Ури Геллер, Гай Лайон Плэйфайр Эффект Геллера icon

Ури Геллер, Гай Лайон Плэйфайр Эффект Геллера



Смотрите также:
49-45 г до н э. Причины победы Гая Юлия Цезаря...
Доклад Эффект
«Биосенсор ан»...
Реферат по теме: тепловой эффект...
Стерические (пространственные) эффекты. Ван-дер-ваальсовы радиусы...
Õppejõud
Литература общего характера...
Лекция 10. Эффект Доплера. Давление света...
Уильям лайон маккензи кинг и эволюция канадского либерализма в первой половине XX века 07. 00...
Прогнозирование новых технологий...
Реферат вданной работе рассмотрен линейный электрооптический эффект эффект Поккельса...
Исследовательская работа по литературе «Изобразительно-выразительные средства русского языка в...



страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   20
вернуться в начало
скачать

Но, пожалуй, среди наиболее удачных изобретений на сегодняшний день следует выделить инерционный сенсор «Джи-Эс», который может быть использован как в маленьких, так и в огромных сооружениях, начиная от обычного дома до гигантских границ, растянувшихся на сотни миль. Как и большинство нашей продукции, этот прибор продается в разные страны, в некоторых из них он делается по лицензии. Со стороны он напоминает обыкновенный ровный забор, но стоит вам подойти по ближе, чтобы получше его разглядеть, как он уже сам вас внимательно изучает. Дежурный оператор, сидящий за пультом монитора в каком-то центральном контрольном пункте, своевременно предпримет соответствующие меры при вашем приближении.

Недавно одна крупная компания, базирующаяся в Хелсингборге в Швеции, купила права на распространение этого инерционного сенсора в Швеции. Естественно, мы не спрашивали, каким образом фирма и ее заказчики планируют использовать наш прибор. В деле безопасности никто не сообщает никому того, что никто не должен знать. И мне остается лишь заметить, что ни одно из наших изобретений не может быть использовано для агрессивных целей. Все они предназначены для улучшения системы безопасности и обороны.

В октябре 1982 года в средствах массовой информации появилось сообщение, что советская подводная лодка была обнаружена в территориальных водах Швеции вблизи от секретной морской базы в Муске, расположенной в двадцати милях к югу от Стокгольма. Это было весьма непонятное и запутанное дело. Особенно если судить по сообщениям газет. Одни утверждали, что подводных лодок было даже две, а не одна и что шведская сторона использовала подводные бомбы, чтобы заставить подводные лодки всплыть на поверхность. Другие писали, что они бесследно исчезли. А еще через месяц было выдвинуто предположение, что вообще никакой советской лодки и в помине не было. Но одно сообщение показалось мне особенно интересным — в газете «Дейли мейл» от 6 октября 1982 года. В нем говорилось следующее:

«Незваный гость был загнан внутрь бухты Норсфьорден в Муске при помощи системы противолодочной облавы специальной металлической изгороди, которая была приведена в рабочее положение, как только перископ подлодки удалось обнаружить пять дней назад».

А через четыре месяца тот же репортер Кристофер Мозей дал более подробное изложение этой истории в газете «Тайме» от 5 февраля 1983 года, где сообщил, что министр обороны Швеции подтвердил факт обнаружения системами подводного слежения «неизвестного движущегося объекта длиной в четы-рс-пять метров». Этот же репортер высказал предположение, что «засеченный» объект, по всей видимости, был роботом, посланным с подводной лодки для проверки шведской системы охраны, которая, с точки зрения шведских военных экспертов, сработала успешно.

Я мог лишь развить эти предположения, получив копию брошюры, выпущенной компанией «Стандселькат АВ» из Хельсингборга, которая занималась распространением израильской системы охраны, получившей в Швеции название «Дайрект-Ларм». На обложке этого красочного буклета была фотография советской подводной лодки, наполовину высунувшейся из воды, и рядом с ней два шведских морских корабля. Флаги обоих государств видны очень отчетливо. А на нижней части фотографии — наша изгородь — небольшой отрезок той охранительной системы «Дайрект-Ларм», которая, если верить брошюре, защитила и спасла человеческие жизни, аэропорты, морские порты, военные объекты, убежища, крупные промышленные и даже военные зоны.

Итак, я практически уверен, что это одно из моих сенсорных устройств, сделанных совместно с Мейером, помогло засечь советскую субмарину. Никакого чуда — просто прибор сделал свое дело, только и всего.

* * *

Однако есть еще такие вещи, которые приборы пока что не и состоянии делать. Одно время я работал по найму консультантом в различных фирмах, и мне делали порой весьма странные и сомнительные заказы. Как правило, я настаиваю на выплате задатка за свои услуги вперед до того, чтобы в любом случае быть уверенным, что не теряю время попусту. При этом я всегда предупреждаю клиента, что не могу обещать стопроцентного результата. Таким образом, в тех случаях, когда меня просят сделать что-нибудь противоречащее моим убеждениям или просто противозаконное, заказчик оказывается в очень сложном положении, так как, отказываясь от подобных предложений, задаток я, разумеется, не возвращаю.

Однажды меня наняла одна крупнейшая европейская компания. Дело заключалось в необходимости моего участия в перег Встреча началась и шла своим чередом, как и планировалось. Я сделал все, что мне предписывалось, и сделка была заключена к полному удовлетворению моих клиентов. Я выполнил свою работу с чистой совестью, понимая, что и продавец сделает на этой сделке большие деньги, даже если сумма оказалась несколько меньше ожидаемой. А покупатели с моей помощью сделали только то, что попытался бы сделать каждый на их месте — разузнать наименьшую сумму, на которую внутренне уже согласился продавец.

Несколько раз меня уговаривали пойти на откровенно бесчестные махинации. Однажды меня наняла одна частная авиационная компания, которая хотела продать кое-что из своей продукции одной африканской стране. Но представитель этой африканской державы оказался куда более смышленым, чем это можно было предположить. Он хорошенько поработал над предложением моего клиента и сделал заключение, что им этот самолет никак не подходит. Сами продавцы прекрасно знали об этом, поэтому-то и хотели, чтобы я изменил, используя свои способности, точку зрения африканца. Но я категорически отказался, сославшись на то, что мои внутренние силы не позволяют идти мне на этот обман. Так и закончилась моя работа на эту авиакомпанию.

Хочу сделать предупреждение всем, кто обладает телепатическими способностями и пытается их использовать в целях, скажем мягко, не вполне благородных. Помните, ваши способности принадлежат не только вам. Если вы нарушите то, что называется естественным законом, то будете наказаны значительно раньше, чем предполагаете. Я сделал для себя этот вывод после ночной игры в рулетку в Лондоне. Я отношусь к использованию телепатических способностей так же, как и к научным изобретениям. Они должны служить для защиты, ну, может быть, для разведки, которая является неотъемлемой составной частью любой системы защиты. Но телепатические возможности не должны использоваться для нападения.

В 1988 году я совместно с выпускниками Гарвардской бизнес-скул Крисом Гудоллом и Стивеном Кирком (одними из ведущих в Европе специалистов по внедрению новых технологий в производство) организовал Консультационный центр Ури Геллера. Мы предлагаем уникальное сочетание традиционных и нетрадиционных методов обучения и помогаем президентам, директорам и председателям корпораций достичь наивысших результатов, в том числе и «непредсказуемых».

Некоторые из изобретений приходили мне в голову совершенно неожиданно, например во время моих ежедневных пробежек. Какие-то, естественно, рождались и другими, более очевидными путями. Случалось, они возникали и в результате предложений, сделанных другими людьми, которые и не подозревали, к чему это может привести. Хочу привести пример, как иной раз полезное изобретение может появиться на свет.

В мае 1985 года Меир гостил у меня в Лондоне. И 26 мая я пригласил к себе многих друзей пообедать. Среди гостей были член парламента Клемент Фрейд и мой соавтор по этой книге Гай Плэйфайр. Во время разговора возник вопрос о химических методах ведения военных действий. И кто-то, по-моему Гай, предложил возможность использования химического оружия в мирных целях, в частности, например, могли использоваться ферменты или другие биологически активные субстанции. За несколько дней до этого по радио была передача о возможном использовании ферментов с воздуха. Ведущий программы, известный ученый Билл Флетчер, высказал предположение о том, что их можно было бы использовать для контроля за потенциально опасными группами людей.

Клементу Фрейду эта идея понравилась. «Она могла бы быть полезной в Палате общин», — сказал он в шутку. Ни он, ни большинство моих гостей, казалось, не восприняли эту идею достаточно серьезно. И разговор переключился на другую тему.

Меир, чей английский был далеко не блестящим, не стал смеяться над этой шуткой, как, впрочем, и я. В тот же вечер, когда все разошлись, мы перекинулись с ним несколькими словами на иврите и единодушно решили сразу же приступить к работе, ничего не откладывая на потом. По счастью, нам удалось раздобыть магнитофонную запись той радиопередачи.

По словам доктора Флетчера, ферменты играют очень большую роль в жизни животных. Они заставляют муравьев разбегаться при виде опасности, а пчел — собираться для нападения на врага. Даже деревья общаются друг с другом посредством ферментов, посылая друг другу химические послания, в которых предупреждают о приближении вируса. Эти вещества касаются и жизнедеятельности человека, причем самыми разными способами.

Если верить доктору Флетчеру, ферменты, выработанные человеческим организмом, помогли создать ту атмосферу психоза, которая сопровождала массовые выступления Гитлера, когда эмоции одного человека захлестывали разум огромной толпы. Так же возможно, добавлял он, что подобный химический компонент в сочетании с социальным рождает вспышки насилия со стороны обезумевшей, неконтролируемой толпы, что становится большой проблемой для проведения, скажем, футбольных матчей в Англии. Как мне показалось, ученый не слишком серьезно говорил обо всех этих вещах. Закончил он беседу на радио тем, что с легкой иронией предложил начать поиски фермента, который мог бы сделать мужчин и женщин более сексуально привлекательными друг для друга.

Вечером 29 мая, спустя всего три дня после вечера у меня, английская и итальянская футбольные команды («Ливерпуль» и «Ювентус») встречались на стадионе Хейзел в Брюсселе. Еще до того как началась игра, произошел всплеск бессмысленного насилия в масштабах, еще не виданных ранее даже в Англии. Огромное количество молодых людей неистововало на стадионе. В результате панического бегства и различных проявлений насилия 38 человек погибли, большинство из них — итальянцы.

В многочисленных дискуссиях по поводу ужасной трагедии на стадионе было высказано много предложений о том, как усилить контроль за потенциальными хулиганами, были предприняты и серьезные штрафные санкции по отношению к английским болельщикам. Им было запрещено посещать игры за пределами своей страны. Но, к сожалению, намного меньше было уделено внимания вопросу выявления причин такого поведения толпы.

Возможно, мы с Меиром в силу нашего израильского происхождения особенно внимательно следили за всеми средствами, способными улучшить системы защиты и безопасности, как бы нелепы и удивительны на первый взгляд они ни казались. Мы с ним сейчас вплотную приступили к изучению биологически активных человеческих ферментов и путей их временного подавления.

Что касается предложения доктора Флетчера относительно химических веществ, возбуждающих сексуальное влечение, то мы с Меиром уже какое-то время работали над этой проблемой. Теперь, когда активный ингредиент мускуса выделен и синтезирован, нет необходимости убивать животных, чтобы заполучить его. И может быть, наконец-то появится вскоре столь нужный препарат.

Если брать чисто коммерческую сторону, то я уже создал много различных видов косметики, одеколонов и парфюмерии, обладающих, на мой взгляд, фантастическим запахом, который, надеюсь, привлечет внимание обоих полов и будет доступным для покупателей.

* * *

Не все изобретения так сложны, как те, о которых я рассказал. Последняя моя новинка — солнцезащитные очки, при помощи которых можно увидеть и то, что происходит за вашей спиной. Точнее, когда вы их одеваете, можете, не поворачивая головы, рассмотреть, кто и что находится сзади вас. Прежде всего они предназначались для женщин, опасающихся, что их преследуют незнакомые мужчины. Хотя, конечно, эти очки могут быть использованы и для шпионских целей.

Кроме того, можно упомянуть и серию настольных игр для детей и взрослых, разработанных и выпущенных при участии фирмы «Матубокс тойз». Одна из них называлась «Удача Ури Геллера». В ней можно было выиграть «миллионы» в золотых слитках или всего лишь коллекцию моих согнутых ложек. Для этого участники игры должны провести увлекательный поиск сокровищ и полезных ископаемых, спрятанных на карте Европы. Другая игра называлась «Сгибатель ложек», в ней проверяется ваша смекалка и сообразительность. Третья — «Пошевели своими мозгами» — прежде всего тренирует память.

В последнее время я начал работать и над тем, как можно использовать компьютеры в телепатических экспериментах как для домашних, так и для более серьезных целей. Здесь мои попытки были основаны на многолетнем личном опыте работы в роли, скажем так, особого рода компьютерного оператора, о чем я подробно расскажу в следующей главе.

* * *

Я никогда не знаю, какие из идей, приходящих ко мне в голову во время ежедневных пробежек, будут воплощены в жизнь. Это решает Меир. Моя работа заключается в том, чтобы запомнить все, что возникает в сознании, и передать это ему.

Я не хочу, чтобы у кого-то создалось впечатление, что я сущий гений, который только бежит трусцой и ждет вдохновения, снисходящего на него с небес. Изобретателю постоянно приходится искать все новые, неизведанные пути в поиске оригинальных решений, кроме того, он должен быть знатоком в той области, в которой работает. Все мои самые удачные изобретения получались тогда, когда я изначально прекрасно понимал реальную необходимость и нужность людям моего детища. Была ли эта такая серьезная вещь, как система безопасности, или менее серьезная, как парфюмерия, делающая вас более привлекательными, или даже просто детские игры.

Есть две еще мало изученные области, о которых я очень часто думаю. Одна из них — океан. Мне всегда казалось странным, что мы так далеко продвинулись в исследовании космоса, даже послали человека на Луну, но пока почти ничего не знаем о трех четвертях поверхности нашей планеты, залитой огромной массой воды. Недавний стремительный рост добычи нефти с морских платформ подсказывает, что морские недра могут оказаться поистине бесценными кладовыми. Речь идет, скажем, о так называемом морском сельском хозяйстве, о добыче драгоценных металлов. Все это станет возможно тогда, когда будут найдены решения проблем сугубо технического порядка. Знаете ли вы о том, например, что море полно золота, и не только морское дно, но и сама вода. В некоторых частях планеты, как, например, на побережье Бразилии, вы можете увидеть его собственными глазами. Пока не существует экономически рационального способа его добычи, но когда-нибудь он будет разработан.

Придет время, и мы найдем пути, которые заставят море работать на нас, и научимся пожинать плоды огромной естественной силы природы, силы морских волн, приливов и отливов. Мы пойдем путем японцев, которые собирают прекрасные урожаи растущих в естественных условиях моря ламинарий и других морских водорослей, уже сейчас составляющих значительную часть их ежедневного пищевого рациона. Мы освоим и начнем рачительно использовать морскую поверхность, прекратив разрушение наших земных ландшафтов. Научимся строить заводы и аэропорты на морских просторах, чтобы хоть каким-то образом избежать экологической катастрофы на суше.

Другая проблема, ставшая предметом моего пристального интереса и в которую я уже вложил деньги, — это новейшая медицинская техника и технология. Я никогда не занимался телепатическим самолечением, потому что привлеченная при этом сила слишком необъяснима и непредсказуема. Признаться честно, я всегда с большой неохотой использовал энергетическую силу по отношению к любому живому существу.

Правда, в последнее время я трижды попытался воздействовать этой силой на бобовое или пшеничное зернышко, заставляя его пустить росток. Все три раза я делал это в ходе телевизионных программ: в детской передаче Би-би-си «Роланд Рэт» 4 октября 1986 года, в западногерманском телешоу Томаса Готшалька, за которым наблюдали 17 миллионов человек 10 января 1987 года, и, наконец, 7 июня 1989 года в программе АБС «Изучение телепатического феномена», которую смотрели десятки миллионов американских телезрителей. Так же как и во многих других случаях, эта идея принадлежит не мне. Она впервые пришла в голову астронавту Эдгару Митчеллу вскоре после нашей встречи в 1972 году. Мы сидели и болтали с доктором Уилбором Франклином, когда Митчелл вдруг неожиданно достал бобовое зернышке и спросил меня, не смогу ли я заставить его распуститься. Он сам держал зерно в руках, а я, как вы можете убедиться на фотографиях, только сконцентрировал внимание на его руку и мысленно отдал приказ, чтобы семя пустило побег. Когда это произошло, Митчелл и Франклин были в восторге. А я — нет. Этот опыт забрал у меня слишком много сил. Я почувствовал, что не на шутку играю со своей жизнью, чего делать явно не следовало. Я попытался выбросить случившееся из головы и не пробовал повторять подобные вещи в течение следующих десяти лет вплоть до приезда в Японию, о котором расскажу в следующей главе.

Мне часто говорили, что если мне удастся заставить семя расти быстрее, чем это происходит в нормальных условиях, то наверняка смогу и лечить людей, ускоряя естественные регенеративные процессы. Может быть, так оно и есть, но я не спешу этим заниматься. Хотя недавно встречался с некоторыми крупными исследователями в области нетрадиционной медицины. Они очень хотят провести со мной опыты именно такого плана. Пока я не чувствую, что полностью готов к ним, но когда-нибудь, вероятно, придет время и для этого.

Однажды в Париже я увидел в одном журнале фотографию маленького корейского ресторанчика под названием «Ресторан Ури», Я вырезал эту фотографию и даже вставил ее в рамку, как напоминание об еще одной задумке на будущее — создать сеть небольших ресторанчиков «быстрой здоровой пищи», где люди смогут наслаждаться вкусными блюдами из натуральных продуктов, а не какими-то полуфабрикатами и отбросами. Воочию убедившись, какие результаты принесло лично мне рациональное питание, я хотел бы убедить людей, что это одно из самых главных условий здорового образа жизни.

Мои собственные деловые интересы, таким образом, лежат сейчас в области разработки месторождений полезных ископаемых, деловых консультаций, разработки и внедрения электронных изобретений, промышленного производства, моды, выпуска детских настольных игр и игрушек, организации клубов здоровья и широкой сети отелей и ресторанов.

Что касается непосредственно сегодняшнего дня, то я продолжу исследования нетрадиционных методов лечения. Моя команда будет работать над поиском осуществления всех этих идей. Кто знает, быть может, лишь одна из них будет успешно доведена до конца. Ведь за каждым успехом стоит огромное количество неудач, и этим объясняется то, почему я постоянно перескакиваю с одного дела на другое.

Глава 8. Компьютеры и ученые

Не сомневаюсь, что множество людей по всему свету от Калифорнии, Израиля и Японии до Англии, Швейцарии и Германии искренне надеются, что я никогда больше не окажусь рядом с их компьютерами. Я должен объяснить, почему они так не хотят этого, и начну с повествования одного очевидца моих столкновений с величайшим достижением современной технологии — компьютером.

В марте 1985 года я отправился навестить своего швейцарского адвоката доктора Ульриха Кохли. Надо заметить, что он был не только адвокатом и главой юридической службы «Доктор Кохли и партнере», но еще и полковником швейцарской армии, где он был вторым по должности в танковом полку. Ему едва перевалило за сорок, как он стал заниматься очень крупными делами весьма требовательной международной клиентуры: солидных корпораций, разных финансовых учреждений, работая как по контракту, так и по частным соглашениям. Для полноты картины скажу, что он женат и растит троих детей.

Как-то в разговоре со мной он вдруг сказал: «Я слышал о том, что ты можешь воздействовать на компьютерные диски».

«Ну да», — ответил я небрежно, хотя это вовсе не входило в мой постоянный репертуар.

Доктор Кохли попросил меня показать ему, что я могу сделать с дисками. И после всего увиденного он подробно записал все свои впечатления, которые назвал: «День, когда я весь покрылся гусиными мурашками». А начал он его с короткого предисловия, рассказывающего о нашей десятилетней деловой дружбе:

«Я встретил Ури Геллера совершенно случайно в 1976 году, и сразу же стало ясно, что мы с ним станем большими друзьями. Я каким-то образом почувствовал, что наши умы настроены как бы на одну волну. Позднее не раз случалось, что мы одновременно задумывались над одним и тем же проектом или над каким-то событием, хотя находились за много миль друг от друга.

Однажды вечером мы пошли обедать в цюрихский ресторан „Кроненхалле“. За прекрасно накрытым столом собралось всего семь человек. Владелец ресторана знал, что придет Ури Геллер, и нас очень внимательно обслуживали. Казалось, что все официанты смотрят только на нас.

Во время обеда мы обсуждали много различных тем, и я случайно спросил у Ури, когда он открыл в себе способности сгибать ложки и ключи? Он стал нам рассказывать о своем детстве, объясняя, что обнаружил свое необычное воздействие на металлические предметы еще когда был маленьким мальчиком. И тут случилось что-то невероятное.

Ури ел салат, держа массивную серебряную вилку в левой руке. Я помню все, как будто бы это было вчера. Пока он рассказывал о своем детстве, вилка в его руке стала неожиданно сгибаться, причем значительно. Это выглядело немного пугающе, даже сам Ури был удивлен. Мы же просто не могли во все это поверить. Тем не менее факт оставался фактом — крепкая серебряная вилка ресторана „Кроненхалле“ была безвозвратно искорежена.

Официанты уставились на все это широко раскрыв глаза и сказали, что напременно вставят эту вилку в рамку и поместят на стену по соседству с выдающимися произведениями искусства. Слово свое они сдержали — вилка и поныне там.

В последующие годы я много раз бывал с Ури в Швейцарии и в Нью-Йорке. Как-то он приехал ко мне в гости в Цюрих. Как раз тогда я набрал новый штат сотрудников, и он решил сделать для них маленькое представление: сгибал кофейные ложки, ключи, ножи для разрезания бумаги, предложил одной девушке нарисовать что-нибудь, пока он выходит в другую комнату, а когда вернулся обратно, то попросил внимательно посмотреть ему в глаза. После этого он сильно сконцентриро-нался и через минуту нарисовал почти то же самое, что и она. Все это, конечно, было удивительно.

Я знал, что Ури способен и на нечто большее, но никогда не просил его развлекать кого-то слишком часто. У нас хватало и серьезных совместных мероприятий, и именно в них я окончательно смог убедиться в экстраординарных возможностях Ури. И тогда, и сейчас он с успехом справлялся с самыми сложными ситуациями, всегда умел принять правильное решение и для себя, и для других. Нам не раз приходилось вести очень трудные переговоры с разными крупными бизнесменами, порой весьма несговорчивыми, и меня всегда поражало, как Ури рано или поздно добивался того, что все происходило именно так, как он задумывал заранее.

Концентрация мысли на чем-то, послание мысленных посланий и телепатическое получение информации — в этой области Ури является непревзойденным мастером. Большинство людей не верят в это, потому что их ум ограничен по сравнению с. Ури и они не могут совладать с этим феноменом.

Один из наиболее удивительных экспериментов, который мы провели с моим другом Ури, произошел в марте 1985 года и Цюрихе. Все, кто стал тогда свидетелями этого события, были просто ошеломлены. Что касается меня, то, честно признаюсь, что в этот момент я весь покрылся гусиной кожей. И не удивляюсьсь, что у многих сторудников побежали мурашки по телу. Дело было так.

В тот день Ури и Шипи Штранг приехали ко мне в тот момент, когда я возился со своим персональным компьютером. Ури попросил меня дать ему какую-нибудь записанную дискету. Я сперва не понял его желания, подумал, что он хочет прочитать содержание дискеты при помощи своих способностей, и дал ему один из самых важных официальных текстов, над которым только что кончила работать моя секретарша Нарбара. Я подумал, что это хорошая идея — дать ему возможность поработать над чистым и связным текстом.

Ури взял дискету и пошел с ней в мой кабинет — большую солидную комнату с огромным овальным столом для заседаний, стоявшим рядом со старинным гардеробом эпохи Луи XIII. Все не отставая последовали за ним. Ури сел за стол, а мы все встали вокруг и неотрывно наблюдали за его действиями. Нас было четверо: Матиас Мейстер, один из моих помощников-адвокатов, его секретарша Беатрис, Барбара и я.

Ури бережно положил дискету в гибкую прозрачную папку и аккуратно устроил ее перед собой на столе. Все затаили дыхание. Затем Ури сжал руки в кулаки, поднял один из них и поднес к дискете, лежащей в папке. Он так и не прикоснулся к самой дискете. Рядом не было ничего из того, что могло бы подвергнуть опасности мягкий диск. Эту папку мы ему дали сами. Он сделал несколько странных пассов руками над дискетой, и я увидел тот момент, когда он сконцентрировал все свое внимание на объекте. Его глаза заблестели, засверкали, казалось, что он вот-вот разрушит стол прямо на наших глазах. Потом он неожиданно сказал: „Сотри!“ — снова повторил это слово и вдруг отпрянул от стола и неожиданно расслабился. Я быстро взял дискету из папки. „А теперь проверьте, — сказал Ури, — все, что было записано, исчезло“. Мы вернулись в комнату, где был компьютер. Барбара взяла дискету и вставила ее в персональный компьютер Ай-би-эм. Она начала воспроизводить содержание дискеты на экране. Напряжение росло. Я ждал, что должно произойти что-то сенсационное. Мы все уставились на экран, и вот на нем появилась надпись, что информация стерта.

Бабара очень сильно расстроилась, потому что весь ее рабочий день был на этой дискете. Она, естественно, поверила мне и тоже думала, что Ури просто хочет прочитать содержание этой дискеты. А теперь страшно рассердилась и не желала верить в происходящее, сделала еще одну попытку воспроизвести содержание дискеты на экране, но тщетно. Все исчезло. Дискета была абсолютно пуста и мертва.

Матиас Мейстер, большой компьютерный энтузиаст, тоже попытался заново прокрутить дискету, но при этом обнаружил, что Ури стер не только текст, но и формат дискеты. Для любого флопдиска сначала должен быть сделан формат, только тогда он пригоден для работы в ПК. Но и формат Ури стер начисто, сделав таким образом дискету абсолютно не нужной.

Ури был очень спокоен и полностью контролировал себя. Я чувствовал, что произошло что-то огромное, что-то не поддающееся объяснению, сделанное в момент полной концентрации невероятных способностей Ури, которые позволяют ему делать столько удивительных вещей. Все мы, свидетели этого потрясающего события с дискетой, не сомневаемся, что при этом не было никаких трюков. Я знаю Ури несколько лет и полностью уверен, что все, что он сделал, — это реальность. Он произвел на нас всех такое неизгладимое впечатление этим экспериментом, что мои сотрудники начали спорить между собой, предполагая, что он еще мог сотворить с компьютерами. Кто-то предложил убрать и запирать дискеты каждый раз, как он появляется у меня.

Бедной Барбаре было хуже всех. Ей пришлось заново переписывать весь документ, который стер Ури. Уж она-то точно никогда не забудет того, на что способен Ури Геллер».

Другой человек, ощутивший такое же воздействие на свой компьютер, — это Авраам Мардор, генеральный менеджер Израильской государственной телекоммуникационной компании. Но время моей поездки в Израиль в конце 1984 года он собрал у себя в офисе в Тель-Авиве большую группу людей, где-то полдюжины репортеров и колдунью по имени Далия Пелед, одну из немногих представительниц женского пола в этой профессии, которых я встречал в своей жизни. Он вставил свой демонстрационный диск в компьютер «Колумбия» и попросил меня начать работу. На экране дисплея появилась смешная картинка: очень забавный слоненок.

Еще раз предоставлю другому человеку возможность описать происходившие тогда события. Свидетелем их был в числе многих и Ицхак Окед, репортер газеты «Иерусалим пост», ко-горый рассказал об этом в своей газете от 21 ноября 1984 года:

«Геллер взял диск, положил на стол и смотрел на него, сконцентрировавшись, около двух минут, после чего опять вставил дискету в компьютер».

А Авраам Мардор потом заявил: «Я не поверил своим глазам, когда на экране загорелись слова: „Диск поврежден“. Все было перекручено, не просто стерто, а именно перекручено. Основное содержание программы полностью стало непригодным для работы».

Присутствующий на встрече менеджер международной компании взял дискет себе и объявил, что собирается изучить его, чтобы понять, что же я все-таки с ним сделал. Я никогда больше не слышал о том, выяснил он что-то или нет.

Пару месяцев спустя журнал «Ньюс оф зе уорлд» организовал мне визит в штаб-квартиру лондонской компании «Ванг», Технический персонал не только наблюдал, как я расправляюсь с дискетой, но и сам помогал мне в этом. Вот как описал этот эпизод репортер Стюарт Уайт: «Геллер направил свою руку на диск, внимательно и сосредоточенно взглянул на него и попросил всех крикнуть одновременно „Сотри!“ Когда диск снова был вставлен в компьютер, он отказался дать на экране какую-нибудь информацию».

Присутствовавший на встрече эксперт по электронике господин Клиф Эдварде подтвердил, что он лично проверил диск перед экспериментом и тот был в полном порядке. «Это просто поразительно» — вот его слова, процитированные газетой 17 февраля 1985 года.

Мои опыты с компьютерами, во время которых я полностью нарушал режим их работы, начались еще в ноябре 1972 года. Уже в первый день в Станфордском исследовательском институте произошел случай, который имел далеко идущие последствия. Я принимал участие в долгосрочных экспериментах под руководством и наблюдением Харольда Путхоффа и Рассела Тарга. Во время первого воскресного перерыва в работе я подбросил им мысль о том, что мог бы попробовать согнуть тяжелое медное кольцо, которое Харольд приготовил специально для меня. Кроме того, сказал, что смогу разломать его золотое обручальное кольцо на три части.

Станфордский исследовательский институт, или, как он сейчас называется, Международный Станфордский исследовательский институт, — весьма впечатляющее место. Более двух тысяч человек работают здесь над различными секретными оборонными проектами. Система безопасности налажена в институте очень хорошо даже на самый взыскательный взгляд. Рассел и Хал провели меня по двум зданиям комплекса, но мне так и не удалось увидеть ничего интересного, кроме двух рабочих групп, одна из которых возилась с моделями аэропланов, а другая — с ювелирными украшениями для одежды. Какое отношение все это имело к обороне США, мне совершенно не ясно. Конечно, в институте, наверняка, было множество таких вещей, которые мне не могли показать, например компьютерный банк, расположенный этажом ниже нашей лаборатории. Он находился в распоряжении Агентства по проектам передовой технологии (Д-ARPA), работавшего на прямую на нужды министерства обороны, самого секретного ведомства страны.

После выходных дней я чувствовал себя в отличной форме. Первое, что меня попросили сделать, — это отклонить иглу записывающего устройства для составления диаграмм на бумаге. Устройство было связано с магнитометром, фиксировавшим даже самые маленькие отклонения в магнитных полях. Я сжал кулаки и закричал: «Двигайся», таким образом пытаясь направить свои энергетические усилия на прибор. Записывающее устройство начало подергиваться. Игла буквально выскакивала и пределы бумаги.

Когда все это происходило, у меня вдруг возникло ощущение, что где-то какое-то еще электронное устройство стало мести себя нервно: один из компьютеров на нижнем этаже с начала забарахлил, а потом и вовсе прекратил работать. По зданию пошли слухи, что все это случилось из-за меня, особенно усилились они после того, как я без всякой подготовки провел показательный сеанс со сверхзвуковым сканирующим устройством, заставив изображение передвигаться по экрану вверх и вниз, согласно моим командам. Как мне показалось, задолго до того, как Тарг и Путхофф стали изучать меня, их самих уже кто-то изучал. К нам в лабораторию по приказу шефа Д-ARPA полковника ВВС США Аустина Киблера была направлена группа, состоящая из трех психологов.




оставить комментарий
страница7/20
Дата30.11.2011
Размер3,73 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   20
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх