук, доцент

(Московский государственный

областной университет)

Официальные оппоненты: Королёва Инна Александровна,

доктор филологических наук, профессор

(Смоленский государственный университет)


Ковина Тамара Павловна,

кандидат филологических наук, доцент

(Московский государственный

технический университет «МАМИ»)


Ведущая организация Екатеринбургский государственный педагогический университет


Защита состоится «10» ноября 2011 г. в 13.00 часов на заседании диссертационного совета Д. 212.155.02 по защите докторских и кандидатских диссертаций (специальности: 10.02.01 – русский язык, 13.00.02 – теория и методика обучения и воспитания [русский язык]) при Московском государственном областном университете по адресу: 105005, г. Москва,

ул. Ф. Энгельса, д. 21-а.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского государственного областного университета по адресу: г. Москва, ул. Радио,

д. 10-а.

Автореферат разослан «26» сентября 2011 г.


Ученый секретарь

диссертационного совета

доктор филологических наук

профессор Леденёва В.В.


^ ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ


Настоящая работа посвящена исследованию собственных имён в пьесах Н.В. Гоголя и А.П. Чехова, в творчестве которых наблюдается жанровое единство текстов и сходство идейно-тематического содержания художественных образов. Имя собственное является одним из средств, создающих художественный образ. Оно обладает ярко выраженной экспрессией, скрытыми ассоциациями, воздействует своим особым звуковым обликом и отражает социальный статус персонажа, передаёт национальный колорит и историческую эпоху. Говоря другими словами, имя как знак и как символ имеет высокий семантический, прагматический и функциональный потенциал.

Выбор темы обусловлен повышенным вниманием современного языкознания к проблемам литературной ономастики. Актуальность настоящего исследования можно определить следующими фактами:

  • имя собственное в данной работе рассматривается с точки зрения углублённого изучения художественного текста как полифункционального феномена, имя выступает в тексте в качестве самостоятельного способа передачи эстетического содержания;

  • возрастающим интересом в современной лингвистике к языку художественной литературы (в том числе указанных выше авторов, творчество которых является эстетическим образцом и лингвокультурным феноменом);

  • употребление имени собственного в художественном тексте претерпевает изменения. Пьеса как жанр литературы всегда сохраняет язык времени, содержит отражение действительности, стереотипов мышления, что актуально на современном этапе, где в центре языкового пространства находится человек.

Объектом изучения данного диссертационного исследования являются антропонимы (имена, отчества, фамилии, прозвища и псевдонимы) в языке драматургических произведений Гоголя и Чехова. В работе используется термин имя собственное применительно к антропониму. Предметом исследования являются семантико-стилистические особенности антропонимов в пьесах Гоголя и Чехова. Материалом исследования послужили антропонимы, отобранные путём сплошной выборки из пьес Н.В. Гоголя и А.П. Чехова. Проанализировано 987 антропонимических единиц в количестве 2 312 употреблений.

^ Цели и задачи работы. Основная цель диссертационного исследования заключается в определении специфики имён собственных в пьесах Гоголя и Чехова путем выявления их функций и описания семантико-стилистических особенностей.

Поставленная цель предполагает решение следующих задач:

  1. установить методику современного антропонимического анализа;

  2. провести комплексное описание антропонимов в драматургических произведениях Н.В. Гоголя и А.П. Чехова;

  3. определить семантические и стилистические особенности имён собственных;

  4. охарактеризовать особенности функционирования имён собственных в драматургии Н.В. Гоголя и А.П. Чехова;

  5. установить, каким образом имя собственное участвует в создании художественного образа персонажа;

  6. выявить роль имени собственного в выражении авторского замысла, идиостиля каждого писателя.

Для выявления функционально-семантических особенностей антропонимов пьес Н.В. Гоголя и А.П. Чехова в работе использованы общепринятые в лингвистике и ономастике методы исследования, в том числе метод комплексного анализа текста, структурно-семантический, статистический и стилистический методы.

В основе работы лежит гипотеза: имя собственное в художественном тексте – полифункциональный языковой феномен, исследуя который можно постичь языковую личность писателя.

^ Научная новизна работы определена целями и задачами и заключается в следующем:

  1. Впервые проведён сравнительно-сопоставительный анализ антропонимов пьес Н.В. Гоголя и А.П. Чехова.

  2. Определена роль имён собственных в создании художественного образа и реализации художественного замысла автора посредством комплексного анализа.

  3. Предложен «метод ономастического прочтения текста» для выявления функционально-семантических особенностей антропонимов пьес Н.В. Гоголя и А.П. Чехова.

^ Метод ономастического прочтения текста предполагает изучение языковой личности писателя посредством исследования особенностей употребления антропонимов в художественных произведениях. Имя собственное в рамках художественного произведения приобретает особое значение. Более того, когда произведение достигает широкой известности, то ряд имён собственных переходит в разряд субститутов, т.е. подменяет собой какую-либо характеристику (возраст, социальное положение, черту характера или их совокупность, профессию и т.д.).

Данное исследование опирается на основные достижения в области ономастики, в том числе литературной, которые представлены следующими именами: Л.И. Андреева, С.Д. Балухатый, А.А. Белецкий, В.Д. Бондалетов,

Н.В. Васильева, Ю.А. Карпенко, Л.И. Колоколова, И.А. Королёва, М.А. Кронгауз, Э.П. Магазаник, Н.В. Никитиной, В.А. Никонов, А.В. Суперанская, В.И. Супрун, О.И. Фонякова и др.

^ Теоретическая значимость исследования заключается в возможности использования его результатов для дальнейшего развития литературной ономастики и осмысления художественно-стилевых доминант творчества Н.В. Гоголя и А.П. Чехова. Практическая ценность исследования заключается в возможности использовать его результаты при разработке курсов, посвящённых: проблемам лексикологии, ономастики; анализу художественного текста, языка художественной литературы; истории языка художественной литературы. Материалы исследования можно применять в курсе средней школы при изучении творчества Гоголя и Чехова на уроках литературы.

^ Положения, выносимые на защиту:

  1. Имена собственные, являясь полифункциональным феноменом текста, воплощают идейно-художественный замысел произведения. Выбор имени собственного зависит от жанра произведения. Так как имя собственное выполняет несколько функций (характеризующую, репрезентативную, указания на социальную и национальную принадлежность, усиления комической ситуации, иронической характеристики, гиперболизации, социального обличения, воссоздания исторического колорита эпохи), оно выбирается и конструируется автором.

  2. Номинация персонажа в произведениях Н.В. Гоголя и А.П. Чехова как особый вид творчества составляет основу его семантико-стилистической системы. Имятворчество всегда связано с обновлением семантической структуры слова, даже с появлением новых значений и новых образований. Имя в тексте художественного произведения приобретает иное значение, отличное от значения, которое ему придаётся в обычной жизни, оно приобретает «индивидуально-художественное значение» (термин О.И. Фоняковой). Формирование этого индивидуально-художественного значения происходит за счёт взаимодействия имени собственного со всеми текстообразующими элементами. В результате взаимодействия возникают соотношения: имя и характер персонажа, имя и событие, имя и социальный тип, имя и время, имя и национальная принадлежность.

  3. Антропонимы являются знаком выражения не только авторского отношения к персонажам, но и описываемой в произведении реальности.

  4. Н.В. Гоголь и А.П. Чехов используют одинаковые по структуре антропонимы, однако каждый из них имеет различную функциональную направленность и эмоциональную окраску, ориентированную на достижение творческих целей и задач автора.

  5. Жанр произведения во многом определяет подбор антропонимов. В комедиях Н.В. Гоголя и водевилях А.П. Чехова отмечено употребление апеллятивно мотивированных антропонимов, среди которых выделены передающие прямое и переносное значение апеллятива. Наряду с экспрессивно насыщенными антропонимическими вариантами авторы используют и стилистически нейтральные именования. В пьесах позднего периода творчества А.П. Чехова апеллятивно мотивированные антропонимы либо отсутствуют вовсе, либо носят автологическую мотивацию, основанную на ассоциациях. Драматург при назывании своих персонажей внимательно следит за благозвучием и звуковой сочетаемостью имени и отчества с фамильным антропонимом.

^ Апробация работы. Основные положения диссертации изложены в 6 научных статьях, в том числе в издании списка ВАК.

Структура работы. Диссертационное исследование состоит из введения, четырёх глав, заключения и библиографического списка.


^ ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ


Во Введении определяется актуальность исследования, его предмет и объект, описываются источники и материал, методы, ставятся цели и задачи, указывается новизна, теоретическая и практическая значимость работы, ее апробация, формулируются основные положения, выносимые на защиту.

В первой главе «Имя собственное в системно-функциональном аспекте» рассматриваются основные общетеоретические вопросы ономастики: проблема специфики имени собственного в современной лингвистике; представлено основное отличие имени собственного от нарицательного, рассмотрены функциональные особенности имени собственного, изучена проблема выделения поэтической функции имени собственного.

На роль имени собственного в языке имеются различные точки зрения.

Э.М. Левина в работе «Ономастическое пространство в художественной речи» делает краткий экскурс в историю развития ономастики. В XIX веке споры об именах собственных велись по различным аспектам среди таких исследователей, как Дж. Локк, Джон Ст. Милл, Х. Джозеф и др. В процессе этой дискуссии было высказано немало как однозначных, принятых многими учёными, так и совершенно противоположных мнений. Самой трудной задачей, которая стояла перед исследователями, было определить своеобразие значения имени собственного. Сложилось два противоположных подхода к пониманию имени собственного. Согласно первому, собственные имена не обладают конкретным значением, а являются своеобразными ярлыками, которые помогают узнавать и различать предметы между собой. Таким образом, имя – это всего лишь метка, которая ничего не обозначает, а выделяет объект среди других (Джон Ст. Милл). В основе второго подхода положено суждение о наличии у имени собственного значения (Х. Джозеф).

В ХХ веке проблема функционирования имени собственного в лингвистике продолжает интересовать ономатологов. В 1973 году вышел труд специалиста по философии языка Евг. Гродзиньского «Очерк общей теории имён собственных», в котором главная цель исследователя – определить реальное место собственных существительных в языке и их свойства, а также делается попытка определить, что же послужило для выделения имён собственных в языке.

Автор противоречит основному утверждению Дж. Ст. Милла и его последователей о том, что у собственного имени нет никакого значения. В качестве значения слова (как нарицательного, так и собственного) рассматривается мысль говорящего при употреблении слова, означающего предмет. Исследователь пришёл к выводу: если само слово нарицательное не охватывает индивидуальных свойств, то значение имени собственного их включает.

В семидесятые годы появилось несколько теоретических работ советских ономатологов. Это работы А.А. Белецкого «Лексикология и теория языкознания (ономастика)» (Киев, 1972), А.В. Суперанской «Общая теория имени собственного» (М., 1974), В.А. Никонова «Имя и общество» (М., 1974).

В.А. Никонов в своей работе отмечает закономерности развития собственного имени. Уделяя особое внимание социальности собственных существительных, их исторической обусловленности, исследователь считает, что на выбор имени собственного большое влияние оказывает общество, его традиции и национальная культура. А.А. Белецкий в работе «Лексикология и теория языкознания (ономастика)» основное различие между именами собственными и нарицательными определяет в функции, которую они выполняют. Так, за именами собственными закрепляется функция индивидуализации, за нарицательными – функция классификации.

Ю.А. Карпенко, рассматривая разницу между именами собственными и нарицательными, связывает нарицательное существительное с понятием, собственное – с представлением и приходит к выводу, который был сформулирован советским языковедом А.А. Реформатским, что собственные имена выполняют номинативную функцию, нарицательные – семасиологическую.

В своих изысканиях мы придерживаемся взглядов В.А. Никонова о социальности имени собственного, отражающего традиции и национальную культуру общества.

Вопрос о функциях имени собственного является дискуссионным, в науке до сих пор нет единого списка функций. В настоящем диссертационном исследовании мы опираемся на точку зрения А.В. Суперанской, которая под функцией собственного имени подразумевает своеобразную службу имени, роль, которую оно исполняет.

Одни учёные считают, что основная функция антропонима состоит в усилении семантики (Э.В. Николаева, Л.И. Андреева), другие утверждают, что имена собственные в произведении играют важную роль в раскрытии идейного замысла (Н.В. Черемисина, М.В. Карпенко). Каждый исследователь имени собственного приводит свою классификацию функций, но в большинстве своём функции, выделенные ономастами, совпадают. Общими функциями можно назвать номинативную, идентифицирующую, дифференцирующую.

Рассмотрев различные точки зрения на использование антропонимов в художественном произведении (Васильева Н.В., Андреева Л.И., Фролов Н.К.

и др.), мы пришли к выводу, что все функции между собой связаны, не могут рассматриваться отдельно друг от друга и направлены на реализацию идеи автора.

Художественное произведение является особым полем функционирования имени собственного. Выбор номинации в тексте произведения зависит от жанра и метода художественного изображения, композиции и идеи. В результате у каждого писателя зарождается свой ономастический мир, который наряду с другими средствами выражения стиля отражает художественные идеи автора. Посредством номинации создаётся представление о социальном, национальном, возрастном статусе именуемого. Антропоним в художественном произведении является неотъемлемым слагаемым стиля писателя и одним из средств, создающих образ персонажа.

Во второй главе «Имя собственное в драматургии Н.В. Гоголя» представлен лингвистический анализ пьес Гоголя с точки зрения функционирования имени собственного. Определены особенности употребления фамильных антропонимов, основные типы именований персонажей посредством имени и отчества и их функции, обозначена основная роль фиктивных именований.

Исследование функционирования имени собственного в литературном произведении – ключевой момент при использовании метода ономастического прочтения текста (термин введён нами). Номинация персонажа является доминирующим словом в произведении не только по частотности употребления, но и по многообразию семантических и стилистических особенностей.

Анализируя антропонимикон комедий Н.В. Гоголя «Ревизор», «Женитьба» и «Игроки», мы выделили две группы фамильных антропонимов, которые противопоставляются друг другу на уровне употребления в речи персонажей и в авторских ремарках: антропонимы апеллятивно мотивированные и апеллятивно не мотивированные. Под апеллятивно мотивированными антропонимами мы понимаем имена собственные, которые соотносятся с апеллятивом, апеллятив, в свою очередь, с понятием. Апеллятивно не мотивированные антропонимы прямо противоположны по своему значению первым. Группа апеллятивно мотивированных антропонимов представлена автологически мотивированными и металогически мотивированными антропонимами, которые противопоставляются по признаку мотивированности (проявления значения).

Автологически мотивированные антропонимы Ляпкин-Тяпкин, Хлестаков, Хлопов («Ревизор»), Жевакин, Кочкарев («Женитьба»), Утешительный («Игроки») передают прямое значение апеллятива.

В качестве примера рассмотрим антропонимический вариант Хлестаков, принадлежащий главному персонажу пьесы «Ревизор». В толковом словаре русского языка под редакцией Д.Н. Ушакова слово «хлесткий» означает «бойкий, шустрый, ловкий, залихватский»1. В Словаре коннотативных собственных имён Е. Отина зафиксировано следующее значение антропонима Хлестаков: «непомерный хвастун; человек, любящий пустить пыль в глаза»2. Именно таким предстает перед читателями данный персонаж, он быстро включается в ту социальную роль, которую для него приготовили, сами того не подразумевая, персонажи комедии.

Металогически мотивированные антропонимы Сквозник-Дмухановский, Земляника, Растаковский («Ревизор»), Подколесин, Стариков, Анучкин, Купердягина («Женитьба»), Ихарев («Игроки») передают переносное значение апеллятива. В связи с этим проанализируем антропонимический вариант Сквозник-Дмухановский, принадлежащий городничему. Так, в словаре В. Даля зафиксировано слово «сквозникъ», которое имеет следующее значение: «хитрый, зоркий умом, проницательный человек, пройдоха, опытный плут и пролаз» (это представляет одну часть двойной фамилии)3. Вторая часть антропонимического варианта усиливает все вышесказанное, в древнерусском языке было слово «дмухать» (дую, надуваешь). Именно последнее (надувать) и было характерно для персонажа, носящего данный антропоним. Уже в первой части фамилии Сквозник – дана полная характеристика городничего, который более всего озабочен тем, чтобы не пропускать того, что плывет в руки. Если поменять суффикс «ик» на «як» получается сквозняк, но не в прямом значении, а в переносном. Городничий «продувная бестия», а вторая часть усиливает данное значение, и получается, что городничий – «продувная бестия» в квадрате.

В группе металогически мотивированных антропонимов выделяются абсурдно мотивированные антропонимы: ^ Яичница, Дырка, Брандахлыстова, которые усиливают абсурдность данной ситуации. Создается ощущение, что эти антропонимы придуманы на ходу, а персонажи, ими называемые, ирреальны, они – фантомы чьего-либо сознания.

В группе апеллятивно мотивированных антропонимов особое место занимают качественно характеризующие (^ Хлопов, Пошлёпкина) и фонетически экспрессивные (Люлюков).

Для того чтобы антропоним сыграл свою роль в художественном произведении, существует достаточно много способов и безапеллятивной мотивированности. Два апеллятивно не мотивированных антропонима Добчинский, Бобчинский образуют единый компонент «антропонима-катамарана», т.е. два фамильных компонента обладают схожим фонетическим обликом и словообразовательной структурой, посредством чего автор указывает на нераздельность персонажей и одновременно на распространенность данного человеческого типа.

В ходе антропонимического анализа мы пришли к выводу, что характер персонажа можно определить не только через фамильный компонент, большую роль в этом играют имя и отчество. Обратимся к анализу имени и отчества персонажей, фамилии которых были рассмотрены выше, Бобчинский и Добчинский. Как именной компонент, так и патронимический указывают на распространённость подобных человеческих типов, а также на неразделённость героев (в нашем случае совместная их деятельность по распространению слухов). Пётр Иванович Добчинский и Пётр Иванович Бобчинский представляют собой единое целое. По сюжету комедии эти персонажи – городские сплетники, шуты и бездельники, которые всем нужны. В замечаниях для господ актёров автором дана такая характеристика: «оба низенькие, коротенькие, очень любопытненькие и чрезвычайно похожи друг на друга, оба говорят скороговоркою» 4. Можно с уверенностью сказать, что Гоголь добился эффекта сходства, используя имя собственное. В то же время в замечаниях для господ актёров можно прочитать и отметить отличия: «Добчинский немножко выше и серьёзнее Бобчинского, но Бобчинский развязнее и живее Добчинского»5. В данном случае проявляется всё мастерство Гоголя как драматурга. Ведь у каждого из его персонажей свой характер.

И всё-таки при этих отличиях Пётр Иванович Добчинский неотделим от Петра Ивановича Бобчинского, так как все «новости» они создают совместно. Разница в характерах вызывает у них дух соперничества, каждый из них стремится стать первым, кто поведает городу ту или иную новость.

Исследуя способы номинации действующих лиц посредством имени и отчества, мы определили, что Н.В. Гоголь использует таутонимы, «связанные» имена, редко и часто встречающиеся именные компоненты. Таутоним – тип антропонима с тождественным именем и отчеством. В качестве таутонимов нами выделены двухкомпонентные варианты Антон Антонович, Лука Лукич, Балтазар Балтазарович. Антропонимический вариант Лука Лукич указывает на социальную принадлежность персонажа, причём отчество усиливает эту принадлежность. Этот двухкомпонентный вариант выполняет социально-знаковую функцию. Таутоним Балтазар Балтазарович является антропонимической доминантой иноязычного происхождения, что акцентируется именем и отчеством (имя Балтазар заимствовано из ассирийского языка). В данном случае двухкомпонентная формула «имя и отчество» также выполняет функцию гиперболизации, тем самым усиливается негативная характеристика персонажа, связанная с фамильным антропонимическим вариантом. Фамилия этого персонажа Жевакин автологически мотивирована, такие антропонимы передают прямое значение апеллятива. В толковом словаре живого великорусского языка В. Даля слово «жевака» обозначает «жеванье, жевакать – жвакать, говорить одно и то же, мямлить как бы пережёвывая, т.е. человек, докучающий повтореньем одних и тех же острот и рассказов» 6. Это подтверждается тем фактом, что на протяжении всей комедии Жевакин рассказывает одну и ту же историю о том, как он служил на Сицилии.

Одна из особенностей использования имени собственного Н.В. Гоголем – называние неодушевлённого предмета по имени и отчеству. Среди именований пьесы «Игроки» нами выделена двухкомпонентная модель Аделаида Ивановна. Названные имя и отчество принадлежат неодушевлённому предмету, колоде карт, которая имеет в жизни своего хозяина большое значение.

При анализе пьесы «Игроки» были выявлены антропонимические варианты ^ Михал Александрович Глов и Александр Михайлыч Глов. По сюжету пьесы «Игроки» персонажи, которым принадлежат указанные антропонимы, находятся в родственных отношениях: отец и сын. Лишь в конце произведения со слов Глова мы узнаём, что эти именования не настоящие. В данном случае драматург для участников обмана совершенно логично использует фиктивные именования. Следует отметить, что для придания важности, значимости этим персонажам дано полное именование, т.е. в их именовании присутствует полная формула именования: имя, отчество, фамилия. К типу фиктивных именований нами отнесён также антропоним Псой Стахич Замухрышкин. Для того чтобы показать всю ситуацию обмана, автор прибегает к использованию фиктивных именований, которые могут быть семантически мотивированными (Замухрышкин) и стилистически нейтральными (Михал Александрович Глов, Александр Михайлыч Глов).

Для воплощения идейно-художественного замысла произведений кроме собственного имени самого персонажа Гоголь использует именования косвенно персонажные (Мишка, Маврушка, Дуняшка и др.) и неперсонажные (Цицерон, Соломон, Александр Македонский, Пушкин, Карамзин и др.), которые выполняют стилистическую функцию и являются средством воссоздания эпохи, определения характера и образа персонажа.

В третьей главе «Имя собственное в драматургии А.П. Чехова» проанализированы основные способы номинации действующих лиц в одноактных и многоактных пьесах. В ходе антропонимического анализа водевилей нами было отмечено употребление апеллятивно мотивированных и не мотивированных фамильных антропонимов с преобладанием первых. В группе апеллятивно мотивированных фамильных антропонимов выделены автологически (Апломбов, Нюнин) и металогически мотивированные (Змеюкина), контрастно характеризующие (Попова, Смирнов, Мерчуткина), абсурдные (Дымба, Бабельмандебский, Ять) и антропонимы, имеющие фонетическую мотивировку (Чубуков). Например, фамильный антропоним Нюнин автологически мотивированный, выполняет в тексте пьесы экспрессивно-эмоциональную функцию. В основе именования заложена явная расшифровка, раскрывающая перед читателем и зрителем нелицеприятные стороны его натуры и поведения. Нюнин является типичным представителем мелкочиновничьей среды, привыкшим к подхалимству, лёгким деньгам, умению вовремя угодить и извернуться там, где это выгодно. В толковом словаре под редакцией Д.Н. Ушакова зафиксировано слово «нюня» со следующим значением: «плаксивый, бесхарактерный человек»7 с пометой разговорный, пренебрежительный вариант, что полностью подтверждает наши предположения.

В многоактных пьесах преобладают апеллятивно не мотивированные фамильные антропонимы (^ Хрущов, Дядин, Войницкий, Телегин, Тузенбах). Однако мы выделили варианты, у которых, на наш взгляд, ассоциативная природа антропонима (Лопахин, Заречная, Солёный, Дорн, Серебряков).

Например, фамильный вариант Серебряков является мотивированным только на ассоциативном уровне; по своему благородному звучанию усиливает образ пожилого, уважаемого профессора. Ассоциативные имена, которые своей графической и звуковой формой вызывают у читателя различные ассоциации, уточняют и углубляют характеристику персонажей. Антропонимы выполняют экспрессивную функцию. Употребление апеллятивно мотивированных фамильных антропонимов отмечено в единичных случаях (Аркадина, Гаев, Астров).

Анализируя способы номинации действующих лиц посредством имени и отчества, мы определили, что А.П. Чехов использует таутонимы с усеченным суффиксом: Семён Семёнович Медведенко («Чайка»), Илья Ильич Телегин («Дядя Ваня»), Василий Васильевич Солёный («Три сестры»), Иван Иванович Орловский и Илья Ильич Дядин («Леший»). Использование таутонимов Чеховым есть показатель преемственности именования сына от отца.

Ещё одна из особенностей употребления имени и отчества – стилистически нейтральные варианты, которые в сочетании с фамильным компонентом выполняют эмоционально-экспрессивную функцию (Настасья Тимофеевна Мерчуткина, Татьяна Алексеевна Змеюкина, Наталья Степановна Попова, Харлампий Спиридонович Дымба). Рассмотрим в качестве примера антропонимический вариант Мерчуткина Настасья Фёдоровна. Фамильный вариант Мерчуткина контрастно характеризующий. В ходе анализа данного антропонима мы выделили в его составе два корня -мер и -чут. Обратившись к семантике этого антропонима, получили сочетание «чувствующая меру». Однако героиня пьесы «Юбилей» ведёт себя прямо противоположно нашей мотивировке. Так, по сюжету произведения Мерчуткина Настасья Фёдоровна в своей наглости и настойчивости переходит все границы, не слышит никого вокруг себя, преследует только личную выгоду. С уверенностью можно сказать, что героиня совершенно не чувствует меры.

Таким образом, мотивировка фамилий возникает из ряда ассоциаций, заложенных драматургом в образ персонажа. В данном случае фамильные антропонимы выполняют в пьесах экспрессивно-эмоциональную функцию, усиливают комический эффект, в то время как формула имя и отчество имеет стилистически нейтральный характер.

Для пьес Чехова характерно употребление иноязычных именных вариантов, причём здесь встречается как иноязычный графический облик (Nicolas, Helene), так и иноязычное имя в русском графическом облике (Джек, Софи, Жорж). В пьесе «Медведь» выделяется антропоним Nicolas (во франц. граф. облике), который употреблён в речи Поповой, когда та вспоминает о покойном муже. В лингвистическом плане иноязычная форма сохранена для точности произношения, а в функциональном – для подчёркнуто возвышенного пафоса употребления антропонима в речи героини. В пьесе «Юбилей» Шипучин говорит Хирину: «Человек вы прекрасный, почтительный, а с женщинами держите себя, как какой-нибудь Джек» 8. Это английское имя в русском графическом облике употреблено в ироническом ключе. Усиление иронии создаётся также за счёт местоимения какой-нибудь с постфиксом

-нибудь, подчёркивающим уничижительное значение «всё равно какой».

В группе мотивированных антропонимов выделяются именные антропонимы, у которых мотивировка связана с этимологией имени (Фирс, Анна, Варвара).

Рассмотрим имя Фирс, данное А.П. Чеховым старому лакею пьесы «Вишнёвый сад». На наш взгляд, в данном случае целесообразны предположения о мотивированности. Имя Фирс произошло от греческого «тирсос» – церемониальный жезл, украшенный цветами. Из содержания пьесы мы узнаём о том, что старик Фирс – хранитель не только воспоминаний о прошлом усадьбы с вишнёвым садом, но и традиционных, издавна заведённых здесь порядков. Во время отмены крепостного права он был старшим камердинером и, не покинув своих господ, по-прежнему остаётся своеобразным распорядителем-церемонемейстером, ревностно следящим за неукоснительным соблюдением домашней обрядности. В качестве примера мы можем привести эпизоды и реплики Фирса из первого и третьего действия пьесы: «Опять не те брючки надел. И что мне с ним делать?»; «Я уйду спать, а без меня тут кто подаст, кто распорядится? Один на весь дом». Хотя в доме есть и другие слуги, более молодые, но именно себя Фирс ощущает себя тем столпом, на котором зиждется весь уклад усадебной жизни. Таким образом, мотивированность именного компонента придаёт законченность образу персонажа, а способ именования выполняет экспрессивно-эмоциональную функцию в пьесе. Драматург к тому же, наделив старого лакея столь необычным, звучным старинным именем, выделил героя среди других персонажей, поставив его по значимости в один ряд с главными персонажами пьесы.

В качестве именования автор использует прозвища (^ Леший, Вафля), которые выполняют экспрессивную функцию, и апеллятивы. Употребления апеллятива в водевилях указывает на социальный статус персонажа (барыня) и придаёт образу обобщенность, типичность (жена). В многоактных пьесах апеллятивы указывают на родственные отношения, профессиональную принадлежность (профессор, кум, крёстненький). Употребление апеллятива с именем собственным (дядя Ваня, дядя Жорж) также указывает на родственные отношения.

Своеобразной чертой антропонимической системы пьес Чехова является переход именований из одной пьесы в другую: Дядин^ Илья Ильи («Леший») Телегин Илья Ильич («Дядя Ваня»), Хрущов Михаил Львович («Леший») – Астров Михаил Львович («Дядя Ваня»). Это связано с тем, что в творчестве драматурга пьеса «Дядя Ваня» является переработанным вариантом пьесы «Леший».

В многоактных пьесах, на наш взгляд, драматург при назывании своих персонажей внимательно следил за благозвучием и звуковой сочетаемостью имени и отчества с фамильным антропонимом, обращая внимание на эстетику имени собственного. Например, Любовь Андреевна Раневская, Семён Пантелеевич Епиходов («Вишнёвый сад»); Ирина Николаевна Аркадина, Константин Гаврилович Треплев («Чайка»); Александр Игнатьевич Вершинин, Андрей Сергеевич Прозоров («Три сестры») и т.д. Сочетания действительно гармоничны, легко воспринимаются на слух, и возникает впечатление, что они взяты из привычной для А.П. Чехова жизни.

Второстепенные персонажи (слуги и т.п.) во всех пьесах Чехова именуются полными, часто каноническими именами, без сокращений (^ Лука, Семён, Ферапонт, Анфиса, Матрёна), что указывает на уважение к ним главных персонажей.

В четвёртой главе «Сравнительный антропонимический анализ пьес Н.В. Гоголя и А.П. Чехова» определены общие и отличительные черты в способах номинации персонажей в пьесах Гоголя и Чехова.

Проведённый антропонимический анализ пьес Гоголя и Чехова помог нам выявить своеобразные и общие черты в использовании имён собственных. Так, общим при употреблении имён собственных является использование:

  1. Апеллятивно мотивированных антропонимов (металогически и автологически мотивированных фамильных антропонимов).

  2. Немотивированных имени и отчества, которые без фамильного компонента не несут смысловой нагрузки (^ Иван Павлович Яичница, Аммос Фёдорович Ляпкин-Тяпкин, Иван Александрович Хлестаков, Настасья Тимофеевна Мерчуткина, Татьяна Алексеевна Змеюкина).

  3. Употребление контрастно характеризующих фамильных антропонимов (^ Анучкин, Смирнов, Попова).

  4. Абсурдно мотивированных фамильных антропонимических вариантов (Яичница, Дырка, Брандахлыстова, Ять, Бабельмандебский), усиливающих комичность ситуации.

  5. Двухкомпонентной модели «имя и отчество»: у Н.В. Гоголя именной компонент указывает на социальную принадлежность персонажа, у А.П. Чехова данная модель использована при отсутствии фамилии и подчёркивает уважительное отношение к женщине.

  6. Однокомпонентной модели «имя»: у А.П. Чехова как по отношению к персонажным (деминутив, функция иронии), так и по отношению к неперсонажным, прослеживается соотношение имя – возраст, имя – социальный статус; у Н.В. Гоголя по отношению к косвенно персонажным прослеживается соотношение имя – социальный статус;

  7. Фонетического принципа построения антропонимов (^ Люлюков, Чубуков).

  8. Таутонимов, которые выполняют различные функции. Так, в пьесах Н.В. Гоголя – это функция гиперболизации, т. е. усиления характеристики персонажа, в чеховских произведениях – это показатель преемственности. Следует также отметить использование усечённой формы отчества, например, Степан Степаныч. Усечение патронима свидетельствует и о разговорном варианте произношения.

  9. Часто встречающегося именного компонента, как-то: Иван Александрович, Иван Кузьмич, Иван Павлович, Пётр Иванович в гоголевских пьесах, в произведениях Чехова – Григорий Степанович, Иван Михайлович, Иван Васильевич. В данном случае можно согласиться с О.И. Фоняковой, которая выделяет такие соотносительные категории, как имя – время, часто встречающееся имя является отражением традиций в области именования того времени, той эпохи.

  10. ^ Немотивированного имени-отчества, которые без фамильного компонента не несут смысловой нагрузки. Наряду с экспрессивно насыщенными фамильными антропонимами в пьесах всегда соседствуют стилистически нейтральные антропонимы. За счёт фамилии усиливается комический эффект (Христиан Иванович Гибнер – у Н.В. Гоголя), (Эпаминонд Максимыч Апломбов, Харлампий Спиридоныч Дымба, Осип Лукич Бабельмандебский – у А.П. Чехова).

  11. Редкого именного компонента, который является, в свою очередь, этимологически мотивированным (^ Аммос Фёдорович, Артемий Филиппович – у Н.В. Гоголя) и (Эпаминонд Максимыч, Харлампий Спиридоныч – у А.П. Чехова).

  12. Немотивированного именного компонента. В этих наименованиях прослеживается соотношение имя – социальный статус (^ Влас, Мишка, Осип, Сидор – в пьесах Н.В. Гоголя), (Семён, Лука – в пьесах А.П. Чехова).

  13. Абсурдных фамилий Яичница, Дырка, Брандахлыстова (Н.В. Гоголь), Бабельмандебский, Ять, Дымба (А.П. Чехов). Оба драматурга используют абсурдные фамилии с одной целью – подчеркнуть и усилить комичность, абсурдность сюжетных действий.

Своеобразными же чертами при употреблении мужских имён собственных можно назвать:

  1. Употребление Н.В. Гоголем «связанных имён» (Анна Андреевна и Антон Антонович «Ревизор»), что указывает на близость персонажей не только родственного характера, но и на схожесть в поведении для достижения своих целей.

  2. Использование тождественного имени и отчества (Пётр Иванович Добчинский, Пётр Иванович Бобчинский – в гоголевской пьесе «Ревизор») с целью показать распространённость данного человеческого типа, который можно встретить в любом обществе. Кроме того, фамилии этих персонажей отличаются лишь одним звуком (Бобчинский и Добчинский), что создаёт иллюзию присутствия в пьесе одного персонажа. Всё это является средством иронической характеристики её носителей.

  3. Антропонимический ряд, включающий в себя антропонимы с возрастающей экспрессивностью, является особенностью Н.В. Гоголя в пьесе «Ревизор»: фамилии Пуговицын – Свистунов – Держиморда объединяются с апеллятивно мотивированным антропонимическим вариантом Уховертов (частный пристав и полицейские).

  4. Использование Н.В. Гоголем в пьесе «Игроки» фиктивных именований ^ Михал Александрович Глов, Александр Михайлыч Глов, Псой Стахич Замухрышкин с целью показать всю ситуацию обмана. В свою очередь, фиктивные именования семантически мотивированные (Замухрышкин) и стилистически нейтральные (Михал Александрович Глов, Александр Михайлыч Глов).

  5. Называние неодушевлённого предмета (колоды карт) двухкомпонентной антропонимической моделью Н.В. Гоголем с целью придать ему большую значимость и серьёзность.

  6. Использование имени собственного англоязычного происхождения (Джек) и иноязычного графического облика антропонима Nicolas (во франц. граф. облике.) в пьесе А.П. Чехова; также отмечено употребление французского варианта русского имени (Жан, Жорж).

  7. Употребление А.П. Чеховым деминутивов: Мишенька, Феденька, Федюша, Андрюша, Петруша, Лёнечка, что является характерной чертой не только одноактных, но и многоактных пьес. Причём использование деминутива распространяется и на имена иноязычного произношения (Жорженька), суффикс субъективной оценки является выражением некоторой иронии.

  8. Устойчивые сочетания дядя Ваня и дядя Жорж являются именованиями одного и того же персонажа (Войницкий), но в разных пьесах. Нами было отмечено, что одним из способов именования Войницкого является Дядя Жорж в пьесе А.П. Чехова «Леший». Со сменой имени и отчества персонажа оно должно было бы измениться на Дядя Жан, но этого не происходит. Драматургу представляется невозможным в новом смысловом контексте пьесы называть героя «фальшивым» французским именем. Ему теперь подходит только подлинно русское, ведь именно оно как нельзя лучше соответствует его внутреннему миру, таким образом, появилось новое название пьесы и новое именование – дядя Ваня;

  9. Использование А.П. Чеховым однокомпонентных вариантов имени, представляющих собой гипокористику: Миша, Саша, Федя, Ваня.

  10. Антропонимическая игра, связанная с вариантом Степан Степанович Чубуков (А.П. Чехов).

  11. Образование различных форм называния от одного имени (А.П. Чехов).

  12. Использование А.П. Чеховым апеллятива в роли антропонима.

На основании проведённого сравнительного анализа антропонимикона пьес Н.В. Гоголя и А.П. Чехова мы пришли к выводу, что при наличии индивидуальных особенностей использования имён собственных в творчестве драматургов прослеживаются и общие черты. Это позволяет говорить о том, что А.П. Чехов в малой драме наследует традиции Н.В. Гоголя в способах именования персонажей.

В Заключении сформулированы основные выводы исследования.

Имя собственное в художественном произведении приобретает особую значимость, выполняя не только номинативную функцию, но и ряд других: характеризующую, репрезентативную, указания на социальную и национальную принадлежность и др. Используя имя собственное в литературном произведении, авторы подключают все его семантико-стилистические возможности. Всё это направлено на реализацию авторских интенций.


^ Основные положения и результаты диссертационного исследования отражены в следующих публикациях:


1. Донченко, А. С. Особенности мужских именований в пьесах Н.В. Гоголя и А.П. Чехова / А. С. Донченко // Мир науки, культуры, образования. – Горно-Алтайск. – 2009. – № 4. – С. 22–25. – Сер. «Экология. Культурология. Филология. Искусствоведение. Педагогика. Психология».

2. Донченко, А. С. Особенности употребления фамильных антропонимов А.П. Чеховым в одноактных пьесах / А. С. Донченко // Рациональное и эмоциональное в языке и в речи: модальность, эмоциональность, образность : Междунар. сб. науч. тр. – М. : МГОУ, 2011. – С. 140–144.

3. Донченко, А. С. Фамильные антропонимы в пьесах Н.В. Гоголя и А.П. Чехова / А. С. Донченко // Актуальные проблемы лингвистики : сб. ст. Междунар. межвуз. науч. конф. 27 марта 2009 г. – Сургут : РИО СурГПУ, 2010. – С. 33–37.

4. Донченко, А. С. Фамильные антропонимы и их функции в пьесе А.П. Чехова «Свадьба» / А. С. Донченко // Языковое пространство города : мат-лы Всерос. науч.-практ. конф. 18 нояб. 2010 г. – Улан-Удэ : Изд-во Бурят. гос. ун-та, 2010. – С. 161–163.

5. Донченко, А. С. Восприятие имени собственного в пьесах Н.В. Гоголя читателем / А. С. Донченко // Знаменские чтения: Филология в пространстве культуры : мат-лы Всерос. науч.-практ. конф., Тобольск, 29–30 нояб. 2007 г.). – Тобольск : ТГПИ им. Д.И. Менделеева, 2007. – С. 82–85.

6. Донченко, А. С. Антропонимическая система пьес Н.В. Гоголя «Ревизор» и «Женитьба» / А. С. Донченко // Проблемы качества образовательной системы СурГПИ: поиски и решения : сб. тез. докл. восьмой отчёт. науч. конф. преподавателей, аспирантов и соискателей института в 2 ч., 30 янв. 2004 г. – Сургут : РИО СурГПИ, 2004. – Ч. 1. – С. 102–103.



1 Толковый словарь русского языка: В 4 т.  Под ред. проф. Д. Ушакова. – М., 1996. – С. 1154. – Т. 4.

2 Отин Е.С. Словарь коннотативных собственных имён – М., 2006. – С. 399.

3 Даль В.В. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 т. – М., 1995. – С. 195. – Т. 4.

4 Гоголь Н.В. Пьесы / прим. Ю.В. Манна. – М., 1983. – С. 7.

5 Там же.

6 Даль В.В. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 т. – М., 1995. – С. 528. – Т. 1.


7 Толковый словарь русского языка: В 4 т.  Под ред. проф. Д. Ушакова. – М., 1996. – С. 606. – Т. 2.


8 Чехов А.П. Вишнёвый сад: Пьесы. – М., 2008. – С. 291.





Скачать 320.62 Kb.
оставить комментарий
Дата02.12.2011
Размер320.62 Kb.
ТипАвтореферат диссертации, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх