Курс международного частного права. Общая часть. М., 1973. С. 11-60; Лунц Л. А; Марышева Н. И., Садиков О. Н. Международное частное право. М., 1984. С. 3-17 icon

Курс международного частного права. Общая часть. М., 1973. С. 11-60; Лунц Л. А; Марышева Н. И., Садиков О. Н. Международное частное право. М., 1984. С. 3-17



Смотрите также:
Тема Понятие, принципы и система...
Конспект лекций по международному частному праву к ю. н. Чупанов Андрей Сергеевич Тема Понятие...
Семинар I. Вопросы к семинару: Понятие и определение современного международного права...
Семинар I. Вопросы к семинару: Понятие и определение современного международного права...
Практикум по гражданскому праву часть общая...
Содержание программы курса (за 1-й год обучения) Раздел Общие положения гражданского права...
Тема № Понятие, предмет и система международного частного права...
Международное частное право в вопросах и ответах...
Контрольные вопросы для подготовки к зачёту по учебной дисциплине «Международное право»...
Брачно-семейные отношения как объект международного частного права российской федерации 12. 00...
Брачно-семейные отношения как объект международного частного права российской федерации 12. 00...
1. Понятие, п



страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   21
вернуться в начало
скачать
§ 4. ТОЛКОВАНИЕ И ПРИМЕНЕНИЕ КОЛЛИЗИОННЫХ НОРМ

1. Нашему законодательству известны как односто­ронние, так и двусторонние коллизионные нормы. Одно­сторонняя коллизионная норма указывает лишь на при­менение отечественного закона. Например, в ч. 3 ст. 169 Основ гражданского законодательства 1991 г. говорится:

«Наследование строений и другого недвижимого имуще-

^ 86

ства, находящегося в СССР, а также прав на это имуще­ство определяется по советскому праву».

Двусторонние коллизионные нормы указывают на пределы применения как отечественного, так и иностран­ного права. Примером двусторонней коллизионной нормы может служить другое правило Основ гражданского за­конодательства, которое уже приводилось: «Отношения по наследованию определяются по праву страны, где наследователь имел последнее постоянное место жи­тельства» (ч. 1 ст. 127).

Как и всякие другие граждански-правовые нормы, коллизионная норма может иметь либо императивный (обязательный), либо диспозитивный характер. В по­следнем случае стороны могут договориться об ином принципе применения права к отношениям между ними. Например, коллизионная норма ст. 10 Закона о залоге или ст. 166 Основ представляет собой диспозитивную норму. В статье говорится, что права и обязанности сто­рон по соответствующим сделкам определяются по зако­нам места их совершения — страны, где учреждено юри­дическое лицо или находится место жительства,— при отсутствии соглашения сторон. Стороны могут, напри­мер, договориться, что к сделке будет применяться пра­во страны ее исполнения или же право страны места заключения.

Диспозитивный характер имеют все коллизионные нормы, установленные ст. 166 Основ в отношении при­менения права к правам и обязанностям сторон по таким внешнеэкономическим сделкам, как договоры купли-про­дажи, имущественного найма, лицензионный договор, договоры хранения, комиссии, поручения, перевозки, транспортной экспедиции, страхования, кредитный до­говор, договор дарения, договор поручительства, договор залога.

Такой же характер имеют коллизионные нормы, подлежащие применению к договорам о производствен­ном сотрудничестве, специализации и кооперировании, выполнении строительных, монтажных и других работ по капитальному строительству. Следует обратить вни­мание на то, что этот список не является исчерпываю­щим. Однако в той же ст. 166 в отношении двух катего­рий договоров не предусмотрена возможность выбора права сторонами. В ч. 3 ст. 166 установлено следующее:

87

«К договору о создании совместного предприятия с учас­тием иностранных юридических лиц и граждан прини­мается право страны, где учреждено совместное пред­приятие». В ч. 4 этой же ст. 166 говорится, что к договору, заключенному на аукционе, в результате конкурса или на бирже, применяется право страны, где проводился аукци­он, конкурс или находится биржа. Отсюда следует сде­лать вывод, что приведенные выше коллизионные нормы носят императивный (обязательный) характер.

2. В процессе применения коллизионной нормы воз­никает проблема квалификации юридических понятий, используемых в самой формулировке коллизионной нор­мы (как объема, так и привязки). Эти понятия («доми­цилий», «форма сделки», «движимое и недвижимое иму­щество» и т. д.) не совпадают по своему содержанию в праве различных государств. Например, исковая дав­ность рассматривается во Франции, как и в подавляю­щем большинстве других государств, как понятие граж­данского права, а в Великобритании, США и Финлян­дии — как понятие процессуального права.

Если французский суд квалифицирует давность не по собственному праву, а по английскому праву (в слу­чае, когда к сделке подлежит применению английское право), то применить английские правила о сроке давно­сти он не сможет, поскольку суд вообще не применяет иностранные процессуальные законы. Господствующая доктрина западных государств исходит из того, что ква­лификация юридических понятий должна проводиться по закону суда до того, как решена проблема выбора закона, то есть до того, как применена коллизионная норма. Но если на основе коллизионной нормы должен применяться иностранный закон, то всякая цальнейшая квалификация возможна лишь на основе той правовой системы, к которой отсылает коллизионная норма. Одна­ко это правило очень часто нарушалось, особенно в тех случаях, когда буржуазный суд должен был применять право социалистических государств. Следует подчерк­нуть, что во всех случаях, когда коллизионная норйа права иностранного государства отсылает к нашему зако­ну, суд или иной орган этого государства должен приме­нять российский закон так, как он применяется в Рос­сии.

Наша доктрина международного частного права исхо-

88

дит из значения общих правовых понятий при регули­ровании отношений с субъектами права иных правовых систем.

Всякая коллизионная норма направлена на призна­ние действия неопределенного круга иностранных право­вых систем и возникших под их действием субъективных прав. Поэтому эта норма, очевидно, может быть выраже­на лишь посредством терминов и понятий, которые явля­ются по своему содержанию общими для соответствую­щих правовых систем. Другими словами, понятия и тер­мины в коллизионной норме по содержанию могут не совпадать с одноименными понятиями во внутреннем праве данной страны.

Когда в коллизионной норме нашего закона приме­няются такие понятия, как «собственность», «граждан­ская правоспособность», эти понятия по своему содер­жанию могут и не совпадать с одноименными понятиями нашего материального права. Поэтому сфера действия коллизионной нормы (ее объем) должна быть выражена посредством «обобщенных» юридических понятий — об­щих для различных правовых систем. Что же касается квалификации коллизионных привязок, то здесь положе­ние иное: полная точность указаний о применении права может быть обеспечена лишь путем применения квалифи­кации привязки по закону суда, то есть путем использо­вания тех же понятий, хоторые по соответствующим правовым институтам содержатся во внутреннем граж­данском (семейном, трудовом) праве данной страны. Таков общий подход нашей доктрины к квалификации юридических понятий. Однако следует обратить внима­ние на то, что в отношении коллизионной привязки в отдельных, конкретных случаях сам закон дает опреде­ление понятий, применяемых в коллизионной норме.

В практике международной торговли большие труд­ности возникают из-за различного понимания того, что является местом заключения контракта. В английском праве это место определяется по месту отправки акцеп­та («теория почтового ящика»), а в большинстве других стран — по месту получения акцепта

В нашем законодательстве эта трудность устранена благодаря ч. 2 ст. 165 Основ гражданского законодатель­ства 1991 года. Напомним, что в данной статье устанав­ливается отсылка к законам места совершения обычной

89

сделки. В ч. 2 этой статьи говорится о том, что «место совершения сделки определяется по советскому праву». Фактически здесь прямо применена квалификация при­вязки по закону суда. Можно привести и другой пример. Согласно ст. 159 Основ, вопросы исковой давности ре­шаются по праву страны, применяемому для регулиро­вания соответствующего отношения. В то же время пред­усматривается, что «требования, на которые исковая давность не распространяется, определяются по совет­скому праву».

Если говорить о вторичной квалификации, то есть о квалификации после того, как уже применена колли­зионная норма, то такая дальнейшая квалификация должна осуществляться на основе той правовой системы, к которой эта коллизионная норма отсылает. Примени­тельно к исковой давности из такого принципа исходила долголетняя практика Внешнеторговой арбитражной ко­миссии при Торгово-промышленной палате СССР.

3. Один из самых сложных вопросов применения коллизионных норм — это вопрос об обратной отсылке. Возникла эта проблема в международных отношениях в связи с рядом судебных дел, рассматривавшихся еще в конце прошлого века. Остановимся на одном из них.

Английский подданный, проживавший постоянно в Бельгии, составил завещание, по которому завещал довольно крупную сумму какмм-то лицам. Завещание составлялось им собственноручно и нигде не было заверено. Наследники умершего оспорили его действитель­ность. Дело в том, что завещание было составлено по правилам английского закона, но нарушало правила законодательства Бель­ки — страны, где проживал этот английский подданный. В англий­ском коллизионном праве говорится, что завещание должно состав­ляться по законам страны места нахождения лица. Таким образом, английское право отсылает к бельгийскому. Если применить бель­гийское право, то нужно признать, что завещание недействительно.

Однако в бельгийском праве имеются не только материально-правовые нормы, но и коллизионные нормы. Последние исходят из принципа закона гражданства. Таким образом, само бельгийское право как бы отказывается от решения этого вопроса, отсылая к английскому праву. Английское же право опять отсылает к бельгий­скому.

Как понимать отсылку к иностранному закону? Если ее понимать как отсылку только к нормам материального права, то это означает неприменение доктрины обратной отсылки. Если же ее понимать как отсылку к праву иностранного государства в целом, то это означает при­нятие данной доктрины.

90

Законодательная практика и доктрина иностранных государств не дают однозначного ответа на вопрос о применимости обратной отсылки и отсылки к праву третьей страны. Закон о международном частном праве Польши признает оба этих вида отсылок. Закон о между­народном частном праве Венгрии признает отсылку к своему праву. Закон ФРГ не признает отсылку в области договорного права, но признает в других случаях. При­знается обратная отсылка по законам о международном частном праве Австрии и Швейцарии. Доктрина обратной отсылки не принята в Римской конвенции 1980 года о праве, применимом к договорным обязательствам. В ст. 15 этой конвенции, носящей заголовок «Исключение обратной отсылки и дальнейшей отсылки», предусматри­вается следующее: «Под правом государства, подлежа­щим применению в соответствии с настоящим соглаше­нием, понимаются действующие в этом государстве пра­вовые нормы, за исключением норм международного частного права».

По этому вопросу в нашей юридической литературе были высказаны следующие соображения. Проблема обратной отсылки—это одна из проблем применения иностранного права, поскольку оно должно применяться в силу действия коллизионных норм. Иностранное право применяется в России во всех случаях, когда коллизи­онные нормы отсылают к иностранному праву. Если российский закон отсылает к иностранному закону, а иностранный закон сам отказывается от регулирования каких-либо отношений, нет оснований не применять в данном случае российский закон.

Это положение о возможности принятия обратной отсылки было сформулировано в литературе по между­народному частному праву в самом общем виде. Вместе с тем в действующем законодательстве вопрос об обрат­ной отсылке решен не полностью.

Что же касается применения права к внешнеторго­вым сделкам, то на практике было выражено отрица­тельное отношение к применению обратной отсылки.

^ При рассмотрении Внешнеторговой арбитражной комиссией иска английской фирмы «Ромулус филмс лтд* к В/О «Совакспорт-

фильм» (см. гл. 1) возник следующий вопрос: договор о прокате со­ветского фильма «Спящая красавица» был заключен в Лондоне, и, следовательно, в соответствии с коллизионной нормой ст. 126 Основ

91

к нему должно было применяться английское право. Однако ответ­чик, ссылаясь на английские коллизионные нормы, доказывал, что они отсылают, в свою очередь, к советскому праву. Арбитраж отверг этот довод ответчика, указав в своем решении, в частности, следующее:

«Как бы ни решался этот вопрос по английскому коллизионному праву, принятие обратной отсылки во всяком случае зависит от со­ветского коллизионного права», а последнее в соответствии с господ­ствующей доктриной и практикой не применяет «обратной отсылки при разрешении споров по внешнеторговым сделкам, за исключением случаев, предусмотренных в заключенных СССР международных до», говорах».

Вопрос об обратной отсылке получил отрицательное решение и при регулировании внешнеторговой поставки в отношениях между странами — членами СЭВ. Это на­шло свое выражение в том, что в Общих условиях поста­вок СЭВ прямо предусматривалось, что в отношениях сторон по поставкам товаров по тем вопросам, которые не урегулированы контрактом или настоящими Общими условиями, применяется «материальное право страны продавца», то есть, иными словами, обратная отсылка исключалась.

Отрицательное отношение к применению обратной отсылки получило в России законодательное закрепление в Законе о международном коммерческом арбитраже 1993 г. В соответствии с этим Законом третейский суд должен разрешать споры в соответствии с такими норма­ми права, которые стороны избрали в качестве приме­нимых к существу спора. «Любое указание на право или систему права какого-либо государства,— говорится в ст. 28 Закона,— должно толковаться как непосредствен­но отсылающее к материальному праву этого государст­ва, а не к его коллизионным нормам».

4. В проекте Закона РФ о международном частном праве предусматривается возможность применения как обратной отсылки, так и отсылки к праву третьей страны. В то же время в проекте предусматривается, что правила не применяются, во-первых, в случае, когда иностранное право применяется на основании соглашения сторон, и, во-вторых, в случае, когда соглашение сторон дает осно­вание считать, что они имели в виду подчинить свои отно­шения тому иностранному праву, которое подлежит при­менению в соответствии с положениями Закона РФ о международном частном праве.

92

§ 5. ОГОВОРКА О ПУБЛИЧНОМ ПОРЯДКЕ

1. Действие коллизионной нормы, то есть, иными словами, применение иностранного права, может быть ограничено путем использования оговорки о публичном порядке. Согласно правилам, действующим в ряде стран, иностранный закон, к которому отсылает коллизионная норма, может быть не применен и основанные на нем права могут быть не признаны судами или иными органа­ми данного государства, если такое применение закона или признание права противоречило бы публичному по­рядку данного государства.

Понятие публичного порядка (ordre public, public policy) отличается в судебной практике и доктрине многих государств крайней неопределенностью; более того, некоторые юристы на Западе утверждают, что не­определенность — основной характерный признак этого понятия. Суды используют оговорку о публичном поряд­ке с целью ограничения, а иногда и полного отрицания применения иностранного права, и прежде всего права страны другой социально-экономической системы. Опре­деление пределов применения этой оговорки во многих государствах полностью предоставляется судейскому усмотрению. Вследствие этой практики оговорка о пуб­личном порядке превратилась в один из типичных «кау­чуковых параграфов».

В ряде дел, рассмотренных в связи с признанием действия за рубежом советских декретов о национали­зации, буржуазный суд вынужден был в силу своих кол­лизионных норм применять советское право (см. гл. 7). Суд рассуждал таким образом: мы должны применять советское право, и национализированное имущество дол­жно быть возвращено Советскому государству, но это на­рушает принцип частной собственности, а поскольку это противоречит основам нашего закона, нужно применять оговорку о публичном порядке и в силу данной оговорки не применять советское право. Такая позиция суда чрез­мерно расширяет понятие публичного порядка, практи­чески сводит на нет применение иностранного права. Из-за применения оговорки о публичном порядке неод­нократно наносился ущерб имущественным интересам Советского государства.

Однако еще в 20-х годах в ряде своих решений (см.

93

гл. 7) буржуазные суды были вынуждены отвергнуть ссылки на противоречие публичному порядку советских декретов о национализации (в Великобритании — по делу Лютера — Сегора, в США — по делу о советском золоте).

Из практики судов Франции заслуживает внимания дело о кар­тинах Пикассо, рассмотренное в 1954 году судом департамента Сена. Несколько картин этого художника были вывезены из СССР в Па­риж и выставлены в одном из французских музеев. До революций картины принадлежали С. И. Щукину, затем были национализиро­ваны и стали достоянием Советского государства. Иск был предъявлен дочерью С. И. Щукина — Екатериной Щукиной-Келлер, которая тре­бовала признать ее право собственности на картины и просила нало­жить на них арест. Иск был отклонен, причем французский суд в своем решении указал, что французский публичный порядок в дан­ном деле не был задет в такой мере, чтобы требовалось принятие срочных мер, ибо эти картины были приобретены уже много лет на­зад иностранным сувереном от его собственных граждан, на его соб­ственной территории и в соответствии с законами страны.

В аналогичном деле о картинах Матисса иск был предъявлен в 1993 году другой дочерью С. И. Щукина — Ириной Щукиной-Келлер (см. подробнее в гл. 6). Суд также отклонил ссылку истца на то, что проведение на­ционализации без компенсации представляет собой на­рушение французского публичного порядка и поэтому акт национализации не может быть признан во Франции.

2. Наше законодательство исходит из того, что в не­которых случаях могут быть установлены ограничения применения иностранного закона. Такие ограничения со­держит ст. 158 Основ гражданского законодательства 1991 года. Эта статья предусматривает следующее: «Ино­странное право не применяется в случаях, когда его при­менение противоречило бы основам советского строя». Статья 169 Кодекса о браке и семье РСФСР уста­навливает, что «применение иностранных законов о бра­ке и семье или признание основанных на этих законах актов гражданского состояния не может иметь места, если такое применение или признание противоречило бы основам советского строя».

Следует обратить внимание на то, что в приведен­ных статьях говорится не о случаях противоречия самого иностранного закона основам нашего строя, а о противо­речии этим основам применения иностранного закона. Приведем пример: обычное право иностранного государ­ства, допускающее полигамию, противоречит основам

94

российского семейного права, но из этого не вытекает, что полигамные браки, заключенные в стране, где они действительны, не могут порождать юридических послед­ствий, которые были бы признаны в России (требование об уплате алиментов на содержание детей и т. п.).

Для нашей практики характерен крайне осторожный подход к вопросу об использовании оговорки о публич­ном порядке, хотя возможность неприменения иностран­ного права есть. Наличие принципиального различия между нашим законом и законом другого государства не может само по себе быть основанием для применения оговорки о публичном порядке, поскольку такое приме­нение этой оговорки могло бы привести к отрицанию применения в России права иностранного государства вообще. Таким образом, речь может идти не о противо­речии между законами, а о тех отдельных случаях, «ког­да применение иностранного закона,— как отмечал Л. А. Лунц,— могло бы породить результат, недопусти­мый с точки зрения нашего правосознания». На практи­ке наши судебные и административные органы стара­ются не прибегать к этой оговорке.

Следует отметить, что случаи применения оговорки о публичном порядке к внешнеторговым отношениям в нашей практике вообще не имели места, хотя эта воз­можность и предусмотрена действующим законодатель­ством. Таким образом, широкое применение категории публичного порядка не соответствует задачам между­народного частного права и снижает его роль в налажи­вании сотрудничества государств с различными правовы­ми системами.

3. В современном международном частном праве ши­рокое признание наряду со ссылкой на оговорку о пуб­личном порядке получила возможность неприменения иностранного права со ссылкой на строго императивные нормы национального права, которые должны пользо­ваться приоритетом перед нормами иностранного права, подлежащего применению в силу коллизионных норм. Приведем в качестве примера ст. 18 Закона о междуна­родном частном праве Швейцарии, согласно которой императивные нормы швейцарского права в силу особого их назначения применяются независимо от того, право какого государства подлежит применению в соответст­вии с настоящим законом. Аналогичное правило преду-

95

смотрено в германском Законе о международном част­ном праве 1986 года (ст. 34).

Такое же правило в более расширенном виде вошло в текст Римской конвенции 1980 года о праве, примени­мом к договорным обязательствам. Согласно ст. 7, «ничто в настоящей Конвенции не ограничивает применение норм права страны суда в случаях, когда они являются императивными независимо от права, применимого к до­говору».

Исходя из этой практики, в проект Закона РФ о меж­дународном частном праве вошла статья, согласно кото­рой положения законодательства РФ, имеющие импера­тивный характер, подлежат обязательному применению к договорным отношениям независимо от избранного сторонами права.

§ 6. РЕЖИМ НАИБОЛЬШЕГО БЛАГОПРИЯТСТВОВАНИЯ И НАЦИОНАЛЬНЫЙ РЕЖИМ

1. Принцип наибольшего благоприятствования — один из основных принципов торговых договоров, за­ключаемых с иностранными государствами. В силу дан­ного принципа иностранцы пользуются максимумом тех прав, которые предоставлены лицам другого государства. Этим объясняется само выражение «наибольшее благо­приятствование». Указанный принцип состоит в том, что . иностранным юридическим и физическим лицам в тор­говле, мореплавании или в иных областях предоставля­ется такой же режим, какой предоставляется или будет предоставляться в будущем юридическим и физическим лицам третьей страны. Тот' режим в области торговли, мореплавания, правового положения иностранных орга­низаций, применяемый к одному иностранному государ­ству, с которым заключен торговый договор, будет при­меняться и к любому другому государству, с которым также заключен торговый договор на основе принципа наибольшего благоприятствования. Таким образом, в си­лу этого принципа создаются равные условия для всех' иностранных государств и их организаций и фирм в от-:' ношении тех вопросов торговли, которые предусмотрены торговым договором.

96

Принцип наибольшего благоприятствования отлича­ется от принципа недискриминации (см. гл. 1). Если в силу принципа недискриминации каждое государство имеет право требовать от других государств условий таких же, какими пользуются все государства, то есть общих и одинаковых для всех, то в силу принципа наи­большего благоприятствования создаются наиболее при­вилегированные, благоприятные условия.

Принцип наибольшего благоприятствования всегда устанавливается в договорном порядке, а принцип не­дискриминации не нуждается в договорном оформлении. Это — общее правило, вытекающее из равенства госу­дарств. В то же время введение в торговый договор ого­ворки о наибольшем благоприятствовании препятствует проведению дискриминационных мер.

В прошлом на Западе имели место попытки обосно­вать отказ от применения принципа наибольшего благо­приятствования в отношениях с социалистическими странами ссылками на то, что этот принцип неприменим в данном случае потому, что планирование и система государственной монополии внешней торговли в этих странах якобы приводят к ограничениям в торговле со странами Запада. В действительности система внешней торговли и, в частности, планирование импорта и экспор­та применялись социалистическими странами, включая СССР, без дискриминации ко всем странам, на одинако­вой правовой основе. Программы импорта и экспорта товаров отражали при этом результаты двусторонних переговоров и соглашений, и принцип наибольшего бла­гоприятствования никоим образом не нарушался.

Значение принципа наибольшего благоприятствова­ния следует показать на примере советско-американских торгово-экономических отношений.

В период «холодной войны» в 1951 году правитель­ство США односторонне расторгло торговое соглашение между СССР и США 1937 года, содержащее этот прин­цип, ввело режим дискриминации и установило список товаров, запрещенных к вывозу в Советский Союз. Эти меры привели почти к полному прекращению торговли между обеими странами.

18 октября 1972 г. между СССР и США было под­писано соглашение о торговле, которое предусматривало предоставление сторонами друг другу режима наиболь-


4 Зак. № 239


97




шего благоприятствования в вопросах таможенного обло­жения, сборов и иных формальностей при импорте и экспорте товаров. Применение в торговле с СССР этого принципа могло бы способствовать значительному рас­ширению торговых связей между СССР и США. Однако в результате противодействия не заинтересованных в торговле кругов соглашение не вступило в силу, что на­несло ущерб прежде всего интересам самих США.

В декабре 1974 года в США были приняты законы о торговле и о государственном кредитовании экспорта. В этих законах предоставление Советскому Союзу ре­жима наибольшего благоприятствования было поставле­но в зависимость от политических уступок со стороны Советского Союза, что по существу означало вмешатель­ство во внутренние дела СССР. Естественно, Советский Союз не мог согласиться вести свои торгово-экономи-ческие отношения с США на такой основе.

Режим наибольшего благоприятствования и не­дискриминационный режим были установлены в даль­нейшем в отношениях нашей страны с США благодаря заключению 1 июня 1990 г. Соглашения о торговых от­ношениях. Согласно ст. 1 этого соглашения, каждая сто­рона «без каких-либо условий предоставит товарам, про­исходящим из или экспортируемым на территорию дру­гой стороны, режим не менее благоприятный, чем тот, который предоставлен подобным товарам, происходящим из или экспортируемым на территорию любой третьей страны...»

Недискриминационный режим предоставляется в от­ношении применения количественных ограничений и вы­дачи лицензий.

Применение режима наибольшего благоприятствова­ния оказывает положительное влияние на развитие меж­дународной торговли. Это было прямо признано в За­ключительном акте Совещания по безопасности и сотруд­ничеству в Европе.

Следует отметить в этой связи, что со всеми страна­ми — членами Общего рынка Советским Союзом был произведен обмен письмами, подтверждавшими действие ранее заключенных торговых договоров и соглашений, предусматривавших предоставление режима наибольше­го благоприятствования в торговле с СССР. Все это создало достаточную договорно-правовую базу для раз-

98

вития двустороннего торгово-экономического сотрудни­чества СССР с указанными странами.

В советской торгово-договорной практике имелись некоторые изъятия из режима наибольшего благоприят­ствования. Они выражались в предоставлении льгот со­седним с СССР странам в целях облегчения пригранич­ной торговли.

Для современной договорной практики нашего госу­дарства характерны и некоторые изъятия, касающиеся развивающихся стран, а также связанные с установле­нием особых преимуществ в пределах определенных та­моженных союзов. В качестве примера можно привести торговое соглашение с Индией от 10 декабря 1980 г. В соглашении, в частности, предусматривалось, что ре­жим наибольшего благоприятствования не будет касать­ся «преимуществ, которые были предоставлены или ко­торые могут быть предоставлены в будущем одним из Правительств соседним странам в целях облегчения при­граничной торговли»; «преимуществ, которые Индия предоставила или может предоставить в будущем одной или нескольким развивающимся странам в связи с ее участием в каком-либо соглашении по развитию торгово-экономического сотрудничества развивающихся стран»;

«льгот или преимуществ, вытекающих из таможенного союза и/или зоны свободной торговли, членом которых является или может стать каждая из стран».

2. От режима наибольшего благоприятствования сле­дует отличать национальный режим. В силу этого режи­ма иностранным гражданам и юридическим лицам предо­ставляется такой же режим, какой предоставляется оте­чественным гражданам и юридическим лицам. Посколь­ку на иностранных физических и юридических лиц рас­пространяются те права и преимущества, которыми в данной стране пользуются местные физические и юриди­ческие лица, все они ставятся в равное положение. От­личие национального режима от режима наибольшего благоприятствования состоит в том, что в силу послед­него в равное положение ставятся иностранные орга­низации и иностранные граждане между собой. Нацио­нальный режим может применяться и в отношении хо­зяйственной деятельности иностранных лиц, и в отноше­нии товаров иностранного производства.

Наша договорная практика, как отмечалось выше,

4* '

в торговых отношениях с другими странами исходит из принципа наибольшего благоприятствования и к при­менению национального режима в области торговли от­носится в общем отрицательно. Национальный режим применяется в торговых договорах в ограниченных слу­чаях, например по некоторым вопросам торгового море­плавания. Кроме того, предоставление национального режима предусматривается в отношении свободного до-­ступа иностранных юридических лиц и граждан в суды. Национальный режим применяется в договорах о право­вой помощи, социальном обеспечении (судебная защита, предоставление трудовых и иных прав на основе нацио­нального режима). По отдельным вопросам, например в отношении доступа в суды, национальный режим предусмотрен в договорах о торговом мореплавании.

Большое практическое значение приобрело предо­ставление в РФ национального режима иностранцам на основе многосторонних соглашений в области авторско­го права и прав на изобретения и товарные знаки.

3. При определении общего правового статуса иност­ранных граждан в РФ решающее значение имеет прин­цип национального режима. Согласно Конституции РФ, лица, не являющиеся гражданами РФ и законно нахо­дящиеся на ее территории, пользуются правами граждан России (ст. 37). В соответствии со ст. 3 Закона о право­вом положении иностранных граждан в СССР иностран­цам предоставляется национальный режим, что означает предоставление им в России таких же прав, что и россий­ским гражданам, за некоторыми изъятиями, установлен­ными в законодательстве. Таким образом, в силу нацио­нального режима иностранные граждане, и в первую оче­редь постоянно проживающие в РФ, ставятся в равное положение г российскими гражданами, они пользуются теми же правами и должны нести те же обязанности, что и российские граждане.

Принцип национального режима закреплен в ряде положений нашего законодательства (ст. 160 Основ вражданского законодательства — в отношении граж­данской правоспособности иностранцев; ст. 160 Кодекса о браке и семье — в отношении семейных прав иност­ранцев; ст. 5 Закона РФ об авторском праве и смежных правах — в отношении авторских прав на произведения, впервые опубликованные в России, и т. д.).

100

Таким образом, в России национальный режим при­меняется в отношении прав иностранцев согласно пра­вилам внутреннего законодательства, хотя в отдельных случаях он может предусматриваться и в соответствии с международными договорами.

§ 7. ВЗАИМНОСТЬ И РЕТОРСИЯ

1. Проблема взаимности непосредственно связана с такой объективной реальностью современного мира, как взаимозависимость государств. Наше государство неиз­менно выступает за укрепление экономических, научно-технических, культурных и иных связей с другами стра­нами, поскольку и они стоят за укрепление деловых связей с Россией. Обе стороны должны стремиться к развитию таких связей на началах равноправия. Равно­правие находит свое выражение и во взаимном призна­нии государствами действия их законов независимо от принадлежности государства к той или иной обществен­ной формации. Без этого сотрудничество между страна­ми невозможно.

В России признаются те права, которые возникают на основе иностранного законодательства. Во всех этих случаях следует говорить о взаимности в широком смыс­ле. Доктрина международного частного права понимает взаимность и в более узком смысле, а именно как взаим­ное предоставление определенного режима (националь­ного, наибольшего благоприятствования) или каких-либо прав иностранным гражданам и иностранным юридиче­ским лицам.

Сущность взаимности состоит в предоставлении фи­зическим и юридическим лицам иностранного государ­ства определенных прав при условии, что физические и юридические лица предоставляющего их государства бу­дут пользоваться аналогичными правами в данном ино­странном государстве. Вводя оговорку о взаимности в международный договор, государство преследует цель обеспечить своим организациям и гражданам за грани­цей пользование определенными правами. Поскольку в законодательствах государств имеются значительные различия, в отношении взаимности возникают опре-

101

деленные сложности. Они состоят в следующем. В меж­дународном частном праве обычно различают два вида взаимности: «материальную» и «формальную». Термины эти чисто условные. Под «материальной» взаимностью понимается предоставление физическим и юридическим лицам иностранного государства той же суммы конкрет­ных прав или полномочий, которыми пользуются отече­ственные граждане в данном иностранном государстве. При «формальной» взаимности иностранным физиче­ским и-юридическим лицам предоставляются правомо­чия, которые вытекают из местного закона; они могут быть поставлены в одинаковое положение с местными гражданами и юридическими лицами.

С одной стороны, в силу принципа «формальной» взаимности иностранным гражданам в РФ предоставля­ются права, которыми обладают российские граждане, в том числе и. те права, которыми они не пользуются в своем государстве. С другой стороны, иностранцы не мо­гут требовать предоставления им тех прав, которыми они обладают в своем государстве, если предоставление таких прав не предусмотрено российским законодатель­ством.

В отношениях России с иностранными государства­ми во многих случаев взаимное предоставление физиче­ским и юридическим лицам прав в одинаковом объеме невозможно в силу разных правовых систем.

Приведем конкретный пример. В большинстве госу­дарств существует право частной собственности на зем­лю. В России хотя право частной собственности на землю и было предусмотрено (в отношении ее граждан в 1990 г.), такое право не предоставляется иностранцам. Значит, «материальная» взаимность, то есть предоставле­ние иностранным гражданам, например гражданам Фран­ции, права собственности в РФ на земельный участок, была бы нарушением основ нашего строя. Поэтому фран­цузский гражданин может обладать в РФ только такими правами, какие имеют в РФ другие иностранные гражда­не. Что же касается российского гражданина во Франции, то он должен иметь те права, которые предоставляются во Франции иностранным гражданам. Объем этих прав в РФ и во Франции фактически может и не совпадать. Речь может идти о предоставлении на началах взаимности ли-

102

бо национального режима, либо режима наибольшего благоприятствования.

Таким образом, взаимность в нашей практике в облас­ти международного частного права понимается главным образом как «формальная», а не как «материальная». Таково общее правило. В отдельных случаях, например в областях авторского права, налогообложения, возмож­но в соответствии с международной практикой приме­нение «материальной» взаимности, что предусматривает­ся в соответствующих законодательных актах. Не следу­ет исключать создания определенного правового режима для хозяйственной деятельности иностранных юридиче­ских и физических лиц в особых экономических зонах. Но этот режим должен быть определен специальным законодательством (см. гл. 5).

2. В связи с взаимностью возникает вопрос о ретор­сии, то есть о применении ответных ограничений. Если одно государство принимает меры, наносящие неоснова­тельный в порядке дискриминации ущерб интересам дру­гого государства или его граждан, то это последнее госу­дарство может принять ответные ограничительные меры. Целью таких мер является обычно достижение отмены ограничений, установленных первым государством.

Если по отношению к нашему государству, нашим организациям или нашим гражданам будет применяться какое-либо ограничение дискриминационного порядка, то в РФ также может быть применена ответная мера ограничительного характера по отношению к гражданам и юридическим лицам данного государства. В наиболее общей форме этот принцип выражен в Законе о правовом положении иностранных граждан. Часть 3 ст. 3 этого за­кона предусматривает, что «в отношении граждан тех государств, в которых имеются специальные ограниче­ния прав и свобод граждан СССР, Советом Министров СССР могут быть установлены ответные ограничения». Статья 162 Основ гражданского законодательства 1991 года предусматривает предоставление прав иностранцам в области гражданского права, признавая их граждан­скую правоспособность без требования взаимности, но в то же время в ней говорится следующее: «Правительст­вом СССР могут быть установлены ответные ограниче­ния в отношении граждан и юридических лиц тех госу­дарств, в которых имеются специальные ограничения

103

гражданской правоспособности советских граждан и юридических лиц».

Согласно постановлению № 203 «О мерах государст­венного регулирования внешнеэкономической деятель­ности» Совета Министров СССР от 7 марта 1989 г., на определенные периоды времени по отдельным товарам, странам и группам стран могли вводиться ограничения экспорта и импорта, в частности для принятия ответных мер на дискриминационные акции иностранных госу­дарств и (или) их союзов.

В соответствии с положениями международного права применение ограничительных мер в отношении опреде­ленного иностранного государства (его органов, юриди­ческих лиц и граждан) в качестве реторсии (ответной меры) не может рассматриваться как нарушение прин­ципа недискриминации.

Так, Венская конвенция о дипломатических сноше­ниях 1961 года предусматривает, что не является дискри­минацией, «если государство пребывания применяет какое-либо из положений настоящей Конвенции огра­ничительно ввиду ограничительного применения этого положения к его представительству в аккредитующем государстве» (ст. 47).

^ КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПО ТЕМЕ

1. Что понимается под коллизионным и материально-правовым методами регулирования?

2. Что понимается под унификацией материльно-правовых норм и каково значение унификации правовых норм в области международного частного права?

3. Какие имеются основные коллизионные привязки?

4. В чем состоит проблема обратной отсылки?

5. Что понимается под оговоркой о публичном по­рядке?

6. Чем отличается национальный режим от режима наибольшего благоприятствования?

7. Какие виды взаимности различаются в междуна­родном частном праве?

Ю4

ГЛАВА 4

^ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ИНОСТРАНЦЕВ

§ 1. Положение иностранцев в различных государствах. § 2. Граждан­ская правоспособность и дееспособность иностранных граждан в РФ. § 3. Гражданская правоспособность российских граждан за рубежом

ЛИТЕРАТУРА

Перетерский И С., Крылов С. Б. Международное частное право. С. 66—81; Лунц Л. А. Курс международного частного права. Особен ная часть.— М., 1975.— С. 12—40; Лунц Л А., Марышева Н И., Сади ков О. Н Международное частное право.— С. 81—89; Галенская Л Н Правовое положение иностранцев в СССР — М., 1982; Статус ино­странцев в СССР (под общей редакцией М. М. Богуславского) М., 1984; Касиль В. И; Пастухов В. П Правовой статус иностранцев в СССР.— Киев, 1987; Лазарев Л. Н., Марышева Н. И; Пантелеева И В Иностранные граждане (правовое положение) М., 1992.





оставить комментарий
страница5/21
Дата05.11.2011
Размер5,04 Mb.
ТипЛитература, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   21
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх