Белое движение в гражданской войне на юге россии (ноябрь 1917 -1920 гг.). Историографическое исследование icon

Белое движение в гражданской войне на юге россии (ноябрь 1917 -1920 гг.). Историографическое исследование


1 чел. помогло.

Смотрите также:
Идеологические основания...
Идеологические основы и политические программы южнороссийского белого движения и их практическая...
Судьба культурного наследия Крыма на изломе исторической эпохи (1917-1920 гг.)...
Контрольная работа По предмету «История отечественного государства и права» «Белое» движение в...
Контрольная работа по истории Отечества на тему: Факторы победы Красной Армии в Гражданской...
К 60-летию победы в великой отечественной войне...
Роман Г. Леру «Призрак Оперы»: предыстория, прототипы и прообразы, реальность и легенды...
Асташов А. Б. Социальный состав Красной Армии и Флота по переписи 1920 г...
Государственное управление в годы гражданской войны (1917-1920 гг.)...
Идейно-политическая эволюция либерализма в сибири в период революции и гражданской войны...
План введение Сущность...
Белое движение в культурной памяти советского общества: эволюция «образа врага»...



страницы:   1   2   3
скачать
На правах рукописи


САЛОВ Олег Альберт


БЕЛОЕ ДВИЖЕНИЕ В ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЕ НА ЮГЕ РОССИИ (ноябрь 1917 –1920 гг.). ИСТОРИОГРАФИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ


Автореферат диссертации на соискание ученой степени

доктора исторических наук


Специальность 07.00.09 — историография, источниковедение и методы

исторического исследования


Москва – 2007


Работа выполнена в Профессиональном институте управления


Научный консультант — доктор исторических наук, профессор

ВОРОНОВ Виталий Николаевич


Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор

^ Ипполитов Георгий Михайлович


доктор исторических наук, профессор

Филипповых Дмитрий Николаевич


доктор исторических наук, профессор

Гаврищук Владимир Владимирович

^

Ведущая организация: Институт военной истории МО РФ



Защита состоится «___» декабря 2007г. в «___» часов на заседании диссертационного совета по историческим наукам ( Д. 215.005. 06 ) при Военном университете МО РФ по адресу: 123001 г. Москва, ул. Большая Садовая 14.


С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Военного университета МО РФ по адресу: 123001 г. Москва, ул. Большая Садовая 14.


Автореферат разослан «___» ноября 2007 г.


Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат исторических наук, профессор

А.М. Махров


^ I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ДИССЕРТАЦИИ


Актуальность исследования обусловлена следующими обстоятельствами: I. Период в истории нашего Отечества, заключенный в хронологических рамках ноября 1917 – 1920 гг., является, вне всяких сомнений, особо значимым. Братоубийственная Гражданская война стала кульминационой точкой смены цивилизационой парадигмы в нашей стране. Одним из следствий цивилизационного разлома стало то, что некогда огромная Российская империя превратилась в новое Советское государство, аналогов которому не имелось в истории сообщества мировых цивилизаций. Однако параллельно с Советским государством образовалась уникальная общность — Россия в изгнании, Российское зарубежье, ядром которого долгое время являлось Белое движение, потерпевшее сокрушительное поражение от советской власти и ушедшее в изгнание. Здесь перед нами уникальный исторический феномен самобытного существования соотечественников вне рамок собственной государственности. Все это, отразившись в историческом сознании социума, в последующем сказывалось на формировании определенного восприятия прошлого и современности у нескольких поколений людей. II. Накопленный историографический опыт свидетельствует: образы военно-политических событий 1917 – 1920 гг. активно и целенаправленно использовались в качестве идеологического ресурса различными общественными силами и институтами, а на формировании изначальных представлений о Гражданской войне в значительной мере сказались острые эмоциональные реакции историков и мемуаристов, переживших это событие как личностный духовный опыт. Во всём разнообразии направлений историографии революции и Гражданской войны свое, особое, место занимают вопросы истории Белого движения. По известным причинам этот сюжет в советской исторической науке, в отечественной историографии в целом был в самой высокой степени подвержен деформациям и искажениям. Восстановление научного статуса проблемы истории Белого движения, противостоявшего большевистскому политическому режиму в братоубийственной Гражданской войне, раскрывает возможность формирования реальной картины социальных сдвигов, политического и военного противоборства в хронологических рамках, указанных выше в истории государства Российского. Соответственно, залогом решения данной исследовательской задачи выступает научно-критический анализ тех комплексов литературы, в которых нашли отражение и осмысление эти события. Необходимо выделить из конъюнктурной части такой литературы научные ценности, способствующие развитию исторической мысли на восстановленной и обновленной документальной основе, посредством определения и оценки методологической основы исторических трудов, тех методов, способов исследования, которые применяли их авторы, обращаясь к тем или иным конкретным историческим проблемам истории.

III. Современная историографическая ситуация в России довольно специфичная. Аксиоматично, что без критического осмысления накопленного историографического опыта невозможно понять современного положения науки, ее роли и задач в обществе. В то же время, залогом дальнейшего успешного развития историографии является сохранение всего ценного, что создано историками предыдущих поколений. Сегодня идет процесс осмысления и переосмысления, отказа от многих устаревших и мифологизированных положений в освещении истории Белого движения. Это сложный процесс, несущий внутри себя множество разногласий, многоголосие мнений, спектр которых содержит порой взаимоисключающие суждения и оценки. Тем не менее, в ряде публикаций (они разнятся по объему, научному жанру и научной значимости) рассматриваются с новых подходов в исторической науке и некоторые аспекты истории Белого движения в Гражданской войне на Юге России. Причем, в них были введено в научный оборот большое количество архивных документов и материалов, хранившихся в не столь далеком прошлом с грифами «секретно» и «совершенно секретно». Это привело к возникновению существенных аспектов в рассматриваемой проблеме, которые представляется целесообразным сопоставить и проанализировать. Постановка темы исследования в редакции, предложенной в названии диссертации, вызывается как и отечественной историографической традицией, так и логикой развития историографической теории и практики, включающей в себя новые факты, нуждающиеся в изучении и истолковании. Историографическое изучение истории Белое движение в Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.) должно способствовать выработке адекватных критериев оценки различных историографических явлений, осмыслению новых и традиционных для данной проблемной историографии вопросов, что в целом отвечает тем задачам, которые стоят перед отечественной исторической наукой, развивающейся сегодня в условиях методологического плюрализма. IV. Сегодня имеется большое количество фактографического и нарративного аспектов в материалах, имеющихся в научном обороте, в которых рассматриваемая проблема нашла то или иное отражение. По ней до настоящего времени отсутствуют специальные историографические исследования. Подобное предполагает проведение историографической разработки и выявление сущности и основных тенденций в истории изучения нашей темы. Следовательно, необходимо комплексно изучить и критически проанализировать имеющиеся по теме историографические факты и источники. Только на такой основе можно оценить уровень исследованности рассматриваемой темы, а также выявить тенденции познания в данной области исторических знаний, определить перспективы ее дальнейшего изучения.

V. Актуальность темы данного историографического исследования значительно усиливается тем, что перед нами стоит не только сугубо академическая крупная проблема, требующая своего научного разрешения. Перед нами в ходе решения научной проблемы рельефно вырисовывается один важный аспект, связанный с той социальной ролью, которую играет историография в современном обществе. Революция и Гражданская война, что выше отмечалось, стала знаковым событием всей мировой истории. Соответственно, история Гражданской войны неизменно являлась одной из приоритетных тем истории XX века, а смена цивилизационнй парадигмы, произошедшая в нашем Отечестве в конце 80 – начале 90-х годов минувшего столетия, выдвинули эту проблематику на авансцену российской исторической науки. Прежде всего, это связано с актуальностью для современного внутриполитического и международного развития тех вопросов, которые решались в России в 1917 – 1920 гг.: изменение государственности и миропорядка; борьба за передел собственности в условиях острых политических противостояний; напряженные идейные и духовные искания, обретение новой идентификации общества. Начальный этап новейшей модернизации российского общества сопровождался глубинным системным кризисом, не только воскресившим в историческом сознании события 1917 – 1920 годов, но и превратившим эти события в тот «оселок» истории, на котором общественно-политические силы выверяли свои программы и сценарии развития. Кроме того, во времена больших перемен в обществе получают распространение крайние суждения и ригористические оценки, происходит романтизация и идеализация того, что прежде отрицалось и обличалось. Данные черты и признаки по-прежнему в той или иной мере присущи современному российскому обществу. В связи с этим возрастает социальная и нравственная значимость исторической науки: системное знание о событиях революции и Гражданской войны, свободное как от старых, так и от новых стереотипов и мифов, может содействовать понижению уровня социальной напряженности в обществе, которое переживает тяжелые трансформации в процессе созидания демократического, правового, социального, светского государства с конкурентно способной рыночной экономикой. Воссоздание подлинной исторической картины трагических событий 1917 – 1920 гг., максимально приближенных к исторической правде, будет способствовать выработке идеи общенационального согласия. Важную роль здесь как раз призвана сыграть историография как история науки, обеспечивающая преемственную связь в развитии исторической мысли и определяющая ее перспективы на каждом конкретном направлении.

^ Степень научной разработанности темы. Историю истории изучения темы Белого движения в Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.) представляется целесообразным, исходя из проблемно-хронологического подхода, рассматривать по двум крупным условным историографическим периодам: советский (примерно 1920 – первая половина 1980-х гг.) и перестройка и постсоветский период (примерно вторая полвина 1980-х – до настоящего времени). Между данными периодами существует тесная диалектическая связь, преемственность идей в развитии. Одновременно они выступают и в роли качественно различных условных историографических периодов, так как их внутреннее содержание формировалось под воздействием конкретно-исторической обстановки. Одна из главных объединяющих черт данных условных историографических периодов — наличие огромного количества публикаций различного рода по истории революции Гражданской войны. Их библиография — около 30 тыс. публикаций1. И в этих работах нашла отражение (в той или иной мере) рассматриваемая тема. По нашим подсчетам2, их имеется более 12000. В их числе — обобщающие труды фундаментального плана, монографии, книги, брошюры, статьи, учебники, учебные пособия. Указанная выше тема поднималась во многих кандидатских и докторских диссертациях. Документальная разработка темы характеризуется изданием более 1300 сборников документов и материалов, а также наличием публикаций некоторых документов и материалов по отдельности в периодических изданиях (имеются они и в электронных ресурсах Интернета).

^ Советский условный историографический период (примерно 1920 – первая половина 1980-х гг.). Вопросы историографии Южнороссийского Белого движения затрагивались в работах общего характера, авторы которых анализировали развитие научного знания в процессе изучения истории революции и Гражданской войны в России. Первые такие попытки представляли собой, как правило, рецензии, комментарии и обзоры литературы, в том числе мемуарной3. Так, только в журнале «Пролетарская революция» в 1921 – 1929 годах было опубликовано около трёх десятков рецензий на книги, написанные представителями белой эмиграции4. Аналогичные историографические обзоры публиковали и многие другие журналы. Оперативно откликнулся на выход за рубежом первого тома «Очерков русской смуты» генерала А.И.Деникина М.Н. Покровский, который в то время становился знаковой фигурой молодой советской исторической науки. Он утверждал, что само название труда свидетельствует о непонимании автором сущности революции и всего с ней связанного, хотя в нём и содержатся ценные сведения об «истории и генеральского миросозерцания, и военной контрреволюции, в целом, которая стала складываться сразу после Февраля 1917-го»5. О масштабах работы в области историографической критики позволяет судить первый аннотированный библиографический указатель литературы по истории революции и Гражданской войны, вышедшей в России и за рубежом, подготовленный И.В. Владиславлевым. Автор в лаконичной форме оценивал документальную базу исследований, их жанровое своеобразие, выносил свои суждения о степени объективности содержащихся в них выводов6.

Во второй половине 1920-х годов, по мере усиления авторитарно-бюрократических тенденций развития советского общества и государства, советские историки усиливают негативные оценки трудов представителей русской эмиграции, все чаще отказывая им в «правдивости». Так, в предисловии П.Е. Щеголева к книге В.А. Оболенского «Крым при Врангеле. Мемуары белогвардейца», вышедшей в 1927 году, подчеркивается откровенная необъективность автора, который, по мнению критика, приписывает политику террора исключительно большевикам7, что, вообще говоря, из этой работы не следует. Безусловно, утвердившаяся обличительная направленность историографической критики делала ее все менее продуктивной. Однако в целом рецензии, комментарии, обзоры и предисловия советских авторов 1920-х годов отличались еще относительной свободой обсуждения поднимавшихся вопросов, достаточной степенью объективности, а также сохранявшейся интеллектуальной связью между советской исторической наукой и ее оппонентами за рубежом. Сказанное, в то же время, не отрицает того факта, что, в конечном итоге, рецензии, опубликованные в Советской России и СССР, решали, прежде всего, идейно-политическую, а не научную задачу — идеологическое обеспечение советской власти и политики большевистской партии. К тому же для широкого советского читателя выходившие за пределами страны исторические работы были практически недоступны. Продуктивная в большинстве своем отечественная историографическая практика, начиная примерно со второй половины 1920-х годов, стала быстро искореняться, интерес к истории Южнороссийского Белого движения резко падает, а многочисленные материалы по истории антибольшевистского движения в целом попадают в закрытые хранилища, практически недоступные для исследователей. В условиях формирования методологического монизма стало доминировать упрощенное и во многом искаженное изображение истории Гражданской войны, резко сузилась источниковая база исследований по этой тематике. Показательно, что в «Инструкции по составлению хроники Октябрьской революции и гражданской войны», опубликованная в 1928 году Истпартом ЦК ВКП (б), предписывалось сделать основным в составлении хроники выявление руководящей и организующей роли партии. В документе указывалось также, что деятельность «соглашательских партий и групп, как равно и контрреволюционных правительств и организаций, должна быть освещена в хронике лишь для наиболее полного выявления характера и форм борьбы нашей партии, рабочего класса и крестьянства с контрреволюцией»8.

Партийно-государственный диктат привел к серьезной деформации историографического процесса. Причем, подобная деформация, по мере усиления культа личности Сталина, находила свое проявление в том, что белые генералы превращались в объекты для карикатур. Тенденция развития советской историографии тех лет характеризовалась отсутствием критического отношения к состоянию науки, а главным критерием становилось количество выпущенных трудов, а никак не новизна тем, обогащение историознания фактами, установление новых взаимосвязей, и уж тем более не обновление концепции. Схоластическое повторение упрощенных положений марксизма-ленинизма о классовой борьбе, революции и диктатуре пролетариата являлось симптомом снижения в целом методологического уровня исследований. Теоретические посылки и исходные позиции почти во всех работах совпадали с результатами исследования. На многие годы были преданы забвению исследования, мемуары и периодика русской эмиграции. Положение в какой-то мере стало меняться только со второй половины 1950-х годов, после XX съезда КПСС, который выработал курс на преодоление последствий культа личности Сталина. Поначалу в литературе начинают проскальзывать признания о наличии серьезных пробелов в изучении Гражданской войны, и поводом к чему явился, в частности, выход в 1957 году третьего тома «Истории гражданской войны в СССР». В.Поликарпов отмечал позднее, что недостатки в выявлении соотношения боевых сил революции и контрреволюции, отмечавшиеся в откликах печати на третий том, не могли быть устранены без изучения классовых сил с обеих сторон... «И здесь особенное отставание обнаружилось в изучении сил и руководящих центров контрреволюции»9. Хотя с формальной точки зрения дела обстояли, как будто, неплохо: к 1964 году вышло более 5 тысяч книг, брошюр, статей, а также документальных публикаций и воспоминаний, относящихся к периоду 1918 – 1920 годов10. Появились историографические исследования, специально посвященные истории антисоветских организаций и вооруженных сил11. Так, в 4 томе «Очерков истории исторической науки в СССР» автор главы об историографии Гражданской войны в СССР Н.Ф.Кузьмин одним из первых, анализируя литературу 1920 – 1930-х годов, упомянул об эмигрантской литературе белых и их союзников, оценив ее, впрочем, по-прежнему, как ненаучную, сугубо клеветническую и самообличительную12.

Оригинальную мысль высказал на страницах журнала «Коммунист» (официоз ЦК КПСС (!)) в 1960 году Г. Голиков. Рассуждая об изучении истории Октябрьской революции, он писал: «противника нужно представлять реально, а не абстрактно и анонимно»13. Эта идея была подхвачена в 1962 году генерал-лейтенантом А.И. Тодорским. Используя поверхностные характеристики генералов М.В. Алексеева, А.И. Деникина, М.К. Дитерихса в мемуарах М.Д. Бонч-Бруевича, он в «Литературной газете» ещё чётче сформулировал проблему: «Не следует наших врагов изображать людьми безвольными, невежественными, глупыми. Если бы они были таковыми, то стоило ли так затягивать борьбу с ними, да и велика ли честь Красной Армии разгромить таких противников»14. Безусловно, не все исследователи встали на такую позицию. Харьковский историк И.Л. Шерман в 1964 году требовал серьезной критики «чрезмерного увлечения освещением политики контрреволюции»15. И, судя по дальнейшему историографическому процессу, данная точка зрения снова возобладала. Серьёзное исключение, однако, представлял тот раздел книги Л.М. Спирина «Классы и партии в гражданской войне в России (1917—1920 гг.)»16, в котором в спокойной тональности была затронута история Белого движения. В целом же в конце 1960-х — 1970-х годах изучение истории Гражданской войны в единственно возможном многоаспектном плане снова загонялось, быть может, в более мягкие, чем в 1930-х годах, но всё же классовые, партийные рамки. Подчинение науки политике и очередным идеологическим установкам приводило к разрыву между догматическими представлениями и реальным историческим процессом, утрате научного характера изучения истории, подмене конкретно-исторических исследований фактографией и «обобщающими трудами», лишь подтверждавшими то, что априори считалось непреложным, понижению теоретического и методологического уровня, не говоря уже о вульгаризации самой марксистской доктрины. Поэтому, кстати, многие ученые оказались неподготовленными к тому, чтобы позднее, в новой общественной ситуации, ответить на новые требования к исторической науке.

В целом история Белого движения в Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.) советскими учеными специально не изучалась, сохранялись изоляционизм отечественной исторической науки по отношению к зарубежной, в том числе эмигрантской, историографии и ее пристрастная оценка. В специальных работах по зарубежной буржуазной историографии Гражданской войны фигурировал тезис об апологетической, недостоверной трактовке западными учеными развития и смысла антибольшевистского движения, оправдательном характере анализа причин его поражения, отвергалась научная ценность их изысканий. Какие-либо совпадения позиций западных специалистов с выводами советских ученых объявлялись вынужденным признанием со стороны зарубежных авторов «правды истории». До начала перестройки в Советском Союзе работы западных исследователей, пишущих об истории Гражданской войны и Белом движении, служили материалом для подтверждения фактов обострения идеологической борьбы, разбора в этой связи различных «фальсификаций» советской истории и призванного доказать буржуазно-классовую пристрастность всей этой литературы. Однако, несмотря на заданные «правила игры», обойти которые было практически невозможно, отдельным историкам удавалось хотя бы рассказать о советологических центрах, иностранных ученых, пишущих об истории гражданской войны и белом движении, описать круг поднимаемых ими проблем17.

^ Перестройка и постсоветский период (примерно вторая полвина 1980-х – до наст. вр.). Начавшееся в середине 1980-х годов видоизменение всего общественного и государственного устройства, последовавший затем распад СССР обусловили возникновение новой историографической ситуации. Если сначала обновление исторических знаний имело следствием творческий подъем, надежду определенной части исследователей на быстрый пересмотр устаревших оценок, преодоление догматизма и схематизма18, то в 1989 – 1991 годах обновление переросло в творческий и организационный кризис исторической науки. На совещании в ЦК КПСС в октябре 1989 года руководитель Идеологического отдела и секретарь ЦК КПСС В.Медведев поставил задачу: «...Надо отстаивать принципиальные позиции Ленина, Октябрьской революции, социалистического выбора. Тут не может быть уступок»19. Анализируемый условный историографический период был отмечен источниковедческим взрывом по нашей теме. Однако, как стало выясняться довольно быстро, доступность источников не исправила так называемую «деформацию исторической памяти». Наоборот, чем больше открывались первоисточники, тем меньше оставалось возможностей для поверхностного и «ярлыкового» подхода к истории Белого движения в Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.) и его трагедии. Однако не эмоциональное начало, и новые конъюнктурные веяния определили характер нового этапа историографии Белого движения в Гражданской войне на Юге России. Отличительными его особенностями стало появление целого ряда монографических работ20 и диссертационных исследований21, в которых авторы предварили исследования своих проблем историографическими обзорами и даже историографическим анализом. Благодаря таким фрагментам огромный пласт эмигрантской литературы по истории Гражданской войны, а также исследования западных историков стали достоянием современной российской историографии.

События последнего десятилетия XX века имели следствием, с одной стороны, расцвет плюрализма, издательский бум, открытие архивов и превращение архивных учреждений из преимущественно закрытых организаций, являвшихся частью идеологической надстройки существовавшего политического режима, в общедоступные институты службы социальной памяти российского общества, а с другой, — кризис исторической науки, сопровождавшийся методологической растерянностью, разрушением старых схем, многотрудным поиском новых подходов. Объективная оценка Гражданской войны, определение узловых проблем, стоящих перед учеными, перспектив и тенденций развития отечественной исторической науки стали предметом размышлений и дискуссий, нашли отражение в ряде специальных работ. Показателем начала нового этапа в изучении Гражданской войны, в том числе и проблем Белого движения, стало активное и весьма плодотворное взаимодействие отечественных историков с зарубежными коллегами, умножение форм и способов исследовательской практики, ее содержательное и жанровое многообразие, появление первых специальных трудов по истории изучения Гражданской войны, её различных проблем22.

Что касается изучения Белого движения, то на рубеже XX и XXI веков главной и определяющей тенденцией являлось восстановление единой историографии этого вопроса, которая долгое время была искусственно разъединена на изолированные исследовательские потоки: собственно советский, эмигрантский русский и западный. Начавшийся диалог представителей трех потоков создает условия для достижения иного уровня изучения истории Белого движения. Можно сказать, что складывается достаточно отчетливое понимание того, что и как сделано в исследовании проблемы, какими сильными и слабыми моментами отмечены вышедшие издания, какие ключевые пункты дальнейшего изучения нуждаются в общих усилиях и совместных обсуждениях. Отличительная черта исследуемого условного историографического периода — появление трудов собственно историографического характера, посвященных истории Гражданской войны, в которых нашла отражение (в той или иной степени) история истории изучения рассматриваемой нами темы23. Отдельно стоит отметить работу В.И.Голдина. Ученый сумел охватить большинство сколько-нибудь значимых работ последнего периода, изложить и прокомментировать их проблематику, основные подходы и выводы. Ему удалось охарактеризовать основные тенденции новейшей отечественной, а во многом и зарубежной историографии, выделить основные причины Гражданской войны, показать новые концеп­ции и современные подходы к проблеме движущих сил, социальных групп, интервенции, антибольшевистскому движению, итогам и последствиям войны. Особенно следует отметить, что Голдин подчеркнул отличия новейшей отечественной историографии от советской. Если последняя трактовала Гражданскую войну с позиций героизма защитников советской власти, то уже с конца 1980-х гг. стали имитироваться ее трагизм, братоубийственный характер. От апологии классового подхода и «ленинской концепции» исследователи перешли к идеологическому и методологическому плюрализму, от истории преимущественно советской, «красной» — к истории противников большевиков24. В целом, книга Голдина очень полезна не только для любого исследователя, но и просто интеллигентного человека, интере­сующегося периодом Гражданской войны. Она не только знакомит с массивом новейшей ли­тературы, но фиксирует современный уровень разработки соответствующих проблем, дает представление об основных подходах и выво­дах, обозначает ряд дискуссионных вопросов и неисследованных сюжетов. Однако наша тема не нашла в ней достаточного историографического осмысления. Пристального внимания заслуживает докторская диссертация А.И.Ушакова, в которой автор всесторонне раскрыл историю изучения антибольшевистского движения в период Гражданской войны в России. Историографическому анализу подвергались историографические и исторические источники российского зарубежья, советской и постсоветской исторической науки. Между тем, например, военные аспекты деятельности Южнороссийского Белого движения, в диссертации не нашли достаточного историографического осмысления25.

Анализ показывает что сегодня (как и в другие периоды развития отечественной исторической науки) в ней присутствует значительный элемент политизации и мифологизации истории Белого движения (в том числе и Южнороссийской его ветви), только, пожалуй, с иным или даже прямо противоположным аксиологическим акцентом. Достаточно часто поиск научной истины подменяется в связи с этим поиском виноватых, что не обеспечивает полноценных, способных открыть новое видение ставших необычайно актуальными проблем. В связи с этим перед историографией стоит важная задача сохранить верность принципу историзма, корректно и добросовестно оценить, сохранить и развить позитивные итоги отечественных и зарубежных исследователей, творчески вовлекать в исследовательскую практику достижения мировой исторической науки. В историко-научном осмыслении процессы разработки этой многогранной проблемы достигнуты несомненные успехи, которые одновременно и оттеняют существующую историографическую потребность в создании специализированного труда, сориентированного на освоение с позиций современной науки, ее различных дискурсов истории изучения Белого движения в Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.) как относительно самостоятельного направления в историографии Гражданской войны в России начала XXI века.

Для полноты анализа степени научной разработанности рассматриваемой проблемы необходимо подчеркнуть, что некоторые фрагментарные наработки имеются здесь в историографии российского зарубежья. Например, «Очерки Русской Смуты» генерала А.И. Деникина, столь масштабная работа, привлекла повышенное внимание в русском зарубежье. Далеко не все оценки этой работы являлись комплиментарными. В частности, С.П.Мельгунов считал, что А.И. Деникин неправомерно взялся за создание такой панорамной работы, поскольку она ему оказалась не по плечу, соответственно, автору следовало ограничиться задачей мемуариста. С.П. Мельгунов критиковал генерала за «демагогичность», неверную оценку классового характера Добровольческой армии, роли партии эсеров в контрреволюции, позиции Союза Возрождения России и других антибольшевистских политических центров26. В 1920 – 1930-х годах в литературе русского зарубежья развертывается дискуссия по поводу размышлений и выводов авторов, писавших о Белом движении в годы Гражданской войны. Авторы русского зарубежья справедливо полагали, что «честная» история русской революции невозможна без истории противобольшевистских движений. Так, в рецензии на книгу В. Даватца «Годы», вышедшей в Белграде в 1926 году, опубликованной в парижском альманахе «Белый Архив», отмечается богатство фактического материала, содержащегося в рецензируемой работе и особо обращается внимание на то, что автор писал «без ненависти к политическим врагам, но не смог отнестись беспристрастно к своим политическим друзьям». Подобное внимание к идейно-политическим и психологическим предпосылкам разбираемого текста — верный признак стремления критика к научной интерпретации, стремления разместить ту или иную работу в качестве историографического факта в социально-культурных координатах, учесть воздействие факторов различного порядка на авторскую позицию27. В целом же русская эмигрантская литература зачастую страдала тем же пороком, что и советская, только с противоположными акцентами — авторы нередко сосредоточивались не на выявлении истины, а на поиске виноватого в поражении белого дела, в том числе среди «своих», самооправдании и удовлетворении личных, а равно политических амбиций и пристрастий.

Таким образом, изложенное выше анализ степени научной разработанности историографического исследования нашей темы позволяет заключить: комплексный, обобщающий научный труд здесь до сих пор не создан. Поэтому создание работы, в которой было бы дано цельное и объективное представление об историографии анализируемой темы, станет решением крупной научной проблемы, имеющей важное значение для современного этапа развития отечественной исторической науки.

^ Объектом исследования выступает историография Гражданской войны, которая понимается как процесс формирования всей совокупности исторических представлений об этом событии, его различных сторонах и взаимосвязях, содержащаяся в работах, укорененных в различных системах историографии — советской, постсоветской, белогвардейской, белоэмигрантской и историографии российского зарубежья. Предметом исследования является относительно самостоятельный — в рамках историографии Гражданской войны — историографический комплекс, в котором сосредоточены, выходившие начиная с первой половины 1920-х годов и вплоть до современности работы, посвященные Белому движению в Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.). Они рассматриваются с точки зрения складывания и изменения проблемно-тематической структуры, концептуальных оснований, методов и приемов исследования, а также источниковой базы. Составляющие данный историографический комплекс работы носят исследовательский характер или представляют собой такую разновидность нарратива, как мемуаристика. Мемуары привлекаются в той мере, в какой они содержат отображение связи индивидуального и социального в описываемых событиях, обретая при этом свойства историографического источника, потребного для решения задач проблемно-тематической историографии. Исследуется сложившаяся исследовательская историографическая традиция изучения данной проблемы, взгляды советских и современных российских историков, а также авторов Российского зарубежья, анализ процесса накопления и приращения исторических знаний, глубины научной разработанности в отечественной историографии и историографии российского зарубежья темы Белого движения в Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.). В то же время, в ряде случаев соискателю пришлось обращаться к идеям, высказанным в зарубежной историографии, что было обосновано их влиянием на развитие отечественной историографии.

^ Цель исследования — провести всесторонний и комплексный анализ процессов формирования научных знаний по проблеме Белого движения в Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.), количественного и качественного состояния отечественной историографии и историографии российского зарубежья, ее основных тенденций и дальнейших перспектив развития. Для достижения поставленной цели определены следующие задачи: 1. Раскрыть теоретико-методологические аспекты исследования проблемы, выработать стратегию ее историографического анализа, охарактеризовать основные источники. 2. Проследить поступательное развитие исторической мысли, дать оценку концепциям по рассматриваемой проблеме, выработанным в трудах отечественных историков, историков Российского зарубежья, а также определить факторы, которые влияли на их изменение в рамках историографических периодов и этапов. 3. Выяснить уровень научной разработанности и обоснованности выдвигаемых в разных трудах и в разные годы положений, отражающих сущность и содержание анализируемой темы. 4.Выработать авторскую оценку процесса отражения в историографических источниках истории Белого движения Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.), аргументировать отношение соискателя к наиболее дискуссионным из них. 5. Определить характерные особенности, сильные и слабые стороны, основные тенденции развития отечественной историографии рассматриваемой проблемы, когда историческая наука развивалась в едином научном пространстве Советского государства, а также в постсоветский период и в Российском зарубежье. 6. На основе анализа новейших историографических источников углубить и расширить те проблемы исследуемой темы, которые изучены еще недостаточно глубоко или не затрагивались историками вообще, то есть внести свой вклад в историографическую разработку проблемы Белого движения в Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.). 7. Сформулировать общие выводы и научно-практические рекомендации, выработанные соискателем в результате проведенного исследования, определить основные направления дальнейшей разработки данной темы.

^ Хронологические рамки исследования определены автором с учетом актуальности проблемы и в соответствии с замыслом настоящей научной квалификационной работы. Хронологические рамки анализируемых историографических фактов и источников ограничены периодом существования Белого движения в Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.). Хронологические рамки самого диссертационного исследования охватывают период с 1918 по настоящее время. Столь большой временной интервал позволяет наиболее полно проследить развитие историографии проблемы. Тем более, открывается возможность исследования корпуса историографических источников с позиций компаративизма, так как они вводились в научный оборот в различных цивилизационных измерениях.

^ Теоретико-методологическая база исследования. Диссертант выдвигает следующие теоретико-методологические ориентиры: приоритет рационализма в процессе историко-научного и, в том числе, историографического познания; осторожное, взвешенное отношение к постмодернистским концептуальным построениям в сфере теории, методологии и истории исторической науки; признание закономерности и необходимости перехода от эмпирического уровня в познании исторического и историко-познавательного процесса к теоретическому уровню его понимания и объяснения. Соискатель отобрал те методологические подходы, которые позволяют, по его оценке, наиболее полно раскрыть рассматриваемую тему. Причем, все они станут применяться комплексно, без отдачи приоритетов отдельным из них. Диалектический и диалектическо-материалистический подходы. Они позволяют составить четкие представления о том, как формировался корпус историографических источников и как противоречия социально-политической, экономической и духовной жизни социума повлияли на их сущностную и содержательную стороны. Развитый системный подход. Его применение позволит выстроить иерархию аспектов истории изучения темы, установить внутренние связи между ними, определить наиболее значимые из них. Компаративистский подход. Он позволяет выявить черты тождества, сходства и различия исследуемых в диссертации историографических источников, степень влияния на них политической конъюнктуры; установить место и роль раз­нообразных явлений социально-политической жизни, находившихся друг от друга на временном и пространственном отдалении, но оказавших влияние на историографию нашей проблемы. Значимость данного подхода резко усиливается тем, что хронологические рамки самого диссертационного исследования охватывают период с ноября 1917 г. по наст. время. Следовательно, проанализированные историографические источники появились в двух цивилизационных измерениях, так как в стране произошла смена цивилизационой парадигмы. Формационный и цивилизационный подходы. Они используются, в первую очередь, при определении степени отражения в историографических источниках роли государственных образований белых политических режимов в Гражданской войне на Юге России в решении возникающих проблем. Цивилизационый подход выразился, прежде всего, в том, что при анализе историографических источников обеспечивалось целостное восприятие действительности, в них отраженной. 5. Синергетический подход подразумевает признание одной из исходных посылок анализа материала по теме диссертации такого положения концепции самоорганизации или синергетики, как нелинейность эволюции научного знания, которая может быть развернута посредством идеи инвариантнос­ти, альтернативности выбора развития научного процес­са. Значимость подобного подхода усиливается тем, что современная историография обращает внимание на расширение историографического поля исследования, включающего многообразие теоретических подходов, ме­тодов, приемов изучения исторических знаний, и различ­ные исторические концепции, и широкий круг персона­лий. Историко-ситуационный подход подразумевает рассмотрение явлений и процессов в контексте соответствующей исторической ситуации. В исследовании нашей темы значимость данного подхода усиливается в той связи, что представляется необходимым иметь четкие представления о том, в каких условиях создавались те или иные историографические источники, особенно в советский период, когда историки не имели творческой свободы.

^ Историко-ретроспективный подход раскрывает смысл явлений и значение прошлого с определенной исторической дистанции, когда уже в той или иной мере обнаружились исторические результаты соответствующей деятельности в прошлом. Для рассматриваемой темы данный подход важен тем, что историография сама по себе дистанционная наука. Историограф, имея в запасе некоторый временной интервал, способен получить большую и разнообразную информацию об условиях появления историографического факта или историографического источника, степени влияния на него идеологических наслоений и политической конъюнктуры, нежели его предшественник. Следовательно, появляется одно из необходимых (но не совсем достаточных) условий для качественной оценки историографических наработок предшественников. Классовый подход к оценке событий и явлений28. Его использование вне связи с другими принципами в историографическом познании видится недостаточным, так как помимо классовых подходов присутствуют общечеловеческие подходы, учитывать которые историографу необходимо. В то же время, неправильно полагать, что можно достичь исторической истины, если встать на путь искусственной изоляции историографической науки от современной социально-политической борьбы. Историография, как наука, не может развиваться абстрактно вне исторического пространства и времени. Она находится в органическом единстве с социально-политической ситуацией, имеющей место в стране в тот или иной период ее истории. В качестве особенных методологических подходов следует расценивать тот факт, что соискатель опирался на ряд историко-философских законов и понятий, на достижения видных представителей мировой, отечественной исторической и другой общественной мысли, общеметодологические труды, направленные на осмысление истории и историографии как науки.

Диссертация выполнена при помощи таких общенаучных принципов, как объективность и историзм в изучении явлений, процессов, связей и отношений. Руководствуясь принципом объективности, соискатель старался придерживаться следующих дополнительных методологических ориентиров: 1. Исключение авторских претензий на исчерпывающую полноту анализа и на оценку полученных результатов как абсолютной истины. Ведь результаты анализа историографических источников могут быть неодинаковыми у разных исследователей, поскольку каждый из них руководствуется собственным общим видением ситуации, а следовательно, и своими критериями оценки работ предшественников. 2.Обеспечение уважительного отношения к предшественникам, что отнюдь не сводится исключительно к комплиментарным оценкам их наработок. Важно вычленить из них те работы, результаты которых позволяют ставить новые проблемы и задачи в науке или содержат методы, могущие быть использованными в решении уже сформулированных, но не решенных в науке задач и проблем. Нельзя замалчивать результаты, полученные тем или иным автором. Но нельзя и приписывать предшественнику результаты, им не полученные, или особенности, не присущие его работе. В противном случае, мы получим искажение фактов и произвольные выводы. 3. Выделение тенденций в анализе изучаемых проблем и, соответственно, поиск инвариантов в оценке историками тех или иных явлений и процессов. Учет при этом влияния на развитие исторической науки идеологии и политики. 4. Конкретность анализа историографических источников. 5. Осторожность в таком оценочном суждении, как «тенденциозность», по отношению к исследуемым историографическим источникам. 6. Установление при анализе историографических источников степени обладания их авторами необходимой исходной информацией для анализа. Ведь в каждой конкретной ситуации есть обязательный минимум данных, не располагая которыми, анализ ситуации проводить в принципе нельзя, ибо он будет ошибочным. 7. Выяснение отсутствия подмены действительных исторических фактов уже интерпретированными фактами. В случае такой замены совершенно необоснованно накладываются запреты на другие возможные объяснения исторических фактов, что объективно снижает степень доверия к заявленным результатам. Выводы, основанные не на действительных фактах, а на их интерпретациях, ненадежны и несостоятельны. 8. Недопустимость при анализе историографических источников выдвижения в качестве определяющего фактора каких-либо исторических событий, которые лучше изучены. При этом следует отдельно заметить, что, в целом, принцип объективности не может заблокировать индивидуальность исследователя, его личностное начало, к примеру, в оценке историографических фактов и источников. Подобное положение вполне сопрягается с методологическим плюрализмом, который сегодня налицо в постсоветской исторической науке.

Историзм в диссертации обеспечивается, прежде всего, анализом каждого историографического факта и историографического источника в его развитии, взаимосвязи, взаимообусловленности; постижением истории разработки исследуемой темы в единстве прошлого, настоящего и будущего; рассмотрением всех историографических источников как с точки зрения их накопления и систематизации, так и с точки зрения оценки и интерпретации. Именно для историографического исследования при применении принципа историзма особую значимость приобретают следующие, вытекающие из его сути конкретные требования: рассмотрение событий и явлений на основе соблюдения временной последовательности, преемственности смены периодов и этапов ее развития; анализ каждого историографического факта в процессе возникновения, становления и развития; исследование событий исторической науки в тесной связи с конкретными историческими условиями их появления. В целом, принцип историзма позволяет изучить развитие исторических знаний по рассматриваемой проблеме как в хронологическом плане, так и в диалектическом единстве.

С принципами объективности и историзма тесно связан принцип всестороннего подхода к изучаемым явлениям и фактам. Требуя учитывать всю совокупность признаков, характеризующих предмет исследования, данный принцип активизирует и придает гибкость научному мышлению. В силу такой способности этот принцип помогает при анализе предмета исследования держать в поле зрения все его аспекты. Диссертация выполнена и при помощи своеобразных принципов, помогающих целостному воссозданию исторического процесса и его историографическому освещению, в контексте которых только и можно достичь понимания настоящего: принцип различия между прошлым и настоящим; принцип исторического контекста; принцип понимания истории как процесса. Наряду с общепринятыми принципами научного освещения исследуемой темы соискатель старался в полной мере применять принцип здравого смысла. Ведь реальная история Отечества, отраженная в историографических источниках, противоречивее и индивидуальнее в своем многообразии и единстве, чем общепринятые теоретические и методологические схемы, подходы и принципы. Принцип партийности29. Его применение в современных историографических исследованиях требует осторожности и ограниченности. Его можно использовать, преимущественно, при оценке научного вклада тех ученых, которые подчинили факты истории обоснованию позиций какой-либо партии. Кроме приведенных выше научных принципов соискатель стремился придерживаться такой установки морально-этического свойства, как принцип корректности и деликатности в оценке фактов. Положения, изложенные выше, позволили, в конечном итоге, смоделировать целостную многоуровневую концепцию развития объекта и предмета нашего исследования. Благодаря ей появилась возможность: изучить процесс формирования историографии проблемы в ее генезисе, конкретно-исторической обусловленности; оценить степень разработанности ее отдельных сюжетов и направлений, отобрать наиболее значимые для понимания сущности темы с учетом современного уровня знаний. Творчество ученых разных поколений, в сферу научных интересов которых попали вопросы, интересующие нас, оценивается с учетом определенной социально-политической и духовной атмосферы, имевшихся у них научно-организационных возможностей, состояния источниковой базы и степени свободы доступа к ней.

Теоретико-методологическая база исследования рассматриваемой проблемы реализуется при помощи ряда конкретных общенаучных30, специально-исторических31историографических и источниковедческих методов исследования, каждый из которых позволяет решить определенные исследовательские задачи. Применение общенаучных методов позволило представить исследуемую проблему как процесс в контексте исторической обстановки рассматриваемого периода и задач, решаемых обществом. Применение специально-исторических методов позволило автору сопоставить историографию темы на различных ее этапах, определить связь истории и современности, сравнить различные историографические точки зрения на проблему, определить наиболее дискуссионные из них. Соискатель использовал (в той или иной мере) многие из историографических и источниковедческих методов исследования. С учетом специфики объекта и предмета исследования своей работы он уделил особенно пристальное внимание некоторым методам, заслуживающим отдельной характеристики. Использование проблемно-хронологического метода способствует расчленению данной темы на ряд более узких проблем, разработка каждой из которых рассматривается в хронологической последовательности. Метод периодизации позволяет выделить этапы и периоды в развитии историографии темы, отличающиеся в содержательном отношении друг от друга. Историко-сравнительный метод дает возможность провести сравнение достигнутых результатов в пределах каждого из выделенных этапов в разработке нашей темы. Методы логического и конкретного анализа обусловливают изучение историографических фактов и источников с учетом условий их возникновения и взаимовлияния, взаимосвязи теоретического и фактического, поиска конкретных причин, породивших определенные историографические явления. Применение метода актуализации выражается в определении ценности тех или иных исторических знаний по рассматриваемой проблеме. При обращении к документам используются как традиционный метод источниковедческого анализа, основанный на внешней и внутренней критике источников, установлении того, как отразились условия их создания в содержании, так и методы контент-анализа и факторного анализа, позволяющие извлечь информацию из больших массивов данных путем выделения совокупности количественных характеристик тех или иных объектов.

^ Основные источники, использованные при выполнении диссертации, можно разделить, на две части: 1)историографические источники, представленные широким кругом общих и специальных исследований, а также научно-справочных изданий, характеризующих указанную проблему; 2) исторические источники — комплекс документов, отражающих историю Гражданской войны, в том числе и Южнороссийского Белого движения. Историографические источники, представленные широким кругом общих, специальных исследований, а также научно-справочных изданий, характеризующих указанную проблему. В их составе можно выделить три крупные группы.

^ Исследования обобщающего характера: 1)общие фундаментальные труды по истории Гражданской войны, а также обобщающие работы по ее отдельным аспектам; 2) общие фундаментальные труды по истории исторической науки, источниковедению, а также обобщающие труды по их отдельным аспектам; 3) учебные издания, в которых в до предела обобщенном виде освещаются основные вехи истории Гражданской войны, а также отдельные аспекты рассматриваемой проблемы. Специальные исследования: 1)специальные монографические исследования по анализируемой теме; ) специальные диссертационные исследования; 3)научные статьи; 4)материалы научных конференций и прочих научных форумов; 5) обзоры литературы, рецензии; 6) научно-библиографические публикации; 7) специфические историографические источники — информационные ресурсы Интернета.

^ Исследования обобщающего характера. 1. Общие фундаментальные труды по истории Гражданской войны, а также обобщающие работы по ее отдельным аспектам. Данные труды, безусловно, являются незаменимыми для репродуцирования в общих чертах конкретно-исторической обстановки, в которой существовало Белое движение в Гражданской войне на Юге России32. В то же время, цель указанных работ и их рамки не позволяли осуществить детальный анализ рассматриваемой в диссертации проблемы. 2. Общие фундаментальные труды по истории исторической науки, источниковедению, а также обобщающие труды по их отдельным аспектам. В интересах данного диссертационного исследования из таких работ можно почерпнуть, в первую очередь, общие представления об историографических и источниковедческих тенденциях на различных этапах развития исторической науки, историографических школах и концепциях33. Но этого будет явно недостаточно для осуществления досконального историографического анализа нашей темы. Необходимо также подчеркнуть следующее обстоятельство: вопросы, связанные с накоплением, публикацией и анализом исторических источников по рассматриваемой теме, в настоящем историографическом исследовании рассматривались лишь в самом общем плане, поскольку их анализ является предметом источниковедения и других исторических дисциплин. По той же причине выведены из исследовательского поля кино- и фотодокументы, вещественные источники, требующие специального изучения. 3. Учебные издания, в которых в до предела обобщенном виде освещаются основные вехи истории Гражданской войны, а также отдельные аспекты рассматриваемой проблемы34. Конечно, данный вид историографических источников играет вспомогательную роль, в силу, в первую очередь, подачи материала в до предела обобщенном виде.

^ Специальные исследования. 1. Специальные монографические исследования по анализируемой теме. Монография представляет для профессионального исследователя наиболее полную возможность ввести в научный оборот свою концепцию по тем или иным проблемам, обосновать личностную позицию по различным их аспектам. В диссертации анализируются монографии, в которых рассматриваемая тема получила прямое отражение35, или в ней затронуты какие-либо ее аспекты, отдельные значимые сюжеты36. 2.Специальные диссертационные исследования. Реалии научно-организационного процесса таковы, что не каждый автор (в силу множества причин) издает монографию. Поэтому особую роль в качестве историографического источника играют диссертационные исследования. Именно они позволяют уяснить не только степень изученности той или иной проблемы, но и увидеть новые направления в исследовании. В нашей работе рассматриваются диссертации, имеющие как непосредственное37, так и опосредованное38 отношение к ее объекту и предмету исследования. Кроме того, привлекаются материалы десятков диссертационных исследований общего характера, в которых приводятся те или иные сведения или оценки, характеризующие изучение нашей темы. 3. Научные статьи. Они представляют более компактную и оперативную форму исторического исследования. Автор ограничен объемом публикации. Однако он может быстрее высказать новые положения, впоследствии нередко получающие развитие в монографии или коллективном труде, в сжатом виде представить аргументацию собственной позиции. Общее количество статей по рассматриваемой проблеме исчисляется сотнями наименований, в качестве наиболее оригинальных историографических источников рассматриваются материалы научных статей, в которых, нашла прямое39 и косвенное40, изложенное в контексте других аспектов анализируемых проблем, и наша тема. 4. Материалы научных конференций и прочих научных форумов. Они представляют собой отдельный вид историографических источников, в которых зафиксированы результаты обсуждения наиболее значимых, приоритетных направлений исторических исследований, позволяющих выявить дискуссионные вопросы темы. В данной диссертации используются материалы международных, всесоюзных, всероссийских, ведомственных, региональных, межвузовских научных конференций, посвященных истории Гражданской войны, истории исторической науки и другим проблемам истории государства Российского41.

5. ^ Обзоры литературы, рецензии. Они имеют самостоятельную историографическую ценность. В них, как правило, в сжатой форме, отражается не только оценка значимости профессиональным сообществом тех или иных исторических трудов по рассматриваемой проблематике, но и характер сложившихся о них представлений в исторической науке42. Следовательно, появляется материал для компаративного анализа авторских результатов и оценок, что содержатся в рецензиях предшественников, по одним и тем же историографическим источникам. 6. Научно-библиографические публикации, имеющие прямое и косвенное отношение к теме данного диссертационного исследования. Их важность возросла в той связи, что в исторической науке вообще, а в последнее время, в особенности, значительное внимание уделяется вопросам развития исторической библиографии как научно-вспомогательной дисциплины, представляющей собой область научно-практической деятельности, направленной на обеспечение библиографической информацией исторических наук43. Особенно много полезной информации почерпнуто из всевозможного рода библиографических указателей, так как в них учитываются следующие виды изданий: книги, сборники статей (как правило, аналитически расписанные), брошюры, авторефераты диссертаций, статьи из научных журналов и сериальных изданий, материалы и тезисы конференций, рецензии и депонированные рукописи44. 7. Специфические историографические источники — информационные ресурсы Интернета. Мы считаем, что к ним необходимо осторожное отношение. Анализ показывает, что многие данные, имеющиеся в интернет-сайтах, требуют дополнительной экспертизы на достоверность. В содержательном отношении охарактеризованные историографические источники распадаются на две большие группы: 1) работы, характеризующие историю Гражданской войны в целом; 2)исследования, подробно раскрывающие те или иные сюжеты рассматриваемой темы.

^ Исторические источники — комплекс документов, отражающих историю Гражданской войны, в том числе и Южнороссийского Белого движения. В данной группе рассматриваются опубликованные и неопубликованные документы. При этом, предметом анализа выступают только источники, содержащие непосредственную и опосредованную информацию по нашей теме, которые вовлечены или могут быть вовлечены в научный оборот. Неопубликованные документы. Они почерпнуты в интересах диссертации из фондов федеральных центральных архивов (ГАРФ; РГВА; РГАСПИ). В ГАРФ хранятся материалы Русского заграничного исторического архива в Праге45. В его фондах сосредоточено очень большое количество документов и материалов, способствующих наполнению конкретным содержанием рассматриваемой в диссертации проблемы. Особенно много материала почерпнуто из фондов р-5827 (А.И. Деникин), р-5974 (В.В. Шульгин), р-6065 (С. П. Постников). В РГВА хранится значительный комплекс документальных материалов Белого движения — более 700 фондов частей, соединений и учреждений белой армии, насчитывающих свыше 25 тысяч дел46. Большая часть документов, хранящаяся в фондах, упомянутых выше, — военно-оперативного характера. Однако имеются и документы, в которых непосредственно отражена проблема, рассматриваемая в диссертации. В РГАСПИ были проанализированы некоторые документы из фондов Центрального комитета КПСС (1898, 1903 – 1991), имеющие отношение к рассматриваемому периоду (Ф. 17.). Представляют интерес документы Истпарта ЦК ВКП (б) за 1920 – 1935 гг. и Института марксизма-ленинизма (Ф. 70, 71). В них имеются, к примеру, неопубликованные статьи ученых и политических деятелей о лагере контрреволюции и Белом движении. Некоторые их фрагменты вошли в пятитомную «Историю Гражданской войны». Подобные материалы, как правило, имеют опосредованное отношение к теме диссертации. Понятно, что архивный материал, в целом, более востребован для исторических исследований, нежели для историографических. Но он дает для данной диссертации, во-первых, представления об общем историческом фоне; во-вторых, о том, что выпало из поля зрения ученых, ранее уже вводивших в научный оборот те или иные документы.

Следует подчеркнуть, что видовой состав и содержание документов, содержащихся в фондах федеральных центральных архивов упомянутых выше, чрезвычайно разнообразен. Соискатель при работе во всех архивных фондах изучил ряд документов, которые не имели непосредственного отношения к его теме. Но они помогали репродуцировать научную картину конкретно-исторической обстановки, в которой протекал анализируемый процесс. Следовательно, в историографическом анализе рассматриваемой темы открывались (преимущественно в опосредованной форме) новые аспекты авторского видения объекта и предмета исследования. Разумеется, нами не поднят весь пласт архивных источников. Это не по силам одному исследователю. Поэтому отдельно отметим следующее обстоятельство принципиального свойства: само обращение к архивным документам и материалам в данном историографическом исследовании продиктовано, прежде всего, необходимостью определения источниковой базы проблемы, дальнейших перспектив в разработке отдельных вопросов истории военных и политических аспектов деятельности Южнороссийского Белого движения. При работе с документами и материалами архивных фондов соискатель твердо придерживался следующих принципов: 1) оценивать архивные документы как своего рода «арбитра достоверности»; 2) не гоняться за сенсационными архивными материалами; 3) не подменять исследовательский анализ простым цитированием документов и материалов.

^ Опубликованные документы и материалы. Здесь выделяются следующие группы: 1) документы Белого движения; 2) документы органов государственной власти и военного управления Советского государства; 3)отдельные труды крупных деятелей Белого движения, а также Советского государства; 4) источники личного происхождения; 5) периодическая печать; 6)научно-популярная и публицистическая литература. 1. Документы Белого движения. Наибольшее количество таких документов опубликовано в «Архиве русской революции»47 Соискатель почерпнул также документальный материал и из других белогвардейских сборников — «Белое дело», «Белый архив», «Архив гражданской войны» и др.48 В них документы и материалы публикуются, как правило, в текстах воспоминаний военных деятелей Белого движения. 2. Документы органов государственной власти и военного управления Советского государства. Они издавались в специальных сборниках49, а также и по-отдельности50. Однако к моменту подготовки к печати документов, вошедших в анализируемые сборники, существовал определенный критерий их отбора, так или иначе соответствовавший оценочной логике событий, сложившейся в исторической науке к тому времени. Дело в том, что политическим руководством страны была предложена шкала приоритетов в трактовке событий Гражданской войны более демократичная, чем в 30 – 50 гг. XX  в., но не менее обязательная для исполнения. Именно поэтому в сборниках немало места уделено приоритету демонстрации руководящей роли коммунистической партии в достижении победы над белыми. В сборники не включили фрагменты, которые не вписывались в официальные установки идеологов ЦК КПСС. Характерно, что сборники снабдили обязательными вступительными статьями, где больше давались не археографические пояснения, а идеологические установки-инструкции по использованию документов. В данных публикациях исключительно бедно представлены документы лагеря контрреволюции, в том числе и Белого движения.

3. ^ Отдельные труды крупных деятелей Белого движения, а также Советского государства. В них содержится много информационного, документально-фактического, а также аналитического материала. Анализ показывает: лидеры российской контрреволюции и Белого движения, как правило, добросовестно подбирали документы для своих трудов, которые обычно использовались иллюстративным методом. Но, публикуя в своих работах документы, обычно без преднамеренных искажений, авторы подгоняли их под свою концепцию. Особо значимый источник — уже упоминавшееся выше пятитомное сочинение А.И. Деникина «Очерки Русской Смуты»51 Кроме работы генерала А.И. Деникина, проанализированы в интересах данного исследования труды других лидеров российской контрреволюции и Белого движения. При этом акцентировано пристальное внимание на документах и материалах, опубликованных в них. Наиболее ценная информация почерпнута из произведений П.Н. Врангеля, П.Н. Краснова, А.С. Лукомского, П.Н.Милюкова52. Причем, диссертант сверял опубликованные документы (где это было возможным) с их архивными вариантами.

Относительно трудов крупных деятелей Советского государства заметим, что в них есть информация как документально-фактического, так и аналитического порядка. Особенно много такого материала в трудах В.И.Ленина, написанных в годы Гражданской войны в России и опубликованных в различных изданиях53. Ведь В.И. Ленин являлся лидером правящей партии большевиков, руководящие органы которой в той конкретно-исторической обстановке фактически подменили основные государственные институты власти и управления. По нашей оценке, данные публикации представляют собой своего рода комментированные издания, содержащие богатый арсенал того, к чему имел отношение В.И. Ленин. Причем, если в Полном собрании его сочинений много документов приводится в более-менее полном объеме, то в «Биографической хронике» публикуются, главным образом, некоторые выдержки из документов. Они в совокупности позволяют представить себе образ вождя большевиков в том виде, в каком он утверждался в момент публикации. Имеются также ссылки на причастность В.И. Ленина к подготовке тех или иных документов. Изучив работы В.И. Ленина, имеющие отношение к рассматриваемой теме, диссертант пришел к выводу: их подбор к публикации в советское время проходил избирательно, чтобы обойти острые углы и проблемы недавно закончившейся Гражданской войны. Но соискатель старался, несмотря на характерное для нашего времени переосмысление роли В.И.Ленина в истории России (а в данном процессе имеются искажения), анализировать ленинские труды объективно, в контексте конкретно-исторической обстановки выхода их в свет; не подходить к их оценке с позиции политграмоты как это имело место в отдельных публикациях 1990-х годов.

Важный источник — произведения Л.Д. Троцкого, который в годы Гражданской войны находился в эпицентре судьбоносных для истории Отечества событий. Особенно много материалов, имеющих непосредственное и опосредованное отношение к теме исследования, почерпнуто из работ Л.Д.Троцкого «Моя жизнь» и «Как вооружалась революция»54. В данных произведениях приводятся и документальные материалы, автором которых является Л.Д. Троцкий55, и его директивные указания, идейно-политические и организационные установки по вопросам борьбы с белыми. Из работ Л.Д.Троцкого почерпнут материал не только политического, но и собственно военного характера. Между тем, в общей доле, доминирует материал политического характера. Следует подчеркнуть, что в работах Л.Д.Троцкого достоверность и полнота информации становится в отдельных местах проблематичной из-за пропагандистской ее подачи, подразумевающей преднамеренную тенденциозность, выгодную для автора интерпретацию фактов.

4. ^ Источники личного происхождения. Мемуарная литература, дневники, эпистолярии56 служат своеобразным источником для исследования рассматриваемой проблемы, дополнительным средством восстановления исторической правды, так как расширяют свидетельства, восполняют недостающие звенья. Однако работа с ними, как историческим источником, требует учета ряда трудностей, встречающихся на пути источниковедческого познания истины: значимость выяснения побудительных мотивов для написания мемуаров; проблема авторства в мемуарах; проблема соотношения объективности, достоверности и субъективизма. Исходя априори из субъективности мемуаров вообще, соискатель считает, что элементы объективности и достоверности сведений большинства мемуаров по рассматриваемой теме обусловлены, в значительной степени, социальным положением их создателей, компетентностью, уровнем культуры и образования, степенью критичности при анализе властных структур, которым сами же и служили. Субъективизм же мемуаристов еще больше усиливается тем, что некоторым из них недоставало воли приподняться над политическими пристрастиями, личными обидами. Кроме того, нельзя не учитывать и того, что, как установлено современным источниковедением, советским мемуарам присущи следующие основные характерные черты и особенности: идеологическая заданность и «выдержанность»; выбор тем и выбор сюжетов — не личные переживания авторов, а событие или вождь — объект воспоминаний; стремление быть сопричастным тому или иному событию; стандартизация в характеристике ситуаций, людей; недоговоренность, наличие фигуры умолчания, эзопов язык. Мемуаристика является необходимым, но далеко недостаточным источником. Требуется тщательный, осторожный, компаративный анализ, проверка фактов по другим источниками, где это возможно. 5. Периодическая печать57. Большое количество материалов почерпнуто из периодики Белого Юга России, а также из белоэмигрантской периодики и периодики Российского зарубежья. Некоторый материал почерпнут и из советского официоза. 6. Научно-популярная и публицистическая литература. Соискатель очень осторожно относился, в первую очередь, к фактографии, зафиксированной в отдельных публицистических работах, так как она, как правило, не подтверждается строго оформленным научно-справочным аппаратом. Никто не отрицает определенной значимости публицистики для развития исторической науки. Однако какую бы благородную цель публицистика ни преследовала, она всегда страдает фрагментарностью, поверхностностью суждений, а иногда и прямым искажением реальных событий и фактов.


^ II. СТРУКТУРА И ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ


Структура диссертации обусловлена целью и основными задачами исследования. Она показывает, на каких главных проблемах автор сконцентрировал свое внимание. Рассматриваемые вопросы объединены во введение, пять глав, внутри которых имеются десять параграфов, заключение, список источников и литературы. Диссертация снабжена списком сокращений.

^ Во введении обосновывается актуальность темы диссертации, определяются объект, предмет, цель и задачи исследования и его хронологические рамки; обозначается теоретико-методологическая база и основные источники исследования, оценивается его научная новизна; формулируются основные положения, выносимые на защиту, высказывается мнение о научно-практическом значении диссертации; приводятся сведения о ее апробации и публикациях по теме исследования.





оставить комментарий
страница1/3
Дата22.11.2011
Размер0,97 Mb.
ТипИсследование, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3
отлично
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх