Игра в системе средств личностно ориентированного обучения 4 Личностно ориентированная воспитательная система школы пространство развития личности icon

Игра в системе средств личностно ориентированного обучения 4 Личностно ориентированная воспитательная система школы пространство развития личности


Смотрите также:
Рекомендации составлены на основе работы И. С...
«Реализация целей личностно ориентированного обучения посредством технологии развития...
Кусаинова М. А. Личностно-ориентированное обучение в школе: методология, концепция...
Учитель и ученик в личностно ориентированном образовательном процессе:...
Программа развития рассмотрена на заседании Совета школы Протокол №1...
Образовательная программа муниципального общеобразовательного учреждения «Средняя...
Тема: «Школа центр развития личности ученика...
Использование методик личностно – ориентированного подхода при изучении информатики...
Пособие в учебной деятельности Использование средств икт в преподавании учебных дисциплин...
«Разноуровневое обучение как один из видов личностно-ориентированной педагогической технологии»...
Содержание программы. Раздел Информационно-аналитические данные. Историческая справка...
На уроках химии...



Загрузка...
страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17
вернуться в начало
скачать
^

Глава 1

КОНЦЕПЦИЯ ЛИЧНОСТНО ОРИЕНТИРОВАННОГО ОБРАЗОВАНИЯ




Личность не может быть частью чего-то: она есть единое целое, она соотносительна обществу, природе и Богу.

Н. А. Бердяев
^

1.1 ЛИЧНОСТНАЯ ПАРАДИГМА В ОБРАЗОВАНИИ: МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ КОНЦЕПЦИИ



Личностный подход в образовании, провозглашенный ведущей тенденцией современной педагогической теории и практики, не имеет в сегодняшнем педагогическом сознании однозначного понимания (Е.В.Бондаревская, В.В.Горшкова, В.И.Гинецинский, В.В.Давыдов, В.С.Ильин, М.В.Кларин, И.А.Колесникова, Л.И.Новикова, В.И.Слободчиков, А.П.Тряпицына, Г.А.Цукерман, Л.Андерсон, В.Белль, П. Брендвайн, Р.Дрейвер,Дж.Найсбитт, М.Полани, Дж.Шваб и др.). Поэтому имеются все основания вести речь о множественности парадигм личностно ориентированного образования. Выделим некоторые наиболее часто встречающиеся трактовки этого феномена:

  1. Личностный подход в образовании на уровне обыденного, массового педагогического сознания понимается как этико-гуманистический принцип общения педагога и воспитанников. К гуманизму, к принятию ребенка как личности призывали педагогов как классики педагогической мысли Ж.Ж.Руссо, Л.Н.Толстой, М.Монтесори и др., так и современные педагоги-новаторы, придавшие этому принципу форму так называемой “педагогики сотрудничества”.

  2. Личностный подход рассматривается как принцип синтеза направлений педагогической деятельности вокруг ее главной цели - личности. Все что происходит в педагогическом процессе педагогично лишь в той мере, в какой работает на эту цель.

  3. Личностный подход истолковывается как объяснительный принцип, раскрывающий механизм личностных новообразований в педагогическом процессе. Смысл этого принципа в том, что никакие изменения в жизнедеятельности человека не могут быть объяснены без понимания их места и роли в самореализации личности.

  4. Данный подход трактуется также как принцип свободы личности в образовательном процессе, в смысле выбора ею приоритетов, образовательных “маршрутов”, формирования собственного, личностного восприятия изучаемого содержания (личностного опыта).

  5. Долгое время бытовало и противоположное по смыслу понимание роли личности в образовании как некого эталона, модели “нового человека”. Речь шла о воспитании личности “с заданными свойствами”.

  6. Личностный подход трактуется как приоритет индивидуальности в образовании в смысле альтернативы коллективно-нивелирующему воспитанию.

  7. Еще одно значение понятия “личностный подход” связывают с представлением о целостности педагогического процесса. Ориентация на личность позволяет преодолеть суммативность, функционализм в построении образовательной системы.

  8. Наконец, личностный подход - об этом значении данной категории пойдет речь далее в нашей монографии - может рассматриваться как построение особого рода педагогического процесса (со специфическими целями, содержанием, технологиями), который специально ориентирован на развитие и саморазвитие собственно личностных свойств индивида.

За каждой из этих трактовок стоит определенная модель педагогической деятельности, по своему оправданная и эффективная в той или иной социокультурной ситуации. Поэтому, вероятно, личностный подход как и сама личность - сложный, трудноуловимый предмет многих наук - не может быть сведен к одному единственному способу его понимания. В следствие этого необходима не конкуренция идей, а иная методология, ориентированная на полипарадигмальное видение проблемы, на многомерное пространство идей личностно ориентированного образования.

Полипарадигмальность не исключает при этом создания конкретных концепций образования, развивающего те или иные аспекты данной проблемы.

Своеобразным интегратором этого пространства должна выступить сама идея множественности сущностей, бытийностей, культур и укладов личности. Полипарадигмальность в этом случае означает открытость исследователя всевозможным новым видениям проблемы личности в образовании. Важно лишь при всех вариантах и трактовках этого подхода сохранить его сущностную установку, его главный критерий, который состоит в востребованности личностного (целостного, свободного) жизнепроявления человека в идеале во всех ситуациях образовательного процесса.

Что именно востребуется в этих ситуациях (личностно ориентированных!)? В самом общем виде - нетривиальное, нефункциональное бытие человека. Образовательный процесс наполняется такими задачами и видами деятельности, выполнение которых вне актуализации целостных, жизненно-смысловых функций человека невозможно.

Гуманистическую традицию — стремление к возвышению человека, наиболее полному воплощению в нем человеческой сущности — было бы несправедливо считать явлением педагогической мысли лишь нашего времени. По сути, даже в самые мрачные периоды человеческой истории педагогика была одной из сфер познания и практики, в которой, несмотря на противоборство различных научных школ, а чаще — собственно педагогического и государственно-доктринального начал, не угасал столь характерный для подлинной педагогики гуманистический идеал воспитания.

Но поскольку авторитет гуманизма был всегда высок и в политике, и в идеологии, и в любых сферах практической деятельности и гуманистические лозунги нещадно эксплуатировались в самых различных конъюнктурных целях, то возникла необходимость в том, чтобы не только еще раз объявить о “гуманизме” очередного “подхода”, но и обстоятельно разобраться с педагогической природой этого явления и сформулировать не обыденно-интуитивные, а научные критерии гуманизации образования. Для этого необходимо преодолеть синдром “уникальности” наших педагогических идей как “революционных”, “единственно верных” и т. п. и обратиться к истокам гуманизма в произведениях мыслителей прошлого.

Личностный подход в образовании преемственно связан с гуманистической традицией в педагогике, которая своими корнями уходит в глубинные истоки человеческой культуры. В соответствующих трудах ссылаются, как правило, на Протагора (“мера всех вещей — человек”), Сократа, Платона, Аристотеля и более поздних римских мыслителей — Плутарха, Сенеку и др. Расцвет гуманизма связывают с преодолением религиозно-канонических и тоталитарных систем средневековья, когда произошел необыкновенный взлет человеческого духа, чем ознаменовалось Возрождение. В связи с этим обычно называют имена Томаса Мора, Томмазо Кампанеллы, Сирано де Бержерака, Этьена Кабе, Гильберта X. Честерона, Франсуа Рабле, Яна Коменского и др. Позднее к этой плеяде стали причислять представителей нового времени — Мишеля Монтеня, Жан-Жака Руссо, Льва Толстого.

Однако не менее стара и другая традиция, когда историки, относящие себя к “марксистам”, говоря об этих мыслителях, обязательно стремились подчеркнуть их “историческую ограниченность”, связывая это с отсутствием у них историко-формационного взгляда, “классового подхода” и т. п. Думается, что подобные оценки — это нонсенс, поскольку основаниями для них служило, как правило, несовпадение суждений классиков о человеке и целях воспитания с общепринятыми идеологическими установками.

Имеются все основания полагать, что “исторически ограниченными” оказались скорее мы, а не воззрения гуманистов, которые поистине не знают историко-временных границ. Поэтому есть смысл еще раз подумать над словами Томаса Мора об “исключительной обязанности человеколюбия и благожелательности”, которая “никогда не уносит нашей выгоды в такой мере, в какой возвращает ее”20, чтобы от собственного догматизма мы не стали еще “надменнее и самоувереннее...”21.

Еще ждет своего целостного прочтения историко-гуманистический аспект трудов великого Я. А. Коменского — “...Всесторонняя культура духа требует, чтобы все люди... были научены мудро решать дела земной жизни так, чтобы в ней по мере возможности все было надежно; учились идти путем единодушия (а не единомыслия! — В. С.), чтобы не могли расходиться друг с другом во вред себе ни на земных, ни на вечных путях и умели приводить к согласию других, разногласящих; и, наконец, были преисполнены усердия и стремления к тому, чтобы дела и поступки пребывали между собой в наибольшем согласии... Каждый, кто родился человеком... стремится существовать осмысленно, т. е. желать и избирать то, что понято как доброе...”22.

Идея о том, что цель образования проистекает не только из ограниченного историческими рамками “социального заказа”, но и является следствием познания сущности человека, развивается в трудах последующих европейских гуманистов и просветителей. “Цель воспитания .., — по определению И. Г. Песталоцци, — заключается в том, что человек сам поднимается до ощущения внутреннего достоинства своей природы...”23.

В отечественной педагогике гуманистическая традиция представлена в работах представителей практически всех исторических эпох. “Что такое человек?.., — вопрошает Владимир Мономах в своем знаменитом “Поучении”. — Как разнообразны человеческие лица..., но каждый имеет свой облик лица...”24.

Не останавливаясь на классических работах К. Д. Ушинского, Л. Н. Толстого и более поздних С. Т. Шацкого, В. А. Сухомлинского, отметим несколько любопытных для сегодняшних педагогических и политических дискуссий идей П. Ф. Каптерева. Школа, по его мнению, не выполнит свою гуманистическую функцию без адекватного преобразования всей социальной среды. “В обществе же некультурном, бедном умственными интересами, не ценящем знания, несостоятельном и экономически... учащийся и школьную науку будет ценить низко и относиться к ней равнодушно, а то и с оттенком презрения”25.

Подлинно научная педагогика, — полагал П. Ф. Каптерев, — не может быть служанкой государственно-политической системы, а выступает как защитница интересов человека. В этом социальная функция данной сферы науки и практики. “...Есть разница во взглядах на образование, государственном и педагогическом. Заботясь об образовании, государство имеет в виду граждан определенного государства (или социально-политической системы, которую оно призвано охранять! —В. С.), а педагогика — прежде всего граждан мира, т. е. людей, и их общее гуманитарное развитие. Педагогическое дело есть дело совести, разностороннего духовного обогащения личности, а государство следит и может следить лишь за внешним порядком... Сильная своим положением государственная педагогика считает для себя возможным творить учебное дело независимо от тех живых сил, которые вели бы его гораздо лучше, если бы были призваны к самостоятельному в нем участию”26.

И еще одно его замечательное высказывание: “Общество, понимаемое как ассоциация родителей, заинтересовано, прежде всего, не государственными видами на образование..., а своими детьми, их развитием, их здоровьем, их бодрым и веселым настроением... Поэтому общество есть защитник общего гуманного образования детей...”27, тогда как в образовании функциональном, специализированном заинтересовано государство или любой другой социальный надличностно-ролевой механизм, для которого человек лишь проводник определенных функций.

Современная социальная ситуация побуждает к новому гуманистическому прочтению трудов классиков марксизма. Безусловно истинной остается их мысль о том, что “самоотчуждение” духа “может быть объяснено только саморазорванностью и самопротиворечивостью” его земной основы28. Маркс, как известно, связывал утверждение “реального гуманизма” с преодолением отчуждения человека от собственности, общества, культуры. Не вызывает в общем-то сомнения и путь к этому — переустройство общества, во всяком случае, его всесторонний прогресс, относительно которого нет и, по-видимому, не может быть единой модели, готового раз и навсегда плана.

Пытаясь действовать в направлении гуманизации социальной действительности по исключающей всякие сомнения схеме, мы в недалеком прошлом брали за основу какую-то одну сторону человеческого бытия — экономическую, классовую, идеологическую и др., забывая положение того же К. Маркса о сущности человека как “совокупности всех общественных отношений” и многообразии путей его социального прогресса. Попытка взять за основу воспитания некую “единственно верную” модель антигуманна, как бы привлекательна она ни была. Здесь уместно вспомнить Ж.-Ж. Руссо: “Так как противоположное всякому ложному положению есть истина, то число истин так же неисчерпаемо, как и число заблуждений”29. Еще более ярко эта мысль выражена в известном гегелевском афоризме: “Трагедия истории состоит не в борьбе правды против лжи, а в борьбе многих правд...”.

Не исследовав гуманистическую традицию, “единое древо” в педагогике, мы рискуем не увидеть ее качественно нового развития на исходе нашего столетия.

Синтез парадигм личностного подхода как раз и может обеспечить ”прорыв” к качественно новым системам и технологиям образования, гармонически соединяющим функциональное и личностное развитие воспитанников.

Центральным понятием концепции личностно ориентированного образования является само понятие личности. Педагогическая теория естественно стремится рассмотреть и личность как педагогический объект, т.е. как определенный вид опыта индивида, который, как и всякий другой опыт, может осваиваться, формироваться, включаться в содержание образования, обретать деятельностно-процессуальную форму. При этом, что особенно важно для педагогической теории образования личности, должна быть выяснена специфика личностного опыта по сравнению с опытом когнитивным, процессуальным и проч. Только уяснив в чем состоит специфический опыт быть личностью, мы может вести речь о педагогических условиях становления этого опыта, в выяснении природы и специфических форм существования личностного опыта человека педагогика необходимо идет на союз со всеми науками, изучающими личность.

Логика дальнейших наших исследований была подсказана самой задачей: если нас интересуют пути и способы актуализации и развития личностного опыта индивида, то необходимо выяснить роль, назначение, функции личностного опыта и личности вообще в жизнедеятельности индивида. Подобно тому, как если бы речь шла о формировании каких-то предметных знаний, то возник бы вопрос о роли, функции этих знаний в решении каких-либо жизненно важных для индивида задач.

В чем же состоят функции личности, личностного опыта в жизнедеятельности человека?

Феномен быть личностью представляет собой особую форму социального бытия человека, его ориентировки в социуме, своеобразную “приспособительную” реакцию на специфические условия жизнедеятельности человека. Отношения личности с социумом - исторически переменчивы и драматичны. Однако как бы социум не “подавлял” личность, он в конечном счете заинтересован в ее генезисе.

Интерес к образованию, признающему личность, ее свободное творческое развитие выше политических, идеологических и др. ценностей, естествен для общества, “уставшего” от бесконечных пренебрежений человеком, его сегодняшней жизнью ради мифических моделей будущего, государственных, партийных и прочих идеалов. Отношение к личности в образовательной практике соответствует господствующей в обществе парадигме: личность и поныне рассматривается как то, что нужно “активизировать”, “направить на выполнение планов и программ”. Личность в образовании, как и в обществе в целом, пока еще выполняет роль средства. Субъектность, смыслотворчество, критичность и др. собственно личностные качества пока еще не рассматриваются как самоценность. Приоритетом оказывается не личность, а то, что от нее можно получить, — выполнение определенных социальных функций, реализация моделей поведения.

Идея личностно ориентированного образования, как и другие, существует в современном педагогическом сознании на двух уровнях —обыденном и научном. К первому, не принижая его значимость, можно отнести распространенное в сознании педагогов представление о личностном подходе в образовании как об этико-гуманистическом феномене, связанное с идеями уважения личности ребенка, партнерства, сотрудничества, диалога, индивидуализации образования. Что касается научного представления о личностно ориентированном образовании, то оно имеет разную концептуально-понятийную структуру в зависимости от того, в рамках предмета какой науки эта концепция рассматривается.

Философия образования исследует подход посредством категории субъекта, свободы, саморазвития, целостности, диалога, игры как форм самопроявления личности. Личностно ориентированное образование, с этой точки зрения, противостоит редукции целостного человека к отдельным “частям” его бытия — прагматизму, вещизму, функциональному развитию свойств личности, значимых для каких-либо утилитарных целей (Г.С.Батищев, В.Е.Кемеров, М.Полани, Н.Б.Сигов, В.Н.Шердаков, Р.Эванс).

С позиций психологии концепция личностно ориентированного образования обогащается представлениями о функциях личности в жизнедеятельности человека, о специфической природе личностного уровня человеческой психики, о смысловой сфере, рефлексии, переживании и диалоге как механизмах образования личностного опыта (Л.И.Анцеферова, Гонсалес Рей, В.В.Давыдов, Г.А.Ковалев, Д.А.Леонтьев, А.В.Петровский, И.Н.Семенов, С.Ю.Степанов, В.В.Столин, А.А.Тюков и др.).

В нашем исследовании личностный подход рассматривается в рамках предмета дидактики посредством категорий цели и содержания образования, методов обучения и входящих в их состав конкретных технологий, деятельностей преподавания и учения, критериев эффективности образовательного процесса. Концепция личностно ориентированного образования, выявляя новое содержание этих категорий, задает тем самым регулятивы преобразования педагогического сознания и практики.

Развиваемая нами концепция личностно ориентированного образования опирается на фундаментальные дидактические исследования, посвященные природе педагогического знания (В.В. Краевский), целостности образовательного процесса (В.С. Ильин, И.Я.Лернер, М.Н. Скаткин), личностно развивающим функциям обучения (Е.В. Бондаревская, Н.В.Бочкина, 3.И.Васильева, В.В.Горшкова. Т.Н.Малькова, А.П.Тряпицына), специфической природе педагогической деятельности (В.Н.Загвязинский, И.А.Колесникова. В.А.Сластенин). Теоретическое назначение концепции личностно ориентированного образования видится нам в раскрытии природы и условий реализации личностно развивающих функций образовательного процесса, что неотделимо от более глубокого и целостного понимания его сущности. Практическая ценность этой концепции состоит в разработке регулятивов для практики образования, которая должна быть в известной степени альтернативна традиционному обучению, редуцирующему развитие личности к формированию когнитивно-операционного опыта.

Исходным пунктом развиваемой концепции являются представления о личности как о цели и факторе образовательного опыта во время обучения.

В учебном процессе, как привычно повторяется в педагогических трактатах и объяснительных записках к программам, формируются знания, умения, личность учащихся... Однако простым знаком препинания нельзя отделить столь далеко стоящие стороны образовательного процесса. Утверждать, что “личность формируется”, можно лишь с большой долей условности, ибо она в такой же мере формируется, в какой и противостоит всякому “формированию”. Личностное начало в ребенке, зарождаясь еще в раннем детстве, нарушает линейность, программируемость образовательного процесса, придавая ему черты избирательности, саморазвития, целостности, опосредованности. Образование, ориентированное на развитие личности, достигает своих целей в такой степени, в какой создает ситуацию востребованности личности, ее сил саморазвития. Отечественный и зарубежный опыт уже неоднократно убеждал, что попытка формировать личность по установленной модели, пропуская учеников “стройными рядами” через систему образования, может дать лишь образовательные и социальные суррогаты.

Личностно ориентированное образование — это не формирование личности с заданными свойствами, а создание условий для полноценного проявления и соответственно развития личностных функций субъектов образовательного процесса. Как при этом соблюсти необходимую меру, равновесность между социально-этической необходимостью и свободой развития, без чего не может быть подлинно личностного начала в человеке, не вернуться к уже показавшим свою несостоятельность тоталитарным “моделям личности” или “свободному воспитанию”? Этот вопрос был одним из центральных в ходе проводимого нами многолетнего исследования.

Опираясь на отечественные и зарубежные концепции личности, мы исходили из того, что собственно личностные функции обучаемого “включаются” в образовательный процесс в том случае, когда когнитивная ориентировка уже не может обеспечить адекватную позицию ученика в структуре учебной ситуации. Личностные функции —это в данном случае не характерологические качества ее (последние, кроме некоторых так называемых общечеловеческих, у людей могут и должны быть разными), а те проявления человека, которые и реализуют феномен “быть личностью”. В качестве таковых функций могут быть выделены мотивирующая (принятие и обоснование деятельности), опосредующая (по отношению к внешним воздействиям и внутренним импульсам поведения), коллизийная (видение скрытых противоречий действительности) , критическая (в отношении предлагаемых извне ценностей и норм), рефлексивная, смыслотворческая, ориентирующая (построение личностной картины мира — индивидуального мировоззрения), функция обеспечения автономности и устойчивости внутреннего мира, творчески преобразующая, самореализующая (стремление к признанию своего образа “Я” окружающими), обеспечения уровня духовности в соответствии с притязаниями (предотвращение редукции жизнедеятельности к утилитарным целям).

Полнота этих функций, их представленность в деятельности субъектов учебного процесса являются мерилом того, что образовательный процесс достиг личностного уровня своего функционирования. Представление о личностных функциях позволяет перейти к одному из фундаментальных аспектов концепции личностно ориентированного образования — вопросу о природе того опыта, усвоение которого и означает в собственном смысле слова развитие личности. О наличии особого личностного опыта в структуре содержания образования идет речь во многих дидактических концепциях. И. Я. Лернер и М. Н. Скаткин говорят об опыте эмоционально-ценностного отношения к миру; В. С. Леднев — об опыте ценностно-ориентационной деятельности и др. Другое дело, что этот аспект содержания образования оказался менее всего разработан. Практически не обоснована его процессуально-методическая характеристика (технологии).

В отличие от опыта когнитивного, который из предметной формы переводится в форму совместной деятельности педагога и воспитанников, посредством чего и усваивается, опыт личностный изначально никакой другой формы, кроме деятельностной, не имеет. Личностная сторона любой деятельности — это ее субъектное начало, исследование ситуации на предмет выявления ее смысла, потребностной значимости.

Активизация личностных функций обеспечивается таким содержанием, которое способно поколебать целостность личностного мировосприятия, иерархию смыслов, статус. Проходит сопоставление прежних и новых смыслов, их критическая ревизия. Стимулом к такого рода деятельности может быть чаще всего общение субъектов, причем, взаимореферентных, взаимозначимых друг для друга.

Переживание как способ существования личностного опыта предполагает и адекватные ему субъект-субъектные формы учебного взаимодействия: общение-диалог, игровое мыследействие, рефлексию, смыслотворчество. Учебная задача решается на личностном уровне, когда переживается как жизненная проблема, что, в свою очередь, мобилизует и, соответственно, развивает мощные структуры интеллекта. Нет, однако, нужды доказывать, что и содержание образования, и способ его задания, и форма функционирования в реальном учебном процессе в том виде, как они существуют сегодня, мало соответствуют механизмам личностного развития. А потому личностно-развивающая функция больше декларируется, чем реально выполняется существующим учебным процессом.

Хотя представление о механизмах личностного развития играет важную роль при построении личностно развивающих компонентов содержания образования, оно не единственный ориентир при отборе и композиции такого содержания. В соответствии с пониманием предмета дидактики (В. В. Краевский, И. Я. Лернер) другим, не менее значимым регулятивом построения содержания является представление о цели образования. Принятие личностной парадигмы существенно меняет понимание феномена цели. Традиционно она представлялась как некоторая модель личности, выражающая заказ социума и имеющая форму “стандартов” образованности и поведения.

Такое понимание цели, какой бы возвышенной она ни была по содержанию, противоречит личностной парадигме образования, поскольку личность по своей сути не терпит изначальной заданности.

Самые совершенные ценности человеческого рода должны как бы заново родиться в ее опыте, иначе они просто не могут быть адекватно присвоены, т. е. обрести личностный смысл. Цели деятельности, в том числе и образовательной, вторичны по отношению к ее мотивации, а значит, и не могут определяться вне мотивов и намерений самой личности.

В какой степени личность обучающегося может участвовать в определении целей, содержания своего образования? Очевидно, в такой, в какой предполагается образование именно личности, а не каких-то функционально деятельностных компонентов индивида, “стандарт” которых в каждую историческую эпоху задается социумом. Личностно то, что изначально самоопределяется человеком, выстраивается как его собственный мир. Оптимально, следовательно, образование, предполагающее гармонию государственных стандартов и личностного саморазвивающегося начала. Отход от этой гармонии ведет к крайностям тоталитарной государственности или педоцентризма в системе образования.

Мысль о необходимости включения в содержание, кроме задаваемых извне стандартных компонентов, еще и эмоционально ценностных, личностных элементов, которые неотрывны от самого процесса обучения с присущим ему межсубъектным общением, уже имеется в различных концепциях образования (В. С. Ильин, М. С. Каган, И. Я. Лернер и др.). Развивая это положение, мы исходим из следующего: целостное, реально предстающее перед субъектом содержание образования складывается из дидактически переработанного социально-культурного опыта, существующего до и независимо от процесса обучения, в виде учебно-программных материалов (“образовательный стандарт”) и личностного опыта, приобретаемого на основе субъект-субъектного общения и обусловленных им личностных ситуаций, протекающих в форме переживания, смыслотворчества, саморазвития.

Личностный компонент содержания образования нельзя представить в обычной программно-инструктивной форме. Личностно ориентированное содержание может быть задано лишь на основе моделей ситуаций, которые актуализируют в учебно-воспитательном процессе коллизии, требующие проявления личностных функций обучаемого. В этом специфическая особенность личностно ориентированного содержания: оно не может задаваться в отрыве от процессуальной формы его существования. Всякая ценность будет иметь значимость для субъектов образовательного процесса лишь через представление ее в виде задачи-коллизии, требующей сопоставления этой ценности с другими ценностями; в форме диалога, предполагающего исследование ее смысла; через имитацию жизненной ситуации, позволяющей апробировать эту ценность в действии и общении с другими людьми, сравнить с другими ценностями.

Задача технологизации педагогической деятельности, будучи сложной сама по себе в силу известной субъект-субъектной природы педагогического процесса, многократно усложняется, когда речь идет о развитии личностной функции обучаемого. Имеющийся в теории и практике опыт создания технологий, ориентированных на развитие когнитивных структур, в данном случае не может быть непосредственно использован.

Логико-гностические структуры имеют аналог в предметном мире и могут моделироваться и осваиваться через соответствующую предметную деятельность. Этим объясняется высокая эффективность технологий обучения, основанных на концепциях формирования умственных действий (П.Я.Гальперин), “содержательной абстракции” (В. В. Давыдов) и др. Образование на личностном уровне — это смысловое, субъектное восприятие реальности, и никакая предметная деятельность не гарантирует образование “требуемого” смысла. Поэтому говорить о технологиях воздействия на личность можно лишь с высокой долей условности, подразумевая, что личность всегда выступает действующим лицом, соучастником, а то и инициатором любого процесса своего образования.

Основной процессуальной характеристикой личностно ориентированного образования является учебная ситуация, которая актуализирует, делает востребованными личностные функции обучаемых. Конструирование такой ситуации, как показали наши исследования, предлагает реализацию трех основных условий: представление элементов содержания образования в виде разноуровневых личностно ориентированных задач (“технология задачного подхода”); усвоение содержания в условиях диалога как особой дидактико-коммуникативной среды, обеспечивающей субьектно-смысловое общение, рефлексию, самореализацию личности (“технология учебного диалога”); имитация социально-ролевых и пространственно-временных условий, востребующих от воспитанника проявления личностных функций в условиях внутренней конфликтности, коллизийности, состязания (“технология имитационных игр”).

Хотя представление о механизмах личностного развития играет важную роль при построении личностно развивающих компонентов содержания образования, оно не единственный ориентир при отборе и композиции такого содержания. В соответствии с пониманием предмета дидактики (В. В. Краевский, И. Я. Лернер) другим, не менее значимым регулятивом построения содержания является представление о цели образования. Принятие личностной парадигмы существенно меняет понимание феномена цели. Традиционно она представлялась как некоторая модель личности, выражающая заказ социума и имеющая форму “стандартов” образованности и поведения.

Такое понимание цели, какой бы возвышенной она ни была по содержанию, противоречит личностной парадигме образования, поскольку личность по своей сути не терпит изначальной заданности. Самые совершенные ценности человеческого рода должны как бы заново родиться в ее опыте, иначе они просто не могут быть адекватно присвоены, т. е. обрести личностный смысл. Цели деятельности, в том числе и образовательной, вторичны по отношению к ее мотивации, а значит, и не могут определяться вне мотивов и намерений самой личности.

В какой степени личность обучающегося может участвовать в определении целей, содержания своего образования? Очевидно, в такой, в какой предполагается образование именно личности, а не каких-то функционально-деятельностных компонентов индивида, “стандарт” которых в каждую историческую эпоху задается социумом. Личностно то, что изначально самоопределяется человеком, выстраивается как его собственный мир. Оптимально, следовательно, образование, предполагающее гармонию государственных стандартов и личностного саморазвивающегося начала. Отход от этой гармонии ведет к крайностям тоталитарной государственности или педоцентризма в системе образования.

Мысль о необходимости включения в содержание, кроме задаваемых извне стандартных компонентов, еще и эмоционально ценностных, личностных элементов, которые неотрывны от самого процесса обучения с присущим ему межсубъектным общением, уже имеется в различных концепциях образования (В. С. Ильин, М. С. Каган, И. Я. Лернер и др.). Развивая это положение, мы исходим из следующего: целостное, реально предстающее перед субъектом содержание образования складывается из дидактически переработанного социально-культурного опыта, существующего до и независимо от процесса обучения, в виде учебно-программных материалов (“образовательный стандарт”) и личностного опыта, приобретаемого на основе субъект-субъектного общения и обусловленных им личностных ситуаций, протекающих в форме переживания, смыслотворчества, саморазвития.

Личностный компонент содержания образования нельзя представить в обычной программно-инструктивной форме. Личностно ориентированное содержание может быть задано лишь на основе моделей ситуаций, которые актуализируют в учебно-воспитательном процессе коллизии, требующие проявления личностных функций обучаемого. В этом специфическая особенность личностно ориентированного содержания: оно не может задаваться в отрыве от процессуальной формы его существования. Всякая ценность будет иметь значимость для субъектов образовательного процесса лишь через представление ее в виде задачи-коллизии, требующей сопоставления этой ценности с другими ценностями; в форме диалога, предполагающего исследование ее смысла; через имитацию жизненной ситуации, позволяющей апробировать эту ценность в действии и общении с другими людьми, сравнить с другими ценностями.

Задача технологизации педагогической деятельности, будучи сложной сама по себе в силу известной субъект-субъектной природы педагогического процесса, многократно усложняется, когда речь идет о развитии личностной функции обучаемого. Имеющийся в теории и практике опыт создания технологий, ориентированных на развитие когнитивных структур, в данном случае не может быть непосредственно использован.

Логико-гностические структуры имеют аналог в предметном мире и могут моделироваться и осваиваться через соответствующую предметную деятельность. Этим объясняется высокая эффективность технологий обучения, основанных на концепциях формирования умственных действий (П.Я.Гальперин), “содержательной абстракции” (В. В. Давыдов) и др. Образование на личностном уровне — это смысловое, субъектное восприятие реальности, и никакая предметная деятельность не гарантирует образование “требуемого” смысла. Поэтому говорить о технологиях воздействия на личность можно лишь с высокой долей условности, подразумевая, что личность всегда выступает действующим лицом, соучастником, а то и инициатором любого процесса своего образования.

Основной процессуальной характеристикой личностно ориентированного образования является учебная ситуация, которая актуализирует, делает востребованными личностные функции обучаемых. Конструирование такой ситуации, как показали наши исследования, предлагает использование трех базовых технологий: представление элементов содержания образования в виде разноуровневых личностно ориентированных задач (“технология задачного подхода”); усвоение содержания в условиях диалога как особой дидактико-коммуникативной среды, обеспечивающей субъектно-смысловое общение, рефлексию, самореализацию личности (“технология учебного диалога”); имитация социально-ролевых и пространственно-временных условий, обеспечивающих реализацию личностных функций в условиях внутренней конфликтности, коллизийности, состязания (“технология имитационных игр”).

Триада “задача — диалог — игра” раскрывает основания своеобразного «технологического комплекса» личностно ориентированного обучения.

Программа исследований в рамках концепций личностно ориентированного образования включает несколько направлений:

— методологические регулятивы построения теории и практики личностно ориентированного образования;

— исторические предпосылки концепции личностно ориентированного обучения;

— международный опыт построения систем и технологий личностно развивающего образования, их сравнительно-педагогический анализ;

— источники и процедуры педагогического целеполагания в условиях личностно ориентированных образовательных систем;

— отбор и композиция содержания образования с позиции личностного подхода;

— технологии личностно ориентированного обучения;

— подготовка педагогических кадров и руководителей образовательных учреждений к реализации личностного подхода в педагогической и управленческой деятельности.

В последующих главах монографии представлена конкретная разработка изложенных здесь отправных положений концепции личностного подхода в образовании.

Можно предположить, что появление личности связано с таким этапом развития человека, когда “мир человека” становится невозможным редуцировать лишь к предметной, вещно-утилитарной сфере, когда в структуре бытия человека особую роль обретает надпредметная деятельность - поиск и образование смыслов как отдельных действий, так и жизнедеятельности в целом.

Многообразие функций личности, о чем мы уже писали30, можно упорядочить (условно конечно), сведя их к трем базовым. Первой среди таковых мы предположительно считаем функцию ответственности как фундаментальную личностную характеристику. Ответственность за что? - За все. И чем выше эта переживаемая личностью сфера ответственности, тем более развита личность. Ответственность перед кем? - Перед всем и всеми. Причем эта личностная ответственность в отличие от различных социально нормированных ее проявлений носит подлинно нравственный характер. К этой области личностных функций нами отнесены функции нравственного выбора, мотивационного обоснования жизнедеятельности и др.

Далее идет спектр функций, который мы условно определили как самореализацию. Сюда могут быть отнесены функции творчества, свободы, индивидуальности, самостоятельности, состязательности с различными жизненными препятствиями, обеспечения духовного уровня туры.жизнедеятельности, несводимости ее к вещизму, к повседневности.

И наконец группа – рефлексивные функции личности, обеспечивающих ее смыслопоисковую деятельность, развитие “Я”- образа, автономность целеобразования.

Не трудно увидеть, что эти основополагающие личностные характеристики человека предполагают и некие базовые характеристики педагогических средств, обеспечивающих их развитие: так ситуация, обеспечивающая ответственность должна обладать некоторой контекстуальностью по отношению к внутреннему миру личности; для самореализации необходимо создание условий игры с присущими ей свободой и состязательностью; рефлексивная функция востребуется и развивается в условиях диалога - взаимодействия личности с открывающимся перед ней миром культуры.

Обратимся к современному состоянию теории личностно ориентированного (личностно развивающего) образования.

Предметную область этой теории составляет педагогический процесс, обусловливающий становление собственно личностных свойств индивида. Возникает далеко не праздный вопрос, существует ли этот процесс в действительности?

Конечно, в чистом виде отделить этот процесс от других нельзя, однако нет никаких оснований сомневаться в его объективном существовании. Надо сказать, что педагогическая наука и практика долгое время занималась, если так это можно назвать, “виртуальными реальностями”, т.е. тем, что существовало не в действительности, а на бумаге, в отчетах, в идеологизированном воображении авторов. К таковым феноменам можно было бы отнести, скажем, “правовое воспитание”, или “экономическое”, или “риторическое” и т.п. Как правило, накануне очередной проверки по каждому из этих направлений воспитания, проводились показные мероприятия, готовились стенды, всевозможные планы, отчеты и др. И даже писались диссертации. Однако существовало ли такое воспитание на самом деле? Имел ли место соответствующий процесс в реальности? Можно было усомниться.

И в этом смысле единственная педагогическая реальность, которая не вызывает ни малейшего сомнения, - это становление ребенка личностью. Это - действительно неумолимая реальность, которая самоосуществляется подчас вопреки нашим намерениям и проводимой образовательно-воспитательной деятельности.

Итак, наше первое исходное методологическое положение: личностно-развивающий педагогический процесс - это объективный педагогический феномен, который органически встроен во все другие педагогические процессы.

При разработке понятийного аппарата теории личностно ориентированного образования мы исходили из того, что традиционные педагогические понятия должны развиваться, именно развиваться, а не заменяться другими, более модными. Наводнивший педагогику понятийный аппарат смежных наук (“социокультура”, “гуманитарная система”, “педагогическое пространство”, “саморазвитие” и т.п.) несомненно выявляют новые грани педагогической реальности, однако они не могут удовлетворить тем главным ожиданиям от педагогической науки, т.е. выполнить организующую роль по отношению к деятельности учителя. И как бы далеко мы не проникли в “целостность” или “синергетику” педагогических явлений, мы все равно должны будем вернуться к сущностным характеристикам педагогической деятельности, раскрываемым понятиями цели, содержания и метода. Любые методологические экскурсы оправданы лишь в той мере, в какой они развивают наши представления о целевых, содержательных и процессуально-методических аспектах педагогического процесса. Сколько бы мы не говорили о “педагогическом взаимодействии”, о ”пространстве культуры”, субъектности и саморазвитии и т.п., учитель должен знать цель своей деятельности, содержание опыта, который он будет передавать своим воспитанникам, иметь представление о методе (технологии), с помощью которой это можно будет сделать.

Стремление искусственно усложнить понятийный аппарат педагогики, придать ему наукоподобие совершенно не оправдано. “Нет “простых” наук. Каждая пользуется абстракциями и накапливает запас собственных понятий и категорий, значение которых отличается от того, которое соответствующие слова могут иметь в житейском языке”31.

Если попытаться выразить основную идею личностно ориентированного образования через собственно педагогический понятийный аппарат, то необходимо в первую очередь представить цель такого образования. Эта цель в данном случае не задает перечень “социально полезных” свойств личности, а фиксирует внимание на самом факте собственно личностного развития индивида. Цель - личность, а не то, что от нее можно получить.

В соответствие с этим в содержание образования входит новый вид опыта - опыт быть личностью, личностный опыт. Это опыт выполнения личностных функций, содержание которых может быть представлено по-разному, в зависимости от того, какое представление о природе личности имеет проектировщик такого образования. В самом общем виде - это опыт осмысленного и рефлексируемого поведения в мире. Рассмотрение личностного опыта как качественно своеобразного структурного компонента содержания образования предпринято в диссертации П.В.Зеленцовой, выполненной под нашим руководством. “Специфика личностного опыта как компонента в содержании образования заключается в том, что он одновременно имеет и содержательный (“строительный материал” личностных функций, свойств индивида) и процессуальный (смена переживаний, субъектная активность обучаемого) аспекты. Личностный опыт относительно автономен по отношению к предметному содержанию учебных дисциплин. Он характеризуется специфическими способами освоения, предполагающими вхождение субъекта в личностно развивающую образовательную ситуацию, и смыслообразующей ролью по отношению к другим компонентам содержания образования.”32 Личностный опыт как компонент содержания образования отмечен определенным своеобразием. Он не может задаваться с помощью традиционных программно-методических средств, а существует лишь в форме межсубъектного. Состав и структура этого опыта не продиктованы всецело материалом изучаемого предмета, а обусловлены внутренними коллизиями личностного развития субъектов учебного процесса. Овладение этим опытом выражается не в предметных знаниях и умениях, а имеет форму личностных мировоззренческих диспозиций, ценностных ориентаций в известной мере выстраданных личностью жизненных смыслов, ставших неотъемлемой сутью ее Я-концепции. Личностный опыт в отличие от когнитивного, операционального и т.п. не просто опосредуется другой личностью (личностью педагога), а интегрируется и определяется взаимодействием личностей. Это - можно сказать - опыт презентации себя в другом и включения другого в свое Я-бытие. Личностный опыт выступает для формирующегося субъекта как структура жизненных смыслов, своего рода правил самоорганизации своего внутреннего мира.

Наконец, встает вопрос о технологиях педагогической деятельности, обеспечивающей становление личностных функций индивида. Развитие личности как и всякое психическое развитие (ниже мы, правда, отметим, что развитие личности не сводится всецело лишь к области психологии), предполагает востребованность и проявление того, что развивается, т.е. личности. Суть же собственно педагогической технологии в данном случае состоит в том, чтобы обеспечить создание ситуаций, обеспечивающих эту востребованность личностных проявлений человека. Проблемам методологии поиска личностно ориентированных образовательных технологий и разработке конкретных техник создания личностно-развивающих образовательных и воспитательных ситуаций посвящены многие исследования, выполненные в нашей лаборатории (С.В.Белова, В.И.Данильчук, Е.А.Крюкова, В.В.Зайцев, Т.И.Чечет, Б.Б.Ярмахов и др.).

В основе традиционных образовательных технологий лежит включение учащегося в определенную предметную деятельность, характеризующуюся специальными свойствами, внутренней организацией, благодаря которым выполняюший ее субъект овладевает заранее заданным опытом. Такой многократно проверенный в практике предметно-деятельностный подход к разработке образовательных технологий, прекрасно зарекомендовавший себя при проектировании когнитивных аспектов образования, в плане личностно ориентированного образования оказался не вполне приемлемым, так как в данном случае речь шла о формировании не предметно-когнитивных, а смысловых отношений субъекта. Создать, запрограммировать смысл заранее, до того, как проблема попадет в реальное смысловое поле субъекта, невозможно. Педагогика, привыкшая “учить”, “развивать”, “приобщать”, “стимулировать” и т.п. наталкивается здесь на ограниченность своих возможностей “влиять” на личность.

В этом бессилии педагогики в действительности ее сила. Невозможность манипулировать личностью составляет основу культуры, человеческой цивилизации. Такая постоянно имеющаяся, по крайне мере потенциально, возможность воздействовать на психические процессы обучаемого, эксплицировать их, канализировать в “требуемое” русло - характерная черта ”знаниевой” педагогики. Суть личностно ориентированной педагогики - создать условия, шанс, пространство выбора и, следовательно, проявления и развития личности.

В чем состоят эти условия?

Первым среди таковых является представление о содержании личностного развития индивида. Развитие личности - это развитие в первую очередь ее атрибутивных функций: избирательности, осмысления деятельности, произвольности, креативности, рефлексивности, ответственности, автономности. В понятие развития личности следует вероятно включить развитие содержания ее духовной сферы - мировоззренческих, нравственных, эстетических и др. ценностей в форме мотивов, установок и способностей.

К сфере развития личности можно, по-видимому, отнести также деятельностно-поведенческое развитие личности - становление ее привычек, опыта, стиля и манеры презентации своего “Я”. Наконец, понятие развития личности включает и становление ее социального, коммуникативного пространства - сферы отношений, круга общения, собственного микросоциума. Наконец, развитие личности - это становление ее индивидуальности.

Главный фактор личностного развития связан с востребованностью личностного начала индивида социумом, логикой деятельности, самопроектированием.

Переход к новой личностной парадигме - ведущая тенденция современного образования и в целом педагогического сознания общества в конце ХХ - го столетия. Имеются все основания полагать, что знаниево-просветительская парадигма, господствовавшая в образовании на протяжении многих веков, исчерпала свои возможности. Во-первых, объем знаний даже для самой общей ориентировки в нем стал почти непостижимым! Во-вторых, стало ясно, что функция образования далеко не сводится к знаниевому насыщению человека. Жизненная практика уже не раз убедительно показала, что широта и энциклопедичность познания поразительно уживаются с «недообразованностью» человека в собственно человеческом аспекте.

Речь, разумеется, идет не о “вреде” знаний, а об ограниченности знаниевой парадигмы как стиля мышления. Знание же как таковое - безусловно - универсальный критерий образованности, поскольку даже личностный опыт индивида и другие продукты его рефлексии в конечном счете имеют форму знания, только может быть с несколько иными свойствами.

Переход к личностной парадигме - закономерный итог развития образовательного мышления человека: на смену поверхностно-предметному освоению мира приходит глубинно-смысловое постижение мироздания человеком как субъектом космосогенеза.33

“Зачем нам знания - вопрошает известный педагог Ш.Амонашвили - без личностной страсти творить ими добро, а не зло для людей, делиться ими с другими, приносить облегчение людям?..”

Стремительный (почти катастрофический!) рост знаний вызвал бурное развитие методологии образовательных проектов. Отсюда - стандартизация, модульность, технологизация обучения!... В этом смысле знаниевая педагогика всегда будет обслуживать предметную ориентировку и практическую деятельность человека. Однако смена парадигмы, при которой знания считались единственным продуктом образования, неизбежна. Традиционная педагогика ориентировалась не на развитие субъекта образования, а на достижение им определенного знаниевого стандарта.

Знание в структуре традиционного образования, как правило, абстрагировалось от того социокультурного контекста, в котором оно добывалось. Перефразируя известную христианскую заповедь, можно сказать, что не о знании едином жив человек. К примеру, знакомясь с современным естествознанием, он должен пережить драматическую судьбу физики, молекулярной биологии последнего столетия и др. наук. Коллизии их развития являют столкновения разума и природы, духа и косной материи, науки и нравственности, свободомыслия и гонений в условиях тоталитарных режимом, постижения общекосмических законов и поиска смысла их познания для самого человека. В гуманитаризации нуждается собственно не наука, а сам человек. В руках технократа и Достоевский будет косным бездушным предметом.

Поворот образования к личности обусловлен общим кризисом технократической цивилизации. Личностная парадигма противостоит централизму и единообразию в образовании; экстенсивному росту объема знаний и при сокращении “пространства” осмысления и рефлексии; приданию учебному процессу внешних гуманитарных форм без изменения существа деятельности субъекта учения. Кризис технократизма приводит к осознанию отправной ценности образования, каковой является абсолютная ценность личности, вне зависимости от ее функциональной значимости, соответствия какой-либо политической или идеологической модели. Переход к личностной парадигме не означает отказа от знаниевого образования. Последнее лишь становится частью целого - образования личности.

При построении такой образовательной системы уже не может быть применена традиционная системо-техническая методология. Последняя “оказалась неспособной к решению проблемы конфигурирования описаний различных детерминант человеческого поведения и его организации в различных планах: культурном, ценностном, профессиональном и т.п.”34

Такая методология была пригодна для знаниевой педагогики, где проектировалась предметная деятельность обучаемого, ведущая к усвоению понятий, способов деятельности, творческого опыта в определенной предметной сфере. Педагогика личности ведет речь о личностном смысле. Его нельзя передать или усвоить. и тем более никакая предметная деятельность не гарантирует образования желательного нам смысла. Сама природа личности ограничивает возможность влияния на нее извне. Отсюда нужда в иной, гуманитарной методологии педагогики, в которой, как и во всякой гуманитарной сфере утверждаются и реализуются категории авторства, уникальности, субъектности участников учебного процесса, диалога культур, эстетической целостности мироздания, игры творческих сил познающего и преобразующего мир человека.

Сторонники “чистоты науки”, недопущения в нее “гуманитарных” и “художественных” средств в известной мере правы, когда ведут речь о том, что у науки и искусства различные цели и средства отображения действительности. Однако в педагогическом познании имеется одна существенная деталь: оно призвано вооружить практику целостной системой средств созидания человека, и практике по большому счету все равно, каким способом было получено данное средство - путем научного изыскаяния или художественной типизации. И тот уже бесспорный факт, что самые развернутые системно-научные описания педагогических проектов не делают их более воспроизводимыми, чем, скажем, такие творения, как “Эмиль, или воспитании” Ж.Ж.Руссо или “Педагогическая поэма” А.С.Макаренко. Это говорит о том, что традиционная логико-научная методология проектирования в педагогике страдает существенными изъянами, своеобразной неполнотой описания.

Такая методология как раз и адекватна содержанию образования, в котором личностный опыт доминирует над знаниевой компонентой, что, как известно, и соответствует природе человека.

Ориентация на личность - общая черта всех образовательных проектов нашего времени, однако это не препятствует существованию различных концепций и моделей личностно ориентированного образования: от обыденного понимания личностного подхода как этико-гуманистического принципа (уважения к воспитаннику) до всевозможных вариантов “образования в области личности”.

Суть предлагаемой нами концепции личностно ориентированного образования может быть представлена следующими положениями:

1) личность как педагогическая категория отражает специфическую сферу образования и развития человека и в этом смысле выступает как его специфическая цель;

2) подобно тому, как человек в образовательном процессе овладевает опытом применения знаний, способами решения познавательных и практических задач, творческим опытом, он должен овладеть и опытом “быть личностью”, т.е. опытом выполнения специфических личностных функций (избирательности, рефлексии, смыслоопределения, самореализации, социальной ответственности и др.). Это личностное ”функционирование” индивида не является какой-либо предметной деятельностью, выступает, скорее, как некоторая метадеятельность, как своеобразный внутренний план любой другой деятельности человека.

Создание условий, способствующих тому, чтобы при усвоении любого компонента содержания образования развивалась сфера личностных функций индивида - так в наиболее общем виде можно определить цель личностно ориентированного образования.

Всякое образование имеет свое содержание. В каком смысле можно говорить о специфическом содержании личностно ориентированного образования, если все, что осваивает человек должно войти в фонд его личности. Вместе с тем специфическим “строительным материалом” собственно личностных свойств индивида являются его переживания и психические процессы, осмысливаемые обучаемым через сопоставление их с ценностями других людей, создание в учебном общении своего рода пространства ментальности, межсубъектного поиска смысла. “Происходит своего рода проигрывания” жизненных драм, выходящих, как правило, далеко за рамки изучаемого предмета и в силу этого приближающихся к сфере подлинно значимого для личности.

Резюмируя выполненные в лаборатории исследования, можно вести речь о специфических (пока еще гипотетических!) закономерностях личностно ориентированного образования, которые мы изложим в сравнении с аналогичными характеристиками обучения традиционного, знаниево-ориентированного:

1) если при проектировании традиционного обучения предметом проектной деятельности является фрагмент содержания этого обучения и его деятельностно-процессуального обеспечения (иначе говоря, специально структурированный учебный материал и способ его усвоения составляли суть технологии образовании в широком смысле этого слова), то при личностно ориентированном образовании элементом проектирования становится не фрагмент материала, а событие в жизни личности, дающее ей целостный жизненный опыт, в котором знание - часть его.

2) Само проектирование обучения становится совместной деятельностью учителя и ученика, преподавателя и студента. Диалог выступает здесь, таким образом, не как запланированная ситуация на учебном занятии, а как способ жизнедеятельности субъектов в образовании.

3) Стирается принципиальная грань между содержательным и процессуальным аспектами обучения: процесс (диалог, поиск, игра) становится источником личностного опыта.

4) Обучение утрачивает традиционные для черты искусственности и внешней регламентации и приближается к естественной жизнедеятельности человека.

5) Соответственно и взаимодействие участников учебной деятельности утрачивает формальность и функционализм и обретает черты полноценного межличностного, межсубъектного общения. В силу этого педагог востребуется как личность, а не как функционер, поскольку его внутренний личностный мир становится частью содержания образования.

6) Текст как фрагмент приобретаемой культуры усваивается через контекст ( он изначально ориентируется на актуализация личностных смыслов, а не поверхностное воспроизведение); развитие “Я” идет через “свое другое”, через диалог; усваивается не фрагмент целостной жизнедеятельности (знания и умения!), а сама эта целостность, что предполагает по меньшей мере имитационно-игровое воспроизведение жизненных ролей и ситуаций.

Личностная парадигма не прямо воздействует на построение содержания и форм обучения. В этом смысле - это достаточно “деликатная” педагогическая теория, она касается в первую очередь внутренней организации субъектов учебного процесса и в меньшей мере влияет на строение предметно-содержательной области обучения. Так, выступая в дискуссии на IV-й Международной конференции “Физика в системе современного образования” (ФССО-97, Волгоград), мы отметили, что физика как наука исследует объективные фундаментальные свойства материи и в этом смысле ее содержание не зависит от ценностного сознания человека. Физика же как учебный предмет является частью культуры и вне человеческих смыслов не может способствовать образованию человека, достойного этой великой науки. Формулы и законы впоследствии учеником могут быть забыты, но опыт человеческих исканий и драм, который дала миру физику последнего столетия - часть общечеловеческой культуры, которая должна войти в личностный опыт каждого образованного человека. Физика, развивающая личность, - это, конечно же, не свод знаний и опытов, а определенная творческая ситуация, в которой выясняется не только что и почему, но и зачем человеку это надо? Каков смысл нашей экспансии в природу? Где граница дозволенного? За что предстоит ответить человеку как субъекту космосогенеза?

Переход к личностной парадигме связан, таким образом, с решением тончайшей дидактический задачи синтеза знаниево-стандартизированного и личностно-вариативного компонентов образования, с построением образовательной системы, по-истине, нового поколения.





оставить комментарий
страница2/17
Дата05.11.2011
Размер3,89 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17
отлично
  3
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх