Игра в системе средств личностно ориентированного обучения 4 Личностно ориентированная воспитательная система школы пространство развития личности icon

Игра в системе средств личностно ориентированного обучения 4 Личностно ориентированная воспитательная система школы пространство развития личности


Смотрите также:
Рекомендации составлены на основе работы И. С...
«Реализация целей личностно ориентированного обучения посредством технологии развития...
Кусаинова М. А. Личностно-ориентированное обучение в школе: методология, концепция...
Учитель и ученик в личностно ориентированном образовательном процессе:...
Программа развития рассмотрена на заседании Совета школы Протокол №1...
Образовательная программа муниципального общеобразовательного учреждения «Средняя...
Тема: «Школа центр развития личности ученика...
Использование методик личностно – ориентированного подхода при изучении информатики...
Пособие в учебной деятельности Использование средств икт в преподавании учебных дисциплин...
«Разноуровневое обучение как один из видов личностно-ориентированной педагогической технологии»...
Содержание программы. Раздел Информационно-аналитические данные. Историческая справка...
На уроках химии...



Загрузка...
страницы: 1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   17
вернуться в начало
скачать
^

ГЛАВА 3

СПОСОБЫ РЕАЛИЗАЦИИ ЛИЧНОСТНОГО ПОДХОДА В ПРЕПОДАВАНИИ ГУМАНИТАРНЫХ И ЕСТЕСТВЕННОНАУЧНЫХ ДИСЦИПЛИН




3.1 ЛИЧНОСТНЫЙ ПОДХОД В ПРЕПОДАВАНИИ ГУМАНИТАРНЫХ ПРЕДМЕТОВ



Дидактическая природа гуманитарного учебного предмета, как и природа самого гуманитарного знания, недостаточно изучена. Ряд дидактов видят специфику таких предметов в их особой образовательной функции, а именно в направленности на формирование у обучаемых не “знаний” и “способов деятельности”, а в соответствии с теорией И. Я. Лернера — В. В. Краевского — “опыта эмоционально-ценностного отношения”311. Эта специфика гуманитарных предметов плохо рефлексируется в сознании и исследователей, и практиков, “не улавливающих” отличия гуманитарной сферы от так называемой научной. Именно здесь, на стыке двух областей человеческого опыта возникает проблема, “может ли вообще наука, как особая форма сознания, быть и оставаться высшей инстанцией при решении всех без исключения общих, т.е. мировоззренческих, нравственных и им подобных вопросов”312. Вероятнее всего, не может. Этому как раз и служит та область человеческого опыта, которая образует своеобразную ткань, основное содержание гуманитарного предмета.

Нам представляется неточным отнесение к гуманитарной области лишь так называемых “наук о человеке”. В таком случае сюда попадут все науки и построенные на их основе учебные предметы, ибо человек как высшая ступень макрокосмоса имеет отношение ко всем его подструктурам. Гораздо целесообразнее считать гуманитарным знание не просто о человеческом, а о специфически человеческом, прежде всего о нравственно-духовной сфере его бытия. Правда, в этом случае нужно признать условность границ гуманитарных и естественнонаучных дисциплин. “Когда учитель преподносит детям основы наук как достаточно спорные и нуждающиеся в обосновании.., то диалог о природе немедленно оборачивается диалогом о личностном самообосновании человека”313.

Гуманитарный предмет в отличие от естественнонаучного не может быть усвоен на уровне значений. Здесь недостаточно просто знания, как, скажем, теоремы Пифагора, а существенным критерием усвоения является смысл, отношение, которое вырабатывается через диалог, внутреннюю полемику с другим субъектом, например, автором произведения.

Гуманитарному предмету характерны “задачи на выявление дополнительного смысла слова в художественном произведении, способов выражения авторской позиции, данной в завуалированном виде”314. Если ученик не может сам найти .закономерность по истории, физике и т.п., то учитель подскажет и предложит ее запомнить. Подобный шаг в ходе преподавания литературы выглядел бы крайне неуместным. “Он должен обязательно найти способы, обеспечивающие пусть на разных уровнях для отдельных учащихся, но в целом единый вариант — самостоятельный их поиск ответа на поставленный или возникший вопрос”315. Интересно эта мысль выражена в правительственном постановлении о Царскосельском Лицее от 12 августа 1810 г., где говорится, что при обучении лицеистов словесности “заставлять их мыслить, а потом уже искать выражения, и никогда не терпеть, чтобы они употребляли слова без ясных идей”316.

Специфические особенности содержания гуманитарных дисциплин обусловливают и определенную специфику учебной деятельности в процессе их усвоения. Отметим некоторые особенности этой деятельности.

1) Ценностное отношение к изучаемому объекту (образу, персонажу, событию, стилю, манере) складывается зачастую вне самого познавательного опыта, по крайней мере, вне изучаемого предмета и основывается на собственном жизненном опыте, взаимоотношениях с окружающими, иррациональных пристрастиях и т. п.

2) Развитие ценностного (личностного) отношения осуществляется по более сложным законам, чем просто накопление, расширение, конкретизация, как это имеет место при усвоении знаний. Здесь происходит разрешение коллизий, рефлексия, селекция фактов и аргументов, которые это отношение или стабилизируют, или, напротив, разрушают.

3) Постоянное соотнесение изучаемого объекта (а это всегда какая-то грань человеческого бытия!) с самим собой; рефлексия собственного жизненного статуса, мысленное проигрывание ситуаций и ролей; познание через переживание.

4) Неопределенность самого объекта познания. Так из одного и того же художественного образа разные познающие субъекты “вычерпывают” разные грани, аспекты, стороны.

5) Объект и знание о нем не отделены четко друг от друга. При познании, к примеру, художественного произведения познающий вступает в отношения сотворчества с автором. Сам познаваемый объект при этом как бы активно взаимодействует с знанием о нем и даже “нередко изменяет свою природу в зависимости от того, что это знание утверждает”317.

6) Имеет место иная логика познания, не укладывающаяся в рамки собственно логических конструкций: от целостного понимания-отношения к уже “предвзятому” рассмотрению частей. По словам М. М. Бахтина: “Сначала понять — потом изучить”.

7) Результатом познания выступает новая целостная собственная “теория мира”, включающая и модели собственного поведения. Это познание в существенной мере направлено на самого познающего субъекта, ответственного за свои выводы прежде всего перед собой. Познание гуманитарного предмета сливается, таким образом, со смыслообразованием, с выработкой собственного отношения. Здесь в подлинном смысле “любить означает... знать”318.

В гуманитарном познании всегда есть угроза того, что принципы, избираемые для оценки объекта и выработки собственной позиции, могут обрести самодовлеющее значение, увести познающего субъекта от объективных оценок. В этом, по словам А. Камю, “трагедия современного разума, который, претендуя на универсальность, только концентрирует в себе человеческие увечья и уродства... Принципы, избираемые людьми, в конце концов берут верх над самыми благородными их стремлениями”319.

При изучении гуманитарного материала отсутствует единая для всех учащихся логика усвоения и мало пригоден общий для всех язык значений320. Здесь нужен язык внутренних личностных смыслов, обеспечивающий целостное постижение предмета. Усвоение эмоционально-ценностного материала неотделимо от переживания ценностно-содержащей ситуации.

Если при усвоении естественнонаучного предмета необходимо понять смысл, постигнуть его как сущность явления, то при усвоении гуманитарное материала этот смысл должен быть выработан, сотворен. Понимание в данном случае “есть процесс смыслопорождения, в результате которого возникающий смысл обнаруживается не в отчужденном знании (смыслоноситель), а в сознании совместного бытия понимающего и понимаемого”321. Так , усвоение художественного произведения на уроке — это выработка индивидуальных смыслов и обмен ими. Однако содержание этих смыслов отнюдь не заложено в самом материале гуманитарного предмета. “Само по себе произведение никогда не может быть ответственно за те мысли, которые могут появиться в результате его...”322.

Суть гуманитарного (“субъект-субъектного”) понимания в его рефлексивной природе, в том, что субъект “понимания в его рефлексивной природе, в том, что субъект “понимая нечто, ...понимает самого себя и, лишь понимая себя, способен понять нечто”323. Речь идет не обязательно о понимании человека, но и о вещи, явлении. В том же случае, когда понимание ограничивается “вещным”, “предметным” уровнем, то мы имеем дело с типичным естественно-математическим познанием. Уместно одно сравнительно-этимологическое замечание: естественно-математические предметы обозначаются, к примеру, в немецком языке словом Sachfacher. В буквальном переводе — предметы (дисциплины) о вещах. Таким образом, феномен гуманитарности в обучении состоит в постоянном смыслотворении обучающегося и обучаемого.

Выразить свое отношение к изучаемому предмету здесь важнее, чем постичь сам предмет. К примеру, женщины на полотнах Модильяни — кирпично-красные и с перекошенными глазами. Но если человеку нравится живопись Модильяни, бессмысленно доказывать ему что таких женщин в природе нет, что такого рода живопись искажая) реальность. “Причем тут реальность?” — спросит он. В самом деле, причем?324

Поиску технологий реализации личностного подхода при изучении гуманитарных предметов посвящен ряд исследований, выполненных в нашей лаборатории. Так, в работе аспирантки Е. М. Сафроновой речь шла о формировании у подростков такого сложного компонента личностного сознания, каковым является эстетический вкус. В качестве своеобразной “единицы” процесса воспитания этого качества выступала специальная эстетическая ситуация, которая в самом общем виде включала:

— предметно-креативное “поле” — своеобразный художественноэстетический объект, содержащий эстетико-оценочную и познавательную проблемы и создающий область эстетической самореализации для подростка;

— субъектов этой ситуации — воспитанника, выступающего носителем определенного уровня эстетической культуры, вкуса, что в существенной мере определяет уровень и характер возникшей эстетикепедагогической коллизии, и педагога, внутренний духовный мир которого при этом также становится объектом презентации и источником ценностных ориентаций для воспитанников;

— условия актуализации эстетических переживаний воспитанника, включающие коммуникативно-организующую функцию педагога, коллизии эстетических ценностей и оценочных норм референтной для подростка группы и другие сознательно-педагогические компоненты;

— способ художественно-эстетического освоения объекта, характеризуемый степенью креативности и индивидуальности.

Воспитательно-дидактическая ситуация включает школьника в деятельность, в которой проявляется эстетическая сущность человека, в результате чего формируются компоненты эстетического вкуса (перцептивный, понятийно-гностический, эмоционально-оценочный, духовно-практический). Процесс эстетического воспитания в этой связи представляет собой систему эстетических ситуаций пяти типов: эстетического восприятия, понятийно-гностических, эмоционально-оценочных, коммуникативно-эстетических, эстетического самовыражения325. Включение учащихся в ситуацию каждого типа способствовало формированию эстетических эмоций, переживаний, чувств, потребностей, взглядов, оценок, способностей и т. д.

^ Ситуация эстетического восприятия — это такая, в ходе которой организуется совместная деятельность учителя и учащихся с целью эстетического “распредмечивания” предметов.

^ Понятийно-гностическая эстетическая ситуация — это фрагменты жизнедеятельности учащихся, в результате функционирования которых формируются эстетические знания, понятия, взгляды, идеи.

^ Эмоционально-оценочная эстетическая ситуация — это воспитательная, результатом организации которой является субъективная оценка школьником объективной эстетической ценности. Подобная ситуация служит формированию таких элементов эстетической культуры, как эстетическое отношение, оценка, суждение, идеал.

^ Ситуация эстетического самовыражения. Ее назначение состоит в разрешении разнообразных творческих задач с целью формирования художественно-творческих способностей как компонента эстетической культуры личности, благодаря чему школьник открывает в себе самом потенциальную способность эстетического отношения к миру.

^ Коммуникативно-эстетическая ситуация — это нравственно-эстетическая коллизия, задача, служащая формированию эстетики в человеческих взаимоотношениях как цели функционирования всей системы эстетического воспитания.

“Технология” организации каждого типа ситуаций включает в себя следующие операции:

— диагностику уровня эстетической воспитанности (восприятия, оценок, способностей и др.);

— уточнение цели построения ситуации;

— отбор эстетических объектов для общения;

— организацию эстетических отношений в процессе любых видов деятельности;

— оценку и самооценку организованной деятельности учителем и учащимися;

— возбуждение внутренних сил саморазвития.

Личностная ориентация преподавания гуманитарных предметов чаще всего связана с введением учащихся в ситуацию диалога, который в данном случае выступает в качестве микроединицы педагогического общения на личностно-смысловом уровне. Так, в работе нашей аспирантки С.В.Беловой показано, что уровень диалога зависит от уровня готовности двух сторон — учителя и ученика, от их способности воспринимать друг друга, проникать во внутренний мир другого, принимать его со всеми мыслями и чувствами. “Уметь эмоционально идентифицировать себя с ребенком, жить его чувствами и мыслями, а значит, адекватно понять его мысли и переживания — сложная задача”326.

Роль учителя в диалоге — помочь ученику сформировать свой образ мыслей, свое видение проблемы, свой путь решения задачи. Процесс обучения и воспитания в диалоге выступает не как воздействие учителя на учеников, а как разновидность деятельности, посредством которой ребенок работает над своим собственным развитием в благоприятной среде и с помощью педагога, выступающего в роли консультанта. Иными словами, “учитель — лишь сотрудник, помощник и руководитель ребенка в собственной работе ребенка”327. По кремней мере, так его воспринимает при этом ученик.

Технология создания ситуаций, предполагающих диалогическое общение, предусматривает определенные “шаги”, последовательность которых выявлялась на основе обобщения таких вариантов диалога, как:

— совместная ориентировка в личностно значимой предметной области;

— выявление проблемы, интересующей субъектов диалога;

—рассмотрение проблемы в контексте значимых для ребенка жизненных ценностей как одного из аспектов его “личностной картины мира”;

— использование усвоенных знаний и способов в качестве средства межсубъектного общения и инструмента самоутверждения в глазах партнера;

— самопознание через актуализацию и обоснование собственных мыслей.

Эффективность диалогического общения зависит от включения в содержание урока проблем, подобранных с учетом того, что сама жизнь поставлена под вопрос, вовлечена в контекст вопросно-ответных смысловых отношений (С.Ю.Курганов); от равноправного взаимодействия субъектов диалога, от соотношения содержания, способа, ритма, характера общения с различными психофизиологическими и социальными особенностями восприятия и реагирования участников диалога; от готовности учителя к диалогу; выбора им оптимального варианта проблемно-поискового стиля педагогического общения; от готовности учеников к диалогу, умения актуализировать накопленный ими жизненный и познавательный опыт.

Исследование показало, что учебный диалог реализуется при условии, когда:

— вопросы, вынесенные учителем на рассмотрение, подобраны с учетом готовности учащихся класса к диалогу и степени сформированности у них толерантности как качества личности, опыта диалогического общения, адекватной реакции на неожиданные и неоднозначные суждения;

— учебный процесс включает элементы театрализации, воплощения художественных образов в динамичном действии игровых ситуаций художественно-ролевого типа;

— проблемное диалогическое общение представляет собой целостную систему знаний, вопросов, ситуаций, предполагающую постепенное, последовательное восхождение ко все большей самостоятельности учащихся;

— учитель в соответствии с принятой им моделью диалога систематически диагностирует готовность к нему учащихся, степень их самовыражения, используя наблюдение, анкетирование, создание преднамеренных ситуаций и др. методы исследования.

Учитель отказывается от оценки личности ученика как “плохой” или “хороший”. Утверждение чужого “Я” независимо от взглядов, характера — таков главный принцип диалога, дающего педагогу возможность достигать свои цели не напрямую, а опосредованно. Он является тонким “инструментом” прикосновения к ребенку, и учитель руководствуется в нем “оптимистической гипотезой”.

Предлагаем некоторые фрагменты опытной работы, в ходе которой исследовались воспитательные возможности диалога. Трансформация повествовательного материала в диалогический на этих уроках осуществлялась разными способами. Один из них — построение работы на основе “разгадывания тайн” текста путем постановки интригующих, занимательных вопросов, например, таких:

Почему повесть А. С. Пушкина, в которой много глав посвящено событиям народного восстания, Гриневу, Пугачеву, называется “Капитанская дочка”? (А. С. Пушкин “Капитанская дочка”, 8-й кл.).

“С любимыми не расставайтесь...” Насколько верна эта фраза в отношении к ситуациям в “Грозе”? Если бы Тихон не уехал, случилось бы то, что случилось? (А. Н. Островский. “Гроза”, 10-й кл.).

Урок “Бог с нами. И демон с нами” по роману Ф. М. Достоевского “Преступление и наказание”. Толчком к разговору, к пробуждению интереса у учащихся к данной теме послужила личная заинтересованность учителя в решении выдвигаемых проблем. В эмоциональном вступительном слове, где звучат его собственные стихи, он предлагает вопросы, на которые мучительно ищет ответы сам, не вопросы, поставленные с целью узнать уровень подготовленности класса, а вопросы размышления. Учитель ставит учеников в позицию советчиков, помощников, попутчиков на пути поиска совместных решений. На уроке идет разговор о страницах, в которых описывается сон Раскольникова, о кляче, а через них — об идее, особенностях всего романа.

Страшная сцена избиения лошади. Кто сочувствует кляче? Старик и ребенок. В этом философский смысл. Какой?

Почему Раскольников видит во время сна дорогу, церковь, кабак и кладбище? Тоже символично. Раскольников-ребенок целует лошадь в губы, плачет, а наутро, проснувшись, взрослый Раскольников пойдет убивать старуху. Как такая “полярность” уживается в человеке? Когда мы преображаемся, вырастаем из “детской морали”? Почему чаще всего одновременно и Бог, и дьявол с нами?

На уроке “Превращение живой души в мертвую” по поэме Н. В. Гоголя “Мертвые души” ученики вместе с учителем разгадывали способы “перехода” обыкновенных людей в маниловых, ноздревых, собакевичей, плюшкиных. Они пытались уловить грань между нормальным и ненормальным в человеке: между мягкостью и слащавостью, между общительностью и наглостью, самокритичностью и самоуверенностью, между рачительностью и мелочностью. Диалог с учениками стал поиском ответа на вопрос, как не убить в себе духовное начало, иначе, как сказал поэт, “прозреем, не достигнув цели, когда душа донашивает тело”. Делая, говоря словами Е. Н. Ильина, “художественный анализ художественного текста”, разгадывая тайны писательского мастерства в диалогической форме общения, ученики постигают общечеловеческие ценности, тайны человеческой натуры, особенности своего характера.

Организуя диалог, учитель стремится учитывать роль субъективной активности ученика, он должен “добиться успеха в борьбе с дурными и слабыми сторонами человека...нащупав его сильные стороны—те силы в нем, которые при надлежащем их направлении могут быть обращены на благую цель”328.

Наблюдения нашей аспирантки за ученицей Татьяной А. показали, что она всегда отличалась завышенными требованиями к окружающим и осознанием своей значимости, преклонением перед сильными личностями и презрением к слабым. Учитель, зная категоричность ее выводов и оценок, намеренно сталкивает ее мнение с мнением класса. При этом не акцентирует внимание на ее суждении как заведомо неправильном, а, наоборот, представляет как интересную точку зрения.

На уроке “Тварь я дрожащая или право имею?” по роману Ф. М. Достоевского “Преступление и наказание” Татьяне А. предстояло высказаться по поводу теории Раскольникова. Ученица отстаивала право “сильных мира сего” использовать “тварей дрожащих” как материал для их исторических свершений. Учитель попытался подкрепить мнение ученицы: “Наверное, нужно уважать великое несчастье, великое безобразие, великое злодейство. Может, Пушкин ошибался, считая, что гений и злодейство — “две вещи несовместные”? В классе разгорелся спор, значение которого, несомненно, более велико, чем замечание учителя “Как ты можешь так думать!” по поводу высказывания ученицы.

Анализируя отношение старшеклассников к диалогу на уроках литературы, их собственное участие в нем, аспирантка пришла к выводу, что оптимальным вариантом любого из предложенных типов уроков (лекция, семинар, литературно-музыкальная композиция, зачет) абсолютное их большинство считает диалог как сущностную основу. Степень морального удовлетворения в зависимости от конкретной ситуации учащиеся выразили через оценку предложенных им суждений. Утверждение “чувствую моральное удовлетворение на уроке”, если:

— “не спросили, не обратили внимания, дали возможность заниматься своим делом” — не выбрал никто;

— “я хорошо ответил, и учитель по достоинству оценил мой ответ”—20%;

— “принимал участие в общем споре, в общем поиске ответа” — утверждение было принято большинством (90%) опрошенных;

— “урок литературы заменили другим уроком” — никто с этим не согласился.

Нельзя сказать об учебном диалоге, что в одном случае он воспитывает честность, в другом — чувство ответственности и т. д. Диалог дает возможность ученикам обретать способность погружаться в себя, осознавать собственные переживания, открывать мир чувств и скрытым порой от глаз других способом “проектировать” себя.

Специфическую технологию личностно ориентированных ситуаций можно проследить на примере диалога, организованного при изучении со старшеклассниками разработанного нами авторского курса “Основы социального управления”.

Целью данной учебной ситуации было создание коллизии, которая должна ввести учащихся в область новых смыслов и ценностей, помочь им в преодолении традиционных стереотипов мышления. При развитии диалога использовались такие приемы, как постановка проблем, имеющих актуальный философский смысл; нахождение противоречий в привычных и устаревших представлениях, столкновение различных концепций и их аргументаций и т. п.

Исходным пунктом дискуссии послужил простой на первый взгляд вопрос: “Может ли искусственный интеллект превзойти человеческий разум?” Ученики отвечают отрицательно, используя достаточно стереотипные аргументы вроде того, что машина сделана человеком и уже отсюда следует, что она хуже прототипа... В ответ учитель приводит неожиданный для них контраргумент: “А почему “следует”? Зачем же человек должен изготавливать машину, которая работает хуже его самого? Для чего, например, нужен экскаватор, который хуже человека копает, или ЭВМ, которая решает задачи хуже, чем человек?..”

Ученики: “Машина превосходит человека при выполнении какой-то одной, очень узкой функции, тогда как человеческий разум обладает безграничными возможностями!..”

Учитель: “Поднимите руку, у кого разум обладает безграничными возможностями!..”

Смех в классе. Руки никто не поднял. Однако после некоторой паузы ученики, уже не столь уверенно говорят: “И все же робот не может сделать всего того, что умеет человек!..”

Учитель: “Например, чего? — Читать, писать, сочинять музыку, проектировать автомобили?..”

Старшеклассники опять задумались: все это сегодня уже доступно машине... Настала пора переходить в другую плоскость спора, шире и масштабнее посмотреть на проблему.

Учитель предлагает, прежде чем рассуждать об искусственном интеллекте, решить, что есть интеллект естественный? В чем его суть? Кто его носитель?

В ходе дальнейших рассуждений выяснилось, что тот разум, с которым мы пытаемся сравнивать возможности машинного “интеллекта”, принадлежит не только отдельному представителю человеческого рода, сколько всему человечеству. Именно оно, человечество, является носителем с его огромным и разнообразным миром — “миром человека”, включающим разнообразные социальные институты, историю и природу. Словом, все то, что В. И. Вернадский называл ноосферой...

В ходе дальнейшего диалога приходим к выводу, что дело здесь не в отдельных интеллектуальных функциях. Их может быть у робота сколь угодно, однако неизбежен предел его развитию. Это — качественное отличие познавательных способностей человека от машинного “разума”, недоступность последнему исторически обретенной возможности познавать мир по-человечески... Что это значит?

А это уже новый “виток” диалога, неизбежно уводящий нас в бесконечную цепь проблем человеческой сущности...






оставить комментарий
страница9/17
Дата05.11.2011
Размер3,89 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   17
отлично
  3
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх