Учебное пособие Омск Издательство Омгту 2008 icon

Учебное пособие Омск Издательство Омгту 2008



Смотрите также:
Конспект лекций Омск Издательство Омгту 2008...
Учебное-методическое пособие омск 2008 Печатается по решению...
Учебное-методическое пособие омск 2008 Печатается по решению...
Учебное пособие Омск 2005 удк 82(091+075)...
Учебное пособие Издательство Воронежского государственного университета 2008...
Учебное пособие Издательство Воронежского государственного университета 2008...
Учебное пособие Издательство Томского политехнического университета томск- 2008...
Учебное пособие Издательство Томского политехнического университета томск- 2008...
Учебное пособие Г. П. Синицына Воспитание современного школьника Омск - 1999...
Учебное пособие Изд. №8685 isbn 978-5-211-05510-0 Издательство Московского университета 2008...
Конкурс работ молодых исследователей. Программный комитет Председатель: д Х. н....
Учебное пособие Омск 2009 Рецензенты...



страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9
вернуться в начало
скачать
РАЗДЕЛ 1. Введение в языкознание

^ Лекция 1. Сущность языка


Языкознание как наука.

Язык как система знаков.

Язык и другие (невербальные) средства общения.


Наука о языке называется языкознанием (или лингвистикой). Она тесно связана с многими другими науками, например с историей и археологией: при изучении истории языка лингвист использует данные историков и археологов об уровне материальной и духовной культуры народа в тот или иной период развития. В свою очередь историки и археологи пользуются материалами языковедческих работ для уточнения результатов собственных исследований. Пример совместного труда археологов и языковедов – открытие в 50-х гг. прошлого столетия новгородских берестяных грамот, проливших новый свет на историю русского народа и на ранний период развития русского языка.

Языкознание связано с этнографией: изучение этнических особенностей тех или иных народов, различных процессов, сопровождающих расселение и перемешивание наций и народностей, невозможно без внимания к языковым явлениям (таким, как смешение языков, заимствование и т. д.).

Языкознание связано с психологией: реальное использование языка людьми, особенности повседневно звучащей речи нельзя изучать без учета психологии тех, кто пользуется языком.

Современное языкознание связано и с рядом других наук: с логикой, математикой, антропологией, нейрологией (наукой о мозге) и др. Взаимодействие различных наук бывает при этом столь интенсивным, что на их стыке образуются новые научные дисциплины. Таковы, например, появившиеся в середине XX в. математическая лингвистика, социо- и психолингвистика, нейролингвистика.

Лингвистика берет начало в древних науках, прежде всего в античной философии, риторике, логике.

Природа языка тесно связана с культурой и ментальностью народа. Так,
В. Гумбольдт считал, что «язык есть орган внутреннего бытия, само это бытие, находящееся в процессе внутреннего самопознания и проявления... Язык есть как бы внешнее проявление духа народа; язык народа есть его дух...» [28, с. 69–70]. В настоящее время делается акцент на социальной сущности языка.

Трактовка языка как социального явления обусловливает принципы его классификации, понимание организации языковых уровней, выявление связи языка с историей, культурой и обществом, изучение природы языкового знака и его соотнесенности с внеязыковой действительностью. Эти вопросы рассматриваются в рамках одного из разделов науки о языке – общего языкознания.

Другой раздел – частное языкознание – обращен к изучению отдельных языков (например, русского, английского, китайского и др.) или группы родственных языков (например, славянских, романских и др.). Частное языкознание может быть описательным (синхронным), т. е. рассматривающим факты языка в какой-либо один момент его истории (причем не только современный, но и взятый в каком-либо ином временном отрезке) или историческим, прослеживающим развитие языка на протяжении большего или меньшего отрезка времени. К историческому (диахронному) языкознанию относится и сравнительно-историческое (компаративное) языкознание, основанное на сравнении современных языков, выявлении общих элементов и обращенное к изучению исторического прошлого языков, установлению языкового родства.

Таким образом, основными разделами языкознания являются общее языкознание, частное языкознание и сравнительно-историческое языкознание.

Язык – это средство выражения мыслей, чувств и воли людей. Обмен информацией между людьми называется общением. Язык – это «стихийно возникшая в человеческом обществе и развивающаяся система дискретных (членораздельных) звуковых знаков, предназначенных для целей коммуникации и способная выразить всю совокупность знаний и представлений человека и мире»[84]. Это особая система знаков, которая служит средством общения людей друг с другом.

Центральным в этом определении является сочетание «особая система знаков», которое нуждается в подробном пояснении. Что такое знак? С понятием знака мы встречаемся не только в языке, но и в повседневной жизни. Например, видя, как из трубы дома идет дым, мы заключаем, что в доме топят печь. Услышав звук выстрела в лесу, мы делаем вывод, что кто-то охотится. Дым – зрительный знак, признак огня; звук выстрела – слуховой знак, признак выстрела. Даже два этих простейших примера показывают, что знак имеет видимую или воспринимаемую на слух форму и некое содержание, которое за этой формой стоит («топят печь», «стреляют»).

Языковой знак также двусторонен: он имеет форму (или означающее) и содержание (или означаемое). Например, слово стол имеет письменную или звуковую форму, состоящую из четырех букв (звуков), и означаемое – «вид мебели: плита из дерева или другого материала, укрепленная на ножках».

В отличие от знаков, имеющих природный характер (дым – знак огня, звук выстрела - знак выстрела), между формой слова (означающим) и его смыслом (содержанием, означаемым) нет причинной связи. Языковой знак условен: в данном обществе людей тот или иной предмет имеет такое-то название (например, стол), а в других национальных коллективах он может называться иначе (der Tisch – в немецком языке, la table – во французском, a table – в английском).

Слова языка действительно замещают в процессе общения другие объекты. Подобные «заместители» других объектов принято называть знаками, однако то, что обозначается с помощью словесных знаков, – это далеко не всегда предметы действительности. Слова языка могут выступать как знаки не только объектов реальной действительности, но и действий, признаков, а также разного рода мысленных образов, возникающих в сознании человека.

Кроме слов важными компонентами языка являются способы образования слов и построения из этих слов предложений. Все единицы языка не существуют изолированно и неупорядоченно. Они связаны между собой и образуют единое целое – систему языка.

Система – (от греч. systema – «целое, составленное из частей; соединение») объединение элементов, находящихся в отношениях и связях, образующих целостность, единство. Следовательно, каждая система обладает некими признаками:

  • состоит из множества элементов;

  • ее элементы находятся в связи друг с другом;

  • эти элементы образуют единство, одно целое.

Характеризуя язык как систему, необходимо определить, из каких элементов он состоит, как они связаны друг с другом, какие отношения устанавливаются между ними, в чем проявляется их единство.

Язык состоит из единиц: звуков; морфем (приставок, корней, суффиксов, окончаний); слов; фразеологических единиц; свободных словосочетаний; предложений (простых, сложных); текстов.

Каждая из единиц обусловливается другими знаками, и сама, в свою очередь, обусловливает их. Различают три вида отношений языковых единиц: синтагматические, парадигматические и конститутивные.

Синтагматические (или линейные) отношения определяют соединение знаков в речевом потоке: на основании этих отношений единицы одного порядка сочетаются друг с другом именно в тех формах, которые определены законами языка. Так, при образовании слова подушечка к основе существительного подушка прибавляется уменьшительно-ласкательный суффикс -к-, который влияет на трансформацию базовой основы: конечный согласный основы изменяется (к заменяется на ч), а перед ним появляется гласный. Образуя глагольное словосочетание, мы ставим зависимое местоимение или существительное в ту падежную форму, которой требует глагольное управление (увидеть (что? – Вин. п.) здание; подойти (к чему? – Дат. п.) к зданию).

На основании парадигматических отношений единицы одного порядка объединяются в классы, а также группируются внутри классов. Так, однородные языковые единицы объединяются и образуют уровни языка (табл. 1).


Таблица 1


Единицы языка

Уровни

Разделы

Звуки, фонемы

Фонетический

Фонетика

Морфемы

Морфемный

Морфемика

Слова

Лексический

Лексикология

Формы и классы слов

Морфологический

Морфология

Предложение

Синтаксический

Синтаксис


Внутри каждого уровня единицы вступают в более сложные парадигматические отношения. Например, сочетания мягкий вагон – жесткий вагон, являясь обозначениями определенных типов пассажирских вагонов, противопоставлены друг другу и образуют минимальную знаковую систему – антонимическую пару. Уберите одно из сочетаний, и система разрушится; более того, оставшийся знак потеряет смысл (неясно, что такое мягкий вагон, если нет вагона жесткого).

Другие языковые знаки находятся друг с другом в многомерных отношениях, взаимно обусловливая друг друга и тем самым образуя частные системы внутри общей системы языка. Например, стройную систему составляют термины родства. Знаки в этой системе противопоставляются друг другу не по одному признаку (как в паре мягкий вагон – жесткий вагон), а по нескольким: полу (отец – мать, сын – дочь), поколению (бабушка – мать – внучка), прямой / непрямой линии родства (отец – сын, дядя – племянник).

Языковые знаки самые сложные. Они могут состоять из одной единицы (слово, фразеологизм) или их комбинации (предложение), в последнем случае комбинация простых единиц создает сложную единицу. Такая способность языковых единиц низшего порядка быть строительным материалом для единиц высшего порядка определяется конститутивными отношениями языковых единиц. Например, самостоятельный языковой знак – слово. Морфема самостоятельно не функционирует в языке. Она проявляет себя только в слове, поэтому считается минимальным, несамостоятельным языковым знаком, служащим для построения слов. Слова, в свою очередь, строят словосочетания и предложения. Предложение, высказывание, текст – составные знаки разной степени сложности.

Остается выяснить, почему язык определяют как особую систему знаков. Оснований для такого определения несколько. Во-первых, язык во много раз сложнее, чем любая другая знаковая система. Во-вторых, сами знаки языковой системы разной сложности, одни являются простыми, другие – состоящими из ряда простых: например, окно – простой знак, а образованное от него слово подоконник – сложный знак, содержащий приставку под- и суффикс -ник, также являющиеся простыми знаками. В-третьих, хотя отношения между означающим и означаемым в языковом знаке немотивированны, условны, в каждом конкретном случае связь между этими двумя сторонами языкового знака устойчива, закреплена традицией и речевой практикой и не может изменяться по воле отдельного человека: мы не можем стол назвать домом или окном – каждое из этих слов служит обозначением «своего» предмета.

И, наконец, главная причина того, почему язык называют особой знаковой системой, заключается в том, что язык служит средством общения людей друг с другом. Любое содержание, любую мысль мы можем выразить с помощью языка, и в этом заключается его универсальность. Никакие другие знаковые системы, способные служить средствами общения, – о них будет сказано ниже – таким свойством не обладают.

Таким образом, язык – это особая система знаков и способов их соединения, которая служит орудием выражения мыслей, чувств и волеизъявлений людей и является важнейшим средством человеческого общения.

Когда говорят, что язык – основное или важнейшее средство человеческого общения, то тем самым подразумевают, что он – не единственное средство общения между людьми, что есть и менее важные, не основные средства общения.

К таким средствам относится, например, жестикуляция (от франц. gesticuler – «жестикулировать») – это значимые телодвижения, главным образом движения головы или рук (речь идет о жестах, которые распространены в обществе, обслуживаемом звуковыми языками; жесты как самостоятельная и притом единственная система общения, используемая, например, глухонемыми, представляют собой эквиваленты выражений звукового языка). Жесты – дополнительное, несамостоятельное средство общения: жест может добавляться к высказыванию, подчеркивая его или усиливая его выразительность (ср., например, произнесение Нет с одновременным покачиванием головы вправо-влево), либо, в сравнительно редких случаях, замещать собой слово или высказывание, когда общение происходит непосредственно (контактно) и собеседник видит мимическое и жестовое поведение говорящего (так, покачивание головой вправо-влево может замещать собой отрицание Нет).

Мимика (от греч. mimikos – «подражательный») – это значимые движения мышц лица, такие, например, как улыбка, поднятие бровей в знак удивления или нахмуренные брови, означающие недовольство. Движения лица, подобно жестам, также дополняют и усиливают словесные средства, используемые в общении.
В особенности это касается выражения эмоций. Например, выражая удивление с помощью восклицаний типа ^ Да что вы!, Не может быть! и подобных, слушающий может при этом высоко поднять брови, округлить глаза и т. п. Запрещая что-либо ребенку, вы можете не только воскликнуть Нельзя! (словесное средство), но и погрозить ему пальцем (жест), сдвинуть брови к переносице (мимика). Отдельные телодвижения, а также положение собеседников в так называемом речевом пространстве (т. е. в том пространстве, в котором происходит устное речевое общение) также нередко служат дополнительными средствами передачи информации о намерениях говорящего, его внутреннем состоянии, его отношении к собеседнику и т. д. В следующих устойчивых выражениях отражается роль подобных средств в человеческом общении: повернулся спиной (к собеседнику) – что означает «не желает разговаривать», надул губы («обиделся»), поник головой (выражение уныния, печали).

Так же, как и язык, системы жестикуляции и мимики (невербальные средства общения) сложились в обществе постепенно и в достаточной степени стихийно. Но есть и такие невербальные знаковые системы, которые были специально разработаны людьми для более удобной передачи информации, связанной с определенными видами деятельности. Такие знаковые системы принято называть искусственными. К числу искусственных знаковых систем относятся, например, азбука Морзе, морская сигнализация, знаки дорожного движения, форменные знаки различия военнослужащих (погоны, нашивки, кокарды и др.), нотное письмо и некоторые другие, искусственно созданные системы передачи информации.

Сопоставление человеческого языка (вербального средства общения) с другими известными нам невербальными знаковыми средствами общения позволяет увидеть важное свойство, отличающее человеческий язык от всех прочих знаковых систем, – универсальность. Мимика и жестикуляция в подавляющем большинстве случаев только сопровождают звуковую речь, придавая ей добавочные эмоциональные или смысловые оттенки. Искусственные знаковые системы могут передавать лишь ограниченные по своему содержанию типы сообщений, связанные с той предметной областью, для которой они созданы. Язык же способен передавать сообщения любых, ничем не ограниченных типов содержания, кроме того, язык позволяет осуществлять дистантную коммуникацию (т. е. передавать информацию на расстоянии и хранить ее во времени). Это свойство человеческого языка и называется универсальностью.

Одним словом, невербальные средства общения не могут сравниться с языком по богатству, гибкости выразительных средств и разнообразию функций.
В то же время все они, в большей или меньшей степени, ориентированы на языковую знаковую систему.


Контрольные вопросы

  1. Какая наука изучает язык? Назовите аспекты изучения языка и разделы науки о языке.

  2. Как связана наука о языке с другими науками?

  3. В чем заключается сущность языкового знака и языка как знаковой системы?

  4. В чем проявляется системность языка?

  5. Что понимается под невербальными средствами общения? На какие виды они делятся?

  6. Какие свойства невербальных средств общения не позволяют считать их основным средством общения?

  7. Как вы считаете, возможно ли создание универсального искусственного средства общения? Каким вы его представляете: вербальным или невербальным?



^ Лекция 2. Язык как средство общения и познания


Функции языка.

Язык, мышление и сознание. Понятие единого ментально-лингвального комплекса.

Язык и речь.


Из определения «язык – средство общения людей друг с другом» следует, что основное предназначение языка – сообщение (мыслей, намерений, чувств и
т. п.), т. е. коммуникативная функция, реализуемая в целом ряде своих производных. Так при выражении сообщения язык выступает прежде всего в информационной функции (от лат. informatio – «разъяснение, осведомление»). В предложении «Наступило лето» содержится определенное сообщение: говорящий информирует слушателя (или читателя) о наступлении лета. Здесь реализуется информационная функция языка. В предложении «Приезжайте к нам летом!» также содержится определенная информация – о том, что говорящий приглашает слушателя приехать к нему летом. Однако в отличие, скажем, от предложения «Он пригласил нас приехать к нему летом», высказывание «Приезжайте к нам летом!» имеет форму побуждения, призыва, само является приглашением.
В этом высказывании реализуется другая функция языка – агитационная (от лат. agitatio – «приведение в движение»).

В предложении «Ах, как хорошо у вас летом!» реализуется еще одна функция языка – эмотивная (от лат. emotio – «чувство»). Это такое использование языка, которое служит для непосредственного выражения чувств, эмоций (ср. с предложением «Он сказал, что летом у вас хорошо», где такой непосредственности выражения чувства нет).

Информационная, агитационная и эмотивная – основные функции языка. Помимо них выделяют еще метаязыковyю функцию (от греч. meta – «вместо»), которая означает использование языка для целей пояснения или для идентификации предмета (она реализуется в высказываниях типа Гюрза – это вид ядовитых змей или Такое приспособление называется штопором); фатическую функцию (от лат. fatum – «изречение») – использование языков как средств для установления контакта между участниками общения (например, в высказываниях типа Ну, как дела? Что нового?, которые редко понимаются в их буквальном смысле, реализуется как раз эта, фатическая, функция языка).

Различные функции языка редко проявляются в нашей речи в чистом виде. Гораздо чаще встречается сочетание разных функций (с преобладанием той или другой) в пределах одной разновидности речи. Например, в научном докладе или в газетной статье преобладает информационная функция; но могут быть и элементы агитационной, метаязыковой функций. В различных жанрах устной непринужденной речи эмотивная функция может сочетаться с информационной, агитационной, фатической.

Язык выступает также в качестве средства познания – выполняет функцию гносеологическую (когнитивную, познавательную). Эта функция языка связывает его с мыслительной деятельностью человека, в единицах языка материализуется структура и динамика мысли; производные этой функции: аксиологическая функция (т. е. функция оценки); номинативная функция (т. е. функция называния); с этой функцией тесно связана функция обобщения, которая позволяет нам с помощью языка выражать сложнейшие понятия. Обобщая и выделяя индивидуальное, неповторимое, слово обладает способностью «замещать» предметы и явления внешнего мира. Познавая действительность, человек по-разному ее конструирует, что находит свое выражение в языке (так, в языке эскимосов существует более двадцати названий для льда, в которых актуализируются самые разные признаки предмета). Выделяется также предикативная функция (т. е. функция соотнесения информации с действительностью).

Будучи, как сказано, орудием закрепления, передачи и хранения информации, язык тесно связан с мышлением, со всей духовной деятельностью людей, направленной на познание объективно существующего мира, на его отображение (моделирование) в человеческом сознании. Проблема языка, мышления и сознания – одна из самых сложных и дискуссионных в теории языкознания.
В разные периоды развития науки о языке она решалась по-разному, например: представители логического направления отождествляли эти понятия (логическим категориям как вневременным и всеобщим должны соответствовать, по их мнению, и универсальные языковые категории); сторонники психологического направления пытались решить этот вопрос в иерархической плоскости, обосновывая примат то мышления по отношению к языку, то языка по отношению к мышлению; представители американского структурализма полагали, что структура языка определяет структуру мышления и способ познания внешнего мира.

Несмотря на разное решение этой проблемы, все исследователи сходились на том, что связь между языком, мышлением и сознанием существует, расхождения начинались тогда, когда вставал вопрос о природе и качестве этой связи. Одни ученые полагают, что механизм мышления не связан с вербальным кодом и осуществляется независимо от языка на универсальном предметном коде (коде смысла), другие считают, что механизм мышления тесно связан с языком, и без языка не может быть мышления, наконец, третьи полагают, что мышление может быть как вербальным, так и невербальным (чувственно-образным).

Подлинно научное решение этого вопроса дает материалистическая теория отражения, согласно которой язык и мышление, образуя теснейшее диалектическое единство, не составляют, однако, тождества: это разные, хотя и взаимосвязанные явления, их области пересекаются, но не совпадают полностью. Признание единства языка, мышления и сознания – одно из основных положений в материалистической концепции языка. При этом язык и сознание не существуют отдельно, обособленно друг от друга: язык есть не только средство выражения мысли, но и форма ее существования. Правда, не единственная: мысль может воплощаться не только в слове, но и в различных образных представлениях (такие виды несловесного искусства, как живопись, скульптура, музыка, являются формами выражения чувства и мысли человека). Однако язык отличается от них тем, что он не только выражает мысль, но и формирует ее.

В последнее время ученые говорят о возможности внеязыкового, или доязыкового, мышления, т. е. такого мышления, которое не воплощается в слове. В самом деле, когда мы говорим о неожиданной догадке, проблеске мысли, озарении, то что это, как не различные виды деятельности человеческого мозга? Но далеко не всегда они облекаются в языковую плоть, а по большей части имеют какую-то иную форму: еще неясных образов, схем и т. п. Однако целенаправленная работа нашего сознания воплощается в слове. Конечно, структура мысли и структура ее словесного выражения, как правило, не совпадают: мысль первоначально существует как бы в свернутом виде. Вот что писал об этом выдающийся психолог Л.С. Выготский: «Течение и движение мысли не совпадают прямо и непосредственно с развертыванием речи. Единицы мысли и единицы речи не совпадают. Один и другой процессы обнаруживают единство, но не тождество. Они связаны друг с другом сложными переходами, сложными превращениями» [18, с. 311–312].

В связи с установлением соотношения языка и мышления в языкознании решается также вопрос о едином ментально-лингвальном комплексе (МЛК) – информационной системе, которая обеспечивает восприятие, оценку, преобразование, хранение и порождение информации. МЛК включает три компонента: мышление как процесс порождения и переработки информации, сознание как относительно статичную на определенном этапе систему накопления и оценки информации и язык как накопитель, с помощью единиц которого информация выявляется, обозначается и становится средством общения. Основной единицей МЛК является информема – пучок осознанной информации, выработанный мышлением и стремящийся быть закрепленным в слове. Такая информация, закрепленная в слове, и становится явлением национального языка.

Устанавливая объективно существующую взаимосвязь языка и мышления, отмечаем, что категорией языка является слово, а категорией мышления – понятие. При этом слова называют понятия, но не отождествляются с ними. Существует множество слов, которые имеют лексическое значение, но не называют понятий окружающей действительности: это местоимения, служебные части речи, имена собственные, местоименные наречия, междометия.

Таким образом, вопрос о связи языка и мышления сложен и многопланов. Не менее сложна и противоречива теория о взаимоотношении языка с речью, которая развивается достаточно интенсивно.

Стихийно (на интуитивном уровне) язык и речь разграничивались с весьма давних пор. Без этого разграничения невозможно было, например, создать первые азбуки, в которых отдельные буквы обозначали не варианты фонем, реально звучащие в речи, а основные типы звуков, т. е. фонемы. Творцы первых азбук были, вне всякого сомнения, гениальными фонологами, сумевшими очень четко противопоставить сложный своей конкретностью и необозримым разнообразием вариантов и оттенков звучаний план речи весьма абстрактному плану языка, для которого характерна устойчивость и системность сравнительно небольшого количества важнейших типов звуковых единиц языка, называемых ныне фонемами.

Во многих памятниках весьма древней письменности, а затем и более новых учебниках и учебных пособиях по языку довольно часто встречаются прямые и косвенные указания на нормы языка, которым нужно следовать, создавая речь, и отклонения от них, встречающиеся в речи. В подобных указаниях можно видеть попытки как-то разграничить язык и речь, не подкрепленные общей теорией. Люди иногда обращаются к окружающим с вопросами типа А правильно ли сказать так..? или Можно ли сказать так..? Такие вопросы свидетельствуют о том, что некоторые носители языка время от времени как бы сопоставляют свою речь с языком, проверяя в какой-то мере свою компетенцию в области языковых норм. Ведь любой носитель языка вряд ли оценивает свою речь как нечто абсолютно равное языку; скорее всего он рассматривает ее как нечто создаваемое с помощью языка, на его основе, но вместе с тем несоизмеримое с ним в смысле возможностей, богатства средств выражения мыслей и потому в какой-то степени «свое», индивидуальное.

Язык объективен. Он один для всех своих носителей и исключительно богат, располагая сотнями тысяч слов и выражений. Речь же, хотя и создается на основе языка, в известном смысле у каждого, действительно, своя. В речи отдельных людей богатства языка могут быть представлены с разной степенью полноты. Есть люди со скудным запасом слов и других средств языка, их речь бедна, однообразна, и по ней представить себе язык можно лишь в искаженном, уродливом виде. В речи других людей используются многочисленные и разнообразные языковые средства, но даже великие писатели не могут (да и не стремятся к этому) объять необъятное, т. е. включить в свои произведения все, что есть в языке.

Область художественной литературы и связанная с ней область художественной критики были и остаются ареной борьбы мнений, споров о том, как нужно пользоваться языком, его словами, формами слов, словосочетаниями, конструкциями. Общеизвестно, что писатели не всегда следуют нормам языка, нередко отступают от них. В свое время фразы Ф. М. Достоевского (Вошли две дамы, обе девицы) и Л. Н. Толстого (Она сидела со своими тонкими руками) вызвали целые дискуссии. Новаторство писателей, как правило, эстетически оправданно, и это нельзя не учитывать в ходе обсуждения конкретных явлений. Вместе с тем неологизмы любого типа в художественных текстах позволяют ставить вопрос о языковом (узуальном) и речевом (окказиональном) характере новообразований.

Итак, разграничение (и даже противопоставление) речи отдельных людей и речевой практики общества вообще, с одной стороны, и языка, с другой стороны, было и остается прежде всего естественным (интуитивным) и по-своему закономерным результатом оценки соотношения языка с его использованием в процессе общения. Не опирающаяся на теорию, эта оценка носит эмпирический характер, но, тем не менее, в главном и существенном она правильна, так как язык и речь не только можно, но и должно в определенных отношениях разграничивать и даже противопоставлять.

В настоящее время многие лингвисты полагают, что признание ряда различий между языком и речью – необходимое условие успешного решения многих проблем языкознания, в том числе проблемы стилей.

Как уже было сказано выше, язык – это особая система знаков, которая является важнейшим средством человеческого общения. В тот момент, когда какой-нибудь человек использует язык для общения с другими людьми, можно сказать, что он занят речевой деятельностью, которая имеет несколько видов: говорение, чтение, слушание и письмо. Говорение и слушание – гораздо более древние виды речевой деятельности, чем письмо и чтение. Они возникли одновременно с появлением языка, тогда как письменность была изобретена человечеством гораздо позднее.

Речевая деятельность аналогична всем другим видам человеческой деятельности; ее осуществление складывается из четырех этапов:

1. Ориентировка в ситуации: в результате обдумывания, прогнозирования, рассуждений рождается внутренний план высказывания.

2. Планирование действия: порождение, структурирование высказывания; из памяти извлекаются нужные слова, по синтаксическим моделям строятся предложения.

3. Осуществление действия: говорение, творение звучащей речи с использованием вербальных средств общения.

4. Контроль результатов.

Строя простые и привычные высказывания, например, здороваясь или прощаясь со знакомыми, мы, как правило, не фиксируем своего внимания на этих этапах. Однако, порождая сложные и важные высказывания, учитывать поэтапное выполнение речевой деятельности просто необходимо.

Продуктом речевой деятельности человека является речь. Лингвистика всегда пользовалась термином язык, и лишь со времен Ф. де Соссюра (с начала
XX века) появляется понятие речь. Язык и речь образуют в совокупности единое явление, и в то же время между ними есть принципиальные различия.

Речь – это конкретное говорение, происходящее в устной (звуковой) или письменной форме; это все, что говорится или пишется: разговор между знакомыми, выступление на митинге, стихотворение, доклад и т. д.

С точки зрения количества говорящих речь может быть диалогической или монологической. Диалог (от греч. dia – «через» и logos – «слово, речь») – это непосредственный обмен высказываниями между двумя или несколькими лицами, а монолог (от греч. monos – «один» и logos – «слово, речь») – это речь одного человека, не предполагающая обмена репликами с другими лицами. Однако в жизни монологическая речь чаще выступает в других проявлениях: выступление на собрании, лекция, рассказ телекомментатора и т. д. То есть монологическая речь – это чаще всего речь публичная, адресованная не одному-двум, а большому количеству слушающих.

Но речь невозможна без языка. Например, иностранная речь будет восприниматься как непонятный сплошной гул, в котором трудно различить слова, предложения, если мы не знаем языка. Речь строится по законам языка, представляет собой его воплощение, реализацию. Как писал Ф. де Соссюр, «язык одновременно и орудие и продукт речи». Иначе говоря, посредством языка человек творит речь и в то же время в речи творится, развивается, общечеловеческий язык.

Мы читаем текст, слышим речь. Наблюдая, анализируя звучащую и письменную речь, мы постигаем структуру языка как «механизма», порождающего речь. Язык – это система знаков (слов и т. д.), категорий; «инструмент», которым мы пользуемся, умело или неумело при осуществлении речевой деятельности.

Язык, в отличие от речи, не дан нам в непосредственном восприятии. «Языком можно владеть и о языке можно думать, – писал А. А. Реформатский, – но ни видеть, ни осязать язык нельзя. Его нельзя и слышать в прямом значении этого слова» [49, с. 13]. В самом деле, можно услышать или произнести слово, предложение, целый текст, но «потрогать» существительное или глагол невозможно. Это абстрактные понятия, которые извлекаются из речи, примерно как железо из руды, с их помощью описывается система языка.

Итак, речь материальна, она воспринимается чувствами – слухом, зрением и даже осязанием, например, тексты для слепых. Язык – это система категорий, извлекаемых из речи, управляющих речью, но недоступных нашим чувствам или ощущениям. Язык постигается разумом, научным анализом речи.

Есть и другие различительные признаки языка и речи. В отличие от языка речь всегда индивидуальна и конкретна. Любой говорящий (или пишущий) – это не человек вообще, а данный, конкретный индивидуум, выражающий свои мысли, чувства, настроения. Речь конкретна и потому, что отражает определенную ситуацию, определенное время, место. Язык же, в отличие от речи, коллективен, принципиально безличностен, он принадлежит всем: если перефразировать А. Пушкина, и академику, и герою, и мореплавателю, и плотнику. Один и тот же русский язык рождает литературные шедевры и канцелярскую речь, стихи и прозу, путевые записки и доклады, судебную речь и научную.

Речь не только конкретна и индивидуальна, но и бесконечна, а в основе этого – язык, ограниченный набором составляющих его категорий. Так, известно количество звуков (точнее, фонем) в русском языке. Их не так много – примерно 39 (5 гласных и 34 согласных). Гораздо больше морфем – корней, приставок, суффиксов. Велико количество слов, но и оно исчислимо. Так, в «Толковом словаре русского языка» С. И. Ожегова и Н. Ю. Шведовой (1995) 72 500 слов и 7500 фразеологизмов. В 17-томном «Словаре современного русского литературного языка» 120 480 слов. Но это только литературный язык. Если прибавить сюда специальную лексику, диалекты, жаргоны, то счет пойдет уже на миллионы. И все же, как ни велик, как ни богат словарный запас русского языка, он не бесконечен.

Речь подвижна, динамична, язык стабилен. Именно стабильность языка обеспечивает его преемственность от поколения к поколению. Нам понятны произведения Чехова, Державина, но вот для чтения «Слова о полку Игореве» нужна специальная подготовка. Язык меняется, но гораздо медленнее, чем речь. Язык более статичен, речь более динамична. Изменения языка заложены и начинаются в речи. Имея индивидуальный характер, речь допускает импровизацию, отклонения от языковых норм. Сначала речевые новшества вызывают удивление, даже протесты, но затем некоторые из них, все шире распространяясь, становятся достоянием всего языкового коллектива, переходят в язык. Так, мы сейчас уже не говорим, кроме, может быть, некоторых представителей старшего поколения москвичей, було[шн]ая, моло[шн]ая, кори[шн]евый, а произносим, как пишем: булочная, молочная, коричневый. Под влиянием речи – так говорит подавляющее большинство – изменилась московская произносительная норма.

Соотношение языка и речи иллюстрирует рис. 1.





ЯЗЫК РЕЧЬ

инвентарь + грамматика акты + акты

говорения понимания

(система (система

единиц) правил) ТЕКСТ

(высказывание)







Рис. 1. Язык и речь


Единицы, из которых состоит любая речь, т. е. отрезки речи, называются речевыми актами. Именно структура речевого акта определяет общее, речевое в самых разнообразных высказываниях. Речевой акт «вмещает» в себя все произнесенные и еще не произнесенные высказывания. Его структура, схема: «Я (говорящий) сообщаю нечто тебе (слушателю) о нем (предмете, лице, событии и
т. д.)». Эта структура «покрывает» предложения любого состава, строения, содержания. И этот универсальный, всеобщий характер речевого акта получает отражение в любом высказывании.

Среди трех компонентов, сторон речевого акта, получающих отражение в высказывании (говорящий – слушающий – передаваемая информация), важнейшее, определяющее значение имеет первый – говорящий, производитель речи, адресант. Без него вообще невозможна речь, невозможно высказывание. Важнейшее качество речи, вытекающее из первого ее компонента, – персонализованность (эгоцентричность). Итак, я – основа любой речи, здесь и сейчас – ее координаты. Речевой акт осуществляется не в безвоздушном пространстве, а в определенное время и в определенном месте. В отличие от языка речь всегда конкретна.

Второй компонент речевого акта – слушатель (ты), адресат. Я и ты взаимообусловлены. Ты – это объект и цель высказывания. Вторая важная особенность речи, непосредственно связанная с адресатом речевого акта, – это адресованность речи. Речь не существует сама по себе, ради самой себя. Речь существует для слушающего, для того, чтобы передать, сообщить ему, что думает, чувствует, хочет говорящий. Роль адресата не менее важна, чем роль производителя речи. Без Я речь невозможна, без Ты речь обессмысливается, в этом случае нарушается коммуникативная природа речи, существующей, прежде всего, как средство общения.

В самом общем виде можно сказать, что Я (по своей природе) стремится к индивидуальности и даже уникальности выражения, Ты реализует противоположную тенденцию. Взаимодействие этих двух тенденций и определяет общую форму, качества речи, движущейся между двумя этими полюсами: уникальное, индивидуальное – общее, массовидное.

Последовательность речевых единиц: высказываний, сверхфразовых единиц (прозаических строф), фрагментов, разделов и т. д., объединенную смысловой и грамматической связью, называют текстом (от лат. textus – «ткань, сплетение, соединение»). Термин текст совпадает с термином речь в тех случаях, когда под речью подразумевается не сам процесс говорения (речевая деятельность), а результат этого процесса, т. е. речевые произведения, фиксируемые памятью или письмом. Связный текст в совокупности с экстралингвистическими – прагматическими, социокультурными, психологическими и др. факторами, текст, взятый в событийном аспекте, называется дискурсом (от франц. discours – «речь»). Дискурс является первым компонентом речевого события, в которое включается также речевая ситуация, т. е. условия, обстановка, в которой происходит речевое общение между участниками, включая самих участников, которые существенно влияют на речевое событие. Речевая ситуация, т. е. ситуация, составляющая контекст высказывания, порожденного в речевом акте, выполняет важную роль в речевом общении. К основным составляющим речевой ситуации относятся речевой акт с его компонентами, а также время и место высказывания.

Речевая ситуация диктует правила ведения разговора и определяет формы его выражения. Различают канонические и неканонические речевые ситуации.

Каноническими считаются ситуации, когда время произнесения (время говорящего) синхронно времени его восприятия (времени слушающего), т. е. определен момент речи; когда говорящие находятся в одном и том же месте и каждый видит то же, что и другой; когда адресат - конкретное лицо и т. д.

Неканонические ситуации характеризуются следующими моментами: время говорящего может не совпадать со временем адресата (ситуация письма); высказывание может не иметь конкретного адресата (ситуация публичного выступления) и т. д. Дейктические слова в таких ситуациях употребляют иначе. Если, например, говорящий по телефону использует слово здесь, то он обозначает только свое пространство. В письме субъект речи словом сейчас определяет только свое время, а не время адресата.


Контрольные вопросы

  1. Каковы функции языка?

  2. Связаны ли, по вашему мнению, друг с другом язык, сознание и мышление? Если да, то каким образом?

  3. Каково соотношение языка и речи?

  4. Прочитайте высказывание современного лингвиста М. В. Панова: «Задача языковеда – найти в речи язык, подняться от речи к языку». Как вы понимаете эти слова?

Лекция 3. Язык как историческая категория


Язык и общество.

^ Язык и культура.

Формы национального языка: литературный язык и нелитературные варианты.

Русский язык среди других языков мира.


Как явление социальное язык является достоянием всех людей, принадлежащих к одному коллективу. В громадном большинстве случаев коллектив людей, говорящих на одном языке («языковая общность»), – это коллектив этнический (нация, народность, племя). Язык создается и развивается обществом. Являясь средством мышления и человеческого общения, язык существует только в обществе людей. Вне общества нет языка, как не может быть и общества без языка. На непосредственную связь появления языка с возникновением человеческого общества ясно указывал Ф. Энгельс. Он писал: «...развитие труда по необходимости способствовало более тесному сплочению членов общества, так как благодаря ему стали более часты случаи взаимной поддержки, совместной деятельности, и стало ясней сознание пользы этой совместной деятельности для каждого отдельного члена. Коротко говоря, формировавшиеся люди пришли к тому, что у них появилась потребность что-то сказать друг другу» [72, с. 489].

Вопрос о связи языка и общества имеет разные решения. Согласно одной точке зрения, связь языка и общества отсутствует, т. к. язык развивается и функционирует по своим законам (польский ученый Е. Курилович), согласно другой – эта связь является односторонней, т. к. развитие и существование языка полностью определяется уровнем развития общества (французский ученый
Ж. Марузо) или наоборот – язык сам обусловливает специфику духовной культуры общества (американские ученые Э. Сепир, Б. Уорф). Однако наибольшее распространение получила точка зрения, согласно которой связь языка и общества является двусторонней.

О влиянии языка на развитие общественных отношений свидетельствует прежде всего тот факт, что язык – один из консолидирующих факторов образования нации. Он является, с одной стороны, предпосылкой и условием ее возникновения, а с другой – результатом этого процесса. Кроме того, об этом свидетельствует и роль языка в воспитательной и образовательной деятельности общества, т. к. язык является орудием и средством передачи знаний, культурно-исторических и иных традиций от поколения к поколению.

Хотя у языка есть собственные, внутренние закономерности развития (интралингвистические), они находятся под влиянием процессов, происходящих в обществе. И это естественно: ведь язык – общественное явление и, существуя в обществе, он не может не испытывать влияния социальных факторов (экстралингвистических). Поэтому развитие и функционирование языка в значительной степени обусловлено развитием и жизнью общества, что проявляется в разнообразных формах. Одна из них – социальное расслоение языка.

Всякое человеческое общество неоднородно по своему составу. Оно делится на слои или классы, дробится на мелкие группы, внутри которых люди объединены каким-либо признаком, например, общей профессией, одинаковым возрастом, уровнем и характером образования и т. п. Эта дифференциация общества отражается в языке в виде тех или иных особенностей, социально обусловленных подсистем. Одна из таких подсистем – диалекты. Их называют местными или территориальными разновидностями языка, однако, очевидно, что выделение диалектов основано не только на территориальном, но и на социальном признаке: диалекты, на которых говорят жители сельской местности (крестьянство), противопоставляются языку города (языку рабочих, служащих, предпринимателей, интеллигенции).

Социальная дифференциация языка может отражать и другие виды дифференциации общества. Так, особенности языка, обусловленные спецификой профессий, называют профессиональными жаргонами или профессиональными арго. Определенные различия в языке могут быть связаны с полом говорящих. Так, в языке индейцев яна, живущих в Северной Калифорнии (США), одни и те же предметы и явления называются по-разному, в зависимости от того, кто о них говорит – мужчина или женщина. В Японии девушки владеют богатым и разнообразным словарем (их специально этому обучают), в то время как для юношей характерен лексически более бедный язык.

Другая форма влияния общества на язык – социальная обусловленность развития языка. Процессы развития общества, изменения, происходящие в общественном укладе, в социальной структуре общества, получают отражение в языке: они ускоряют или замедляют темпы языковых изменений, механизм которых регулируется внутренними, присущими языку закономерностями, а также способствуют перестройке некоторых участков языковой системы.

Например, после революции 1917 года значительно расширился состав носителей русского литературного языка: если раньше им владела в основном буржуазная дворянская интеллигенция, то после Октября к литературному языку начинают приобщаться массы рабочих и крестьян. Происходит процесс демократизации языка. Рабочие и крестьяне привносят в систему литературного языка свойственные им речевые особенности. Диалектные, просторечные, жаргонные элементы начинают сосуществовать и конкурировать с традиционными единицами литературного языка. Это приводит к проникновению некоторых диалектизмов и жаргонизмов в литературный язык (нехватка, неполадки, учеба, глухомань, смычка и т. п.), к возникновению новых синонимических рядов (ученье – учеба; недостатки – неполадки – дефекты; провинция – периферия – глухомань; нехватка – недостача – дефицит).

На язык оказывает влияние не только объективное, не зависящее от воли отдельных людей развитие общества, но и сознательная деятельность государства и различных социальных институтов, направленная на совершенствование языка. Такая деятельность называется языковой политикой. Языковая политика может касаться самых различных сторон языковой жизни данного общества. Это может быть, например, создание алфавитов и письменностей для народов, которые до тех пор имели только устную форму языка, усовершенствование орфографии, разработка и упорядочение специальной терминологии и т. п. Это сознательное, целенаправленное воздействие государства на язык призвано способствовать более эффективному функционированию языка в различных сферах человеческой деятельности.

К числу дискуссионных и до конца не решенных в языкознании относится проблема «язык и культура». Спорным является, прежде всего, вопрос о том, что такое культура? Представители американской школы «культурной антропологии» рассматривают культуру как сумму всех небиологических аспектов человеческой жизни. Социо- и психолингвистика, а также исторический материализм предлагают рассматривать культуру расчлененно, т. е. в ее материальном и духовном аспектах, которые находятся в органическом единстве. О сложности этого феномена свидетельствует множество определений культуры. В связи с решением вопроса о языке и культуре термин «культура» должен пониматься достаточно широко. Это не только богатства литературы и искусства, накопленные в течение многих веков развития данного общества, но и традиции человеческого общежития, обряды, обычаи, общепринятые формы повседневной деятельности, т. е. совокупность достижений человеческого общества в производственной, общественной и духовной деятельности.

Дискуссионным является и вопрос о соотношении понятий «язык» и «культура»: одни ученые полагают, что язык относится к культуре как часть к целому, другие – что язык лишь форма выражения культуры, третьи – что язык не является ни формой, ни элементом культуры.

Достижения таких направлений в языкознании, как этно- и психолингвистика свидетельствуют о том, что язык как общественное явление должен быть отнесен к сфере духовной культуры и рассматриваться в качестве одного из ее компонентов (хотя нельзя не признать, что существует ряд областей культуры - музыка, хореография, изобразительное искусство, которые непосредственно с языком не связаны). Если понимать культуру как процесс и продукт духовного производства, ориентированного на создание, хранение, распространение и потребление духовных ценностей, норм, знаний, представлений, то следует признать, что именно язык способствует формированию духовного мира общества и человека, обеспечивая общество дифференцированной системой знаний, способствуя духовной интеграции как общества в целом, так и различных его групп.

Язык – это не только важнейшее средство общения между людьми, но и средство познания, которое позволяет людям накапливать знания, передавая их от человека к человеку и от каждого поколения людей к следующим поколениям. Поэтому, с одной стороны, овладение языком означает усвоение тех культурных ценностей, которые накопило данное общество, а с другой стороны, восприятие этих ценностей невозможно без знания языка: язык – хранитель культуры, с его помощью культура наследуется новыми поколениями людей данного общества. Поэтому можно сказать, что язык является средством развития культуры и средством усвоения культуры каждым из членов общества.

Носители того или иного языка, с детства овладевая словарем, грамматикой, системой произносительных норм данного языка, постепенно (и чаще всего незаметно для самих себя) впитывают и национальные формы материальной и духовной культуры. Нередко эта культура бывает связана со специфическим использованием выразительных средств языка. Так, например, весьма колоритное русское выражение (ехать) в Тулу со своим самоваром имеет в английском языке соответствие в Ньюкасл со своим углем, а в немецком – на Рейн со своей водой.

Культура формирует сложную и многообразную языковую систему, благодаря которой происходит накопление, организация опыта и передача его из поколения в поколение. Уровнем развития материальной и духовной культуры общества определяется форма существования языка. Согласно культурно-исторической классификации языков, существуют бесписьменные языки, т. е. языки, имеющие только устную форму существования; письменные литературные языки народности и нации, представляющие собой более высокую ступень развития письменных языков, т. к. на них существует литература (с точки зрения материальной культуры – это уже следующий этап эволюции общественных отношений, предполагающий появление книгопечатания, развитие наук и т. д.); языки межнационального общения (их возникновение связано со следующим этапом развития культуры – появлением новых технических средств письменного и устного общения, СМИ, рекламы).

Языки имеют национальные границы. Язык каждой нации – этноязык – своеобразен: он обладает такой совокупностью черт словаря и грамматики, которая отличает его от всех других языков. Этноязык, как правило, не является абсолютно единым на всей территории своего распространения и во всех сферах своего использования. В нем обнаруживаются определенные внутренние различия: общенародный язык противостоит диалектам.

Язык народа в пределах страны проживания, взятый в совокупности присущих ему черт, отличающих его от других языков, называется общенародным. Можно говорить, например, о русском общенародном языке, в отличие от общенародного немецкого или французского.

Общенародный язык не един по своему составу, это очень сложное явление, т. к. им пользуются люди, различающиеся по своему социальному положению, роду занятий, месту рождения, возрасту, полу, уровню культуры и т. п. Все эти различия людей находят отражение в языке, в характере его использования.

Общенародный язык существует в нескольких формах. К ним относятся: диалект, просторечие, жаргон и литературный язык.

Критерии единства и общепонятности для всех членов общества – основные требования, предъявляемые к литературному языку. Этими свойствами не обладают другие разновидности общенародного языка – территориальные и социальные диалекты, профессиональные жаргоны, просторечия. Они присущи более или менее ограниченным группам людей, кроме того, и функции таких средств общения гораздо беднее, чем функции литературного языка.

Так, местный (или территориальный) диалект, будучи распространенным на ограниченной территории в сельской местности, имеет обычно только устную форму и обслуживает узкую сферу общения: его используют в семье, в кругу односельчан. От жаргонов, просторечия они отличаются тем, что имеют характерный для каждого диалекта набор фонетических, грамматических, лексических различий.

Так, на европейской части РФ – древнейшей территории расселения русского народа – выделяются три группы территориальных диалектов: севернорусские, южнорусские и среднерусские. Эти диалекты отличаются от литературного языка и друг от друга рядом особенностей в фонетике, словаре и грамматике, например: севернорусские диалекты распространены к северу от Москвы, на территории Ярославской, Костромской, Вологодской, Архангельской, Новгородской и некоторых других областей. Им присущи следующие особенности:

1) оканье – различение звуков [о] и [а] не только под ударением, но и в безударном положении, например: вода (ср. литературное произношение вада), пошёл, молоко и т. п.;

2) произношение звука [г] смычного или взрывного – такое же, как в литературном языке, но отличное от того, как произносится этот звук в южнорусских говорах;

3) произношение глагольных форм типа знаешь, знает, знаем как знаэшь, знаашь или знашь, возникшее в результате выпадения звука между гласными;

4) твердый звук [т] в глагольных формах типа идёт, поют (черта, объединяющая северные диалекты с литературным языком и отличающая их от южнорусских диалектов);

5) совпадение формы творительного падежа множественного числа существительных с формой дательного падежа: пошли за грибам да за ягодам (вместо литературных форм за грибами, за ягодами).

Кроме того, в некоторых северных говорах встречается цоканье – неразличение звуков [ц] и [ч]; произносят [ц] асы вместо часы, кури [ч] а вместо курица.

Жаргон – речь социальных и профессиональных групп людей, объединенных общностью занятий, интересов, социального положения и т. п. Этот вариант языка используется при непринужденном общении внутри некоторых социальных групп. Для жаргона характерно наличие специфической лексики и фразеологии, но он не имеет свойственных только ему фонетических и грамматических особенностей. Известен, например, молодежный (школьный, студенческий) жаргон (сленг), жаргон спортсменов, рыболовов, лагерный жаргон, арго (язык преступного мира). Общение между людьми на жаргоне, разумеется, возможно, но только в том случае, если в нем участвуют хорошо понимающие друг друга представители одного коллектива, а предмет разговора не выходит за рамки довольно узкого круга тем. Профессиональный жаргон, например, принят только среди людей данной профессии, да и то, как правило при их общении на деловые, производственные темы. В иных же ситуациях, при общении с людьми, не владеющими данной профессией, а особенно при использовании письменной формы языка, человек прибегает к помощи литературных языковых средств. В противном случае, если он захочет оставаться в пределах профессионального жаргона, он рискует тем, что собеседник или адресат просто не поймет его, и речевое общение не состоится.

Во многих языках существовали и существуют сейчас школьные и студенческие жаргоны (иногда их называют общим термином: молодежный жаргон). Есть такие жаргоны и в современном русском языке. Они, так же как и другие социально и профессионально ограниченные разновидности языка, специфичны главным образом в области лексики (стипа – «стипендия», шпора – «шпаргалка», хвост – «не сданный вовремя экзамен» и т. п.). Однако по сравнению с большинством профессиональных и социальных жаргонов молодежный жаргон имеет яркую отличительную черту: для него (точнее, для тех, кто им пользуется) характерна игра со словом и в слово, сознательное переиначивание его формы и смысла с целью создания выразительных, эмоционально окрашенных средств (например, керосинка – «нефтяной институт», предки – «родители», клёво и фирма – как высшие положительные оценки и т. п.).

Некоторые элементы социальных и профессиональных жаргонов попадают в просторечие и даже в литературный язык (в основном в устно-разговорную его разновидность). Таковы, например, слова и обороты навалом – «много», трёп – «пустой разговор», катить бочку на кого-нибудь – «несправедливо обвинять в чем-либо» и т. п. Однако в целом жаргоны имеют ограниченную сферу употребления: их используют преимущественно в «своей» социальной и профессиональной среде.

Еще одной формой общенародного языка является просторечие. Просторечие используется в речи малообразованных слоев городского населения и придает ей неправильный и грубоватый характер, не имеет собственных признаков системной организации и характеризуется набором языковых форм, нарушающих нормы литературного языка. Такое нарушение нормы носители просторечия не осознают, они не улавливают, не понимают различия между нелитературными и литературными формами.

Просторечными считаются:

  • в фонетике: шо/фер, поло/жить, зво/нит; р[и]дикулит, ко[л]идор, р[е]зетка, тра[н]вай;

  • в морфологии: мой мозоль, с повидлой, делов, на пляжу, без пальта, умывалися, ляжь, ложи;

  • в лексике: подстамент, полуклиника.

В состав просторечия включают также слова с грубой, сниженной окраской, например: дебил, деваха, угробить, уйма.


Считается, что все нелитературные варианты языка имеют определенного рода ограничения: просторечие ограничено уровнем образованности говорящего, диалект – территорией распространения, жаргон – социальными и временными рамками (жаргон существует в устной форме и быстро меняется, у каждого поколения свой набор жаргонных слов).

В отличие от этих разновидностей национального языка, литературный язык сохраняется (за небольшими изменениями) во времени, фиксируется в литературе, кодифицируется (закрепляется) в словарях и грамматиках, распространен на всей территории проживания нации и является обязательным для изучения и использования в различных сферах общения.

Главным признаком литературного языка является его нормативность, т. е. наличие правил образования, сочетания, употребления языковых единиц. Литературная норма складывается в результате длительной речевой практики многих поколений образованных, культурных людей.

Норма исторически изменчива, но меняется она чрезвычайно медленно: медленность темпа ее изменения способствует устойчивости литературного языка. Чем больше культурных ценностей накоплено на языке (рукописей, книг, магнитофонных записей и т. д.), тем настоятельнее необходимость сохранить эти ценности для последующих поколений. Сохранить их можно при условии устойчивого, стабильного литературного языка, который был бы понятен разным сменяющим друг друга поколениям людей, говорящих на нем.

Литературный язык имеет две формы – устную и письменную. Их названия свидетельствуют о том, что первая – произносимая, звучащая, говоримая речь, а вторая – графически оформленная, зафиксированная на письме. Это их основное различие. Устная форма изначальна. Для появления письменной формы необходимо было создать графические знаки, которые бы передавали элементы звучащей речи. Для языков, не имеющих письменности, устная форма – единственная форма их существования.

Письменная речь обычно обращена к отсутствующему. Пишущий не видит своего читателя, он может только мысленно представить его себе. На письменную речь не влияет реакция тех, кто ее читает. Напротив, устная речь предполагает наличие слушающего, собеседника. Говорящий и слушающий не только слышат, но и видят друг друга. Поэтому устная речь нередко зависит от того, как ее воспринимают. Реакция одобрения или неодобрения, реплики слушателей – все это может повлиять на характер речи, изменить ее, а то и прекратить.

Говорящий создает, творит свою речь сразу. Он одновременно работает над содержанием и формой. Пишущий имеет возможность совершенствовать написанный текст, исправлять.

Таким образом, письменная и устная формы литературного языка различаются по трем параметрам (табл. 2).


Таблица 2


Параметры

Письменная форма

Устная форма

1. Форма

реализации

Графически закрепленная (буквы, знаки препинания); подчиняется орфографическим и пунктуационным нормам

Звучащая (звуки, интонация), подчиняется орфоэпическим нормам

2. Отношение

к адресату

Опосредованное отсутствие адресата не оказывает влияния

Непосредственное присутствие адресата оказывает влияние

3. Порождение формы

Возможны редактирование, обработка

Создается спонтанно



Сложившись на базе русской народной речи во всем ее многообразии, литературный язык вобрал в себя все лучшее, все наиболее выразительное из тех средств, которые присущи народной речи. И современный русский литературный язык, который представляет собой вполне сформировавшуюся коммуникативную систему, продолжает черпать выразительные средства – слова, обороты, синтаксические конструкции – из диалектов, просторечия, профессиональных жаргонов. В этом процессе роль фильтра играет норма: она пропускает в литературное употребление все ценное, что есть в живой речи, и задерживает все случайное и временное.

Литературный язык необходим для сохранения культуры народа и его самобытности. Основное назначение литературного языка – сохранять единство нации, объединять ее, тогда как нелитературные формы нацию разделяют.

Русский язык по происхождению тесно связан с другими языками мира. Этот вывод можно сделать на основе сравнения словарного состава языков. О родстве языков говорят тогда, когда в разных языках сходно звучат такие слова, о которых известно, что они существовали еще в глубокой древности. Очевидно, что несколько сот лет или тысячелетий назад подобные языки были одним языком, который принадлежал единому народу, и лишь позднее этот народ разделился на несколько народов, говорящих на разных, хотя и отчасти сходных языках.

Наибольшее сходство с русским языком имеют украинский и белорусский языки. Эта близость неслучайна: до XIV в. предки русских, украинцев и белорусов составляли единый народ (древнерусскую народность в пределах Киевского государства), говоривший на так называемом древнерусском языке. В XIV–XV вв. в результате распада Киевского государства на основе единого языка возникло три самостоятельных языка, которые с образованием наций оформились в национальные языки. Поэтому русский, украинский и белорусский языки находятся в очень близком родстве. Эти три языка называются восточнославянскими.

В несколько более отдаленном родстве с русским языком состоят языки польский, чешский, словацкий, болгарский, македонский и сербохорватский и другие языки южных и западных славян. Вместе с русским, украинским и белорусским все эти языки называются славянскими.

Однако и такие языки, как английский, немецкий, французский, испанский и итальянский, имеют некоторое сходство с русским и другими славянскими языками. Все эти языки находятся в отдаленном родстве и входят в семью индоевропейских языков.

Русский язык входит в число наиболее распространенных языков мира. На земном шаре на нем говорят около 250 млн человек. По степени распространенности русский язык занимает пятое место в мире, уступая лишь китайскому (на нем говорят свыше 1 млрд человек), английскому (420 млн), хинди и урду (320 млн) и испанскому (300 млн).

При этом русский язык используют в общении не только те люди, для которых это их родной язык. Русский язык является государственным языком России, т. е. единым языком, понятным работникам государственных учреждений и гражданам на всей территории государства. Именно в этом своем качестве русский язык используется в высших органах государственной власти и управления России, в официальном делопроизводстве и переписке российских учреждений и предприятий, в программах телевидения и радио, предназначенных для всей территории страны. Его, как язык государственный, изучают в средних и высших учебных заведениях России.

Русский язык широко используется и за пределами России, например, для межнационального общения жителей стран СНГ. Также русский язык широко используется в работе международных конференций и организаций. Он один из шести официальных и рабочих языков ООН. Таким образом, русский язык является одним из мировых языков (входит в клуб мировых языков наряду с английским, французским, китайским, испанским и арабским).


Контрольные вопросы

  1. Язык – явление биологическое или социальное? Докажите свою точку зрения.

  2. Какие факторы, влияющие на развитие языка, вы можете назвать?

  3. Охарактеризуйте все формы влияния общества на язык.

  4. Как связаны язык и культура?

  5. В чем заключается различие понятий «национальный язык» (этноязык), «общенародный язык», «литературный язык»?

  6. Что такое общенародный язык? Каковы его формы? Чем они отличаются друг от друга?

  7. Что такое «литературный язык»? Охарактеризуйте его признаки и функции.

  8. Чем устная речь отличается от письменной?

  9. Функционально-стилевые разновидности языка.

  10. Языковая норма. Соотношение литературного языка и нормы. Виды и свойства языковой нормы.

  11. Родство языков и языковые контакты.

  12. Генеалогическое древо русского языка и его ближайшие родственники.

  13. Каково место русского языка среди других языков мира?





оставить комментарий
страница2/9
Дата05.11.2011
Размер2,76 Mb.
ТипУчебное пособие, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9
плохо
  1
хорошо
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх