Хроника первых четырех Валуа icon

Хроника первых четырех Валуа


Смотрите также:
Устный журнал для заботливых родителей...
«Хроника»
Список тем, изучаемых в курсе неорганической и общей химии (8-9 класс)...
Опыты йоги пособие по развитию таланта предисловие...
«История жизни и правления Ричарда iii»...
Воспоминания Сайт «Военная литература»...
Г. Москва, Проспект Мира, д. 126, Многоканальный +7 (495) 762-80-96...
Тема: "Трагическая хроника эпохи в поэме А. А. Ахматовой "Реквием"...
Вступительный экзамен по английскому языку...
Рог Е. Ф. «Люди-бренды»...
Результаты реализации программы 5 Программы тренингов «Школы продаж» 6...
Шерон, Рона. Королевская кровь...



Загрузка...
страницы:   1   2   3   4
скачать
Хроника первых четырех Валуа

(1327-1393.)

Здесь изложены хроники и события со времен короля Филиппа де Валуа1 и до времен Карла Возлюбленного2*.

Филипп де Валуа принял власть над королевством Франция с согласия и желания принцев названного королевства. Он отправился в Реймс и был помазан и коронован в году тысяча триста двадцать седьмом. Этот король Филипп отдал в жены своему кузену графу д’Эврё3 наследницу Наварры4. У нее от названного сеньора было три сына и две дочери5. Старшего из сыновей звали Карл6, второго Филипп7, третьего Людовик8. Старшая их дочь по имени Бланка9 впоследствии стала женой названного короля Филиппа и стала именоваться королева Бланка.

В году тысяча триста двадцать восьмом Людвиг Баварский10 спросил у папы11, собирается ли тот короновать его императором в Риме. А папа ему ответил, что, чтобы его короновать, вышлет легата12. Людвиг Баварский был столь дерзок и получал столь дурные советы, что он избрал другого папу13 и был им коронован императором14. И был этот папа монахом из ордена меньших братьев, и звали его Николай. Этот антипапа ставил прочих кардиналов. А потом этот антипапа сдался на милость папе и был брошен в тюрьму15. И Людвиг Баварский, который был отлучен от церкви, просил истинного папу освободить его от наказания. Но тот этого не сделал, потому что он не просил об этом надлежащим образом. И к тому же король Филипп был ему16 в том помехой**.

…короля Филиппа счел подложными, и потому он вынес решение и приговор против названного Робера д’Артуа17, и тот отправился в Англию18 к королю Эдуарду19 и дал тому понять, что король Филипп обошел его в праве наследования французской короны. Ибо после того, как король Карл20, его21 дядя, умер, он остался наиболее близким наследником короны мужского пола22. Англичане склонились к этому мнению, так как чем больше англичане об этом думали, тем сильнее желали, чтобы это и было так. И на собрании, созванном по этому вопросу, кричали: «Клянемся святой Марией, мы сделаем нашего короля королем Франции!». И с тех пор принял Эдуард титул короля Франции и Англии. И тогда отправил король Эдуард, с согласия и желания своих благородных баронов и жителей своих добрых городов, вызов Филиппу де Валуа, королю Франции. И извещал его король Эдуард, что не признает его королем, и что по ошибке и по безрассудству был тот коронован. Когда же король Филипп узнал, что это из-за его шурина Робера д’Артуа все вышло так, как вы услышали, он объявил Робера д’Артуа вне закона. А трое его сыновей, бывших у него от сестры короля Филиппа23, были заключены в тюрьму в Шато-Гайяр24. Из них одного звали Жан25, другого Карл26, а третьего Людовик27, он покоится у доминиканцев в Руане28.

В году тысяча триста двадцать девятом по приказу короля Франции Филиппа де Валуа была выпущена очень хорошая монета чистого на вес и на пробу золота и серебра с его прадедом королем святым Людовиком29. У королевы Жанны Бургундской30 родился сын, которого назвали Филипп31, он появился на свет в Венсенском лесу; и когда она отдыхала, случилась в названном лесу, в котором водились злые духи, буря. Этот сын был женат на дочери32 короля Карла и стал впоследствии герцогом Орлеанским. В году тысяча триста тридцатом стал мэтром Пьер Роже33, архиепископ Руанский, тот, что впоследствии стал кардиналом, а затем был избран папой под именем Климента VI. В год тысяча триста тридцать второй в воскресенье после дня св. Михаила34 Филипп де Валуа, король Франции, посвятил своего старшего сына Иоанна35 в рыцари. А названный Иоанн, в свою очередь, посвятил в рыцари более четырех сотен благородных молодых людей. И было устроено весьма торжественное празднество в Париже и его окрестностях. И были там Иоанн, король Богемский36, и Филипп, король Наваррский, и с ними превеликое множество принцев, герцогов, графов, баронов и прочих знатных людей без числа. И на той же самой неделе прелаты, герцоги, графы и бароны, для того созванные, поклялись со всеобщего желания и согласия королю Филиппу и названному Иоанну, его старшему сыну, что когда наступит час названному Филиппу уйти из жизни, они примут названного Иоанна, старшего сына названного короля Филиппа, как и было сказано, как короля Франции и как своего государя. Названный король Филипп отдал названному Иоанну, своему сыну, герцогство Нормандию с графствами Анжу и Мэн с тем условием, что если бы названный Иоанн ушел из жизни ранее, чем получил бы корону французского королевства, то все эти территории вернулись бы французской короне.

И был названный герцог Иоанн с величайшей радостью принят прелатами, графами, баронами, дворянами, горожанами и всем герцогством Нормандским. В это время король Эдуард Английский, Генрих, герцог Ланкастер37 и Робер д’Артуа с англичанами вторглись в Шотландию. Король Дэвид38 вместе с шотландцами выступил им навстречу. Там была очень жестокая битва, и были шотландцы побеждены, а король Эдуард одержал победу и взял Бервик39 и несколько замков. А король Дэвид спасся бегством вместе со своей женой40, приходившейся сестрой королю Эдуарду. И они отправились во Францию к королю Филиппу, который принял их с большим почетом и назначил им содержание и пропитание в точности такие, какие им приличествовали, на протяжении всего того времени, которое они провели во Франции. После этого король Эдуард Английский собрал очень большое войско и переплыл море, и высадился на границе Фландрии, быстрым маршем дошел до Турне41, и осадил город. И были с названным королем Эдуардом в названной осаде на его стороне император Людвиг Баварский, король Краковский и король Польский42, герцог Баварский43, герцог Австрийский44, старый герцог Ланкастер45, принц Уэльский46, граф Арундел47, граф Глостер48, граф Винчестер49, маркиз Умбрийский50, граф Ульстерский51, герцог Ян Брабантский52, храбрый граф Гильом д’Эно53, граф Жан де Бомон54, граф Нассау55, герцог Юлихский56, герцог Гельдрский57, граф Гентский58 со своими баронами, рыцарями и оруженосцами, и Робер д’Артуа, и Жан, граф де Монфор59, и Якоб ван Артевельде60 с фламандцами.

Король Филипп созвал свои войска, чтобы выступить против своих врагов. И были на его стороне король Богемский, король Наваррский, король Майоркский61, добрый герцог Жан Бретонский62, его63 сын Иоанн, герцог Нормандский, герцог Бургундский64, герцог Бурбонский65, граф д’Алансон66, граф д’Аркур67, дофин Вьеннский68, граф д’Э69, граф Фландрский70, граф Осеррский71, граф де Фуа72 и несчетное множество как рыцарей и оруженосцев, так и жителей добрых городов и простого народа. И выступил названный король Филипп со своим благородным рыцарством и прочим войском прямо к Турне против своих врагов. Но когда король Эдуард и его войско узнали, что король Филипп располагает столь большими силами, то он со своими люди, которых было более пятидесяти тысяч бацинетов73, не считая фламандцев, снял осаду и ушел в Империю, и король Филипп не имел намерения его преследовать.

После этого папа отправил двоих легатов к королям Англии и Франции, и между этими двумя королями было заключено перемирие.

В году тысяча триста тридцать третьем папа Иоанн наказал всем королям и принцам христианским вообще предпринять путешествие и святой поход за море, и отвоевать Святую Землю у сарацин. И установил и предписал всем королям и принцам христианским поставить Филиппа де Валуа, короля Франции, в этом походе главой и предводителем всех христиан74. Этот король Филипп на следующий день после дня св. Михаила принял крест; и с ним его приняло великое множество прелатов, принцев, баронов, дворян и прочих людей на лугу Сен-Жермен неподалеку от Парижа.

В году тысяча триста тридцать четвертом скончался папа Иоанн, и был избран и сменил его папа Жак дю Фур75 из ордена цистерцианцев, кардинал-священник76, принявший имя Бенедикт XII.

В году тысяча триста тридцать шестом Людвиг Баварский, считавший себя императором, просил у папы Бенедикта снятия отлучения, наложенного на него папой Иоанном; но просьба эта не имела успеха, потому что он не просил об этом надлежащим образом.

В это время заболел добрый герцог Жан Бретонский. У этого герцога был сын, которого звали монсеньор Анри77 и который умер раньше своего отца; от этого сына осталась дочь78. Эта дочь была выдана замуж за монсеньора Карла де Блуа79. И вот случилось, что добрый герцог Жан Бретонский умер. Граф де Монфор, бывший братом названного герцога, утверждал, что герцогом должен стать он, и что он, как брат герцога, является более близким наследником герцога, чем дочь сына80. И они отправились ко двору короля Филиппа с тем, чтобы рассудить, кто прав. И было в его парламенте решено, что герцогиней должна стать жена Карла де Блуа и что герцогство принадлежит ей, дочери сына. И граф де Монфор покинул двор и присоединился к Эдуарду, королю Англии, и король Эдуард отправился в Бретань на помощь графу де Монфору. И на сторону графа де Монфора склонялись бретонцы, говорящие на бретонском языке. А король Филипп Французский приказал отрядить своему племяннику Карлу де Блуа большое количество рыцарей, которых тот повел в Бретань и там весьма ожесточенно сражался. А монсеньор Оливье де Клишон81 и мэтр Анри де Мальтруа82 тайно обратились против герцога Карла де Блуа и склоняли мнение французов на сторону графа де Монфора. Ему83 это стало известно, и потому монсеньор Оливье де Клишон был обезглавлен в Париже; а названный чиновник был проведен по улицам Парижа и так побит грязью и отбросами, что от этого умер.

Король Эдуард покинул Бретань и отправился в Англию, а из Англии направился король Эдуард во Фландрию, и прибыл к Якобу ван Артевельде, некоему фламандскому пивовару84, которого фламандцы, после того, как они лишились своего законного сеньора85, избрали в сеньоры и графы. И сказал названный Эдуард ему, а также фламандцам, что законным наследником Франции является он, и что корона и королевство должны принадлежать ему. И что по этому поводу он пришел к ним, чтобы пожаловаться на несправедливость, которую Филипп де Валуа ему учинил. И тогда сказал Якоб ван Артевельде фламандцам: «Раз он является истинным наследником Франции, принесем ему клятву верности». И затем фламандцы заключили союз с королем Англии против своего высочайшего сеньора короля Франции. По этой причине папа отлучил их от церкви, и из-за этого союза случилась и завязалась весьма ожесточенная война на побережье Фландрии, Пикардии, Нормандии и Бретани.

В году тысяча триста тридцать седьмом король Франции Филипп де Валуа несколько раз собирал в Понт-Одемере86 прелатов, баронов, дворян и людей из добрых городов, чтобы ввести налог и собрать повсеместную помощь со всего королевства для ведения своей войны. По этой причине прелаты и бароны, дворяне и жители добрых городов Нормандии несколько раз собирались во имя прав и свобод оберегаемой ими страны87. И там были Рауль, граф д’Э, коннетабль Франции, граф д’Аркур, монсеньор Годфруа д’Аркур88, маршал Бертран89, сир де Гравиль90 и другие бароны, прелаты, дворяне и горожане. И они ответили королю Филиппу и его сыну герцогу Иоанну по всей форме, что они дадут названному королю и герцогу большую сумму денег с тем, чтобы король употребил их на поддержание их прав и свобод, согласно тому, как об этом написано в Нормандской хартии91. Сумма была выдана, и король с герцогом поклялись ее тщательно беречь и хранить. Но по истечении достаточно короткого времени, король с герцогом приказали, чтобы по всему королевству были собраны налоги, поборы92 и налоги на соль затем, чтобы поддержать ведение их войны. Это весьма сильно опечалило нормандцев и после того как они столько сделали, это не казалось им надлежащим. И к тому же вдобавок к этому король Филипп выпустил в обращение неполновесную монету. Ибо один гро турнуа93 чистого серебра шел за пять су, а он, по уговору между нормандцами, должен был иметь курс, согласно содержанию названных прав и свобод герцогства Нормандского, по той цене, которая ходила во времена правления св. Людовика, его94 прадеда, некогда короля Франции, которая устанавливала за двенадцать турских денье монету95, а за другие деньги - деньги равнозначные, цена за цену. Сборщики, назначенные и посланные королем, изымали в Нормандии названные налоги и поборы. Случилось так, что монсеньор Годфруа д’Аркур, сир де ла Рош-Тессон96 и Роже Баскон97 говорили, что как в их землях, так и в землях наваррцев98 не было никаких поборов. За это они были вызваны в Париж. Монсеньор Рауль99 Тессон и рыцарь Роже Баскон отправились туда и были там обезглавлены. Но монсеньор Годфруа д’Аркур отправился вовсе не туда, а под защиту короля Эдуарда в Англию. За это во Французском королевстве он был объявлен вне закона.

В году тысяча триста тридцать восьмом король Эдуард Английский пересек море вместе со всем своим войском и высадился в Брабанте, чтобы вторгнуться во французское королевство. И в скором времени король Филипп Французский со своим войском доскакал до Амьена, чтобы если будет нужда идти дальше, он бы находился поближе. Но на этот раз король Эдуард не вступил во Французское королевство и отправился к Людвигу Баварскому, чтобы получить от него силы и помощь. Этот Людвиг Баварский сделал его наместником своей империи. В этом году выборщики империи отправились с Людвигом Баварским и устроили заговор против римской церкви. В этом году папа Бенедикт назначил мэтра Пьера Роже, архиепископа Руанского, кардиналом вместе с пятью другими новыми кардиналами.

В год тысяча триста сороковой, король Филипп собрал морской отряд против фламандцев. Его предводителями были Карл де ла Гуванд, Юг Киере100 и Бюше101, дворянин из герцогства Женн102, и монсеньор Пьер д’Этелан103, нормандец, все сильные, словно великаны. С ними была добрая тысяча людей с побережья Нормандии и Пикардии вместе с латниками и арбалетчиками. Они столько плыли по морю, что прибыли к Эклюзу104 во Фландрии, остановились перед ним и вступили в город. Фламандцы подошли по суше в количестве почти что добрых восемнадцати тысяч. Французы требовали от них [назначить] место битвы. Но в тот же день прибыл по морю король Эдуард, граф Хантингдон105, граф Глостер, граф Уорвик106, граф Линкольн107, граф Арундел и граф Лусьер108 с большим кораблем, полным латников. День, в который была битва, был кануном рождества св. Иоанна Крестителя109. И когда пришло время сходиться, генуэзцы обратились в бегство. Монсеньоры Пьер д’Этелан, Юг Киере и Бюше с отвагой и смелым сердцем выступили против англичан. Они старались держаться ближе к земле, на которой дрались, как безумные. И там началась удивительнейшая и жестокая битва. Но, говоря кратко, французы потерпели поражение, но они очень дорого себя продали. Ибо они убили более десяти тысяч англичан, и там лишился король Эдуард двадцати графов и более двадцати четырех баронов, и более ста рыцарей. Монсеньор Пьер д’Этелан держался до самого последнего на башенке корабля, где никто не мог приблизиться к нему, и перед ним никто не мог устоять, столь он был отважен. Повсюду вокруг него корабль был покрыт мертвыми людьми: его рукой было убито более ста англичан. Но силой и со спины он был взят и убит. Рыцарям Югу Киере и Бюше отрубили головы перед королем Англии Эдуардом. И из-за этого поражения испытывали англичане и фламандцы великую радость, а французы скорбь. В это время родился Лион Гентский110, сын короля Англии Эдуарда. В Бретани, когда монсеньор Карл де Блуа скакал к своему замку чтобы отправиться в Ренн111, англичане вместе с Томасом Дагвортом112 устроили ему засаду и застигли его врасплох и была там очень жестокая схватка. И монсеньор герцог Карл де Блуа был взят в плен англичанами и увезен в Англию, ибо он не был спасен французами. Но впоследствии он был освобожден и возвратился в Бретань.

В это время христианам выпала крупная удача. Ибо добрый король Испании и Кастилии Альфонсо113 вместе с королем Португальским114 и королем Наваррским осадил Альгесир115. Но короля Наварры взяла какая-то болезнь, от которой тот умер. И чтобы снять осаду, король Бельмарина116, король Гранады117 и великий адмирал Судана по имени Мельхедин, ведущий свое происхождение от Саладина118, все эти высокие сарацинские принцы отправились в Гранаду. И там была дивно великая битва, и там проявил себя добрый король Альфонсо Испанский доблестным и храбрым рыцарем. И по воле Божьей сарацины были разбиты, а Мельхедин убит. А король Гранады и король Бельмарина спаслись бегством, но один из сыновей короля Бельмарина был взят в плен. После битвы христиане отправились в шатры сарацин, где нашли чудеснейшие богатства. А в шатрах короля Бельмарина обнаружилось двадцать женщин и великое множество золота, драгоценностей и дорогих верблюдов. И все сокровища и всю добычу добрый король Альфонсо Испанский раздал своим добрым христианским рыцарям, благодаря которым, милостью Божьей, он одержал победу. Ибо там было более четырех сарацин против одного христианина. После этой победы добрый король Альфонсо отправился в замок Альгесир, который был неприступен, если только не взять его измором, и тот был ему сдан.

В год тысяча триста сорок первый Генрих, герцог Ланкастер, граф Дерби, прибыл в Гиень для осады Сен-Жан-д’Анжели119, и держал там осаду очень усердно. И в то время, пока он там был, Рауль де Каур120 на рассвете атаковал его войско, и нанес ему большой урон, но быстро должен был отступить. Ибо у герцога Ланкастера было много людей, так как великое множество гасконцев склонилось на сторону англичан. Этим герцог Ланкастер хорошо усилил свое войско; он, будучи одним из лучших военачальников мира, сильно теснил людей из Сен-Жан-д’Анжели. Кроме того, когда герцог подошел к городу, там была часть укреплений, где стены ни на что не годились. Горожане просили у богатых людей, чтобы те дали им в долг, чтобы заградить и укрепить этот участок; но те не хотели ничего отдавать. И случилось так, что герцог Генрих Ланкастер предпринял столько атак на эту часть стены, что они должны были сдаться. И когда названный город Сен-Жан-д’Анжели был сдан, герцог Ланкастер узнал, что эта часть стен осталась неукрепленной из-за отказа богатых людей. За что названный герцог Ланкастер заставил богатых людей починить эту часть стены названного города. И более того, этих богатых людей он заставил, словно лошадей, возить камень, известку и все материалы, необходимые, чтобы защитить город.

В это время во Франции была собрана армия Юга Киере младшего и Карла Дискондра де Марана и людей из Эвра121 и Дьеппа122, и они повели флот и сожгли Хемптон123, Бург и Блам, и захватили английские корабли.

После этого король Филипп отправил своего сына Иоанна, герцога Нормандского и герцога Бургундского в Гиень и они осадили замок Эгийон124; но мало из того вышло им доблести и славы. Названный Иоанн Нормандский и герцог Бургундский предприняли несколько штурмов, и много добрых рыцарей погибло. И там умер сир де Баквиль125. Во время осады герцог Бургундский умер из-за болезни. В это время добрый герцог Генрих Ланкастер был в Пруссии. И когда он был в Эстонии, христиане избрали его своим главой. И там было много великих сеньоров и баронов Германии. Христиане устраивали поход против королей Эстонии и Кракова126, которые заключили союз с большим числом нечестивцев127, чтобы победить христиан128. Христиане собрались против нечестивцев, которых было бессчетное число и у которых было много рыцарей. Немцы начали терпеть такое поражение, что штандарт христиан упал на землю. И когда добрый герцог Генрих Ланкастер это увидел, он устремился в ту сторону и вместе со своими людьми и рыцарями он поднял знамя христиан. И это столь воодушевило христиан, что по воле Господа нашего Иисуса Христа нечестивые потерпели полное поражение, а христиане одержали победу.

В году тысяча триста сорок третьем Филипп де Валуа сделал так, что пятнадцать денье считались за три.

В году тысяча триста сорок шестом король Англии Эдуард, вместе с монсеньором Годфруа д’Аркуром, который был изгнан из Франции, как было сказано выше, и большой армией англичан высадился в Ла Хог129 в Нормандии. Король Филипп Французский отправил на границу Рауля, графа д’Э и де Гин130, коннетабля, сына Рауля де Фукармона, графа д’Э, убитого в окрестностях Парижа. И также отправились с ним граф де Танкарвиль131, маршал Бертран и высшее баронство Нормандии. Поскольку король Англии Эдуард высадился в Нормандии, он поскакал к Кану132. И там была очень жестокая битва. Но англичан было значительно больше, и французы потерпели поражение. Там были взяты плен Рауль д’Э, коннетабль Франции, граф де Танкарвиль и много добрых рыцарей. И много погибло там жителей города, так, что улицы были покрыты мертвыми людьми. Епископ Байё133 и маршал Бертран, его брат, укрылись в Канском замке, так как тогда город Кан не был укрепленным местом.

Когда король Эдуард разбил людей из Кана, он поскакал к Руану и подошел к городу вблизи Ла-Кеснуа134 на шестой день августа. И был монсеньор Годфруа д’Аркур проводником, сопроводителем и управителем войска названного короля Эдуарда. В Руане уже был подошедший на второй день августа король Филипп Французский. И перед городом была стычка, но в то время совсем еще не собрал король Филипп свои войска. Король Эдуард со своим войском покинул окрестности Руана и поскакал к Парижу и дошел до моста Пуасси135. И там были сир д’Оффемон136 и сир де Ревель137, и другие рыцари и жители Орлеана, и прочие, охранявшие мост. Но англичане соорудили мост, который они набросили поверх разобранного, и прошли далее. Там были убиты люди из Орлеана.

Король Филипп был тогда в Париже, где у него было большое количество рыцарей, король Богемский, король Майоркский, граф138 Афинский139, граф д’Алансон, его140 брат, граф Фландрский, граф д’Аркур, герцог Бурбонский141, граф Данмартен142, граф д’Осерр и многие другие, как бароны, так и рыцари и оруженосцы, которые были искусны в битве; благородное и великое воинство там собралось.

Король Филипп был весьма нетерпеливый человек. И поэтому из-за советов некоторых сеньоров, которым королева приказала поговорить с королем, ибо она не хотела ни чтобы король уезжал, ни чтобы он сражался, король проехался три раза посреди Парижа выкрикивая и заявляя, что он предан, а затем покинул Париж. И он стал преследовать короля Англии, который отправился в Пикардию и перешел ла-Бланш-Так143. И преследуя его, король Филипп настиг его в долине Креси144. Там был король Филипп слишком поспешен и не хотел верить совету, так что погнался за королем Англии, который, по совету Годфруа д’Аркура разделил свое войско на три баталии, из которых Эдуард, старший сын английского короля, бывший принцем Уэльским, командовал первой, граф Линкольн и граф Глостер командовали второй, а третьей командовал король Англии Эдуард.

Король Филипп приказал выступить генуэзцам145, но те в скором времени были разбиты и обратились в бегство в сторону французов, которые генуэзцев убивали. И тогда король Филипп выступил против англичан и было там сражение очень жестокое и дивная битва. Английские лучники были поначалу укрыты в тылу за изгородью и своими стрелами убили много лошадей и людей. В этот день много людей погибло из-за лошадей. Ибо когда французы хотели построиться, их лошади лежали мертвыми. Но к чему продолжать? По причине спешки и беспорядка французы потерпели поражение. Король Филипп в своем нетерпении показал себя в тот день прекраснейшим рыцарем и был искусен в обращении с оружием, но удача отвернулась от него.

И в этой битве погибли король Богемии, отец императора146, герцог Лорранский147, граф де Блуа148, граф де Сансерр149, граф д’Алансон, граф Фландрский, граф д’Аркур и большое количество знатных сеньоров. А народу погибло величайшее множество. Но король Филипп сражался до самой ночи, так что никто в течение целого дня не заставил его отступить с поля. Но когда настала ночь, то, по совету, он отступил в Амьен. А король Эдуард занял поле, где он собрал трофеи как победитель.

Король Эдуард покинул Креси и поскакал прямо к Кале и там устроил очень жестокую осаду с суши, а потом и с моря. И ему помогали фламандцы. И тогда обрел Годфруа д’Аркур мир и пришел к королю Филиппу. Ибо когда монсеньор Годфруа увидел своего брата убитым, он не пожелал больше оставаться с королем Эдуардом, и король Филипп вернул его и взял под свою защиту.

Король Эдуард держал осаду вокруг Кале более десяти месяцев и так прижал тех, кто был в городе, что им было нечего есть. И, коротко говоря, они питались отбросами из-за жестокого голода.

Король Филипп собрал свои войска и созвал своих баронов, и поскакал к Кале. Но злая хромая королева Жанна Бургундская, его жена, которая сама была как король, и уничтожала тех, кто шел против ее воли или, по меньшей мере, отправляла их в ссылку или лишала имущества, эта королева сообщила знатным баронам, бывшим с королем, что, поскольку они допустили, что король, их сеньор, сражался, то монсеньора Годфруа д’Аркура, графа д’Осерра, и Флотона де Ревеля это приговаривает к веревке, и потом написала об этом прелатам. И более того, она испытывала такой страх за своего мужа короля, что написала об этом герцогу Иоанну, своему сыну.

Король Филипп остановился ровно за одно лье от Кале. Но из писем королевы король получил совет развернуться, что не было хорошо. И вот, когда король Филипп пошел по дороге, ведущей обратно, англичане взяли Кале и его жители сдались на милость короля Эдуарда. И когда король Эдуард взял Кале, он пересек море и вернулся в свое английское королевство. И во время осады Кале фламандцы захотели, чтобы их юный граф150 взял в жены дочь короля Эдуарда Английского. Но он от этого уклонился, и тот отправился прямо к королю Франции. После того, в год тысяча триста сорок восьмой умерла злая хромая королева [Жанна] Бургундская, жена названного короля Филиппа. И после того взял названный король Филипп в жены мадам Бланку, сестру короля Наваррского. А названный король Наваррский позднее взял в жены дочь короля Иоанна151, сына этого короля Филиппа.

В это время, в годы сорок восьмой и сорок девятый, была очень большая смертность.

В год три тысячи пятидесятый в Риме было устроено полное прощение152, и папа Климент VI пребывал в Риме. В этом году ушел из этого мира прекрасный и могущественный владыка Филипп де Валуа, король Франции; он умер в Ножен-ле-Руа153 и был помещен в усыпальницу в Сен-Дени154 во Франции в канун дня усекновения главы Иоанна Крестителя155. После смерти короля Франции Филиппа де Валуа правил его старший сын Иоанн, герцог Нормандии; он был коронован в Реймсе в названный тысяча триста пятидесятый год в день св. Михаила. В это время императором Римским и Германским был Карл Богемский, а Эдуард, сын старшей дочери короля Франции Филиппа Красивого156, был королем Англии. После весьма благородного миропомазания и коронации короля Иоанна, он выехал в Париж в сопровождении благороднейших и знатнейших принцев, баронов и всех благородных людей, присутствовавших на его коронации. И были там: прежде всего Карл король Наварры, его зять; монсеньор Филипп Наваррский, граф де Лонгвиль, его брат; монсеньор Филипп, герцог Орлеанский, брат названного короля Иоанна; монсеньор Людовик, граф Фландрский и множество прочих знатных сеньоров и баронов. И по радостном прибытии короля, людьми герцога Бретонского, который все еще оставался пленником в Англии, были устроены в Париже благороднейшие состязания тридцати рыцарей. А после окончания празднества король Иоанн приказал отрубить голову благородному и учтивому принцу Раулю, графу д’Э и де Гину и коннетаблю Франции. И был он обезглавлен в Париже перед Нельским отелем. Эта смерть вызвала большую скорбь, ибо он был одним из учтивейших, одним из милостивейших рыцарей не только во Франции, но и во многих других землях. Никто не осмеливался рассуждать о причине его смерти. Она сильно взволновала большую часть французского дворянства, ибо о причине его смерти никогда не было объявлено открыто, хотя многие о том говорили и тихо осуждали этот поступок.

В это время король Арагона157 завоевал королевство Майорка и отрубил голову королю, которого он захватил в плен158.

В это время монсеньор Томас Холланд159 с большим вооруженным отрядом англичан вторгся в Бретань. Против него королем Иоанном был отправлен монсеньор Ги де Нель. Когда он прибыл в Бретань, то поскакал навстречу англичанам и у самых стен Сен-Мало160 была суровая схватка. И было там большое сражение, ибо много было добрых воинов с обеих сторон. В течение этого времени было предпринято нападение тридцати французов на тридцать англичан161 и англичане были разбиты. Там начинал Бертран Дюгеклен162.

В следующем году монсеньор Карл Испанский163, ставший новым коннетаблем Франции, отправился в Пуату и там осадил Сен-Жан-д’Анжели и усердно штурмовал город. Англичане сообщили об этом Эдуарду, королю Англии, который собрал силы так поспешно, как только смог, и переправился через море, чтобы снять осаду. Карл Испанский сообщил об этом королю Иоанну, который быстро и отважно отправился на помощь Карлу Испанскому, своему коннетаблю. И король Иоанн поскакал навстречу королю Эдуарду, который не стал его ждать, чтобы с ним сразиться, и возвратился в Англию. И тогда король Иоанн вернулся в Сен-Жан-д’Анжели, и усиленно штурмовал город, который англичане ему сдали. А был этот город до того взят Генрихом Ланкастером во времена короля Филиппа, отца названного короля Иоанна.

После того возвратился король Иоанн в Париж и следующей весной монсеньор де Боже164 отправился по воле короля в Сен-Омер165, чтобы начать войну с англичанами из Кале. И он начал воевать с ними столь яростно и жестоко, что те не могли ничего больше завоевать на французской земле. Англичане сообщили об этом королю Эдуарду, который выслал им из Англии большую помощь. Монсеньор де Боже затеял перед Кале конную атаку. Англичане устроили против него две вооруженных засады. Как только монсеньор де Боже увидел англичан, он поскакал прямо на них и разбил их, и они начали отступать к Кале. Французы стали их преследовать и смешали строй. Тогда выпрыгнули из засады два отряда [англичан] и бросились французов. И была там схватка очень суровая и битва очень жестокая с часа прим и до часа нон166. И там творил монсеньор де Боже чудеса. Ибо несмотря на то, что его люди были в беспорядке, он разбил англичан из засад, и французы воссоединились и погнались за англичанами. Но затем вышли из Кале добрых две сотни латников и три сотни лучников, которые оставались на защите города. Они со свежими силами быстро и дерзко атаковали монсеньора де Боже и его людей, и убили под ним его лошадь и умертвили и убили доброго рыцаря. Один опечаленный пеший паж, сопровождавший французов, видел битву и тотчас побежал сообщить о ней в Булонь и Сен-Омер. В то время там был маршал д’Одрегем167, который вместе со своими спутниками помчался навстречу битве и поддержал французов. Как только они прибыли, англичане были тотчас разбиты. И среди них было четырнадцать сотен погибших, а среди французов девять сотен. А после битвы приказал маршал вынести тело монсеньора де Боже, чтобы совершить погребение. Сир де Боже вел свое происхождение от графов Фландрских и от королевской крови Франции. Когда его посвятили в рыцари, он поклялся впредь никогда не избегать смерти. Кроме того, монсеньор де Боже был в Шотландии в войске монсеньора Уильяма Дугласа168, а также снял осаду с Безена169, который осаждал монсеньор Лион Гонт170, сын короля Англии Эдуарда. И там он поражал лучших рыцарей до тех пор, пока англичане не были вытеснены. Монсеньор де Боже из своей величайшей храбрости побывал в чистилище святого Патрика171, где видел адские мучения, как утверждает Эронне, его оруженосец, который рассказывает об этом много чудес. Названный Эронне говорит, что видел Бургибуса172, привратника ада, который поворачивает колесо сто раз по сто тысяч оборотов в течение одного дня и получает по сто тысяч душ. Он видел у входа мост, который нужно перейти, острый, словно бритва. Он видел души, объятые огнем, и узнал их. Он видел пытки ада. Он видел мощь ада. Он видел бездну ада. После они попали в земной рай. В той же манере об этом рассказывает мессир Джон Мандевиль173, английский рыцарь, побывавший в самых дальних частях мира и обитаемых земель. Монсеньор де Боже также был с графом Гильомом д’Эно, братом английской королевы и племянником короля Филиппа Французского, при в захвате Альгесира, и находился в авангарде, когда король Бельмарина и король Гранады были разбиты добрым королем Альфонсо Испанским и королем Наваррским. Сир де Боже также был при снятии осады с Монтобана174, осажденного англичанами. Там монсеньор Рено де Каур, старый граф Лильский175, и старый Мутон де Бланвиль176 также победили англичан благодаря храбрости сира де Боже. Сир де Боже был в битве против сарацин и был также при возвращении града Константинополя, который осаждали сарацины. Сир де Боже был и в Пруссии и там нес знамя Богоматери; «Никогда не бежать!» было его кличем. Он был убит перед Кале, как было сказано.

В год тысяча триста пятьдесят третий монсеньор Ги де Нель и монсеньор Робер Бертран Младший сражались в Бретани против англичан и потерпели там большую неудачу; вышеназванные благородные люди были убиты в битве. Этот Бертран вел свой род от сеньоров Бертранов Нормандских. И несли представители этого рода на своем гербе золотой щит с поднявшимся на задние лапы зеленым львом, коронованным серебром.

По приказу короля Франции Иоанна было устроено празднество в честь Богоматери в Сент-Уане177, что в окрестностях Парижа. Этот праздник был назван праздником Звезды и устроен был в день Богоявления178. Самые высшие бароны королевства были на том празднестве, и все несли по примеру короля эмблему звезды. И на том празднике празднующие, по приказу короля, были одеты в одежды алые снаружи и белые внутри. И на этом празднике также были выбраны девять доблестнейших рыцарей, которых Карл де Блуа определил поцелуем.

И во время этого благородного собрания, пока принцы и бароны Франции были на том празднике, король Эдуард, бывший столь мудрым и искусным в военных делах, высадился в Кале, и он вместе со своим старшим сыном, принцем Уэльским, графом де Гло179 сиром д’Анселем180, и монсеньором Джоном Чандосом181 при помощью лестниц взял штурмом крепость Гин182, доставшуюся англичанам. Затем король Эдуард Английский и Эдуард, его старший сын, принц Уэльский направились к Булони и сожгли Булонскую крепость. Затем король Эдуард вместе со всем своим войском вернулся в Кале и переплыл море из-за ирландцев и шотландцев, которые начали с ним войну. И он отправил против ирландцев своего сына, принца Уэльского, который сражался с ними и разбил их с большой помощью Генриха Доброго, герцога Ланкастера, с его пятнадцатью тысячами человек.

После этого случилось разногласие между Генрихом, герцогом Ланкастером, и герцогом Брюнсвиком183, и они вызвали друг друга на битву и пообещали однажды поравняться силами перед благороднейшим из христианских королей, один против другого. Герцог Ланкастер утверждал, что это король английский. Но несмотря на это, он все же согласился, что бой должен происходить перед королем Франции, так как ему сказали, что король французский – самый благородный из христианских королей, и что это вещь общеизвестная среди всех христиан.

И поэтому была назначена битва с согласия герцога Ланкастера, графа Дерби, и названного герцога Брюнсвика. И они прибыли в Париж, и там приготовились и постановили местом для битвы пред прекраснейшим владыкой Иоанном, королем Франции, Пре-о-Клер в окрестностях Парижа. И герцога Брюнсвика сопровождали на поле сыновья короля Франции, с которыми он был в родстве по линии своей матери, дочери короля Богемии и сестры императора.

После вышел на поле герцог Генрих Ланкастер, которого сопровождали благородный принц Карл, король Наваррский, граф д’Эврё, и монсеньор Филипп Наварский, его брат, с которыми вышеназванный герцог состоял в родстве. И когда они оба были на поле, их друзьями был заключен между ними союз, и они не стали там биться, но ушли с поля в том же порядке и той же манерой, какой они туда пришли, и отправились оба ужинать вместе с королем Иоанном. И в короткое время герцог Ланкастер возвратился в Кале, а герцог Брюнсвик остался с королем Франции. Затем во Францию прибыл кардинал Булонский184, чтобы заключить мир между королем Франции и королем Англии.

В это время умер папа Климент VI и был избран папа Иннокентий185.

В это время вспыхнула распря при дворе короля Франции между королем Наваррским и монсеньором Филиппом Наваррским его братом, и Карлом Испанским, коннетаблем Франции; и в присутствии короля Иоанна были произнесены громкие слова, в которых Карл Испанский изобличал монсеньора Филиппа Наваррского во лжи. И когда названный мессир Филипп был обвинен во лжи, он выхватил свой нож и хотел ударить Карла Испанского. И когда король Иоанн увидел это, он подошел к монсеньору Филиппу, схватил его и ему сказал: «Как! Дорогой кузен, пристало ли вам обнажать оружие в моем доме?». И тогда Карл Испанский покинул двор. И когда он уезжал, монсеньор Филипп Наваррский ему сказал, что никогда еще обвинение королевского сына во лжи не стоило так дорого, и чтобы он как следует остерегался сынов Наварры. А Карл Испанский ему ответил, что он не сомневается ни в них, ни в их способностях. И с тем покинули двор короля Франции король Наваррский и его брат монсеньор Филипп, и отправились в свои земли, которыми они владели в Нормандии. И их сопровождали некоторые благородные сеньоры, такие как граф д’Аркур186, монсеньоры Годфруа и Луи д’Аркуры187 и сир де Клер188, ибо названный коннетабль злоумышлял против них. И также были меж них в названном союзе граф де Намюр189, монсеньор де Гервиль190, монсеньор де Ла Ферте191, монсеньор Гийом де Мель, сир де Прео192 и монсеньор Жан де Прео, его сын, монсеньоры Робер и Гийом Ле Нуар де Гранвиль193, сир д’Аран, Амори сир де Рони194, сир де Фрикан195, монсеньор Рено де Бракемон196, монсеньор Пьер де Соквиль197 и большое число прочих рыцарей и оруженосцев, имена которых здесь не приведены. Карл Испанский чувствовал себя столь самоуверенно в своих владениях и владениях короля Франции, что не придал никакого значения угрозам монсеньора Филиппа Наваррского и отправился в путь без вооруженной охраны, и прибыл в город Лэгль198 в Нормандии. Король Наваррский и монсеньор Филипп узнали от своих осведомителей, что коннетабль Франции Карл Испанский находится в Лэгле и поскакали туда, и к ночи добрались до названного города. И вот монсеньор Филипп Наваррский, граф д’Аркур, монсеньор Жан Мале, сир де Гравиль, сир де Клер, монсеньор де Фрикан, монсеньор Гийом Карбонье и монсеньор Лижье д’Ориши, Колине Дубле199, Жилле де Пантелю и Ле-Баскон-де-Марёль-и-Радиго200 с тридцатью вооруженными людьми или около того пришли к отелю, где остановился коннетабль монсеньор Карл Испанский. Монсеньор Филипп Наваррский тогда подошел к двери в комнату, где расположился названный коннетабль и начал стучать в дверь. В это время названный коннетабль бодрствовал, ибо сердцем как-то почувствовал, что пришли за ним. И когда он услышал шум, то спрятался под своей кроватью, так как отель был со всех сторон окружен вооруженными людьми. Затем дверь открыл кто-то из тех, кто был в комнате названного коннетабля. И тогда его враги вошли в комнату и зажгли факелы, и подошли сначала к кровати монсеньора Жана де Мелёна, а затем к кровати названного коннетабля, где его и обнаружили. Тогда сказал ему монсеньор Филипп Наваррский: «Карл Испанский, ты злостно опорочил Филиппа, королевского сына». Тогда коннетабль упал на колени, сложив руки перед монсеньором Филиппом Наваррским, и молил его проявить к нему милосердие, и обещал, что будет его долговым рабом (serf racheté), и что он выплатит в качестве выкупа столько золота, сколько сам весит, и более того, кричал, что оставит свою землю и что отправиться за море и никогда не вернется. И сказал тогда граф д’Аркур: «Сир, если вы хотите взять за него хороший выкуп, проявите к нему милость». Но монсеньор Филипп был так разгорячен и разгневан, что не хотел ничего знать и слышать. И к тому же, к названному сеньору Филиппу пришел монсеньор Пьер де Соквиль от его брата, короля Наваррского, который его ожидал, и передал ему, чтобы он поскорее заканчивал. Тогда Ле-Баскон-де-Марёль-и-Радиго и четверо слуг убили названного Карла Испанского, коннетабля Франции. И названный Баскон-де-Марёль убил его собственной рукой и собственным мечом. Ибо он наносил ему пронзающие и рассекающие удары по всему телу; и столь жестоко, гнусно и отвратительно они все устроили, что нанесли ему восемьдесят ран201. О чем некоторые из тех, кто был там, говорили, что названный монсеньор Филипп был весьма опечален, что не взял его живым. Как только дело было завершено, они вернулись к королю Наваррскому, который их ожидал, и отправились в Эврё, и там начали приготовления, будто для войны.

Графиня д’Алансон202, когда узнала весть об этом, приказала похоронить тело, и ее люди отправились в Париж и рассказали королю Иоанну о том, как все случилось. Этот рассказ его дивно разгневал, ибо он очень нежно его любил. И поклялся он торжественной клятвой, что не будет в его сердце больше радости до тех пор, пока он не отмстит за него. После смерти Карла Испанского монсеньор Филипп Наваррский вместе с монсеньором Годфруа д’Аркуром отправились в Котантен203 и там собрали очень большое число воинов. И монсеньор Годфруа укрепил подступы к Котантену. И по этому вопросу было решено на совете у короля Иоанна, что лучше всего будет, если он примирится с королем Наваррским. Ибо если бы он развязал войну, тот бы обратился к королю английскому, и так вышло бы еще хуже. И тогда кардинал Булонский добился согласия и сделал так, что между королем Иоанном Французским и королем Наваррским был заключен мир. И все, кто держался стороны короля Наваррского, были полностью прощены. И из-за графства Ангулемского204, король Иоанн передал королю Наваррскому графство Бомон-ле-Роже, как, чтобы на этот раз положить конец этому раздору так и чтобы восполнить ему его женитьбу на его205 дочери.

После взятия Гина монсеньор Жоффруа де Шарни206 и маршал д’Одрегем, прямо перед смертью монсеньора Карла Испанского, были отправлены на границу против англичан из Кале и собрали рыцарство Пикардии, графа Булонского207, монсеньора де Фьенна208, монсеньора де Руа209, монсеньора д’Обиньи210 и многих других и ночью прибыли к Кале, и там граф де Сен-Поль211 думал использовать лестницы. Но они были замечены, и лестница была захвачена англичанами. И тогда они вернулись в Сент-Омер и в Булонь.

Один лживый предатель по имени Амери, бывший французом, обратился к маршалу д’Одрегему и пообещал за деньги, что сдаст им замок Кале в определенное время, какое он назовет. Маршал сказал об этом монсеньору Жоффруа де Шарни и тогда они прибыли к замку со многими другими знатными людьми в условленный час, который Амери им назвал, и вошли в замок. И тогда король Английский напал на них под видом простого рыцаря вместе с большим количеством англичан, которые там были спрятаны. И они бросились в атаку, и была там битва великая и отчаянная. Но французы оказались слабее и все были взяты в плен, и маршал, и названный монсеньор Жоффруа, и большое число добрых рыцарей и оруженосцев, которые все были освобождены за денежный выкуп, который они уплатили англичанам.

Не прошло много времени с тех пор, как маршал д’Одрегем был освобожден за свой выкуп, как он выступил против англичан и столкнулся с отрядом в добрых четыре сотни человек, и их разбил. И в этой победе названный Амери, упомянутый выше, был взят в плен и доставлен в Сент-Омер. И маршал приказал подвергнуть его пытке, и ему огромными железными клещами раздирали и вырывали плоть, и так он умер жестокой смертью.

Король Англии Эдуард, и принц Уэльский, его сын, созвали свои войска в Англии так быстро, как только смогли, и переплыли море, и прибыли в Кале с большой армией, и отправились осаждать одну выстроенную французами бастиду, где находились монсеньор Тома де Ла-Марш212, монсеньор де Поммерель213, монсеньор д’Эннекен214 и бастард де Ранти215.

Принц Уэльский, командовавший авангардом войска своего отца, искуснейшее атаковал названную бастиду. А французы очень хорошо защищались. Но силы принца были столь велики, что они поневоле вынуждены были сдаться, или они были бы взяты, ибо они не могли больше держаться. Весть об этом дошла до короля Иоанна, который поспешно созвал всех знатных и незнатных и выступил против короля Эдуарда с большим количеством воинов, в первую очередь с королем Наваррским, герцогом Орлеанским, герцогом Бурбонским, монсеньором Жаном д’Артуа графом д’Э216, графом д’Аркуром, графом де Танкарвилем217, графом де Рони и большим числом рыцарей, баронов и оруженосцев и прочих. Король Англии Эдуард, бывший очень мудрым в военных делах, заключил, что столкнуться с королем Франции не к его выгоде, и возвратился в Кале. И тогда заявил ему король Иоанн Французский, что когда он уклонился от битвы, то повел себя ни как хороший воитель, ни как благородный человек,. На что король Англии ему ответил, что он достаточно благороден, и в битве ему не уступит, и что на любых дорогах своей страны он ему устроит битву достаточную, чтобы его разбить.

Когда король Эдуард был в Кале, ему пришли вести из его страны, что правитель Шотландии мессир Уильям Дуглас осадил город Бервик и углубился в Англию на три дневных перехода. Тогда король Эдуард покинул Кале и уехал в Англию, и отправил своего старшего сына принца Уэльского и графа Ричмонда, своего брата, чтобы отразить шотландцев. Те получили известие об их приходе. И мессир Уильям Дуглас приказал устроить засаду в лесу. И когда англичане вошли в лес, шотландцы бросились на них. Там была большая и суровая схватка. И тогда мессир Жан д’Ансель и Эдмон де Гло спешили всех своих людей. И англичане бросились на шотландцев и нанесли им поражение. Те из отряда, кто смог вырваться, бежали к монсеньору Дугласу и рассказали ему, какой силой располагает принц. Тогда шотландцы отступили и к границам Шотландии и расположились у проходов в свою страну. А принц Уэльский отправился в Бервик, и снабдил этот город продовольствием и свежими людьми, а затем возвратился в свои земли.

В это время выступил король Венгрии218 против Коминов, вторгшихся в Грецию и опустошавших страну, не оказывая грекам никакой помощи219. Этот венгерский король сражался против этих нечестивых Коминов на другом берегу рукава реки св. Георгия и их разбил, и он и его люди убили там добрых шестьдесят пять тысяч. Затем вернулся король Венгерский в свою страну, и греки, обещавшие отдать ему город Константинополь, не сочли его для того подходящим.

Король Франции Иоанн приказал устроить большой пир и большое собрание знати в своем дворце в Париже. И на этом пиру должны были быть три брата Наваррских. И король устроил перед обедом совет. На этом совете были кардинал Булонский, Пьер де Ла Форе220, архиепископ Руанский и канцлер Франции, мессир Жан д‘Артуа, граф д’Э, и граф де Танкарвиль и монсеньор Жак де Бурбон221. И на этом совете было постановлено, что в тот день за обедом три брата Наваррских будут убиты. И когда совет разошелся, один из тех, кто присутствовал на совете, тайно сказал наваррцам, чтобы они не приходили на обед, если им дороги их жизни. Тогда те поспешно вернулись в свой отель и приказали своим людям вооружаться, и хотели уехать. И тогда прозвучало при дворе короля Иоанна, что король Наваррский и его братья вернулись в отель и вооружили своих людей. Тогда король Иоанн отправил к королю Наваррскому и его братьям монсеньора Жака де Бурбона. И когда король Наваррский его увидел, он ему сказал так: « Кузен, я не считаю вас смертельным врагом. И если бы вы пришли не как посланник, вы бы узнали, насколько благородны сыны Наварры». Затем они уехали и отправились в Эврё, где три брата расстались, чтобы никогда больше не быть вместе. Король Наварры держался вооруженным в Эврё, монсеньор Филипп отправился в Котантен, а монсеньор Людовик Наваррский отправился в Наварру.

После того король Иоанн отдал своему старшему сыну Карлу222 герцогство Нормандское. И затем между королем Наварры и монсеньором Филиппом его братом, и королем Иоанном было заключено согласие, и они поклялись один другому о мире над преосуществленным телом Господа Нашего, Иисуса Христа, которое разделено было на три части, из которых каждый получил свою и поглотил телесно. И тогда прибыл король Иоанн в Руан, и туда приехал к нему король Наварры, в честь которого приказал устроить король Франции Иоанн великий пир.

После того в Руан прибыл Карл, герцог Нормандии, старший сын короля Иоанна Французского, и был принят как герцог и сеньор. И с ним приехали король Наваррский, граф д’Аркур и самые знатные бароны Нормандии. И там герцог повелел монсеньору Годфруа д’Аркуру и другим дворянам, прибывшим в Руан, чтобы они принесли ему оммаж за земли, которыми они владели в Нормандии. Этот Годфруа спросил герцога, предоставит ли он ему пропуск и гарантию невредимо приезжать и уезжать и предохранит ли от всех арестов и заключений. И герцог это пообещал. И тогда прибыл в Руан монсеньор Годфруа д’Аркур, чтобы принести герцогу оммаж. И он принес из церкви Богоматери Руанской Нормандскую Хартию, в которой содержались привилегии Нормандии. Эту хартию он пронес над своей головой к герцогу и сказал так, чтобы все слышали: «Мой природный сеньор, вот Нормандская Хартия. На условиях, которые содержаться в ней, если вам будет угодно в том поклясться и соблюдать их, я полностью готов принести вам оммаж». При этих словах совет герцога Нормандского возжелал увидеть и получить названную хартию. А монсеньор Годфруа ответил, что названную хартию он обещал немедленно возвратить в названную церковь, где она хранилась. Но ее список или заверенную копию, они, если того желают, легко смогут получить. Тогда покинул монсеньор Годфруа д’Аркур, не принеся оммажа, двор герцога, и взял у герцога отпуск, говоря, что ему спешно нужно быть в своих землях. Герцог весьма охотно слушал его слова и был очень доволен, что тот был тверд в своих намерениях, из-за большого сочувствия к нему.

В год воплощения Господа Нашего Иисуса Христа тысяча триста пятьдесят шестой Карл, герцог Нормандский, созвал свой парламент в Руане. И на этом парламенте были король Наваррский, граф д’Аркур, сир де Гравиль, сир де Клер, сир де Прео, монсеньор дю Бек Тома223 и сир де Турнебю224, сир де Ла Ферте, сир де Бервиль225, монсеньор де Бувиль добрый рыцарь, доблестно сражавшийся в Турции. Ибо он колол, резал и рубил турок повсюду рядом с королем Кипрским226. И кроме того были на этом парламенте сир де Фрикан, сир де Бракемон, сир де Бланвиль227, сир де Сент-Бёв228, монсеньор д’Удето229, мэтр арбалетчиков и еще большее число рыцарей родом из Нормандии, и мэр Руана, которого звали сир Жан Мюстель и многие самые богатые и именитые жители названного города Руана.

Монсеньор Годфруа подъехал достаточно близко к Руану, чтобы быть на этом парламенте; но никак он не хотел туда ехать без безопасного пропуска со стороны короля Иоанна и герцога Карла, его сына, ибо сильно опасался заключения. И о том, почему он хотел пропуска, он известил своего племянника, графа д’Аркура, сказав, чтобы тот, оставив все дела, пришел с ним поговорить. Как раз когда оруженосец монсеньора Годфруа прибыл в Руанский замок, совет было решено продолжить на завтрашний день. Тогда подошел оруженосец монсеньора Годфруа к графу и передал ему то, что сказал ему его дядя. Тогда потребовал граф д’Аркур своих лошадей, чтобы уехать из замка. Но тут к нему подошел Робер де Лоррис230 и ему сказал: «Сир, монсеньор герцог ждет только вас, чтобы начать обед».

И тот быстро снял свой плащ, а затем отправил вышеупомянутого оруженосца обратно. И тогда уселись обедать монсеньор герцог, король Наваррский, граф д’Эстамп231, граф д’Аркур и сир де Гравиль за один стол, а за другие столы прочие бароны, рыцари и горожане. И когда обед был на середине, король Иоанн вошел в Руанский замок с полевых врат и прибыл на обед, и с ним граф Жан д’Артуа и Жан де Мелён, граф Танкарвиль, и маршал д’Одрегем с большим числом воинов. И когда наваррский канцлер услышал шум, он вышел из Руана и нашел названного оруженосца монсеньора Годфруа. И пришел к нему и сообщил, что король Иоанн внезапно приехал и вошел в Руанский замок. Тогда сказал монсеньор Годфруа: «Я именно так и думал». И затем они уехали, запутывая следы, и приехали в Котантен.

Король Иоанн вошел в главный зал Руанского замка и подошел к столу своего сына, и схватил графа д’Аркура собственной рукой, а короля Наваррского приказал взять в плен и посадить в тюрьму, а названного графа д’Аркура, сира де Гравиля, одного рыцаря по имени Мобю де Мэнмар и одного оруженосца по имени Колине Дубле, этим четверым приказал отрубить головы перед Руанским замком. Позже они были казнены на плахе в тысяча триста пятьдесят шестом году в день св. Амвросия232. И перед тем, как их вывели перед замком, чтобы отрубить им головы, король Иоанн потребовал ключи от всех городских ворот и приказал их всех закрыть. И кроме того на улицах было объявлено, чтобы каждый закрыл свои двери и чтобы никто не выходил из своих отелей.

После того, как это было сделано, король Иоанн покинул Руан и отправился в Пон-де-л’Арш233. И туда пришел к нему купеческий прево Парижа234 с пятью сотнями вооруженных людей. Затем король Иоанн отправился в Париж, а король Наваррский был препровожден в тюрьму сперва в Париже, затем в Шато-Гайяр в окрестностях Андели, и затем в Кревкёр. Короля Иоанна сильно осуждали за убийство названных сеньоров, и много было недоброжелательства среди дворян и простых людей, особенно в Нормандии.

После этого король Иоанн приказал объявить монсеньора Годфруа д’Аркура вне закона в Котантене и во всем французском королевстве как убийцу и лжеца. И тогда монсеньор Филипп Наваррский и названный монсеньор Годфруа д’Аркур отправили вызов королю Иоанну, в котором отрекались от своей клятвы верности. Земля графа д’Аркура целиком была изъята руками короля и была им в значительной степени присвоена. И тогда посоветовал герцог де Бурбон королю Иоанну, чтобы ни земля названного графа, ни подобным образом и земли других не были им никому отданы. Ибо показалось бы, что они были убиты из-за своих земель. И тогда по совету герцога де Бурбона земля графа не была никому отдана; но земля сира Гравиля была передана монсеньору Жану Мартелу235, который позже передал ее наследнику Гравиля236.

Король Франции Иоанн приказал монсеньору Жану Мартелу, монсеньору ле-Бодрен-де-ла-Гёзу237, адмиралу Франции, монсеньору Жану Соннену238 с ле-Бесг-де-Виленом239 устроить осаду вокруг города Эврё. Они захватили город240 и был большой штурм и большая схватка между французами и наваррцами, и была осада долгой.

Наваррцы, сидевшие в замке, поджигали город и дома, находящиеся перед замком, и поднесли огонь даже к церкви Богоматери. Тогда французы вошли в город и разграбили его. Один наемник по имени Жан де Курурден разграбил церковь Богоматери в Эврё, так как ни один француз не хотел чинить в ней насилие. В конце концов, он получил по заслугам, когда попал на плаху в Бургундии.

По команде короля Иоанна в Понт-Одемер отправился монсеньор Робер д’Удето, мэтр арбалетчиков французского королевства, сенешаль д’Э, сир де Виллекье241, монсеньор де Плен и большое число латников, арбалетчиков и павизьенов242. И французы устроили там множество стычек. А названный монсеньор д’Удето устроил под этот замок подкоп.

И пока все это происходило, монсеньор Филипп Наваррский, которого при его жизни так любили воины, после того как он вернул свою клятву и бросил вызов королю Франции, как и должен был поступить благородный человек, уехал в Англию. И там он был с большой радостью принят Эдуардом, королем Английским и Эдуардом, его сыном, принцем Уэльским. И там заключил названный монсеньор Филипп союз с названным королем и его названным сыном и герцогом Генрихом Ланкастером, который собственной персоной отправился на помощь названному монсеньору Филиппу Наваррскому.

Когда монсеньор Филипп Наваррский заполучил союз и добрую любовь со стороны короля Эдуарда, который помог ему, отправив ему в сопровождение много людей, названный монсеньор Филипп и Генрих, герцог Ланкастер выехали со своими людьми и прибыли в Котантен, где собрали английские гарнизоны как с Бретани, так и с Нормандии, монсеньора Годфруа д’Аркура, монсеньора Роберта Кэнолла243, главу всех англичан Бретани, и большое число добрых рыцарей, оруженосцев и слуг. И монсеньор Филипп Наваррский дал знать всем капитанам войск герцога Наваррского, своего брата, чтобы они отчаянно защищались, ибо им шло на помощь добрых двадцать тысяч воинов.

В Понт-Одемер тогда прибыл один посланник, бывший капитаном корабля, котантенцем. И он ходил между арбалетчиков и расспрашивал, были ли с ними руанцы, чтобы более тайно сделать свое дело. Ибо он много раз доставлял на своем корабле товары в Руан. Люди из войска говорили ему, что руанцев не было на этой осаде и что они были в Эврё. И он был взят по подозрению и допрошен и при нем нашли письма, которые он нес от имени монсеньора Филиппа Наваррского. За что названный посланник был обезглавлен и четвертован и позже повешен перед замком.

Пока длилась осада, королем Франции, были отправлены усилить осаду Понт-Одемера монсеньор Луи д’Аркур, монсеньор Робер де Клермон244, ле-Бодрен-де-ла-Гёз, адмирал Франции, монсеньор д’Ангервиль245 и много вооруженных отрядов. Но когда они прибыли в Понт-Одемер, осаду покинул мэтр арбалетчиков, который рассказал названным сеньорам о приходе и силах монсеньора Филиппа Наваррского, который шел, чтобы снять осаду французов. И тогда они все вернулись в Руан и рассказали герцогу Нормандскому о приходе его врагов.

В короткое время после снятия названной осады в Понт-Одемер прибыли монсеньор Филипп Наваррский и названный герцог Ланкастер и снабдили замок воинами, продовольствием и людьми, чье ремесло было связано с войной. И также они сделали с остальными замками. Затем поскакали названный герцог Ланкастер и названный монсеньор Филипп Наваррский со своим войском в Перш246 и там взяли город Вернель247. Этот город был взят штурмом. И там держался очень доблестно Филипп Наваррский, ибо он был в первом ряду битвы в месте, где город был взят. И он сражался рука об руку с людьми из города. И из-за той храбрости, что он внушал своим воинам, они взяли город силой и разграбили его. И там было множество честных людей убито и изрублено в куски. Огромной скорбью и жалостью было видеть женщин города в горе, которое они перенесли. И поэтому приказали герцог Ланкастер и монсеньор Филипп Наваррский, чтобы никто не им не причинял зла. Слишком большие сокровища и слишком большие богатства нашли они в Вернельской башне, когда ее захватили.

Король Франции Иоанн был преисполнен сильного желания сразиться и победить своих врагов и собрал огромное войско: [в нем были] его старший сын Карл, герцог Нормандский и дофин Вьеннский, герцог де Бурбон, граф Афинский, граф де Сен-Поль, монсеньор Жан д’Артуа, граф д’Э, монсеньор Карл д’Артуа его брат, которому названный король Иоанн даровал графство Лонгвиль, граф де Танкарвиль, граф Данмартен, граф де Рони, монсеньор Луи д’Аркур, монсеньор маршал де Клермон248, монсеньор Робер де Клермон, монсеньор Адам де Мелён249, монсеньор де Бервиль, монсеньор Жан де Гравиль, сеньор де Плен, монсеньор Жан Мартел, монсеньор Гийом Мартел250, монсеньор де Ла Ферте, монсеньор Амори де Мелён251, монсеньор де Монморанси252, монсеньор ле-Бодрен-де-ла-Гёз, адмирал Франции, монсеньор Робер д’Удето, мэтр арбалетчиков, и большое количество других рыцарей Нормандии.

В войске монсеньора Моро де Фьенна, коннетабля Франции, были бароны Пикардии, маршал д‘Одрегем, монсеньор де Шарни, монсеньор де Руа, монсеньор д’Обиньи, монсеньор Матьё де Руа, монсеньор Рауль де Реневаль253, монсеньор Юг де Шатийон254, сир Пикени255, барон де Куси256, монсеньор Ангерран де Геден, монсеньор де Санез, монсеньор Амори, некий рыцарь с Кипра, затем капитан Бовэ257, и многие другие доблестные рыцари и оруженосцы. И еще вместе с тем были с королем Иоанном жители добрых городов Парижа, Руана, Амьена и прочих городов французского королевства с большим числом воинов. С превеликим усердием и с превеликой охотой преследовал король французский Иоанн своих врагов, и дошел до Тюбёфа258. Там он увидел огни, которые зажгли вышеупомянутые враги. И тогда прокричали тревогу в войске короля Франции, говоря, что монсеньор Филипп Наваррский и герцог Ланкастер пришли со своим войском против короля. Тогда отряды тотчас выстроились.

Монсеньор Годфруа д’Аркур, который был дивно умен в делах войны, отправился на разведку увидеть состояние войска короля. И когда оно стало ему известно, он посоветовал герцогу Ланкастеру и монсеньору Филиппу Наваррскому, чтобы они возвращались в Котантен и сказал, что они не смогут выстоять против короля, учитывая большое число добрых людей, которые были с ним. И тогда англичане снялись с места и ушли в Котантен.

Король Иоанн отправил в Лэгль своих разведчиков, которые доложили ему, что его враги ушли. И тогда король Иоанн со своим войском отправился осаждать Бретей259. И когда вокруг Бретея была устроена осада, король Иоанн отправил ле-Бодрен-де-ла-Гёза, адмирала Франции, монсеньора Робера д’Удето, мэтра арбалетчиков, монсеньора сенешаля д’Э, монсеньора Мартена де-ла-Гёза, монсеньора Жана Соннена с доброй тысячей воинов, чтобы осадить Конш, и там они предпринимали серьезные и жестокие штурмы. И там они столь хорошо себя проявили, что замок был им сдан. И король Иоанн его хорошо снабдил людьми и продовольствием.

В это время случилась большая война между графом Фландрским и братом императора, монсеньором Венцеславом, герцогом Брабантским и Люксембургским260, из-за города Мехелен261. И собрались фламандцы столь большим числом, что в нем их оценивалось и насчитывалось добрых две сотни тысяч пеших и четыре тысячи конных латников. И названные фламандцы выступили вместе со своим графом в Брабант и пришли к названному городу Мехелену, чтобы его осадить. Монсеньор Венцеслав, брат императора, бывший столь благородным человеком, имел с собой большое число рыцарей и дворян: герцога Альберта Баварского262, графа д’Эно263, Вильгельма264, сына Людвига Баварского, монсеньора Жака де Бурбона, принца Юлихского, графа Монса265, граф Гельдрского графа Водемона266, графа Саарбрюка267 и добрых двадцать тысяч воинов. Брату императора был дан совет, чтобы он отступил, ибо фламандцев было пятнадцать против одного и было бы чрезвычайно тяжело биться против стольких людей. И тогда покинул монсеньор Венцеслав Мехелен. И тогда фламандцы взяли этот город и Антверпен, и другие города Брабанта. Но после того монсеньор Венцеслав вернулся в Брабант и восстановил большую часть своих земель.

Но вернемся к королю Иоанну, бывшему под Бретеем. Он, держа свою осаду, приказал сделать осадные орудия и очень воодушевленно приказал штурмовать Бретейский замок. И дивно защищались те, кто был в замке, и тем стяжали великую честь и славу. Ибо никто из них не проявил и не показал перед всей мощью короля Франции ни малейшей готовности сдаться, но они часто устраивали в войско короля неоднократные вылазки.

Мастера осадных орудий изготовили деревянную башню268, чтобы сражаться с людьми из замка рука об руку прямо на стенах. Но когда названное орудие было прикачено под стены их замка, наваррцы, стали лить масло и бросать огонь во французов, которые были внутри и очень воодушевленно атаковали людей из замка. И их усилиями была башня пристыкована к стенам названного замка. В ней было очень большое число добрых людей. Когда несколько французов уже были готовы с помощью этой машины ворваться в Бретейский замок, из-за масла и силы огня рухнул перекидной мост названной башни и один из этажей. И там много французов, упавших с башни умерли и получили ранения. Между ними было добрых двадцать арбалетчиков из Руана, кто ранен, кто покалечен, кто мертв, и много других людей.

И после того король Иоанн, все еще осаждая Бретей, приказал привезти к нему своего зятя Карла, короля Наваррского, графа д’Эврё, чтобы он приказал сдаться замкам, которые принадлежали ему в Нормандии. Названный Карл, король Наварры, когда он был туда привезен, отдал приказ, чтобы капитаны освободили его замки, и чтобы названные замки были сданы, как если бы их законному сеньору, королю Наваррскому, графу д’Эврё. Капитаны ему ответили, что на данный момент он не является в полной мере королем Наварры, ибо он не в своей власти и могуществе; но что превосходнейшему и благороднейшему принцу монсеньору Филиппу Наваррскому они вернут свои замки, когда они увидят его в его законном положении, ибо они их держат только для него, и никак иначе. По этой форме ответили капитаны всех замков короля Наварского. И тогда, по приказу короля Иоанна, названный король Наварры, плача, был возвращен в тюрьму в Париже, и с ним монсеньор Фрике де Фрикан и Жилле де Пантелю. После этого король Иоанн отправил на осаду Понт-Одемера монсеньора ле-Бодрен-де-ла-Гёза, адмирала Франции, и монсеньора Робера д’Удето, мэтра арбалетчиков, всего тысячу воинов. И они быстро осадили замок и начали подкоп. Но наваррцы заключили с названными французами договор о том, что за деньги они передадут крепкий замок Понт-Одемер в руки короля Франции. И наваррцы со своими людьми, по праву на безопасный проход от короля Франции, отправились в Котантен, где был монсеньор Филипп Наваррский.

В это время король Англии Эдуард начал войну с шотландцами и отправил в Шотландию своего сына, принца Уэльского. Но монсеньор Уильям Дуглас перегородил тому проходы. И тогда между англичанами и шотландцами было заключено перемирие, бывшее клятвенно подтверждено обеими сторонами.

Немногим после этого перемирия король Эдуард Английский отправил своего старшего сына принца Уэльского в Гасконь, который морем прибыл в город Бордо269 в Жиронде. Там он собрал большое число дворян Гиени, уроженцев Ларбре270, монсеньора Эдмона де Поммье271, каптала де Бюка272, графа де Монфора273, монсеньора Гийома д’Анселя, монсеньора Джона Пипа, монсеньора Джона Чандоса, монсеньора Хью Карвеллея, монсеньора Ласи274 и монсеньора Эдмунда Уорвика275. И пока принц собирал в Гаскони тех, кто держался его стороны, он совершал набеги на земли короля Франции, опустошая страну. И дошел принц, пройдясь по королевству, прямо до Пуатье и далее в ту сторону. Герцог Ланкастер, монсеньор Филипп Наваррский, монсеньор Мартен Наваррский, именуемый Рекви276 и Робин277 Кэнолл выступили из Котантена, чтобы присоединить свои войска к войскам принца и направились вверх по течению реки Луары. Но они нигде не смогли переправиться, ибо все мосты были разобраны и хорошо охранялись французами, так что им пришлось вернуться.

Когда король Иоанн Французский, все еще бывший на осаде Бретея, узнал, что принц Уэльский опустошает его земли, он за некую сумму денег, переданную наваррцам, заключил договор с капитаном Бретея. И так они были препровождены в Котантен и сдали ему замок Бретей. Затем король Иоанн распустил жителей своих добрых городов. И многие говорили, что это было глупостью как с его стороны, так и со стороны тех, кто посоветовал ему так поступить.

Папа Иннокентий был очень разгневан войной, бывшей между двумя королями Франции и Англии; и чтобы заключить мир и согласие, или перемирие в надежде на согласие, он отправил во Францию двух кардиналов с дипломатической миссией, а именно кардинала Перигорского278 и кардинала Ургельского279. Эти два кардинала прибыли к королю Иоанну Французскому, чтобы, прежде всего, заключить мир между ним и королем Наваррским. Но король Иоанн был тогда гораздо больше обеспокоен принцем Уэльским, который разъезжал по его королевству и опустошал его, и с большим желанием выступил против принца, чтобы с ним сразиться и собрал свои войска в Шартре.

И одно происшествие вам с очевидностью покажет, к чему привела доблесть короля Иоанна. Один простой человек280 (vavasseur) имел достаточно богатый участок в Шампани или неподалеку, и был очень честным и набожным. Однажды этот честный человек (preudomme) был в своих полях. Страшный и ужасающий голос сказал ему, чтобы он пошел и объявил королю Франции Иоанну, чтобы тот не сражался тогда ни против кого из своих врагов. Это происшествие сильно напугало этого человека, и он рассказал свое видение приходскому священнику, который был человеком достойным и вел благочестивую жизнь. Его священник ему сказал, чтобы он три дня постился и творил покаяние, а после возвращался на место, где голос с ним говорил. Так тот человек и сделал. И вновь голос ему сказал: «Иди к королю Иоанну и скажи ему, чтобы он не сражался со своими врагами. А если ты не пойдешь и не сделаешь то, что я тебе велю, то тело твое пребудет в горести и боли».  Этот достойный человек рассказал своему священнику о том, что голос вновь говорил с ним. Названный священник подумал над этим более тщательно, затем сказал: «Брат мой, мы с тобой будем поститься и творить воздержание еще три дня, и будем молить Господа Нашего Иисуса Христа за тебя». Так они и сделали. Затем после третьего дня отправился названный человек туда, где ему являлся голос. И когда он туда пришел, увидел он великое сияние, ниспадающее и спускающееся с неба, внушающее огромный страх. И голос сказал ему вновь: «Если ты не сделаешь без промедления то, что я тебе велел по воле сына Божьего и во благо простых людей, то умрешь внезапной и жестокой смертью». И тогда этот человек немедленно рассказал своему приходскому священнику о том, что ему было явлено. Тот ему посоветовал, чтобы он немедленно шел рассказать о своем видении, ибо это было по Божьей воле. И этот честный человек отправился ко двору короля, взяв с собой своего сына, и спросил, кто был самым достойным человеком при дворе короля. Придворные подшучивали и насмехались над ним, то одни, то другие. Один честный человек, служивший при дворе, увидел названного доброго человека и понял, что это простой честный человек безо всякого зла, и сказал ему, что если он нуждается в совете, пусть обратится к духовнику короля. Названный добрый человек пошел к духовнику короля Иоанна и сказал ему, что должен поговорить с королем и что ему нужно рассказать нечто такое, чего он не скажет никому, кроме короля. Духовник, когда он об этом сказал, стал усердно расспрашивать его, что же он хочет сказать королю. Но этот человек ему говорил, что то, о чем он хочет объявить, он не сообщит никому, кроме короля, и что это будет к его же благу и выгоде. Наконец, когда духовник увидел, что этот человек не хочет говорить, почему он пришел ко двору, он пошел к королю и ему сказал: «Сир, есть здесь один достойный человек, который кажется мне честным в своем роде, и он хочет сказать вам одну вещь, которую он не скажет никому, кроме вас». Король сказал тогда духовнику и своему исповеднику, чтобы они вместо него выслушали этого человека, и сказали бы ему, что король послал их выслушать то, что он хочет сказать королю. И тому человеку сказали и доказали духовник и исповедник, что он не может говорить с королем, и что то, что он имел сказать королю он может точно так же рассказать и им, и что король непременно услышит его слова. И когда понял этот человек, что не сможет поговорить с королем, и когда он увидел мудрость и знания духовника и исповедника, он рассказал им свое видение, описанное выше. И тогда духовник с исповедником передали его слова королю. А король, бывший человеком, преисполненным большой храбрости, не придал этому рассказу значения, и сказал, что даст денег вышеупомянутому честному человеку. Духовник с исповедником предложили этому человеку деньги, но он не хотел ничего брать. И тогда духовник с исповедником преисполнились удивления и заключили, что человек этот имел добрые намерения и был праведен и чист перед Богом. И на том этот добрый достойный человек уехал.

Король Франции Иоанн был полон большого и сильного желания сразиться и поразить своих врагов и столь быстро выступил навстречу принцу, что дошел до города Европа, так именуемый и называемый в очень древние времена, а в настоящее время именуемый и называемый Пуатье281. И выстроили французы свое войско, впереди маршалы и рыцари с копьями, а затем люди, которых король Франции имел в превеликом числе и в огромном количестве.

Принц Уэльский, по совету сеньоров баронов и рыцарей, бывших с ним, занял для боя укрепленное место и окружил его забором из телег. И он разделил свое войско на три баталии, из которых в первой были лучники, и туда он поместил монсеньора Хью Карвеллея, монсеньора Эдмунда Уорвика, монсеньора Ласи, Николя Дагорна, монсеньора Джона Пипа и монсеньора Джона Джуэла.

Во второй баталии принца были гасконцы. И командующими там были монсеньор де Ларбре и его братья, монсеньор де Поммье и монсеньор Эдмон де Поммье, каптал де Бюк и люди из Бордо.

В третьей баталии принца Уэльского был старший сын английского короля Эдуард, принц Уэльский, как и было сказано, сеньор Ирландии и Аквитании, герцог Корнуоллский, граф Эксетерский, и с ним монсеньор Жан де Монфор, монсеньор Гийом д’Ансель и монсеньор Джон Чандос.

Король Франции при посредстве своих маршалов и коннетабля, в то время герцога Афинского, разбил своих людей на четыре баталии, из которых в первой были названные маршалы, маршал де Клермон и маршал д’Одрегем и монсеньор Жоффруа де Шарни со своими людьми.

Во второй баталии были герцог Орлеанский, граф де Блуа282, епископ Шалонский283, монсеньор Гийом д’Аркур284 и очень большое число рыцарей и оруженосцев.

Третью баталию сопровождал Карл, старший сын короля Иоанна Французского, бывший герцогом Нормандским, дофином Вьеннским, и с ним величайшее множество графов, баронов, рыцарей и оруженосцев Нормандии.

Четвертую баталию вел король Франции Иоанн, и с ним монсеньор Филипп, его сын, герцог Бургундский285, герцог Бурбонский, граф Афинский, монсеньор Жан д’Артуа, граф д’Э, граф де Танкарвиль, монсеньор Адам де Мелён, Пьер де Ла Форе, архиепископ Руанский, Гийом де Мелён, архиепископ Санский286, граф де Лонгвиль287, граф де Понтье288, граф де Рони, граф д’Осерр, граф де Сансерр289, граф Данмартен, граф Вандом290, граф Вантадур291, граф Саарбрюк, сир де Монморанси, сир де Краон292, сир де Шатийон, сир д’Анг293 и многие другие, как графы и бароны, так и рыцари и оруженосцы в превеликом множестве.

Кардиналы отправились туда, чтобы установить мир и согласие между королем Иоанном и названным принцем, и ездили от одного войска к другому. И они хорошо рассмотрели, какую укрепленную позицию заняли англичане. И монсеньор Уильям Дуглас, заключивший с англичанами перемирие, был с кардиналами и сказал королю Иоанну Французскому, что он потерпит большой урон, если будет сражаться с принцем в месте, которое тот занял.

Но король Франции Иоанн был столь полон великой отваги и нетерпеливого стремления, что ответил, что он не позволит врагам убежать после того, как он их настиг. Затем король Франции выслал на поле битвы разведчиков, и были этими разведчиками маршал де Клермон и маршал д’Одрегем. И монсеньор Жоффруа де Шарни вывел первую баталию, чтобы прийти им на помощь, если в том будет нужда. Вышеназванные маршалы проехали перед баталиями принца и рассмотрели состояние, порядок и расположение англичан, а затем вернулись к королю Иоанну Французскому. И сказал маршал де Клермон королю, что будет глупостью атаковать англичан там, где они расположились, и что если встать перед ними лагерем, они не смогут запасать продовольствия, и когда у них не станет еды, они это место покинут. И тогда сказал ему маршал д’Одрегем: «Маршал де Клермон, да вы ранены одним их видом». Тогда ответил маршал де Клермон этому д‘Одрегему: «Вы не будете столь же смелы, когда упрете морду вашей лошади в зад моей294». Такими словами обменялись два маршала перед королем295.

Между тем, кардиналы вновь отправились к принцу, чтобы узнать, не смогут ли они заключить согласие. И сказал кардинал де Перигор названному принцу, что у короля Франции столь большое число людей, что будет невероятным, если он и его люди смогут ему противостоять. Тогда принц Уэльский выдвинул свои предложения королю Франции: если ему позволят мирно возвратиться в Бордо без битвы, он вернет ему Кале и Гин, и все замки, которые в свое время были захвачены им в Гаскони, и все прочее. Это предложение кардиналы передали королю Франции. И не хотел король ничего слышать, но сказал кардиналам, чтобы те отправлялись в Пуатье. Тогда в войске короля Франции затрубили в трубы, призывая к битве. И первой атаковала англичан баталия маршалов с той стороны, где стояли гасконцы. И там было большое сражение, отчаянное и тяжелое, ибо атака французов была весьма жестокой. Тогда принц приказал выдвинуться своим лучникам, и они отважно вышли против французов и убивали им их лошадей. И было большое избиение людей и лошадей, ибо два маршала Франции оказались зажаты в узком проходе. И тогда люди маршалов обратились в бегство. Но маршал де Клермон, который был разгневан словами, сказанными перед королем, занял позицию против англичан. И тогда бросились на него каптал де Бюк со всем своим отрядом и монсеньор Хью Карвеллей. И добрый маршал де Клермон был там убит, ибо он никак не хотел сдаться. В этой битве много доблестных людей было убито и взято в плен. Маршал д’Одрегем там проявил себя прекрасно и отважно, но был вынужден отступить. И когда король Иоанн узнал о смерти маршала де Клермона, он приказал вступить в бой второй баталии, в которой был его брат, герцог Орлеанский, и она выступила против англичан, возвратившихся на свое место. И тогда орлеанцы отважнейшее ринулись в атаку, но во время атаки смешали ряды. Тогда монсеньор Хью Карвеллей и монсеньор Чандос и добрых восемьсот латников и две тысячи лучников внезапно набросились на них с одной стороны, а монсеньор де Ларбре и монсеньор Эдмон с другой. И, коротко говоря, орлеанцы были разбиты, а герцог присоединился к баталии своего племянника, герцога Нормандского.

Тогда вышла сражаться с англичанами баталия герцога Нормандского и атаковала англичан и гасконцев в вышеупомянутом месте. И там была самая удивительнейшая битва, самая суровая и самая смертельная из всех, и многие погибли и с той, и с другой стороны. И выдвинул принц свою баталию против баталии названного герцога Нормандии, и в своей баталии принц разместил семь сотен вооруженных лучников, стрелявших в сторону нормандцев, нанося им большой урон, позади своих латников. Монсеньор Уильям Дуглас пришел тогда к королю Иоанну и сказал ему: «Сир, сегодня вы теряете своих людей. Ибо вы убедились в том, что этот день против вас и на стороне ваших врагов. Если вы прислушаетесь ко мне, вы остановите битву и разобьете лагерь перед вашими врагами. И я готов расстаться с жизнью, если после того, как вы это сделаете, они не сдадутся на вашу милость. Ибо им нечего есть, а в вашем войске продовольствия в избытке, и вы сможете увеличить свои силы. И я говорю вам это ради вашего блага, и ни из-за чего иного. Ибо вы и высокие принцы, графы и бароны, все вы прекрасно можете видеть, что я говорю это не из страха. Ибо я не боюсь сразиться с англичанами, если таково будет ваше решение».

И тогда ответил король Иоанн правителю Шотландии, что после того, как он встретился лицом к лицу со своими врагами и увидел их в такой близости от себя, теперь он, если на то будет Божья воля, не может отказать им в битве. И приказал затем людям из своей баталии, вооруженным топорами296, выступить против врагов. Но тут баталия герцога Нормандского оказалась слишком близко к баталии принца и двум его другим баталиям, которые все вместе атаковали баталию названного герцога Нормандского, и нормандцы, которых они заставили отступить, возвратились в баталию короля. Дивной и ужасающей вещью было слышать шум лошадей, крики раненых, звуки труб и горнов и кличи знаменосцев. Шум и грохот был слышен более, чем на три лье окрест. И величайшей скорбью было видеть и наблюдать, как цвет всей знати и рыцарства мира ввергал себя в такое самоуничтожение, смерть и мученичество и с одной, и с другой стороны. Король Франции Иоанн, полный неудержимой отваги и величайшей храбрости, направил тогда свою баталию против баталии принца Уэльского. Но сперва он приказал своему сыну Карлу, герцогу Нормандскому, чтобы тот переместил свою персону в арьергард вместе с персоной герцога Орлеанского и некоторой частью их людей, присоединившихся к людям из арьергарда, и все было сделано по его указу. Затем король Иоанн поскакал навстречу своим врагам. И тогда англичане отступили на свое место, и приняли свой изначальный порядок, ибо они рассчитывали победить. И тогда французы атаковали англичан, и была там дивная и ожесточенная битва. Принц разместил монсеньора Хью Карвеллея и монсеньора Джона Чандоса с тысячей лучников и пятью сотнями воинов за изгородью виноградника. Там лучники выстроились поперек французов, чтобы стрелять, а сбоку от них встала баталия гасконцев с уроженцами Ларбре и капталом де Бюком и монсеньором Эдмоном де Поммье. Они вместе со своими гасконцами напали на баталию короля спереди, и принц со всей своей баталией также атаковал баталию короля. И они зажали короля со всей его баталией между виноградником и откосом холма.

Там была удивительная, страшная, ужасная и смертельная битва. И бились там французы очень храбро; англичане и гасконцы также держались на диво хорошо. Король Иоанн стоял напротив своих врагов, и бился отчаянно, и рядом с ним герцог Афинский и герцог де Бурбон; они были убиты прямо перед королем. И тогда один англичанин, брат епископа Линкольнского, схватил лошадь короля Иоанна за уздечку. Монсеньор Жоффруа де Шарни, пришедший в великую ярость оттого, что тот поднял руку на самого благородного короля мира, с такой силой ударил названного англичанина топором, что обрушил его к ногам короля мертвым. И в этой атаке были убиты и умерли перед королем названный монсеньор Жоффруа де Шарни, монсеньор Обер д’Анг, монсеньор Жан Мартел и огромное число самых великих дворян и сеньоров.

И затем, под этой величайшей атакой англичан и гасконцев, множество людей из баталии короля Иоанна обратилось в бегство. И тогда монсеньор Жан д’Артуа, граф д’Э, и граф де Танкарвиль посоветовали королю, чтобы он покинул битву, а они бы управляли битвой и войском, пока он не удалится от своих врагов. Но король Иоанн ответил им, что теперь он не побежит, но будет удерживать свою позицию, сколько сможет, от своих врагов и противников.

Принц Уэльский прекрасно понял, что французы начали терпеть поражение; и потому он приказал своим трубачам дуть в горны и трубы, чтобы ободрить своих людей. И тогда все баталии принца ударили по баталии короля Франции. И каптал де Бюк направил свою баталию прямо на короля и силой оружия добился того, что обрушил знамена короля Франции. И когда французы, у которых не осталось ни единого флага, увидели, что их знамена пали, множество их обратилось в бегство. Но добрый король остался в поле, отважнейшее сражаясь, и был ударом меча поражен в лицо. Но битва была столь для него неблагоприятна, что силой были взяты в плен названный король Иоанн Французский, монсеньор Филипп Французский, его сын, граф д’Э, граф де Лонгвиль, граф де Танкарвиль, граф де Понтье, граф де Рони, граф д’Осерр, граф де Сансерр, граф Данмартен, граф де Вантадур, граф Саарбрюк, граф Вандом, сир де Краон, маршал д’Одрегем, сир де Дерваль297, сир д’Обиньи и многие другие. И удивительное число стольких герцогов, графов, баронов, рыцарей, оруженосцев и добрых слуг погибло в названной битве. Было это большой скорбью, большой жалостью и невозместимым ущербом.

До того, как король был захвачен в плен, когда он понял, что исход битвы под сомнением, он приказал своему старшему сыну Карлу, чтобы тот, несмотря на всю свою любовь и сомнение, отступал в Пуатье, хоть сердцем тот и был сильно против того. Но он согласился подчиниться своему отцу, ибо это было разумно.

Чрезвычайно удивительной вещью была эта битва, ибо король Иоанн Французский имел с собой, как говорили некоторые, не меньше пятидесяти тысяч латников, из которых двадцать четыре были кто герцоги, кто графы, и больше трех сотен знамен. А в войске Эдуарда, старшего сына английского короля Эдуарда, принца Уэльского, сеньора Ирландии и Аквитании, герцога Корнуоллского и графа Эксетерского было две тысячи конных латников, шесть тысяч лучников и четыре тысячи пеших. И случилась эта битва в девятнадцатый день сентября в год тысяча триста пятьдесят шестой.

Когда король Иоанн был взят в плен, все кто смог бежать, бежали. Между теми, кто бежал, был епископ Самно. Один возчик его узнал и при пересечении рва убил его, потому что тот не хотел передать письмо захватившим короля. Англичане и гасконцы долго не медлили, ибо принц вернул и усмирил своих людей, затем пришел к королю Иоанну Французскому и приказал его обезоружить, затем отвел его в свой шатер и оказал ему великие почести. Люди принца пришли к королю и выказали ему уважение, но мало он придал тому значения. И пока король был с принцем, англичане и гасконцы бросились к шатрам короля Франции, где захватили столь большие богатства, что просто не исчислить, и большое число пленников.

После своей величайшей и благородной победы, принц той же ночью разместился на том самом месте, где была битва, и ужинал вместе с королем Иоанном Французским. И сказал ему принц такие слова: «Дорогой кузен, если бы вы взяли в плен меня, как милостью Божьей я захватил вас, что бы вы со мной сделали?» На это король ему ничего не ответил. И тогда больше ничего не говорил ему принц, ибо он не хотел причинять своему кузену большее унижение, чем то, что он испытывал.

На второй день после того, как принц одержал победу, он снялся с места и выступил со всем своим войском в боевом порядке к Пуатье. Но ему посоветовали возвращаться, и он вернулся в Бордо. И он приказал увезти с собой короля Иоанна Французского. И там, в названном городе Бордо, было выказано королю Иоанну великое почтение, но он не придал этому большого значения.

Рассказывают о герцоге Ланкастере, что когда он не смог присоединить свой отряд к войскам принца, он отправился осадить Ренн в Бретани. Туда прибыл к нему граф де Монфор, который усилил осаду и держал ее там в течение года или около того.

Старший сын короля Иоанна Французского Карл, герцог Нормандский и дофин Вьеннский, после удачливого пленения короля Франции, его отца, отправился в Париж. И там он обратился ко всем прелатам, дворянам, кого смог собрать, и именитым горожанам добрых городов Франции за помощью в вопросе пленения короля, его отца. И на том парламенте тогда присутствовали самые могущественные люди королевства. И совет короля и его сына, герцога Нормандского, показал вышеназванным прелатам, дворянам и горожанам, что те решают вопрос о деле государственной важности. Названные прелаты, дворяне и горожане сказали, что они посовещаются и что когда они обнаружат способ, как поступить ко благу короля и его освобождению, они сообщат. И тогда эти три штата начали заседать.

Названные три штата были на совете по этому государственному делу, и они независимо приняли одно и то же решение, которое затем обсудили. И затем выступил от имени названных трех штатов мэтр Жан ла Кок епископ Лаонский298, и он сказал герцогу Нормандскому: «Грозный сеньор, три штата королевства, штат церкви, штат дворян и штат горожан рассмотрели дело общего блага и освобождения короля, вашего отца, нашего законного и верховного сеньора. По какому поводу они постановили, что будет благом для королевства, если все налоги и все новые подати снизятся. Ибо несчастья, которым мы подверглись, отчасти послужили причиной пленения короля.

Item1, вышеназванные штаты постановили, что в ваших землях Нормандия и Дофине и во всем королевстве вашего отца будет введена в обращение твердая монета. Item, когда это будет сделано и выполнено, они вам предоставят тридцать тысяч вооруженных людей для освобождения короля нашего сеньора. Item, названные три штата постановили, что все чиновники короля вашего отца должны предоставить отчет о том, сколько денег они получили и как ими распорядились, и если кто поступил дурно, он будет наказан». Хорошо было начало, да плох конец. Манера, в которой названные три штата это потребовали, сильно не понравилась герцогу и королевскому совету; но названные три штата хотели совершить то, что они решили. Их властью была выпущена монета хорошей и высокой пробы. В то время прибыл в Париж Карл де Блуа, чтобы получить помощь для снятия осады с Ренна. Но он не преуспел из-за разлада, бывшего между королевским советом и герцогом и тремя штатами. И добрые города хотели утвердить и поддержать решение трех штатов, принятое выше, в особенности из-за снижения податей. И был выбран их главой купеческий прево Парижа, и с ним соответственно некоторые прелаты и дворяне, а также горожане. И они устраивали неоднократные советы в Париже, и приказали всем чиновникам предоставить отчет, и из страха перед ними бежали из королевства некоторые из самых могущественных его людей.

В то время, когда три штата взяли на себя управление королевством, монсеньор Филипп Наваррский собрал довольно большую армию и подошел прямо к Парижу. В то время его брат, король Наваррский, находился в тюрьме в замке Кревкёр в Пикардии. Монсеньор Филипп Наваррский, имевший рядом с Парижем большое число воинов, известил герцога Нормандского о своем войске и о том, что он его ждет там, где находится. Немного позже он написал трем штатам любезные письма, полные сладких слов, о том, что он находится под их командованием и в их подчинении, и что когда бы они в чем ни потерпели нужду, он всегда придет им на помощь и поможет против тех, кто доставляет им неприятности, и потому он их молит, чтобы они пожелали приложить усилия к освобождению его брата короля Наваррского. Обращение монсеньора Филиппа Наваррского чрезвычайно понравилось главам трех штатов, и они написали ему в ответ, что своей властью помогут совершить то, о чем он их просит. И с тем монсеньор Филипп Наваррский уехал и возвратился со своими людьми в Котантен.

По приказу глав трех штатов, епископа Лаонского и купеческого прево Парижа, вышеназванными лицами было отправлено определенное число людей для освобождения короля Наваррского; они пришли к замку Кревкёр299. И там был Пьер Жиль300 из Парижа со многими другими людьми, они силой взломали ворота и двери названного замка и выпустили на свободу короля Наваррского, которого сопроводили прямо до Амьена. И туда прибыли из Парижа сир де Пикени и Шарль Труссак301, и многие другие. И король Наваррский был радостно принят в городе Амьене; и названный король Наваррский обратил к народу красноречивые слова, жалуясь на те бедствия, которые он пережил в тюрьме. И сочувствовали ему многие люди, прелаты, дворяне и жители добрых городов, и многие высокие люди составили ему общество.

В ту ночь, когда названный король Наварры был освобожден и вызволен из тюрьмы, в Понт-Одемере располагался большой гарнизон французских вооруженных людей. В эту ночь англичане вошли в город и подожгли его во многих местах. В том городе была большая битва и французы очень храбро защищались. Маршалы, герцог Нормандский, монсеньор Жан Ле-Биго302, монсеньор Николь Маркдаржан, монсеньор Мартен де ла Гёз, сын Бодрена, монсеньор Матьё де Поммерель и много добрых рыцарей и оруженосцев укрепились в одном городском доме. И эти благородные люди успешно защищались от англичан. Монсеньоры Джон Джуэл, Пулей и Пип, бывшие предводителями англичан, усердно атаковали названных французов и приказали поджечь дом со всех сторон, так что он загорелся во многих местах. Так как французы не могли выдержать дыма, случилось, что они сдались англичанам за определенную сумму денег, довольно значительную.

Когда англичане разграбили Понт-Одемер, они подожгли город а затем уехали, и как следует прошлись по Нормандии и захватили в названной стране множество пленников. Англичане, расставшиеся с м-ром Филиппом Наваррским, который не хотел тогда воевать лично, эти англичане, в отряде которых было добрых шесть сотен воинов, вышли к Гонфлёру303, что в устье Сены, взяли город и его разграбили. И были захвачены в плен люди, бывшие городе, кроме немногих, ускользнувших на лодках и кораблях, бежавших в Арфлёр304, и много людей утонуло. Эта земля305 была сильно встревожена взятием Гонфлёра из-за перекрытия реки Сены, пролегавшей по самым благородным и могущественным частям королевства.

Вести о том широко разошлись, и жители Руана обратились к герцогу за подмогой и помощью. В то время между герцогом Нормандским с его советом и тремя штатами был большой разлад. Ибо в то время герцог не имел средств, ибо названные три штата взяли управление над народом и добрыми городами в свои руки. И тогда монсеньор Робер де Клермон от имени герцога и монсеньор Луи д’Аркур от всей нормандской земли отправились в Руан и там собрали воинов и разделили их на две баталии. Первая выступила по реке, в ней были арбалетчики Руана, Арфлёра, Эра, Мустье Виллье и далее с побережья вплоть до Ко306 в Дьеппе. И с ними купеческий прево отправил наемников. Те, кто шел по реке Сене, добрались до Гонфлера и там охраняли реку от англичан. Монсеньор Луи д’Аркур и монсеньор Робер де Клермон с большим числом латников и двумя сотнями отменных мечей, посланных жителями Руана, отправились к Гонфлёру по суше. И когда те, кто стоял на реке, увидели сухопутное войско, они храбро атаковали своим флотом англичан, и думали, что те, кто подошел с суши, поступят так же. И люди с кораблей атаковали англичан столь долго, что начался отлив. И некоторые из их судов остались на мели, и были подожжены англичанами, а те, кто находился внутри них, названными англичанами были преданы смерти на виду у тех, кто подошел с суши.

Под командованием м-ра Робера де Клермона люди, подошедшие с суши, разместились перед Гонфлером и предприняли большой штурм, и воины переправились через рвы, чтобы сразиться с англичанами. Из-за своего пыла там был убит м-р де Поммье. Штурм длился весь день, а потом прозвучал сигнал к отступлению и подошедшие с суши вернулись в свой лагерь.

В эту ночь, так же, как и во время первой атаки, англичане вышли из Гонфлера и подожгли их лагерь. Это сильно напугало французов, а кроме того, в их войско пришли какие-то вести о том, что Филипп Наваррский идет на помощь Гонфлеру. И тогда сир де Прео покинул войско и отправился к м-ру герцогу Нормандскому, и нашептал ему о якобы большом числе наваррцев. Немногим после сухопутный отряд снялся с места перед Гонфлером, а после них и люди с реки, кроме людей из Арфлера и Эра, которые остались там, чтобы охранять реку. Многими язвительными насмешками осыпали англичане из Гонфлера французов, когда те сворачивали свой лагерь, и кричали им: «Идите, идите, Жак-Добряк307, отдыхайте, а если вы не пойдете, то мы вас быстро заставим».  

Рассказывают, что после того, как король Наваррский был освобожден из тюрьмы, он отправился в Париж в сопровождении множества благородных людей, таких как монсеньор де Куси, монсеньор Аркур-наследник308, монсеньор де Пикени, монсеньор Амори де Мелён, монсеньор дю Мель, монсеньор де Прео, Гравиль-наследник, виконт де Кен309, монсеньор Саканвиль310, монсеньор де Рони, монсеньор д’Аран, монсеньор де Турнебю, монсеньор де Клер, монсеньоры Робер и Гийом де Гранвиль и монсеньор Рено де Бракемон и многих других благородных людей, священников и горожан. Купеческий прево Парижа во время его приезда вышел ему навстречу с большим количеством парижан. И был король Наваррский принят в Париже так, будто он был сеньором этого города, и в честь своего приезда освободил там заключенных. И затем он обратился к людям в Пре-о-Клер и пожаловался им о своем пленении и о том, как его гнусно держали в тюрьме, его, короля коронованного и столь благородного, ибо он происходил по прямой линии от французских королей. И там главы трех штатов присоединились к нему, и они заключили между собой клятвенные союзы.

После того король Наваррский отправился в Руан и приказал снять с городской плахи графа д’Аркура, сира де Гравиля, Мобю де Мэнмара и Колена Дубле. И они были с большим уважением принесены в гробах в самую церковь Богоматери Руанской, где были преданы погребению очень почетному и возвышенному в капелле Невинных этой церкви, так, как и приличествовало благородным людям. И как и в Амьене, и в Париже, король Наваррский произнес обращение с паперти церкви Сент-Уан в Руане311, но задержался там лишь ненадолго, и вскоре вернулся в Париж. И приказал вернуть старшему сыну графа д’Аркура все его земли. И чтобы тот навсегда остался другом герцога, он затем устроил так, что названному Аркуру-наследнику была отдана в жены сестра герцогини Нормандской312, дочь герцога Бурбона313, бывшая самым прекрасным существом женского пола, которое только было известно во Франции, за исключением мадам Жанны Наваррской.

Когда благородный король Франции Иоанн был в Бордо, он заключил с принцем Уэльским перемирие сроком до трех лет, и королем английским, его отцом, принцу было приказано крепко его соблюдать. И после того король Иоанн был привезен в Лондон в Англии, где король Эдуард неизменно оказывал ему большие почести, и он не был заключен в тюрьму, хоть и был английским пленником.

Карл, старший сын короля Иоанна Французского, герцог Нормандский и дофин Вьенский, из-за глав трех штатов не мог управлять ни королевством, ни своими землями по своему усмотрению, и потому отправился к своему дяде германскому императору, и выехал туда с большим и благородным сопровождением. Император, его дядя, принял его с большим почтением и вышел навстречу своему племяннику из города Мец в Лотарингии. Затем дядя и племянник отправились в названный город Мец в Лотарингии. И в день Рождества держал император имперский совет и собрал в честь французов огромный двор. А на следующий день герцог Нормандский чествовал своего дядю императора и высоких принцев и баронов Германии. И подарил им герцог богатые дары, и затем вернулся в Париж по совету своего дяди императора.

Чтобы противостоять наваррцам, на границу были отправлены мессир Робер де Клермон и ле-Бодрен-де-ла-Гёз, адмирал Франции, с пятнадцатью сотнями латников и шестью двадцатками лучников, они храбро направились к Сен-Ло в Котантене и далее внутрь страны. М-р Годфруа д’Аркур, м-р Пьер де Саканвиль и мэтр Робер Порт, епископ Авраншский314, устроили набег на земли французского короля, а затем вернулись в окрестности Котантена. М-р Робер, м-р ле-Бодрен-де-ла-Гёз и м-р дю Мель перешли броды у Сен-Клемана315 и вступили в окрестности Котантена, преследуя наваррцев. Тогда м-р Годфруа д’Аркур приказал трубить в трубы, чтобы сразиться с французами, и спешился, думая, что те, кто был с ним, поступят так же. Но когда м-р Пьер де Саканвиль и мэтр Робер Порт увидели численность французов и их мощь, то обратились в бегство. Когда м-р Годфруа увидел, что повсюду вокруг него люди из его войска обращаются в бегство, он осенил себя крестным знамением и произнес: «Нынче в саване из доспехов будет погребено мое тело. Всеблагой Господь Иисус Христос, я стремлюсь умереть, защищаясь и мстя за жестокую смерть, которой несправедливо и бессмысленно гнусно предадут мою кровь». Затем он приготовился к битве, выхватил свой меч и сказал: «А! Господь Иисус Христос, благодарю тебя за достойную смерть, что ты мне посылаешь». Ле-Бодрен, Клермон и прочие благородные люди стояли перед ним, выстроившись боевым порядком, и говорили ему, чтобы он сдавался. И тогда сказал им м-р Годфруа д’Аркур: «Клянусь душой моей матери Аэлис, теперь уж герцог не получит меня живым». Тогда на него бросилось восемь человек, и не знаю уж, сколько лучников. Но он защищался очень храбро и хорошо, и своим мечом тяжело ранил нескольких человек, но в конце концов названный монсеньор Годфруа д’Аркур316 был мертв и убит.

Монсеньор Филипп Наваррский в тот день прибыл в Котантен, и с ним добрых семь сотен англичан и пять сотен лучников, он торопливо шел навстречу французам и столкнулся с беглецами, которые ему сообщили, что Годфруа мертв. Он преследовал французов, но те успели перейти броды, кроме приблизительно семи-восьми их двадцаток, которые все были, кто убит, кто утонул, кто взят в плен. Монсеньор Филипп Наваррский приказал отвезти тело монсеньора Годфруа д’Акура в аббатство Сен-Севёр-ле-Виконт317 в Котантене, где он был погребен хорошим и должным образом.

После того, как монсеньор Годфруа д’Аркур был умерщвлен и убит, монсеньор Робер де Клермон, маршал Франции318, прибыл к герцогу Нормандскому и маршалу де Шампань319 в Париж. И тогда случилось в Париже, что Жан Байё, казначей короля Франции, был убит одним человеком, которому он должен был денег, и что тот укрылся в церкви Святой Марии в Париже. В этой церкви названный маршал де Клермон силой его захватил; и был этот человек тут же отведен на виселицу и повешен. И ведя его туда, названный маршал де Клермон сказал, что то же ждет и самых великих и могучих людей Парижа, и горожане сильно осуждали эти слова и замышляли против него.

Купеческий прево Парижа, епископ Лаонский, Шарль Труссак и те, кто занимался управлением, от имени трех штатов устроили тогда в Париже собрание горожан, принадлежавших к самой влиятельной партии, людей, могущественных как телом, так и имуществом, и они во всеоружии отправились во дворец короля. И там в присутствии герцога Нормандского в его собственной комнате убили и предали смерти монсеньора Робера де Клермона, маршала Франции, и маршала де Шампань, и одного адвоката по имени мэтр д’Арси. Этот адвокат во время советов часто высказывался против штатов.

Тогда пришел герцог Нормандский в большое сомнение и сказал купеческому прево: « Прево, враги ли мне эти люди? Ибо я их опасаюсь». И тогда ответил ему прево: «Сир, это ваши доброжелатели, ибо они пришли сюда ради вашего же блага, и ни для чего иного». И тогда вручил ему прево свой наполовину красный шаперон320, чтобы это засвидетельствовать. И тогда вышеназванные горожане Парижа вытащили названных маршалов, этого де Клермона и этого де Шампань, во двор дворца, а затем ушли. И после того думали главы трех штатов мирно взять управление над Французским королевством. И затем на их собрании случилось, что герцог Нормандский, старший сын короля Франции Иоанна, поклялся поддерживать то, что они будут делать. Где-то в то время, когда три щтата были в полноте власти, сир де Фрикан, плененный вместе с королем Наваррским, бежал из Шателе по уговору и обещанию, которое он сделал помощнику тюремщика. И он был названным помощником выпущен по веревке с одной из тюремных башен, и так бежал. И когда это случилось, и он был освобожден из Шателе, он отправился к монсеньору Филиппу Наваррскому.

Карл, герцог Нормандский и дофин Вьенский, старший сын короля Франции, не мог ни видеть, ни терпеть, ни согласиться с тем, что главы трех штатов присвоили распоряжение и управление французским королевством. И поэтому, а также потому, что он не был уверен за свою жизнь, он покинул Париж из-за злоеволия и недовольства суперинтендантов трех штатов и жителей Парижа. Когда он уехал, он отправился прямо в рынок Мо321, бывший местом весьма укрепленным, и перевез туда герцогиню, и собрал дворян в названном месте. Люди Мо думали взять названный рынок и предприняли штурм и устроили атаку, но ничего у них не вышло. И некоторые люди герцога вышли наружу, они захватили нескольких горожан и убили. Герцог тогда поручил графу де Фуа322 охранять герцогиню.

После того, как герцог уехал из Парижа, купеческий прево и парижане захватили Лувр в свои руки и поставили там капитана. А затем Пьер Труссак323, Пьер Жиль и Пьер Гифар324, вместе с огромным числом воинов, всем Парижем, отправились из Парижа в Мо и намеревались взять крепость названного рынка Мо. Но граф де Фуа, охранявший ее для герцога, вышел против людей из Парижа и сразился с ними на мосту Мо. Там говорил Пьер Жиль гнусности про мадам герцогиню, что было зло и несправедливо. И когда парижане поняли, что им не удалось взять названный рынок Мо, то вернулись в Париж. Тогда пришли главы трех штатов в сомнение и заключили в Париже подобие соглашения, позволив владетельным людям Парижа носить серебряные украшения325, и те присягнули названным главам трех штатов.

Тем временем по решению трех штатов король Наваррский осадил английскую крепость под названием Френ326, и люди из добрых городов отправили ему в помощь воинов, благодаря которым англичане были побеждены, ибо их крепость и они сами были захвачены. После того Карл, король Наваррский и граф д’Эврё, и с ним молодой граф д’Аркур, сир де Пикени, виконт де Кен, сир де Баквиль, монсеньор Фери де Пикени, сир д’Этутвиль327, сир де Фрикан, монсеньор Рено де Бракемон и многие другие дворяне Нормандии и Пикардии отправились на осаду замка Лонгвиль в Ко, который вместе с графством удерживал монсеньор Карл д’Артуа согласно дару, который король Иоанн ему сделал после отречения Филиппа Наваррского. И король Наваррский так осадил названный замок, что его взял.

В это время восстали жаки из Бовэзи,




оставить комментарий
страница1/4
Дата16.11.2011
Размер1,37 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы:   1   2   3   4
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх