Бюллетень судебной практики по гражданским делам icon

Бюллетень судебной практики по гражданским делам


Смотрите также:
Определение Судебной коллегии по гражданским делам...
Бюллетень судебной практики по гражданским делам...
Доклад к квартальной коллегии...
Обзор судебной практики по гражданским делам за первый квартал 2011 года...
Доклад итоги работы судебной коллегии по гражданским...
Обобщение судебной практики по гражданским делам по вопросам применения таможенного...
Кассационное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики...
Обзор судебной практики по вопросам социально- трудовых правоотношений...
Определение ск по гражданским делам Верховного Суда РФ от 10 апреля 2007 г. N 11-В07-12...
Верховный Суд Российской Федерации судебная коллегия по гражданским делам определение от 28 мая...
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе...
Верховный Суд Российской Федерации судебная коллегия по гражданским делам определение от 23 июля...



Загрузка...
страницы: 1   2   3
вернуться в начало
скачать
Таможенный кодекс Российской Федерации не предполагает обращение взыскания на транспортное средство в счет уплаты таможенных платежей в случаях, когда известен собственник данного транспортного средства и надлежащим образом подтверждается, что он является добросовестным приобретателем автомобиля.

 

Уральское таможенное управление Федеральной таможенной службы обратилось в суд с иском к В. о взыскании таможенных платежей за счет транспортного средства, в отношении которого таможенные пошлины, налоги не уплачены.

В обоснование исковых требований представитель Уральского таможенного управления Федеральной таможенной службы указал, что в период с июня 1997 года по июнь 1998 года преступной группой в составе неустановленных лиц на территорию Российской Федерации без соблюдения таможенного законодательства перемещено транспортное средство «TOYOTA LAND CRUISER». 14 мая 2005 года Уральской оперативной таможней возбуждено дело об административном правонарушении по ч. 1 ст. 16.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях по факту незаконного перемещения указанного транспортного средства через таможенную границу Российской Федерации. В ходе расследования было установлено, что автомобиль марки «TOYOTA LAND CRUISER» ввезен на таможенную территорию Российской Федерации без декларирования таможенному органу Российской Федерации и без уплаты причитающихся таможенных пошлин, что подтверждено ответом, полученным из ГНИВЦ ФТС России. Из информации, полученной из таможенных органов Республики Беларусь, следует, что факт перемещения данного автомобиля на территорию Российской Федерации через Республику Беларусь не установлен. В настоящее время автомобиль зарегистрирован в МРЭО ГИБДД по Свердловской области на имя В., которая является последним его владельцем. В июле 2003 года В. обратилась в МРЭО ГИБДД по Свердловской области с заявлением о регистрации автомобиля «TOYOTA LAND CRUISER», предъявив справку-счет, выданную 21 июня 2003 года ООО «А». 30 мая 2005 года в ходе расследования был направлен запрос в ИЦ ГИБДД Свердловской области для объявления автомобиля «TOYOTA LAND CRUISER» в розыск. 03 октября 2005 года был направлен запрос в УГИБДД УВД по Свердловской области о розыске автомобиля «TOYOTA LAND CRUISER» на территории Свердловской области и г. Екатеринбурга. 11 декабря 2005 года автомобиль «TOYOTA LAND CRUISER» был задержан сотрудниками ГИБДД в Железнодорожном районе г. Екатеринбурга и доставлен в Уральскую оперативную таможню, так как последняя выступала инициатором розыска данного автомобиля. В отношении В. 28 ноября 2005 года Уральской оперативной таможней отказано в возбуждении уголовного дела по признакам ст. 194 Уголовного кодекса Российской Федерации. Лицо, на которое возложена обязанность уплатить таможенные пошлины, налоги за указанный автомобиль, по делу не установлено. Согласно расчетам, произведенным отделом таможенных платежей Екатеринбургской таможни, сумма подлежащих уплате таможенных платежей на дату обнаружения данного автомобиля составляет 359 789,20 рублей. Истец просил обратить взыскание на хранящееся у В. автотранспортное средство марки «TOYOTA LAND CRUISER» в счет уплаты причитающихся таможенных платежей, налогов на сумму 359 789,20 рублей. Разницу между стоимостью автомобиля марки «TOYOTA LAND CRUISER» и причитающимися таможенными платежами, налогами на сумму 359 789,20 рублей возвратить В.

Ответчик В. в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась, просила отказать в их удовлетворении.

Суд постановил обратить взыскание на хранящееся у В. автотранспортное средство марки «TOYOTA LAND CRUISER» в счет уплаты причитающихся таможенных платежей, налогов на сумму 359 789,20 рублей.

Разницу между стоимостью автомобиля марки «TOYOTA LAND CRUISER» и причитающимися таможенными платежами, налогами на сумму 359 789,20 рублей возвратить В.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия пришла к следующему выводу.

Удовлетворяя заявленные требования Екатеринбургской таможни Уральского таможенного управления Федеральной таможенной службы, суд посчитал, что, поскольку автомобиль «TOYOTA LAND CRUISER» ввезен на территорию Российской Федерации без таможенного оформления, то В. вправе была уплатить таможенные платежи и получить возможность беспрепятственно пользоваться автомобилем на территории Российской Федерации. Но она этого не сделала, и на основании ч. 5 ст. 352 Таможенного кодекса Российской Федерации суд обратил взыскание на хранящееся у В. автотранспортное средство марки «TOYOTA LAND CRUISER» в счет уплаты причитающихся таможенных платежей, налогов на сумму 359 789,20 рублей.

Однако при постановлении такого решения суд не учел Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 27 ноября 2001 года № 202-О «Об официальном разъяснении Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 мая 1999 года по делу о проверке конституционности положений ч. 1 ст. 131, ч. 1 ст. 380 Таможенного кодекса Российской Федерации».

Конституционный Суд Российской Федерации указал, что положение Таможенного кодекса Российской Федерации (принят Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 18 июня 1993 года), в соответствии с которым никто не вправе пользоваться и распоряжаться товарами и транспортными средствами, в отношении которых таможенное оформление не завершено, за исключением случаев, предусмотренных данным Кодексом и нормативными актами Государственного таможенного комитета Российской Федерации, содержит предписание общего характера и не означает, что обязанность выполнить требования по таможенному оформлению товаров и транспортных средств, в том числе по уплате таможенных платежей, может быть возложена на лиц, которые не могли каким-либо образом влиять на соблюдение требуемых при перемещении товаров и транспортных средств через таможенную границу таможенных формальностей, поскольку не были в тот период участниками каких-либо отношений, включая таможенные отношения, по поводу такого имущества, при том что, приобретая его, они не знали и не должны были знать о незаконности ввоза на таможенную территорию Российской Федерации. В случае же, если в отношениях, связанных с приобретением имущества, заведомо происходящего из-за границы, приобретатель не проявил ту степень заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в целях надлежащего соблюдения таможенного законодательства, это дает основания говорить о его вине в форме неосторожности. Вместе с тем неосторожный приобретатель, лишившийся имущества в результате конфискации или понесший бремя расходов в результате уплаты таможенных платежей, во всяком случае может – на условиях, предусмотренных гражданским законодательством, и в порядке, установленном соответствующим процессуальным законодательством, - требовать возмещения понесенных им расходов со стороны лиц, у которых он приобрел имущество.

В Определении от 12 мая 2006 года № 167-О «По жалобе гражданина Кириллова Владимира Сергеевича на нарушение его конституционных прав пунктом 1 статьи 15 Таможенного кодекса Российской Федерации» Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что в Таможенном кодексе Российской Федерации (принят Государственной Думой Российской Федерации 25 апреля 2003 года) федеральный законодатель также предусмотрел правило, согласно которому никто не вправе пользоваться и распоряжаться товарами и транспортными средствами до их выпуска иначе как в порядке и на условиях, которые предусмотрены данным Кодексом (ч. 1 ст. 15). Это нормативное положение, однако, проявляя свое регулирующее воздействие в сфере таможенных отношений (ст. 3 Таможенного кодекса Российской Федерации), распространяется на субъекты таможенных правоотношений, т.е. прежде всего на лиц, на которых непосредственно возложена обязанность по прохождению таможенного оформления товаров и транспортных средств, включая уплату таможенных платежей. Оно подлежит применению, как это непосредственно вытекает из его содержания, с учетом предусмотренного в Таможенном кодексе Российской Федерации специального правового регулирования порядка и условий пользования и распоряжения соответствующими транспортными средствами. Такое регулирование закреплено, в частности, в ч. 4 ст. 320 Кодекса, в соответствии с которой при незаконном перемещении товаров и транспортных средств через таможенную границу ответственность за уплату таможенных пошлин, налогов несут лица, незаконно перемещающие товары и транспортные средства, лица, участвующие в незаконном перемещении, если они знали или должны были знать о незаконности такого перемещения, а при ввозе – также лица, которые приобрели в собственность или во владение незаконно ввезенные товары и транспортные средства, если в момент приобретения они знали или должны были знать о незаконности ввоза, что надлежащим образом подтверждено в порядке, установленном законодательством Российской Федерации; указанные лица несут такую же ответственность за уплату таможенных пошлин, налогов, как если бы они выступали в качестве декларанта незаконно вывозимых и незаконно ввезенных товаров.

Исходя из вышеизложенного, лица, которые на момент приобретения транспортного средства не знали и не должны были знать о незаконности его ввоза на территорию Российской Федерации, не могут рассматриваться как ответственные за таможенное оформление соответствующих транспортных средств, включая уплату таможенных платежей, поскольку на момент ввоза на территорию Российской Федерации не состояли в каких-либо отношениях по поводу указанных транспортных средств.

При таких обстоятельствах, несмотря на то, что заявленные требования Екатеринбургской таможни Уральского таможенного управления Федеральной таможенной службы о взыскании таможенных платежей не содержат требования об ограничении правомочий В. как собственника автомобиля, не прошедшего таможенное оформление на территории Российской Федерации, и В. не была признана лицом, ответственным за уплату таможенных платежей, взаимосвязанные нормативные положения ч. 2 ст. 348 и ч. 5 ст. 352 Таможенного кодекса Российской Федерации с учетом смысла, придаваемого им правоприменительной практикой, фактически привели к лишению В. ее имущества на основании решения Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 16 октября 2009 года, так как со ссылкой на указанные положения было обращено взыскание на принадлежащее ей транспортное средство в счет уплаты таможенных платежей.

В силу приведенных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации ч. 5 ст. 352 Таможенного кодекса Российской Федерации как сама по себе, так и во взаимосвязи с ч. 2 ст. 348 данного Кодекса в системе действующего таможенного законодательства не может служить единственным основанием для обращения взыскания на транспортное средство, в отношении которого не уплачены таможенные платежи, и тем самым принудительного изъятия такого имущества у собственника, поскольку в противном случае на собственника отчуждаемого имущества фактически возлагается обязанность по уплате таможенных платежей, не исполненная третьими лицами.

Согласно Определению Конституционного Суда Российской Федерации от 05 февраля 2009 года № 248-О-П «По жалобе гражданина Чижова Руслана Александровича на нарушение его конституционных прав п. 5 ст. 352 Таможенного кодекса Российской Федерации» указанная норма Таможенного кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования не предполагает обращение взыскания на транспортное средство в счет уплаты таможенных платежей в случаях, когда известен собственник данного транспортного средства и надлежащим образом в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, не подтверждено, что это лицо, приобретшее в собственность незаконно ввезенное транспортное средство, в момент его приобретения знало или должно было знать о незаконности ввоза. Подтверждением того, что В. является добросовестным приобретателем транспортного средства марки «TOYOTA LAND CRUISER», является постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 19 декабря 2005 года, из которого следует, что В. не знала, что автомобиль не прошел таможенного оформления.

Решение суда первой инстанции признано необоснованным, подлежащим отмене в связи с неправильным применением норм материального права. Судебной коллегией вынесено новое решение, которым отказано в удовлетворении требований Екатеринбургской таможни Уральского таможенного управления Федеральной таможенной службы к В. о взыскании таможенных платежей за счет транспортного средства, в отношении которого таможенные платежи не уплачены.

 

(Определение судебной коллегии по гражданским делам от 22 декабря 2009 года, дело № 33-13298/2009).

 

Споры, вытекающие из договора страхования

 

Суд не учел, что убытки, вызванные при эксплуатации транспортного средства естественным износом его деталей, узлов и агрегатов, не обеспечиваются страховым покрытием (страховой суммой).

 

У. обратился в суд с иском к ОАО «РОСНО» о взыскании недоплаченного ему страхового возмещения в размере 239 776 рублей 60 копеек, а также процентов за уклонение от его выплаты. В обоснование своих требований истец указал, что 19 июля 2007 года заключил с ответчиком сроком на один год договор добровольного страхования находящегося в его (истца) пользовании автомобиля «Тойота Лендкрузер 120 Прадо». Транспортное средство было застраховано от рисков угона, ущерба и пожара на сумму 59 424 доллара США, исходя из стоимости автомобиля в его базовой заводской комплектации. А 19 мая следующего года неизвестными лицами с автомашины были сняты и похищены все четыре установленные на ней колеса «Бриджстоун» вместе с оригинальными дисками общей стоимостью 313 576 рублей 76 копеек, о чем сразу же сообщено в милицию и страховщику. Однако последний, сославшись на положения п. 12.2 действующих в ОАО «РОСНО» Правил страхования, предусматривающие, что величина убытка определяется самим страховщиком или по его поручению экспертной организацией, возместил ущерб лишь в сумме 75 100 рублей 16 копеек, перечислив их 02 июля 2008 года на указанный им (истцом) банковский счет. В этой связи, по утверждению истца, он и вынужден был обратиться в суд.

Ответчик иск не признал, подтвердив в суде свои возражения относительно стоимости похищенного имущества и порядка ее определения.

Решением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 20 мая 2009 года требования истца удовлетворены: в части страхового возмещения – в сумме 239 776 рублей 76 копеек, в части процентов – в сумме 25 611 рублей 80 копеек. Кроме того, в его пользу с ответчика взысканы расходы по уплате госпошлины в сумме 4 253 рублей 88 копеек, расходы на оплату услуг представителя – 8 000 рублей и расходы по оформлению ему доверенности - 500 рублей. Всего присуждено 278 142 рубля 45 копеек.

С таким решением ОАО «РОСНО» не согласилось и в кассационной жалобе просило о его отмене, продолжая настаивать на своих доводах, изложенных при рассмотрении дела в суде первой инстанции и полагая их нашедшими подтверждение в экспертном заключении по результатам назначенной судом автотовароведческой экспертизы. Кроме того, ответчик указал на непринятие судом во внимание при определении размера причиненных истцу убытков и суммы подлежащего взысканию в его пользу страхового возмещения величины амортизационного износа транспортного средства, что предусмотрено дополнительным соглашением к заключенному 19 июля 2007 года между сторонами договору.

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда изменила решение суда первой инстанции в части по следующим основаниям.

Суд обоснованно удовлетворил иск У., правильно посчитав возражения ответчика против предъявленных к нему истцом требований, как и положения п. 12.2 действующих в ОАО «РОСНО» Правил добровольного страхования транспортных средств, на которых основаны эти возражения, противоречащими закону. Таким законом (нормой) является п. 2 ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающий, что отказ граждан и юридических лиц от осуществления принадлежащих им прав не влечет прекращения этих прав, за исключением случаев, предусмотренных законом. Между тем, закона, допускающего отказ страхователя (выгодоприобретателя) по договору страхования от возможности оспорить (в том числе и в суде) при наступлении страхового случая величину убытка, определенную страховщиком или по его поручению, ответчиком не названо (и не существует). Следовательно, упомянутое выше условие не могло быть включено в заключенный между У. и ОАО «РОСНО» договор страхования, а равно в Правила страхования как его неотъемлемую часть и является ничтожным.

Правильно разрешил суд и сам спор о размере причиненных истцу и подлежащих возмещению за счет страховой суммы (покрытия) убытков.

Под последними согласно п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Таким образом, по смыслу приведенной нормы реальный ущерб может быть определен как исходя из стоимости расходов, необходимых для восстановления нарушенного права, так и непосредственно из стоимости самого утраченного или поврежденного имущества (как прямой действительный ущерб). А поскольку иного в договоре страхования не предусмотрено, то право выбора способа защиты своего нарушенного права, как верно указал суд, всецело принадлежит истцу, который вправе настаивать на возмещении ему страховщиком стоимости именно оригинальных (таких, как похищенные) автошин и дисков.

Согласно представленному У. в суд заключению специалиста-оценщика ООО «Астра» стоимость восстановления оригинальных колес составляет 313 576 руб. 76 коп. Данное заключение ответчиком в ходе судебного разбирательства не опровергнуто. Напротив, оно подтверждается полученной ранее истцом от официального дилера компании-производителя автомобиля - ООО «Компания АВТО ПЛЮС» - предварительной калькуляции на ремонт, справкой этой организации о стоимости новых оригинальных колес и сведениями из Интернет-магазина «Exist.ru».

Что касается размера убытков, определенного самим страховщиком (75 100 рублей 16 копеек) и добровольно возмещенного им истцу, то он вообще не имеет в материалах дела какого-либо документального подтверждения. А заключение назначенной судом по ходатайству ответчика автотовароведческой экспертизы, на которое он ссылается в своей жалобе, основано на применении при восстановительном ремонте автомобиля исключительно аналогов установленных ранее на нем оригинальных колес, то есть ограничивает указанное выше право истца. Вместе с тем в соответствии с правилами ч. 2 ст. 67, ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации данное заключение не имело для суда заранее установленной силы, не являлось для него обязательным и было правильно оценено им в совокупности с другими доказательствами. Выводы суда о несогласии с заключением экспертизы надлежащим образом мотивированы в решении и каких-либо сомнений в их правильности у судебной коллегии не вызывают.

Однако, как справедливо отмечает автор жалобы, при определении размера причиненных У. убытков специалистом-оценщиком ООО «Астра», проводившим соответствующее исследование по поручению истца, а затем и судом при определении суммы подлежащего взысканию в его пользу страхового возмещения безосновательно не была принята во внимание величина амортизационного износа транспортного средства. Между тем, хотя условия договора страхования по этому вопросу содержат взаимоисключающие положения, все же они устанавливают приоритет дополнительного соглашения об амортизационном износе. Кроме того, даже если считать, что условие об учете амортизационного износа сторонами не согласовано, он все равно должен учитываться в соответствии с общими правилами ст. ст. 15, 929 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку договор имущественного страхования предполагает возмещение в пределах страховой суммы лишь тех убытков, которые причинены вследствие предусмотренного договором страхового случая. В результате же хищения истцу были причинены убытки в размере действительной стоимости утраченного имущества по состоянию на момент наступления страхового случая, тогда как убытки, вызванные при эксплуатации транспортного средства естественным износом его деталей, узлов и агрегатов, не обеспечиваются страховым покрытием (страховой суммой). Соответственно, причиненный в результате такого износа владельцу транспортного средства ущерб не является страховым случаем и не подлежит возмещению. Иное правоприменение привело бы к получению истцом неосновательного обогащения, что по смыслу гл. 60 Гражданского кодекса Российской Федерации недопустимо. Впрочем, против учета величины амортизационного износа при определении размера причиненных У. убытков и суммы подлежащего взысканию в его пользу страхового возмещения в заседании судебной коллегии не возражал и представитель истца.

А поскольку договором страхования не предусмотрено иное, величина такого износа по отношению к колесам (автошинам и дискам) должна исчисляться так же, как и ко всему застрахованному транспортному средству в целом. Заключенным сторонами дополнительным соглашением предусмотрено, что процент амортизационного износа автомобиля будет определяться расчетным путем и начисляться со дня заключения договора страхования по день наступления страхового случая исходя из годовых нормативов амортизационного износа пропорционально отношению прошедшего периода страхования (в календарных днях) к сроку действия договора страхования. Применительно к автомобилю истца (транспортному средству иностранного производства со сроком эксплуатации до одного года) установлен норматив амортизационного износа за период действия договора страхования (один год) в размере в 18%. При этом договор страхования был заключен 19 июля 2007 года, а страховой случай наступил 19 мая 2008 года, то есть на 305 день с начала действия договора. Поэтому процент износа транспортного средства по состоянию на эту дату составил: 18% x 305 дн / 365 дн = 17,26%.

Согласно заключению ООО «Астра» стоимость подлежащих установке узлов и деталей определена в 311 216 рублей 76 копеек, ремонтных работ – 2 160 рублей, а расходных материалов (крепежа) – 200 рублей. Следовательно, размер подлежащего довзысканию с ответчика в пользу истца страхового возмещения с учетом ранее (02 июля 2008 года) выплаченных 75 100 рублей составляет: 311 216 рублей 76 копеек x (100% - 17,26%) + 2 160 рублей + 200 рублей – 75 100 рублей = 184 760 рублей 74 копейки.

Вместе с тем в связи с уменьшением суммы страхового возмещения подлежат перерасчету и проценты за нарушение ответчиком срока ее выплаты (ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом их исчисление с 12 июня 2007 года, как о том просит истец, не противоречит условиям договора страхования. Таким образом, по 02 июля 2008 года (21 день) размер процентов составит: 11% x (75 100 рублей + 184 760 рублей 74 копейки) x 21 дн / 360 дн = 1 667 рублей 44 копейки. За период с 03 июля 2008 года по 20 мая 2009 года (на день вынесения судом решения) – 322 дня – размер процентов составит: 11% x 184 760 рублей x 322 дн / 360 дн = 18 178 рублей 40 копеек. Итого, сумма процентов, подлежащая взысканию в пользу истца – 19 845 рублей 84 копейки.

Наряду с недоплаченным страховым возмещением и процентами в пользу У. также подлежат взысканию суммы присужденных ему судом первой инстанции расходов: на оценку ущерба – 1 300 рублей, на оплату услуг представителя – 8 000 рублей, на оформление ему доверенности - 500 рублей и на уплату госпошлины (с учетом ее пересчета) – 3 646 рублей 07 копеек.

Всего в пользу истца подлежит взысканию 218 052 рубля 65 копеек.

В остальной части решение Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 20 мая 2009 года оставлено без изменения.

 

(Определение судебной коллегии по гражданским делам от 25 августа 2009 года, дело № 33-8710/2009)

 

Споры, вытекающие из налоговых правоотношений

 

Судебная коллегия по гражданским делам отменила решение суда, признав метод исчисления налога на имущество физических лиц, примененный судом первой инстанции, ошибочным.

 

А. обратилась в суд с заявлением об оспаривании решения должностного лица и государственного органа.

В обоснование исковых требований заявитель указала, что 14 января 2009 года из ИФНС России по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга получила требование № 97989 об уплате налога, сбора, пеней, штрафа по состоянию на 10 декабря 2008 года на сумму 404 рубля 77 копеек, из которых налог на имущество – 401 рубль 17 копеек, пени – 2 рубля 03 копейки. Также согласно налоговому уведомлению № 182630 на уплату налога на имущество физического лица за 2008 год заявителю как единоличному собственнику двух квартир (1 – ул. П. Тольятти, г. Екатеринбург; 2 – ул. Посадская, г. Екатеринбург) был начислен налог на имущество в сумме 802 рубля 33 копейки: 1 кв. – при инвентаризационной стоимости 153 878 рублей 55 копеек по ставке 0,25% налог - 387 рублей 70 копеек, 2 кв. – при инвентаризационной стоимости 167 053 рубля 06 копеек по ставке 0,25% налог - 417 рублей 63 копейки. Заявитель считала, что при расчете налога должна быть применена ставка 0,1% от стоимости каждой квартиры. Просила признать требование № 97989 незаконным и отменить, обязать государственный орган и должностное лицо произвести расчет налога на имущество заявителя в 2008 году по ставке 0,1% от стоимости имущества заявителя.

Решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 13 мая 2009 года требование заявителя А. оставлено без удовлетворения.

В кассационной жалобе заявитель просила отменить решение суда, ссылаясь на неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, и нарушение и неправильное применение норм материального права, повлекшие вынесение незаконного решения.

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда отменила решение суда по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, А. является единоличным собственником квартир по адресам: ул. П. Тольятти, г. Екатеринбург; ул. Посадская, г. Екатеринбург.

В соответствии с п. 1 ст. 3 Закона Российской Федерации от 09 декабря 1991 года N 2003-1 "О налогах на имущество физических лиц" ставки налога на строения, помещения и сооружения устанавливаются нормативными правовыми актами представительных органов местного самоуправления в зависимости от суммарной инвентаризационной стоимости. Представительные органы местного самоуправления могут определять дифференциацию ставок в установленных пределах в зависимости от суммарной инвентаризационной стоимости, типа использования и по иным критериям. При стоимости имущества до 300 000 рублей ставка налога на имущество не может превышать 0,1%; при стоимости имущества от 300 000 рублей до 500 000 рублей ставка налога устанавливается в пределах от 0,1% до 0,3%; при стоимости имущества свыше 500 000 рублей ставка налога устанавливается в пределах от 0,3% до 2,0%.

Суд установил, что инвентаризационная стоимость квартиры по ул. П. Тольятти, г. Екатеринбург, составляет 153 878 рублей 55 копеек; квартиры по ул. Посадской, г. Екатеринбург – 167 053 рубля 06 копеек.

Отказывая в удовлетворении требований о признании незаконным требования налогового органа по уплате налога на имущество за 2008 год в размере 802 рубля 33 копейки, суд признал правильным метод исчисления ответчиком налога на имущество физических лиц путем сложения инвентаризационных стоимостей всех принадлежащих истцу объектов с применением налоговой ставки в размере 0,25% к инвентаризационной стоимости каждого объекта в отдельности.

С таким выводом суда первой инстанции судебная коллегия не согласилась, поскольку суд не учел следующее.

В соответствии со ст. ст. 2, 3, 5 Закона Российской Федерации «О налогах на имущество физических лиц» от 09 декабря 1991 года № 2003-1 (в редакции Федерального закона от 22 августа 2004 года № 122-ФЗ) объектами налогообложения признаются следующие виды имущества: жилые дома, квартиры, дачи, гаражи и иные строения, помещения и сооружения.

Ставки налога на строения, помещения и сооружения устанавливаются нормативными правовыми актами представительных органов местного самоуправления в зависимости от суммарной инвентаризационной стоимости. Представительные органы местного самоуправления могут определять дифференциацию ставок в установленных пределах в зависимости от суммарной инвентаризационной стоимости, типа использования и по иным критериям.

Налог на строения, помещения и сооружения исчисляется на основании данных об их инвентаризационной стоимости по состоянию на 1 января каждого года.

Во исполнение указанного Закона Министерством Российской Федерации по налогам и сборам была принята Инструкция от 02 ноября 1999 года № 54 «По применению Закона Российской Федерации «О налогах на имущество физических лиц» (далее - Инструкция), зарегистрированная в Минюсте 20 января 2000 года № 2057, в соответствии с п. 10 (в редакции Приказа МНС РФ от 27 февраля 2003 года № БГ-3-04/88) которой налог на строения, помещения и сооружения исчисляется на основании данных об их инвентаризационной стоимости по состоянию на 01 января каждого года. Абзацем 2 этого пункта предусматривается, что если у налогоплательщика в собственности имеется несколько строений, помещений и сооружений и они находятся на территории одного представительного органа местного самоуправления, который установил по всем объектам единую ставку налога, то налог исчисляется с суммарной инвентаризационной стоимости всех этих объектов. В абзаце 3 этого же пункта указывается, что если у налогоплательщика в собственности имеется несколько строений, помещений и сооружений и они находятся на территории одного представительного органа местного самоуправления, который установил различные ставки налога в зависимости от типа их использования (жилого или нежилого назначения, используемые для личных или коммерческих целей и т.п.) или иных критериев, то налог исчисляется с суммарной инвентаризационной стоимости каждого типа объектов.

Из указанных положений следует, что представительные органы местного самоуправления нормативно-правовыми актами могут установить единую ставку налога на строения, помещения и сооружения либо могут установить дифференциацию ставок налога на строения, помещения и сооружения в установленных пределах в зависимости от суммарной инвентаризационной стоимости, от типа использования (жилое это помещение или нежилое, используемое для хозяйственных нужд или коммерческих) и по иным критериям.

Согласно п. 3 раздела I Инструкции суммарной инвентаризационной стоимостью является сумма инвентаризационных стоимостей строений, помещений и сооружений, признаваемых объектами налогообложения.

Как следует из решения Екатеринбургской городской Думы от 08 ноября 2005 года № 13/2 «Об установлении на территории муниципального образования «Город Екатеринбург» налога на имущество физических лиц» с 01 января 2006 года на территории г. Екатеринбурга установлены следующие ставки налога на имущество физических лиц:

 

№ п/п

Имущество

Ставка налога,

в % от инвентаризационной стоимости имущества

1.1.

Жилые строения (в том числе на садовых, огородных и дачных земельных участках), жилые помещения (в том числе жилые дома, включая коттеджи и жилые дома на дачных участках, квартиры, комнаты), а также отдельно стоящие гаражи индивидуального пользования, боксы гаражно-строительных кооперативов, овощные ямы

 

Инвентаризационная стоимость имущества

 

До 300 000 рублей

0,1

От 300 000 рублей до 500 000 рублей

0,25

Свыше 500 000 рублей

2500 рублей + 1% от суммы свыше 500 000 рублей

1.2.

Прочие нежилые помещения, строения и сооружения

 

Инвентаризационная стоимость имущества

 

До 300 000 рублей

0,1

От 300 000 рублей до 500 000 рублей

0,3

Свыше 500 000 рублей

2,0




оставить комментарий
страница2/3
Дата28.11.2011
Размер0.74 Mb.
ТипБюллетень, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх