Николай коляда группа ликования icon

Николай коляда группа ликования


Смотрите также:
Премьера!!!! Николай Коляда...
Спектакль – номинант «Золотой маски-2007» Николай Коляда...
Николай Коляда...
Премьера!!!! Николай Коляда...
Коляда
Заседание кружка по истории государства и права зарубежных стран Присутствовали...
Николай Теплухин и Николай Савельев представители подпольного и партизанского движения...
Николай Иванович Кузнецов Николай Иванович Кузнецов...
1 Общая характеристика понятий «социальная группа», «малая группа», «большая группа»...
«Современные технологии и оборудование в пчеловодстве» Организаторы семинар совещания Группа...
Н. Н. Теплухин Великая Отечественная война...
Император Николай II среди командующих армиями фронтов...



Загрузка...
страницы:   1   2   3   4
скачать
НИКОЛАЙ КОЛЯДА


ГРУППА ЛИКОВАНИЯ

Пустячок в двух действиях.


г. Екатеринбург

1999 год


ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:


СИСИНА СВЕТЛАНА - 25 лет, актриса Калачинского Облдрамтеатра

ДЕШЁВЫХ ЛИДИЯ ПЕТРОВНА - 55 (или 45, или 36) лет, заведующая актёрским буфетом Калачинского Облдрамтеатра

КОКОУЛИН ГЕННАДИЙ - 25 лет, заведующий музыкальной частью Калачинского Облдрамтеатра

КОЧУБЕЙ БОРИС ПЕТРОВИЧ - 45 лет, заслуженный артист Калачинского Облдрамтеатра

ВОСЕМЬ МИЛИЦИОНЕРОВ из Калачинского УВД


^ Действие пьесы происходит в детском садике,

что напротив Калачинского Облдрамтеатра, ночью, 30 декабря.

ПЕРВОЕ ДЕЙСТВИЕ

Театры всегда строят в самом центре всех городов: даже таких маленьких, как Калачинск. Центр Калачинска. Театр, жёлтое здание с колоннами. Напротив театра - двухэтажный, кирпичный детский садик. Он, как и театр, полукругом стоит здесь, на конечной остановке. Последние троллейбусы разворачиваются по кольцу и уходят в парк. Провода обледенели и штанги с троллейбусов всё время со вспышкой срываются. Тогда выходит водитель, надевает желтую куртку, матерится и начинает штангу на место верёвкой ставить. Ночь, зима, 30 декабря. Холодно. Холодно. Холод собачий. Холодно ужасно на белом свете. Десять вечера, но уже на улице ни души - будто вымерло, будто Луна это или Марс. А в четырёх пятиэтажках, что рядом с “кольцом”, окна светятся. Люди ходят в своих тёплых квартирах, ругаются, мирятся, разговаривают, к Новому Году готовятся, ёлки наряжают.

В детском садике ёлку сегодня с утра нарядили. Она стоит в большой комнате, где всегда проходят “утренники”. Темно в комнате, ёлка дрожит, ленты на ёлке, шарики-фонарики блестят. Дети из разноцветной бумаги снежинок две сотни вырезали, развесили по всей комнате, к оконным стёлам приклеили. Стёкла в морозных узорах, но сквозь них всё же видно всю площадь у театра, снег, фонари. На окнах толстые решётки. На втором этаже - спальня: рядками аккуратно заправленные детские кроватки. А на первом, в комнате, где ёлка, стоит фортепиано, магнитофон, маленькие стульчики по периметру. Рядом с этой комнатой - раздевалка-прихожая с деревянными кабинками-ящичками для одежды, ещё - столовая, ещё - кухня.

Вот, пришли. Нам на кухню надо. Кто тут есть? А-а. Знаю. Этих артистов я знаю. Мои друганы. Нет, артистка тут только Светлана Сисина, а Гена Кокоулин - завмуз из театра. Ну, и завмузов таких я видел-перевидел. Ну, ладно.

Итак, на кухне за большим алюминиевым столом для разделки овощей и мяса сидит в синем халате СВЕТЛАНА и ест суп из тарелки. Ей 25 лет, молодая и чернявенькая, всё вскрикивает чего-то не по поводу и восторгается - девочку играет в жизни. (А ведь уже далеко не девочка. Ну, ладно.) Возле большой электрической плиты на полу стоит бак с водой, рядом с баком картошка в ящике. ГЕННАДИЙ чистит картошку и вычищенные картофелины кидает в бак. Геннадий тоже, как и Света, в женском халате с вытачками. Под халатом чёрный пиджак, белая рубашка, бабочка - вырядился чего-то. Халат он застегнуть не может: Гена очень толстый парень. (Хотя ему уже 25 лет и он далеко не парень. Ну, ладно.) Волосы у Геннадия длинные и липкие. Очки с толстыми стёклами на носу. Светлана ест суп в охотку, не спеша, при этом плачет, и красиво откидывает на спину длинные волосы, которые всё время падают в чашку. Геннадий трёт нос запястьем руки, поправляет очки, моргает глазками и тоже вот-вот разрыдается.

СВЕТА. (Плачет.) Я, Гена, такая, Гена, несчастная! Самая, Гена, разнесчастная, какая, Гена, может, Гена, быть! (Ест суп.) Пойми, Гена, я не хочу ролей, правда, Гена! Мне бы, Гена, вот, чтобы включили бы свет на сцене, да? И чтоб музыка играла, и чтоб, Гена, я в юбках бы, бегала бы, Гена, по сцене, по сцене, по сцене, Гена! Юбками бы, Гена, махала бы, махала бы, Гена! Носúться, Гена, чтоб, как угорелая и никаких даже зрителей, Гена, не надо! Просто так чтоб! Махать и бегать под классическую музыку обязательно, Гена! Бóльшего, Гена, счастья не надо мне! Не вру, Геннадий! Понимаешь?!

ГЕННАДИЙ. (Он немного шепелявит.) Тут, Света, садик большой, Света, можно, Света, бегать, Света, и махать, Света, всю, Света, ночь. А я, Света, буду за оркестр, Света, играть, Света, классическую музыку, Света. А, Света? Не плачь, Света! Ешь, Света!

^ СВЕТА. Гена!

ГЕННАДИЙ. Света!

СВЕТА. Ты такой грандиозный!

ГЕННАДИЙ. Ты такая тоже!

Молчат, смотрят друг на друга. Света ест суп, плачет и улыбается. Гена чистит картошку, плачет и улыбается. Долго молчат.

СВЕТА. Так трудно быть актрисой в театре. Такие все просто дубы по мастерству актёра. Просто дубы могучие, Гена, в мастерстве ни “мэ”, ни “бэ”, не петрят, я одна ...

ГЕННАДИЙ. Да, да, понимаю, Света. И в музыке, Света, никто не петрит в этом театре, никто ни “мэ”, ни “бэ”, дубы все одни! (С силой кинул картошку в бак.)

^ СВЕТА. Ой, Гена, да! Дубы все необструганные! Ой, да!

ГЕННАДИЙ. Надо уехать, Света! И уехать вместе, и строить новую жизнь, в новом театре, где этих дубов необструганных нету! А то эти дубы заманали просто в дугу!

СВЕТА. Не говори, заманали, да, в дугу, да, Геник! Грандиозная идея с уездом отсюдова! Ты бы мог бы завмузом устроиться в какой-то театр поприличнéе и побольше, так ведь? И работать, писать свою музыку до упаду, так ведь? Давай, вот накопим денег и уедем, да? А тут чего? Чё смеяться-то? (Произносит последнее слово так, как написано: с большим мягким знаком внутри.) Тут - нуль. И режиссура тут ужасная. На сцене каждый раз: одна встала - две сели, вот вся режиссура, все спектакли.

ГЕННАДИЙ. Да, Светик! Уедем, Светик! К чёрту эту клоаку!

СВЕТА. Тише! Ты же в курсе? Я матов - не приемлю в жизни, а особенно на сцене! А сейчас только такие пьесы, где всю дорогу надо материться! На сцене! Это же - нечто грандиозное, святое! А они всё “бэ” да “бэ”! (Плачет.) А публика думает, что я и в жизни такая развратная! А я такая чистейшая, Гена! Я такая неразвратная, Гена, ужасно! Как бы это тебе сказать попроще, чтоб ты понял? Я сама удивляюсь, как могла в таком угаре сохранить чистоту, свежесть и незапятнанность полнейшую, до конца, блин!

ГЕННАДИЙ. Я понял, Света! Не плачь! Я буду писать тебе только чистую и красивую музыку! Чистейшую! Неразвратную! И ты будешь под неё на сцене бегать, бегать!

СВЕТА. Грандиозно, Геник! Или лучше даже не бегать, а просто легко так танцевать, ага? А то, чё смеяться-то, чё я как дура бегать-то буду? (Смеётся.) Я же актриса. Я буду потихонечку, изящно так кружиться. (Ест суп.) Ты супу хочешь? Оставить маленько?

ГЕННАДИЙ. Ешь, Света! Ешь до самого донышка! Я совсем-совсем не хочу супу!

СВЕТА. (Откидывает волосы.) Я не верю, как говорил Константин Сергеевич Станиславский! Ты хочешь, я же вижу по твоим глазам? Ой, вкусно! Ой, тихо! Грандиозный детсад и весь - наш! На всю ночь! Начистим картошки, ты будешь играть мне, а я буду слушать и плакать, плакать!

ГЕННАДИЙ. Зачем же плакать, котёночек мой, Светулечка?!

СВЕТА. Тихо, не мешай помечтать! Плакать, что завтра - Новый Год, что я так счастлива! (Шмыгнула носом.) Меня просифонило где-то. Гена! Мы уедем! Я так люблю тебя, что брошу сейчас суп и буду тебе помогать чистить картошку!

ГЕННАДИЙ. Нет, ты теперь - сторож, охрана, тебе надо набираться сил и много-много кушать! И потому - кушай!

СВЕТА. Нет, ты будешь кушать теперь, а я буду чистить картошку! Я ещё, как сторож, обязана за ночь (зажимает пальчики) три раза позвонить в отдел охраны, сообщить, что всё в порядке, начистить бак картошки, в пять утра поставить бак на плиту и - всё! Три раза в неделю и - получите ваши денежки! Чё смеяться-то, в театре я получаю в два раза меньше! Дай, буду чистить!

ГЕННАДИЙ. Ты не будешь чистить! Тебе надо беречь руки!

СВЕТА. Это тебе надо беречь руки! Чтобы играть на рояле! В смысле, на инструменте! Ну, съешь капельку?! Ты ведь очень хочешь. Ты такой толстенький, ты такой слоник ...

ГЕННАДИЙ. Я не слоник.

СВЕТА. Кончай, мне так нравится, что ты такой неординарный! (Смеётся.) Ну, перестань дуться, чё смеяться-то? Я ж пошутила, ага?

ГЕННАДИЙ. Нет. То есть, да. Ешь ты. Я не голоден. Я счастлив. Я сегодня напишу в дневник, что мы с тобой вместе сторожили детсад.

^ СВЕТА. Гена! Я сейчас от восторга кончусь! В смысле, ты такой необычный! Ты ведёшь дневник? Как интересно!

ГЕННАДИЙ. Все великие люди вели дневник, Светик.

СВЕТА. Да?! Гена! Я скажу тебе, но только ты не обижайся. Я, Гена, никогда не встречала людей, Гена, которые ведут дневник! И что ты пишешь? Без булды, честно, а?

ГЕННАДИЙ. Ну, разное.

СВЕТА. Ну, например? Обо мне есть что-то?

ГЕННАДИЙ. Только о тебе! Последние три дня только! Вот, как мы стали вместе, так я - сразу и до сих пор.

СВЕТА. Грандиозно! (Смеётся.) Он дневник ведёт! Он Гена! Он гений! Он гениальный! Он грандиозный! Мне повезло в жизни встретиться с живым, не мёртвым гением!

ГЕННАДИЙ. (Чистит картошку.) Ну, что ты, не надо так сильно. Да. Дневник. А ещё мне снятся сны! Вот, снится, что приходят ко мне великие композиторы, такие, как, к примеру, Бах, Бетховен, Моцарт, Паганини, Мендельсон и другие ...

^ СВЕТА. Правда?! (Смеётся, хлопает в ладоши.) И что же они с тобой делают?

ГЕННАДИЙ. Нет. Они ничего со мной не делают, Света. Они говорят со мной. И просят меня. Просят усиленно, чтобы я писал бы и дальше, и больше, и как можно больше успел бы за свою жизнь. Вот так. (Заплакал.) Я такая плакса, всё время, как что-то чувствительное - рыдаю. Даже стыдно.

^ СВЕТА. Грандиозно! Не могу поверить! К нему приходят композиторы! О, Гена! Плачь, плачь, дорогой мой! Я обожаю тебя! Ах, как хочется работать, работать, учителем или ещё чем-то! Какой детсадик грандиозный! И прям напротив театра, всё время можно на него смотреть! А каждый день картошку? Нельзя макароны детям?

ГЕННАДИЙ. Сегодня праздничное меню, в честь Нового года. А бывает - вермишель. Удобнее. Надо в пять утра воду в баке на плиту и всё. Завхозша еды сторожам оставляет. Я тут подрабатываю, на музуроках, а заодно и сторожем стал. Мы - сменщики. Ночь - ты, ночь - я, ночь - сторожиха, ну, бабушка есть одна. Я так люблю тут, так тихо тут.

СВЕТА. О, грандиозная идея! Мы накопим денег, купим такую красивую красную “бибику”, машинку, как в кино, я сяду за руль и уедем, умчимся! Грандиозно! Именно! Нам нужна “бибика”!

ГЕННАДИЙ. (Плачет от восторга.) “Бибика”! Ты неземная!

^ СВЕТА. “Бибика”! “Бибики” теперь стали дешевле грязи! И мы купим! О! Я буду чистить до утра и не усну ни на секундочку!

ГЕННАДИЙ. Но у тебя завтра утром спектакль!

^ СВЕТА. Ничего! Мне чертовски хочется работать! (Ест суп, пьёт чай, заедает белым хлебом.) Я помогу, сейчас супчик доем только! Я ем медленно. Тридцать три раза прожевать, чтобы пища легко усваивалась. Ненавижу, кто лопает, как чеканашки, торопятся. Я никогда не тороплюсь. Ой, как мне нравится! Можно танцевать, играть, прыгать, учить роли, прям дворец заколдованный! А с ёлкой вообще просто отпад! Я доем и помогу. Гена! Я так рада, что именно за труд, за физический труд я получаю деньги. Вернее, получу деньги. Вообще, надо физически много трудиться. Мыть подъезды и так далее! И тогда общество возродиться! Думаешь, я могу чистить картошку без перчаток? Я не видела тут перчаток. У меня руки станут черные.

ГЕННАДИЙ. Я сам почищу.

СВЕТА. Береги свои грандиозные руки!

ГЕННАДИЙ. Света! У меня к тебе разговор!

СВЕТА. Ну, что? Кончай, а? Опять? Про Кочубея? Хватит! Портит аппетит, блин!

ГЕННАДИЙ. (Помолчал.) Нет. Я не про Бориса Петровича. Ты не спросила, почему я сегодня так одет. Я ведь специально ...

^ СВЕТА. (Хихикает.) Хочешь мне предложение сделать, да? Милый!

ГЕННАДИЙ. Ну да, но потом. А сначала ... Дело в том, что я написал второй концерт для фортепьяно и скрипки. Вот. И я хотел тебе его исполнить, как в концертном зале чтоб было. Он, мой концерт, идёт два часа сорок семь минут, и я хотел ... Да? Мы сейчас пойдём и послушаем его.

^ СВЕТА. Да? Но нету скрипки? Как мы будем?

ГЕННАДИЙ. Я сыграю за скрипку. Я обозначу тебе её! О! Ты поймёшь, ты тонкая!

СВЕТА. Я стану толстая, если съем одна весь этот суп! (Хихикает.) Но я не слышала первого концерта, Гена, а ты уже второй нашарашил! (Смеётся.) Шутка! В смысле - написал! Это ты тут, в садике, по ночам, да, от неча делать, да? Грандиозно! Как бы мне послушать первый, а уж потом бы, как говорится ...

ГЕННАДИЙ. Обязательно! Ты услышишь! Моя любовь будет все мои концерты слушать! Мы сейчас пойдём слушать музыку ... Да?

^ СВЕТА. Ладно. Пошли. Я наелась. Пошли: ты - играть, я - слушать. Чего теперь.

ГЕННАДИЙ. Света! Ты такая ... грандиозная!!!! (Плачет.) Ну вот. У меня испортилось настроение. Ты вспомнила этого человека, эту мерзкую фамилию. И вот ...

СВЕТА. Всё, замяли, Гена, не жлобничай, а? Ну, чё смеяться-то, чё ты, опять да заново? Чирикнутый! Всё! Никакого Кочубея, всё! Он мне гадок! Я проклинаю судьбу, что она связала меня с ним! Правда, ненадолго, и я нашла своё истинное счастье. Вот оно, толстенькое сидит, сю-сю-сю! Потом, он, Кочубей, не устроил меня работать сторожем сюда, а сделал это ты! Как настоящий мужчина! Дал возможность женщине подработать! Я съем ещё булочку. Вот так. (Ест, чихает.) Да где это меня просифонило так?

ГЕННАДИЙ. Это сто процентов, Светик?

СВЕТА. Ну, завял, ну? Ну, не порти мне аппетит? Ну, чё смеяться-то? Я ведь могу вспомнить тоже тебе, Лидуху, скажем, раз ты так, но я же не вспоминаю её тебе.

ГЕННАДИЙ. Лидуху? Кого?

СВЕТА. Того. Весь театр знает, что ты к ней нырял, к этой старой маразматичке Лидии Дешёвой, завбуфетом. Нет, скажешь? Фу! По за глаза про вас говорят все в театре. То-то. Тихо! Я прощаю тебе и то только потому, что ты слабый человек, ты любишь “понямням”. И ты только потому к ней ходил. Из-за сосисок, не из-за любви.

ГЕННАДИЙ. Света?! Сосиски?! С чего ты взяла, что я - люблю “ням-ням”?

^ СВЕТА. Что такое-э-э?! Ты как разговариваешь? А-а?!

ГЕННАДИЙ. Я не люблю “ням-ням”, я никогда даже, ну, если так, то я вот ...

СВЕТА. Что: “я, вот”? Чё смеяться-то? Ну, кончай слона мыть-то? Замяли. Мир! Я тебе отомстила. Чтоб ты не вспоминал мне никакого Бориса Петровича, никогда, потому что он ... он ... плохой, отвратительный! (Вскрикнула, заплакала.) Ах, ах, я несчастна!

ГЕННАДИЙ. Прости, прости, Света, я не буду больше! Милая!

^ СВЕТА. Не простю! (Встала, стряхнула крошки с платья.) Всё. Я поела. Пошли плясать.

ГЕННАДИЙ. Слушать музыку?

СВЕТА. Ну, или так. Пошли. Надоело тут сидеть. Сижу тут, обжираюсь, а мне никто не скажет, мне же форму держать надо, я же девочек играю, а он сидит, молчит ...

ГЕННАДИЙ. Прости! (Кинулся к Светлане, целует ей руки.)

^ СВЕТА. Ну, куда? У тебя руки грязные, в картошке. (Улыбается.) Ну, что?

ГЕННАДИЙ. Света?! Мир?!

СВЕТА. Полный триндец с тобой, Генаха. Мир, ладно.

ГЕННАДИЙ. О, ты такая! У меня руки чешутся, я хочу играть возвышенное, лиричное, красивое! О! Но я должен чистить картошку!

СВЕТА. Да попозже начистим. Отдохнём пока у ёлки, посидим там, детство вспомним, а? Почему они не едят макароны? Я люблю макароны. (Смеётся.) И тебя! О, нет, нет, нет! Нет! Я тебя не люблю! Я тебя обожаю! Бетховен, Моцарт - барахло! Вот ты - да! Ты грандиозный! (Чихает.) Правду сказала.

^ Металлический, протяжный звонок в дверь.

ГЕННАДИЙ. Звонок.

СВЕТА. Здорово! (Смеётся, пошла к дверям.)

ГЕННАДИЙ. Куда ты?

СВЕТА. Открывать.

ГЕННАДИЙ. Кому? Кто там - знаешь?

СВЕТА. Нет.

ГЕННАДИЙ. Ты сторож. Тебя могут убить, ограбить.

^ СВЕТА. В натуре?

ГЕННАДИЙ. В натуре!

СВЕТА. А чего тут грабить?

ГЕННАДИЙ. Холодильник забит подарками, на утренник. Тут куча чего украсть. Ковры, фоно, люстры ...

^ Звонок снова и снова.

СВЕТА. Я боюсь. Я в обморок упаду. Мама! Мамочка!!!!

ГЕННАДИЙ. Мы же сторожа, тихо!

СВЕТА. Я не сторожа! Я актриса! Я тут случайно! Дяденьки! Не убивайте! (Заплакала.)

ГЕННАДИЙ. Тише! Нечего бояться! Не надо открывать и всё!

^ СВЕТА. А вдруг он или они - банда, они начнут взламывать дверь, лезть в окна?

ГЕННАДИЙ. Ты сторож, ты должна ...

СВЕТА. Ты мужик или нет? Или кто? Фуфел! Меня к двери толкает, а сам?! Защищай меня! К тебе стучали в твоё дежурство?

ГЕННАДИЙ. Я не толкаю! В моё дежурство никто не стучал. Ты кого приглашала?

СВЕТА. Я? Ага! Я актриса, и щас позову кого: ага, глядите, я ещё и сторожем могу! Так? Это же позор для актрисы! Я все главные роли ... Мама! Куда ты меня вовлёк?! (Звонок снова и снова.) Почему оружие не дали? Где оружие?!

ГЕННАДИЙ. Тише! Не шевелись! Не будем открывать и всё. Не двигайся!

^ Звонок снова и снова.

СВЕТА. Ты трусина! Я боюсь! Мама! А вдруг это не воры? А вдруг это кто-то там замерзает под дверьми?

ГЕННАДИЙ. Прямо.

СВЕТА. Криво. Утром мы выйдем, а там лежит молодой, красивый человек, лежит себе камнем, как хрусталик, а всё от того, что он замерзал и мы ему не открыли, а?!

ГЕННАДИЙ. Да почему молодой красивый обязательно?

^ СВЕТА. Потому что Новый Год и должен появиться принц!

ГЕННАДИЙ. Какой принц? Ведь я твой принц, Светик?

СВЕТА. А? Ага. Ну да, конечно, ты - принц, но я про что-то другое, про свои фантазии! (Пауза.) Надо спросить: “Кто там?” Спроси мужским голосом, пусть испугаются, если воры! А если принц, я потом спрошу женским, а сейчас я боюсь женским!

ГЕННАДИЙ. Я не буду, выдумки, никого там нет, кто-то хулиганит, тише!

^ Звонок в дверь.

СВЕТА. (Плачет.) Зачем я пришла сюда?! Так хорошо работать артисткой! Как я могла?! Я же актриса! Лучше б пошла в культпросветучилище преподавать историю, блин, искусства!

ГЕННАДИЙ. В “кульке” супу не дадут! (Взял нож, пошёл к двери, громко.) Кто там?!

^ За дверью тихо. Света спряталась у плиты, присела, рыдает.

СВЕТА. Замерзает. Совсем. (Снова звонок.) Я открою. Надо любить людей! Он заблукал! Он потерялся! Он замёрз и слова сказать не может! Пускай погибну я, но прежде, я в ослепительной надежде! Я спасу замерзающего! Красивого до безобразия!

ГЕННАДИЙ. Не надо!!!

Дверь двойная: одна внутрь открывается, другая наружу. Светлана открыла первую дверь, потом, что есть силы, толкнула ногой вторую, отскочила, присела, спряталась у плиты.

За порогом в снегу на коленях, опустив голову низко-пренизко, стоит БОРИС ПЕТРОВИЧ. Он в коричневой мохнатой шубе-полуперденчике из искусственного меха, шапка-ковбойка в руках. Геннадий замахнулся ножом. Увидел Бориса. Кашлянул. Борис не двигается.

Света, это к тебе.

СВЕТА. (У плиты сидит, визжит.) Заберите всё! Не троньте! Не убивайте меня! Я актриса! У меня сказка в одиннадцать! Я Алёнушку играю!

ГЕННАДИЙ. Не надо бояться человека с ружьём.

^ СВЕТА. Он с ружьём?! Мама!!! (Визжит.)

ГЕННАДИЙ. Света, возьми себя в руки, ты же сторож?!

СВЕТА. Я не сторож, я тут случайно, я актриса!

ГЕННАДИЙ. Света, это к тебе, я сказал ведь, ну?!

^ СВЕТА. Кто?!

ГЕННАДИЙ. Кто, кто. Дед Мороз.

БОРИС. (Негромко.) Поиздевайся, гадёныш.

ГЕННАДИЙ. Я в отличии от некоторых - не издеваюсь! Кончайте этот театр. Закройте дверь с той стороны. Нечего стоять! Уходите, Борис Петрович. Мы будем вместе.

^ СВЕТА. А?

ГЕННАДИЙ. Встаньте, сказал!

БОРИС. Не встану.

ГЕННАДИЙ. Встаньте!

СВЕТА. (Прошла к двери, одёрнула халат, поправила причёску, кашлянула.) Встаньте, Борис. Это сюрприз.

^ БОРИС. Не встану. Прости, Светка.

СВЕТА. Встаньте. Не прощу. Уходите прочь. Ах!

БОРИС. Прости. Не встану. Кончай дурить, Светка.

СВЕТА. Ну и стой. Я не дурю. Я тебе не Светка! Сам дурак, раз такое дело. Чё смеяться-то? А ну, встал быстро, ну? (Пауза.) Ну, как хочешь.

^ Закрыла дверь, ходит по кухне, машет руками.

Генулечка, чисти картофелёчек дальше. Сейчас я присоединюсь к тебе. Только справлюсь с некоторым волнением, которое меня обуяло. И помогу тебе. О, этот человек! Он может кого хочешь возбудить. В смысле, разволновать.

ГЕННАДИЙ. У тебя всё с ним кончено?

СВЕТА. Кончено, конечно, кончено! Я не знаю, чего он явился и вообще откуда он узнал, что я тут сторожу. О, стыд! Он заливает мне румянцем щёки! Стыд! Я ведь актриса, я ведь выхожу на сцену, это святое, я - Алёнушка ... Одно дело - преподавать танец, ритмику, сценическое движение, мастерство актёра, сценическую речь, и другое - сторожить. Но он-то, он-то откуда узнал об этом? Кто-то сказал в театре? Все знают?! Позор. Ты сказал кому-то и понеслось, да? Грандиозно. Он простудится там.

ГЕННАДИЙ. Не простудится.

СВЕТА. Простудится. У тебя к людям никакого сострадания. Чёрствый! Ах! Он так занят в репертуаре и, если он простудится, то полетят все спектакли, в которых я играю. А я везде играю в паре с ним. Ужасно. Ах!

ГЕННАДИЙ. Не простудится.

СВЕТА. Простудится. Полетит весь репертуар. Я - Алёнушку, а он - Принца играет ...

ГЕННАДИЙ. И пусть летит.

СВЕТА. Нет, мы люди, не монстры!

^ Светлана открыла дверь. Борис Петрович стоит на пороге всё в той же позе.

Что вам угодно, Борис Петрович?

БОРИС. Светка, прости. Выгони его и возьми меня.

^ СВЕТА. Куда?

БОРИС. Сюда.

СВЕТА. Зачем?

БОРИС. Затем.

СВЕТА. Зачем затем?

БОРИС. Сторожить вместе с тобой. Он же шепелявый. Он же - Гена Кака-улин.

ГЕННАДИЙ. Я Кокоулин! Коко! Коко!!!! Я не шепелявый!!!! Я Коко!

^ БОРИС. Нет, Кака. Мы каждый вечер играем любовь на сцене. Значит ...

СВЕТА. Ничего не значит. У вас есть общепит. Было, ага, было?! Признался!

БОРИС. Было. Каюсь. Мы артисты, наше место в буфете. Но с тобою мы всё время вместе на сцене! Мы должны быть вместе и в жизни, понимаешь ты логику?!

^ СВЕТА. Я не виновата, что в театре нету молодого героя любовника.

БОРИС. Я молодой.

ГЕННАДИЙ. (Кричит.) Вы старый! Вам сорок пять, а мне двадцать пять! Я лучше! У вас лысина! Вы её прячете своими волосами, накрутите на башке и будто волосы! Вы на сцену без парика не выходите! Даже Принца - в парике!

БОРИС. Принцы все в париках всегда. А ты молчи. Отрастил “Мадам Сижу”, за километр видно, никаким париком её не закроешь, штафирка, столбик с глазами, Бетховен стукнутый.

ГЕННАДИЙ. Что-о?!

СВЕТА. Гена, ты чего кричишь на моего партнёра?

ГЕННАДИЙ. У тебя же с ним всё кончено?

СВЕТА. Кончено, но не до такой же степени. Что ты его оскорбляешь? Не лезь не в своё дело, чё смеяться-то? Войдите, Борис Петрович. Прошу вас! Мы должны интеллигентно разобраться. (Борис встал, вошёл, стоит у порога, понурив голову.) Итак, я вам уже сказала: я полюбила другого, вот его - Гену.

ГЕННАДИЙ. Да, его! Да, меня! Да, Гену!

БОРИС. Ага. Крокодила Гену Каку-улина. У него очки типа “Кот Базилио”, грязные волосы и гнилые зубы.

ГЕННАДИЙ. Что?!

СВЕТА. Да, Гену. И не крокодила, и не “Кота Базилио”, и не Каку, а заведующего музыкальной частью Калачинского Облдрамтеатра Геннадия Кокоулина! Он играет грандиозно! А я обожаю, Борис Петрович, классическую музыку!

БОРИС. Не ври, Светка, ты классическую музыку терпеть не выносишь, воешь волком, когда по радио чего! Это правда, крокодильчик Базилио. Светка, вернись.

СВЕТА. Всё! У нас с вами всё кончено. Это была мимолётная слабость. Уходите. Я сказала - нет. Я начáла новую жизнь. Новый Год и новая жизнь, вот такушки. Давай, Боря, сваливай, нам надо тут картошку чистить. Потом первый концерт для фортепиано с виолончелью слушать, так что ...

ГЕННАДИЙ. Со скрипкой ...

СВЕТА. Какая разница? Пусть сваливает. Всё. Новый год, новая жизнь.

^ БОРИС. (Помолчал.) Дура.

СВЕТА. А?

БОРИС. На два. Покаешься, да поздно будет.

СВЕТА. Ой, не запугивайте меня.

БОРИС. Тебя в театре теперь не будет. Ни одной роли. Я лягу на дороге.

^ СВЕТА. Ой! Да я уеду в другой город.

БОРИС. Я и в другом городе лягу.

СВЕТА. Не ляжете.

БОРИС. Ляжу.

СВЕТА. Что вы пристали? Уходите. Нам картошку надо, нам охранять надо!

^ БОРИС. Ах, так? Ну ладно. Я никуда не уйду. Я вам мешать буду. Надоедать буду.

ГЕННАДИЙ. Мы вызовем милицию!

БОРИС. Это я вызову милицию. Всё. Пойду репети-тировать. Я тут утром в восемь часов буду Деда Мороза играть.

Пошёл в большую комнату, Светлана и Геннадий бегут за ним. Борис снял с плечиков висевший в коридоре у большой комнаты костюм Деда Мороза.

Где мой куздюмчик? Вота! У-у, уже нагладили, приготовили для дедушки! Примерю ...

^ СВЕТА. Какая наглость! Какая наглость! Мы сторожим тут, а он ...

ГЕННАДИЙ. Вы что, сейчас собрались Деда Мороза лабать?

БОРИС. А тебя вообще не спрашивают. Сейчас. Это мой садик. Не ваш. (Включил свет в большой комнате, что-то мурлыкает, Геннадию.) Тапёр. Бездарь.

ГЕННАДИЙ. Сам ты бездарь.

^ БОРИС. Я - заслуженный артист. Когда я играю, в театре на люстрах висят!

ГЕННАДИЙ. Висят из-за моей музыки! Вы подхалимством звание сделали. Вот так!

БОРИС. Молчи, штафирка! Фиг тебе. Я артист хороший, а ты - нуль. Ты кто? В театре артисты самое главное! Не смей трогать артистов! Мы - священные чудовища, понял?! Я - артист, я - стою на алмазной горе, а внизу копошатся зелёные мухи - завмузы всякие! Я весь репертуар тащу на себе, без меня театра - нет, а без тебя - есть. Понял?! Ишь, сказки всему театру рассказывает, Бетховен ему снится! Ага. Снится и просит: “Заткни фонтан, Кака, не пиши, я оглох уже!” Так он тебе говорит? А мне вот Станиславский снится и говорит: “Ты, Боря - моя живая ходячая система Станиславского, воплощение её на земле!” И что теперь? Я же молчу, никому не рассказываю, хоть горжусь, конечно!

ГЕННАДИЙ. Я пианист! Вот, какие руки! Я полторы октавы запросто!

БОРИС. Фу. Картошку чистил и мне крюки грязные свои в нос суёт. Отстань, лабух! До-ре-ми-до-ре-до, понял, что я сказал? То-то. Музыку он пишет! Птфу на твою музыку! Пусть кто хочет мне про твою музыку говорит, я скажу, что этот костромской лабаз мне хотят выдать за театр Ковент Гарден? Да барахло ты. А меня весь город знает. Ты только и можешь, что подыгрывать на пианине. А я вот - играю! Раз, два, три, ну-ка, ёлочка, гори! (Включил штепсель от ёлочной гирлянды в розетку, на ёлке зажглись огни. Смеётся.) Видал? Я вообще - волшебник! Я - человек, а ты - нуль.

ГЕННАДИЙ. Я не нуль.

БОРИС. Ты нуль.

ГЕННАДИЙ. Сам ты нуль.

БОРИС. Ты нуль, а я не нуль. (Пауза.) Ну, раз ты не нуль, то ты говно тогда, вот так.

ГЕННАДИЙ. Сам ты говно.

БОРИС. Ты говно.

ГЕННАДИЙ. Застуженный артист погорелого театра, вот вы кто! Вот ты кто! Чего я с тобой церемонюсь, ты мне никто, вот так!

^ БОРИС. В лоб стукну!

ГЕННАДИЙ. Хам! Распускаете руки? Царёк в провинциальном театре!

БОРИС. От свиньи визгу много, а шерсти нету.

ГЕННАДИЙ. Вы к чему это?

БОРИС. К тому это.

^ СВЕТА. Товарищи, тише, не надо драться ...

БОРИС. Уйди с дороги, Снегурочка! (Геннадию.) А ты сожми зубы вместе, а то я тебе сейчас по попе толстой нахлопаю, крокодил Базилио ...

ГЕННАДИЙ. Сам крокодил Базилио! Не боюсь! Мы тут сторожим! Мы тут планы строим на будущую жизнь, мы тут картошку чистим, а он пришёл, разорался!

^ БОРИС. Чисти. Без-з-з-здарь.

ГЕННАДИЙ. Сам ты без-з-здарь! Света, но ты-то, ты-то почему молчишь?!

СВЕТА. Что я должна сказать?

ГЕННАДИЙ. Кто из нас говно - ты должна сказать? Ну?

^ СВЕТА. Я не знаю.

ГЕННАДИЙ. Как - не знаю?

БОРИС. Ты, конечно. Что тут кого-то спрашивать. Светка, посмотри на это чмо во фраке и в халате, фу! Погань. Зачем ты его позвала с собой?

СВЕТА. Прекратите ругаться! Боря, кончай, ну? Блин, Боря, я не выношу брани! Мне прям это так капитально по ушам режет! Чё ты к нему пристал? Вы же мужчины!

^ БОРИС. Да? Он - не мужчина. Он - чмырь. Я - мужчина, да. Ты сама мне говорила, что я в постели ой-ей-ёй как, ну? Вспомни, так?

ГЕННАДИЙ. Света, скажи, ну?!

СВЕТА. Боря?! Хорош, ну?!

^ БОРИС. Зачем ты его позвала?

СВЕТА. Картошку чистить.

БОРИС. (Смеётся.) А-а. Тогда: дэ-гэ. Договорились. Тогда прощаю. Чтоб он тебе картошку почистил. Тогда - ладно. Тогда - другое дело.

ГЕННАДИЙ. Из-за любви она позвала! Из-за любви к музыке и ко мне!

^ СВЕТА. Правильно, прости, Генаша! Вот так надо было сказать, как ты сказал, а я не так сказала, правильно!

БОРИС. Нет, неправильно! (Смеётся.) Первое слово дороже второго. Это называется - фрейдистская оговорка, Светик. Из-за картошки. Да, да, да! Любовь, ага - ха-ха! Гена, у любви, как у пташки крылья!

ГЕННАДИЙ. Да, как у пташки, да, крылья!

БОРИС. Нет, не у пташки, нет, не крылья!

^ СВЕТА. Молчать оба!

БОРИС. Так. Я пойду к бороде приклеюсь и - начнём.

ГЕННАДИЙ. Что начнём?





оставить комментарий
страница1/4
Дата30.11.2011
Размер0.58 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх