Фридрих Вильгельм Йозеф Шеллинг icon

Фридрих Вильгельм Йозеф Шеллинг



Смотрите также:
-
Реферат: Георг Вильгельм Фридрих...
Романтизм (франц romantisme)...
Правила игры (Regle du jeu) Жан Ренуар 1939 Головокружение (Vertigo) Альфред Хичкок 1958 2001:...
Философия Откровения. Том 1844 (с приложениями 1841-42). (Шеллинг Ф. В. Й.)...
Философия Откровения. Том 1844 (с приложениями 1841-42). (Шеллинг Ф. В. Й.)...
России. Шеллинг и вл. Соловьев...
Трудно делать добро в москве прошла IV международная конференция по благотворительности...
Hegel) Георг Вильгельм Фридрих (27 1770, Штутгарт, 14. 11. 1831, Берлин), немецкий философ...
Фридрих Лист
Информационное агентство ара отс, 17. 05. 10...
Йозеф Гайдн времена года...



страницы: 1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   21
вернуться в начало
скачать

361

(Realen) реальное единство идеальным, он не познает в себе абсолютного акта познания также и как в себе реального (Realen), а потому все еще познает его в одном определении (идеального [единства!), и не достигает истинного абсолютного тождества.

Между тем, так как этот нераздельный акт выделяет то, что в нем заключено, одинаковым образом и в одинаковых формах как в реальном (Realen), так и в идеальном (Idealen) (только там объективно, а здесь субъективно), то и всякая возможная конструкция реальной и идеальной сторон по сущности одна и та же, а так как идеальное проявление абсолютного в себе (absoluten An-sich) имеет по крайней мере, то преимущество, что оно здесь является как идеальное (а не измененным в другое, в бытие), то идеализм, взятый даже в своей односторонности, как это сделано в настоящей работе, более непосредственно приводит к сущности вещей, чем покинутый всяким светом идейного (Ideellen) и лишенный его реализм. Таким образом, после «Системы трансцендентального идеализма» нужно было сделать только один шаг, чтобы на идеально набросанный в ней план наложить систему абсолютной философии в ее тотальности.

2. Выше (в «Дополнении» ко второй главе) уже упоминалось, что обе силы (так, как их использует Кант в своей, впрочем, только аналитической, дедукции в качестве факторов материи) являются лишь формальными факторами, и что если эти силы каким-либо образом должны мыслиться в качестве реальных факторов, то их необходимо мыслить по аналогии с нашими обоими единствами так, что одна сила заключает в себе другую, на что, хотя и весьма отдаленно, намекалось в ходе настоящей главы, когда речь шла о том, что они взаимно предполагают друг друга, что они 3обе взаимно

362

подчиняют друг друга и что невозможно понять одну без другой.

3. Предыдущая конструкция, в частности, разделяет неудовлетворительность кантовской конструкции в том, что от нее ускользает (имеющая место даже в пределах ее предпосылок) необходимость третьего принципа конструкции, который в качестве силы тяготения так превосходно восстановил в своих правах позже Франц Баадер в работе «Пифагорейский квадрат, или четыре стороны света природы» 117981. То, что сила притяжения отождествляется с силой тяготения и, наоборот, является лишь следствием первого изъяна.

Не меньшее значение имеет и тот недостаток, что всякая реальность заложена в силе отталкивания, равно как и всякое основание формы — в силе притяжения. Однако первая из этих сил так же мало есть нечто реальное, как и вторая. Единственно реальное есть для явления третье, однако само по себе первое: абсолютная неразличенность, единство всеобщего и особенного в себе и для себя самого (an und fur sich selbst); сами особенное и всеобщее относятся к форме; первое, поскольку оно есть расширение тождества в различие

(что, вероятнее всего, понималось под силой отталкивания в указанном смысле), последнее, поскольку оно есть преобразование различия в тождество (с которым можно было бы отождествить силу притяжения в указанном смысле). Следовательно, оба в этом смысле от

носились бы только к форме.

363

Шестая глава

^ О СЛУЧАЙНЫХ ОПРЕДЕЛЕНИЯХ МАТЕРИИ.

ПОСТЕПЕННЫЙ ПЕРЕХОД В ОБЛАСТЬ ОПЫТА,

КАК ТАКОВОГО

Предполагается доказанным, что мы вынуждены мыслить силы притяжения и отталкивания в качестве условий нашего созерцания, которые именно поэтому должны предшествовать всякому созерцанию. Следствием этого является то, что по отношению к нашему познанию они обладают абсолютной необходимостью. Но, однако, дух чувствует необходимость только в противоположность случайности, он чувствует себя принужденным, лишь, поскольку в другом отношении он чувствует себя свободным. Следовательно, всякое представление должно объединять в себе необходимое и случайное.

Прежде всего, ясно, что притягивающая и отталкивающая силы дают только некую ограниченную сферу вообще. В созерцании граница определена, и то, что она определена таким образом и никак иначе, является нам как случайное, потому что это определение уже не относится к условиям созерцания вообще. Тем не менее, объект и его определение в созерцании никогда не разделены; одна рефлексия в состоянии разделить то, что действительность всегда объединяет. Стало быть, ясно, что уже в первом созерцании, для того чтобы наш дух различал необходимое, необходимое и случайное объединены самым тесным образом.

Следовательно, случайна и познаваема только в опыте определенная граница, величина объекта (его количество). Но для того чтобы измерить последнюю, после того как она известна, нужно иметь другие объекты. Из вместе взятых многообразных сравнений

364

лишь сила воображения образует для себя среднее величины в качестве меры всей величины.

Причину, благодаря которой материя имеет определенную границу, мы называем связью (сцеплением), и так как сила связи может быть различной степени, это составляет специфическое различие материи.

Поскольку величина тела, т. е. сфера сцепления его частей, кроме того, степень силы, с которой связываются эти части, проявляются как случайные, постольку желание составить нечто a priori относительно сцепления или специфического различия материи было бы тщетным. Лучше, когда сразу же отличают различные виды сцепления. Следовательно, необходимо различать изначальное сцепление и производное.

На вопрос, как сцепление возможно изначально, нельзя ответить до тех пор, пока материя предполагается как нечто, имеющееся независимо от всех наших представлений. Ибо из понятия материи силу сцепления нельзя вывести аналитически. Вследствие этого полагают необходимым испробовать физическое объяснение, т. е. по сути дела считать всякое сцепление лишь видимостью. Ибо если мы объясняем связь тел, исходя из давления, которое оказывает на них эфир или какой-нибудь вторичный флюид, то данное выражение относится только к видимости нашего представления, а употребляемое в объективном смысле, оно становится заблуждением. А так как сцепление относится и к самой маленькой, и к самой большой массе, то поскольку оно было бы только видимостью, материю, в конце концов, пришлось бы составлять из телец, для сцепления которых невозможно было бы привести никакого дальнейшего основания.

Кроме того, степень сцепления не находится ни в каком отношении с поверхностями тел, как это должно было бы быть, если бы оно вызывалось механически по-

365

средством давления или толчка какого-то флюида. [В таком случае] пришлось бы прибегнуть к новой фикции, к изначальному, неизменному различию фигуры первых телесных частичек, при помощи которой стало бы понятным различное, не пропорциональное поверхности тел действие толчка. Однако для этого вновь нужно было бы представить себе материю совершенно особого рода, которая, как говорит господин надворный советник Кестнер, проходила бы сквозь все тела и одновременно повсюду задерживалась бы.

Здесь обнаруживается стремление объяснить то, что ни философия, ни естествознание не в силах объяснить. Мы не можем представить себе материю вообще, а можем представить только материю внутри определенных границ и имеющую определенную степень связи своих частей. Эти определения есть и должны быть случайными для нас. Следовательно, их нельзя также доказать а priori. Все же они в такой степени относятся к возможности определенного представления материи (они составляют, как уже выше было замечено, partes integ-rantes13 представления, которое должно объединять в себе необходимое и случайное), что точно так же невозможно дать им физическое объяснение, ибо любое физическое объяснение уже предполагает их, как это явствует из вышеприведенного опыта механической физики, которая все-таки вынуждена принять тельца, сцепление которых она не в состоянии объяснить. Следовательно, в отношении изначального сцепления мы в естествознании вынуждены, как кажется, остановиться только на выражении феномена.*

· Кант (Там же. С. 89) объясняет связь через притяжение, поскольку оно мыслится действующим только (исключительно) при соприкосновении. Однако это объяснение есть не более и не менее, как очень точное выражение феномена.

366

Производным сцеплением я называю то, которое не относится к возможности материи вообще.

Его для исправления обычных представлений можно разделить на динамическое, механическое, химическое и органическое.

Что касается первого, то оно есть только кажущееся сцепление. Того, что оно действует при соприкосновении, еще недостаточно, чтобы рассматривать его как сцепление. Так как оно действует только на общей границе двух пространств, то эту границу можно представить и как (хотя и бесконечно малое, однако) пустое пространство. Следовательно, здесь имеет место притяжение, т. е. действие на расстоянии factio in dis-tans); это притяжение, представленное как сцепление, является только видимостью. Сцепление, если оно не должно быть только кажущимся, не может мыслиться действующим между различными телами. Ибо оно есть именно то, что делает тело телом (индивидуумом). И поэтому только химическое (а гораздо больше органическое) сцепление является сцеплением в собственном смысле слова.

Механическое сцепление также может только весьма приблизительно называться сцеплением (Kohasion), правильнее назвать его прилипанием (Adhasion), ибо связь здесь есть только последовательность фигуры телесных частичек, и основывается она исключительно на взаимном трении. Между тем имеется, пожалуй, немного исключительно механических прилипаний, создающих видимость сцепления. Обычно [этому] содействует химическое сцепление, по крайней мере, отчасти. Пусть мне позволят употреблять здесь слово «химическое» в самом широком значении всякого эффекта, связанного с переходом тела из одного состояния в другое. В обычных беспорядочных накоплениях материи, кото-

367

рые в течение столетий затвердевают в утесы и скалы, принимает участие (я назову только одно) вода, которая, будучи связанной, например, с известью, изменяет ее состояние (отсюда прочность нашего строительного раствора, замазки и т. д.).

Сцепление, вызванное химическим способом, имеет место повсюду, где из двух тел различных масс и различных степеней упругости возникает третье в качестве общего продукта. Это-сцепление отличается от динамического или механического тем, что (при полном химическом процессе) происходит взаимное проникновение. Либо сцепление является следствием перехода тела из одного состояния в другое, как например из жидкого в твердое. Поскольку огонь действует на тела совершенно равномерно, то, если охлаждение равномерно (ибо в противном случае происходит противоположное, как у лопанцов, болонских пузырьков и т. д.), тела получают совершенно одинаковую [во всех частях] степень упругости, из чего можно объяснить, что такие тела, разбиваясь, обнаруживают уже далеко не ту степень притяжения, которую они имели в ходе затвердевания, последовавшего за жидким состоянием,* а также, что именно те тела, которые связаны с наибольшей силой, очень часто являются самыми хрупкими, потому что их связь, как только она должна измениться, тотчас же уничтожается.

Исходя из этого объясняется и сильная связь частичек жидких тел. Так как любая жидкость, насколько мы знаем, образуется химически, то она получает благодаря этому совершенно равномерную степень упругости, связь ее частей непрерывна, и это, по всей видимости, имеет место при всяком изначальном сцеплении,

· Ср.: Кант И. Там же. С 88.

368

напротив, там, где сцепление возникает посредством механического накопления, связь телесных частичек более или менее прерывается. В последнем случае можно определить фигуру телесных частичек; по крайней мере, у жидких тел это невозможно, ибо тело представляет собой единую массу. Чем больше оно приближается к этой непрерывности, тем оно более жидкое.

Об органическом сцеплении здесь еще не может идти речи.

Сюда же относятся и вопросы о различной форме тел. Но я бы хотел изложить этот материал во всей его совокупности там, где речь пойдет о форме организованных тел.

О том, что касается специфического различия материи, — позднее. Сейчас [я позволю себе ] только следующее замечание: так как притягивающая и отталкивающая силы изначально независимы друг от друга, но любое изменение степени одной неизбежно связано с изменившимся соотношением с другой, возможны бесконечно многие соотношения этих основных сил. А два самых крайних предела тел составляют жидкие и твердые [тела). Спрашивается, каково (математическое) понятие о жидких телах. Их можно объявить такими, части, которых способны к самому полному соприкосновению между собой, или, что то же самое, такими, ни одна часть которых не отличается по фигуре от другой.

Можно было бы возразить, что и в твердых телах полное соприкосновение по крайней мере мыслимо. Я этого не отрицаю, но речь идет о том, что части жидкой материи обнаруживают естественное, присущее им стремление принимать форму, благодаря которой они приходят в совершеннейшее равновесие и тем самым в максимально возможное соприкосновение друг с дру-

369

гом (форму шара),* чего не обнаруживают твердые тела. Следовательно, то, что жидкие тела способны к самому полному соприкосновению между собой, является их свойством, и только благодаря ему они являются жидкими телами.

Таким образом, пришли к тому, чтобы объяснить жидкое состояние тел при помощи наименьшей степени связи их частичек. Нельзя отрицать легкость уничтожения связи между частичками жидкой материи; но эта легкость, в свою очередь, является доказательством того, как сильно они связаны между собой; так как каждая частичка притягивается одинаково со всех сторон, то ее можно без труда передвинуть, но никогда нельзя изъять из соприкосновения \с другими \.

Этой легкостью изменения связи жидких частичек между собой, без сомнения, объясняется большое притяжение, которое обнаруживает, например, стекло относительно воды (отсюда несоразмерное поднятие ее в капиллярных трубках, поверхности в виде углубления в неполных сосудах и т. д.). Кант (первый, кто устранил обычные понятия о жидкости**) также выводил основное положение гидродинамики («давление, которое оказывается на жидкую частичку, распространяется во всех направлениях с одинаковой силой») из этого понятия [о жидком 1.

Тем самым сам собой отпадает ложный способ представления, будто бы жидкости являются агрегатом отдельных обособленных шарообразных телец (наследство старой атомистической философии). Ибо сущность

· При условии, что не имеет место избирательное притяжение между водой и каким то другим телом. Ибо что нарушает естественное притяжение жидких частичек друг к другу

· **Там же. С 88

370

жидкости состоит в непрерывности массы, которая не может иметь места у агрегата.

Однако новая система атомистики считает большой заслугой механическое объяснение, которое, как она ошибочно полагает, она одна способна дать относительно свойств расширяющихся жидкостей. Их упругость, утверждает господин Лесаж, можно объяснить только тем, что элементарные массы (молекулы) этих жидкостей движутся с большой скоростью в различных направлениях.* В самом деле, упругость можно математически объяснить как подвижность покоящегося тела в противоположных направлениях, и обычное объяснение упругости (это — «способность тела вновь принимать свои размер или форму, измененные посредством давления извне, как только давление уменьшается») полностью сводится к нему. Однако господин Лесаж использует это понятие в физическом смысле и поэтому утруждает себя поисками причин такого движения в свойствах элементарных частичек жидкостей.

Я напомню лишь, что хотя у господина Прево речь идет только об упругости жидкостей, господин Лесаж, по всей видимости, сводит к тем же причинам всякую упругость, в том числе и твердых тел (которую он, без сомнения, рассматривает как производную).

Уже Даниил Бернулли и в своей конкурсной работе «О природе и свойствах магнита»** объяснял расширяемость воздуха внутренним движением его элементарных частичек. Он считает, что упругость воздуха «поддерживается более тонкой, чем сам воздух, жидкостью». Отсюда он полагает вывести закон, что упругость воздуха возрастает обратно пропорционально

· См.: Прево Л. О происхождении магнитных сил, § 44. ** 1746 года

371

пространству, которое он занимает. Он полагает далее, что это внутреннее движение является подлинной причиной жидкости (традиционная физика полагает сущность, характер жидкости в подвижности отдельных частичек внутри {покоящейся} жидкой массы), и на этом внутреннем движении основывает некоторые гидродинамические принципы. В качестве принципа внутреннего движения Бернулли, в конце концов, предположил тепло. Господин Прево спрашивает,* откуда же тепло берет это изначальное движение? Я опасаюсь, как бы ему не задали аналогичный вопрос.

Для того чтобы объяснить внутреннее движение элементарных масс упругой жидкости вообще, можно было бы, согласно господину Лесажу, принять неравенство толчков вызывающих тяготение частичек. Два противоположных потока, которые наталкиваются на одно и то же тело в одно и то же неделимое мгновение, не всегда, строго говоря, могут быть равны друг другу. Отсюда возникает беспорядочное движение или колебание некоего второго флюида, который господин Лесаж называет эфиром и считает, что он приходит в движение вообще только при помощи первичного флюида (движение которого до сих пор не объяснено).

Однако это неравенство толчков есть слишком неопределенная причина, чтобы ее одной было достаточно для объяснения феномена. [А] господин Лесаж хочет [иметь] причину, присущую первым элементарным частичкам, которая необходимо и во всякое время производит* и воспроизводит движение, удовлетворяющее всем условиям, определенным явлениями расширяемости.**

· * [Прево П.] Там же, §35.

· ** Там же, §37,38

372

Так что же иное, кроме внешней формы (или фигуры) элементарных частичек эфира, могло бы быть этой причиной, поскольку материя изначально совершенно однородна и поскольку речь идет только лишь о механическом движении (посредством толчка)?

Если предположить, что элементарное тело не имеет вогнутости, то оно, одинаково толкаемое со всех сторон, не может иметь совершенно никакого движения. Но если оно вогнуто, то оно будет двигаться в направлении вогнутости, так как вызывающие тяготение частички, которые попадают в вогнутую поверхность, толкают сильнее, чем противоположные, попадающие в выпуклую. Тем самым элементарные частички элементарной жидкости в себе самих имеют источник движения, которое совершенно независимо от законов тяготения, хотя его причиной служит вызывающий тяготение флюид.

Все эти элементарные частички вместе взятые имеют свою сумму скорости, к которой они приближаются при помощи последовательного ускорения. Так как далее они всегда будут двигаться в направлении вогнутости, а их вогнутости могут быть обращены в разные стороны, то возникнет движение в противоположном направлении. Но это движение совершается в любом направлении с той же самой (конечной) скоростью, отсюда одинаковая расширяемость во все стороны.

Кроме того, чем меньше элементарные частички, тем быстрее движение (света и огня, например, в сравнении с движением воздуха), и чем сильнее движение, тем больше расстояния от одной элементарной частички до другой, следовательно, тем меньше их плотность.

Как бы ни радовал новый и остроумный поворот, который благодаря господину Лесажу получила древняя гипотеза атомистической физики, тем не менее, следу-

373

ющие вопросы остаются без ответа. Прежде всего, вызывающие тяготение частички являются, согласно господину Лесажу, первичным флюидом. Однако откуда же последний заполучил свойства упругой жидкости?

Далее, этот первичный флюид состоит «из элементарных, очень твердых и непроницаемых телец». Жидкие материи (например, вызывающий тяготение флюид) являются, следовательно, лишь агрегатом твердых тел. Твердость есть первичное состояние материи; жидкое состояние — лишь особенный вид движения твердых телец. И здесь механическая физика действует обычно, тотчас придавая физическое значение исключительно математическому понятию. Ибо подвижность покоящегося тела в противоположных направлениях дает лишь понятие упругости вообще, а не упругости расширяющихся жидкостей. Но в таком случае нельзя понять, каким образом посредством движения в противоположных направлениях — его можно предполагать сколь угодно быстрым — агрегат твердых тел должен дать феномен жидкой материи, так как агрегат по своей природе не может быть чем-то иным, чем то, что есть отдельные части (совершенно иначе обстоит дело с продуктом из различных тел).

То, что мы представляем себе элементарные тела насколько можно самыми малыми, не меняет дела. Большие или маленькие, они есть твердые тела. А агрегат твердых тел никогда не сможет дать флюид уже по тому единственному основанию, что между твердыми телами имеет место трение, которое у жидких тел невозможно (если только законы гидродинамики и гидростатики не вводят в заблуждение).

Что бы ни говорил сам господин Лесаж, движение в противоположных направлениях объясняет лишь расширяемость упругих жидкостей. Однако тем самым их

374

жидкое состояние еще не объяснено (что справедливо больше всего хотят), поскольку крайне трудно объяснить его в общем, опираясь на атомистические допущения. В этом случае объяснение должно было бы распространяться на (обычно называемые не так) упругие жидкости, что, как кажется, [вовсе] не входило в намерения господина Лесажа.

В основе подобных безуспешных попыток лежит общее заблуждение, которое мы уже раскрыли выше. Поскольку можно, например, расширяемость флюида в мышлении отделить от него самого, то тем самым можно наделить его независимым от расширяемости существованием. Однако он есть этот определенный флюид только вследствие своей расширяемости, или, скорее, он сам есть не что иное, как эта определенная расширяемость материи. Спрашивать, что дала флюиду эта расширяемость, хочется тогда, когда флюид есть нечто существующее само по себе и когда эта расширяемость для него случайна, а не когда речь идет о расширяемости как всеобщем свойстве жидкостей.

Поэтому если мы в отношении специфического различия материи вынуждены отказаться от атомистического способа объяснения, то нам не остается ничего, кроме того, чтобы испробовать динамический способ. Динамика же дает нам не более чем всеобщее понятие отношения основных сил вообще, и единственно это всеобщее понятие является тем необходимым, что мы кладем в основу всех представлений о внешних вещах.

А поскольку в сознании необходимое и случайное всегда должно быть объединено, то, чтобы само это отношение основных сил представлять как необходимое, мы должны его в другом смысле представить случайным, а для этого предположить возможной свободную игру обеих основных сил. Но материя инертна, таким

375

образом, эта игра может вызываться только внешними причинами, она также должна происходить в природе, следовательно, по природным законам.

Свободная игра этих сил имеет место только вследствие того, что притягивающая и отталкивающая силы поочередно получают перевес. Но это должно совершаться по некоему правилу, поэтому мы вынуждены предполагать причины, вызывающие чередование согласно правилу.

Эти причины не могут быть только мыслимыми, только понятиями, как например причины притягивающей и отталкивающей сил.

Они должны быть случайными даже по отношению к этим обеим основным силам, т. е. не должны принадлежать условиям возможности самой материи; материя могла бы существовать и без них.

Именно поэтому они положительно не могут быть познаны a priori или выведены. Они, безусловно, познаваемы только в опыте.

Данные причины должны заявлять о себе только посредством чувств. Следовательно, рассмотренные объективно сами по себе, они могут быть чем-то совершенно другим, чем то, чем они кажутся как существующие субъективно, согласно их действию на чувство.

Именно поэтому они по своей природе качественны и относительно их имеет место только физическое исследование.

Эти причины должны относиться и к притягивающей, и к отталкивающей силе, ибо они должны вызывать свободное чередование этих сил.

Но так как притягивающая и отталкивающая силы принадлежат возможности материи вообще, то эти причины должны мыслиться действующими в более узкой сфере. Поэтому они будут мыслиться как причины

376

частных притяжении и отталкивании, и их действия следует рассматривать как исключения из законов всеобщего притяжения и отталкивания. Следовательно, они будут совершенно независимыми от законов тяготения.

Эти причины представимы нами только через их качества (в отношении к ощущению). Стало быть, они будут мыслиться как причины качественных притяжений и отталкиваний.

Наука, имеющая предметом качество материи, называется химией. Отсюда эти причины будут принципами химии, и всеобщей динамике, как науке, которая в себе самой необходима, под именем химии противостоит частная динамика, совершенно случайная в своих принципах.

Об определениях формы и специфическом различии материи

(Дополнение к шестой главе)

Согласно кантовской динамике, нет никакого иного основания всяких разновидностей материи, кроме арифметического соотношения обеих сил, которым определяются только различные степени плотности и исходя из которого нельзя понять никакой другой формы особенности, к примеру сцепления. В соответствии с требованием этой динамики в настоящей главе, разумеется, должно было остаться неразрешенным то противоречие, что сцепление понималось не эмпирически, через давление или толчок некоей материи, и тем не менее не a priori, и я не стыжусь этой вставшей здесь преграды, так как Кант в столь многих местах «Мета-

377

физических начал естествознания» признается, что он считает совершенно невозможным понять специфическое различие материи исходя из своей конструкции.

Даже при условии конструкции исходя из сил помимо арифметического должно было бы быть постулировано еще и другое отношение сил к пространству, которое содержало бы в себе основание их качественных различий. Лишь согласно истинной конструкции можно понять и удельную плотность, или удельный вес (spezifische Schwere), исходя не только из относительного увеличения одной или другой силы, но и принимая в расчет сцепление как форму. Тяжесть (Schwere) (см. «Дополнения» к обеим предыдущим главам), неразли-ченпость обоих единств, сама по себе не восприимчива ни к какому количественному различию, ибо в ней все едино. Следовательно, удельность веса может находиться только в веши как в чем-то особенном, однако как вещь, как особенное она [т.е. удельность веса] положена только посредством формы, поэтому удельный вес точно так же заключает в себе сцепление, как сцепление, со своей стороны, заключает в себе удельный вес, так как оно есть форма последнего.

Относительно того, что согласно этим предположениям возможна и истинная конструкция специфических различий материи, мы можем сослаться на доказательства, имеющиеся в различных изложениях в «Журнале спекулятивной физики» (см. в особенности: том I, тетрадь 2; том II, тетрадь 2), в «Новом журнале» (том I, тетради 2, 3; прежде всего, в конструкции планетной системы и статье о четырех благородных металлах).15 Мы можем привести здесь только основные моменты этого изложения.

Уже понятие «превращение (Metamorphose) материи» указывает нам на тождество формы и субстанции,

378

как на общий корень всяческих превращений, из которого поэтому и мы должны исходить в нашей настоящей конструкции.

Оба вида сцепления соответствуют обоим единствам формы, так как в абсолютном [сцеплении] положено тождество в различии, в относительном — различие в тождестве.

Чем полнее положена неразличенность этих обоих единств, которые соответствуют двум первым измерениям, тем совершеннее может выступить и тяжесть, которая соответствует третьему измерению, ибо она есть сама эта неразличенность, рассмотренная по сущности. Поэтому этот центральный момент всех превращений представлен вещами с самым большим удельным весом, которые в наибольшей неразличенности формы совершеннее всего проявляют характер металличности, — благородными металлами.

Полная неразличенность всеобщего и особенного сцеплений в силу всеобщего закона раздвоения сама необходимо выражается опять-таки двойным образом: либо в особенном (Besonderen), либо во всеобщем (А1-Igemeinen).

В особенном — посредством того, что как в абсолютном, так и в относительном сцеплении господствует фактор особенности (поскольку первое точно так же есть обособление всеобщего, как последнее есть становление особенного всеобщим). Этот момент, без сомнения, обозначается через наивысшую индивидуализацию.

Во всеобщем — посредством того, что в обоих единствах равным образом господствует фактор всеобщего, с чем связано погашение индивидуальности в продукте, поскольку она основывается на особенности. Эти два момента обозначены двумя продуктами — платиной и ртутью.

379

Помимо указанных моментов абсолютное и относительное сцепления могут быть неразличенными еще только двумя возможными способами, а именно [в первом случае]: в особенном сцеплении господствует особенное в том же отношении, в котором во всеобщем сцеплении господствует всеобщее, или наоборот, [во втором случае] в особенном сцеплении господствует всеобщее в том же отношении, в каком во всеобщем сцеплении господствует особенное. Первый вид неразличенности выражает золото, второй — серебро.

Помимо этой центральной сферы момент абсолютной неразличенности больше нигде не может быть положен, а могут быть положены только моменты относительной неразличенности либо всеобщего, либо особенного сцепления. С этим необходимо связано одновременно и уменьшение удельного веса.

Всеобщее субъект-объективирование и здесь продолжается вплоть до своих пределов; материя в ее субъективности и существенности (Wesenheit) обозначает саму себя посредством самой себя как абсолютную неразличенность всеобщего и особенного благодаря тому, что в сцеплении — соответственно одному или обоим единствам — она сама собой становится формой.

Мы проследим сначала момент неразличенности абсолютного сцепления, т. е. тот, в котором всеобщее преобразовано в особенное вплоть до относительного равновесия. Этот момент представлен по преимуществу железом.

От него необходимо образуются два ряда. Только при определенной степени преобразования всеобщего в особенное имеет место сцепление, как таковое. С одной стороны, в отношении, где происходит полное преобразование, так что всеобщее полностью объективируется в особенном, последнее как особенное погашается и

380


растворяется в тождестве. На это приходится состояние расширения. А с другой стороны, чем меньше степень преобразования тождества в различие, тем более с необходимостью господствует последнее как особенность, на что, следовательно, приходится сжатие.

Первую сторону можно назвать положительной, вторую — отрицательной стороной. Первая приходит в пределе к той материи, которую химики назвали азотом, вторая — к той, что назвали углеродом.

Вследствие того, что в первом случае, в полном разрешении всеобщего в особенное, происходит последняя степень преобразования, момент неразличенности может полностью производиться еще только в особенном, следовательно, [может полностью производиться момент неразличенности] относительного сцепления. Это имеет место в воде как моменте тождества, соответствующем железу. Она как неразличенность вновь может потенцироваться двояким образом (но без абсолютной полярности и другой как только относительной) так, что в моменте возникновения различия также уничтожается тождество, а именно одна и та же субстанция представляется в двух различных, причем различающихся в пространстве, формах.




оставить комментарий
страница16/21
Дата02.12.2011
Размер4,19 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   21
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх